Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

После окончания работы нас вызвали в офис лэйбла. Секретарша меня и Ён Лин провела к директору YG Entertainment.

– Проходите. Садитесь! – Сок указал нам на стулья, когда мы перешагнули порог его кабинета, и поклонились.

Сейчас придут представители NONA9ON. Им для рекламы женской одежды нужна девушка-подросток. Они производят джинсы, куртки и майки.

В это время постучали в дверь.

– Открыто, заходите.

Переговоры с представителями фирмы продолжались три часа. Как модель, я им подошёл. Они только попросили выкрасить волосы опять в светлые тона. Пришлось ехать из офиса в дамский салон. Там меня перекрасили, укоротили немного волосы, и мы вернулись в общежитие. Мда! Потом целую неделю я бегал на съёмки. Сама одежда мне понравилась. Атмосфера в студии, где снимали всю эту рекламу, была благожелательной. Просто, оказалось, всё это очень выматывающим, и я еле приползал вечером в общежитие.

Теперь, согласно контракту, я должен был носить всё это барахло, втором меня сняли в рекламе, ежедневно. Ну, что же. тут в основном женские джинсы. Блузки, куртки и ещё кой чего, но только верхняя одежда. Фотографы рекламного агентства, которым была заказана брендом эта работа, очень обрадовались. когда выяснилось, что я не боюсь камеры или фотоаппарата. Многие трейни и даже айдолы часто отказываются сниматься в рекламе именно из-за боязни плохо выглядеть на экране. Меня это не волнует. Приклеиваю улыбку на лицо, и вперёд! Ноги то у меня длинные и ровные, почему бы не показать кривоногой публике? Пусть завидуют! Просто надо иметь терпение, кучу терпения , выслушивать все эти:

– А ну повернись в профиль!

– Голову чуть-чуть назад!

– Улыбайся!

И ещё свет в глаза. Потом, к концу съёмки, они слезятся. Иногда краснеют. Приходится прибегать к успокаивающим препаратам для глаз. Все эти дни на разных проектах участвовали, практически, все наши мемберы. Иногда Ён А заглядывала в чат, но там про нас пока ничего не было. Ничего, мне только в конце марта исполнится тринадцать лет. Кстати, а я вырос! Теперь мой рост равен сто шестьдесят пять сантиметров. Выше меня только Розэ, и то, на один сантиметр. Интересно, а если поесть витамины роста, они ускорят удлинение тела? Какие глупые мысли приходят иногда в голову!

Я в одежде от NONA9ON.

Место действия: Республика Южная Корея, город Сеул, “музыкальный дом номер семь», компания YG Entertainment.

Время действия: одиннадцатое – двадцатое февраля, две тысячи десятого года.

С сегодняшнего дня мы все свободны. Поэтому, возвращаемся к записи тех двух песен, которые «придумал» я. Несмотря на усталость от всей этой чехарды с рекламой, нам удаётся записать песни без ошибок. Ён Лин посылает снятый клип в центральный офис. Оттуда следует команда, что нужно переписать песню в студии звукозаписи, а потом снять клипы. Этим занимаемся до двадцатого числа. Получается хорошо. Ребята впервые видят, как реально делают клипы, и сильно удивляются. Особенно возмущена Розэ, которая узрела, что трейни и айдолы реально не ходят в огне или не мчатся с высокой скоростью на машинах. Песни записываются в студии с высококачественной аппаратурой, накладываются на лица певцов на плёнке, где запечатлено действие.

Место действия: Сеул, школа искусств Сонхва, площадка перед зданием учебного заведения.

Время действия: первое марта, две тысячи десятый год, десять часов утра.

Опять стоим, как на пионерской линейке. Директор Ю толкает свою речь о необходимости помочь родине, учится, не покладая рук, чтобы потом трудится на благо любимой Кореи, пока не протянешь ноги…

Много новеньких. Окидываю их взглядом. В глаза бросается резкое несоответствие. В одной из групп, стоит довольно приятная, зеленоглазая кореянка (может «банан»?), чуть скособоченная на правый бок. Она старше меня года на два или три. Интересно, кто это?

Нас загоняют в школу после окончания речи директора Ю. Теряю незнакомку из виду. Наше знакомство происходит случайно. На урок музыки сегодня загнали сразу три группы. У одного педагога что-то случилось в семье, а учительница по географии просто заболела. Хорошо ещё, что в музыкальной аудитории есть место для ста человек. Профессор начинает знакомиться с новым классом. Потом он им разрешает выбрать инструменты. Я слежу за зеленоглазой кореянкой. Вижу, что в её группе над ней посмеиваются.. Она ковыляет мимо гитар, скрипок и виолончелей, пропускает духовые инструменты, немного останавливается перед синтезаторами. Но что-то её в них не устраивает, и девушка (правда, это мелкое создание, и на звание девушки не тянет), повертев головой, направляется к эстраде, на которой стоит белый рояль «Ямаха». Профессор с интересом смотрит на зеленоглазку, и спрашивает:

– Ким Со Ын. А вы умеете пользоваться инструментом? Или он просто понравился вам из-за блеска и цвета?

– Попробую, сансенним. – Бурчит та в ответ, и как-то неправильно присаживается за рояль. Среди её одноклассников раздаются смешки. Она гордо поворачивает голову, открывает крышку инструмента, и …застывает. Все напряжённо ждут, и когда терпение у профессора уже готово лопнуть, Со Ын опускает руки на клавиши, и из-под них начинает литься музыка…

https://www.youtube.com/watch?v=_yUNDYcZY20

Я пытаюсь вспомнить эту мелодию. Где-то я это слышал, ещё живя на старой Земле. Как плохо, когда ты не музыкант в прошлой жизни! Когда окончилась мелодия, Со Ын опять застыла. Её одноклассники сидели с открытыми ртами.

– Красивая мелодия! Но что-то я не припомню композитора, который бы это мог написать! – Профессор смотрит на вставшую со стула, и поклонившуюся зеленоглазку. – Можешь ты сказать мне, что ты сыграла, хубэ?

Со Ын краснеет, а потом произносит:

– Это моя музыка, я её назвала «Мечта».

– Браво, Со Ын! – Раздаются хлопки в ладоши. Все поворачивают головы в сторону входной двери. Там стоят директор Ю и высокий седой мужчина, который и хлопал девушке.

– Дирижёр Им То Юн! – Раздался шёпот какого-то парня. По тому, как многие ребята посмотрели на этого мужика с восхищением, смешанным с удивлением и страхом, я понял, что это какая-то местная знаменитость.

– Со Ын! Я рад, что ты оправилась посла аварии! А как твоя хальмони?

– Спасибо, хорошо, самчон.

И тут у многих округлились глаза, а сидевшая передо мной девчонка с другого класса прошипела:

– Везёт же некоторым, и играть уже умеют, и знаменитости им дядями приходятся…

Им То Юн ещё пару минут поспрашивал племянницу о родителях и сестре, а потом повернулся к профессору:

– Я зашёл сюда. Как раз для того, чтобы познакомить Со Ын. И самому познакомиться с Лалисой Манобан.

Теперь уже все взгляды скрестились на мне. В них читалось:

«И что этой тайке постоянно везёт?».

– Манобан, пойдёмте! – директор вывел меня, и Им То юна с Со Ын в коридор.

– Лалиса-ян! Мы вас оставим, а сами пойдём переговорить в мой кабинет. – Господин Ю увёл дирижёра с собой.

– Ну, Зеленоглазка, давай знакомиться! Меня зовут Лалиса Ким Манобан, а тебя, как я поняла, Ким Со Ын.

Девчонка кивает головой. Какая-то она робкая и тихая. Её что, дома загнобили этими корейскими выкрутасами типа "старший-младший". Так, что бы её спросить? Ага, придумал!

– Может мы с тобой родственники?.

– Нет! Просто однофамильцы. Кимов много, и только десятая часть из них – чеболи. – Отвечает Зеленоглазка.

– Ногу где повредила?

– В аварию попала, еще и память потеряла. Всех перепугала, и сама больше всех испугалась.

– Ну, прямо, как я! Только я тебя опередила! – Смеюсь, глядя на озадаченную Со Ын. – Я два раза в аварию попала!

Со Ын несмело улыбается. В это время у неё звонит телефон. Она смотрит, чьё имя появилось на телефонном экране, а потом, неожиданно для меня, начинает говорить на русском языке:

– Да, бабушка! Нет. всё хорошо! И дядя здесь! Да, да, да! Что? Не уедешь в Таиланд, пока не поможешь нам? Ну, бабушка! Ну зачем мне эти каблуки? В них ноги болят! Не люблю я эти юбки! пусть Сон Ми их надевает!

Пыхтя. Как паровоз, Со Ын выключает телефон.

– А твоя бабушка в Бангкоке живёт? – Интересуюсь я на великом и могучем.

– Да. – Автоматически отвечает девушка, – Она тайка. – И тут же с удивлением смотрит на е.

– Да, Со Ын, и я знаю русский язык. А ты тайский знаешь?

– А мы с бабушкой думали, что нас никто не поймёт, если будем говорить по русски. А тайский я не помню Бабушка говорит, что я его знала, но я ни одного слова вспомнить не смогла. – Из глаз Со Ын льются слёзы. Пытаюсь её подбодрить:

– Ну, беспокоиться вам с бабушкой незачем. Вас смогут понять только корейцы, жившие в России и некоторые переводчики. А остальные корейцы сто процентов не поймут. Я поняла только потому, что, я полиглот.

– А, вот оно в чём дело! – Облегчённо вздохнула кореянка.

Приходит эсэмэс одновременно на оба наших телефона.

«Манобан и Ким срочно явиться к директору!».

Идём. куда зовут. Нас заводят в знакомую мне комнату. Перед нами сидят Им То Юн и директор Ю.

– Значит, так, Манобан! Господин дирижёр предлагает сотрудничество вашей группы «Блэк Пинк» с его племянницей. Она будет от имени вашей группы писать и исполнять классические произведения. Хотя, если сможет, то напишет и что-нибудь, для К-поп, и вы это исполните. Это поднимет ваш рейтинг до небес. Вы согласны? – Директор Ю выжидательно уставился на меня.

– Да. А жить где она будет?

– У вас в общежитии. Ян Хён Сок сказал, что там есть место. Я с ним уже всё обговорил. Он мог вам прямо приказать, принять Со Ын. Но я предпочитаю договариваться.

– Я согласна. Композитор нужен всем, да и исполнять она вместе снами сможет некоторые композиции, которые потребует, например, рояля.

– Хорошо! после уроков Со Ын поедет свами. Идите!

Мы поклонились и вышли.

– Слушай, а тебе сколько лет? – Спрашиваю новую знакомую

– Шестнадцать. А что?

– А чего тогда не пытаешься выяснить, ты старше или я? Тут каждый кореец этим занимается.

– Смысла не вижу. Да и все корейские привычки вылетели из головы при аварии.

– Понятно. А твой отец кто?

– Инженер. Только он потерял работу, когда обанкротилась «Хюндэ». Он работал на пусанском заводе, и когда его закрыли, мы остались без средств.

– Сейчас, я спрошу своего аппу, может ему нужен инженер?

Набираю номер.

– Аппа! Да, это я. Тебе инженер случайно не нужен? О! Как хорошо! У меня есть такой. Ага! Как его зовут? Сейчас…

– Ка зовут твоего отца, Со Ын?

– Ким Джэ Ук.

– Совсем, как моего аппу! Хи, хи! Алло, Ким Джэ Ук его зовут. Пусть придёт? Адрес скинь…

Со Ын позвонила своему отцу, отослала адрес фонда. После уроков. Увидав мой лимузин, Со Ын страшно удивилась, но потом хлопнула себя ладошкой по лбу:

– Совсем забыла, что ты чеболь!

– Слушай, а у тебя откуда зелёные глаза? У корейцев такие не бывают.

– А я похожа в этом на бабушку. Она тайка, но её мама была русской.

– Ладно, давай, садись, поехали.

В общежитии ей всё понравилось. Я познакомил Со Ын с Ён Лин. Потом Ён А притащила свой ноутбук. И мы решили посмотреть, что есть на школьном сайте.

Чат нитизенов школы Сонхва

Lacky: Никто не может сказать, зачем приходил в школу дирижёр национального симфонического оркестра?

1. [+176, -2] Знаем. Он пришёл проведать свою племянницу Ким Со Ын. Оказывается, она шикарно играет на рояле. Прямо там же, в аудитории, исполнила какое-то своё произведение. Было нечто похожее на классическую музыку. Потом Им То Юну для чего-то понадобилась эта выскочка, Манобан. Хотя, ясно! Наверное, запихнут Сл Ын в «Блэк Пинк», чтобы была под покровительством главного спонсора. В общем, позаботился о своей родственнице. Они ведь обанкротились, когда развалилась «Хюндэ». У Со Ын есть онни. Так вот на неё они денег не пожалели, а на младшую уже денег не осталось. Решили, дядиными связями просунуть девчонку хоть куда. А тут и Лалиса им подвернулась…

2. [+139, -11] Ну. все так действуют. У моего отца есть товарищ, которого тоже выкинули за ворота завода. Он помыкался. Ничего не смог найти, а потом попросил родственников. которые с ним не имели связи несколько лет.И что бы вы думали? Нашли они ему работу! Но не всегда так хорошо получается.

3. [+121, -55] Наверное Манобан возьмёт эту Сон Ы в свой «Блэк Пинк». А если заартачится, то заставят взять. Я слышал, что продалось семь миллионов записей новогоднего концерта. Интересно. сколько заработает эта тайка? Мне больше по душе группа «Ю ти У», чем этот «Блэк Пинк». Странная музыка и странные песни у этой Манобан. Хотя. её записи покупают. Да. несправедливо. Когда одним всё удаётся. А другим – ничего!

4. [+78, -1] Опять всё по знакомству делают, как всегда! Нормальному человеку никто и никогда не поможет Сколько людей из-за кризиса без работы осталось, но им ведь никто не хочет помочь. И правительство молчит, только полицию посылает, демонстрантов разгонять. А эти чеболи всё из-под тишка делают. И главное. такой человек, как Им То Юн, не постеснялся прийти прямо в школу, чтобы все знали. что тут учится его племянница! Да и странно, что она смогла попасть в Сонхва. В общем. Нас опять провели

5. [+44, -2] Зря ты так. Наверное. просто от зависти лопаешься! Я смотрела на какие баллы сдала тесты эта зеленоглазая чусан пурида. Меньше восемьсот восемьдесят пяти балов нет ни по одному предмету. Английский язык она знает на девятьсот шестьдесят баллов. Мне бы такое. Так что, со знаниями у неё всё в порядке. А вот то. что она в аварию попала, и в больнице лежала, я не знал вообще. интересно. смог бы я музыку писать после этого. Я ведь слышал два её произведения. Просто не знал, что их Со Ын написала. Мне потом сказали. Только зачем им эта Манобан понадобилась? У них же группа К-поп. А не оркестр классической музыки? Хотя, может Со Ын и для эстрады что-то пишет, а я не знаю? Поживём, увидим.

6. [+37, -0] Вы все уже знаете, что я учусь в одном классе с Манобан. Сегодня выяснилось, что вся её группа на каникулах принимала участие в виде подтанцовки в разных клипах, а потом манобан взяли снимать в рекламе какого-то модного бренда. Она по контракту обязана носить эту одежу до сентября, пока не уберётся в эту Россию. Чтоб она там замёрзла, и назад не вернулась! Чтоб они все, вчетвером, там навечно остались! А кота пусть русские собаки съедят! Выскочка! Полукровка! Поганая тайка! Чеболиха недоделанная! Почему всё только ей достаётся? Меня гоняют из группы в группу, а она кто такая. чтобы уважаемые люди приводи в её недоделанный «Пинк» своих детей и родственников? да и название какое дурацкое «Чёрно-розовый»! На большее у неё фантазии не хватило? Видите ли, она лучше всех танцует! Где, где она танцует, покажите мне? Одни дёргания какие-то и ужимки, как у обезьяны! Извините, обезьяны, как у тайской обезьяны! Нашлась мне, гений танца, клипов, и рекламы! И почему её поселили с прихвостнями именно в «музыкальный дом номер семь»? Значит, раз она чеболь, ей всё лучшее, а другим – общежития с тараканами и многоножками! Это дискриминация! Я подам апелляцию в офис народного защитника! Нет, прямо в генеральному прокурору. Пусть расследует дело…

МОДЕРАТОР. 6. [+37, -0] забанен на трое суток за ругань и угрозы в чате.

7. [+34, -2] Дуракам закон не писан! Скандалистка хренова. Сама ничего делать не умеет, поёт еле-еле, вместо танца – задом вертит, и воображает себя уже чуть ли не айдолом. Таких как она, вообще в Сонхва пускать не надо. Все ей мешают, дорогу перебегают, а то, что она сама лентяйка. И не хочет трудится не покладая рук, как говорит наш директор Ю, об этом дура не думает. Ладно, забанили её, и чёрт с ней. Я лично, тоже хотела бы к Манобан попасть, но знаю, что нет у меня таких данных. Что сделать, я посредственность. Я это осознала, как услышала сочинение этой Со Ын. Такое ни я и ни девяносто процентов учеников Сонхва не напишут. Эта зеленоглазая девчонка, наверное, гений!

8. [+33, -0] Да. ты права! Это действительно так. Никто из студентов Сонхва, кроме двух, ну трёх человек, такое не сможет. Наверное правильно, что уважаемый Им То Юн решил пристроить племянницу у самым способным студентам Сонхва. На его месте я бы тоже так сделала. Да и похожи они с Манобан – обе в аварии попадали. Может в этом секрет их успеха? Может и мне надо в аварию попасть? Чёрт! А вдруг погибну, и всё будет зря? Нет, лучше сидеть на своём месте. Окончу Сонхва. Пойду в какой-нибудь оркестр. Буду там до пенсии играть…

Мда. Всё тут есть и интерес, и злоба, и какие-то суицидные дурости. Нет, эти люди чем-то коллективно заразились. А вот как лечить такое, вряд ли кто знает. Да ну их, пусть сами в своих жизнях разбираются. Со Ын совсем сникла, когда прочитала мнение нитизенов о себе. Мы её целый час успокаивали. Даже мятные капли дали. Я уже практически не реагирую на выпады некоторых параноиков и шизофреников. Ладно, пора уже ложиться спать. вон и Ён Лин бежит, ведь уже одиннадцать вечера…

Глава 22. Зебра жизни показала зубки...

Место действия: Республика Южная Корея, город Сеул, “музыкальный дом номер семь», компания YG Entertainment.

Время действия: пятое марта, две тысячи десятого года, утро – день – вечер.

Лежу в кровати. Рядом сопит Лего. Вчера, на занятии по физкультуре, неудачно подвернул ногу. И на кой чёрт нужно мне было пытаться достать этот мяч? Ведь у Розэ подача настолько сильная, что даже сам учитель физкультуры два её удара из трёх пропускает… Бэм Бэм звонил. Из «Ви Заа Кул» только он смог пройти прослушивание. Претендентов на звание «трейни»собралось почти четыре тысячи человек. Он станцевал и с группой, и отдельно. Использовал, с моего разрешения, конечно, переделанный «Краб». Это и понравилось жюри, что таец применил придуманный в Корее вариант. Хотя то, что сам танец тайский, и его придумала полукровка, корейцы «благополучно» забыли.

Остальных ребят забраковали по разным причинам, и им пришлось возвращаться в Таиланд. Бэма взяли в трейни лэйбла JYP, но он пока не в группе, а такой же одиночка, как и ещё семнадцать других «счастливчиков», отобранных этим музыкальным агентством. Его тоже должны послать учиться в Сонхва. Он хочет в один класс со мной, чтобы был кто-то знакомый из Таиланда. По корейски он говорит не совсем хорошо, хотя и всё понимает. С английским у него тоже порядок. Теперь будет учить японский и китайский. Попробую через аппу надавить на директора Ю, чтобы он определил Бэма к нам. Хотя, мы часто сидим на уроках вместе с «коллегами» из JYP. Интересно, если ему удаться выучиться и попасть в какую-нибудь группу, будем мы с ним видеться, хотя бы на сцене? Как я знаю, у Лисы с нашего мира, Бэм Бэм до сих пор в друзьях. Он попал в группу ГОТ7 в две тысячи четырнадцатом году, и с тех пор на сцене, как и Лиса.

Джи Су и обе «бананы» жалуются, что им очень трудно изучать русский язык. Их обязали это делать из-за нашей будущей стажировки в России. Ну, ясен пень, что за полгода они язык не освоят. Но, если будут хоть немного понимать, что им говорят окружающие, и то хорошо! С преподаванием балетного и вокального искусства там проблем нет – русские педагоги ведут курсы на английским языке, ведь к ним приезжают на стажировку и из Европы, а РФ посылает своих студентов по обмену и разные страны. Главное, чтобы девчонки понимали хоть немного разговорный русский. Конечно, мат и прочее им не нужно знать, но я то там буду вместе с ними, так что, аборигены получат адекватный ответ.

Сижу, читаю насчёт местного Новосибирска. Должен же я знать, где там и что находится. На старой Земле я в тех местах не бывал, поэтому посмотрю, что там и как.

Так, что это у нас за здание? Ага! Вроде театр оперы и балета.

Идём дальше, что это за домики цветные? А, реклама просто на улице. Здесь, в Сеуле и Пусане такого намного больше.

Так, а сколько там всего жителей? Полтора миллиона? Мда. Маловато будет! Привык я уже всё мерить корейскими мерками. Так, а это что за «Серый дом»? Ага! Мэрия города.

Сразу чувствуется по кубизму и монументальности, что здесь сидит власть. Интересно, а бюрократы этой Земли, похожи на свои аналоги с моего мира? Тоже, наверное, заставляют людей по кругу за справками бегать. Хорошо ещё, что у меня пока не было нужды к ним обращаться. Кстати, большое количество бюрократов порождает регулируемый ими хаос, который им нужен для заполнения кубышек взятками. Как писал на старой Земле Алексей Толстой:

Послушайте ребята,

Что вам расскажет дед!

Земля у нас богата,

Но в ней порядка нет!

Интересно, к местной России эти стихи применимы, или здесь всё по другому? Хотелось бы, чтобы было лучше.

Вот и съездим туда. И посмотрим. Правда, один Новосибирск полное представление о таком большом государстве нам не даст, но хоть покажет, как живут и чем дышат аборигены. Так, продолжаем просмотр фотографий. Ага! Написано, что это общежитие Академии балета. Ничего, симпатичненько. Прикольно, раскрасили вход, как ковровую дорожку!

А почему нет фотографии самой академии? Только один снимок об уроке. Неужели, и мы все так будем так ноги задирать? Хотя я и сейчас это могу сделать. Но вот представить, что Так сделают Джи Су или Розэ, мне довольно сложно. Хотя, всё может быть. Это мне повезло, что досталось тело танцовщицы. А им надо будет учиться с ноля. Интересно, а мне и другим девчонкам скажут обрезать волосы? На снимке у этих русских они зачёсаны назад, но вроде, не больше, чем до плеч. Ладно, всё равно они у меня растут быстро.

Смотрим дальше. Странное здание, хотя. может и в Новосибирске на старой Земле, оно точно такое же. Здесь, в Корее таких домиков нигде не увидишь. По крайней мере, мне они ни в Пусане, и не в Сеуле не встречались. На моей «исторической» родине, в Таиланде, в Бангкоке, я что-то подобное видел.

Здесь у русских музей. Ладно, если у нас будет время, заглянем и туда. Но, думаю, нас туда, скорее всего, на экскурсию свозят. Что тут у них ещё есть?

Так, список какой-то. Ага! Значит, у них есть цирк, зоопарк, разные театры. Несколько музеев. Хорошо! Но это мы увидим, если хозяева захотят нас просветить в культурном плане. Интересно, а кореянки смогут есть русскую еду? Или всё перчить будут? Так, ладно, давай дальше смотреть. Ого! У них и метро есть. Целых тринадцать станций. Вряд ли мы туда попадём, да и машина у нас есть. Едем дальше. Что это за фото? Какое-то здание непонятное.

Что написано? Филармония. Хорошо.Так, а это что? Мосты через реку.

Устал смотреть. Проклятая нога ноет. Хорошо, подумаем. Посмотрим что нам Со Ын придумает. Она там что-то химичит, а что, не говорит. Просто уверяет наш дружный коллектив, что мы будем очень удивлены. Ладно, подождём.

Вчера звонил наш шеф. Они наконец собрали клипы на наши две песни: «Боди» и «Степ». Решили пустить нас в шоу КБС. Очень хорошо, сразу деньги получим, а лэйбл подождёт – снимет сливки потом. Рекламное агентство тоже интересовалось, когда я смогу встать. Им пообещали, что дня через два я уже буду готов к дальнейшему выполнению контракта. Вот только спать мне, наверное, не придётся следующую неделю. С утра школа, а потом рекламные съёмки. Они ведь часто длятся по несколько часов. Придётся под напрячься. Сон Ми опять в Париж укатила. Она там себе купила мотоцикл. Рассекает по Елисейским полям! Ездит от пригорода Парижа, от замка деда, в свой университет. Говорит, что хочет выступить на соревнованиях, устраиваемых ректоратом университета. Аппа ругался:

– А если шею сломаешь, что мне твоему деду сказать?!

Она нам из Парижа косметику и всякие такие штучки притащила, что наши девки чуть ли не молились на все эти краски, кисточки и другие мелочи. Одна Со Ын покривилась. Но её уговорили, и усадили перед зеркалом, а потом «покрасили». Странно. Но она немного похожа на меня. Я опять усомнился: может мы всё-таки родственники? Со Ын тоже заинтересовалась, и позвонила своей хальмони Пакпао. Той на старости лет делать нечего, она и позвонила в Таиланд. Ей подняли сохранившиеся документы провинции Буринам, откуда она родом. Выяснилось, что мы всё-таки с Со Ын родня. Но по тайской линии, а не по корейской. Оказалось, что Пакпао – двоюродная сестра моей умершей тайской бабушки. Они вместе воспитывались, и от моей прабабки научились русскому языку.

Сейчас нам это помогает в деле подготовки кореянок знания русского языка. Я предложил устраивать дни разговора на русском, чтобы девчонки быстрее погрузились в языковую среду. Они покривлялись – лишнего напряга мозгов никто не хочет, но потом им такой же метод посоветовали в Центре языка, когда узнали. что у нас в группе два человека владеют русским. Поэтому мы придумали «русифицированные» имена для наших девчонок. Так Розе, стала Розой, Дженни – Женей, а Джи Су – Джисой. Дженни очень удивилась, когда я ей сказал, что русские могут её звать и Евгенией. Ничего, привыкнет. Девчонки только просят меня и Со Ын говорить медленно, чтобы они успевали понять, о чём идёт речь. Но пока они ещё только начали изучение языка, и, естественно, ничего не понимают. Эх! Что делать? Поспать, что ли?

Место действия: Республика Южная Корея, город Сеул, съёмочный павильон в одном из концов города

Время действия: пятнадцатое марта две тысячи десятого года, длинный нескончаемый день.

– Лалиса-ян, давай, пройдись по подиуму! Потом в конце развернись. И иди обратно. Не комкай эту одежду! Давай, пошла!

Заразы! Я есть хочу, я устал, я спать хочу! Уже полночь на дворе! Надоело! Проклятые рекламщики! У меня ноги болят! Я сейчас грохнусь, и не встану с этого подиума! Буду лежать, отдыхать…. Но всё это я вынужден думать про себя. Никого не интересует, что ты хочешь. Утверждён план съёмок, бюджет, и будь добр (или, всё-таки, добра?) и выполняй указания режиссёра. А тут ещё, как мухи, налетают после каждой паузы эти визажисты, и начинают махать своими щёточками! Вначале, ничего, вроде бы и приятно. Но потом становится невыносимо. Слава богу, тупеешь, как устаёшь. И уже на визажистов и их действия никакой реакции не возникает.

А тут ещё один из говнюков стаффов начал намекать, что поможет с поездкой на парижский показ мод. Но это только, если исполнятся его сексуальные хотелки, возникшие в воспалённом мозгу этого урода. Педофил недобитый. И ведь знает, сволочь, что я ещё школьница. Интересно, а ему не сказали, кто я? Или он думает, что настолько неотразим.и ему на шею любая девка повесится? Дебил недоношенный! Я включил дурочку, и похлопал ресницами. Этот урод ещё больше возбудился. И главное, никто ему ничего не говорит, хотя, все всё прекрасно слышат. Пришлось влепить ему пощёчину. Это сразу всех возмутило, мол, как я посмела такое сделать? Уважаемого стаффа Чон Ю ещё никто не бил в жизни! Он ведь сынок ещё более уважаемого миллионера Пак Ду Хана, который живёт, вы не можете себе представить, аж на Каннам Гу!

Тебе, идиотка, предлагают попасть в Париж, туда, куда многим нет хода! А ты, тайская шлюха, ещё и дерёшься?! Пришлось его и всех этих дебилов познакомить с кулаком моего охранника, который вбил этому идиоту, и паре его дружков, в башку, что опасно такое говорить дочери чеболя, хоть она и полукровка, по корейским законам. А уж когда позвонил аппа, то прискакали на съёмочную площадку аж с центрального офиса этих рекламщиков. Заставили этого Чон Ю поклониться мне в ножки, и принести глубочайшее извинение, а для того, чтобы он понял, что нарвался, выписали штраф в мою пользу, в сумме ста миллионов вон. Больше я этого придурка ни на одних съёмках не встречал.

А то что он придурок, выяснилось позже. Он решил обратиться в суд, и подал иск на компанию, в которой работал. Этот местный мажор решил, что папа, его знакомства и деньги, помогут ему добиться «справедливости» в его понимании. Но его отец оказался гораздо умнее. Он лишил этого придурка наследства, и объявил, что Чон Ю больше не является его сыном. В результате, обезумевший педофил попытался шантажом «срубить» денег со своего отца. Кончил Чон Ю очень плохо. Его арестовали за вымогательство. Он попытался сбежать из здания суда, ранил охранника, но был убит вторым конвойным.

… И вот, иду по подиуму, как женщины умеют, от ведра… Тьфу! От бедра, конечно! В желудке урчит, ноги немного заплетаются. Хорошо ещё, что не на шпильках заставили ходить, а в обычных туфельках на низком каблуке. Наверное, я уже бы тогда давно навернулся с этого подиума. Он, зараза, немного скользкий. К этим рекламщикам я больше не пойду работать. Мне у тех понравилось, куда я в первый раз попал. И общение с ними приятное, и кормят вовремя, и не орут, даже если ты что-то там напортачишь… Из какой дыры эти новые вылезли, я не знаю, но то что от них профессионализмом не пахнет, это точно. Явно, какие-то провинциалы руководят компанией. Только и слышно с самого начала работы с ними от визажистов и другого персонала:

– Ах, хочу попасть в Париж! Кто там был, рассказывали, как там здорово!

Ага! Где они «здорово» нашли в Париже? Мне и девочкам Сон Ми рассказала, что всё, что тут видим по телевизору – это рекламный Париж. Несколько центральных улиц и площадей. А вот дальше идут обычные районы, где живут простые французы и куча понаехавших из Африки арабов и чернокожих. В эти районы и заходить опасно, мигом обчистят. Со мной о Париже эти рекламщики вначале не говорили. Наверное, считали, что я тупая тайская школьница. Зато, когда выяснилось, что у меня папаша чеболь, они сразу «прониклись» ко мне «уважением». Одна из них спросила, была ли я в Париже.

– Была! – Вру без зазрения совести. – И вовсе там не так, как вы думаете!

И рассказал им всё то, что Сон Ми нам говорила. Да ещё и снимки показал – онни переслала на мой телефон кучу фотографий своей парижской жизни. После этого у всех визажистов и других любителей Парижа, испортилось настроение. Поломал я им мечты. Ничего, целее будут, если доберутся когда-нибудь до Франции. После этого они переключились на меня. Стали спрашивать, есть ли у меня дом, какой он… Они что, с неба свалились? Где они видели бездомного чеболя?! Ну, я и вкатил им по полной. У меня то фотографии пусанского дома были. Вот я им их и показал. Да ещё и салон нашего самолёта продемонстрировал. Они вообще зависли. А когда увидали на снимках, что я иду с онни и Хё Мин в платье от «Версаче», визажисты сдулись совсем…

… Это что, палуба авианосца или подиум? Когда же он закончится??

На съёмках рекламного ролика.

Меня специально состарили на несколько лет макияжем и волосы перекрасили. О! Добрался до конца подиума! Пора повернуть, так, теперь бредём обратно…

– Лалиса-ян! Давай, иди снова! Бредёшь, как сонная муха! – Орёт режиссёр. Он что, моей смерти хочет?! Больше не могу ходить по этому помосту! Как он меня назвал?

Ну, да, я и есть сонная муха! Жрать хочу, спать хочу! Надоело видеть эти рожи! Как будто я им виноват, что у них сроки сдачи рекламного ролика горят. Нечего было совать на съёмочную площадку этого Чон Ю с его дружками. Глядишь, уже давно бы сняли всё, что надо.