Текст книги "Путешественник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 79 (всего у книги 125 страниц)

Глава 639
Список

У Клейна не нашлось ни единой причины отказывать «Адмиралу Звезд». Поразмыслив пару секунд, он ответил:

– Семьсот фунтов.

– Вполне справедливо, – Катлея даже не подумала торговаться.

В обычных обстоятельствах Потусторонняя характеристика восьмой Последовательности уходила фунтов за шестьсот-семьсот. Однако, если покупателю она требовалась до зарезу, щедрая наценка становилась делом обыденным. В конце концов, на подпольных сходках подобный товар мог не всплывать месяцами.

Клейн не стал закрывать сделку сию же секунду. С абсолютно невозмутимым лицом он слегка приподнял саквояж:

– Передам завтра.

Потустороннюю характеристику «Бойца» он при себе не держал. Львиную долю всех по-настоящему ценных вещей сыщик благоразумно оставлял пылиться в таинственных чертогах над серой мглой.

«Адмирал Звезд» Катлея ничуть не удивилась такому ответу Германа Воробья. Лишь коротко кивнула:

– Договорились.

С подобными ситуациями пиратке доводилось сталкиваться не раз. Зачастую это означало лишь одно: в тайнике, бок о бок с характеристикой «Бойца», покоятся и другие артефакты, светить которыми перед чужаками категорически не следует. А потому открывать саквояж и выкладывать товар прямо здесь и сейчас Герман Воробей попросту не мог.

У любого отбитого наглухо авантюриста просто обязана быть пара-тройка смертоносных секретов!

Выдержав секундную паузу, Катлея добавила:

– В ваших покоях нет никаких хитроумных ловушек для слежки.

Всё, что требовалось, она уже и так увидела собственными глазами.

– Мне без разницы, – уголки губ Клейна изогнулись в ледяной, отстраненной усмешке.

Изначально юноша планировал перед любыми ритуалами или визитами над серой мглой выставлять на стол медный свисток Азика вкупе с бумажным журавликом Уилла Осептина. Эта связка служила бы надежным щитом от любого оккультного подглядывания. А от банальной, физической слежки спасал старый добрый фокус с уединением в уборной.

Впрочем, он не особо тревожился, что «Адмирал Звезд» перегнет палку. И дело было вовсе не в том, что пиратская владычица испугается безумца Германа Воробья. Просто Клейн резонно рассудил: Катлее подобные топорные методы ни к чему. В ее арсенале наверняка найдутся куда более изящные и незаметные способы наблюдения.

Например, прибегнуть к услугам какого-нибудь Потустороннего из Пути «Зрителя»… Изящно сняв шляпу и отвесив учтивый поклон, Клейн проследовал за «Экспертом по токсинам» Фрэнком Ли к своей каюте.

Проводив его неспешную, размеренную фигуру долгим взглядом, Катлея развернулась, шагнула в капитанскую каюту и привычным жестом водрузила на переносицу массивные очки.

…………

Баклунд, Южный район Баклундского моста, Церковь Урожая.

Епископ Утравски, чей рост в глазах простых обывателей делал его вылитым полугигантом, бережно опустил Священное Писание. Окинув взглядом молитвенный зал, он с теплой, искренней улыбкой произнес:

– Прихожан становится всё больше и больше.

– Да неужели? – облаченный в коричневую сутану Эмлин Уайт методично натирал подсвечник, даже не соизволив вскинуть на священника глаза.

Вампир прекрасно знал, что после Великого баклундского смога паства Матери-Земли и впрямь изрядно пополнилась. Если раньше в будний день приход трех-пяти человек казался настоящим чудом, то нынче в зале частенько набирался добрый десяток молящихся.

Отец Утравски опустил взор на усердно трудящегося кровососа и добродушно рассмеялся:

– Любой зрячий без труда это заметит.

– И в этом кроется твоя огромная заслуга. Не возьмись ты тогда за варку лекарств, не останови мы эпидемию, а затем не начни ты с такой искренностью обучать желающих премудростям траволечения, наша вера вряд ли бы так глубоко пустила корни в сердцах местных жителей.

Эмлин, не выпуская из рук тряпку, горделиво выпрямил спину и надменно вздернул подбородок:

– Я всего лишь вживаюсь в роль.

«Погодите-ка, что значит „наша вера“? Кто это тут „мы“?» – лицевые мышцы вампира нервно дернулись, но он быстро взял себя в руки и усмехнулся:

– К слову о слепцах. Вспомнилась мне одна забавная шутка. Говорят, в Баклунде нынче острая нехватка слепых: публика свято уверена, что из них выходят самые безупречные и непредвзятые судьи.

Отец Утравски пропустил колкость мимо ушей и всё так же ласково произнес:

– Какие бы мотивы тобой ни двигали, ты внес поистине выдающийся вклад в распространение благодати Матери-Земли.

– И это лишь в очередной раз доказывает, что у тебя доброе сердце.

«Тьфу! Я же в самом начале тебе то же самое талдычил, какого дьявола ты тогда мне не поверил⁈» Эмлин вскинул голову, смерил взглядом поистине исполинскую тушу священника и благоразумно, безмолвно уткнулся обратно в подсвечник.

Покончив с церковной каторгой, юноша сбросил рясу, облачился в привычный щегольской костюм, водрузил на голову спасающий от солнечных лучей шелковый цилиндр и неспешным шагом вышел на улицу Роз.

Воровато, исподволь оглядевшись по сторонам, он не нащупал ни единого признака слежки.

«А тот тип из „Красных перчаток“, Леонард, и впрямь испарился без следа… Я-то грешным делом думал, что стоило мне вытащить его тайну на свет божий и выкупить перчатку „Огниво“, как он мертвой хваткой вцепится в меня и начнет рыть землю носом…» – Эмлин Уайт едва заметно покачал головой, разрываясь от искреннего недоумения.

На первых порах он всерьез подумывал взять на вооружение теорию господина «Повешенного»: натравить ищеек из «Красных перчаток» на верхушку собственного рода, дабы те спутали старейшинам все карты слежки. А самому тем временем отсиживаться под надежным крылом Церкви Матери-Земли и ее избранника, отца Утравски, выстроив тем самым безупречный, железобетонный баланс.

Увы, реальность вдребезги разбила его хитроумные замыслы. Леонард Митчелл, судя по всему, пулей вылетел из Баклунда почти сразу после их сделки.

В конце февраля Эмлин, выбравшись по делам, специально сделал крюк и заглянул на улицу Пинстер, к дому номер семь. Особняк встретил его глухой пустотой – жильцы давно съехали.

Выбросив эту загадку из головы, вампир дошагал до конца улицы, нанял экипаж и покатил прямиком к роскошной вилле семьи Одра.

Ведомый вышколенным лакеем, Эмлин переступил порог просторного кабинета на первом этаже. Его взору предстала стайка совсем еще юных, едва достигших совершеннолетия сородичей. Затесался среди них даже один новоиспеченный барон.

«Выходит, аудиенция не приватная?» – пронеслось в голове юноши. Замерев у плотно закрытой двери, он обратился к хозяину дома, Касими Одра:

– Господин барон, разве лорд Нибайс не желал видеть меня лично?

Титул «господин барон» слетел с его губ настолько буднично и ровно, словно он просто окликнул старого приятеля по имени. Как-никак, Эмлин нынче и сам носил баронский титул, просто пока не успел раструбить об этом на каждом углу.

Касими, в чьем облике сквозила утонченная элегантность зрелого джентльмена, лишь мягко улыбнулся:

– Все вы – цвет нашего молодого поколения. Мой дед поручил мне подвергнуть вас небольшому испытанию.

– И что же это за испытание? – подал голос Рус Батори, тот самый везунчик-барон, удачно отхвативший богатое наследство.

Касими пригубил из бокала густую, щедро сдобренную вином темно-багровую кровь. Окинув молодежь долгим взглядом, он произнес:

– Полагаю, до вас еще не дошли слухи, но тот самый «Змей Судьбы» из Школы Жизни бесследно исчез уже довольно давно.

Пока Эмлин Уайт и остальные вампиры растерянно переглядывались, силясь переварить эту ошеломляющую новость, Касими невозмутимо продолжил:

– Но, смею надеяться, вы кристально ясно осознаете всю шаткость их Школы Жизни. Это ложа, сшитая белыми нитками. На заре Пятой Эпохи, спасаясь от чудовищного гнета семи великих Церквей, они сколотили отчаянный альянс. Под одной крышей оказались те, кто фанатично верит в рок, мня себя возвышенными, хладнокровными мыслителями, и те, кто истово бьет поклоны Первозданной Луне, жадно копаясь в самой сути плоти и духовности.

– Лишь благодаря железной хватке этого самого «Змея Судьбы» их котел до сих пор не взорвался. Поклонение Первозданной Луне они загнали в жесткие рамки банального символизма. А через древнюю систему наставничества и бартер рецептами фракции мало-помалу, со скрипом, но всё же притирались друг к другу.

– Увы, – Касими издал тихий смешок, – стоило «Змею Судьбы» испариться, как весь этот хрупкий мир рухнул. Адепты Первозданной Луны мгновенно слетели с катушек, ударившись в слепой фанатизм. В их рядах вспыхнул кровавый раскол, и они вцепились в глотки тем, кто идет по Пути судьбы.

– Эту междоусобицу виртуозно обернула в свою пользу Школа Розы, нанеся им поистине сокрушительный урон.

Заметив, что Эмлин Уайт, Рус Батори и прочие юнцы всё еще плавают в тумане недоумения, Касими, покончив с историческим экскурсом, наконец-то перешел к самой сути:

– Фанатики Первозданной Луны – наши заклятые, извечные враги. Эти ублюдки денно и нощно рыщут по нашим следам, пуская нас на ингредиенты для своих богомерзких эликсиров и выкачивая из нашей крови силу!

– И сейчас мы попросту не вправе упустить столь роскошный шанс.

– У меня в руках список. В нем – подробные досье на парочку таких прихвостней Первозданной Луны. Тот из вас, кто сумеет взять их след и пустить в расход, выйдет из этого испытания триумфатором. Уж поверьте, ни мой дед, ни многоуважаемые старейшины на щедрую награду не поскупятся.

– Если же куш придется делить, победителя определим по числу отрубленных голов.

– Разумеется, мишени отобраны с ювелирной точностью – вам они вполне по зубам. Дичь покрупнее уже взяли на мушку наши старейшины.

Вслушиваясь в эту пламенную тираду, Эмлин Уайт, пусть и питал к этим жалким «искусственным» кровососам жгучее, первобытное презрение, совершенно не горел желанием марать руки. В его глазах подобная кровавая суета выглядела донельзя утомительной, муторной и грязной затеей. Уж куда приятнее было бы преспокойно отсиживаться дома, ведя неспешные светские беседы со своими любимыми куклами.

Но стоило ему осознать, что всё это превращается в негласное состязание, и уловить устремленные на него выжидающие взгляды Руса Батори и прочих сородичей, как Эмлин рывком выпрямил спину. Горделиво вздернув подбородок, он отчеканил:

– Не вижу никаких проблем.

Его алые глаза неспешно, с ледяным высокомерием обвели остальных существ в кабинете.

…………

Просторная каюта с отдельной уборной на борту «Будущего».

Клейн застыл у окна. Любуясь безостановочно вздымающейся лазурной гладью океана, он в превосходном расположении духа вдыхал пронизывающий, колючий северный ветер.

Этот флагман «Адмирала Звезд» уже давно оставил позади остальную армаду, пустившись в одиночное плавание.

Одному богу известно, сколько минуло времени, когда прямо по курсу вынырнули два китобойных судна. Едва завидев гордо реющий на мачте «Будущего» стяг со звездами и оком, они мигом засуетились, словно растревоженный муравейник.

Китобои проворно перекроили строй, развернувшись бортами к надвигающемуся левиафану и ощетинившись в боевой готовности рядами артиллерийских орудий.

Синхронно с пушками в их сторону развернулись и гарпунные орудия, метающие снаряды с помощью пороха. Рослые, светловолосые рыбаки с архипелага Гаргас – кто с ружьями, кто с острогами наперевес – рассыпались по палубе: кто стоя, кто присев на корточки. Вся команда замерла в пугающем, напряженном ожидании.

Цепкий взор Клейна выхватил среди матросни даже парочку барышень, чьи габариты ничуть не уступали Халку – одного взгляда хватало, чтобы понять: эти дамы весят целую тонну и в драке легко свернут шею кому угодно.

Впрочем, «Будущее» не удостоило этот радушный прием ни малейшим вниманием. Исполинский галеон преспокойно проскользнул мимо, неумолимо зарываясь всё глубже в китобойные угодья.

Спустя еще какое-то время на горизонте замаячила стайка пиратских посудин. Корсары жались к самой кромке судоходного фарватера, явно затевая какую-то мутную возню.

«Будущее» не церемонясь поперло прямо на них. Пиратские лоханки вмиг порскнули в разные стороны, словно распуганная ружейным выстрелом стая птиц, и торопливо растаяли вдали.

Почувствовав, как левиафан начал заметно сбрасывать ход, Клейн в легком недоумении развернулся и покинул каюту.

Едва он приблизился к капитанским покоями, как навстречу ему вышла сама «Адмирал Звезд» Катлея. Переносицу пиратки утяжеляли массивные очки, надежно скрывающие за толстыми стеклами ее бездонные, дышащие мистикой темно-пурпурные глаза.

Мазнув по юноше коротким взглядом, она предельно лаконично пояснила:

– Поступили сведения, что здесь, на дне океана, нащупали руины прямиком из Четвертой Эпохи.

– Раз уж нам по пути, мы вознамерились на них взглянуть.

«Дно океана? Руины Четвертой Эпохи?» Клейна словно током прошибло – в памяти тут же всплыл тот самый слушок, что он краем уха зацепил в баре «Лодар».

«Так эти байки уже расползлись по всем морям? А я-то всё ломал голову, с какой стати этот секрет так легко вывалили в дешевом кабаке…» – на юношу наконец-то снизошло озарение, и он понимающе хмыкнул про себя.

Глава 640
Пиратка

Клейна слегка разбирало любопытство насчет результатов поисков, однако выпытывать подробности он не стал. Миновав капитанскую каюту, юноша направился к ведущему вниз трапу.

Сделав пару шагов, сыщик почувствовал, как в горле предательски запершило. Не удержавшись, он прикрыл рот кулаком и глухо кашлянул.

Подобный исход Клейна ничуть не удивил – это было неизбежно. Накануне ночью он таскал при себе «Флакон с биологическим токсином» добрых два часа кряду. И лишь глубокой ночью, окончательно удостоверившись, что люди «Адмирала Звезд» не замышляют вероломного нападения, юноша упрятал мистический артефакт обратно в черный чемодан. Расплата не заставила себя ждать: он закономерно слег.

Впрочем, контакт с реликвией продлился не так уж и долго, да и сам организм отнюдь не был истощен. Хворь оказалась легкой, ограничившись банальной болью в воспаленном горле.

Неспешно следовавшая за ним Катлея прекрасно всё видела. Пиратская владычица не усмотрела в этом ни малейшей странности; напротив, в ее глазах всё выглядело в высшей степени естественно.

Любой мало-мальски подкованный Потусторонний знал как непреложную истину: мистические артефакты всегда таят в себе пагубные побочные эффекты. Более того, вольные мастера давно переняли моду у семерки ортодоксальных Церквей, окрестив те предметы, чье губительное влияние было слишком велико для долгого ношения, единым словом – запечатанные артефакты.

Сама Катлея в свое время спустила с молотка и обменяла целую прорву диковинок низших и средних эшелонов по двум веским причинам. Во-первых, она жаждала заполучить нечто поистине сокрушительное, способное многократно повысить ее собственные шансы на выживание. А во-вторых, обилие разношерстных побочных эффектов превращалось в настоящую головную боль. Увернувшись от одного проклятия, ты неминуемо подставлялся под другое. Порой эти пагубные ауры и вовсе наслаивались друг на друга, порождая адскую смесь, где один плюс один давали куда больше двух. Для Потустороннего подобный арсенал сулил больше бед, чем пользы.

Когда она обнаружила, что Герман Воробей вооружен мистическими артефактами, паранормальным оружием и духовными амулетами буквально до зубов, ее искреннее изумление тут же сменилось резонным вопросом: какое же чудовищное бремя побочных эффектов вынужден тащить на себе этот безумец? И вот теперь картина прояснилась: пока что расплата ограничилась банальной простудой.

Твердым, чеканным шагом ступив на палубу, Клейн с первого же взгляда выцепил в толпе Фрэнка Ли. Старпом всё так же щеголял в белой сорочке и брюках на подтяжках. Его рукава были высоко закатаны, обнажая перемазанные грязью предплечья. Казалось, пирату было абсолютно плевать на пронизывающий до костей ледяной ветер, гуляющий под ясным небом.

– Доброе утро, Герман! – с бьющим через край энтузиазмом замахал рукой Фрэнк. – А ну-ка, погляди на мое свежайшее творение! Бьюсь об заклад, эта штуковина станет настоящим хитом на всех морях!

С этими словами он вскинул вторую руку. В его широкой ладони трепыхалась невероятно толстая, мясистая морская рыбина неизвестной породы.

«Нет уж, увольте, мне совершенно не хочется знать, какого очередного монстра ты слепил…» – Клейн замер на месте, одарив старпома ледяным, безучастным взором.

Фрэнк Ли, напрочь проигнорировав отстраненность собеседника, выхватил из-за пояса кинжал. Одним резким, выверенным движением он вонзил клинок в рыбину, с хрустом распарывая ей брюхо.

Из раны булькающим потоком хлынула кровь, ювелирно стекая прямиком в подставленную на палубе исполинскую пивную кружку. Вот только привычного, тошнотворного рыбного душка в воздухе не появилось.

– Чуешь? Какой умопомрачительный, пьянящий винный букет! – полуприкрыв глаза, с фанатичным восторгом возвестил Фрэнк Ли. – У этой крошки вместо крови по жилам течет чистейшее красное вино! А заодно эта выпивка до краев напитана целой россыпью полезных веществ!

«…» Клейн внезапно осознал, что у него банально нет слов.

Окинув толпящихся вокруг матросов сияющим взглядом, Фрэнк вновь повернулся к Герману Воробью:

– А знаешь, что самое паскудное в открытом море? Это когда бочонки с пойлом уже пусты, а до берега еще пилить и пилить! Стоит лишь добиться, чтобы эти рыбки плодились как кролики и заполонили весь океан, и проблема решена навсегда! Куда бы мы ни заплыли, выпивка всегда будет под рукой! Да, мы выведем целую кучу разных пород: одни будут сочиться Ланчи, другие – Нибосом, третьи – красным вином, а четвертые – элем! Правда, для эля придется скрещивать акул да китов, иначе объема не хватит, не напьешься!

«А разве самая страшная беда в море – не нехватка пресной воды? Ах да, вы же, корсары, всё равно глушите эль вместо воды, потому что он не так быстро тухнет… Бедные, несчастные рыбы…» Пока Клейн лихорадочно соображал, как бы поизящнее ответить этому безумцу, на палубу поднялась «Адмирал Звезд» Катлея. Обогнув сыщика, она обратилась к своему старпому:

– Нина готова?

– Так точно! Уже уговорила целую бутылку Нибоса! – Фрэнк ткнул пальцем в густую тень, отбрасываемую парусом.

«Выходит, вся ее подготовка сводится к тому, чтобы нахлестаться фейсакского дистиллята? Того самого ядреного Нибоса, о который можно спички чиркать?» Клейна внезапно осенило: та самая мадам Нина, о которой толковал старпом, почти наверняка имеет фейсакские корни.

– Капитан, откровенно говоря, я бы предпочла бутылочку сунийского кровавого вина! – из спасительного полумрака неспешно вынырнул высокий женский силуэт.

Ростом она вымахала за метр восемьдесят. Золотистые волосы были небрежно стянуты в высокий хвост. Черты ее лица не поражали изяществом, однако в них кристально ясно читалась суровая фейсакская порода: мертвенно-бледная кожа и донельзя светлые глаза.

Облачена эта леди по имени Нина была в сплошной, плотно облегающий гидрокостюм из черного материала, до боли напоминающего рыбью кожу. Наряд сидел на ней как влитой, бескомпромиссным образом подчеркивая каждый изгиб ее горячей, роскошной фигуры.

Подобный фасон сам по себе источал дикую сексуальность, а уж выдающиеся габариты груди Нины и вовсе пробивали все мыслимые рамки приличия. Одному богу было известно, какие именно мысли роились в сальных взглядах пялящихся на нее корсаров.

Клейн, почувствовав легкий укол неловкости, уже было порывался отвести взгляд, но вовремя вспомнил: прожженный авантюрист Герман Воробей ни за что бы не стушевался, словно зеленый юнец. Пришлось слегка расфокусировать зрение и с каменным лицом уставиться прямо на лицо Нины.

– Герман, знакомься! Это наш боцман, Нина! А по совместительству еще и помощник штурмана. Ха-ха, и ее Последовательность как раз так и зовется – «Мореплаватель»! – Фрэнк Ли, верный себе, вывалил всю подноготную без малейшей утайки.

«А этот „Эксперт по токсинам“, погляжу, парень донельзя простодушный, если дело не касается его извращенной селекции… Точно, вспомнил. Эта Нина стоит три тысячи шестьсот фунтов, а кличут ее „Подводной убийцей“. Эх, столько розыскных листов через мои руки прошло, немудрено, что некоторые лица сразу и не всплывают в памяти…» Клейн, не отрывая взгляда от глаз пиратки, ровно, безэмоционально кивнул:

– Доброе утро, мэм.

Нина, не стирая с губ дерзкой улыбки, неспешно, с ног до головы смерила Клейна оценивающим взором:

– Доброе утро, мистер Воробей.

– До смерти любопытно узнать: эта «Вице-адмирал Болезнь» и впрямь настолько обворожительна, как брешут матросские байки?

Будучи пираткой, годами варившейся на самом дне иерархии, Нина привыкла рубить правду-матку, совершенно не стесняясь в делах любовных. Изначально она вообще собиралась в лоб спросить, неужто ее собственные прелести не впечатляют Германа Воробья, или же он попросту холоден как лед, раз стоит столбом и не пускает слюни. Однако, здраво рассудив, что перед ней стоит не кто иной, как чудовищно могущественный авантюрист, едва не снявший голову с самой «Девы Болезней», отбитый психопат, готовый в любую секунду выхватить ствол и открыть пальбу – она благоразумно прикусила язык. Проглотив сальные шуточки, девушка изящно свернула на тему «Вице-адмирала Болезнь».

«…И что прикажешь на это отвечать?» Клейн выдержал паузу и холодно процедил:

– Награда за ее голову воистину обворожительна.

Нина на долю секунды опешила, решительно не понимая, как парировать подобный выпад. Спасая положение, она повернулась к «Адмиралу Звезд»:

– Капитан, приступаем?

Катлея, в чьей голове внезапно, словно непрошеный гость, мелькнул размер ее собственной казенной награды, коротко кивнула:

– Приступай.

Едва это слово слетело с ее губ, как Нина в несколько широких шагов оказалась у фальшборта. Лихо оттолкнувшись правой рукой, она рыбкой сиганула прямо в океан. Словно исполинская черная рыбина, девушка мгновенно скрылась в пучине, стремительно уходя на глубину.

Вслед за ней с гулким плеском за борт обрушились еще несколько матросов, отправленных для боевого охранения.

«Надо же… Никакой тебе раскачки, нырнула как отрезала… А эта леди явно впитала в себя весь суровый дух Церкви Повелителя Бурь, истинный адепт Пути „Моряка“, ничего не скажешь…» – Клейн перевел взгляд на бушующие волны за бортом и вновь не удержался от пары глухих кашлей.

– Прихворнул? – в лоб поинтересовался Фрэнк Ли.

Клейн сдержанно кивнул:

– Немного.

Фрэнк на миг задумался и, даже не удосужившись бросить ни слова, с громким топотом умчался обратно в нутро корабля.

Стоящая поодаль «Адмирал Звезд» Катлея поправила на переносице тяжелую оправу очков и едва заметно усмехнулась:

– Фрэнк не только «Эксперт по токсинам», но и первоклассный лекарь.

«А я так и знал, что он шагает по Пути „Земледельца“…» – Клейн благоразумно не стал развивать тему. Застыв у борта, он приготовился дожидаться, пока Нина не завершит свою подводную разведку.

Катлея, почувствовав, как повисшая пауза наливается неловким напряжением, сделала пару шагов вперед и как бы невзначай обронила:

– Еще день, и мы окончательно сойдем с китобойного маршрута.

– Но ведь до тех самых вод пилить еще как минимум неделю, – немного поразмыслив, парировал Клейн.

– Это если тащиться строго по проторенной тропе. На деле маршрут забирает куда севернее, выписывая петли. Однако я знаю один потайной фарватер, который позволит нам добраться до нужного вам места всего за пару-тройку дней. – Взгляд Катлеи, пронзая толстые линзы, впился прямо в глаза Клейну, словно пиратка отчаянно пыталась выпытать, что именно ему известно об этих смертоносных пучинах.

Клейн выдержал паузу и бросил лишь две скупые фразы:

– Превосходно. Это именно то, что мне нужно.

– Вдобавок, тот океан соткан скорее из иллюзий, нежели из осязаемой тверди.

Катлея, глубокомысленно прищурившись, отвела взор и посмотрела на дверь, ведущую в трюм.

В этот миг оттуда с громким топотом вывалился Фрэнк Ли, сжимая в руке зеленоватое яблоко.

– А вот и еще один мой шедевр! Скрестил лекарственную микстуру с фруктом, чтобы лечение приносило одно удовольствие! – расплывшись в лучезарной улыбке, он всучил яблоко Клейну.

«…Боюсь, стоит мне откусить хоть кусок, и я прямиком отправлюсь на тот свет…» Клейн искоса покосился на «Адмирала Звезд». Заметив ее легкий, одобряющий кивок, он, скрепя сердце, но сохраняя на лице абсолютную невозмутимость, взял плод и отчаянно вгрызся в мякоть.

Вкус оказался на удивление заурядным, яблочным. Разве что сока было с избытком, да мякоть казалась слишком уж рыхлой.

Проглотив несколько кусков, сыщик с изумлением осознал: першение в горле бесследно улетучилось, да и кашель куда-то испарился.

«Потрясающе, настоящая магия… Не суй этот Фрэнк Ли свои шаловливые ручки в скрещивание животных да людей, цены бы ему не было в Церкви Матери-Земли. Носили бы на руках как непризнанного гения. Увы, в итоге он мутировал в какого-то конченого демона…» – Клейн посмотрел на «Эксперта по токсинам» и честно признал:

– Как рукой сняло.

– Вот и славно, – Фрэнк не стал петь себе дифирамбы. С прежней непринужденностью он продолжил знакомить Клейна с толпящимися на палубе корсарами.

Лишь спустя изрядное время Нина вкупе с сопровождавшими ее матросами вынырнула из морских пучин и поднялась обратно на борт.

Сжимая в руке изъеденный ржавчиной до неузнаваемости металлический прут и кусок твердой, испещренной порами, словно пчелиные соты, черной грязи, она с досадой пожаловалась «Адмиралу Звезд» Катлее:

– Капитан, там на дне и в помине нет никакого исполинского подводного колодца!

– Дыра, конечно, чертовски глубокая и черная как смоль. Одному богу известно, что там во мраке кроется.

С этими словами она красноречиво обрисовала габариты руками.

– Преувеличение – общая черта всех корсаров и авантюристов, – благосклонно кивнула Катлея, деликатно воздержавшись от грубого слова «брехня».

«Стало быть, диаметр устья настолько мал?» – Клейн с недоумением уставился на находки в руках боцмана.

Взгляд Катлеи синхронно скользнул к этим же предметам, и она велела:

– Выкладывай все детали.