Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

Нам надо будет вставлять два стекла и менять дверь офиса. Остальное в порядке. Выхожу на улицу вместе с Машей. Убитых боевиков националистов военные вывозят, складывая кучами на грузовики. Отдельно перед офисом лежат тридцать четыре погибших полицейских и сорок один фанат. Среди них много школьников, и превалирует женский пол. Полиция сейчас устанавливает их имена и фамилии. Среди мёртвых вижу знакомое лицо – это та школьница, что подходила к нам, когда Юко играла на каягыме в Центральном парке. Из глаз непроизвольно льются слёзы. Маша тоже плачет, узнала девочку. Подхожу к полицейскому, руководящему опознанием.

– Извините, можно вас на два слова?

– Да, хубэ! – Служитель порядка очевидно меня не знает.

– Я директриса лэйбла «Солбанг-Ул», Пак Джин Хо. Прошу вас, как только всех опознают, дайте мне их список. К нему добавьте список погибших полицейских.

– Зачем это вам, госпожа Пак? – Удивляется полицейский.

– Они погибли, защищая нас. Поэтому их имена должны быть увековечены около здания нашего офиса. Их семьям я собираюсь перечислить по пятьдесят тысяч долларов, и похоронные мероприятия возьмёт на себя наш лэйбл.

– Но так никто и никогда не делал, госпожа директриса! – Изумляется полицейский.

– Люди должны знать имена героев, ставших против предателей. – Говорю я. Краем глаза вижу, что несколько журналистов записывают разговор на голофоны и голокамеры.

– Есть погибшие среди представителей прессы? – Спрашиваю полицейского.

– Да, пять человек.

– Их тоже приплюсуйте к списку. К какой бы компании они не принадлежали, их семьям лэйбл перечислит по пятьдесят тысяч долларов.

Вскидываю голову. Журналисты застыли от моих последних слов. Это для них необычно.

Звонит голофон. Это Чин Ён. Сообщаю ему результаты побоища. Он в свою очередь информирует меня, что у «сестёр» всё в порядке. Только очень испугались, особенно, когда показывали штурм нашего офиса.

Наш конкурент фактически разорён. Офис и общежитие СМ были, оказывается, атакованы одновременно. Здания подожгли. Живущие в общежитии айдолы сгорели заживо – бандиты не давали им выйти и стреляли по пожарным «леталкам», которые пробовали тушить пожар. Погибло и тридцать сотрудников СМ – их убили в офисе. Ли Су Ман банкрот. Ему придётся начинать всё с самого начала.

Завожу журналистов внутрь офиса. Провожу краткую пресс-конференцию. Опять повторяю то, что сказала полицейскому. Выражаю соболезнование Ли Сун Ману, который из-за действий северокорейского шпиона (мне об этом уже сообщила Маша, копающаяся в голофоне) потерял одну из ведущих компаний Кореи.

Ясно, что ему дадут страховые и помогут банки. Но вот пока он всё восстановит, мы уйдём далеко вперёд.

Вместе с прессой идём в танцор-зал и смотрим репортажи других телевизионных групп с улиц Сеула. Везде разбитые машины, витрины магазинов. Горящие офисы. Везде полно солдат и полиции.

Националистов преследуют, как бешеных собак. Сразу ставят к стенке и стреляют без суда и следствия. Они – отверженные. Предатели своей страны.

Показывают, как в Пусане отшвартовались авианосец США и два десантных судна из РФ. Войска направляются в Кванджу и на границу с Северной Кореей. Звонит Сон Хен:

– Нуна! С вами всё в порядке? Как хальмони?

– Мы нормально, а вот девочки пострадали, все в госпитале. Много погибших фанатов, полицейских…

– Да, я видел репортаж.

– Сиди дома и никуда не выходи два –три дня. Кругом солдаты. Ещё примут за бандита, сразу расстреляют.

– Хорошо, нуна!

Прошло уже два часа. Звоню в госпиталь. Представляюсь. Регистраторша соединяет меня с директором госпиталя. Он сообщает, что с Юко, Сон Ён и Алисой всё будет в порядке. Они будут выписаны через две недели. Селезнёвой повезло – корни волос не пострадали, и её пышная грива вновь отрастёт. Ей заменили на двух участках обгоревшую кожу, которая восстановится к концу мая.

А вот с Женей пока неясно. Она в коме, но врачи надеются, что она очнётся – приборы показывают, что мозг её функционирует, но что-то мешает прийти девушке в сознание. Будем надеяться, что всё обойдётся.

Глава 39

Три дня мы не выходили из офиса – армия и полиция выявляла и ликвидировала оставшихся предателей. Мы же сидели, смотрели телевизор и переговаривались с близкими по голофону.

Пока мы сидели в студии, на фронте положение резко поменялось. Совместный удар Японии, США и России по Кванджу, атака китайских войск границы Северной Кореи и налёт стратегической авиации американцев и русских на Пхеньян, заставил руководство этой страны пойти на переговоры после отвода своих войск от границы с Южной Кореей на пятьдесят километров.

«Трёхдневная война», как потом назвали этот период журналисты, окончилась.

Всё это разрядило обстановку. Сеул возвращался к нормальной жизни. Теперь надо было выполнять ранее озвученные обязательства перед родственниками погибших у нашего офиса фанатов, полицейских, охранников и журналистов.

Из-за сложной ситуации в городе все тела лежали в морге, поэтому родственники не имели возможность обустроить мёртвых. По корейским законам, с ними можно было прощаться на третий, пятый, седьмой или девятый дни.

Я обзвонила всех родственников погибших, потратив на это весь день. Так как похороны должны были быть произведены за счёт нашего агентства, то, проконсультировавшись со знающими людьми, мы решили похоронить всех в один день. Для этого был арендован большой зал, куда доставили девяносто один гроб, а потом привезли тела и уложили в них погибших. Сверху трупы были по корейскому обычаю закрыты белой простынёй. Около каждого гроба стоял портрет с фотографией погибшего (их переслали нам родственники усопших), и укреплёнными на углу каждой фотографии белой и чёрной полоской из дорогой материи.

Рядом с каждым гробом стоял «менчжон» – родовое (клановое) знамя погибшего из красного материала размерами 2 Х 0,7 метра. На нём был а написана фамилия и имя погибшего и «пон» (клан), к которому этот кореец или кореянка принадлежали.

В этой параллельной Корее уже существовали голографические портреты и даже надгробия. Но пока это было очень дорогое удовольствие, поэтому, посовещавшись, с представителями от семей погибших, мы решили обойтись обычными портретами и надгробиями.

Кладбище находилось в десяти километрах к югу от Сеула. Естественно, пришлось нанять транспорт. Из-за большого количества погибших, корейские традиции пришлось, с согласия родственников, немного модернизировать.

Не было ширм перед каждым гробом, но рядом стояли пиалы с благовониями.

Для желающих попрощаться с погибшими знакомых и родственников, отдельно стояли длинные столы с выпивкой, которую каждый из них принимал (по маленькой пиале) после прощания с погибшим.

Людей пришло довольно много. По традиции каждый вносил по тридцать долларов на карточку родителям или детям усопшего. На похороны были приглашены и журналисты – ведь и их пятерых коллег хоронили вместе с остальными.

Хоть в Корее это не принято, но после церемонии прощания родственников и знакомых с погибшими, я выступила с короткой речью:

– Эти люди, школьники, студенты, рабочие, журналисты, полицейские шли защищать нас, музыкантов и айдолов, ещё не зная, что им придётся иметь дело не с обычными хулиганами, а с отъявленными отморозками и убийцами. Поэтому перед нашим офисом будет установлена каменная стелла, на которой будут их портреты, имена и фамилии под общей надписью «Они остановили предателей». Родственники погибших могут приходить к этой стелле в любое время.

«Солбанг-Ул» наймёт специального человека. который будет ухаживать за надгробиями на кладбище, и там постоянно будут курится благовония и лежать цветы. Так как все эти люди погибли, защищая наш офис, мы выполняем наш долг перед ними, и кроме уже перечисленных родственникам сумм, «Солбанг –Ул» берёт на себя обязательство при поступлении их детей, большинство из которых пока мало, ходит в детский сад или школу (всего было шестьдесят таких ребят), в ВУЗы, оплатить их учёбу.

Если у ребёнка обнаружатся способности к пению или игре на музыкальных инструментах, и кто-то из них пожелает стать айдолом, мы его примем в нашу школу трейни без всяких конкурсов.

Через месяц нами будет проведён концерт памяти по погибшим на Олимпийском стадионе Сеула. Все родственники этих людей приглашены на него в качестве гостей.

После этих заявлений, вызвавших шок среди родственников и прессы, огромная колонна «леталок» с гробами и родственниками отправилась на кладбище.

Я, Маша и Лиса, моя хальмони и Мичико-сан, а также все сотрудники офиса, сильно устали за эти три дня, пока всё утряслось с похоронами.

Фактически мы потратили почти все заработанные нами деньги. Пришлось даже взять кредит в банке.

Маша хоть и ворчала, но понимала, что без этого было нельзя.

Оставшиеся полдня мы просто отсыпались, а вечером, после еды, сели смотреть чат.

Чат корейских меломанов

78-12. Жаль, я работал в тот день, узнал о том, что случилось только когда к нам пришли полиция и солдаты. А то тоже пошёл бы к офису «шишек»

45-09. Пак Джин Хо сегодня выступила на похоронах павших у офиса. Я посмотрел, «шишки» все заработанные деньги отдали родственникам погибших. И взяли пять миллиардов вон кредита в банке. Они намерены заказать каменную стелу с портретами и именами всех погибших.

67-32. Из наших общих знакомых кто-нибудь погиб?

72-77. Да, школьница с номером 00-15. Оказывается она училась в той же школе, где и мой сын. Дирекция вывесила её портрет на стене в холле.

53-15. «Шишки» все делают не по правилам! Сразу видно – вегугины!

45-09. А что тебе не нравится? Родственникам погибших они выплатили компенсацию. Хотя и могли этого не делать, полицейские тоже довольны – ещё никто из различных компаний не хоронил и не выплачивал деньги родственникам за гибель сотрудника полиции.

Журналисты тоже в шоке. Их ведь и за людей большинство не считает. А тут такая оценка со стороны известного лэйбла.

67-00. Хоть я иногда вставлял шпильки против «шишек», но теперь вижу, что они намного лучше, чем многие наши бизнесмены. Я смотрел репортаж о похоронах павших у офиса «шишек». И их заявления слушал. Если бы все у нас были такими.

Вон, у СМ сгорели заживо все айдолы и трейни, а это человек тридцать. Если не больше. И что? Ли Су Ман не знает, откуда достать денег. Да, ему выплатят страховку, но только через полгода. И что ему делать?

Родственникам погибших даже трупы показать не могут – всё превратилось в угли! Погибли более шестьдесят фанатов СМ. Я знаю, потому что сегодня пришло извещение моей соседке, что её дочь, Пак Юн Ми, скончалась при нападении бандитов на офис СМ от удара по голове бутылкой. И кто им теперь поможет? Родственников у неё нет, зарплата небольшая, живут на арендованной квартире. А у неё ещё и младшая дочь подрастает. «Шишки» ведь не будут весь Сеул хоронить!

45-00. Пак Джин Хо объявила, что через месяц будет проведён концерт памяти.

23-14. Надо пойти! Интересно, сколько будут стоить билеты?

69-06. Не думаю, что больше двадцати тысяч вон. Стадион вмещает пятьдесят тысяч человек. Заполнится он точно. Если исключить родственников погибших, то даже с такой минимальной ценой «шишки» получат прибыль.

45-09. Я думаю, что они и в сеть, и в Интернет запись пустят. Кстати, скоро из госпиталя выпишут Юко и Сон Ён. Джен пока в коме, а Алиса обгорела, и ей сделали пересадку кожи.

34-12. Моя сестра в этом госпитале работает. У Алисы сгорели все волосы, но корни их остались. Ей мажут специальную мазь, и к концу мая у неё все волосинки вновь появятся.

72-77. Слава Гуань Инь! А то жалко девчонку, ведь могла лысой на всю жизнь остаться. А что с Джен?

45-09. С Джен хуже. Сегодня прилетают нейрохирурги из Америки и России. Они проведут осмотр и проконсультируют наших врачей.

72-77. Хотя бы всё было в порядке! Итак много смертей за эти дни! Хорошо, что хоть война кончилась.

Мы вышли из чата. Хальмони нас позвала в свою комнату, где она смотрела телевизор.

– Саньяо! Смотри, про нас передают!

Диктор читал текст заявления министерства внутренних дел:

–… После проведённых мероприятий уничтожено более десяти тысяч боевиков запрещённой партии «Сила народа». Особенно сильные столкновения произошли в районе порта и около офисов компаний СМ и «Солбанг-Ул». Благодаря мужеству полицейских и фанатов, а также охранников компании SU, которым удалось сковать крупные силы бандитов, удалось выиграть время для ввода в город специальных подразделений полиции и армейских частей.

Мы благодарны руководству «Солбанг-Ул» за заботу о родственниках погибших сотруднков органов правопорядка…

–Маша взяла пульт и переключила на Первый канал РФ:

– … В эти дни многие граждане России принесли к посольству Южной Корей венки и букеты цветов в знак поддержки её народа в этот трудный для Сеула час. К ним вышел посол…

Маша переключила на ТВ1 Грузии:

– Смотрите, как действует наша соотечественница вместе со своей подругой! Вот кадры корейского канала МБС. Вы видите замедленные кадры.

Вот бандиты кинули гранату. Охрана падает на Джину и её заместителя, Машу Стирлец, бедную Женю Крайнову затаскивают в офис сотрудники, раненная Юко Оно бежит внутрь сама, два полицейских накрывают горящую Алису Селезнёву и вместе с Лисой затаскивают в здание. Вот рядом с лежащей Джиной падает убитая девушка. А теперь смотрите…

На экране видно, как я и Маша одновременно вскакиваем и выхватываем из рук мёртвых охранников автоматы и практически в упор выпускаем по магазину в нескольких подскочивших бандитов. У одного из них выпадает из рук что-то вроде лимонки, Маша мгновенно хватает эту вещь, бросает вперёд, а потом тащит меня за руку в офис.

У хадьмони и Лисы округляются глаза, они ведь не видели этого. А тут прямо всё, и в замедленном темпе…

– Что это было, Джин? – Хё Бин никак не может прийти в себя. – Тебя ведь могли убить! Как ты это сделала?

– Не знаю, хальмони! Это ведь на самом деле произошло всего за несколько секунд. Я сейчас только вспомнила всё полностью. А тогда ни о чём не думала. Всё произошло слишком быстро. Как будто выключились мозги и тело само сработало. Если сейчас попросите меня и Машу, мы вряд ли это сможем повторить…

Звонит мой голофон.

– Джина! Ты молодец! И Маша тоже! – Визжат вдвоём Лика и Майя.

– Я была бы молодцом, если бы у нашего офиса погибли бы только бандиты.

– А что, много убитых? – С испугом спрашивает Лика

– Только фанатов, в основном школьников, погибло сорок один человек, тридцать четыре полицейских, пять журналистов, одиннадцать охранников. А ещё наши девочки чуть не погибли от гранаты. Женя до сих пор в коме, а Алиса осталась без волос.

– Господи!

– Да. Это только на телеэкране кажется, что всё здорово. А на самом деле это страшно. У наших конкурентов всех айдолов и трейни бандиты сожгли и убили несколько десятков фанатов.

– Но у нас пока ничего об этом не передавали.

– Потом передадут. Ладно, нам делами заниматься надо. Сегодня устали, всех этих погибших хоронили, родственникам компенсации раздавали. Даже в банке для этого пришлось пять миллионов долларов взять.

– Джина! Ты так говоришь о миллионах, как будто это копейки.

– В бизнесе – это действительно копейки. Ну ладно, пока!

– До свидания!

Звонит голофон Маши.

– А это ещё кто? – Ворчит она. – О, смотри! Павел Ионов, собственной персоной! Алло! Привет Паша! Как дела? Как семья?

– У меня то всё хорошо, а вот как у вас там? Тут телевизор такие страсти рассказывает! Вас показывали, как вы с автоматов поливали гопников. А что это за гранаты у вас такие?

– Это вам ещё мало рассказывают. А гранаты обычные, зажигательные. Похожи на Ф-1 снаружи. Взрыв небольшой. В основном раскидывает шарики из чего-то. Оно сразу загорается, если шарик во что-то ударяется. Но там ещё и немного металлических шариков внутри. Наша охрана от них и полегла.

– А, понятно, что ничего не понятно! Тут связь иногда у нас барахлит. Два дня не было ни сети, и ни Интернета. Потом сказали, что северокорейцы какую-то специальную бомбу взовали и связь вырубилась по всему Дальнему Востоку, Северному Китаю и Монголии.

– Не знаю, у нас не исчезала. Ну что, начал писать «Пачу аргентино»?

– Да! Откликов много. Вроде людям нравится!

– Закончишь, позвони мне! Мы с Джиной что-нибудь придумаем для следующей книги.

– Хорошо!

Кончается ещё один день. Мы ложимся спать…

Рано утром прискакал Сон Хен. Решил нас проведать. Потом пришли рабочие. Вставили новые стеклянные двери и восстановили окна.

После этого мы с Машей решили нанести визит в художественную мастерскую. Тут мы заказали каменную стеллу с портретами погибших и их именами. Она будет готова через неделю.

Потом мы полетели к «Универсальным сёстрам». Вот где радости то было и девичьих взвизгов. Бо Рам сразу поинтересовалась:

– Джин, когда будет восстановлена диета твоей хальмони? А то мы эти дни питались только тем, что у нас в холодильнике было. Выйти боялись. Тут танки ездили и стреляли в кого-то. Я есть хочу!

– Собирайтесь! Сейчас полетим к нам. У вас что, тренировок пока нет?.

– Чин Ён отложил всё на неделю.

– Подождите, я ему сейчас позвоню.

– Алло! Господин директор, это я, Джин Хо! Как дела?

– Пока на неделю все приостановили работу, а что?.

– Я заберу к себе Бо Рам и компанию, им заниматься надо. У меня завтра сотрудники выходят на работу, как раз неделю и потренируют девчонок.

– Хорошо! Аньён!

– Аньён! Всё, собирайтесь. Пока «шишек» не выписали из больницы, будете у нас.

Визг «сестёр» заглушил мои последние слова, а потом они бросились собираться.

– Эй, эй! Постойте! Вы не в поход по горам идёте! Зачем вам столько сумок! – Маша попыталась образумить этих дурёх. Но куда там!

Пять девчонок понапихались в наш летающий микроавтобус. И у каждой их них было минимум по три большие и четыре маленьких сумки.

Прилетели. Разгрузились. Причём Бо Рам пришлось заносить в офис. А то она не хотела выпускать из рук свои «драгоценные» вещи.

Зато, как только она увидела хальмони, оглушительно завизжала и повисла у неё на шее, бросив все сумки, которые мы не смогли вырвать у неё из рук в машине, прямо на пол.

Хё Бин засмеялась и потащила эту обжору на кухню. Остальные «сёстры», ворча что-то себе под нос, подняли брошенное шпингалеткой на пол и понесли в комнаты.

Я решила позвонить Ли Су Ману. Но потом просто проехалась с Машей к нему домой, предварительно договорившись о встрече.

Он был один. Встретил нас настороженно. Естественно, мы ведь конкуренты. Наверное думал, что я пришла по заданию Чин Ёна посмотреть, готов клиент, или его ещё нужно дожарить.

– Здравствуйте, господин Су Ман! – Мы с Машей поклонились. – Позаботьтесь о нас!

– Проходите в комнату, можете располагаться на диване.

Мы вошли в комнату и плюхнулись на мягкое сидение. Хозяин сбегал на кухню, принёс кофе в трёх чашках.

– Господин Су Ман! В виду сложившихся непростых обстоятельств, в результате которых вам нанесён сильный удар, и ваш бизнес…

– Я не собираюсь продавать акции! – Резко бросил Су Ман.

– А мы их и не предлагаем вам продавать! – Ответила Маша. – Мы пришли вам оказать финансовую помощь без каких-либо условий.

Наверное глаза у президента СМ вылетели бы из глазниц от удивления, а брови улетели бы в другую вселенную, если бы такое было возможным – так он удивился. Даже поперхнулся кофейным напитком от такого неожиданного предложения.

– Не надо удивляться! – Вступила в разговор я. – Нам просто не выгодно ваше полное исчезновение с музыкального рынка. Вы бизнесмен и понимаете, что место СМ сразу займёт какой-нибудь ФМ Интертеймент или Старшип Интертеймент. Ну или кто-то ещё.

Вы оказались в трудной ситуации не из-за неправильного менеджмента или негодной системы подготовки айдолов. Вас попросту использовали втёмную всякие политические силы. Вам ведь банк пока отказал в кредите?

– Откуда вы знаете? – Нервно спросил президент СМ. Не скажу же я, что я это в чате вычитала!

– Всё всем известно, господин президент. Ладно, перейдём к делу. У вас есть какие-нибудь активы. Например, здания или офисы? Что финансов нет, это и так ясно.

– Осталось только два помещения – танцевальный зал со студией записи и старый офис компании.

– Сотрудники остались?

– Да, половина.

– Они смогут тренировать группы?

– Да, у меня двойной комплект преподавателей, звукорежиссёров и других.

– Тогда сделаем так. Я думаю, что вам для приведения в порядок старых помещений хватит два миллиона долларов. Их мы вам дадим. Через месяц мы набираем трейни. На этот раз будут несколько групп. Две – три из них мы пришлём вам. Они будут выступать под маркой вашего лэйбла после обучения у вас в школе.

На концерты и в турне мы будем брать то одну, то другую группу, в прибыль будем делить из соотношения семьдесят процентов нам, остальное СМ. Я думаю, так будет справедливо. Вас такое предложение устраивает?

– Да! – Поспешно сказал Су Ман. Очевидно, даже его выдержка имеет предел. Он был явно потрясён нашим предложением.

– Тогда заключаем договор! – В ход пошли голофоны, затем, после подтверждения законности сделки нашим юристом, листы бумаги с подписями. После этого с моей карточки на счёт Су Мана перешло два миллиона долларов. Мы откланялись и поехали домой.