Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

Глава 13. Школа, дом, неожиданные радости...

Место действия: Южная Корея. Пусан, женская школа Намсан, учительская.

Время действия: первое марта две тысячи двенадцатого года, вечер.

Директор школы открыл первое собрание преподавателей в новом учебном году. Классные руководители по очереди делились впечатлениями о вверенных им классах. Наконец черёд дошёл и до Ён Су:

– У меня в классе, как и у других сонбэ, тридцать учениц. У всех есть свои андроиды. Но у одной, довольно интересной школьницы, вот, я выведу на настенный экран её фотографию, андроид не мужского пола, а женского.

– Но ведь такие роботы уже давно не выпускаются! – Заволновались коллеги Ён Су.

– Я позвонила омме этой девочки. Оказалось, что они купили этот андроид в складе полиции. Там никто не смог его «оживить», а вот её дочь смогла. Этот робот выпущен в Германии, двадцать лет назад.

– Постойте, Ён Су, но как школьница смогла сделать то, что не удалось полиции? – Засомневался директор.

– Я узнала. Оказывается, у неё в Англии был именно такой андроид.

– Она, что, вегугинка или банан? – Удивился учитель химии.

– Она не кореянка, но и не совсем вегугинка. Её мать была сиамкой. Девочка попала в детский дом после смерти родителей, потом сбежала из школы, пережила катастрофу парохода, что затонул около Пусаном два месяца назад. Вегугины отказались принимать её обратно, и девочку взяла на воспитание владелица кафе. Недавно произошло удочерение Лисы. Так её зовут. Мне сказала знакомая, что знает эту школьницу, так как пару раз была в кафе новой оммы Лисы. Она утверждает, что девочка общалась с туристами разных стран на их языках, когда зимой помогала омме обслуживать клиентов кафе.

– Вы хотите сказать, что она знает два-три языка? – Директор заинтересованно поднял брови.

– Кам мне удалось выяснить, она знает пять или шесть языков, вот список, вывожу на экран. – Ён Су проделала нужные манипуляции, и учителя ахнули, ознакомившись со списком.

– Спасибо, Ён Су! Вы получите премию в конце месяца, если эта Лиса, как вы её назвали, сможет подтвердить свои знания перед комиссией. Завтра я договорюсь с экспертами, когда они могут провести экзамены.

– Может не стоит так торопиться? – Осторожно сказал заместитель директора.

– Дун Ыр, вчера мне звонили из министерства, и прислали вот это! – Директор вывел на экран текст. Все преподаватели внимательно его прочли.

– То есть, если у нас есть у какого-нибудь ученика уникальные способности, и он по направлению школы их подтвердит, то нам будет перечислен грант в размере ста миллионов вон? Я правильно понял? – Учитель физкультуры посмотрел на директора.

– Да, всё верно! Из этой суммы один процент пойдёт родителям ученика, а он сам будет освобождён от изучения этого предмета.

Место действия: Южная Корея. Пусан, женская школа Намсан.

Время действия: пятое марта две тысячи двенадцатого года, вечер.

Я решил не светиться, и вёл себя, как обычная ученица. Пока никаких песен я на уроках не пел, выполнял заданные учителями задания, занимался в библиотеке или у нас в кафе, читая с Ын Хо статьи из Интернета по темам, заданным педагогами. Показать некоторые свои способности пришлось на физкультуре. Это ведь не скроешь. Ну и продемонстрировал перед классом свои навыки в гимнастике и аэробике. Пак Ген Джу, учитель физкультуры был сильно удивлён моими умениями, и спросил, откуда я у меня такие способности. Я не знал, что ответить, но внезапно в голове послышался шепот:

«Хозяйка, Лиса Манн, согласно данным полицейского архива ходила на секцию спортивной гимнастики в Лондоне, занималась теннисом, и бегом».

– Ну, Лиса-ян, отвечайте, что же вы молчите? – Потребовал Ген Джу. Весь класс стоял, вперив в меня свои глаза. Поэтому, я быстро ответил:

– Я ходила на секцию аэробики. Посещала занятия гимнастикой и немного научилась играть в большой теннис.

Ген Джу всё это записал. И пообещал подумать, можно или нет применить мои умения в межшкольных соревнованиях. Вот чёрт! Не хочу я ни с кем соревноваться! Хотя, с другой стороны, эта деятельность мне зачтётся за хангвон – здесь это явление тоже есть. Эти дни у нас было по шесть уроков, с девяти утра до трёх дня. Потом мы убирали классы, коридоры , кабинеты химии и физики, учительскую, спортзал и кабинет директора.

Место действия: Южная Корея, Пусан, комната Лисы.

Время действия: пятое марта две тысячи двенадцатого года, вечер.

Придя домой, я решил проверить, что или кто теперь поселился в моей голове. Для этого лучше сесть в позу лотоса, отрешиться от мира, закрыв глаза, и прочесть одну из мантр, которую я выучил, будучи королевой Таиланда.

Я готовлюсь сесть в позу лотоса.

Вначале я внутренним взором увидал в голове какой-то туман. Он начал рассеиваться по мере прочтения мантры, и вскоре передо мной возник знакомый контур, который материализовался в изображение красного Птица.

– Здравствуй, принцесса! – Торжественно прокаркал этот представитель земной фауны.

– Да какая я теперь принцесса?!

– Настоящие принцессы остаются ими, даже если и теряют титул. Принцесса – это не только образ жизни, но и образ мышления.

– Птиц, это ведь ты, искин из кольца?

– Да, хозяйка! Мне пришлось исчерпать всю энергию на создание кокона защиты, но высота падения была большой, поэтому я взял для создания условий мягкой посадки на воду и золото из чемодана вашего отца, иначе увеличить плотность защиты я не мог.

– А что с перстнем?

– Моя стазис камера лопнула, а сам предмет разрушился от взрыва. Поэтому мне пришлось перейти в биологическую форму существования, и поселиться прямо в вашем теле, принцесса.

– То есть, теперь я и ты – одно целое?

– В принципе – да. Но принцесса не может, да и я не могу, выходить в Интернет, если у вас в руках нет хотя бы телефона. Пока вы, ваше высочество, от меня получите только возможность видеть ночью. Для развития некоторых псионических способностей придётся потрудиться.

– Я что, смогу файерболы запускать?!

– Нет, но сможете считывать с верхней корки мозга собеседника его эмоции, иногда, возможно, удастся прочитать его мысли, и даже, в определённой мере, воздействовать на выбранную цель телепатически. Заранее предупреждаю, что убить этим даром никого вы не сможете. Ну, и ещё несколько разных умений, типа, превращение в "тень", и другие. Но для развития всех этих способностей придётся долго заниматься, лет пять – шесть, минимум.

– У-у-у! Так долго?

– Псионика сложна в познании, всё зависит от развития мозга ученика.

– Жаль, что я не смогу хоть немного стать магом.

– Ну, это не в моей власти. На техномага учатся по сто лет, но только очень развитые псионы. Но на Земле таких разумных нет.

– Спасибо, Птиц!

– Да, судя по данным из полицейского архива, Лиса Манн прошла полигон около Лондона. Поэтому вас, моя принцесса никто на такие задания посылать не будет.

– Отлично! Ты теперь постоянно будешь со мной на связи?

– Да, я ещё буду корректировать химические процессы в вашем организме, чтобы вы не заболели.

– Ты меня очень обрадовал, Птиц.

– Конец сеанса! До встречи, принцесса.

Естественно, весь диалог шёл у меня в мозгах, и кроме меня его никто не слышал. Ын Хо зашла в мою комнатку, увидала, что я сижу в позе лотоса, и медитирую. Решила подождать. Но когда медитация затянулась на час, и даже попытка трясти меня за плечи не привела к желаемому результату, моя тонсен сильно перепугалась, и бросилась звать на помощь Хе Мин. Когда женщина прибежала, я уже открывал глаза.

– Лиса, доченька, не пугай так нас больше, а то Ын Хо стало плохо!

Смотрю, а та опустилась на пол, бледная, и вся трясется.

«Птиц, можешь помочь?»

«Да, принцесса!», я вижу, и чувствую, что у девочки сейчас отключится сознание. Подойдите к ней. И приложите ладони к её вискам».

Делаю то, что сказал Птиц. Тело Ын Хо вздрагивает, как от удара током, глаза у неё открываются, а изо рта вырывается крик :

– А-а-а-а!

Тонсен неожиданно вскакивает на ноги, и растерянно смотрит по сторонам.

– Онни, что со мной было?

– Ничего, тебе стало плохо от волнения за меня. Ты увидала, что я медитирую, и решила меня растормошить…

– А потом ты позвала меня, а сама стала валится на пол! – Говорит Хе Мин. – Тогда Лиса подошла к тебе, приложила к твоей голове руки, и ты вскочила, как ошпаренная.

– Но меня как будто ударило током, так больно было. Зато, теперь, вроде ничего не болит. Лиса-ян, ты что, можешь людей бить током из рук? – Мордашка тонсен была так уморительна в удивлённом виде, что и я и омма захохотали.

– Нет, тонсен, я не могу бить током, просто это метод такой, лечебный, но он не всем помогает! – Отсмеявшись, ответил девчонке. – Только ты больше не дёргай меня, когда я буду медитировать, и омму не зови.

– Извините, аджумон-ссии, извини онни, я больше не буду так делать. – Покраснела Ын Хо. – Я не знала, я ошиблась… – На её глазах показались слёзы.

– Ну, ну, девочка! Сейчас уже знаешь, никто тебя ни в чём не винит! – Омма погладила племянницу по голове.

– Правда? – Ын Хо уставилась на нас заплаканными глазами.

– Правда! Не будь я, твоей онни! – С улыбкой заявляю, а про себя констатирую, что Ын Хо очень впечатлительная, прямо, как Ёна из моей прошлой жизни. Придётся за ней приглядывать, чтобы с девочкой ничего не приключилось. Кстати, она записалась на музыку. Может и мне туда при писаться?

Вечером мы сидели с тонсен, и смотрели развлекательную передачу по КБС.

– Мне не понравилась эта группа. Плохо поют, не говорю уже о танце. – Ын Хо Скептически оценивает выступление девятки парней из лэйбла «Биг Хит Интертеймент».

– А ты бы хотела стать айдолом? – Спрашиваю тонсен.

– Да. Но у меня нет голоса, и петь я не умею.

– Ну, можно не быть айдолом, и заниматься музыкой. Например, стать композитором.

– Но я не умею сочинять песни, и писать музыку. Только учусь игре на гитаре.

– У тебя она в комнате?

– Да, а что?

– Принеси её сюда. Я решила записаться в музыкальный кружок. Буду вместе с тобой учиться.

– Правда?

– Да, неси гитару. Посмотрим, смогу ли я сыграть и спеть.

Девчонка несётся к себе, и минут через пять появляется на пороге гостиной, держа в руках инструмент. Беру у неё гитару, подстраиваю струны. Ын Хо смотрит на мои действия круглыми глазами. Что бы сыграть? Попробую это. Тут был «Пинк Флойд», я смотрел по телефону. Сыграю кавер на их «Стену».

https://www.youtube.com/watch?v=qw9k2F9OPVE

Играю. Смотрю, боковым зрением на тонсен. Она застыла с открытым ртом и выпученными глазами. Как только музыка закончилась, Ын Хо завопила:

– Онни, как ты хорошо играешь! Я так сто лет не смогу!

– А я ещё и петь могу… – Ехидно говорю я, и смотрю на офигевшую моську Ын Хо:

– Правда? – Шёпотом спрашивает она.

– Спеть? Сейчас, вспомню. Что-нибудь… А вот!

https://www.youtube.com/watch?v=4bmUFRxNEIg&t=2s («Деспосито» в исполнении айдола Дж. Флай).

И только пропев песню, я соображаю, что пел на испанском, которого вообще не знаю, да и сама песня «Деспозито» здесь ещё не существует! Она появится, если я не влезу, только через пять лет.

– Онни, как ты красиво пела! Только я ничего не поняла! – Восхищённая Ын Хо смотрит на меня влюблёнными глазами.

– Девочки, это вы пели? – На пороге моей комнаты появляется омма.

– Это она, она, Лиса! Она и гитаре играть умеет, и красиво поёт! Ей надо пройти в следующем году прослушивание, она обязательно попадёт в набор трейни! А потом мы будем смотреть, как айдол Лиса будет петь по телевизору в какой-нибудь группе! – Размечталась тонсен.

– Но там ведь надо танцевать уметь, а я никогда не видала, чтобы Лиса танцевала. – Резонно замечает омма.

– Ну, это проще простого! – Улыбаюсь я, вставая, и откладывая гитару. Включаю телефон. Там записана подходящая музыка с Интернета. Начинаю танцевать.

https://www.youtube.com/watch?v=lbCjq0zmbPk (Лиса Манобан, соло на концерте в Сиднее).

Тут нижняя челюсть отвисает и у оммы. Тонсен вообще находится в прострации. Столько потрясений за один день, и всё связано с её онни. Хе Мин через пять минут после демонстрации моих танцевальных возможностей, отмирает, и только спрашивает:

– Дочка, где ты этому всему выучилась?

– В Лондоне, омма. Я всегда хотела попасть в Корею, стать айдолом (надо поддерживать версию, которая есть у самчона после прочтения документов из архива полиции). И вот, я здесь! Но теперь у меня есть вы, и я пока не планирую стать айдолом. Надо вначале окончить хотя бы среднюю школу. Да и тебе надо помогать, омма.

– Доченька, иди сюда, я тебя обниму! – Хе Мин прижимает мою голову к своей груди. – Спасибо, что думаешь не только о себе!

И вот , лежу, уже ночь, а я заснуть не могу, и всё думаю:

«И чего это я, вдруг начал свои способности новым родственникам демонстрировать? Ведь решил, что нельзя мне светиться? Непонятно! А ведь если не омма, то тонсен, точно начнёт перед подругами в школе трепаться, что её онни и поёт и пляшет, и играть умеет, по крайней мере, на гитаре! Да, люблю иногда потрепаться перед знакомыми, но…»

.«Принцесса, говорит Птиц, можем перейти на общение в виртуальной реальности!».

Не успеваю ничего сообразить, и оказываюсь в какой-то комнате. Прямо передо мной ходит туда-сюда Птиц, и заложив крылья за спину,как какой-нибудь герой детского мультфильма, начинает говорить:

– Извините принцесса, это я провёл проверку ваших физических данных. Необходимость в этом назрела из-за вашего решения заняться развитием пси способностей. У вас есть слабые зачатки псиона, но, к сожалению, вы даже не соответствуете по параметрам курсанту империи Кам с нулевым уровнем. Это не ваша вина. Земляне другие, они не могут в своей массе постичь пси. Да, я проштудировал Интернет, и выяснил, что только половина процента аборигенов имеют кое-какие телепатические способности или дар предвидения. Остальное население застряло на минусовом уровне из-за блокирования энергетических каналов организма. Так как вы являетесь представителем другой вселенной, у вас выявлены зачатки пси способностей, и поэтому вы можете достичь тренировками уровня курсанта первой категории империи Кам. На большее ваш мозг не способен…

– Птиц, но ведь ты своими экспериментами подставил меня перед родственниками!

– Не бойтесь, принцесса, всё учтено. Ваши новые родственники будут помнить только чувство восхищения вами, а вот говорить о том, что видели, будут очень редко, и только там, где это нужно нам.

– Хорошо! Но вот если меня поведут на медосмотр, тебя не могут заметить в моём теле?

– Нет! Хоть я и биологическая структура на данном этапе, я не являюсь частью вашего тела. Как бы вам объяснить это попроще? Вас ведь обучали приёмам медитации в том мире, откуда вы пришли?

– Да, а при чём тут это?

– Значит, вам известно, что вокруг человеческого тела существуют ещё несколько невидимых оболочек…

– Ты про ауру, что ли?

– И не только про неё. Так вот, я сейчас являюсь дополнительной оболочкой между аурой и вашим телом. Я состою из квантов, и общаюсь с вами на квантовом уровне. На этой планете нет аппаратуры, способной заметить такую тонкую оболочку.

– Понятно. Надеюсь, ты получил все нужные данные, и больше таких экспериментов проводить не будешь?

– Да, принцесса, больше никаких проверок не понадобится. Сейчас я буду обрабатывать неделю полученные данные, а потом представлю вам на утверждение программу занятий, которые помогут развить у вас некоторые пси способности. Главное, что ваш мозг, а вернее, тонкая полевая структура, которую тут именуют «душой», имеет достаточный коэффициент развития, чтобы смочь постичь первый курс псионики.

– Понятно.

– Спасибо, что выслушали. Ваше величество. Пока всё! Но если будут какие-нибудь затруднения. Можете просто подумать «Птиц», и я выйду на связь. Аньён, как говорят аборигены!

Опять я очутился в своей кровати. Посмотрел на экран телефона. три часа ночи. Хорошо, что завтра воскресение, и идти в школу не надо…

Место действия: Южная Корея. Пусан.

Время действия: шестое марта две тысячи двенадцатого года.

Я, Катя, Ын Хо и её робот Чу Чек, идём по улице города. Омма отпустила нас погулять. По моему совету Хе Мин приняла на работу пару студентов, которые приехали в Корею получать высшее образование. Они из местного Евросоюза, и, естественно, могут говорить на нескольких европейских языках. Правильно их оформить на работу помог самчон. Так что, если всё-таки туристы и будут заходить в межсезонье в наше кафе, их обслужат на по высшему разряду. На радостях, что всё устроилось, и имидж нашего заведения общепита не упадёт из-за моего отсутствия, омма дала мне немного денег, и вот мы вместе с Ын Хо, под охраной наших андроидов, вышли на прогулку.

Кстати, умение Кати готовить местные и европейские блюда, тоже высоко оценено оммой. Теперь Катя по ночам готовит их для следующего рабочего дня нашего кафетерия, она ведь робот, и спать ей не надо. Потом всё это укладывается в специальные боксы, похожие на холодильники, и сохраняется в свежем виде на протяжении трёх суток. То есть, когда утром приходят работники и омма встаёт за кассу, уже не надо беспокоиться о готовке разных блюд.

На улице достаточно прохладно, весна только набирает обороты. Поэтому я и тонсен одеты довольно тепло. Она решила меня повести к знакомым. Ведь я согласился записаться на музыку вместе с ней. Но оказалось, что Ын Хо записалась не в школе, а в местном подобии музыкального агентства. Владеет им сын родственника самчона. Как мне шепотом сказала тонсен, эта семья по фамилии Те, принадлежит к классу янбанов, то есть, князей. Правда, они находятся на самой низкой ступени местной лестницы чинов, так как понесли большие финансовые убытки из-за кризиса две тысячи девятого года.

Фактически, они местные мелкие чеболи, если перевести на язык тех двух миров, где я раньше жил. У них осталось только это музыкальное агентство, но вот конкурсы на приём трейни они устраивать не могут, нет таких капиталов. Да и все менеджеры у них разбежались после нескольких провальных проектов, остался только Ли Ки Хо, главный стафф, потому что ему идти некуда. В общем, положение настолько плачевное, что семья Те вынуждена открыть курсы обучения игры на музыкальных инструментах для школьников и студентов. Тем эти занятия засчитываются за хагвоны, а приток небольших денежных сумм позволяет разорившимся янбанам сводить дебет с кредитом.

Как пояснила мне Ын Хо, те лейблы, которые известны меломанам всего мира, на самом деле тренируют из списка работающих на них групп айдолов от силы два или три коллектива. Остальные артисты и группы, кто выступает под флагом, допустим «Старшипа» или «ЯГ Интертеймента», взяты в аренду на несколько лет у мелких лэйблов из провинции, которые не имеют доступа на КБС или МБС, и занимаются набором трейни, их подготовкой, и сдачей в аренду большим лэйблам. Вот таким делом и занимались родственники самчона, пока не грянул кризис.

– А как называется их агентство? – Задаю вопрос тонсен.

– «Шин Джи Пусан Интеретеймент» – Отвечает девчонка.

Мда, я такого названия никогда не слышал.

– А много групп они подготовили?

– Хоть ты и вегугинка, но скорее всего слышала про группу «Розовый фламинго». – Начинает объяснять родственница.

– Да, и клип их видала.

– «Шин Джи Пусан Интеретеймент» подготовили двух трейни для этой группы. Там ведь сборный состав, который подбирался несколько лет основным лэйблом из материала, представленного мелкими музагентсвами.

Ну, с такой практикой я сам сталкивался в прошлом мире, где был вместо Манобан. Это для меня не ново. Что же, посмотрим на этот «Шин Джи Пусан Интеретеймент».

Место действия: Южная Корея. Пусан. Агентство «Ш. Дж. Интертеймент».

Время действия: шестое марта две тысячи двенадцатого года.

Владелец одного из местных лэйблов, господин Те Дже Ук тяжело вздохнул. Что он оставит своей единственной дочери, Сон Ми в наследство? Дело всей его жизни полетело под откос из-за проклятого кризиса. Из компании, в которую входило до десяти звукозаписывающих студий, три танцевальных зала, общежитие для трейни и центральный офис со студией звукозаписи, остался только последний. Теперь он вынужден сдавать инструменты в аренду для свадеб или других торжеств, а студию использовать для записи песен студенческих групп. И как всё восстановить? Пока никакого просвета… Хорошо, что жена. Ким Бон Су, у него умница. Придумала открыть хагвон для школьников и студентов. Можно будет потом отобрать перспективных ребят, сколотить и натренировать группу, и сдать в аренду какому-либо сеульскому лэйблу. Но пока до этого далеко…

Зазвонил телефон.

«Кто это?» – Устало подумал Джэ Ук. Большинство знакомых его круга порвали с семьёй Те, как только акции их компании пошли вниз… А, это дочь одного из родственников пришла, и звонит. Су Хек, следователь пусанской полиции, один из тех, кто не оставил родовитого родственника после финансовой катастрофы трёхлетней давности. Он помог Джэ Уку сохранить это здание офиса со всем содержимым, после того, как пришли судебные приставы, чтобы опечатать последнее имущество семейства Те. Без этого Су Хека Джэ Ук оказался бы вместе с семьёй на улице…

Да и сейчас, следователь и слышать не захотел, когда Джэ Ук предложил заниматься с Ын Хо бесплатно. Нет, Су Хек внёс деньги сразу за год обучения, чем поставил Джэ Ука в неловкое положение. Побольше бы таких родственников!

– Алло! Аньён! Это ты, Ын Хо-ян? Что, ты не одна? Онни привела? Какую онни, у тебя ведь нет сестёр и братьев? А, даже так? Поздравь Хе Мин от моего имени! Наконец, и у неё появилась наследница! Что, она «вегугинка»? А как с ней говорить? Корейский знает, и ещё кучу других языков? Хочет записаться на музыку? А играть она на чём-нибудь умеет? Ладно, заходите, на улице холодно. Здесь всё выясним.

Из дневника Лалисы (перевод с тайского).

Я зашёл вслед за Ын Хо в трёхэтажное здание бывшего офиса лэйбла. На первом этаже была довольно хорошая студия звукозаписи, комната для танцев, вдоль стен которой лежали и стояли разные музыкальные инструменты.

– Давай, снимай куртку, а то здесь жарко! – Командую Ын Хо. Потом сразу направляюсь к синтезатору. Я его сразу заметил. Так, что тут у нас? Опять «Ямаха»? Ладно, сыграю, пока хозяин спускается к нам. Тонсен смотрит на меня квадратными глазами:

– Онни, что ты делаешь?

– Как что? Включаю синтезатор. Сейчас играть буду!

– А ты разве умеешь?

– Вот и проверим, умею или нет! – Демонстрирую я тонсен все свои тридцать два зуба в моей фирменной улыбке. Всё, пора! Сажусь за инструмент, и с улыбкой смотрю на закрывшую обеими ладонями лицо Ын Хо. Только один глаз она оставила открытым, и устремила его на лестницу, по которой должен спуститься хозяин офиса. Рот её открыт в беззвучном восклицании «О!», которым она выражает весь свой страх неотвратимого наказания для онни. Начали!

https://www.youtube.com/watch?v=z_jjzd6eyX4

Играю знакомую мне с прошлой жизни сюиту «Пираты Карибского моря». Тут этот фильм тоже есть, и музыка эта известна. Поэтому и не боюсь попасть впросак, как было с «Деспосито». Тонсен , услышав мелодию, вначале растерянно смотрит на то, что видит, а потом вдруг визжит:

– Виии!

Я увлечён игрой, и не вижу, как появляется хозяин дома. Он с изумлением смотрит, как довольно красивая вегугинка азиатского происхождения уверенно играет сложное произведение на синтезаторе, а его родственница прыгает вокруг и визжит. Непорядок! Но Джэ Ук решает дождаться, когда девушка закончит игру…

Звучат последние аккорды. Я поднимаю глаза, и вижу стоящего напротив моего отца из прошлой жизни, Джэ Ука! Так и застываю, выпучим свои зенки. Но ведь этого не может быть!

– Господин Джэ Ук, а где ваша дочь Сон Ми… – Лепечу я от неожиданности первое пришедшее на ум. Тосен, поняв, что происходит что-то непонятное, перестаёт визжать, и застывает, глядя то на меня, то на хозяина офиса.

– Хубэ! А разве вы знаете меня или мою дочь? – В свою очередь удивляется Джэ Ук, но потом, опомнившись, строго говорит:

– Неужели вегугины не здороваются, придя в незнакомый дом?

– Извините, господин Джэ Ук, аньён хасейо! – Встаю и кланяюсь. – Просто вы похожи на одного человека, которого я знала раньше. И имя у него было такое же, как у вас, и дочь звали Сон Ми! Ещё раз извините!

– Понятно! Принимаю твои извинения… – Он смотрит на меня, подняв одну бровь.

– Лиса-ян! – Подсказываю имя.

– Значит, Лиса-ян… Хорошо! А вы великолепно играете на синтезаторе! Я уже полгода не слышал, чтобы кто-то из школьников, и даже студентов музыкальной школы так бы играл!