Текст книги "Путешественник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 125 страниц)

Глава 563
«Благосклонность» Шута

– Стоит лишь выяснить, где она прячется, и тысяча фунтов у нас в кармане! Впервые в жизни мне подворачивается столь щедрый заказ! – Даниц, шагая по улице неподалеку от бара «Ароматный лист», в предвкушении потер руки. От избытка чувств он легонько стукнул кулаком по высокому, отливающему черным железом столбу газового фонаря. Казалось, пират готов был прямо сейчас сорваться с места и прочесать весь город вдоль и поперек, лишь бы отыскать ту самую рыжеволосую бестию по имени Элен.

Тысяча фунтов для него была суммой воистину внушительной. Этого с лихвой хватило бы, чтобы прикупить еще один добротный дом в Байаме – пускай и не в самых фешенебельных, золотых кварталах.

Тот самый эльфийский ковер-самолет, что достался ему ранее, тянул от силы на две-три тысячи. Вот только ради этого трофея пришлось схлестнуться не на жизнь, а на смерть с такими отпетыми головорезами, как «Стальной» Маквити и «Кровавый Шип» Хантли. Сравнивать ту кровавую мясорубку с банальным, плевым поиском девчонки было просто смешно.

Шагающий чуть впереди Клейн, сжимая в руке завернутые в газету материалы для амулетов, обошедшиеся ему в целых пятнадцать фунтов, слегка сбавил шаг. Скользнув по пирату абсолютно невозмутимым, лишенным малейших эмоций взглядом, сыщик обронил:

– Пять с половиной тысяч фунтов.

…Восторг на лице Даница мгновенно, словно по щелчку, окаменел.

Пират наконец-то вспомнил об одной критически важной детали: в глазах всей остальной корсарской братии и разношерстных авантюристов он сам был ничуть не менее «лакомым куском», чем та рыжеволосая Элен.

Охотникам за наживой даже не требовалось вступать с ним в открытый бой. Достаточно было лишь опознать его и слить наводку армейским псам, церковным инквизиторам или полиции – и куш в тысячу с лишним фунтов гарантированно осел бы в их карманах. Как-никак, он носил гордое звание прославленного пирата стоимостью в 5500 фунтов.

Сунуться на улицы Байама с расспросами об Элен для него было равносильно тому, как если бы утонченная, ослепительная леди вздумала отправиться за развлечениями прямиком в «Красный театр».

– Дерь-ь-мо… – с искаженным от злости лицом, угрожающе растягивая гласные, процедил Даниц.

В ту же секунду его рука на одних инстинктах потянулась к кепке, наглухо надвинув козырек на самые глаза.

Окатив спутника ушатом ледяной воды, Клейн вернулся к прежнему, размеренному темпу ходьбы. Мысли юноши уже всецело сосредоточились на том, как бы сподручнее нащупать след рыжеволосой беглянки.

Катастрофическая нехватка личных вещей и хоть каких-то толковых сведений напрочь отсекала возможность пустить в ход прорицание. Приходилось ломать голову над иными путями.

«Бросить клич своим людям и устроить тотальную облаву по всему городу? На подобные фокусы способны лишь Церковь, армейские чины да полиция. Даже местным криминальным боссам такое не по зубам… Постойте-ка, а ведь я, кажется, тоже так могу…»

«Прямо сейчас я выступаю в роли „Морского бога“ Кавитувы. Моя паства раскидана по всему Байаму и острову Синей Горы. Достаточно лишь устроить эдакое „радиовещание“… нет, ниспослать всеобщее откровение, и они мигом перевернут город вверх дном в поисках этой рыжей Элен… Вот только не уронит ли это мой божественный статус ниже плинтуса? Затевать подобный переполох ради какой-то жалкой тысячи фунтов… Богам, знаете ли, тоже нужно держать лицо…»

«Будь я настоящим „Морским богом“, мне было бы глубоко плевать на такие условности. Но я всего лишь отыгрываю роль Кавитувы, а значит, обязан всеми силами поддерживать иллюзию божественного величия».

«Даже тот, настоящий Кавитува, находясь на краю гибели и отчаянно рыская в поисках Летисии и ее свиты, не стал трубить об этом на всю округу, а лишь спустил приказы верхушке своего культа… Конечно, я волен перекроить Его заповеди – это станет отличным шагом к формированию нового облика. Но скатываться в откровенную дешевизну категорически нельзя… Пожалуй, в этом и кроется суть подлинного „отыгрыша“».

«Если же слить откровение исключительно Карату, Эдмонтону и прочим предводителям, молниеносной облавы всё равно не выйдет. К тому же эти фанатики неминуемо раздуют из мухи слона, устроят грандиозный переполох, а разгребать последствия потом придется мне».

«Остается еще один путь: забросить тот телеграфный приемник обратно в чертоги над серой мглой и спустя пару дней попытаться вызвать на связь волшебное зеркало Арродеса, чтобы выпытать координаты Элен. Действовать придется с ювелирной осторожностью. Заранее подстелить соломку, раскинуть карты для верности… Иначе нарвусь на какую-нибудь дикую депешу от „Истинного Творца“ или „Изначальной Демонессы“. От такого чтива даже мимолетного взгляда хватит, чтобы рассудок окончательно и бесповоротно помахал ручкой».

Молниеносно выстроив план действий, Клейн забрался в припаркованный на перекрестке наемный экипаж. Даниц, всё так же нервно придерживая козырек кепки, юркнул следом.

Вернувшись в гостиницу «Лазурный Ветер», Клейн, неспешно снимая пальто и шляпу, обратился к пирату:

– Если ваш капитан вновь соизволит навестить тебя во сне, поинтересуйся у нее насчет этой рыжеволосой Элен.

– Вряд ли она в курсе, иначе бы и я знал эту красотку в лицо, – сухо усмехнулся Даниц. – И кому только понадобилось ее искать, раз они готовы отстегнуть целую тысячу фунтов?

Мысли корсара мгновенно унеслись вскачь, рисуя в воображении захватывающую, душещипательную любовную драму, достойную бульварных романов самого Рассела.

Сыщик скользнул по нему коротким взглядом и как бы невзначай обронил:

– Сегодня ночью на прослушке сижу я.

– Ты? – Даниц вмиг вынырнул из своих грез, не веря собственным ушам.

– Именно так, – невозмутимо кивнул Клейн.

«Герман Воробей решил, что я слишком вымотался? А этот парень, хоть и отбитый на всю голову психопат, в глубине души вполне неплох. Вспомнить хотя бы порт Банси – из-за сущего пустяка ринулся в самое пекло ради спасения невинных жизней…» – Даниц мысленно, с легкой долей удивления, воздал должное напарнику.

Прихватив радиоприемник и прочий сопутствующий инвентарь, Клейн прошел в спальню. Наглухо заперев за собой дверь, он виртуозно провел ритуал жертвоприношения, отправив весь этот скарб прямиком в таинственное измерение над серой мглой.

Оказавшись под сводами монументального, дышащего древностью дворца, юноша не спешил возвращаться в реальность. Взмахом руки он призвал «Скипетр Морского бога» из кучи оккультного хлама и принялся методично просматривать самые разные мольбы своих новоиспеченных прихожан, перенимая этот поистине бесценный опыт «тысячелицего» божества.

В процессе он то и дело посылал легкие отклики, уподобляясь ребенку, увлеченно играющему с невиданной, совершенно новой игрушкой.

И как раз в тот момент, когда его божественный «смотр» подходил к концу, прямо подле почетного кресла «Шута» внезапно соткался светящийся, расходящийся мягкой рябью ореол.

«Кто-то возносит молитву мне? И взывает именно к „Шуту“, а вовсе не к „Морскому богу“…» – Клейн удивленно вскинул бровь. Высвободив духовность, он осторожно коснулся пульсирующего света, вглядываясь в скрытое внутри видение.

…………

Порт Энмат. В комнате с наглухо задернутыми шторами.

Облаченный в классическую черную мантию Эдшилан, титаническим усилием воли подавляя бурлящие внутри низменные порывы, обратился к сидящей напротив миловидной, дышащей свежестью юности девушке по имени Денис:

– Божественная благодать уже дремлет в каждом из нас. Но дабы пробудить ее, необходима твердая рука мудрого наставника.

– Твоя душа кристально чиста, сам Господь благоволит тебе. Я лично проведу тебя по этому пути. Но запомни: что бы ни стряслось во время таинства, ты обязана слепо доверять мне и беспрекословно повиноваться.

– Есть ли у тебя вопросы, прежде чем мы приступим?

Этот самый Эдшилан был прожженным, матерым аферистом. Его излюбленным ремеслом было сколачивание мелких, подпольных сект ради выкачивания из доверчивых олухов денег и плотских утех. А как только паства разрасталась до опасных масштабов, грозя привлечь внимание легавых, он виртуозно, без малейших сожалений растворялся в тумане.

На этот раз, сбежав из Баклунда, он нацепил личину избранника того самого «Шута», за которым отчаянно охотилась добрая половина столичных банд. Ловко закинув удочки среди падких на мистику простаков, он уже успел сколотить вокруг себя костяк свежей, преданной паствы.

В своих россказнях он вдохновенно врал, будто «Шут» – это сокрытое воплощение самого «Повелителя Бурь», призванное снизойти в час апокалипсиса ради спасения праведников. Дескать, это величайшая тайна, которую строжайше воспрещено выносить на свет, дабы не навлечь гнев остальных Церквей и божеств. Лишь избранным дозволено присягнуть «Шуту» до срока, чтобы оказаться в первых рядах спасенных.

Для пущей убедительности, еще будучи в столице, он не поскупился отвалить кругленькую сумму за листок бумаги, на котором было выведено подлинное почетное имя «Шута».

Его личный вердикт насчет этих строк звучал весьма прагматично:

«Выглядит так, словно и впрямь настоящее».

Денис, разрываясь между легким трепетом и жгучим предвкушением, робко спросила:

– Господин избранник, но отчего же тогда наши молитвы остаются без ответа? Разве мы не те самые избранные, кому суждено купаться в божественной благодати?

«О да, божественную благодать я тебе обеспечу, и очень скоро…» – Эдшилан судорожно сглотнул, титаническим усилием воли отгоняя навязчивые, сладострастные фантазии, и веско изрек:

– Тому есть две причины. Во-первых, ты всё еще не сумела вытащить на свет ту самую, дремлющую внутри искру дара. И именно в этом я тебе сейчас поспособствую.

– Во-вторых, твоей вере пока недостает истинной пылкости. И даже не пытайся оправдываться – я вижу твою душу насквозь.

– Как только мы преодолеем эти барьеры, ты сможешь вознести подлинное имя Господа и, подобно мне, удостоишься Его божественного отклика.

Купаясь в восхищенных, распахнутых глазах девушки, Эдшилан вальяжно потянулся за перьевой ручкой и сноровисто, размашистым почерком вывел на бумаге цепочку слов.

Тот самый ритуальный гермес.

Чтобы его аферы работали без осечек, мошенник изрядно поднаторел в религиозных премудростях, не брезгуя даже тайком пробираться на лекции по истории и археологии в столичные университеты.

Сжав исписанный лист в руке, он, красуясь перед Денис, торжественно и громко зачитал свежие строки:

– Шут, что не принадлежит этой эпохе;

– Таинственный Владыка над серым туманом;

– Король Желтого и Черного, в чьих руках удача.

Закончив мантру, Эдшилан театрально прикрыл веки, воздел руки к небу и экстатически, словно в бреду, простонал:

– Я чувствую… Я чувствую, как на меня нисходит благосклонность божества!

И в это самое мгновение прямо из пустоты вырвалась ослепительная, серебристо-белая молния, с оглушительным треском впечатавшись аккурат в макушку Эдшилана.

Ззз-з! По телу афериста дикой пляской заметались тонкие, разящие разряды электрических змей. В ореоле этой самой «божественной благосклонности» он култышкой рухнул на пол. Кожа его стремительно обугливалась, а мышцы забились в неконтролируемой, жуткой судороге.

Спустя несколько жалких секунд, под благоговейный, восхищенный лепет Денис – «Господин Эдшилан и впрямь истинный избранник!» – он окончательно затих, перестав подавать любые признаки жизни, включая само дыхание.

Денис наконец почуяла неладное. Осторожно приблизившись и приподняв подол платья, девушка присела на корточки и робко поднесла дрожащий палец к носу Эдшилана.

– Он… он мертв… Он мертв! – в диком ужасе отшатнувшись назад, Денис с криком рухнула на пол.

Захлебываясь испуганными рыданиями, она, спотыкаясь, выскочила из комнаты и пулей помчалась прямиком в ближайший полицейский участок.

…………

Тем временем в таинственных чертогах над серой мглой Клейн молча убрал «Скипетр Морского бога».

«Надо же, хватило наглости прикрываться моим именем, чтобы вымогать деньги и склонять женщин к непотребствам…» – уголок губ Клейна нервно дернулся. Юноша едва сдерживал жгучее желание шарахнуть по этому мерзавцу Эдшилану еще одним разрядом молнии.

Впрочем, это было бы уже откровенным надругательством над трупом.

«Девчонка наверняка поднимет на уши легавых. Подобное дело со стопроцентной вероятностью перекинут соответствующему отряду Потусторонних. Интересно, кто за него возьмется – „Ночные Ястребы“, „Уполномоченные Каратели“ или „Сердце Механизмов“… После той шумихи, что устроил мистер А, слава „Шута“ в Баклунде разлетелась далеко. Вполне вероятно, что в казенных архивах на меня уже завели пухлое досье. Хм, инквизиторы вполне могут стянуть все материалы воедино и спихнуть это дело „Красным перчаткам“ или другой элитной спецгруппе…» – опираясь на свой богатый опыт и хватку Ночного Ястреба, Клейн принялся скрупулезно выстраивать варианты дальнейшего развития событий.

Впрочем, сыщик тут же выбросил эти мысли из головы. Как ни крути, а выйти на него у ищеек шансов не было от слова совсем.

Небрежным жестом зашвырнув «Скипетр Морского бога» обратно в кучу оккультного хлама, Клейн уже приготовился нырнуть обратно в материальный мир.

Как вдруг среди мириад безмолвно парящих в бескрайней серой мгле темно-красных звезд одна неожиданно вспыхнула, начав излучать струящееся, подобное водной глади сияние!

Багровая звезда то судорожно раздувалась, то сжималась, пульсируя с пугающей, бьющей по глазам яркостью.

Причем эта темно-красная звезда совершенно точно не принадлежала ни одному из участников Клуба Таро.

«До чего же суетливый выдался денек… И кто же это? Очередной счастливчик вроде мисс „Справедливости“, господина „Повешенного“ или малыша „Солнца“, который благодаря какой-то древней реликвии нащупал незримую нить к серой мгле?» – в задумчивости Клейн высвободил свою духовность. Не давая отклика, он лишь осторожно проник в видение, дабы прощупать почву.

Глава 564
Знания преследуют людей

Стоило духовности Клейна коснуться непрерывно пульсирующей темно-красной звезды, как та мгновенно явила сокрытые в ее недрах образы и звуки:

На полу, мучительно извиваясь в гротескных конвульсиях, корчилась темноволосая леди, облаченная в строгую классическую мантию.

В одной руке она сжимала с виду ничем не примечательный астролябиум, а в другой – короткий, едва достигающий предплечья скипетр. Ее бьющая через край, неистовая жажда жизни была настолько осязаемой, что, казалось, прорывала оковы багрового светила, ввинчиваясь прямо в уши сыщика.

Подобно «Справедливости», «Солнцу» и остальным гостям чертогов, силуэт незнакомки казался донельзя размытым, не позволяя разглядеть черты лица. Однако кое-какие пугающие детали Клейн всё же уловил кристально ясно. У женщины, вне всяких сомнений, имелось лицо, вот только кожа на щеках прямо на глазах расползалась глубокими трещинами, обнажая пульсирующую плоть, которая гротескно сворачивалась, уподобляясь кровавым глазным яблокам. Уши страдалицы неестественно вытянулись, превратившись в подобие раструбов, а скрюченные пальцы с остервенением полосовали брусчатку, оставляя за собой вереницу жутких багровых борозд. Но самым кошмарным было иное: прямо над корчащейся жертвой зависла пара ледяных, напрочь лишенных ресниц и почти прозрачных глаз.

Впрочем, чудовищная мутация так и не перешагнула роковую черту. Тело темноволосой леди отчаянно, с первобытным упрямством сопротивлялось скверне, запуская процесс регенерации. Жуткие мясные наросты рассасывались, разорванные мышцы со скрежетом срастались воедино, а деформированные уши втягивались обратно… Каждая клеточка плоти балансировала в этом бесконечном, изматывающем перетягивании каната между распадом и исцелением.

При виде этих призрачных, немигающих бельмастых очей Клейн на долю секунды впал в ступор. Его словно отбросило в прошлое, обратно в Тинген, в те самые дни, когда он только-только открыл в себе дар духовного зрения.

Именно такую пару глаз он воочию узрел тогда за спиной старины Нила!

«Скрытый Мудрец?» Вальяжно откинувшись на спинку кресла, владыка чертогов небрежно вытянул руку, и выпорхнувший из груды оккультного хлама «Скипетр Морского бога» послушно лег прямо в раскрытую ладонь.

Юноша вознамерился мимоходом оказать услугу, щедро угостив эту зловещую пару бельм добрым десятком молний.

Однако, присмотревшись повнимательнее, его обостренное чутье безошибочно подсказало: корень мучительной аномалии таится вовсе не снаружи. Незнакомку сводил с ума неслышный для остальных инфернальный бред, бьющий прямиком по барабанным перепонкам и отравляющий саму суть ее духовного и ментального тела!

«До боли напоминает тот самый полнолунный кошмар, что терзает мисс Фокусник… Какое счастье, что в подобных делах я уже собаку съел, иначе бы дров наломал…» – молниеносно оценив обстановку, сыщик тут же нащупал спасительный план. Требовалось лишь выдернуть эфирный дух страдалицы прямиком в чертоги над серой мглой, наглухо отсекая доступ безумному шепоту. Лишившись ядовитой подпитки, мутация неминуемо отступит под натиском естественной регенерации.

Что же до терзаний о том, достойна ли спасенная подобной милости и не затаила ли она камень за пазухой – эти юношеские страхи давно канули в Лету.

Окажись эта темноволосая леди отпетой злодейкой, то, учитывая уже установленный через реликвию и багровую звезду контакт с таинственным измерением, Клейн мог в любую секунду обрушить на нее шквал молний, отправив прямиком в преисподнюю.

«Да даже вздумай она выкинуть какой-нибудь фортель, в моем арсенале имеется „Скипетр Морского бога“, карта „Темного Императора“, да и саму мощь серого тумана я уже мало-помалу прибрал к рукам. Так что отпор дам играючи…» – сжав в правой руке костяной жезл, Клейн небрежным жестом указал им на пульсирующее светило.

Его духовность стремительным, ревущим потоком хлынула вперед, без остатка вливаясь в струящееся, подобно жидкой крови, багровое сияние.

На сей раз выковать прочную, мистическую связь не составило ни малейшего труда.

Силуэт темноволосой гостьи в мгновение ока соткался по левую руку от длинного бронзового стола, опустившись на пустующее кресло, не принадлежащее никому из действующих резидентов Клуба Таро.

Сквозь гаснущее окно багровой звезды сыщик успел подметить, как чудовищная мутация, терзающая плоть незнакомки, стремительно пошла на спад.

Едва заметно кивнув, он погрузился в ледяное ожидание, предоставляя визитерше право первого слова.

Темноволосая леди всё еще пребывала в состоянии глубокого шока. Еще мгновение назад она корчилась в невыносимой агонии, проваливаясь в кромешный мрак, а теперь вдруг очутилась под монументальными сводами древнего храма. Раскинувшееся под ногами бескрайнее, дышащее первозданным покоем море серой мглы напрочь лишало дара речи.

Выдержав короткую паузу, она устремила взор на вальяжно восседающую во главе изъеденного патиной стола фигуру и дрожащим, срывающимся голосом спросила:

– Это Подземное царство?

– Вы вовсе не умерли, – с легким смешком отозвался Клейн.

В этот самый миг он краем глаза приметил, как на высокой спинке кресла, где устроилась гостья, россыпь мерцающих искр пришла в стремительное движение. Светящиеся пылинки сплелись в гротескный узор – пару ледяных, безучастных и напрочь лишенных ресниц глаз, в бездонных зрачках которых сверкали мириады сияющих звезд.

Опираясь на свой богатый опыт, владыка безошибочно определил: перед ним символ Пути «Тайноведа».

Темноволосая леди вздрогнула, мало-помалу возвращая себе кристальную трезвость рассудка.

Повинуясь инстинктам, она воровато огляделась по сторонам, после чего вновь приковала взгляд к таинственному незнакомцу, надежно укрытому пеленой серой мглы.

Белоснежная сорочка, строгий фрак без галстука-бабочки, темные брюки и до блеска начищенные штиблеты. Густые темные волосы и размытые черты лица – с виду ничего сверхъестественного… Однако в его руке небрежно, словно игрушка, покоился молочно-белый скипетр, слегка превосходящий длину предплечья. И эта реликвия… Зрачки гостьи сузились в игольное ушко. В ее глазах отчетливо отразились вкрапленные в кость лазурные самоцветы, источающие первобытную, клокочущую ауру бушующего океана и шторма. А витающие вокруг жезла мириады искр лишь подчеркивали его пугающее, божественное величие.

«Да это же артефакт полубожественного ранга! А он вертит им так, будто это обычная безделушка… Ему на него абсолютно плевать…» – слегка прищурившись, темноволосая леди с предельной осторожностью поинтересовалась:

– Как мне следует к вам обращаться?

– Можете звать меня господином «Шутом», – с отработанной до автоматизма невозмутимостью отозвался Клейн.

«Шут…» Гостья мысленно перекатала этот титул на языке и, тщательно взвешивая каждое слово, произнесла:

– Мне уже доводилось слышать ваше почетное имя из уст мистера Зет, состоящего в ордене Авроры.

Затаив дыхание, она приготовилась выслушать либо подтверждение, либо гневное опровержение.

«Водит знакомство с мистером Зет из Авроры… Надо же, мир тесен, почти старые приятели…» – Клейн лишь издал тихий смешок. Проигнорировав выпад, он перевел тему:

– А вы не намерены представиться?

– Смею заметить, это элементарные правила приличия.

Темноволосая леди, на которую внезапно вновь нахлынули воспоминания о пережитом кошмаре, погрузилась в тяжелое молчание.

Спустя несколько долгих секунд она наконец выдавила из себя глухим, севшим голосом:

– Мое имя – Катлея. В определенных кругах меня величают «Адмиралом Звезд».

– Господин Шут, это вы вырвали меня из лап смерти?

«Адмирал Звезд? Та самая пиратская владычица из семерки адмиралов, чья голова оценивается в баснословные тридцать семь тысяч фунтов? Да я же только что вытащил с того света настоящий ходячий сундук с золотом… то бишь весьма влиятельную особу…» – разрываясь между искренним изумлением и иронией, Клейн слегка поменял позу, устраиваясь поудобнее.

Издав легкий смешок, он ответил:

– Разве это не очевидно?

«Адмирал Звезд» Катлея в ту же секунду вскочила на ноги:

– Примите мою безграничную признательность за спасение. Если вам угодно поручить мне какое-либо дело, можете смело отдавать приказы. Я исполню всё, что в моих силах, при условии, что это не пойдет вразрез с моими принципами.

«А она девчонка не промах… Речи стелет гладко, опыт так и прет… Воистину, не зря „Адмирал Звезд“ гремит славой на все моря…» – Клейн внезапно проникся к пиратке долей неподдельного уважения.

Если не брать в расчет «Повешенного» да его собственного марионеточного двойника «Мира», остальные резиденты Клуба Таро на первых порах выглядели до смешного зелеными юнцами:

Мисс «Справедливость» едва-едва нащупала границы оккультного подполья, так и не перешагнув порог. «Солнце» хоть и мог похвастаться недюжинным «образованием», из-за дремучей изоляции своего города и малого возраста казался донельзя наивным и простодушным. Мисс «Фокусник», пусть и варилась в шкуре Потусторонней не первый год, намертво застряла на девятой Последовательности, прозябая в статусе вольного стрелка с нулевым багажом знаний о тайных ложах и откровенно куцым опытом. А «Луна» Эмлин, выходец из сверхъестественного рода с пугающе глубокими корнями, из-за своей маниакальной страсти безвылазно сидеть дома и нянчиться с куклами, в житейских вопросах оказался полным профаном, которого облапошить – раз плюнуть.

«Мозги у этого Эмлина, конечно, варят, но… хе-хе, столкнись он с Трисс, то бишь с этой ведьмой Трисси Чик, она бы в два счета обвела его вокруг пальца, заставив спустить всё состояние на кукол…» – беззвучно потешался Клейн над своим реальным приятелем-вампиром.

Устремив взор на «Адмирала Звезд», он не стал рубить сплеча и требовать плату за спасение, а с мягкой улыбкой задал встречный вопрос:

– Вы состоите в Ордене Аскетов Моисея?

– Да, – Катлея даже не помышляла утаить сей факт от господина Шута.

Клейн издал тихий смешок:

– И что же вы такого натворили, раз умудрились навлечь на себя гнев этого типа?

Поскольку стопроцентной уверенности в том, что жуткие глаза принадлежали именно Скрытому Мудрецу, у него не было, сыщик благоразумно прикрылся размытой формулировкой «этот тип». Подобный финт гарантировал, что при любом раскладе господин Шут сохранит лицо и останется абсолютно непогрешимым в Своем величии.

Катлея после недолгого раздумья ответила:

– О нет, я совершенно не пыталась Его спровоцировать.

Выдержав паузу, она пустилась в объяснения:

– Адепты Ордена Аскетов Моисея свято верят, что суть всего сущего кроется в цифрах, и мы денно и нощно гонимся за чистым знанием.

– Однако великий император Рассел как-то изрек: «Не мы преследуем знания, а знания преследуют нас». Скрытый Мудрец – это и есть само воплощение знаний. Он неотступно идет по нашим следам, охотясь за каждым членом Ордена. И когда лавина Его мудрости обрушивается на твой разум, а ты не в силах переварить и обуздать этот поток, случается именно то, что вы изволили наблюдать. У тебя лишь два пути: либо сорвать ментальные щиты и покорно принять метаморфозы Мудреца, либо титаническим усилием воли выстоять под натиском. Если же воля дрогнет – срыв в бездну потери контроля неизбежен.

«Вот оно как… Выходит, Скрытый Мудрец не брал ее на мушку целенаправленно. А значит, даже выскользнув из капкана, она не навлечет на себя лишних подозрений… Судя по ее откровениям, багаж знаний у нее воистину колоссальный… Взять хотя бы старину Нила – ведь на первых порах он тоже лишь грезил секретами алхимии человеческого тела и идеального воскрешения…» – на душу Клейна внезапно накатила щемящая тоска, но лицо его осталось непроницаемой маской.

«Слухи гласят, что „Адмирал Звезд“ – дама весьма достойная, из тех корсаров, что свято чтут негласный пиратский кодекс…» – усмирив бушующие мысли, Клейн ледяным, ровным тоном изрек:

– Если подобная беда вновь постучится в ваши двери, можете смело возносить мольбу моему имени.

«Возносить мольбу вашему имени…» – губы Катлеи беззвучно дрогнули, а внутренний голос инстинктивно завопил об отказе.

Однако вслух она так ничего и не произнесла, погрузившись в долгое, глухое молчание.

Тщательно взвесив все за и против, пиратка поднялась с места. Скрестив руки на груди, она отвесила легкий почтительный поклон и произнесла:

– Чем я могу служить вам?

Клейн издал тихий смешок и с абсолютно небрежным, безмятежным видом обронил:

– В будущем окажете кое-какую поддержку моему избраннику.

– Ваша воля будет исполнена, – покорно отозвалась Катлея. Опустившись обратно в кресло, она с предельной осторожностью поинтересовалась: – Тот титул, о котором упоминал мистер Зет, принадлежит именно вам?

Вслед за этим она слово в слово повторила почетное имя Шута.

Владыка чертогов едва заметно кивнул, подтверждая её правоту.

Скользнув взглядом по веренице пустующих кресел, гостья деликатно забросила удочку:

– Достопочтенный господин Шут, здесь бывают и другие посетители?

Губы Клейна тронула легкая усмешка:

– Люди, чье положение весьма схоже с вашим.

– Они основали здесь регулярное собрание, а я выступаю лишь безмолвным свидетелем.

Катлея хранила молчание добрый десяток секунд, после чего спросила:

– Дозволено ли мне будет присоединиться к ним?

Девушка резонно рассудила: раз уж судьба намертво связала ее с этой непостижимой тайной сущностью по имени Шут, выведать больше секретов будет куда полезнее, чем слепо прятать голову в песок.

«Ну разумеется. Ты сказочно богата, обладаешь колоссальными знаниями, за тобой стоит целая пиратская армада, да и нужды твои велики…» – вальяжно откинувшись на спинку кресла, Клейн произнес:

– Дозволяю.

– Однако без моего прямого дозволения вы не смеете проронить об этом ни единого слова чужакам.

– Согласна! – выпалила Катлея без малейших колебаний.

Клейн легонько пристукнул указательным пальцем левой руки, силой мысли материализовав на поверхности изъеденного патиной бронзового стола оставшиеся свободными карты Таро:

– Участники клуба используют в качестве кодовых имен названия этих арканов. Вот те, что пока не обрели хозяев.

– Выбирайте.

Катлея бросила на них лишь один короткий взгляд и чеканно отрезала:

– Отшельник.