Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

Глава 18. Работа переводчиком.

Место действия: Южная Корея, Пусан, улицы города.

Время действия: третье июля две тысячи двенадцатого года, вечер.

Иду к пляжу вместе с Кан Ю Хо, Те Сан Ченом и лейтенантом Чон Ген Куном. Выгляжу я примерно вот так.

Форма девушек-полицейских ЮК.

Оружия мне естественно, никто не даст. Есть ещё пояс, на котором висит рация, и в телефон в своей кобуре. В кармане у меня талон бесплатного питания в любой точке общепита города. Эта такая привилегия пеших патрулей. Вместе с этим у нас бесплатный проезд на любом виде городского транспорта, кроме легковых такси. Хорошо ещё, что на ноги разрешили надеть кроссовки. Они у меня мягкие и удобные. Сегодня жарко с утра, поэтому у каждого из нас по бутылочке с водой. Людей на улицах много. Многие корейцы улыбаются, видя патруль, и здороваются. Ведь полиция во время восстания сражалась с войсками вместе с народом. Я смотрел мемориальную доску, на которых висят фотографии семи погибших полицейских Пусана. Мэрия выплатила их семьям компенсации, правда, небольшие. Но и эта акция нашла положительный отклик у жителей города.

Направляемся к одному из центральных пляжей. Издали видно много народа – сезон начался, в порту отшвартовались сразу три круизных лайнера, привёзшие туристов из США, Южной и Центральной Америки, Европы, Африки и Ближнего востока. Лейтенант показывает на очередь около магазинчика, где продают атрибуты для пляжа – зонты, лежаки, купальники, пляжные сандалии. Видно, что высокий белый мужчина пытается что– то объяснить корейскому продавцу. Очевидно, турист не знает ни корейского, ни английского языка.

Ускоряю шаг. Подхожу к очереди.

– Чёрт! Говорил мне Юрка, выучи хоть пару слов по-английски… – Жалуется белый человек своей спутнице. Ого! Да это же русский, а вот его спутница мне плохо видна, у неё широкополая шляпа, и стоит она ко мне спиной.

– Что здесь происходит? – Обращаюсь к туристу из РФ.

На звук моего голоса все поворачиваются.

– Это кто? – Мужчина, а вернее, парень указывает своей спутнице на меня, и та поворачивается. Как только она меня видит, глаза её расширяются, а с губ слетает:

– Не может быть!

Так, спокойно! Передо мной стоит Ника Ким. Но я не зря учился на артиста В Сонхва, правда, в другом мире. Я делаю удивлённое лицо, и спрашиваю Нику:

– О чём это вы, молодая леди? Чего не может быть?

– Ты ведь, Лали?! – С надеждой в голосе спрашивает кореянка. Хоть так и подмывает броситься ей на шею, обнять, но нельзя, своя шкура ближе к телу.

– Вы ошиблись, леди! Меня зовут Лиса Ким, и у меня есть сестра-близнец, Со Ын. Чтобы вы убедились, что я не вру, вот вам фотография.

Достаю телефон, и демонстрирую наш совместный снимок около стойки кафе. Увидев фото двух одинаковых на лицо девчонок, Ника погрустнела.

– Кстати, вы же кореянка, а почему не помогли кавалеру разговаривать с продавцом?

– Так хозяина магазина нет, и он поставил вот этого человека. А дядька не то что корейский язык, но и английский не понимает.

Смотрю на продавца. Надо же! Сиамец!

– Вай! – Складываю руки в буддийском приветствии. Мужчина смотрит на меня удивлённо, очевидно, ещё не врубился, или моя форма его испугала.

– Уважаемый, а где хозяин магазина? – На чистом сиамской интересуюсь в мужчины.

– Он вышел на час, а я у него грузчиком работаю.. Хозяин приказал смотреть, чтобы никто ничего не украл.

– Ладно. Давайте я вам помогу.

Полчаса я торговал принадлежностями, которые хотели туристы. Наконец, толпа рассеялась. Сиамец сидел рядом со мной, и внимательно следил, что я делаю. Наконец, пришёл хозяин магазина. Увидев меня, он хотел поругать грузчика, но я ему сказал:

– Ваш человек, молодец, хорошо знает цены на любой вид товара. Мне подсказывал.

– Хубэ, а ты кто?

– Она сотрудница патруля. – Лейтенант, оказывается, всё время стоял рядом с магазином, послав подчинённых патрулировать пляж.

– А, господин лейтенант! Что происходит?

– Школьники и студенты, которые знают иностранные языки, помогают нам из-за наплыва большого потока туристов. Вот, наша сотрудница, Лиса Ким, смогла поговорить я туристами на шести языках, пока вас не было, а то ваш работник ни английского, и ни корейского не знает.

– О! Хубэ знает столько языков? А может она мне прочесть, что написано на вот этой упаковке? – Торговец протягивает ящик с итальянской надписью.

– Это спасательный круг итальянской фирмы « «Розетти». Тут написано, что но автоматически раскрывается и надувается за три секунды. Выдерживает человека весом до ста двадцати килограмм.

– Спасибо, хубэ! Я знаю, что это такое, просто проверил ваши знания! – Лыбится хозяин магазина. Вот засранец! Проверяльщик хренов! Сдаю ему выручку от продажи, прощаюсь с сиамцем, и мы с лейтенантом идём между разложенными лежаками с отдыхающим народом.

– Лиса-ян, я тебе записал и итальянский язык на сегодня.

– Спасибо, господин лейтенант!

– Нет, так просто ты от нас не отделаешься! – Смеётся мой непосредственный начальник. – Вон, там продаётся холодное пиво. Я сейчас свяжусь с парнями, и когда они подойдут, купишь нам всем по банке.

Подходим к магазину. Наш бесплатный талон на алкогольные напитки не распространяется. Банка пива здесь четырёхсот граммовая. Стоит тысячу вон. Значит, на четверых – четыре тысячи. Монетки у меня еть, я их таскаю на всякий случай. Подходят парни из нашего наряда.

– Вот, наша помощница, Лиса-ян, предлагает нам освежиться! – Смеётся лейтенант.

– Вот бы весь год у нас такие помощницы были!

– Много хочешь, сержант! Только этот месяц, а потом у них учёба в школе начинается.

– Жаль, жаль!

Покупаю пиво, все пьём. Полицейские ничего не говорят мне, про то, что несовершеннолетним пить пиво запрещено. Ведь они тоже нарушают инструкцию, им нельзя пить алкогольные напитки во время работы.

– Господин лейтенант, а я знаю одну песню о пиве! – Воодушевлённый прохладным напитком, заявляю начальнику, который тоже с удовольствием тянет из алюминиевой банки пиво.

– Ну, а петь ты умеешь?

– Обижаете, господин лейтенант.

Продавец и корейцы, стоящие около магазинчика, улыбаются, и готовятся слушать.

https://www.youtube.com/watch?v=7DjugrAD8pM&t=29s (Группа«Дюна». «Мечты о море пива»).

Смеялись все! Я пел, автоматически переводя в уме русские слова на корейский язык. Получилось довольно хорошо. Мне самому понравилось. затем подключился Птиц. Он нашёл в моей памяти непонятно откуда взявшуюся песенку народного сочинения. Я объявил собравшимся слушателям, что сейчас спою «Гимн пиву». Приготовился, и Птиц начал мне диктовать прямо на корейском языке эти вирши, а я пел под придуманную тут же мелодию:

Было мне очень фигово,

Купил я бутылку пива.

И стало мне очень клево,

И жизнь моя стала красива.

Пиво, пиво – жизнь красива,

Пиво, пиво – наша сила.

Поднялось мое настроение,

после первой же бутылки!

И тут появилося мнение,

Купить еще пива и рыбки!

Пиво, пиво – жизнь красива,

Пиво, пиво – наша сила.

Никогда не устану пить пиво,

Ведь пиво напиток богов.

Буду я вечно счастливым,

Пить пиво всегда я готов!

Пиво, пиво – жизнь красива,

Пиво, пиво – наша сила.

Завершить своё выступление я решил исполнив песню из «Алкогольного диска».

https://www.youtube.com/watch?v=KcaNiekg00Q&t=1s («Губит людей не пиво…»).

Опять смех. Вокруг собралось ещё больше людей.

– Значит, губит людей вода! Надо же, какие песни ты знаешь, хубэ! Возьми и запиши! – Предлагает лейтенант.

– Так нельзя. Без лэйбла никто песню в Интернет и на телевидение не пропустит. Даже закон есть . – Отвечаю начальнику.

– Мда, уже и петь надо только по закону… – Вздыхает сержант.

Идём все вчетвером по пляжу. Настроение хорошее, жарко. Но больше пива пить нам нельзя. Поэтому потребляем воду из своих бутылочек, и под вечер покупаем по бутылке сока.

В этот день мои познания языков понадобились ещё два раза – вначале какой-то араб не смог понять, как с пляжа пройти в ресторан, а потом аргентинцы, два парня и девушка, оставили лежаки, зонтики и всё остальное, что купили в магазинчике при пляже, и хотели уйти. Но я их просветил, что они могут при сдаче всего этого барахла получить обратно половину потраченной суммы. Они обрадовались, так как у них денег было в обрез, поблагодарили меня, и побежали всё сдавать.

В последующие дни мы патрулировали и другие пляжи Пусана, а потом нас перебросили к магазинам, где всегда много туристов. В один из дней даже привели ко мне одного француза. Его поймали, когда он залез в сумочку к туристке из Японии. Что он там хотел найти, никто не понял. Обычно, японки ничего ценного с собой не таскают.

– Ну, что месье, будем говорить или нет? Или мне вызвать из Парижа комиссара Пуаро? – Я не очень помнил, откуда родом этот персонаж Агаты Крсти, из Бельгии или Франции, просто ляпнул ради красивого словца.

Внезапно француз побледнел:

– Мадмуазель, вы этого не сделаете, я всё скажу, я…

В общем, лейтенант не успевал записывать признание этого вора. Потом мы его сдали в главное управление полиции, и преступника передали Канаде, откуда он прибыл на круизном лайнере, спасаясь от местной полиции. Оказалось, что там он ограбил несколько выставок драгоценных камней, обокрал магазин модной одежды, и обчистил несколько квартир в Оттаве. А во Францию он боялся попасть из-за того, что случайно там задавил какого-то вельможу, когда на грузовике убегал от французских жандармов. Во Франции ему грозила гильотина, поэтому он был счастлив, когда его передали канадцам.

Уже в конце работы меня вместе с патрульными наградили грамотами за работу по допросу этого француза. Каждому из нас вручили грамоту, и миллион вон. В результате, я за свой «доблестный» труд переводчика получил в конце месяца десять миллионов вон.

Но я занимался не только работой. После шести вечера, когда приходил домой с работы, проверял, чего достигли мои тонсен в музыкальной сфере. Ын Хо уже довольно бодро играла на гитаре и синтезаторе. Ёна тоже освоила этот инструмент. Со Ын разработала за месяц пальцы, и показала, на что она способна. Да и голос у неё оказался довольно хорошим. Она один в один повторила мою песню «Лалиса» вместе с движениями танца. Нога у неё уже зажила, поэтому Со Ын и смогла выполнить все па этого танца.

https://www.youtube.com/watch?v=aEiznLJCb9o&t=16s (Песня «Лалиса» в исполнении Манобан на музыкальной передаче СБС «Инкигаё»).

Мои тонсен тоже учились танцевать, ведь у нас должна быть К-поп группа. С Джэ Уком я поговорил. Он решил, что аннулирует без претензий сторон друг к другу подписанный со мной и танцовщицами годовой контракт. Я рассказал ему о группе, и он обещал подумать насчёт принятия нас в трейни, но только после поступления всех четырёх мемберов в Сонхва. Поэтому у нас появилось время до июля следующего года, когда мы решили занести документы в филиал профессиональной школы артистов в Пусане – так называлось здесь это учебное заведение, а название Сонхва было закреплено за центральным филиалом в Сеуле.

Место действия: Россия, Москва, Третье отделение, кабинет руководителя Департамента имперской безопасности и внешней разведки.

В ремя действия: второе августа две тысячи двенадцатого года, вечер.

Крупный мужчина с пышными усами сидит за шикарным столом из орехового дерева, и смотрит на экран монитора. На нём отражаются события двухмесячной давности, произошедшие в Южной Корее. Тогда восставшим нужно было оружие, иначе их местная гвардия растоптала ты в два счёта, тем более, что тогдашний премьер-министр, который был неугоден большинству инвесторов, таких, как США, Япония и Евросоюз, приказал армии применять против восставших не только автоматы и пулемёты, но и артиллерию, и боевые машины пехоты.

Тогда из Вашингтона в Москву прибыл директор Второго департамента конституционного правопорядка граф Трумен, и попросил организовать доставку русского оружия восставшим через американские базы около Сеула и Кванджу. В России понимали, что если восстание потерпит провал, то Южная Корея может разорвать отношения с РФ из-за обнаруженного у восставших импортного (русского) оружия. Тогда было решено обменять оружие русского производства на сербские и хорватские изделия. Даже удалось заполучить словенские гранатомёты и швейцарские двадцати миллиметровые зенитные автоматические пушки. Всё это и переправили в Корею.

Примкнувшие к восставшим партии имели боевые отряды, которые уже год проходили обучение на базах США, поэтому обращаться с оружием они умели и дисциплина в них была железная. Это и помогло восставшим разбить основные полки гвардии, подчинявшейся непосредственно премьер-министру. К середине июня в Сеуле и Тэнгу установилось двоевластие, Кванджу был полностью в руках восставших, а в Пусане гвардейцы потерпели поражение, но окружили город с трёх сторон, а с моря уже подходили японские военные корабли.

Пхеньян захотел для себя профит из создавшегося положения, и двинул войска на юг. Но угроза вторжения в Северное королевство, высказанная устами послов Китая, Евросоюза и США и ожесточённое сопротивление армии ЮК сорвали мечты бастарда, сидящего на троне Северной Кореи. Диктатор профит всё же поимел – его официально признали королём СК практически все крупные страны…

Раздался стук в дверь. Мужчина отвлёкся от монитора и громко сказал:

– Войдите!

В кабинете появился подтянутый офицер, с папкой под мышкой.

– А, Юрий Фёдорович! Давайте, садитесь напротив меня, и рассказывайте, голубчик, что докладывают наши агенты.

– Ваше сиятельство! Всё идёт так, как и предсказывали эксперты. Новое правительство ЮК уже предложило нашему послу построить совместное предприятие по производству автомобилей в районе Петербурга, и подписало договор с «Российской нефтяной компанией» о закупке больших объёмов сибирской нефти…

– Это хорошо, граф, значит, пополнится не только казна государства, но наш с вами карман! – Оба собеседника весело рассмеялись.

– Но, ваше сиятельство, есть одно сообщение из Пусана от нашего агента, который приставлен в качестве бодигарда к дочери янбана Кима, Нике.

– Что такое? – Лицо усатого мужчины вытянулось, а взгляд стал стальным.

– Месяц назад на пляже Ника и её охранник столкнулись вот с этой девицей.

Князь Бенкендорф смотрит на положенную перед ним фотографию. Там в форме полиции ЮК стоит девушка, резко отличающаяся своим видом от аборигенов. Князь всматривается в фотографию:

– Граф, но это же невозможно! Самолёт взорвался на большой высоте, никто не смог бы уцелеть!

– О да, ваше сиятельство! Тогда просто совпало наше желание, избавится от агента, который, попав в поле зрения иностранных разведок, смог бы дать показания по многим нашим операциям за границей, и вся наша разведывательная сеть в Европе и США накрылась бы медным тазом, и просьба королевы Сиама избавить её от непонятно откуда взявшейся принцессы.

– Выяснили, почему жена Рамы Девятого обратилась к нам?

– Да! Оказывается, нынешняя династия сиамских королей не имеет права сидеть на троне, так как род принцессы стоял у истоков появления королевства Аютаи, ну, современного Сиама. Её появление могло спровоцировать восстание местных князей, которые и так недолюбливают короля. Народ и армия поддержал бы восставших, ведь до сих пор ходят легенды, что брат первого короля Аютаи не погиб, а ушёл на север со своими людьми, и в один прекрасный день может появится его потомок, который сядет на трон Сиама, и принесёт королевству процветание.

– Вот оно как! Ну, ладно, с этим пусть разбираются они сами. Итак, что по этой девчонке?

– Вот, что мы накопали. Она внешне походит на принцессу Лали, но сама из Лондона. Её удочерила кореянка Хе Мин. Владелица одного из процветающих кафе Пусана. Кстати, её племянник – главный следователь пусанского управления полиции. Так вот, зовут девицу, Лиса Ким Манн. Учится в школе Намсан, это местная женская гимназия. У неё есть старый андроид, очень похожий на того, который работал прислугой в доме нашего агента. Мы проверили, он куплен новой мамой Лисы через полицию. Так что, тут нет никакой опасности, что это именно робот ликвидированного агента.

– Слава богу! – Выдохнул князь и откинулся на спинку стула.

– Тут в Пусане есть ещё одна, очень похожая лицом на принцессу Лали кореянка. Вот! – Граф выложил фотографию, на которой были изображены три девушки. Две из них отличались только цветом волос, а лица у них были практически одинаковы.

– Час от часу не легче! – Насупился князь. – И кто эта, вторая?

– Ким Со Ын. Родилась в Пусане в тысяча девятьсот девяносто пятом году. Вот все документы.

– Хорошо, хоть и эта не принцесса.

– Теперь всё! – Граф попросил разрешения выйти, и получив его, покинул кабинет начальства…

Место действия: Сиам. Бангкок, резиденция служб имперской безопасности Сиамского королевства.

Время действия: пятое августа июля две тысячи двенадцатого года, вечер.

– Значит, тогда королева связалась со своими людьми в посольстве?

– Да, генерал! Это было за три дня до того злосчастного рейса. Они вышли на спецслужбы России. О чём они договорились, нам не известно, но итог – гибель принцессы Сиама из древнего рода Манобан, стоявшего у истоков Аютаи.

– Что говорят наши агенты?

– Среди аристократии, недовольной королём, и особенно, королевой, курсируют слухи, что принцесса не погибла. Даже приведены доказательства, присланные нашими гражданами, живущими в Южной Корее. Нам удалось добыть копии этих донесений с фотографиями.

– Они у вас в папке?

– Да, генерал! – Стоящий перед низким столом на коленях мужчина в шёлковом халате, на котором изображён герб страны, с поклоном, двумя руками подаёт папку довольно старому сиамцу, одетому в мундир чёрного цвета с двумя золотыми погонами на плечах. Тот берёт папку. Открывает, и погружается в бумаги, читая текст, рассматривает фотографии.

– А это что? – Спрашивает он у подчиненного, через двадцать минут, протягивая фотографию, на которой стоят две одинаковые лицом девушки. – Принцесса, что, успела раздвоиться?

– Нет, господин генерал. Как говорят специалисты, существуют люди, просто похожие друг на друга внешне. Принцесса стоит справа, а слева – её двойник, кореянка Со Ын. Она на два года старше Лисы Ким, так теперь зовут нашу принцессу.

– Но это точно она?

– Да, сомнений нет. Нашему агенту удалось незаметно отрезать у неё волосок. Генетический анализ показал, что она на семьдесят два процента сиамка. Взяли анализ и у этой Со Ын. Она сиамка на пятьдесят процентов, у неё бабушка из Бангкока. Она сейчас живёт у своего сына, в Пусане.

– Так, так. Интересно, как смогла принцесса выжить после падения с такой высоты?

– Вот, посмотрите. Это снимок, сделанный в нашем посольстве, в Москве. Видите, у неё на правой руке есть перстень. Вот его фото из архива.

– Да, и что?

– А вот принцесса в полицейской форме, но она не служит в органах правопорядка. Просто подрабатывала, как и другие школьники, знающие иностранные языки. Видите, здесь у неё нет перстня. А ведь если его она раз надела, то его снять с пальца можно только после смерти принцессы. Но так как она живая, наш главный эксперт сделал вывод, что спасение принцессы произошло из-за воздействия перстня. О таком свойстве этого раритета сказано в документах той эпохи, когда это украшение было создано.

– Мда, невероятно, но придётся поверить! Хотелось бы и мне иметь такое кольцо, но, к сожалению, я не королевского рода. – Улыбнулся генерал. – И что делает Лали в Пусане?

– Учится в женской школе Намсан, занимается плаванием вместе со своей новой родственницей Ын Хо. Ещё они готовятся в следующем году поступить в школу подготовки артистов. В общем, делает то, что наметила ещё в Москве.

– Значит, идёт по пути становления айдолом. Не будем мешать принцессе осуществлять мечту.

– Да, господин генерал. Есть ещё один момент. Но это не точно. Специалисты не могут прямо сказать, что песни, которые пели люди во время недавнего восстания в Корее, исполнены принцессой.

– Запись есть?

– Да, вот отсылка на сайт, где они выложены. – Чиновник передал генералу узкий лист с текстом.

– Перевели?

– Да, там, под адресом сайта и стихи двух песен. которые пела неизвестная девушка. Песни появились прямо во время начальной стадии восстания и самых сильных боёв. Спецслужбы Кореи пока не смогли найти исполнительницу этих произведений. Думаю, что и не найдут.

Генерал завёл нужную строку в компьютер. И через некоторое время из динамиков послышалась песня. Прослушав её, он сказал:

– Да, за такой призыв у нас просто казнят! Идите, пусть агенты продолжают следить за принцессой, если надо, то пусть её негласно охраняют. Пока ей не исполнится двадцать один год, она нам не нужна. Пусть учится, становится айдолом… Следите и за княжескими родами внутри Сиама. В нужный момент они должны нас поддержать. Задействуйте всех агентов влияния.

– Будет исполнено, господин генерал. А армия?

– Она пойдёт с нами, ведь королева уже второй раз урезает зарплату офицерскому составу, и планирует сократить численность войск. Флот она и так уже довела до ручки. У нас вместо эскадры теперь есть только старый, негодный авианосец, и то без вооружения, и два фрегата, спущенных на воду в восьмидесятых годах прошлого века. К сожалению, она имеет большое влияние на мужа и Тайный совет. Да, забыл спросить, как сейчас зовут нашу принцессу? Тут написано только имя. – Генерал кивнул на бумаги.

– Лиса Ким Манн.

– А почему именно так?

– В Англии оказался ещё один двойник нашей принцессы, девочка Лиса Манн. Отец у неё по происхождению англичанин, а мать – сиамка. Они погибли, и девочка попала в детский дом. Оттуда она сбежала и исчезла. Нашу принцессу обнаружили в море, около пусанского пляжа. Естественно, если самолёт взорвался над городом, то обломки и тела попадали в море. Но так совпало, что тогда же утонул и английский пароход, который перевозил нелегалов. Лали не дура, и не назвалась настоящим именем, а полиция Пусана посчитала её именно этой Лисой Манн, исчезнувшей в лондонском порту.

Принцессу признали за Манн, англичане от неё отказались, а корейцы удочерили. Главное, что никто не провёл генетического анализа, иначе обман сразу бы выяснился. Теперь Лали зовут Лиса Ким Манн. Скорее всего, она боится попасть на глаза разным спецслужбам, поэтому и не очень светится, но вот её работа на полицию переводчиком позволила нам выйти на след принцессы. Там же были замечены и русские агенты. Наш источник в Третьем отделении русских сообщает, что ни тоже забеспокоились, но пока не связали Лису Ким с принцессой Лали.

– Мда. Хоть роман шпионский пиши! – Засмеялся генерал. – В общем, приказ ясен?

– Да, господин генерал! До совершеннолетия принцессу не беспокоить, но следить за ней и оберегать.

– Идите! Да, и можете передать агентам, что в случае необходимости, могут применять оружие. С головы принцессы не должен упасть ни один волосок!