Текст книги "Путешественник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 69 (всего у книги 125 страниц)

Глава 619
Язык не поворачивается

Благотворительный фонд «Медицинская помощь Олави».

Дама, ответственная за регистрацию волонтеров, торопливо наклонилась, в панике шаря по полу в поисках оброненной перьевой ручки. В этот самый момент Клейн приметил, что она только что читала свежий, вернее, выпущенный пару дней назад номер «Новостной газеты» – тот самый, где во всех красках расписывались его подвиги и красовался поразительно точный фоторобот.

«Здесь тоже выписывают прессу с архипелага Ротсид? Если прикинуть время в пути на корабле, то они и впрямь могут читать лишь новости трех-четырехдневной давности… Знай я об этом заранее, непременно бы слепил себе новую личину и придумал другое имя, прежде чем соваться сюда…» – Клейн, замерев перед столом регистраторши, мог лишь мысленно обреченно вздохнуть.

Женщина лет тридцати наконец-то нащупала ручку. Вскинув голову, она дрожащим голосом выдавила:

– В-вы… вы хотите стать волонтером?

– Именно так, – последовал предельно спокойный, утвердительный ответ Клейна.

– Н-но вы же… вы же искатель приключений! – насмерть перепуганная служащая, заикаясь, попыталась найти хоть какой-то предлог для отказа.

Инстинкт самосохранения истошно вопил, требуя ни в коем случае не подпускать этого немыслимо опасного, отбитого на всю голову психопата к волонтерской работе.

«Дурная слава – далеко не всегда благо… Ладно, черт с ним. Выйду, сменю физиономию, переоденусь, возьму новое имя и загляну попозже…» – в душе Клейн уже готов был отступить, однако внешне сохранил ледяную маску и ровным тоном задал встречный вопрос:

– И кто же, позвольте узнать, запретил авантюристам заниматься благотворительностью?

Лицо служащей исказилось так, словно она вот-вот разрыдается. Девушка выпалила на одном дыхании:

– Только не я!

В кабинете регистрации повисла оглушительная, звенящая тишина. Клейн на долю секунды опешил, а затем едва не прыснул со смеху. Ему стоило титанических усилий удержать невозмутимый, пугающий образ Германа Воробья.

Дама, немного придя в себя и осознав всю абсурдность своего ответа, выдавила из себя вымученную, кривую улыбку:

– Нет-нет, я хотела сказать, что такого запрета не существует.

– Просто, по моему скромному опыту, искатели приключений – люди крайне занятые. Они вечно в море, и свободного времени на волонтерство у них попросту не остается.

– Это они, а не я, – лаконично отрезал сыщик.

Регистраторша поспешно прикрыла рот ладонью и, вновь нацепив угодливую улыбку, пролепетала:

– Хорошо, я сию же минуту вас оформлю.

С этими словами она торопливо выудила из стопки бланк анкеты и протянула его гостю:

– Заполните, пожалуйста. Опираясь на ваши пожелания, мы подберем соответствующее обучение и подходящую должность.

– Мы свяжемся с вами сами, либо же вы вольны приходить и осведомляться лично.

В душе она уже приняла железобетонное решение: ни за что не подшивать эту анкету Германа Воробья в общий архив. Бумага отправится прямиком на стол руководству фонда, а оттуда – прямым рейсом в полицейское управление.

«О Богиня, какого дьявола этот конченый маньяк вообще забыл в волонтерах?» – девушка незаметно, дрожащей рукой начертила на груди контур Алой Луны.

Клейн лишь безмолвно кивнул. Приняв бланк и опустившись на стул, он подхватил ручку и сноровисто, размашистым почерком принялся вносить основные данные.

В этот самый момент в кабинет заглянул мужчина, облаченный в белоснежный врачебный халат:

– Хуанна, новички есть? Мы как раз собираемся начинать утренний инструктаж.

Хуанна всем сердцем рвалась замотать головой, однако сидящий напротив Герман Воробей, даже не проронив ни звука и не оторвав взгляда от бумаги, источал такую подавляющую, свинцовую угрозу, что солгать она попросту не отважилась.

– Есть, – сперва откликнулась она доктору, а затем робко покосилась на Клейна. – Мистер Воробей, вы желаете пройти базовое обучение прямо сейчас или же предпочтете отложить до завтра?

Юноша задумался на долю секунды и ответил:

– Сейчас.

Он резонно рассудил: стоит сперва набраться опыта и освоить азы. А уж потом, сменив личину, он сможет блеснуть профессионализмом и в два счета затесаться в больничные палаты без лишней бюрократии.

Хуанна судорожно втянула воздух и произнесла:

– Тогда, как закончите с бумагами, следуйте за мистером Граей.

– Добро, – с абсолютной невозмутимостью кивнул сыщик.

Полчаса спустя хладнокровный, безупречно вежливый, но таящий в себе первобытное безумие авантюрист Герман Воробей, затаив дыхание, сверлил немигающим взглядом до омерзения загаженный унитаз.

– Драить это?

– Именно. Азы по транспортировке лежачих больных мы уже прошли, но в госпитале подобная работенка выпадает редко. Наш удел – убирать рвоту, менять зассанное белье да надраивать уборные до блеска, чтобы санитария была на уровне. Хех, а всякие там перевязки да промывания ран – это оставьте врачам, нам достаточно лишь самых базовых понятий, – Грая брезгливо зажал нос и ткнул пальцем в ряд фаянсовых монстров, щедро разукрашенных желто-бурыми подтеками. – Вам только что наглядно продемонстрировали, как орудовать щеткой. Приступайте.

«Это в корне расходится с моими ожиданиями… Абсолютно расходится…» – первым порывом Клейна было развернуться и дать деру, но титаническим усилием воли он удержал на лице каменную маску. Подхватив чистящие средства, парень, давя рвотные позывы, приблизился к унитазу и обреченно опустился на корточки.

Слегка отстранив корпус назад, он брезгливо потянул правую руку вперед.

Ближе к полудню Клейн сбросил пропахший хлоркой халат, водрузил на голову цилиндр и, источая ледяное равнодушие, покинул здание благотворительного фонда.

Идея использовать волонтерство как трамплин для поиска идеальной мишени под «отыгрыш» дала глубокую трещину. В душе юноши поселились серьезные, грызущие сомнения.

И лишь когда наемный экипаж затормозил у дверей бара «Сладкий лимон», он стиснул зубы и постановил: попытки продолжатся.

«Я кровь из носу обязан до конца 1350 года прорваться на ступень „Марионеточника“, переварить эликсир без остатка и нащупать ниточки к высшим эшелонам». Клейн раз за разом, словно мантру, вбивал в подкорку эту железобетонную цель.

Усмирив бушующие мысли, он толкнул створку таверны и, устроившись у стойки, выложил восемь пенсов за солидный свиной стейк под яблочным соусом и ломоть свежего хлеба со сливочным маслом.

Вкупе с кружкой крепкого ржаного пива за полтора пенни всё это составило его сытный обед.

Неспешно расправившись с едой и промокнув губы платком, сыщик обратился к трактирщику:

– Хозяин у себя? К нему есть разговор.

Раз уж он на словах дал добро на вступление в «Общество взаимопомощи авантюристов», грех было не пустить в оборот ресурсы этого рыхлого альянса. Клейн вознамерился напрячь Билта Брандо, чтобы тот вывел его на толкового вольного «Ремесленника» или мастера, не брезгующего левыми заказами. Парню позарез требовался артефакт вроде того самого медного свистка Азика, дабы не приходилось каждый раз городить алтарь и бубнить заклинания для вызова гонца. Вся эта бюрократия отнимала драгоценные минуты и безбожно утомляла.

Разумеется, если у Билта подобных умельцев в рукаве не водилось, Клейн настаивать бы не стал. В конце концов, членских взносов за вступление с него не трясли, так что и претензий быть не могло.

Бармен кивком указал в сторону лестницы:

– Босс на втором этаже.

– Коли вы уже ударили по рукам насчет его общества, да еще и примелькались охране, парни пропустят вас без лишних вопросов.

Клейн ответил едва уловимым кивком. Вальяжно поднявшись со стула, он неспешно зашагал к пролету.

Как и ожидалось, на первом этаже вышибалы его проигнорировали, и лишь наверху один из телохранителей перегородил дорогу для дежурного вопроса.

Слава отбитого психопата Германа Воробья сработала безотказно: он играючи получил аудиенцию у Билта Брандо. Зайдя в кабинет, юноша тут же приметил рядом с хозяином новую, незнакомую фигуру.

– Мой соратник и правая рука в нашем обществе, Сотос Янг, – небрежно представил Билт мужчину с повязанной на голове темно-красной банданой.

На этих словах партнеры обменялись короткими, многозначительными взглядами. В глазах обоих плескалась идентичная смесь свинцовой напряженности и глухого недоумения.

Ограничившись скупым приветствием, Клейн опустился на свободный стул и без лишних реверансов перешел прямо к сути:

– Мне требуются услуги «Ремесленника». Найдется ли у братства подходящая ниточка?

– «Ремесленника»? – Билт затянулся сигарой, выдержал вескую паузу, тщательно подбирая слова, и глухо ответил: – Есть у меня на примете один такой умелец. Вот только с незнакомцами он дел не ведет, до смерти боясь нарваться на казенную пулю. Если нужно сработать артефакт, я готов выступить посредником. Сдается мне, репутация у меня для этого вполне надежная.

Инквизиторы великих Церквей порой сквозь пальцы смотрели на вольных магов низших и средних эшелонов, если за теми не тянулся кровавый след. А вот по «Ремесленникам» били безжалостно, на поражение. Оставь такого на свободе, и подпольный рынок мигом захлебнется в потоке мистических побрякушек, ввергая общество в пучину неконтролируемого хаоса.

«Выходит, Билт сколотил это „Общество взаимопомощи“ не только потехи ради. Сетку контактов и теневых каналов он сплел весьма недурную…» – Клейн выудил загодя припасенный плавательный пузырь рыболюда:

– Мне нужен перстень из этой дряни. Главное свойство – свобода маневра и дыхание под водой.

Тему гонцов он пока благоразумно обошел стороной, вознамерившись для начала проверить на деле мастерство того самого «Ремесленника» вкупе с надежностью шайки Билта. В конце концов, если заклинание призыва посланника пойдет по рукам, это неминуемо навлечет целую лавину совершенно ненужных хлопот.

«Потусторонняя характеристика девятой Последовательности стоит сущие копейки. Даже если алчность застелет Билту глаза и он решит прикарманить готовый артефакт – невелика потеря. В моих закромах и без того пылится целая гора амулетов домена Морского бога… К тому же, никто не запретит мне наведаться к нему за должком лично, и так выйдет даже лучше. Раз уж этот тип умудрился сколотить целое „Общество взаимопомощи авантюристов“, у него в тайниках стопроцентно водится прорва золотых фунтов и ценных материалов…» – размышляя об этом, Клейн не удержался и смерил Билта долгим, оценивающим взглядом.

В этот самый миг Билт ни с того ни с сего зябко содрогнулся, почувствовав, как волоски на затылке предательски встают дыбом.

Ему почудилось, будто Герман Воробей только что смотрел на него не как на человека, а как на сундук с баснословными сокровищами!

И, надо признать, перспектива оказаться чьим-то кладом не сулила ровным счетом ничего хорошего.

Билт воровато покосился на стоящего поодаль Сотоса и, выдавив из себя вымученную улыбку, произнес:

– Это ведь плавательный пузырь рыболюда, я не ошибся?

– С материалом подобного ранга при ковке мистических артефактов неприятных сюрпризов обычно не возникает.

– Гонорар мастера составит сто пятьдесят фунтов. Можете расплатиться со мной уже по факту, когда всё будет готово.

«Весьма божеский ценник…» – Клейн ответил безмолвным кивком и небрежно бросил рыбий пузырь собеседнику.

Дождавшись, пока Билт поймает добычу, сыщик добавил:

– Заодно забросьте удочку и узнайте у вашего «Ремесленника», по силам ли ему намертво впечатать ритуал призыва существа из духовного мира в какой-нибудь предмет. Главное требование – вещица должна прослужить верой и правдой как минимум год.

– Пара пустяков, – Билт с заметным облегчением выдохнул и бросил многозначительный взгляд на Сотоса.

Сотос, потерев глубоко посаженные глаза, сделал шаг вперед и заговорил:

– Мистер Герман, не возникает ли у вас в последнее время желания вновь выйти в море?

– В нашем распоряжении уже имеется парочка весьма добротных посудин, и сейчас мы как раз сколачиваем команду, чтобы отправиться на восток и открыть сезон охоты на корсаров.

«Звучит чертовски заманчиво… Вот только сейчас для меня важнее всего переварить эликсир…» – Клейн с абсолютной невозмутимостью покачал головой, отвечая отказом.

Улыбка на лице Сотоса мгновенно окаменела, а в следующую секунду и вовсе растворилась без следа.

Больше он не проронил ни звука. Спорить с отказом авантюриста, чья мощь не уступала пиратским адмиралам, было бы чистой воды самоубийством. Они с Билтом уже успели перелопатить свежую прессу и железобетонно удостовериться в том, что Герман Воробей перед ними – самый что ни на есть подлинный.

Клейн плавно поднялся на ноги. Прижав цилиндр к груди, он отвесил собеседникам легкий, учтивый поклон:

– Премного благодарен за содействие.

Лицевые мышцы Билта нервно дернулись. Трактирщик явно боролся с собой, титаническим усилием воли сдерживая какие-то слова, уже вертевшиеся у него на языке.

В конечном итоге он шумно, с натугой втянул воздух и, выдавив кривую улыбку, произнес:

– Скорее уж, рад взаимовыгодному сотрудничеству.

Клейн, чье чутье работало безупречно, не мог не заметить странностей в поведении Билта и Сотоса. Однако он благоразумно задушил в себе жгучее любопытство, так ни о чем и не спросив.

«Спрашивать категорически запрещено. Один лишний вопрос – и я неминуемо по уши увязну в чужих проблемах… А мне сейчас жизненно необходимо сосредоточиться на усвоении зелья…» – сыщик круто развернулся, подошел к двери и взялся за ручку.

– Мистер Герман, – внезапно, словно не в силах больше сдерживаться, выпалил Билт.

Уголок губ Клейна едва заметно дрогнул. Сохраняя ледяное спокойствие, он вполоборота обернулся и посмотрел на трактирщика.

– Да нет, ничего эдакого… Ха-ха, я лишь хотел сказать, что для членов нашего братства выпивка в моем заведении всегда обойдется дешевле, – натужно рассмеялся Билт, тщетно пытаясь сгладить неловкость.

«Ты всерьез надеялся, что я клюну на эту наживку и начну выпытывать, что у вас стряслось? Наивный…» – сыщик скупо кивнул, распахнул дверь и скрылся в коридоре.

Проводив взглядом его удаляющуюся спину, Билт пару секунд стоял словно громом пораженный, после чего тяжело, с надрывом вздохнул.

Глава 620
Задание для дублера

В комнате, заслышав тяжелый вздох Билта, Сотос потер край глазницы и глухо произнес:

– Шеф, тот самый влиятельный господин прибывает уже послезавтра.

Билт бросил на него свинцово-мрачный взгляд:

– Знаю.

– У нас осталось лишь два пути. Либо мы, наплевав на то, заслуживает ли Герман Воробей доверия, поручаем это дело ему и молимся о благополучном исходе. Либо мы прямо сейчас бросаем все наши дела на Олави, сгребаем наличность с брюликами и рвем когти в открытый океан, чтобы заделаться корсарами. Ручаюсь, львиная доля матросов и авантюристов с «Охотника на пиратов» пойдет за нами. – Выдержав паузу, Сотос добавил: – Босс, в былые времена, когда вы сами были авантюристом, когда вели наш корабль на абордаж и истребляли корсаров, вы рубили сплеча, не ведая сомнений. Сдается мне, вы уже всё решили, и мои советы тут излишни.

– Ха-ха, оставь эту дешевую лесть, – горько усмехнулся Билт. – Я уже давно не тот бесстрашный охотник на пиратов, что смеялся в лицо смерти под градом ядер и ливнем крови. Годы сытой, безмятежной жизни исподволь сожрали мою волю. Да я даже о возвышении по ступеням Последовательностей больше не помышляю – перед глазами до сих пор стоят лица бывших товарищей, обратившихся в жутких монстров.

Ху-у-у… Шумно выдохнув, он мгновенно подобрался, а лицо его окаменело:

– Впрочем, твоя правда: времени на раскачку не осталось. Решать нужно здесь и сейчас.

Бросив это, трактирщик слегка повернул голову и кивком указал в сторону окна.

Сотос на долю секунды опешил, но тут же раскусил замысел босса.

……

Покинув стены бара «Сладкий лимон», Клейн неспешно брел по улице, намереваясь поймать наемный экипаж на ближайшем перекрестке.

Как вдруг до его ушей донесся оглушительный грохот распахнувшегося окна на втором этаже, и в следующую секунду оттуда камнем рухнул человеческий силуэт.

Должно быть, сказался богатый багаж леденящих душу инцидентов вроде проклятой тетради семьи Антигон и той чертовщины на телеграфе в порту Банси, но первой мыслью Клейна было: Билт Брандо мертв. Что трактирщик скоропостижно испустил дух сразу после их беседы и теперь вывалился из окна, чтобы рухнуть на брусчатку с остекленевшими, широко распахнутыми глазами.

Точь-в-точь как тогда, в Тингене, когда он вышиб дверь и обнаружил мать Рэйэла Бибера: полусгнивший труп в кресле-качалке, чьи глазные яблоки с влажным шлепком вывалились на пол от малейшей вибрации.

Эти мрачные ассоциации молнией пронеслись в сознании, однако, приглядевшись, сыщик понял: с небес свалился вовсе не Билт Брандо, а Сотос Янг.

Ко всему прочему, мужчина выглядел абсолютно невредимым и явно пребывал в добром здравии.

«Дерьмо, проблемы сами падают на голову…» – сердце Клейна тревожно екнуло, и он мгновенно вынес более трезвый вердикт происходящему.

Будь он сейчас в своей привычной личине, то непременно сделал бы вид, что в упор не замечает этого картинного приземления. Резко развернулся бы и пустился наутек со всех ног еще до того, как этот Сотос успел бы и рот раскрыть. Бежал бы так, сверкая пятками, словно та самая «Адмирал Звезд», преследуемая лавиной тайных знаний.

«Какая досада, что нынче я – Герман Воробей. А для отбитого наглухо авантюриста давать деру из-за такой ерунды – немыслимое позорище… Эх, заодно и собственную суть познаю чуточку лучше, считай, полезный опыт…» – Клейн как вкопанный застыл на месте, с ледяным спокойствием наблюдая, как облаченный в льняную рубаху и коричневую куртку Сотос виртуозно приземляется на ноги, прижимает руку к груди и отвешивает почтительный поклон:

– Мистер Герман Воробей, у нас есть к вам одно крайне важное, безотлагательное поручение.

«Началось…» – Клейн, ни единым мускулом не дрогнув на лице, невозмутимо парировал:

– В последнее время я не страдаю от избытка свободного времени.

– Это не отнимет у вас много времени. Умоляю, хотя бы выслушайте суть дела, а уж потом решайте, стоит ли игра свеч, – с обезоруживающей искренностью взмолился Сотос, чьи губы и подбородок густо заросли черной бородой.

«Того-то я и боюсь: послушаю – и отказаться уже не выйдет… Хм, впрочем, не так уж всё и страшно. Вздумай этот Билт Брандо на пару со своим Сотосом распускать руки и брать меня на понт, принуждая к сделке – я с превеликим удовольствием переплавлю их тушки в золотые фунты и Потусторонние материалы…» – поразмыслив пару секунд, сыщик с легким удивлением осознал, что на бескрайних морских просторах ему, в общем-то, некого особо опасаться. С боевой мощью калибра пиратского адмирала он мог смело открывать любые двери с ноги.

Выудив из внутреннего кармана золотой брегет и со щелчком откинув крышку, юноша скользнул взглядом по циферблату:

– Даю вам ровно пять минут.

– Премного благодарен, этого с лихвой хватит, – Сотос указательным пальцем махнул в сторону входа в «Сладкий лимон», оставшегося за спиной сыщика.

Вернувшись всё в тот же кабинет, Клейн смерил взглядом настенные часы и ледяным тоном отчеканил:

– Осталось три минуты и двенадцать секунд.

Как ни странно, именно эта пугающая, маниакальная педантичность мигом успокоила растрепанные нервы Билта. Трактирщик окончательно уверовал: у Германа Воробья хватит пороху, чтобы блестяще провернуть это дело.

– Мистер Герман, птичка напела, будто вы способны виртуозно принимать чужие обличья, точь-в-точь как покойный «Вице-адмирал Ураган» Килангос. Это правда? – не теряя ни секунды, выпалил Билт.

«И какая же тварь успела раструбить об этом?» – бровь Клейна едва уловимо дрогнула, а взгляд, пригвождивший Билта к месту, мгновенно налился бездонной, непроницаемой тьмой.

Распусти кто слушок о том, что Герман Воробей владеет талантом абсолютного перевоплощения, и это сулило бы Клейну целую прорву хлопот. Ведь подобный фокус неминуемо вызовет ассоциации либо с «Ползучим голодом» и бесславной кончиной Килангоса, либо же наведет прожженных мистиков на мысли о «Безликом». В первом случае на огонек вполне могли заглянуть соглядатаи Ордена Сумеречных Отшельников, а во втором – инквизиторы Церкви Богини Вечной Ночи почти стопроцентно взяли бы его на карандаш и бросили бы по следу своих ищеек.

Разумеется, хватка Церкви Богини на море была откровенно слабой, так что парень не слишком-то из-за этого трясся. Ему просто до смерти не хотелось скрещивать клинки со своими бывшими сослуживцами – Ночными Ястребами.

Дойди дело до открытой конфронтации, и ему пришлось бы навсегда похоронить личину Германа Воробья. И это в тот самый критический момент, когда образ отбитого наглухо, чертовски могущественного авантюриста с толикой затаенной человечности только-только начал обрастать нужной славой, принося всё более щедрые плоды для переваривания зелья!

Билт, шкурой почуяв леденящую перемену во взгляде гостя, инстинктивно напрягся как струна и суетливо, с нервным смешком пояснил:

– Эти слухи принес ветер с палубы «Черной смерти».

«Трейси… Так вот как эта стерва решила мне отомстить. Уж погоди, настанет день, и я непременно доведу эту охоту до победного финала…» – Клейн скупо, едва заметно кивнул:

– Можешь считать эти слухи чистой правдой.

Юноша благоразумно не стал распинаться о природе своих паранормальных талантов. Подобная болтливость в корне расходилась с ледяным образом Германа Воробья.

Билт с огромным облегчением выдохнул. Взяв пару секунд на то, чтобы усмирить дыхание, он заговорил:

– Мы с ног сбились, подыскивая дублера для одного весьма влиятельного господина.

Под тяжелым, непроницаемым взором сыщика трактирщик пустился в детальные разъяснения:

– Этому вельможе позарез нужно отлучиться ради одной глубоко сокрытой, архиважной миссии, о которой не должна прознать ни единая живая душа. А потому ему жизненно необходим кто-то, кто сможет безупречно отыграть его роль: вести будничные дела, устраивать приемы, умасливать любовниц, и при этом ни на йоту не выдать подвоха. Сам же он планирует управиться денька за три-четыре, ну максимум за пять.

– Мы уже было нащупали идеального кандидата – бродягу, поразительно схожего с ним лицом. Убили уйму времени, чтобы выдрессировать его манеры и выправить акцент. Даже успели обрадовать заказчика… И кто бы мог подумать, что этот оборванец, дорвавшись до дармовой жратвы и выпивки, банально обожрется до смерти! Внезапный приступ позавчера ночью, и он благополучно откинул копыта.

– Операция того господина вот-вот стартует, а у нас попросту нет времени рыскать по подворотням в поисках нового двойника. Вы – наша последняя, отчаянная надежда.

«Так ведь это же и есть тот самый безупречный шанс для истинного „отыгрыша“, о котором я грезил!..» – от этих слов сердце Клейна радостно екнуло.

Однако цепкий ум юноши мгновенно выхватил одну пугающую деталь:

Если уж сам глава «Общества взаимопомощи авантюристов» величает заказчика «влиятельным господином», значит, птица эта воистину заоблачного полета. А вокруг таких фигур всегда кипят самые грязные, смертоносные интриги, таящие в себе фатальные риски!

Тщательно всё взвесив, Клейн глухим баритоном поинтересовался:

– Полагаешь, дело пахнет гарью?

– Ничуть. Покуда маскировка не треснет, тебе ничто не угрожает. Твоя задача – лишь маячить на виду, изображая бурную деятельность этого вельможи. Хех, уж поверь, кишка тонка у кого бы то ни было пускать в него пулю. Хм… Я прекрасно понимаю твои опасения. Боишься, что заказчик заметет следы и пустит в расход всех свидетелей? Брось, корсары и без того распускают о нем такие дикие, бредовые байки, что стоит делу благополучно завершиться – хоть на каждом углу кричи об этом спектакле, ни одна живая душа не поверит. Сочтут за очередной портовый анекдот, – развел руками Билт, расплываясь в улыбке.

Не став больше зацикливаться на этом, Клейн перевел разговор в прагматичное русло:

– Каков размер куша?

– Тысяча фунтов чистой наличностью вкупе с тремя заказами у моего «Ремесленника». Хе-хе, к тому же я беру на себя все издержки за его работу, с тебя лишь Потусторонние материалы, – Билт виртуозно сыграл на недавних запросах Германа Воробья, выкатив предложение, от которого, по его мнению, было попросту невозможно отказаться.

«Звучит весьма недурно… Но главным призом всё равно остается шанс на идеальный „отыгрыш“…» – Клейн вновь скользнул взглядом по настенным часам:

– Я беру паузу. Ответ получишь ближе к вечеру.

Как бы там ни было, первым делом следовало воспарить в чертоги над серой мглой и раскинуть карты на уровень угрозы!

– Учитывая, что и Билт, и Сотос были Потусторонними как минимум седьмой, а то и шестой Последовательности, сыщик благоразумно не стал отлучаться в местную уборную, до смерти боясь спровоцировать лишние подозрения.

Поскольку имя таинственного заказчика так и не прозвучало, Билт ничуть не обеспокоился и лишь согласно кивнул:

– Договорились.

– Искренне уповаю на плодотворное сотрудничество.

…………

Улица Уильямс. Рослый, почти двухметровый, крепко сбитый фейсакец методично выискивал хоть какие-то зацепки.

Внезапно его духовная интуиция забила тревогу, и он резко вскинул голову.

Пространство вокруг него уже заволокло сиянием, подобным свету утренней зари, отчего окрестные дома и газовые фонари подернулись зыбким маревом, уподобившись иллюзии.

В то же самое мгновение на проспекте взметнулись языки пламени, и со всех сторон начали проступать всевозможные сверхъестественные аномалии.

«Как я и предполагал, семья Сорен тоже выслала своих ищеек…» – фейсакец, чьи подозрения только что подтвердились, устремил тяжелый взгляд вдоль улицы.

Его взору предстали один за другим вырастающие из ниоткуда Ночные Ястребы: кто в красных, а кто в черных перчатках. С окрестных крыш высунулись иссиня-черные, испещренные сложной вязью узоров оружейные стволы, намертво взяв его на мушку. При этом снующие мимо прохожие даже бровью не повели, пребывая в блаженном, абсолютном неведении.

Ко всему прочему, он воочию узрел архиепископа Баклундской епархии Церкви Бога Пара и Машин Хорамика, а также владыку столичной епархии Церкви Богини Вечной Ночи – святого Энтони.

В следующее же мгновение краем глаза он уловил, как агенты семьи Сорен синхронно вскидывают руки, покорно задирая их над головами.

…Могущественный фейсакский шпион без лишних слов последовал их примеру.

Обе стороны приняли молниеносное, прагматичное решение: сдаться!

Любая попытка сопротивления обернулась бы неминуемой, мгновенной смертью на месте. А вот плен оставлял вполне осязаемые шансы на выкуп!

…………

Ближе к половине седьмого вечера Клейн вновь переступил порог бара «Сладкий лимон», где его уже дожидались Билт и Сотос.

Сохраняя на лице абсолютную, ледяную невозмутимость, сыщик произнес:

– Пятьсот фунтов авансом.

– И выкладывайте, чью именно личину мне предстоит примерить.

На губах Билта сама собой расцвела нескрываемая, широкая улыбка. Кивком отправив Сотоса к сейфу, трактирщик глухим баритоном ответил:

– Это верховный главнокомандующий военно-морскими силами Королевства в акватории Среднего моря Соня.

– Его превосходительство адмирал Эмириус Ривельт!

– Подлинный полубог!