Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

Глава 52

В одиннадцать часов дня я, Маша, Лиса, Сон Ён, Женя, Юко и Алиса, разодетые в пух и прах, встретились с Пак Чин Ёном. Пресс конференция началась в офисе JYP. В небольшом зале было не протолкнуться – журналистов понабежало столько, что через пять минут мы уже запутались, кому и что отвечать. Эти «акулы пера» не давали конкурентам договорить вопрос, толкались, ругались…

Поэтому полчаса было потеряно на наведение порядка. Наконец, всё вошло в нормальную колею. На вопросы о создании «Звёздных войн» я отвечала чётко и быстро:

– Откуда вы взяли изображения космических кораблей?

– Из головы. Просто придумала!

– Кто рисовал трёхмерные изображения?

– Я рисовала обычные рисунки на бумаге. А Джен Крайнова переводила их в трёхмерный формат, а потом «оживляла», она это умеет.

– Как были выбраны на главные роли Лалиса Монабан и Ким Сон Ён. Не оказывали ли на вас давление родственники этих трейни?

– На меня и мою заместительницу никто оказать давление в выборе актёра на какую-нибудь роль не сможет. А выбрали девочек очень просто – Сон Ён имеет шикарный голос и она должна была петь по сценарию. А Лиса лучше всех танцует – вот из этих соображений мы выбрали актрис на главные роли.

После подключения наших американских партнёров мы договорились, что эти девочки останутся на своих ролях. А с американской стороны добавится артистка, которая будет играть принцессу Лею.

– Есть данные, что «Звёздные войны» будут номинированы на получение «Золотого глобуса». Как вы к этому относитесь?

– Положительно отношусь! Я думаю, что Лукас и его команда получат в следующем году Оскар за этот фильм.

– А вы сами не хотели бы получить Оскара?

– Я не кинорежиссёр, не актёр, не музыкант, а администратор. Таким Оскара не дают! (Смех в зале). Если мы что-либо и получим, то только на лэйбл.

– Вы уже второй год успешно продвигаете Халлю в другие страны. Скажите, как вам это удаётся?

– Очень просто! Надо отойти от шаблонов, к которым тут, в Корее, привыкли люди из музыкального бизнеса.

Вот, президент JYP, уважаемый Пак Чин Ён, смог это сделать, и организовал дочерние компании из вчерашних школьников. И не побоялся вручить им бразды правления, привлёк абсолютно никому неизвестных в тот момент ребят, не являющихся носителями корейской традиционной культуры. И в результате риск оправдвлся.

Чтобы успешно продвигать Халлю, надо и другим компаниям не замыкаться только на традициях, а широко использовать мировой опыт, накопленный музыкантами других стран. Только тогда мы сможем интегрироваться в мировую культурную жизнь на правах равноценного партнёра.

– Вы заявили во время гастролей в Японии, что будет снят фильм «Кумитё». Откажетесь ли вы от съёмок в связи с произошедшими там трагическими событиями?

– Ну, в бизнесе, чтобы вас уважали, надо выполнять взятые на себя договорённости, иначе с вами никто не станет иметь дела. Поэтому фильм будет снят в оговорённые сроки.

Мы пошлём в Японию людей для отбора актёров где-то в середине января. Сейчас японцам очень трудно, и надо протянуть руку помощи тем людям, которые помогли нам справится с возникшими у нас в прошлом году беспорядками. Начав съёмки мы поддержим этим и своих японских коллег в трудное для них время. Произошедшее землетрясение и гибель тысяч людей повлияло на некоторое изменение концовки фильма. Как, пока говорить не буду.

– Будет ли снято продолжение «Звёздных войн»?

– Это вопрос не ко мне, а к Лукасу.

– Но вы же один из сценаристов этого фильма!

– Но это не значит, что я имею права на этот фильм! Я сценарист ремейка старого фильма. Вы были бы правы, если бы идея этой космооперы принадлежала бы «Солбанг-Ул». Но ведь это не так.

– После этой пресс-конференции вы идёте на приём к президенту страны. Что вы ожидаете от этой встречи?

– Ничего хорошего! (Шум в зале. Лица большинства журналистов вытянулись от удивления).

– Но почему?

– Если вас вызывают в такие места, то это происходит в двух случаях – или вас наградят, или будут ругать! (Смех в зале). Поэтому я обычно настороженно отношусь к подобным встречам.

После меня на вопросы журналистов отвечал Чин Ён, а под конец репортёры взялись за Машу:

– Вы являетесь изобретательницей «летающего пояса», доказавшего свою эффективность в сфере строительства и для проведения шоу. Сейчас вы стали довольно богатой девушкой. Что изменилось в вашей жизни?

– Практически ничего, если не считать появления моей дочери Аямэ. Если раньше я работала только на себя, то теперь у меня есть дочь, о которой надо заботится, дать ей правильное направление в жизни.

– Почему вы не открываете свою компанию?

– А зачем мне это надо? Лишняя головная боль не нужна никому. И так дел хватает.

После этого журналисты взялись за Алису и Юко. Спрашивали, трудно ли писать музыку.

– Ну, если тема задана и есть намётки, как это должно звучать, то проблем обычно не бывает. – Ответила Алиса.

– Вы хотите сказать, что у вас сразу появляется в голове музыка, которую вы перекладываете на ноты?

– Немного не так. Обычно, Джин нам напевает то, что она хочет услышать под свои стихи. Так было и с фильмом. И она и Мин Джи напевали нам для разных сцен мелодии, а мы их перекладывали на аккорды, украшали, и разносили на разные клавишные и ударные инструменты. – Ответила Юко.

– Вы хотите сказать, что музыку тоже выдумывает Пак Джин Хо?

– Нет. Я музыку выдумать не могу. Просто я им голосом изображаю основной мотив. А дальше они уже сами действуют. Но не всегда у меня это правильно выходит. Тогда Алиса и Юко поправляют, где надо. – Вмешиваюсь я, чтобы журналисты не начали копать слишком глубоко. Кому какое дело, как мы пишем музыку!

Затем пресса переключилась на Женю. Спрашивали, откуда она знает, как создавать трёхмерные голографические изображения. Она ведь не кончала никаких специальных школ по этому искусству. И тут выясняется, что Женя – призёр всероссийских игр по голографии и ходила на специальные курсы.

Репортёры наседают на Крайнову, пытаясь выудить у неё всю историю её хобби, которое переросло потом в нечто более серьёзное.

Окончив забрасывать вопросами Женю, репортёры приступают к допросу Лисы и Сон Ён. Девочки рассказывают, как проходили съёмки в Америке. Наконец, вопросы иссякают…

После окончания этой пресс-конференции, мы втроём, я, Чин Ён и Рыжик, отправились на встречу в правительственный комплекс, а наши трейни полетели домой.

Вначале нас принял уже хорошо знакомый министр культуры. Он сообщил, что возникло одно предложение, которое исходит от администрации президента. Глава государства желает с нами познакомится. И сам озвучит то, что наметило правительство. После этого мы отправились к президенту. Он нас встретил в своём кабинете, куда мы зашли за его секретарём.

Президент Южной Кореи Ли Мен Бак

Глава государства встал, подошёл, поздоровался со всеми за руку, а потом спросил у Чин Ёна:

– Это те девушки «бананы»?

– Да, господин президент! Вот эту зовут Пак Джин Хо, а эту – Ким Мин Джи.

– А это у вас естественный цвет волос и глаз? – Спросил Ли Мен Бак у Маши.

– Да, самый, что ни на есть натуральный, так же, как и цвет глаз! – Гордо вытянулась Маша.

– Никогда не думал, что бывают корейцы с зелёными глазами и рыжими волосами! – Отметил президент.

– Ну, она же родилась в России. А там это не редкость! – Ответил Чин Ён.

– И как звучат ваши настоящие имена? – Поинтересовался президент.

– Мария Стирлец.

– Джина Хопакшвили.

– Да, куда только не заносила судьба бедных соотечественников! – С грустью произнёс глава государства. Потом пошёл и сел в своё кресло.

– Садитесь! – Хозяин кабинета указал нам на стулья, стоящие вокруг П-образного стола. Когда мы уселись, Мен Бак посмотрел на меня и, улыбнувшись, произнёс:

– Значит, вас надо или наградить или отругать! К сожалению, пока не за что. Вы, Джин, очень помогли нам своим выступлением в Японии. К сожалению, землетрясение немного изменило планы, но над природой мы не властны. Было бы хорошо закрепить и успех «Звездных войн», и расширить наше сотрудничество с нашим стратегическим партнёром. Министр культуры уже провёл переговоры с нашими американскими друзьями, которые решили пригласить ваше шоу в конце лета следующего года в Штаты. Теперь ведутся переговоры о ваших гастролях в Россию. Надеюсь, что ваши девочки сумеют покорить сердца американцев и русских. Желаю успеха!

Мы раскланялись с президентом, вышли и двинулись домой.

– Значит, в августе – сентябре едем в Америку и Россию! Ура! – «Шишки» и «сюрприз» первыми узнали о перспективных гастролях. Бо Рам и компания об этом узнают от Чин Ёна.

– Джин! Надо так составить график турне, чтобы попасть в Пермск-на-Амуре. – Маша была возбуждена до предела.

– А там есть место, где мы сможем выступить?

– Найдут! Сама же знаешь, как у нас там шестерёнки крутятся. Всё равно, нам ведь первые представления надо будет проводить в Москве и Санкт Петербурге – это как дважды два – четыре! Значит, оттуда мы должны будем лететь практически через всю страну. Вот и залетим на Дальний Восток, а оттуда вернёмся в Сеул.

– Подожди, пусть пока пройдут переговоры, а то, вдруг нас по каким-либо соображениям не пускают в Россию.

– Не говори ерунды! Тут у нас трое российских граждан, и как нас не пустят домой?

– Хотя да! Совсем забыла про Алиску и Женю. Да и ты просто взяла второе гражданство. Но лучше всё-таки подождать, уже в январе нам будет всё известно. Значит, предварительный план на тот год уже есть. В конце января мы начинаем снимать «Крёстного отца», где-то в мае будут гастроли по городам Кореи, в июне набираем трейни, если Чин Ён скажет. А нет, то и не надо, выпустим сами на протяжении года два альбома. Август и сентябрь у нас будут заняты гастролями в Америку и Россию. По-моему, нормально!

Перегружать девочек не будем. Хотя, может ещё, телевидение пару раз пригласит на свои дурацкие шоу. Да, и встречу с фанатами надо организовать, скорее всего в апреле.

– Стоп! Откуда ты взяла, что будет турне по городам Кореи?

– В этом году министр культуры настаивал, но из-за японских гастролей предложение не прошло. Вспомнит об этом после нового года. Увидишь!

– Ладно, ты его лучше знаешь. Что же, поедем по Корее. Да, а детей же на гастроли брать не будем?

– Нет. Они пока маленькие. Подрастут, тогда и поедут с нами. Ну, всё! Планы намечены. А теперь… А вот, вспомнила! Перед новым годом мы выпустим альбом.

Ну, а теперь пошли вниз, хальмони на обед зовёт!

Оставшиеся три недели ноября мы готовили новый альбом. Вначале спорили, какие песни туда заносить. Японки хотели чтобы в альбоме отразилось что-то про землетрясение. Поэтому, по предложению Маши, мы внесли в альбом песню «Япония – время испытаний». Я про эту песню не знала вообще. А Маша случайно увидела во время блуждания по Интернету нашего старого мира. Поэтому теперь музыку и слова вспоминала она сама.

https://www.youtube.com/watch?v=aRGFeCLy-r0

Но потом, ночью, я попыталась вспомнить, что-либо из песен такого плана. Утром, как только в офис зашли японки, я им сказала, что для Японии специально сделаем мини альбом. Женя потом подобрала картинку для заставки.

日本のテスト時間

Заставка к альбому. посвящённому землетрясению 2011 года и его название на японском языке.

Где она её взяла, я не знаю. Маша помнила песню на русском языке, но стихи нам пришлось немного переделать. Алиса получила задание перевести песню на японский. Затем Маша сделала короткую аннотацию на корейском языке. После этого я из сети и Интернета вытащила десяток кадров, заснятых во время цунами и разрушения зданий. Юко набрала название альбома на японском. Одна песня есть, но этого мало. Нужно ещё пару.

– Джин! А тут Моцарт умер раньше, и не успел "Реквием" написать! – «Обрадовала» меня Рыжик.

Порывшись в памяти часа три, я вспомнила основную мелодию реквиема. Как раз на её фоне и пройдут кадры разрушений. А «Сюрприз» и «сёстры» будет подпевать голосом, как и при исполнении «Реквиема» в нашем старом мире.

https://www.youtube.com/watch?v=MlAuHoRXLes

И в конце, как символ продолжения жизни, я предложила песню, которую много раз слышала и на пластинке, и в интернете в нашем старом мире. Здесь была подобная песня, но у неё и мелодия была другая, и слова. А называлась она «Когда цветёт сакура».

https://www.youtube.com/watch?v=uF0Zp0YeX58

Последнюю песню исполняла Айяно, а бэк вокалом шёл «Сюрприз». Запись продолжалась три дня, хотя на споры и воспоминание мелодий и песен потратили две недели. Особенно самих японок поразил Моцарт – они никогда не слышали такой музыки, да и Алиса с Женей были очень удивлены, откуда и я и Маша знаем такое классическое произведение. Про него ведь не скажешь, что кто-то его в походе пел.

Слава богу, эти их вопросы остались без ответа – работа их затянула, на моё и Машино счастье, а то мы просто не могли придумать, как выкручиваться.

Третьего декабря в голосеть и Интернет был выпущен мини альбом «Япония – время испытаний».

После этого мы стали подбирать песни для новогоднего альбома. Решили, что будет несколько праздничных песен. Так как на корейские айдолы поют такие песни на английском языке, я и выбрала те мелодии, которые хорошо знала:

– АББА, – «Хэппи нью йер». Её пели Женя и Алиса, а остальные шишки подпевали. Музыка там немного сложная для меня, но Айяно с Юко и Алисой смогли подобрать что-то очень похожее на оригинальную мелодию.

https://www.youtube.com/watch?v=CcddhcuyywQ

Затем в ход пошёл «Чингл бэлз». Здесь это была только музыка, и то в каком-то другом варианте. Даже её тональность была не та, к какой привыкли я и Маша в старом мире. Пела песню Айяно, а бэк вокалом ей вторили Бо Рам и все её подруги.

https://www.youtube.com/watch?v=v7s2VjwQSMw

Затем я вспомнила смешной ролик с песней «Ви виш ю э Мэри крисмас» и танцем:

https://www.youtube.com/watch?v=tTd1U9vvdWE

Вот это и исполняли вместе «Универсальные сёстры» и «Японский сюрприз» вместе с Юко и Лисой, которая повторяла текст в виде рэпа. На это мы решились, когда Маша точно установила, что на этой Земле нет этой песни ни в каком варианте.

По настоятельной просьбе Маши в альбом ввели танец «Макарена».

https://www.youtube.com/watch?v=VQuGt-eW7Lk

Музыка была без слов (ведь ни португальский, и ни испанский мы не знаем). Главное, и я, и Рыжик помнили мелодию и движения танца. Когда отсняли клип с ним, то все убедились, что у нас получилось очень даже хорошо. Танцевали все три группы, даже я с Машей. А в определённые моменты все девчонки вскидывали руки вверх и кричали:

– Хей, Макарена!

Группе Бо Рам дали спеть песню Синатры с нашего мира «Летс ит сноу»

https://www.youtube.com/watch?v=M-b3iU-INDo

А «Японскому сюрпризу» понравилось исполнять танец «Домино». Правда музыку мы к нему использовали немного другую.

https://www.youtube.com/watch?v=bh4iwsj2m0M

Всё это разучивали до двадцать второго декабря. А ночью, двадцать четвертого числа вышел наш новогодний альбом под названием «Солбанг-Ул» поздравляет!». Чин Ён позвонил мне двадцать шестого декабря:

– Джин! Готовься со своими девочками, завтра едем в посольство Японии.

Интересно, что им понадобилось? Полетели всем коллективом. Нас тепло приняли работники посольства. А потом от имени японского правительства выступил сам посол, который дал тем из нас, которые не имели японское гражданство, японские паспорта, а это я, Маша, Аяно (хоть она и японка. но жила в Корее), Лиса, Женя, Алиса и вся группа Бо Рам. Как объявил посол, это знак признательности за наш мини-альбом, посвящённый трагедии одиннадцатого октября.

Потом был фуршет – Бо Рам, как всегда, первой обзавелась едой. А ко мне, когда я стояла и пила сок, подошёл один из сотрудников японского посольства и тихо спросил:

– Господин посол интересуется, не изменились ли ваши планы, госпожа, насчёт съёмок фильма?

– Можете сообщить господину Никамуре, что отбор актёров мы проведём в Токио где-то двадцатого января, а съёмки будут на Чеджу – там к этому времени мы всё подготовим. Фильм выйдет в ноябре. Изменение коснётся только концовки фильма. Он останется драмой и туда будут вплетены кадры трагедии, постигшей Японию.

– Спасибо, госпожа, за развёрнутый ответ. Я передам ваши слова господину послу.

Глава 53

После встречи нового года, которую мы устроили прямо в офисе, обрадовав всех работников неожиданным хвестиком, корейцы разъехались по домам, встречать праздник традиционным способом. Я, Маша, наши дочки и хальмони третьего января 2012 года прокатились и поздравили семью Сон Хена, загодя купив им достаточно дорогие подарки.

Потом хальмони обрадовала внука сообщением, что он поедет отдыхать с нами в Швейцарию.

– Но это же дорого! Гостиницу надо заранее было заказать! – Всполошилась мама Сон Хена. – И зима там холодная. Надо хорошую тёплую одежду купить…

– И лыжи надо, и коньки! – Засмеялась Маша.

– Мама, а что такое лыжи? – Аямэ, сидящая на коленях у Рыжика повернула свою мордашку, испачканную попробованными со стола деликатесами, и вопросительно посмотрела на Машу.

– Доча! Я тебе потом всё расскажу и покажу. А насчёт жилья не беспокойтесь. – Рыжик повернулась к хозяйке дома. – Нам моя подруга, Пача Аргентино, целую виллу оставила. Там семь комнат, ванные и многое другое… В общем, намного лучше любого отеля.

– Это хорошо! – Обрадовался отец Сон Хена. – Большая вилла! А сколько такая стоит? – Задал он вопрос Маше, которая продемонстрировала голограммы, показывающие внутренность нашего швейцарского дома родителям парня.

– Да, сущие копейки. – Засмеялась Рыжик. – Всего каких-то восемь миллионов евро.

– Десять миллиардов вон?! – Глаза отца и матери Сон Хена сильно округлились, а лица вытянулись. – Твоя подруга – очень богатая дама?

– Да, недавно позвонила и сказала, что не знает, куда девать деньги! Ей только за этот год пришло на карту двадцать миллиардов вон. – Продолжала добивать хозяев моя заместитель. – Швейцария ей уже наскучила. И она решила на зиму поехать, отдохнуть на Мальте и в Египте. А виллу, чтобы не запирать, нам предложила на полторы недели.

– Да, хорошо быть богатым…. – Тяжело вздохнул отец Сон Хена. – Двадцать миллиардов вон… Даже представить сложно. Тут работаешь всю жизнь, не покладая рук, а люди так просто деньги получают!

– Не завидуй, сынок! – Откликнулась хальмони. – Каждому своё дают боги, в зависимости от того, как он прожил прошлую жизнь!

– Мама, а кто такие боги? – Теперь с вопросом ко мне обратилась Джун, с трудом дожевавшая горькие токпоки. У неё тоже, как и у меня, не очень идёт корейская еда.

– Боги, Джун, это дяди и тёти, которые сидят где-то далеко, и играют нами, как ты играешь куклами, что тебе подарила тётя Сон Ён.

– А они страшные?

– Не знаю! Их никто не видел. Просто все знают, что они где-то есть.

Дочь непонимающе посмотрела на меня, но потом что-то там для себя решила, и переключилась на пирожные, лежащие рядом с ней на столе.

На следующий день мы объявили «шишкам» и японкам, которые не поехали к себе на острова, что через два дня все летим в Швейцарию. После этого поехали в магазины, покупать тёплую одежду, зимнюю обувь и прочее, нужное в зимний период.

Маша просканировала прогнозы погоды на ближайшие полторы недели. В Швейцарии было холодно, морозы достигали минус двенадцати градусов. Билеты на самолёт были уже заказаны, поэтому мы и сидели в офисе, смотрели развлекательные новогодние передачи.

Наконец, наступило время выдвигаться в аэропорт. Был заказан самолёт частной авиакомпании, поэтому в красивом салоне, с барами, столиками и индивидуальными креслами, мы расселись, и летательный аппарат поднялся на электромагнитном двигателе, взревели обычные реактивные движки, и мы отправились в Берн, находящийся от Сеула на расстоянии в девять тысяч километров. Мы вылетели в 16.00 дня, утра, а вот прилетим в Берн , когда там уже будет 11.00 утра.

Внизу медленно пролетали облака, пару раз сверкнули молнии в проходивших вдалеке чёрных тучах. Все девочки вначале с интересом смотрели в иллюминаторы, но потом часть из них захотела есть, а остальные заснули. Хальмони, Мичико-сан и мама Юко о чём-то тихо говорили. Наши дочки с интересом смотрели на облака. Потом захотели кушать, успокоились, и устроившись на моих и Машиных руках, задремали, а потом проспали весь полёт. Но всё на свете кончается и самолёт пошёл на снижение.

Мы вышли из здания аэропорта всей группой, тут нас уже ждали «леталки» Наш путь лежал в городок Тун, где и была наша вилла.

Берн зимой

«Леталки» пролетели по Берну, а потом покинули город, направляясь в нужное нам место. Через час перед нами возник сказочный вид – мы подъезжали к Туну.

«Леталки» сделали круг около замка, стоящего над городом.

Наша вилла располагалась практически за городом.

Как только мы приехали, у дома включилось всё оборудование – им управлял специальный компьютер. Поэтому, примерно через полчаса температура во всех комнатах поднялась до двадцати пяти градусов тепла. Поэтому девочки сидели одетые довольно легко. Делать было нечего, есть мы не хотели. Поэтому решили выйти в корейский чат:

Чат корейских любителей К-поп

78-12. Я купил новый альбом и слушал новогодние песни «шишек», и танцы смотрел Мне понравилось! Жаль, что всё на английском.

15-15. Но там же есть аннотации на корейском языке.

78-12. Да, читал, читал! А вот эта, как её, «Макарена» вроде примитивный мотив имеет, а действительно заводит!

72-77. А мне эта «Хэппи нью йер» понравилась. И мелодичная, и немного грустная…

45-09. Уже продано четыре миллиона альбомов, но я думаю, что миллионов десять точно продастся. Пока праздник был, и люди к родственникам ездили, новый год справляли.

67-32. А я мини альбом про Японию тоже купил.

45-09. Их продалось почти двадцать три миллиона! Половину вырученной суммы «шишки» отдали в фонд помощи Японии. Им японцы гражданство дали.

67-00. А я знаю, где они сейчас!

72-77. Где?

78-12. Где?

67-00. Вот. У меня снимки есть, знакомый скинул! Вот они на самолёт садятся. Это специальный частный рейс, он в Швейцарию улетел!

72-77. А что им надо в Швейцарии?

45-09. Я нашёл их! Они нас сейчас слушают и смотрят!

После этого на нас переключилось около ста пятидесяти человек. Пришлось девочкам отвечать на различные вопросы. Маша скинула фанатам голографии, которые она нащёлкала, пока мы летели из Берна в Тун, и к своей вилле. Потом Лиса и Сон Ён, которую с нами отпустила отдыхать мама, пробежались с голокамерой по нашему дому, и скинули снимки фанатам. Алиса и Женя пообещали показать, как мы будем кататься на лыжах и сбросить фотографии с экскурсий, на которые мы будем ездить.

Общение с фанатами продолжилось до ночи. За это время хальмони и Мичико-сан дважды нас покормили.

Со следующего утра начались наши дни отдыха. Мы пробыли в Швейцарии двенадцать дней. За это время слетали на экскурсию в Берн. Там же потом занялись любимым развлечением женщин – шоппингом. Потом за полтора часа неспешной экскурсии осмотрели Тун, и ещё час потратили на ознакомление с местным замком.

Тут, в реке, несмотря на зиму, плескалось каждый день много лебедей и гусей. Людей птицы не боялись – смело подходили и просили у двуногих еды. Девочки покормили пару раз этих пернатых обжор прямо с рук. Одному гусю что-то не понравилось и он ущипнул за палец мою дочь Джуну. Она разревелась, а Аямэ плюнула в птицу, чем сильно озадачила пернатого хулигана. Тот перестал гоготать и бочком быстрее смылся на водную гладь.

Мы поднимались со всей группой и на местные горные вершины в составе туристической группы. Нас повели по так называемой «Золотой тропе». Два дня мы отвели на посещение близлежащего горно – лыжного курорта.

Там походили на лыжах, но вот спускаться с горы на них побоялись. Это красиво выглядит на экране телевизора, но в реальности в голове вспыхивает страх, что вот-вот или во что–нибудь врежешься, или сверзнешься с трассы прямо под гору. Зато наснимали кучу голо и фотографий, а Юко с Айяно смонтировали фильм ««Солбанг-Ул» отдыхает в Швейцарии»».

Когда уже вылетали с Берна, мы запустили этот фильм в мировую информационную сеть.

К концу февраля наш фильм купило около семи миллионов человек.

И вот, мы возвратились в Сеул, в свой офис. Опять у девочек начались тренировки и репетиции.

В начале марта мне неожиданно позвонил Чин Ён. Он узнал, что мы сняли фильм из доклада менеджеров JYP и финансовых служб лэйбла.:

– У вас что не выезд, то прибыль! Как вы так ухитряетесь делать, просвети меня, Джин!

– Не знаю, господин президент, вроде ничего не делали. Просто сняли, как и где мы отдыхаем, и сбросили в сеть.

– Ха, ха, ха! Хотел бы я просто что-то снять, и потом получить двадцать шесть миллионов долларов! – Смеётся Чин Ён.

– Какие двадцать шесть миллионов? – Озадаченно смотрю на него.

– Простые, которые в зелёный цвет окрашены! Я от финансовой службы узнал, что нам на счёт поступили сто двенадцать миллионов долларов от потребителей голосети и интернета, которые приобрели ваш фильм. Это было так неожиданно, что даже мои менеджеры вначале не поверили своим глазам. Не было ни концертов, никакие альбомы вы больше не выпускали, и вдруг, сразу сто миллионов! Но потом, получив достоверную информацию они доложили мне.

И я как раз искал деньги на один новый проект. А тут они сваливаются прямо в наш карман! Умеете же вы удивлять! Сейчас к тебе придут из моей бухгалтерии двадцать шесть миллионов. Разрешаю ещё делать нам такие подарки! Ха, ха, ха! Аньён!

– Аньён, господин президент!

Дзинь! Голофон сработал. Открываем и любуемся на надпись:

«На счёт компании «Солбанг-Ул» перечислено двадцать шесть миллиардов вон».

По рации вызываю всех, кто с нами был на отдыхе, собраться в танцор-зале. Хальмони, Мичико-сан и мама Юко, ворча, что их оторвали от дела, приходят вместе с «шишками». А японки уже нас всех там ждут – у них были занятия танцами.

Я смотрю на всех присутствующих, и объявляю:

– Кинокомпания «Два банана» награждает двух лучших режиссёров и операторов нашего лэйбла. Премию по двести пятьдесят тысяч долларов каждой получают Юко Оно и Айяно Сато за создание фильма о нашем отдыхе в Швейцарии.

За содействие и деятельное участие в работе над фильмом остальные участники поездки, а именно, «шишки» и «сюрприз», наши три охранника и хальмони с компанией, а также Сон Хен, получают по сто тысяч долларов каждый.

У всех радостные и одновременно непонимающие лица. Со мной связывается начальник мафиозной охраны и интересуется, почему им на голофоны пришло по сто кило баксов каждому. Я объясняю. А девочкам говорю, что фильм купило много потребителей интернета, и поэтому мы получили деньги от JYP. Тут же звонит голофон и Сон Хен озадаченно спрашивает, за что ему перечислили такую сумму. Приходится и ему объяснять, что раз он был с нами на отдыхе зимой и помогал делать фильм, то это его доля.

Маша знает, сколько пришло, но молчит – ведь она покрыла те деньги, которые мы перенесли на счета в швейцарском банке за счёт продажи лицензий на свой пояс в прошлом году, а я оставлю неожиданно полученную прибыль от фильма на счету лэйбла, и этим верну взятое. Тут ещё двадцать четыре миллиона долларов. а сделать фильм была моя идея – девчонки сами об этом и не думали, просто выставляли сделанные фото и короткие ролики в чате...

Но все это будет в начале марта. А пока у нас семнадцатое января. Я сижу у себя в комнате. Скоро надо будет поехать в Японию на отбор актёров для фильма.

Я уже позвонила послу Никамуре, чтобы он попросил ответственных за культуру японских чиновников оказать нам содействие. На островах положение очень сложное. Разрушенные города за день не восстановишь несмотря на поддержку со стороны практически всего мира. Десятки тысяч людей находятся во временных лагерях, где их обеспечивают одеждой, едой, питьём. Разрушены сотни километров дорог, половина Хокайдо в руинах…

Звонок. Кто это? Лика?!

– Алло! Джин, я в аэропорту Инчхон. Только что прилетела…

– Сиди там, сейчас я с Машей и охраной вылетим к тебе!

Лика Метревели – одноклассница Пак Джин Хо

Через два часа Лика уже сидела у нас в офисе и рассказывала, что было во время землетрясения в Токио. О том, как многим стало плохо, пришлось долго вызывать по рации скорую – все остальные виды связи временно выключились, но прибыл отряд добровольцев – студентов. Все профессиональные медики были посланы в районы катастрофы, когда правительство через час после двойного удара стихии (толчок и цунами) получило первые результаты с военных вертолётов, посланных на разведку ситуации.

Лика рассказывала и об информационном голоде, пока восстанавливалась связь, и о нескольких самоубийствах чрезмерно впечатлительных людей. А потом, когда появилась привычная связь, пошли кадры с разрушенных и затопленных территорий, люди просто были в шоке. Такого количества трупов тут не видели со времён последней мировой войны. Иностранных студентов просили не выходить с общежития, и они перенесли второе землетрясение в своих комнатах. Многие из них решили, что им наступил конец – так шаталось здание. Но оно выдержало все двадцать шесть секунд тряски и толчков.

Лика помнила землетрясение, которое произошло в Тбилиси в мае 2003 года. И имело магнитуду от 4,3 до 5**. Но то, что она перенесла в Токио, оказалось в десятки раз страшнее.

** В реальности Тбилиси попал под удар подземной стихии 25 апреля 2002 года. Разрушению подверглись старые дома из кирпича и камня. Автор жил в одном из таких домов в тот период. По всей внешней стене дома прошла трещина глубиной от трёх до десяти сантиметров. Во многих местах с неё выпали кирпичи. Частично просел фундамент. Но дом выдержал. Перед ударом чётко был слышен гул.

Японки, слышавшие рассказ моей одноклассницы, тихо плакали. Только сейчас, из рассказа очевидца они поняли, что их родственникам, живущим в Токио и его пригородах, реально повезло. Лика ездила потом с отрядом иностранных студентов в один из лагерей, где были собраны люди из небольшого городка, в тридцати километрах от столицы Японии. Второе землетрясение просто снесло городок и унесло жизни половины его населения. После таких рассказов у всех испортилось настроение, и мы пошли спать. Лика осталась у нас до утра.

На следующий день мы её отвезли в университет Ёнсей, куда она была направлена по обмену. Я ей разрешила заезжать к нам в офис, когда она будет свободной, и предупредила охрану.

Двадцать первого января мы вылетели в Токио. Нас встретили сотрудники японской публичной кинокомпании «Сётику».

Офис японской кинокомпании

После знакомства с режиссёром Такаси Миикэ перешли к деловым переговорам. После ознакомления с предварительным сценарием, который будет уточняться, японцы нам представили актёров, которые будут проходить пробы. На три главных роли были выбраны Роза Като, Сато Такэру, Тэкеси Китану.