Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

Соавторы: ,Вахтанг Глурджидзе
сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 351 страниц)

О! Народ начинает собираться! Интересно, что будет?

Мы стоим в стороне. Собралось пока человек пятьдесят. На эстраду влезли три девчонки. Тут, как и положено, есть и синтезатор, и ударные, и другие инструменты. Вот, только нет тут никаких народных бренчалок, свистелок и прочего. Очевидно, первые поселенцы опустились на планету сразу со своими электронными прибамбасами.

Между тем, пока я думала, тройка школьниц спела неплохими голосами какую-то местную, довольно ритмичную песню. Да, на Чосоне есть искусство, в отличие от империи! После этого началось шествие зрителей к прозрачному ящичку перед эстрадой.

– Джин! Смотри, они туда деньги кидают! – Шепчет мне Мин Джи.

И вправду. Ящик наполняется местными вонами. Довольные школьницы кланяются, пищат:

– Любите нас! – И сходят со сцены. Им хлопают.

Затем поднимается четвёрка парней. Эти уже посерьёзнее. Один садится за ударник, второй берёт гитару, а остальные собираются петь. Ну, что сказать? Непонятно, что это – то ли рок, то ли что-то очень близкое к нему. Но в ящичек этим парням кроме вон, попадают и несколько купюр хванов. Эти тоже кланяются, желают, чтобы их любили, и уносят под аплодисменты зрителей свои заработанные деньги.

– Маша, пошли! Нам деньги нужны!

– Угу! – И Рыжик вместе со мной поднимается на эстраду.

– А петь, что будем? – Спрашивает она меня мысленно.

– Петь буду я, а ты делай вид, что играешь на синтезаторе! – Отвечаю также мысленно.

– Зачем? Мелодию сейчас пропой, я с помощью Жени наиграю на инструменте.

Подключаю Алису. Обмен мелодией и текстом с моей памяти занимает секунды. Вот только песня, на японском языке. А как это воспримут на Чосоне? Начинаю говорить под музыкальные упражнения Рыжика на синтезаторе:

– Эта песня из эпохи освоения Чосона (ну, я и загнула!). Её запомнила моя мама, которая тогда была маленькой. Но слова она немного подзабыла, и музыка может быть не та, что она тогда слышала. Она на японском языке. Называется «Цветок страсти». Я как могла, восстановила это произведение.

Сейчас я и Мин Джи споём её вам. Если кто не знает японский, могу перевести.

– Знаем, знаем. Тут треть с японского квартала! – Кричат зрители.

– Тем лучше. Я начинаю!

Маша играет вступление, причём неплохо у неё получается. Наверное, ей Женя помогает. Я начинаю петь, а Мин Джи подхватывает. Зрители застыли. С удивлением замечаю, что одна женщина трёт глаза платком. Неужели, она знает эту песню? Но это просто невозможно!

Там, у нас, на Земле, где мы жили мужчинами, её пели сёстры Дза Пинацу в начале шестидесятых годов! Неужели в этой вселенной они тоже существовали?! Надо будет потом поинтересоваться...

https://www.youtube.com/watch?v=CW9IZPYn1kg

С волнением заканчиваю петь. Все стоят разинув рты. Затем к нам на сцену поднимается плачущая женщина, и поочерёдно нас обнимает, а потом говорит:

– Спасибо, девочки! Это немного не та песня, которую мой прадедушка посвятил моей прабабушке, но у вас она получилась намного лучше! И моей прадед не умел записывать музыку.

– Наверное, поэтому и точная мелодия не сохранилась. – Говорю я.

– А вы ещё что-нибудь споёте? – Спрашивает женщина, с надеждой смотря на нас. – У вас такие красивые голоса!

– Попробуем. – Говорю я. А сама мысленно спрашиваю Машу,

– Ты песню «Блу конари» слышала?

– Чего, какие корабли?

– Не корабли, а конари. Песня «Грустная голубая канарейка» называется! Очень старая. Она даже в СССР была в каком-то фильме. Вот тебе мелодия, прослушай.

– Это я слышала точно, а вот песню не знаю!

– Ничего, с помощью Жени сбацай её, а петь буду я!

Женщина спустилась к зрителям, которых заметно прибавилось. Я начала нагружать слушателей информацией, чтобы дать время принцессе Ким разобраться с музыкой:

– Сейчас я исполню древнюю песню, которую знала моя бабушка. Откуда? Я не знаю. Язык песни мне неизвестен (ага, мне то он хорошо известен, но этим чосоновцам же не скажу). Но перевод на корейский я вам скажу. Он точен. В песне говориться о небольшой грустной птичке голубого цвета, прыгающей по ветвям и зовущей подругу. Но ответа нет, только слышен лёгкий свист ветра... Как я поняла. конари, это птичка такая, которая умеет красиво свистеть. Не знаю. я её никогда не видела (ага, в упор не видела, ха, ха – в детстве у меня одна жила в клетке на Земле, пока её по недосмотру кот не съел. Но она была жёлтого цвета)…

И эта птичка сидит грустная на ветке и уже не поёт, никто не откликнулся на её призыв. Вот такая песенка.

– Я готова! – Говорит Маша.

– Начинаем!

https://www.youtube.com/watch?v=pvyUFmUTQC4

Неожиданно зрители подхватывают «»Блу, блу , блу конари!». Значит понравилось. Теперь подождём оценку наших с Машей усилий в денежном выражении.

Ого! Нам бумажные купюры кидает большинство зрителей. Кланяемся, говорим:

– Любите нас!

Засыпаем содержимое ящичка в сумку, ещё раз кланяемся зрителям и уходим на одну из боковых аллей. Деньги отправляются в подпространственный карман сумки

Спокойно идём по аллее. Маша спрашивает:

– А ты чего какие-то древние песни выбрала?

– Что в голову первое пришло, то и выбрала! – Огрызаюсь я.

– Хорошо тут! Сразу деньги дают, как споёшь! – Радуется Рыжик.

– Чую, пригодится нам наша специальность!

– Уже пригодилась. Хорошо, что тут инструменты обычные, а не какие-нибудь космические!

Сзади слышен топот, а потом окрик:

– Стоять, поганые аристократки, деньги на бочку, а то прибью!

Маша с разворота выстреливает два раза – у неё рефлекс уже выработан. Как подумает, так за доли секунды из её сумки пистолет перекочёвывает ей в руку.

Я оборачиваюсь. К нам бежит народ. А в трёх шагах валяется с пробитой головой какой-то тип, сжимающий в руке что-то похожее на револьвер. По роже видно – местный гопник. Да, Чосон это не та Корея. где мы столько время жили!

Появляется полицейский:

– Что произошло?

– Мы выступали на сцене, потом пошли сюда. Услышат топот. Этот бандит потребовал, чтобы мы остановились, а то он нас убьёт. Но Мин Джи его опередила.

Полицейский вытаскивает небольшой планшет и говорит:

– Сейчас посмотрим. Так это десять минут назад, так, да, действительно поёте. Так. Вот из толпы зрителей за вами бросается тип, достаёт оружие. .. Всё понятно. Сейчас определим, кто это. Так, это Чон Ю Сон! За него обещана награда в пятьсот хван.

Девочки, пройдёмте в отделение. И вы, кто что видел, расскажите. – Обращается он к собравшемуся народу. Через минуту все вокруг словно испаряются.

– Как всегда! – Вздыхает полицейский.

Мы идём за полицейским.

– Вот зараза! – Ругается по мыслесвязи Рыжик.

– Господин полицейский, а можно нам не идти в отделение? – Обращаюсь я к нему.

– Почему? – Удивляется служитель порядка. – На вас напали, и вы использовали запрещённое огнестрельное оружие. Правда, вам, как аристократкам, за это ничего не будет, но оружие изымут.

– Нас папа и мама накажут, если мы будем фигурировать в таком деле! Да и пистолет папин! Они не посмеют его отобрать! Наш папа... – Вру я.

Полицейский заметно бледнеет:

– Но я же должен составить протокол! Да и вон, уже бригада с прозептуры пришла, труп забрать.

– А что, если мы пройдём не как участники, а как свидетели. – Понижаю я голос. – И пистолета вы не видели?

Полицейский воровато оглядывается во все стороны, а потом спрашивает:

– Почему?

– Потому что только такой доблестный служитель порядка заслуживает награды в пятьсот хван! Он спас девушек от страшного бандита. Мы согласны подписать такой протокол.

Полицейский сглотнул.

– Вы это серьёзно?

– Абсолютно! – Подтверждаю, и Маша кивает головой.

– А как я докажу, что стрелял я?

– У вас пистолет девяти миллиметровый? – Спрашивает Маша.

– Да.

– У нас тоже! Давайте, сравним патроны. Вот видите, они одинаковые. Просто дайте сюда ваш пистолет. – Маша берёт и выщёлкивает из магазина полицейского пистолета два патрона, кидает их себе в сумку.

– А пули и гильзы? – Встрепенулся кореец.

– Не беспокойтесь. Ни один следователь их не найдёт! У меня экспериментальные патроны. Уже через десять минут не остаётся ничего, ни пуль и ни гильз. А то что вылетело с вашего пистолета, наверное, унесли сбежавшиеся люди. Ведь пули прострелили преступника насквозь. а там бегало много школьников... Мы это тоже подтвердим в том же протоколе. Если это конечно требуется.

– Хорошо! – Повеселел полицейский.

Отделение полиции было рядом с парком. Дрон не зафиксировал момент нападения и выстрела из-за густой листвы, закрывавшей обзор сверху, поэтому лейтенант Ким Ир Чен получил через два дня пятьсот хван за убитого бандита.

Основанием послужил рапорт самого лейтенанта и показания двух свидетельниц – аристократок…

– Фу! Еле отделались! Хорошо, что покладистый полицейский попался. Он просто записал наши имена и фамилии. Больше ничего не спросил. Я думала, документы потребует. – Радуется Маша.

- На Чосоне не принято требовать удостоверения личности у аристократов. – Сообщает Алиса.

– Очень хорошее правило.

Мы подходим к стоянке дроидов. Поодаль от нашей многоножки стоят несколько человек и обсуждают, что это за непонятный образец. Двое начинают спорить. Подходим к ним.

– Зря не пытайтесь вспомнить, такого дроида нет ни у кого. Их всего две штуки, и это экспериментальная переделка. – Говорю я.

Дроид нас опознал и отключил защиту, перейдя обычную, рабочую форму. Все с удивлением смотрят на эту трансформацию.

Мы же, под взглядами любопытных, взгромоздились на свой "Ленд Ровер", как я в шутку назвала своего дроида и поехали к нашим вассалам. По пути увидели магазин "Ездовые дроиды Хюндэ".

– А что, бывают и не ездовые? – Удивилась Маша.

– Ага! Есть ещё мясные и сторожевые! – Засмеялась я. – Настругаешь в тазик пару манипуляторов, сверху лук, заливаешь всё постным маслом. С аппетитом кушаешь, выплёвывая болты и гайки!

– Такое сама ешь. Пошли, посмотрим, может купим. – Предложила Маша.

Остановились у магазина. Дроида поставили рядом со специальным столбиком. Просто увидели, что около них стоят две старые многоножки, и догадались, что это примагазинная стоянка. Зашли внутрь огромного помещения.

Стоят ряды шестиногих дроидов. Сверху, на спине, у каждого, приделаны поручни и сиденья.

Посмотрели, сколько стоит такая "карета" на двенадцать человек. Оказалось, новая машина оценивается в двадцать тысяч хван, а старую можно приобрести за тысячу пятьсот.

– Мда, а грузовик на четыре тонны? – Поинтересовалась Рыжик.

– Вон он. Три тысячи, причём, старый. – Кривлюсь я.

– Да, ну и цены у них! – Вздыхает принцесса Ким.

– Ладно, поехали за нашими.

Через два часа мы встречаемся с группой. Маша вынимает деньги. Пачка внушительная, но все купюры – мелкие.

Садимся подальше от дороги и раскладываем деньги по номиналу. Подсчитываем всё и получаем:

– банкнот номиналом в один хван нам дали сто двадцать штук,

– купюр достоинством в пять хван – шестьдесят штук.

– банкнот достоинством в десять хван – двадцать штук.

– монет достоинством в сто вон – десять единиц.

Итого, у нас собралось шестьсот двадцать один хван.

– Откуда деньги? Вы что, кого нибудь ограбили? – С тревогой интересуется Ён Сыль.

– Нас самих чуть не ограбили! – Вздыхаю я. – Хорошо, что Мин Джи стреляет практически мгновенно.

– А что случилось? – Тревожно интересуются вассалы.

Рассказываем, что произошло и как мы заработали эти деньги.

– Хорошо, что тут не принято у аристократов требовать удостоверения личности. – Рассказывает Маша.

– Пока вас не было, я залезла в ЧОИ. Узнала цены в отелях. Номер в гостинице стоит от десяти до двадцати хван. Еда, смотря какая, от трёхсот вон до семи хван.

Обедать можно в ресторане гостиницы или в городских кафе. Цены везде практически одинаковы. – Докладывает Ён Сыль. – Дроидов можно поставить в специальный гараж. Сутки – сто вон.

– Мы были в магазине, где транспорт продают. В общем, он нам пока не по карману. – Рассказываю я.

– Но можно ведь использовать наших дроидов, только заказать поручни и скамейки для них. Нас шесть человек... Нет, не получится! Дроиды нам нужны будут в шахте, а куда мы будем грузить металл?

– Ладно, потом придумаем. Сейчас давайте, пошли в город.

Еле уместившись на спинах наших многоножек, мы двинулись в Сеул. Андроиды бежали рядом с нашими "каретами". Опять увидели того полицейского, с кем говорили насчёт карты города. Он удивлённо смотрел на наш отряд. Наверное, думал, какая выносливость должна быть у слуг этих аристократок, что они бегут наравне с дроидами. На Чосоне не было андроидов, поэтому служитель порядка принял их за людей.

Наш отряд двигался по улице к ближайшей гостинице.

Глава 5 Чосон

Подъехали к «Сеул Меншин гестхаус». На ресепшене сидит молодая девчонка, у которой на лацкане пиджака написано Те Джи Хён. Она смотрит на нас, видит обручи на головах. Улыбается и говорит:

– Рады приветствовать вас в нашем отеле! У нас есть хорошие номера на втором этаже. Они как раз освободились!

Перед ней местный компьютер-искин. Он намного слабее электронных мозгов наших дроидов, но мощнее раз в десять всех земных суперкомпьютеров, из двух параллельных вселенных.

– Нам три двуспальных номера! – говорит Ён Сыль. – А то дочки и племянницы устали с дороги!

– Да, госпожа…

– Ён Сыль! – Отвечает наша новая «мама». Мы уже знаем, что у аристократов здесь фамилии не спрашивают. А тех, кто нацепит ободок и попытается выдать себя за чеболя, вычисляют быстро – при оформлении покупки или записи в гостиницу берётся генетический анализ.

Приставляешь к аппарату палец, и через минуту он определяет, сколько у тебя процентов от генома Истинных. Если меньше семидесяти пяти процентов, то ты – самозванец.

Мы быстро проходим процедуру. Мой и Машин ободок выдаёт после небольшой коррекции, проведённой Хальмони, восемьдесят семь процентов. То же, что и у Ён Сыль. Эта цифра будет держаться только на планете.

С графинями Ким всё в порядке, а вот с Ха На пришлось немного понервничать. У неё геном в семьдесят восемь процентов, она же дочь шевалье, вот и девчонка на ресепшене удивлённо посмотрела на нашу «маму». Та улыбнулась и спокойно сказала:

– Это моя старшая дочь от первого, неудачного брака. Эх, молодость, молодость….

Джи Хён улыбнулась, очевидно, слышала такие случаи, и выдала нам электронные ключи от номеров и два специальных маяка для дроидов. Их служащий отеля отвёл в специальный гараж.

– На какое время вы остановитесь у нас? – Спросила Джи Хён.

– Пока на десять дней. – Отвечает Ён Сыль. – После этого посмотрим, может продлим.

– С вас триста один хван! – Говорит Джи Хён. – У нас нет ресторана. Но напротив гостиницы находится хорошее кафе.

Я с Машей переглядываемся. У нас опять дежавю.

Мы с андроидами поднялись на второй этаж. Номера нормальные. Внутри две кровати и столик. Здесь везде, даже на улице, ловит ЧОИ, так что мы свободно используем местный Интернет.

На стене висит небольшой головизор. Нужную температуру в номере и освещённость поддерживает простенький искин, который управляет и роботами уборщиками.

После того, как мы осмотрели номера, закрываем их и идём в кафе напротив. Это приличное кафе со столиками, как снаружи, так и внутри здания. Проходим в отдельный кабинет – они существуют только для чеболей. Алиса ставит защиту от подслушивания...

Подходит дроид, который демонстрирует нам голографическое меню. Выбираем те блюда, которые у нас не вызывают подозрений. На шесть человек обед нам обошёлся в два хвана.

Порция каждого из нас.

После довольно вкусного обеда в чисто корейском стиле, мы начали думать, что нам делать.

– Ён Сыль, мы можем добыть выступлениями на эстраде нужное количество денег. Но там можно и нарваться на бандитов.

У нас поём только я, Мин Джи и Ха На. Графини петь не умеют. Но зато танцевать мы можем все.

Можно попробовать выкладывать песни в ЧОИ, но требуется узнать, как тут получать деньги с выложенных роликов.

– Хорошо, Джин Хо! Я это узнаю.

– Надо подсчитать, сколько нам нужно денег набрать. Значит, нам нужны:

– грузовой дроид – три тысячи хван,

– ездовой дроид, не новый – до трёх тысяч хван.

– деньги на три месяца на гостиницы из расчёта тридцать хван на сутки – три тысячи хван,

– деньги на еду по десять хван в день – тысяча хван, округлённо.

– Итого, нам нужно десять тысяч хван, чтобы за минимальный срок перевезти на орбиту нужное нам количество металла. – Подсчитывает Маша. – Мда…

– Придётся поработать, как там работали! – я намекаю на музыкальное агентство в параллельной вселенной. – Только надо будет смотреть, что здесь есть в ЧОИ из музыки, и предлагать неизвестные здесь песни с танцами.

– Вы работали в сфере искусства? – Удивляется Ён Сыль. – Но ведь вам только по семнадцать лет!

– Там, где мы прятались, это не имеет значения. Музыка там развита настолько, что империи до уровня той планеты ещё долго не дойти. Там это называлось К-поп. Это значит популярная корейская музыка.

В специальные школы там стремились дети с двенадцати, а некоторые и с десяти лет. Нам с Мин Джи повезло. С помощью одного владельца музыкальной компании мы открыли дочернюю фирму, набрали талантливых девчонок, писали песни и музыку. У нас были миллионы вон, что позволило купить завод, сделать космический корабль. И вернуться в империю. – Немного приврала я в конце рассказа. Вассалы слушали мою речь с нескрываемым удивлением.

– Вот откуда вы знаете песни и танцы! – Ха На захлопала в ладоши. – Нас вы ведь тоже научите?

– Даже если бы и не хотели, так жизнь нас заставляет! – Засмеялась Маша.

– Случайно, вы не там нашли этот странный двигатель, который стоит у вас на «Корее»? – Сощурилась Ён Сыль.

– Случайно и грузовик там собрали! – Улыбаюсь я. – Но двигатель сделали не мы, а группа учёных, которая исследовала этот сверхпроводник. К сожалению, эта планета в другой галактике.

– А как вы оттуда сюда попали? – Интересуется Дже Хва.

– Они нашли какой-то артефакт, позволяющий однократно переместиться между галактиками. Но что они не делали, ничего у них не получалось. А вот нас артефакт принял сразу. И переместил прямо к Млечному пути, как будто знал, что мы отсюда.

– Так значит, это от вас пошли флуктуации около «Пусана» и …

– Правильно, Ха На. Это взорвался артефакт, который нас и перенёс в империю. – Вру я.

– Ну и фантазия у тебя! – Мысленно восхищается Рыжик.

– Не скажу же им, что это твой линкор взорвался! – Отвечаю я подруге.

– Это да! Жаль, хороший был корабль! – Вздыхает она.

– Значит, вы уже знаете, что такое труд, и как надо вести бизнес. – Утверждающе говорит Ён Сыль.

– Конечно знаем! Смотрите на руки принцесс Пак и Ким, – Растопыриваю пальцы, поворачиваю руки ладонями к сидящим вассалам и начинаю декламировать, естественно на корейском языке.

Правда, стихи теряют свою стройность и ритмичность, но зато понятны аборигенам:

Пройдут года, века пройдут,

И мир изменится, но люди,

Вот эти руки, руки трудовые,

Руками золотыми назовут!

И потрясла своими ладонями перед лицами удивлённых вассалов.

– Ну, ты совсем, офонарела, Джина! Моча в голову стукнула или климакс ранний начался? – Смеётся по мыслесвязи Рыжик.

– А что, никто меня не хвалит. Вот и приходится аборигенов пугать! – Весело отвечаю Маше.

– Значит, вы многое знаете и умеете. – Подытоживает Ён Сыль.

– А мы ещё и крестиком вышивать умеем! – Почему то добавляю я и вижу, как расширяются глава вассалов от удивления – в империи никто уже тысячу лет ничего не шьёт.

– И можем причинять добро и наносить справедливость! – Добавляет Мин Джи.

Глаза у наших подчинённых становятся размером с обеденную тарелку. Пока не поздно, надо кончать дурачится, а то всех девок тут кондрашка хватит!

– Ладно, приоритеты определены. Мы сегодня отдыхаем, Ён Сыль посмотрит всё, что надо в ЧОИ, а завтра утром мы впятером выдвигаемся в Центральный парк.

А наша «мамочка» узнает, как надо открывать счёт а местном банке. Пора идти в гостиницу.

Мы поднимаемся, Алиса вырубает защиту. Андроиды, которые прислуживали нам во время обеда, идут рядом с нами. Выходим на улицу и внезапно с одного из дроидов, который стоит на противоположной стороне улицы, у гостиницы, по нам открывают огонь из пистолетов двое неизвестных нам типов.

Андроиды нас закрывают, а потом выхватывают метательные ножи. Шедшие по улице с обоих сторон люди с криком и визгом разбегаются от опасного места. Не успеваем ничего сообразить, и стрельба внезапно кончается. Около дроида валяются два трупа, утыканные ножами. У нас повреждён один из андроидов.

Вскоре появляется полиция. Мы выходим из-за спин своих охранников. Полиция берёт с нас показания.

– Значит, вы утверждаете, что не знаете этих людей? – На нас с подозрением смотрит капитан местной полиции.

– Не знаем. Мы только утром прибыли из Чеджу. Дочки пошли в центральный парк, там спели на эстраде. Когда шли обратно, на них напал какой-то бандит, хотел деньги отобрать. Но там был полицейский, который застрелил напавшего.

– Сейчас проверим! – Капитан включает планшет. Минут через десять он говорит подобревшим голосом:

– Да, действительно, инцидент зафиксирован в отделении у Центрального парка. Ну, что, определили, кто это? – Спрашивает он у копошащихся у трупов людей.

– Да, капитан, отвечает пожилой эксперт. Это подельники Ю Сона, которого сегодня принесли в прозептуру с двумя дырками в голове. Вот это Ли Сан Хён, а это Те Чжу Бон.

– Очень интересно! Значит, они проследили за вашими дочками, госпожа! – Обращается он к побледневшей Ён Сыль. – Но вам повезло! Фактически, после столкновения с вашей семьёй, уничтожена банда Ю Сона, которая два года совершала нападения на граждан, но следов не оставляла.

У вас хорошо тренированные слуги, госпожа баронесса. Нам бы таких в полицию!

В общем, всё ясно! Они узнали, что из-за ваших дочерей погиб их босс и решили отомстить. Знакомая картина. Подпишите тут, тут и тут. Можете забрать дроида этих гопников. Оружие придётся сдать.

– А ножи?

– Они разрешены. Так что, пусть ваши люди забирают свои железки. Они нам не нужны.

После того, как андроиды убирают свои ножи, трупы увозят. Капитан козыряет баронессе, и полиция покидает место происшествия. У входа в гостиницу одиноко стоит дроид. Теперь он наш.

Дже Хва подходит к нему и через минуту он уже подчиняется нам. Это шестиместный «лимузин» местного «дроидопрома». Служащий гостиницы, который увидел этот экземпляр, даже присвистнул от удивления.

– В чём дело? – Забеспокоилась Ён Сыль. – Он что, бракованный?

– Нет, леди! – Поспешил её успокоить этот человек. – Просто стоимость этого экземпляра не меньше двадцати пяти тысяч.

– А можно его продать или где-нибудь сдать? – Поинтересовалась Маша.

– Нет! Магазины не принимают проданный товар. А частные лица побояться связываться с этим дроидом, ведь на нём убили двух человек. Суеверие, леди!

– Жаль! – Погрустнела Рыжик. – Так хотелось заработать!

Служащий улыбнулся. На робота навесили маяк, и провели его в гараж.

– Ничего. Зато один пункт нашей программы выполнен. Нам теперь не нужен ездовой дроид. Он у нас уже есть. Причём может перевезти всех нас. – Резюмировала я. – Осталось купить только грузовик и набрать деньги на путешествие.

Всю ночь мне не спалось. Я думала, что бы такого предложить аборигенам. На ум пришла корейская группа АОА. Она состоит из шести девушек. У нас пять. Ну, это не критично.

Аристократки Корейской империи любые танцевальные движения повторяют практически с первого раза. Музыку воспроизведут искины. Алиса и Женя это могут.

Алиска уже списала с моей памяти песню и танец «Супер Дупер». Утром покажу её девчонкам.

https://www.youtube.com/watch?v=MAANp009L1c

Как только справились с унитазно – мыльно – рыльными упражнениями, пошли в кафе и покушали, я сказала девчонкам.

– У меня есть новая песня. Сейчас Алиса продемонстрирует вам её. Вы смотрите на свои фигуры. И запоминайте движения (искин заменил на голограмме девчонок из АОА моими вассалами и Машей – ему это раз плюнуть!).

После трёх просмотров все девчонки во главе со мной практически один в один повторяли все движения этого ролика. Теперь слова. Петь будем только я, Ха На и Маша.

Попробовали сделать всё вместе. В отличие от параллельной Кореи, где разучивание песни и танца иногда продолжалось целый день и даже больше, здесь в этой вселенной у нас получалось значительно быстрее.

– Это от того, хозяйка, что у вас поднялась ментальная составляющая, и у принцессы Ким тоже. А это благотворно воздействует и на ваших вассалов. – Объяснила Алиса. – То, на что в том мире уходили часы, здесь можно сделать за минуты.

Уже к двум часам дня у нас было всё готово. Мы сели на нового дроида и в сопровождении андроидов двинулись в Центральный парк.

Там уже около эстрад было много народа. Выступали желающие на трёх эстрадах. В основном это были школьники.

Народ был разгорячён, хотел услышать что-то новое, а школьники только перепевали старые песни. поэтому певцам платили мало. Я двинулась вместе со своим отрядом к незанятой эстраде.

– Смотрите! Вон вчерашние девчонки с подругами.

– Какие девчонки?

– Что вчера по-японски и ещё на каком-то другом языке пели!

– О! Говорят, они хорошо поют.

– Да, я слышал их вчера.

Пока происходили эти разговоры, наши андроиды позаимствовали с соседней пустой эстрады синтезатор и добавили его к стоящему около нас аналогичному инструменту.

Так, андроиды будут изображать у нас музыкантов, мелодию вместо них исполнят Алиса и Женя. А мы поём и пляшем, и народу машем.

Все девочки занимают места согласно плану.

Я выхожу на сцену. Дождавшись конца выступления группы мальчиков из какой-то местной школы, подхожу к микрофону и говорю:

– Просто петь и просто танцевать, конечно, хорошо! Но надо попробовать совместить песню и танец в одном произведении. Я и мои подруги это попробовали, и мы выносим на ваш суд то, что у нас получилось.

Песня «Супер Дупер». Начинаем!

Я даю знак андроидам, и они начинают «музицировать». А вот и наш черёд развлекать публику…

Видим со сцены, что у многих открылись от удивления рты. Такого точно никто им не показывал. Часть людей уже хлопает в такт музыке. Некоторые подняли планшеты, чтобы их камеры сняли наши выкрутасы.

Три минуты полной отдачи! И закономерный итог – пять минут аплодисментов! У ящичка пожертвований образуется очередь, которую регулирует один из наших андроидов. Одной «кассы» не хватило, и вот уже заполняют другую.

Алиса сообщает по мыслесвязи, что нас тут смотрело более тысячи человек.. Наконец, все отметились.

– Вы ещё нам что-нибудь споёте?

– К сожалению, не успели подготовить. Но можем исполнить две вчерашние песни, можно и без пожертвований.

Повторяю «Цветок страсти» и «Блу конари». Опять аплодисменты. Нас благодарят, и мы тоже благодарим зрителей. Кланяемся, и просим любить нас.

– А вы завтра придёте? – Спрашивает один парень из первого ряда.

– Постараемся. Может, и новую песню принесём.

– Это хорошо! Я завтра специально на вас посмотреть приду!

Андроиды вынули из ящичков все деньги и засунули Маше в её сумку. Всем отрядом под аплодисменты зрителей мы покидаем площадку с эстрадами.

Бодро двигаемся к стоянке дроидов. Там садимся на наш шестиместный «лимузин» и отправляемся в гостиницу.

Ён Сыль с нетерпением нас ждёт. Считаем купюры:

– пятьсот банкнот достоинством в один хван,

– триста купюр по пять хван,

– двести купюр о десять хван,

– десять купюр в пятьдесят хван,

– одна банкнота в сто хван.

У баронессы глаза вылезают на лоб:

– Вас не было всего два часа, и вы притащили четыре тысячи шестьсот хван?! Может мне тоже артисткой стать?

– Не артисткой, а айдолом! – Поправляю я. – Если будет ещё одно или два удачных выступления, то уже можно будет отправляться за металлом.

– Хорошая планета, мне нравится! – Удовлетворённо говорит Маша.

– Это ничейная планета, и можно будет её просто зарегистрировать в Реестре населённых планет, как принадлежащую какому-нибудь клану. – Говорит Ён Сыль.

– Оставим под общим управлением, чтобы сложнее было её у нас отнять! – Говорю я.

– Но всё это можно будет сделать только после регистрации клановой печати и признания ваших прав тронными искинами – Опускает нас на землю баронесса. – Кстати! Я узнала и насчёт роликов в ЧОИ и как открыть счёт в банке.

Чтобы получить деньги за трансляцию, надо обязательно иметь банковские реквизиты. Но тут дело в том, что для платной и полностью защищённой от скачивания версии любого ролика вы обязаны отдать ЧОИ восемьдесят процентов прибыли. А из осташейся части ещё выплатить десятипроцентный налог в казну.

– Это же грабёж! – Возмущаемся мы.

– Поэтому и нет никаких роликов в ЧОИ, пустуют концертные и кино залы. Люди предпочитают платить наличными в парках, любому, осмелившемуся влезть на эстраду человеку. Власти хотели и эту лавочку прикрыть, но начались демонстрации протеста. Поэтому и решили всё оставить, как есть.

А со счётом в банке так – для открытия нужно внести не менее двух тысяч хван. Но, я думаю, нам не понадобится банк.

– Да, раз ЧОИ нам не подходит, то и банк не нужен.

Мы спустились в кафе, пообедали, а потом целый вечер смотрели местное головидение. Здесь фильм не прерывался рекламой каждые пять минут, но были и мыльные оперы, и практически всё то, что мы видели на двух параллельных Землях.

Засыпая я думала, какой ролик использовать, чтобы растрясти аборигенов на денежки...

Утром мы опять пошли в кафе. В голове у меня крутился какой-то непонятный ролик. И только после того, как я поела и выпила сок местной ягоды «Кен-чун», в голове у меня прояснилось.

Я приказала Алисе проверить наличие в моей памяти клипа группы CLC под названием «Геликоптер». Через пять минут искин нашла это, и вывела мне прямо в мозг.

Я попросила Алису заменить настоящую группу нашими голограммами. Она это проделала молниеносно. С помощью обруча я передала получившийся клип девочкам и Ён Сыль. Они зависли на несколько минут, а потом отмерев от увиденного, набросились на меня:

– Принцесса, что это? Как это красиво!

Только Маша сидела и улыбалась, она такого насмотрелась в параллельных вселенных

– Это называется клип. Образ, созданный с помощью техники и исполнителей. Конечно, на эстраде парка мы такие эффекты воспроизвести вряд ли сможем полностью, а ЧОИ для нас закрыт.

Поэтому просто выучим песню и упрощённый танец, и пойдём в Центральный парк, как это было вчера. Меня только волнует вопрос, а местные знают, что такое «геликоптер»?

– Вряд ли! Да и мы не знаем, что это такое. – Сказала Ён Сыль.

– Тогда вот вам образ – вот этот древний аппарат и называется «геликоптер». Он летал с помощью винта, который у него крутился сверху кабины с пилотами и пассажирами.

– Какая прелесть!– Обрадовалась Дже Хва.

– Ладно, пора пойти в гостиницу и начать разучивать песню и танцы.

Репетиция продлилась до трёх часов дня. После этого мы уселись на свой дроид и через час уже были в парке.