Текст книги "Путешественник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 125 страниц)

Глава 487
Растущий Клуб Таро

Под прицелом множества скрестившихся на нем взглядов «Луна» Эмлин внезапно стушевался, смутно осознавая, что, кажется, ляпнул нечто совершенно лишнее.

«Чего они уставились? Разве запрещено водить дружбу с кем-то из рода Крови? Может, стоит объясниться?.. Да нет, что вообще не так с родом Крови? Я и сам к нему принадлежу, скрывать тут нечего! Наша раса может похвастаться древнейшей историей, немыслимым долголетием и колоссальным багажом знаний. Мы – подлинная, благородная аристократия! Да и сами-то вы не сказать чтобы блистали могуществом, вон, только что торговались за жалкие побрякушки шестой Последовательности!» – мысли вихрем проносились в голове Эмлина Уайта, сменяя одна другую, пока он наконец надменно не вздернул подбородок и с нескрываемой гордостью не добавил:

– Да, я чистокровный представитель рода Крови.

«Его ведь даже никто не спрашивал об этом… Похоже, господин „Луна“ просто занервничал, вот и выдал столь бурную реакцию…» – проанализировала поведение Эмлина «Справедливость» Одри.

«И впрямь вампир…» – с неподдельным любопытством в голосе поинтересовалась «Фокусник» Форс:

– Господин «Луна», скажите, а ваш род Крови тоже, подобно людям, разделил своих на герцогов, маркизов, графов, виконтов и баронов, чтобы как-то ранжировать мастеров по уровню силы и статусу?

– О нет, всё с точностью до наоборот: это вы, люди, всё скопировали у нас! – Эмлин мгновенно выпрямил спину. – Еще задолго до Великого Катаклизма, в седую Вторую Эпоху, в нашем роду уже существовала четкая иерархия титулов от барона до герцога. Те, кто еще не сумел обуздать собственную мощь, считаются несовершеннолетними. Я же принадлежу к числу взрослых. Стоит мне перешагнуть на следующую ступень, как я удостоюсь баронского титула, а дальше – выше и выше, вплоть до герцога. А над ними возвышаются лишь королевы и принцы. В те времена человечество еще прозябало под железной пятой Двора Короля Гигантов, так что ни о каких человеческих титулах и речи быть не могло!

Не успел он договорить, как сидящий неподалеку «Солнце» Деррик прямолинейно, даже не подумав, ляпнул:

– В летописях нашего Города Серебра нет ровным счетом никаких упоминаний об этом.

– Иерархия рода Крови берет свое начало с момента явления «Скрижалей Богохульства». До этого их структура оставалась донельзя размытой: существовали лишь главы отдельных кланов да региональные вожди, а на самом Олимпе восседала Прародительница Лилит. И лишь потом они начали жестко ориентироваться на систему зелий, раздавая титулы соразмерно Последовательностям.

«Луна» Эмлин лишь презрительно, с нескрываемым высокомерием фыркнул:

– Летопись нашего рода Крови высечена веками немыслимого долголетия. Каким-то нелепым россказням из жалкого, крошечного Города Серебра ее не перечеркнуть.

«Постойте-ка, они то и дело поминают этот Город Серебра. Где это вообще? Почему я впервые в жизни о нем слышу?..» – выдав эту отповедь, Эмлин внезапно поймал себя на мысли, что упустил из виду какую-то критически важную деталь.

– Наш Город Серебра не имеет привычки выдумывать прошлое. Все наши хроники опираются на доподлинно подтвержденные древние манускрипты и раскопки руин иных государств, – с легкой, почти детской обидой в голосе стоял на своем «Солнце» Деррик.

«Если в эту перепалку никто не вмешается, они будут препираться до самого конца собрания… Наш юный „Солнце“, хоть и славится своей обезоруживающей честностью, скромностью и молчаливостью, на деле оказался до жути упрямым и принципиальным. А господин „Луна“, судя по всему, дышит к истории рода Крови прямо-таки болезненным фанатизмом…» – «Справедливость» Одри с упоением предавалась излюбленной забаве «Телепатов», разбирая психологические портреты окружающих.

В этот самый момент «Повешенный» Элджер, наконец, подал голос, обрывая этот бесконечный спор между «Солнцем» и «Луной»:

– Я знаю способ, позволяющий роду Крови нарастить свою мощь.

Внимание Эмлина мигом переключилось:

– Хм, и какую же плату вы потребуете, господин «Повешенный»? Взамен я готов поделиться утерянными хрониками из сокровищницы рода Крови.

На губах «Повешенного» Элджера заиграла легкая улыбка:

– В этом нет нужды. Все мы – соратники по Клубу Таро, а потому подобный обмен сведениями не стоит ни пенни.

«Господин Повешенный поистине великодушный и благородный человек…» – мысленно, с ходу окрестив моряка в свои спасители, постановил Эмлин:

– Примите мою искреннюю благодарность за вашу доброту.

Элджер выдержал пару секунд паузы и произнес:

– Представители рода Крови в точности так же способны поглощать магические зелья ради возвышения. Загвоздка лишь в том, что эликсир должен быть правильным, идеально подходящим вашей природе. Великие Церкви уже давно проводят в своих недрах подобные эксперименты, и результаты железобетонно доказывают: этот метод работает. Увы, доступа к детальным отчетам у меня нет.

– Вот только стержневыми ингредиентами для этих зелий служат останки моих же сородичей! – Эмлин наотрез отверг подобное кощунство.

«Повешенный» лишь усмехнулся:

– Никогда не рубите с плеча. Взять, к примеру, меня: я располагаю зацепкой, ведущей к характеристике одного покойного барона из рода Крови. Бедолага сложил голову во внезапной стычке, так и не успев передать силу преемнику. А вы, прибегнув к методу эликсиров, вполне могли бы прибрать к рукам его наследие, дабы мощь вашего рода не канула в небытие.

Эта вещица пылилась в закромах одного знакомого Альджеру пиратского барона. Не имея ни малейшего понятия, к какому Пути и какой Последовательности она принадлежит, морской волк никак не мог сбыть ее с рук. Да и недавно налаженный канал связи с «Ремесленниками» тоже не выказал к трофею особого интереса.

«Принять наследие через зелье, чтобы сберечь силу рода Крови…» – Эмлин внезапно поймал себя на мысли, что доводы господина «Повешенного» звучат на редкость убедительно. Сменив гнев на милость, он поинтересовался: – И во сколько же мне обойдется это удовольствие?

«Повешенный» Элджер тихонько рассмеялся:

– Тысячи четыре-пять фунтов. Точный ценник назову, как только свяжусь с нынешним владельцем.

Он еще не успел перетереть с тем пиратом, однако свято верил: если сумма не окажется смехотворно низкой, тот непременно ударит по рукам. Для морских разбойников любая успешная продажа награбленного – чистая прибыль, ведь затраты на добычу зачастую равны нулю.

– Пять тысяч фунтов⁈ – ошарашенно выдохнул «Луна» Эмлин.

«Имей я на руках такие деньжищи, скупил бы тех кукол, на которых давно облизываюсь! Да еще и каждой справил бы по несколько роскошных нарядов!» Первым порывом вампира было послать эту сделку ко всем чертям. Но следом память услужливо подкинула благосклонность Прародительницы, величие рода Крови и его собственный статус мессии, призванного спасти сородичей… Эмлин оказался в мучительном тупике.

Элджер не стал на него давить, лишь с непринужденной легкостью улыбнулся:

– Я прекрасно понимаю: выбор не из легких. Возьмите паузу на раздумья, торопиться совершенно некуда.

– Добро, – с нескрываемым облегчением выдохнул Эмлин.

«Господин Повешенный и впрямь тот еще прожженный лис…» – мысленно проворчала «Справедливость» Одри. Переведя взгляд на Эмлина, она обратилась ко всем присутствующим:

– Леди и джентльмены, не наклевывались ли у вас зацепки к плоду Дерева Старцев и крови зеркального дракона?

– Имеются, – без малейших колебаний отозвался Эмлин.

Прошлая авантюра с закупкой Потусторонних ингредиентов для одного именитого частного сыщика принесла ему весьма недурной куш. С тех самых пор на любой вампирской сходке он держал ухо востро, вылавливая подобные слухи.

Не дав мисс «Справедливости» и шанса задать радостный уточняющий вопрос, кровосос продолжил:

– Плод Дерева Старцев обойдется фунтов в шестьсот-семьсот, а кровь зеркального дракона потянет не больше, чем на сотню. Точные цифры из головы вылетели.

Выложив как на духу те самые расценки, что озвучивали продавцы, он с обезоруживающей откровенностью добавил:

– Однако сверху вам придется отстегнуть лично мне полтинник… нет, сотню фунтов в качестве комиссионных. Сами понимаете: я трачу собственное время да еще и рискую головой.

Эту изящную коммерческую схему Эмлин перенял у самого Шерлока Мориарти. Вампир свято уверовал в ее гениальность и справедливость – в конце концов, любой труд посредника обязан быть щедро вознагражден!

– По рукам! – не успело эхо его слов раствориться в воздухе, как Одри с превеликой радостью ударила по рукам.

Девушка прекрасно понимала, что в таких делах принято торговаться, но не видела в этом ни малейшего смысла. Риск разгневать продавца и сорвать сделку из-за жалких грошей совершенно того не стоил.

«Прямо сейчас для меня нет ничего важнее прорыва на седьмую Последовательность… Как изрекал великий Рассел: проблема, которую можно залить деньгами – это не проблема, а расходы…» Давящая меланхолия, терзавшая Одри последние дни, заметно отступила.

Миновал новогодний бал, и юная леди наконец-то вступила в законные права, получив доступ к своим четырехстам тысячам фунтов. Единственной ложкой дегтя стала необходимость держать при себе целый штат счетоводов и управляющих, навязанных бдительным отцом.

Вдобавок ко всему, праздничные подношения в виде фамильных драгоценностей, породистых скакунов, гончих и антикварных полотен перевалили за отметку в двадцать тысяч фунтов. Львиная доля этих даров была щедро преподнесена матушкой, обоими братьями и прочими родственниками из клана Холл.

Что же касалось голых наличных, тут всё было куда скромнее – каких-то жалких пять тысяч фунтов.

Тот колоссальный вклад, что она внесла в расследование трагедии Великого баклундского смога, так и остался без официальных лавров – девушка сама настояла на строжайшей анонимности. В итоге вся эта слава благополучно перетекла в политическую копилку графа Холла. В знак признательности этот маститый вельможа и акула банковского бизнеса клятвенно заверил свою «маленькую принцессу»: отныне любые её траты на оккультные нужды будут безоговорочно оплачиваться из его бездонного кармана.

Разумеется, светить перед отцом своими планами по штурму седьмой Последовательности Одри не решилась бы ни за какие коврижки. Приходилось, как и прежде, выкручиваться, пуская в ход скромные карманные сбережения да тайные заначки.

«Что ж, в этом месяце закрою должок перед Глейнтом, а в следующем – преспокойно отстегну те самые две тысячи фунтов избраннику господина Шута… Идеально, всё решается играючи…» – в превосходном расположении духа рассуждала про себя Одри.

«…А барышня-то при деньгах…» – «Луна» Эмлин от столь стремительного согласия на долю секунды впал в ступор, после чего с искренним недоумением поинтересовался:

– И как же нам провести сделку?

Одри, лучезарно улыбнувшись, принялась разъяснять:

– Через ритуал жертвоприношения нашему многоуважаемому господину Шуту.

Проявив похвальную инициативу и испросив высочайшего дозволения «Шута», она тут же силой мысли материализовала подробный алгоритм обряда.

Приняв два исписанных куска пергамента, Эмлин лишь ошарашенно хлопал глазами: подобный способ обмена товаром лежал далеко за гранью его понимания.

И лишь в этот самый миг он до самых глубин своего существа прочувствовал всю колоссальную, пугающую разницу между Клубом Таро и заурядными подпольными ложами.

Безмолвно созерцая этот бойкий торг между участниками, Клейн испытывал искреннее, глубочайшее удовлетворение. С каждым днем Клуб Таро обрастал всё новыми связями и ресурсами. Достигать поставленных целей стало на порядок легче – канули в Лету те времена, когда запросы отчаянно повисали в пустоте, так и не находя отклика.

Мисс «Справедливость», за которой стояли Алхимия Психологии, аристократические круги Лоэна и колоссальная сила денег; господин «Повешенный», обеспечивающий доступ к ресурсам морей и Церкви Повелителя Бурь; малыш «Солнце», олицетворяющий Землю, покинутую богами, и Город Серебра; мисс «Фокусник», выступающая связующим звеном с семьей Авраам и баклундским подпольем низших и средних эшелонов; и, наконец, «Луна», представляющий благородный род Крови… Все они превращали Клуб Таро в поистине совершенный механизм для обмена ресурсами и разведданными. «Да и к прорыву на новые ступени они все уже вплотную приблизились…» – с удовлетворением размышлял Клейн, попутно дергая за ниточки и заставляя «Мира» проскрипеть хриплым басом:

– В моих руках оказалась ниточка, ведущая к наследию одного покойного «Психиатра». Мисс «Справедливость», вы всё еще испытываете в этом нужду?

Клейн благоразумно не стал перебивать сделку Эмлину чуть ранее именно потому, что прекрасно помнил: мисс «Справедливость» содержит питомца того же самого Пути, а значит, Потусторонняя характеристика мертвым грузом точно не осядет.

– Всенепременно, – Одри ответила без малейшей тени сомнений.

Логика юной аристократки была донельзя прагматична: в случае внезапного нападения врага уповать лишь на собственные силы и фактор внезапности было бы слишком самонадеянно. Куда надежнее иметь в рукаве пушистый, совершенно непредсказуемый козырь в виде Сьюзи.

– Это потребует времени. Быть может, месяц, а то и все два, – глухо, с хрипотцой предупредил «Мир».

– Меня это вполне устроит, – без малейшего внутреннего напряжения согласилась девушка.

Она прекрасно знала, что ретриверша еще даже близко не переварила эликсир «Телепата».

«Фух, ударили по рукам, и слава богу. Искренне уповаю, что мне удастся как можно скорее даровать тому несчастному „Психиатру“ вечный покой… А мисс Справедливость даже ценником не поинтересовалась! Видать, свято верит, что под надзором господина Шута грабительских наценок не бывает, а любую вменяемую сумму она потянет без проблем? Её финансовое положение за последнее время явно пошло в гору…» – размышляя об этом, Клейн заставил марионетку перевести взор на «Повешенного» и глухо, с каркающим смешком произнести:

– Не желаете ли посодействовать мне со сбытом еще одной вещицы?

– Цена – никак не меньше трех с половиной тысяч фунтов. Ваши комиссионные – пятнадцать процентов.

– Всегда рад сотрудничеству, – Элджер с готовностью принял условия, и лишь затем, снедаемый любопытством, поинтересовался: – О каком товаре идет речь?

Фигура господина «Мира» давно интриговала моряка. Интуиция подсказывала, что этот мрачный новичок обладает поистине бездонным багажом знаний и роскошным арсеналом редких диковинок.

– Потусторонняя характеристика, оставшаяся после гибели мастера шестой Последовательности. Её коронная способность – виртуозно изменять черты лица и комплекцию тела. Приятным бонусом идут недюжинные навыки рукопашного боя, управление пламенем и еще парочка трюков. Разумеется, какой именно артефакт выйдет в итоге, будет всецело зависеть от фантазии и мастерства того самого «Ремесленника», – болванчик издал тихий, скрипучий смешок.

«Изменять внешность и фигуру по щелчку пальцев… До одури хочется такую вещицу!» – эта мысль синхронной молнией прошила умы «Справедливости» Одри и «Фокусника» Форс.

Вся разница заключалась лишь в том, что писательница, скованная финансами, просто молча сглотнула слюну. А вот изумрудные глаза юной аристократки вспыхнули ярким, предвкушающим светом, и она решительно подала голос:

– Господин «Повешенный», могу ли я загодя выкупить тот самый мистический артефакт, что сотворит из этого материала ваш знакомый «Ремесленник»? Единственное условие: функция смены облика должна сохраниться!

«Уж на покупку диковинки, не таящей в себе смертоносных побочных эффектов, папа раскошелится без малейших колебаний!» – с абсолютной, безмятежной легкостью мысленно добавила девушка.

Глава 488
Деньги на жизнь

«Заказать мистический артефакт?» – «Повешенный» Элджер на секунду опешил, прежде чем до него дошел смысл слов мисс «Справедливости».

Рамки его привычного мышления мгновенно раздвинулись, и моряк почуял, что в этом деле кроется отличная возможность для извлечения выгоды:

«В каком-то смысле Потусторонняя характеристика, сбыть которую поручил „Мир“, уже считается проданной, ведь у артефакта есть конечный покупатель… Я вполне могу упростить схему, обернув всё с куда большей пользой для себя. Иными словами, мне совершенно ни к чему сбывать товар „Ремесленнику“ – куда разумнее оформить заказ на изготовление. При таком раскладе отпадает нужда ломать голову над тем, удастся ли вообще продать эту характеристику. Я не только сорву свой процент от сделки с „Миром“, но и вытрясу из мисс „Справедливости“ дополнительную прибыль. А из первоначальных вложений потребуется лишь оплатить работу мастера. Разумеется, нельзя сбрасывать со счетов риск того, что „Ремесленник“ может нарушить уговор…»

Пока эти мысли одна за другой всплывали в голове, Элджер молниеносно взвесил все за и против, приняв окончательное решение.

– Договорились. Я беру это дело на себя, – он устремил взор на мисс «Справедливость», внезапно ощутив, будто от девушки исходит слепящее, почти невыносимое золотое сияние.

Даже вступив в ряды Церкви Повелителя Бурь и долгие годы бороздя бескрайние океаны, моряк нигде не встречал столь поразительных людей.

Среди крупных морских дельцов хватало и отпетых транжир, и баснословных богачей, вот только ни один из них не разбрасывался золотом с таким искренним, абсолютным равнодушием.

«Финансовое положение мисс Справедливости настолько пошло в гору?» – «Шут» Клейн тоже не на шутку поразился.

На долю секунды ему до одури захотелось поторопить девушку, чтобы та поскорее погасила долг в две тысячи фунтов перед его избранником. Однако, вспомнив, что уже дал добро на отсрочку до февраля-марта, владыка предпочел сохранить величественное безмолвие и не шелохнулся, дабы не разрушить свой непостижимый ореол.

«По крайней мере, деньги за Потустороннюю характеристику „Безликого“ поступят в самом скором времени. Сроки теперь зависят лишь от того, как быстро господин Повешенный выйдет на связь с „Ремесленником“, да от расторопности самого мастера при ковке артефакта… Какая досада, что пока приходится действовать через Повешенного. Имей я прямой выход на мастера, можно было бы загнать характеристику мисс Справедливости напрямую, не отстегивая никаких комиссионных…» – от этих мыслей на душе у Клейна стало слегка тоскливо.

Успешно закрыв столь крупную сделку, Элджер беззвучно выдохнул с облегчением, чувствуя, как его собственные финансы медленно, но верно идут на поправку.

Выдержав пару секунд паузы, он поинтересовался:

– Леди и джентльмены, не найдется ли у кого из вас способа или подходящего артефакта, способного в одночасье погрузить в глубокий сон весь экипаж корабля?

Причина, по которой Элджер до сих пор не наведался на тот затерянный первобытный остров поохотиться на синетеневого сокола, крылась в банальном: он никак не мог взять в толк, как ему незаметно ускользнуть с борта «Лазурного Мстителя», не вызвав подозрений у дюжины матросов, приписанных к Церкви.

«Усыпить всю команду?» Первым делом на ум Клейну пришел флакон с биологическим токсином, однако контролировать эффект этой дряни было попросту невозможно, и последствия грозили обернуться весьма неприглядной, кровавой картиной.

Следом он вспомнил о поглощенной «Ползучим голодом» душе «Кошмара». Погружать в сон и утягивать в сновидения – как раз и было фирменным талантом этой профессии.

«Вот только загвоздка в том, что „Кошмару“ ни за что не усыпить такую ораву разом. Его предел – не больше десятка человек. Чтобы провернуть фокус такого размаха, как просит господин Повешенный, потребуется как минимум мастер пятой Последовательности этого Пути, а то и вовсе полубог…» – рассудив так, Клейн отбросил эту затею и не стал дергать за ниточки «Мира».

Тем временем «Справедливость» Одри, «Фокусник» Форс и «Солнце» Деррик кто покачал головой, кто просто озвучил короткое «нет».

«Луна» Эмлин немного призадумался и выдал:

– Я могу навести справки. Вполне возможно, в закромах нашего благородного рода Крови отыщется подходящий мистический артефакт.

«Вечно он твердит про этот „наш род Крови“… В будущем можно будет смело давить на эту мозоль при уговорах…» – Элджер мгновенно нащупал слабое место вампира и с улыбкой кивнул:

– Буду крайне признателен.

Поняв, что торговая часть близится к финалу, Клейн поспешил через «Мира» озвучить свои свежие нужды:

– Господа, прошу вас присматривать за остаточной духовностью древнего мстительного духа и глазами шестикрылой горгульи.

Что же до остальных вспомогательных ингредиентов, раздобыть их не составляло особого труда, и напрягать этим Клуб Таро сыщик не видел смысла.

– Сделаю, – первым откликнулся Деррик, после чего с легким смущением добавил: – Господин Мир, что касается того способа выжигания ментальной скверны из Потусторонних характеристик – вам придется еще немного подождать. Я уже совсем скоро прорвусь на седьмую Последовательность.

С этими словами он повернул голову:

– Господин Повешенный, как только вернусь в Город Серебра, тут же составлю список тварей, что водятся в наших окрестностях.

Любой должок и каждое неисполненное обещание тяжелым камнем лежали на его совести, не давая юноше спать спокойно.

– Время терпит, – с нарочитым безразличием отозвался хмурый «Мир».

Клейн и впрямь совершенно не торопился. Его личный «кодекс Безликого» еще даже не был до конца выкристаллизован, а переваривание эликсира едва сдвинулось с мертвой точки. На этот процесс уйдут долгие месяцы.

Именно поэтому в его планы не входил прямой марш-бросок на архипелаг Гаргас. Он намеревался в шкуре «авантюриста» или «путешественника» побродить по попутным колониальным островам, то и дело меняя личины и примеряя на себя разные жизни, дабы в совершенстве отточить эти самые «правила Безликого».

Заодно в пути он планировал дотошно выведать всё, что касается русалок. Прознав о том, что Церковь Богини содержит целый питомник этих паранормальных созданий и хранит в своих закромах рецепты высших эшелонов Пути «Провидца», Клейн всерьез опасался, что на архипелаге Гаргас расставлены хитроумные капканы на любого «Безликого», жаждущего возвышения.

Иными словами, ему предстояло болтаться по просторам моря Соня два-три месяца, а то и дольше. Этого времени «Солнцу» с лихвой хватило бы, чтобы выкупить формулу, собрать ингредиенты и стать «Жрецом Солнца» седьмого ранга.

С завершением торгов собрание Клуба Таро плавно перетекло в стадию свободного обмена новостями.

Одри не обманула ожиданий Элджера. Юная аристократка первой поднялась с места и, изящно приподняв воображаемый подол платья, присела в реверансе перед восседающим во главе бронзового стола владыкой:

– Многоуважаемый господин Шут, я жажду узнать истинную подоплеку Великого баклундского смога. Неужели это была лишь гнусная выходка фанатиков, пытавшихся пробудить «Изначальную Демонессу» и призвать в этот мир «Истинного Творца»? И с какой стати принц Эдсак пошел с ними на сговор?

– Следуя вашему незыблемому правилу равноценного обмена, какую плату мне надлежит внести за эти сведения?

«Знай я ответ, вся эта заварушка уже давно благополучно разрешилась бы…» – тертый калач Клейн, ни на йоту не изменив своей вальяжной позы, издал легкий смешок:

– Плата не требуется.

– Подлинный корень зла всё еще сокрыт во мраке, однако зацепок оставлено предостаточно. Остается лишь уповать, что ищейки трех великих Церквей не окажутся беспросветными идиотами.

Корень зла еще не найден? Беда так и не миновала окончательно? Выходит, господин Шут поручил своему благословенному оставить хлебные крошки для Церквей и армейцев? Одри испытала искреннее потрясение, но в то же время, памятуя о своих былых тревогах, сочла подобный вердикт вполне закономерным.

– Благодарю за ваши разъяснения, – она от всего сердца поклонилась вновь.

В Баклунде по-прежнему небезопасно? Услышав это, Форс почувствовала, как в душу закрадывается липкая тревога.

Дождавшись, пока мисс «Справедливость» опустится на стул, Клейн дернул за ниточки «Мира», заставив двойника хрипло усмехнуться:

– Господин Повешенный, я нащупал след того самого Балуна, о котором вы упоминали.

– Того самого Балуна, что замешан в целой серии массовых побегов рабов из колоний? – с явным недоверием переспросил моряк.

– Именно так. Смугло-красная кожа, явный выходец с Южного континента, густой баклундский акцент, а третий зуб слева – фальшивый, – скрипучим басом подтвердил «Мир».

– … Похоже, это и впрямь он, – поразмыслив пару секунд, Элджер кивнул. – Где он сейчас? Под какой личиной прячется? И еще, господин Мир, вы предпочитаете получить сто фунтов звонкой монетой, или вас устроит товар эквивалентной стоимости?

Поскольку это было официальное задание от Церкви Повелителя Бурь, покупка ценных сведений подлежала казенному возмещению, так что Элджер мог сорить деньгами без малейших угрызений совести.

«Разумеется, деньги!» Владыка чертогов, отчаянно ломающий голову над тем, где бы перехватить средств на пропитание, заставил «Мира» ответить:

– Сто фунтов наличными.

– Балун осел в Баклунде. Ходят слухи, что он пересекался с каким-то цепным псом короны из МИ-9. Имени назвать не могу, лицо того типа скрывала маска.

«Цепной пес короны из МИ-9…» – Элджер мысленно перекатал эту фразу на языке. В памяти мгновенно всплыл недавний вопрос мисс «Справедливости»: с какой стати принц Эдсак пошел на сговор с орденом Авроры и Сектой Демонессы?

И тут, и там все ниточки тянутся прямиком к королевской семье… Неужто эти два дела – звенья одной цепи? Быть может, истинная подоплека столичной катастрофы неразрывно связана с массовыми исчезновениями рабов? Моряк нутром почуял, что только что нащупал критически важный узел всей этой паутины.

– У вас поистине обширные связи и превосходная агентурная сеть. Сто фунтов будут переданы вам уже завтра, – сохраняя ледяную невозмутимость, с благодарностью произнес Элджер.

– Хех, – коротко хмыкнул «Мир» и перевел тяжелый взгляд на «Солнце»:

– Юноша, тебе ведомо о древнем гермесе?

Деррик не стал юлить и с обезоруживающей честностью ответил:

– Краем уха слыхал о гермесе, однако в архивах Города Серебра подобных знаний отродясь не водилось.

Во Вторую Эпоху никакого разделения на гермес и древний гермес не существовало в природе. Лишь в Четвертую Эпоху, в какой-то неведомый год, первозданный язык был изрядно упрощен ради удобства в обиходе, обучении и проповедях, навсегда утратив свою первобытную, пронзительную ритуальную мощь. Иными словами, тот самый гермес, о котором обмолвился паренек – это и есть древний гермес… Стало быть, в летописях Города Серебра фигура Гермеса действительно оставила свой след… Клейн едва заметно кивнул собственным мыслям и произнес:

– Какая досада. А я-то рассчитывал просить тебя об одной услуге.

Именно в этот миг, вслушиваясь в их беседу, Одри внезапно вспомнила об одной любопытной детали, всплывшей в Алхимии Психологии.

Девушка уже было порывалась выдать новость во всеуслышание, однако, скользнув взглядом по новоиспеченному «Луне» и резонно рассудив, что этот тип для нее – темная лошадка, она лишь грациозно приподняла руку и сказала:

– Многоуважаемый господин Шут, я бы хотела кое о чем доложить вам лично.

Клейн едва заметно кивнул, наглухо отсекая восприятие остальных присутствующих.

– О чем пойдет речь? – поинтересовался он абсолютно ровным, безмятежным тоном.

Одри без утайки выложила всё как на духу:

– Мне удалось выведать кое-какие вести из недр Алхимии Психологии. И самое главное среди них – истоки их ложи берут начало от раскопок руин Гермеса. Того самого легендарного мастера, что выковал древний гермес.

«Наследие Гермеса? А ведь этот почтенный старец коптил небо еще каких-то сто-двести лет назад… Неужто он сам, исподволь, навел основателей Алхимии на свои тайники, или же всё-таки бесславно сгинул в том инциденте с Расселом?» – Клейн внутренне содрогнулся. Тщательно взвесив слова, он расплылся в легкой улыбке и счел нужным предостеречь:

– Гермес состоит в рядах «Ордена Сумеречных Отшельников».

О том, что этот первопроходец мистики вполне может и по сей день топтать земную твердь, владыка чертогов благоразумно умолчал, поскольку стопроцентной уверенности в этом у него не было.

«Гермес – адепт „Ордена Сумеречных Отшельников“? Выходит, Алхимия Психологии тесно переплетена с этой немыслимо пугающей, сокрытой во мраке ложей?» – Одри обомлела от ужаса, но уже в следующую секунду с безмерным облегчением выдохнула.

«Какое счастье, что за моей спиной незримой стеной стоит Клуб Таро и лично господин Шут! Иначе я бы ни сном ни духом не ведала об этой нависшей угрозе и оказалась бы совершенно беззащитна…» – девушка в очередной раз от всего сердца, с глубочайшим благоговением вознесла хвалу владыке.

В этот самый миг Клейн едва не поддался порыву поддержать мисс «Справедливость» парой теплых слов. Ему до смерти хотелось сказать, чтобы она не терзала себя так сильно из-за Великого баклундского смога; что подлинная зрелость вовсе не обязывает ставить крест на хорошем настроении и навсегда стирать улыбку с лица. Ведь умение радоваться жизни ничуть не умаляет серьезности отношения к бедам, а, напротив, дарует силы выстоять в долгой борьбе. Однако, трезво всё взвесив и решив не рушить монументальный, недосягаемый образ «Шута», юноша скрепя сердце оставил этот искренний совет «Клоуна» при себе.

Вслед за этим он снял незримый барьер, возвращая слух и зрение остальным участникам, и приготовился безмолвно дожидаться, пока свободный обмен новостями иссякнет, знаменуя финал очередного собрания Клуба Таро.