Текст книги ""Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Лариса Петровичева

Соавторы: ,Вахтанг Глурджидзе
сообщить о нарушении

Текущая страница: 329 (всего у книги 351 страниц)

– А сам Трентон где?

– Да в шахтёрском квартале, в твоём бывшем штабе. Ныне там штаб у Лопеса. Но тебя там всегда ждут.

– Непременно зайду! Но сейчас у меня дело к Флоресу. Да, о том, что я видел. Флорес взял себе моду меня не пускать на порог, ну так вот: если нынче не пустит, расскажите ему, кто сможет, о моей новой машинке! Могу спорить, его она заинтересует не меньше, чем вас. А уж тот, кто на ней сидел… – Здесь Бенито подвесил долгую-долгую паузу.

И опять незамысловатые шутки с обеих сторон, причём с той стороны в два адреса. Между прочим, Бенито поддразнивали как бы любя, а вот Кая шпыняли пожёстче. Что ж, понятное дело. Чтобы заслужить хоть немного народной любви, таки надо в неё вкладываться. Всем своим умом и энергией, без стеснения и колебаний.

Самая недобрая реплика в адрес Кая была примерно такой:

– Что, приехал на инопланетной раздолбайке? Вот на ней и будешь теперь кататься! Ни в один из моих вездеходов тебя никогда не пустят. Водители предупреждены. Это говорю тебе я, Игнасио!

Кай узнал эту злобную физию. Тот водитель, у которого они вместе с Олафом как-то стащили груз. Кай тогда загибался от голода, но достать легально морской капусты не сумел бы, поскольку не заработал.

А вот Бенито злобную физию, вроде, видел впервые. Ну и спросил:

– Эй, что за прыщ хамит моему другу?

– Я Игнасио Ибаньес Эвита ди Сьерра-Лалуна! – вскричал озлобленный типчик. Я начальник всего бабилонского транспорта, если кто не в курсе! Я сменил на этом посту твоего дружка Эстебана, который палец о палец не ударил для улучшения логистики рудного промысла!

Кай припомнил: Эстебаном звали того начальника, в подчиненье которому его приписал Олаф. Сам-то Кай Эстебана ни разу не видел, но исправно (или не очень) писал отчёты на его имя. Если за Эстебана теперь этот самый Игнасио Ибаньес, то, пожалуй, больше отчётов писать не придётся… Нет, как говорится, худа без добра.

Между тем Бенито что-то уже ответил, от чего взбешённый начальник транспорта круто развернулся и с утрированно гордой осанкой удалился прочь, сопровождаемый взрывами смеха.

Да, Бенито таков: его только задень!

8

В центре элитного квартала, примерно посредине между Башни Учёных, Родригес предложил остановиться снова. В толпе, окружившей трофейного техно-ляяна Кай заметил старика Гонсалеса. Как оказалось, остановка потребовалась Родригесу для разговора с ним:

– Дотторе, как там Олаф? – спросил Бенито. – Удалось ли его нашему Лопесу отвоевать?

– Лопесу я всё передал, – хмуро сказал Гонсалес, – точно, как уговаривались. Он пытался, но не сумел. Не достало красноречия. Так получилось, при беседе Лопеса с Флоресом присутствовал Рабен – он их и заболтал.

– Ладно, – Бенито кивнул, – стоило догадаться. Хуанито не наделён даром красноречия в требуемой мере. Что ж, придётся мне самому, но в его присутствии. Кстати, он у себя?

– Флорес во дворце, Лопес – не знаю: или там, или в штабе службы, в шахтёрском квартале. А что?

– Мне он нужен для двух вещей: чтобы Флорес нас наверняка принял – это раз. А во-вторых, чтобы Лопес мне хотя бы поддакивал. – Тут Родригес обратился уже к Каю. – Майк, прошу тебя об одолжении: сбегай, пожалуйста, в штаб. Если есть там Лопес, приведи мне его сюда. Я надеюсь, он здесь, но мало ли…

– Ну а если там его нет?

– Значит, ты свободен, – подумав решил Родригес. – Можешь в элитном квартале чего-нибудь съесть, только вот в Башню Учёных пока не наведывайся. По-моему, рано.

Да уж, в Башню Учёных Каю рано не надо. Этак ведь можно вместо чердака загреметь в подвал. Ну а там, говорят, пытки. Нет, уж лучше дождаться, когда из того подвала вызволят Олафа.

Когда Кай спрыгнул с платформы, голова его немного кружилась. Потом прошло.

– Если что-нибудь поменяется, то я сам тебя позову! – прокричал Родригес ему вслед.

Ладно, триумфальной беседы Бенито с Флоресом Кай всё равно не услышит, потому свободному времени надобно только радоваться.

И таки действительно очень давно хочется что-нибудь съесть.

9

Новый Бабилон – он такой посёлок, в котором два. И настолько два, что напрямую не попадёшь: надо выйти из одного, прогуляться под внешней стеночкой, и лишь только после прогулки зайти во второй. Не ходить же без крайней нужды через Транспортные ворота, открывающиеся в гаражи. Там опрашивают придирчиво: кто, да зачем, по какому такому делу.

Что и говорить, мощный барьер между социальными мирами. Почти всё из одного Бабилона презирает почти всё во втором, и это вполне взаимно.

Первый из них элитный, там и чище, и люд веселей, и есть всякая роскошь, например, такие кафе, в которые пища поступает не из шкафов Оломэ. И, разумеется, эта еда в основном импортная и дорогая, насколько только возможно. Глядя на цены, рискуешь в миг потерять львиную долю своего аппетита. Но остальная часть уж она-то тебя додавит. Ибо что может съесть вегетарианец на планете Эр-Мангали? Кроме джерихонской морской капусты – только здешнее, втридорога купленное.

А второй Бабилон – шахтёрский. Заправляют в нём охранники-плюмбумы. И еда – из шкафов Оломэ, где проращивают мясо. Всякий упоротый вегетарианец наподобие Кая в том втором Бабилоне попросту сдохнет. Или превратится в нечто другое. Кай не сдох и не превратился, но ему помогли.

В общем, просьба Бенито посмотреть, нет ли во втором Бабилоне Лопеса, в сочетании с предложением что-то съесть, предполагала заданную Каю маятникообразную траекторию. Вышел из элитного Бабилона в шахтёрский – поискал Лопеса, вышел из шахтёрского в элитный – поел. Упростить её Кай бы мог переставлением звеньев задачи, но понимал, что дело-то срочное, вот и готовился топать туда-сюда.

Ладно. Первый межбабилонский проход совершён успешно. Голод не доконал, обоняние тоже. Хотя запах в шахтёрско-плюмбумском Бабилоне – Кай забыл уже – препаршивый! Если месяц мочиться на стену родного дома, выйдет оно. Ну, с поправкой на разнообразие здешних запахов.

По пути к штабу Службы безопасности колонии Кай удивлялся, что не узнаёт здешних лиц. Все сменились в его отсутствие? Или он постарался забыть их гораздо прочнее? Нет, ну один знакомый всё же попался – рудокоп Дьюи. Молча прошёл, удостоив его кивком.

Ну а Кай? Точно так же. Зеркально.

10

В штабе никакого Лопеса не нашлось.

– Он здесь редко бывает, – сказал Ортега. – Если нам от него что-то нужно, то мы его ищем там.

Каю подумалось: не исключено, что Родригес избавился от его присутствия, чтоб без помех потолковать с Гонсалесом о чём-то секретном. Да, возможно. Но стоит ли по пустякам обижаться? И, в конце-то концов, у него имеются в штабе и свои дела. Нужно кое-что попросить.

– Мне нужны патроны к «меноре» и немного ксерокредитов, – объявил он Ортеге.

– Деньги для чего?

– Ну, просто… чтобы поесть.

Кай ведь, кстати, забыл что «элитно» поесть ему просто не на что.

– Хорошо, сейчас принесу.

И Ортега ушёл подбирать заказанное, ну а Кай оглянулся на остальных сотрудников службы. Те кивнули при его появлении, но никак не обнаружили своего отношения к тому факту, что он вернулся. Мастер боя Сантьяго, по обыкновению, дремал в уголке комнаты. Ещё двое, напротив, горячо спорили о ситуации в Новом Джерихоне. Из этих двоих одного – Карлоса Герреро – Кай здесь изредка видел, а второго, по имени Том, наблюдал впервые. Том как раз говорил:

– Эти люди пытаются утверждать, что ищут воров и бандитов. Воров и бандитов, Карлос! Это говорят те самые люди.

– Я согласен, Том, – отвечал Герреро, – этим людям надо ловить себя.

– Весь Джерихон таков. Весь он стоит на этом. И людей, что туда попадают, эта система быстро перемалывает. Виноват Эрнандес? Да, сто раз да. Но не во всём. Любого поставь управлять бандитами – получится то же самое. Вот и наш Альварес… да что говорить!

А ведь этот Том – и есть хромой Трентон, заметил Кай про себя. Тот, кому посчастливилось смыться от ассасинов на родригесовом моноцикле.

– Так Альварес – предатель, или же нет? – Герреро поставил вопрос ребром.

– Человек, оказавшийся не в том месте. Ничего ведь не предвещало. Ничего в его прошлой жизни.

– Он ассасин.

– Ассасином он быть не может. Он пошёл с ними на сговор, и я сказал, почему. Воровской посёлок, чисто воровской. У воров там все на крючке: рыбаки, охотники. На Альвареса тоже нашли приём. Ну а дальше просто. Ассасины выходят на воровскую верхушку, делают ей предложение, от которого всем так дурно. Ассасины при этом знают, что воров всё равно зачистят, но ведь сами-то воры надеются на лучшее. С ними делятся – и всё: воры в деле.

– А Альварес?

– Он в деле с ворами. И не может от них отвернуться! Даже тогда, когда те выполняют заказ ассасинов. И другой бы на его месте…

– Значит, надо всё так и оставить?

– Неразумно сорить людьми...

Тут Ортега вернулся с обоймами для револьвера и тоненькой пачкой ксерокредитов. Кай решил не встревать в разговор Герреро и Трентона, ибо тот рисковал пойти по второму кругу. Но что странно: Трентон будто оправдвыает Альвареса. Хоть казалось бы, уж ему-то, чудом вырвавшемуся из лап ассасинов, потакать предательским действиям как-то странно…

Не влезай, не надо, сказал себе Кай. Собирался ведь утолить голод. И причём, далеко не коммуникативный.

11

Попрощавшись с Ортегой, Сантьяго, Герреро и Томом Трентоном, Кай направился снова к воротам. Маятник должен качнуться в обратную сторону. В Бабилоне элитном, откуда он так спешил уйти в тщетный поиск Хуанито Лопеса, Кай, наконец, расслабится и позволит себе поесть,

И если уж по-хорошему, расслабляться бы стоило уже по дороге. Кай уже в Бабилоне, в безопасности, разве нет? Однако какая-то невысказанная тревога заползала в сознание. Кай до сих пор боится пыточного подвала в Башне Учёных? Нет, ведь Бенито вернулся с победой и зашёл с козырей. Нет сомненья, что Олафа выпустят, а его с тем подвалом даже не познакомят.

Что тогда не даёт покоя? Неужели мельком услышанный разговор Герреро и Трентона? Трентон слишком лоялен к прихвостням ассасинов, это и подозрительно.

Ладно. При встрече с Бенито Кай расскажет ему о своих подозрениях. Попустило? Ну, более-менее. Но не до конца.

Недалеко от ворот, куда двигался Кай на выход, ему повстречался знакомый рыжебородый шахтёр по имени Руперт, идущий наперерез.

– Майк, привет! Погоди, – закричал ещё издали, – тебя Бенито зовёт!

– Для чего? – буркнул Кай недовольно.

Потому недовольно, что этот ведь Руперт с ним перестал здороваться. А как Родригес послал, так сразу «привет», «погоди».

– Если честно, то без понятия, – Руперт почесал бороду. – Но, по-моему, хочет, чтоб ты что-то там подтвердил. Связанное с этим, ну как его, Новым Зеоном.

– Хорошо. Где Бенито?

– Он в элитном квартале. Пойдём?

– Я и так туда собирался. Можешь остаться здесь.

– Погоди! – воскликнул рыжебородый. – Мне же тоже надо туда… Но меня без тебя не пропустят. Я ведь простой шахтёр... А ещё я хотел спросить… Ну, о той колымаге, ты понимаешь? Сам я на ваш приезд не успел, но ребята рассказывали…

До чего же прилипчивым сделался этот Руперт! И что его так впечатлило? Можно подумать, что его теперь звать Мэдисон.

Кай вполуха слушал пустопорожний трёп, сам же пытался думать о чём-нибудь позначительнее. Не получалось. Хоть тресни, не получалось.

Кай шёл быстрым шагом, даже шахтёр-здоровяк еле поспевал. И не мудрено, когда ведёт тебя раздражение.

Он спешил лишь до тех пор, когда три шахтёра, в развалочку идущие впереди, разом не остановились. Место было в точности посредине между двумя воротами Нового Бабилона. Идеально пустынное. Здесь, под Бабилонской стеной, крайне редко ходили пешком. Предпочитали ездить. А дорога для вездеходов как раз делала крюк.

Тут-то Кай и догадался что происходит.

12

Три шахтёра впереди медленно повернулись. Левым из этой троицы оказался Дьюи, правым – тот курносый тип, который его подначивал у моста. А вот в центре – хищно оскалился уголовник Буллит. Ясно как день: это он вдохновитель всего приключения.

Кай поспешно притормозил, но получил чувствительный толчок сзади от рыжебородого Руперта. Н-да, приехали.

Пробежав пару шагов по инерции, Кай вильнул в сторону и, прижавшись спиной к Бабилонской стене, вытащил револьвер. Хорошо ещё, получилось с первого раза.

Тут курносый в ответ на его решительные действия демонстративно заржал. Буллит тоже развесеелился. Он достал из кармана нож и нажал на кнопочку. Выехало лезвие.

И, растягиваясь полукругом, четвёрка озорников стала медленно приближаться. Отговаривать их? Бесполезно. Нужно просто открыть стрельбу. По главным мишеням.

– Знаешь, зачем ты здесь? – нарушил тишину Буллит.

– Денег вам надо. Но у меня ничего нет, – соврал Кай.

– Не знаешь, – констатировал Буллит. – А ножик видишь? Это орудие возмездия за дружка моего.

Кай щёлкнул предохранителем.

– Слушай, фраер, это ты нас будешь пугать незаряженной пукалкой? – резко возбудился курносый.

– Я зарядил уже, – с лёгкой заминкой сказал Кай. Это была правда, но ему почему-то никто не поверил.

– Зарядил – это хорошо! – гаденько усмехнулся Буллит, подступая. – Теперь ты будешь стрелять, а я тебя – резать.

Тут Кай выстрелил, и Буллит вдруг удивился. По всему, он представлял себе развитие ситуации как-то иначе. Но хватило и одного выстрела в лоб, чтобы угроза зарезать Кая потеряла всякую актуальность.

По курносому Кай дважды промазал. Тот, по счастью, бросился не на него, а куда-то вбок, на траве поскользнулся, упал, вскочил и, петляя, стал улепётывать. Кай решил больше пули не тратить. Этак выпустишь вдогонку обойму, а он вернётся.

Обернувшись к Руперту и Дьюи, Кай увидел до чёртиков перепуганные глаза и впервые услышал их крики – а ведь те кричали уже какое-то время: слух его уловил самые окончания сказанных фраз:

– …не виноваты!

– …угрожал, заставил!

Ах, ребята не виноваты. Ребят Буллит заставил, поскольку чем-то им угрожал. Вроде и всё послание. Но зачем же с такой силой драть глотки?!

В сильном раздражении Кай рявкнул:

– А ну молчать!!!

Потрясённые рудокопы притихли.

– Прочь… – Это сказал негромко, не заботясь, чтобы услышали. Но они уловили, выполнили.

Отбежав, оглянулись. В перепуганных глазах дрожали ростки уважения и благодарности.

Глава 19. Мимо бешенства коров,

или Что взять с крупного рогатого скота?

1

Родригес наконец-таки попал на приём к Флоресу. Впечатляющая вышла задержка. Сколько больших и малых событий в неё уместилось, кто бы сосчитал.

Кстати, мог бы и не попасть. Флорес его на приём строго говоря, так и не приглашал. Бенито пошёл на хитрость и явился к нему вместе с Лопесом. Ну, а если точнее, Лопес его как бы взял с собой.

Сложная вышла ритуально-квестовая игра «Как попасть к Флоресу».

Оказавшись в его кабинете, там где кресло напоминает трон, да настолько, что это сходство не скрадывается даже письменным столом, Лопес с Родригесом подождали, когда Флорес на них обратит внимание. Им не трудно, а Флорес, быть может, поверит в своё величие и не станет его доказывать.

Нет, ну утопия думать, что не станет. Станет, да ещё как!

Ведь на Лопеса Флорес внимание обратил, а на Бенито нет.

– Хуанито, рад тебя видеть! – произнёс начальник колонии, тщательно игнорируя всякого, кто не Хуанито.

Лопес поздоровался с Флоресом и оглянулся на Родригеса.

– Скажи ему, что я тоже пришёл, – предложил Бенито.

– Тут со мной к тебе – Беньямин Родригес… – Лопес даже рукой показал, как будто начальник колонии мог его не рассмотреть.

Хотя ясно как день: «не вижу» значит «не хочу видеть».

– Зачем, если я его не приглашал? –

Лопес оглянулся на него, и Бенито подсказал:

– Для отчёта.

– Да, – Лопес оттолкнулся от подсказки и вспомнил, – ты же сам говорил, что мне надо время от времени отчитываться. Ну, в руководстве Службой безопасности…

– И при чём здесь Родригес?

– Да при том, что я до сих пор в этой службе ни в зуб ногой! – это Лопес проговорил с возмущением.

– И кто тебе в том виноват? – ответно выразил раздражение Флорес.

– Ты, конечно! – Лопес не дал себя сбить. – Ты меня поставил руководить этой службой. Я не знаю, зачем: наверное, смеха ради. Чтобы я к тебе приходил дурак дураком, и не знал, что брякнуть!

Флорес покачал головой:

– Это не смех, это доверие. Ты не понимаешь. Я кроме тебя на этой дурацкой планете никому не могу доверять.

– И я знаю причину! – выпалил Лопес. – Просто мне не хватит ума, чтобы сплести против тебя интригу.

Флорес, подумав, кивнул:

– Где-то ты прав.

– Ну так вот. Мне не хватит ума и на что-то другое. Служба безопасности со мной во главе – кому это выгодно? Только Рабену. Чтобы только он здесь интриговал, и никакого контроля…

– С Рабеном я сам разберусь, – сказал Флорес. – У меня с ним другие дела. Да, непростые. Но он нужен, его сфера – экономика.

– Но он влазит в другие сферы, – сказал Бенито. Лопес повторил.

– У него был зуб на Родригеса, – пояснил Флорес. – Больше Родригес не начальствует, вопрос исчерпан.

– Он согласен, чтобы я был начальником, – произнёс Лопес. – И согласен мне помогать. И он мне нужен, как и тебе Рабен. Для чего? А чтоб за меня работать и в том отчитываться. Ты послушаешь, что он скажет, или мне за ним повторять?

2

Наконец-то начальство обратило свой прошеный взор. Ладно, к делу.

Кратко-тезисно, чтобы не быть остановленным, Бенито поведал о главном. О том, что доказывает: его службу нельзя шатать. Она слишком сейчас важна.

Для начала – о ксеношпионах. Тех, что ездят себе припеваючи по дорогам колонии. Пусть дороги и между заброшенными объектами, всё равно – какова наглость! Эта наглость свидетельствует о том, что шпионы чувствуют силу.

– Силу? – переспросил Флорес, интонационно выразив пренебрежение.

– На доставленный мной экипаж, – сказал Бенито, – можно полюбоваться во дворе. Разъезжать в таком по нашим дорогам – это значит, совсем не скрываться. Инициировать перестрелку – значит, не скрывать враждебных намерений.

– Из чего он стрелял? – заинтересовался Флорес.

– Стационарную пушку на транспорте я развалил. А в руках шпион держал это, – Бенито сгрузил на стол изъятые у многорукого существа три продолговатые штуковины.

– Как этим пользоваться?

– Я ещё не разобрался. Но это оружие. Точно. Лучше не нажимать.

– В этом сила? – Флорес опять усомнился.

– Думаю, сила в количестве.

– Так ведь только один случай. Одна встреча за много лет. Остальные получше прячутся?

– Я так думаю, стоит бдительнее следить за дорогами. Даже за теми, что нам сейчас не нужны. Ну а где основные силы? Может, и на соседнем континенте. Ведь туда до сих пор не ступала нога человека. Или, может, ещё на орбите крутятся – между модулями системы «Карантин».

– Ладно, в такое можно поверить. Что дальше?

Дальше – о Джерихоне и ассасинах. Прежде этих ребят запускали в лягушатник Эр-Мангали для отдельных убийств, одиночных мстительных актов. Но теперь они самоорганизовались и сомкнулись с джерихонским ворьём. Как итог – расширяют поле занятий. Занимаются крупными кражами артефактов.

– У меня?

– У Эрнандеса. В Лесной шахте под Джерихоном их тоже уже нашли.

Верно рассчитанный шаг. Флоресу может быть мало дела до каких-то там ассасинов. Но находки ксеновещиц его касаются лично. Ведь в Эрнандесе так легко утратить вассала и нажить конкурента.

– Ладно, что дальше?

Дальше Зеон. Что под именем Господа секта чествовала демона Асмодея, это Флореса заинтересует вряд ли. Но вот что будет любопытно – их церемония, пробуждение сил земли. У фанатиков не получилось возвести высоченный холм, но они под землёй пытались отыскать какой-то там Храм, и они его извлекли. Прямо из-под земли, с применением артефактов.

– И опять артефакты?

– Да, если в Джерихоне есть артефакты, то действует и их чёрный рынок, – пояснил Бенито само собой разумеющееся. – А Зеон их скупает уже в Содоме. В основном, за грибную дурь.

– Ладно, ясно. Так что они там извлекли?

– Некий Храм. Подробности неизвестны. Но нельзя исключать, что и там отыщутся артефакты. Как и в захоронениях.

– Значит, надо разведать! – строго сказал Флорес.

– Займёмся! – с готовностью согласился Бенито. – Разумеется, под руководством Хуанито Лопеса.

– Это всё?

– Ну, почти… – Родригесу не хотелось делать акцента на Адские гнёзда, но промолчать о них было бы всё же неправильно. – Есть одна странная мысль, которую надо проверить. Это на тему так называемых «Адских чудовищ»… Их на нашем, колонизированном континенте, есть несколько. Адская Собачина (была), Адская Змеючина, Адская Лошадина, Адская Свинючина, Адская Коровища, Адский Червь, Адский Проглот… Если отметить на карте их логова, то получится геометрически правильный ромб с точкой в центре – чуть выше Нашего Бабилона…

– Мало ли что за прозвища дали люди каким-то тварям! – ожидаемо иронично высказался Флорес. – Строить из них фигуры…

– Имена им даны за что-то, – перебил Родригес. – Я скажу, за что. Да, за дикую злобную мощь, но не только. За единичность в своём роде, за непобедимость, за долгую жизнь. Ведь на них пытались охотиться – не получалось. До недавнего времени – вообще ни с кем! Охотники только гибли почём зря. Или отступались – рано или поздно.

– Хорошо, допустим. И что? Что нам даёт этот ромб геометрический?

– Есть подозрение, что чудовища – рукотворные, – проговорил Бенито. – Расположены по строгому плану.

– То есть роботы? – изумился Флорес.

– Вовсе нет. Это, вроде бы, в прошлом простые звери, каждый из своего ксеновида… Только в логова их подложены артефакты. Некие «концентраторы», так сказать. Артефакты усиливают их мощь и живучесть.

– Артефакты… Опять артефакты! Ты нарочно, Бенито?

– Я к чему говорю? Я один такой видел. В логовище Собачины. Даже унёс оттуда, жаль, потом потерял…

Слово «потерял» вызвало у Флореса скептическую ухмылку, но Родригес имел нужный ресурс, чтобы её стереть. Он добавил:

– Кстати, я там был не один. В деловом сотрудничестве – между прочим, с людьми Рабена, так уж оно получилось. Диас и Маданес, они подтвердят. И Рамирес тоже. С ними мы прикончили Адскую Собачину и забрали её артефакт. Жаль, его увели в Содоме…

3

На волне впечатлений от загадок и бед современности самое время потребовать от начальства того, чего лучше озвучить Лопесу. Но сумеет ли изложить, как надо? Ой, не стоит загадывать!

– Я хотел бы, чтобы моих людей не прессовал Рабен, – произнёс Хуанито. Да, хорошо сказал.

– Это каких? – прищурился Флорес.

– Да любых. Но касается прежде всего Олафа Торвальдсена и Майка…

– Эссенхельда, – подсказал Бенито. Лопес продолжил:

– Олафа люди Рабена держат в подвале Башни Учёных. Майка тоже туда запихнут, если не вмешаться…

– Это да. Но Рабен сказал, что это теперь его люди. Провинившиеся перед ним.

– Ну, не знаю… – Лопес не сразу нашёлся. – Просто люди и нам нужны. Что же он у нас перехватывает…

– Рабен, – вмешался Бенито, – вербовал этих людей неоправданно жёстко. Жёстко настолько, что их формальное согласие не считается…

– Стоп-стоп-стоп! – остановил его Флорес. – На меня не надо давить. Я подумаю. На досуге.

– Просто все эти люди понадобятся Лопесу прямо сейчас, – не сдавался Бенито, хоть это, конечно, чревато. – Служба не справится с теми вызовами, которые я перечислил! Тогда как для Рабена вербовка чужих людей – лишь инструмент борьбы…

Флорес опять его прервал:

– Эй, Бенито!.. Ты умён, но кое-чего всё же не понимаешь… Да, я знаю, что ты бескорыстен, что печёшься о благе колонии, ну а Рабен совсем не таков. И я это учитываю. – Флорес усмехнулся. – Но тебе не в плюс!

– Почему?

– Хорошо, отвечу. Ты ведь чёртов утопист, Бенито! Ты предан какой-то абстрактной «справедливости», какую никто и нигде не видел и не увидит. А мне нужен кто? Человек, преданный лично мне!

– Рабен только себе предан!

– Да. Но он предсказуем. Я всегда точно знаю, чего хочет этот кабан. А с тобой, понимаешь, не так. То ли ты не печёшься о брюхе, то ли печёшься так, что мне незаметно. Этот утопизм подозрителен, и знаешь ли ты, почему? Мне мерещится, что ты до сих пор ждёшь героя. Пляшешь под шарманку Гарриса и ждёшь! К молодёжи зачем-то присматриваешься – что я, не знаю? Этот Майк Эссенхельд, например, кто он тебе, как не кандидат в мессии!

Наступила пауза. Флорес ждал. Нехотя Бенито ответил:

– Это правда. Хочется верить в сказку. Лично мне это помогает выжить.

– Твоя сказка о том, чтоб отсюда улететь. Чтобы герой нашёл способ. Это глупая сказка, Бенито. Неприемлемая для меня. Ты, Бенито, чёртов эскапист, а я… Я как дерево! Я пророс уже здесь. Я укоренился.

Да уж, подумал Родригес, в кресле начальника почти каждый укорениться рад. Он смотрел в глаза Флореса, а Флорес что-то прикидывал. Выгоды для дерева от утопистов? Если такие есть…

Что-то сказать об угрозах от лесозаготовителей? Нет, это слишком в лоб. И будет воспринято как твоя собственная угроза.

4

– Кстати… – вдруг вспомнил Флорес. – Ну как раз о твоих Адских Коровищах… – Он отодвинул стол, чтобы встать со своего трона, поднялся и на слегка деревянных ногах подошёл к двери, приоткрыл и гаркнул:

– Финьеса ко мне! Срочно.

Ну вот, с удовлетворением подумал Бенито. Тут же и пригодились. И не сказать, что простое совпадение. Здесь, на Эр-Мангали, постоянно что-то случается и требует реагирования. Просто когда нас нет, некого и позвать.

Флорес вернулся на трон и, чтобы не терять времени, заявил:

– Есть для вас дело на ферме Хоберманов. Где-то неподалёку.

– Да, чуть на север от Бабилона, – подтвердил Бенито.

Ну конечно, он знал ферму Хоберманов; ныне на Эр-Мангали фермерские хозяйства наперечёт. И все они обслуживают элитный квартал Бабилона… Значит, на флоресову кухню поставляют продукты Хоберманы?

В дверях показался толстяк Финьес. Флорес бросил ему:

– Что там на ферме с коровами? Излагай.

Финьес, навязчиво потирая ладонями передник, взялся за изложение. Хоберманы, как сказал он, если выправить излишнее косноязычие, ныне специализируются на молоке и молокопродуктах естественного происхождения. В этой сфере они монополисты. Именно они рискнули всем состоянием, чтобы импортировать на Эр-Мангали племенное стадо карликовых коров, особенно удобное в межпланетных поставках. Это стадо с тех пор умножилось, но при этом осталось имуществом только лишь Хоберманов, потому что они не желали терять монопольный статус. Приростало стадо – они расширяли ферму. А потом их коровы сошли с ума. Всё.

– Как всё? – возмутился Флорес. – Ты же сам говорил, что какая-то Адская Коровища повлияла на этих коров!

– Это не я! – замахал руками Финьес. – Это молочник ихний. Он приехал рассказать, почему молока нет. Говорил, тварючина какая-то коров ежедневно пугает, вот они и обезумели, теперь травы не едят, дояров не подпускают, бодают стенки загонов и всё такое. А тварючину ту отогнать нельзя, людям, как подходят, самим страшно. Издалека смотрят. И вроде, опасно её даже упоминать – как бы не появилась!

– Так тварючина или Коровища? – Флорес поднял бровь.

Вместо Финьеса дал справку Бенито.

– Если на ферме Хоберманов, это не Коровища. Свинючина, скорее всего. А Коровища далеко на юге. К нам она не станет бежать. Тем более, что с коровами колонистов у той жуткой ксенотвари нет никакого сродства.

Флорес хмыкнул:

– Ладно, вижу, ты в курсе. Значит, пошли людей разобраться… – повисла пауза, так как Флорес осознал, что не тому из посетителей дал задание.

– Лопес пошлёт, – подсказал Бенито.

– Хорошо, распоряжусь, – подтвердил Лопес. И собрался уже уходить, но Родригес его дёрнул за рукав: рано.

А Флоресу Бенито сказал:

– Обязуюсь лично проследить за выполнением. Только есть два нюанса, даже три. Первый: чтобы успешно добраться до фермы Хоберманов, нам понадобится проверенный в деле водитель. Чем быстрее выпустят Олафа, тем быстрее поедем. Второй: чтобы понять логику поведения ксенотвари, нам понадобится ксенозоолог Майк Эссенхельд. Это значит, на него никто не должен претендовать. И третий: нам понадобится вездеход.

Флорес изумился:

– А с вездеходом-то что?

– Новый начальник над профсоюзом транспортников, некий Игнасио Ибаньес-как-его-там, заявил мне, что будет чинить препятствия получению вездеходов для нашей службы. Я не спорю, – Бенито едва сдержал выползающую на лицо саркастическую ухмылку, – что этот Ибаньес как водитель наземного транспорта компетентней, чем наш Эстебан. Однако считаю необходимым обязать его выдавать нам вездеходы под угрозой какой-нибудь кары.

5

Дальше что? Дальше пошло быстро. Бенито и Лопес, как только договорились о спасении Олафа, так и пошли его вызволять к Башне Учёных. Их сопровождал один из телохранителей Флореса, чтобы подтвердить принятое решение.

Олафа нашли в одной из подвальных камер. Был он сравнительно бодр, хотя и извёлся со скуки за время своего заточения. Никто его не пытал, хотя пару раз угрожали пытками. Дескать, вот-вот начнутся, придёт настоящий палач, он и займётся им. Но настоящий палач не дошёл. Диас и Маданес могли бы его и сами отделать, но то ли ленились, то ли брезговали, а может (кто знает) верили в непотопляемость Бенито.

Выпустив Олафа на свет, тут же, не мешкая, послали телохранителя к новому начальнику транспорта Ибаньесу с важным устным сообщением. Припозднишься – и в гараже не дадут вездеход, а сейчас не дадут, так и потом не вспомнят.

– Как кормили? – будто невзначай Бенито спросил у Олафа.

– Очень вкусно. Финьес молодец.

– Не молодец, а засранец! – поправил Бенито. Ведь соврал же ему, соврал! Дескать, нет никого в подвале…

Ну да ладно, дело-то прошлое. А на будущее выводы сделаны.

В этот миг подошёл Кай Гильденстерн в слегка расстроенных чувствах. Оказалось, что сразу за стеной Бабилона на него напали с целью зарезать. Главного бандита он положил из «меноры», остальных распугал. Но и сам напугался до полусмерти, не без того.

Бенито сказал:

– Нам придётся сейчас поехать мочить одно Адское чудовище. Ты как, с нами?

– На ночь глядя? Ну, раз надо, поехали… – без горячего энтузиазма, но и без ужаса в глазах. Это хорошо.

– Ну а ты, – к Олафу, – после пыточного подвала сможешь вести вездеход?

– Попытаюсь! – захихикал тот.

– И я с вами, – присоединился Лопес, – начальство я, или кто?

– Что ж, – молвил Бенито, оглядываясь на компанию. – Полчаса у нас есть. Раньше вездеход не получим, да и самим заправиться нужно. Предлагаю всем отправиться в кафе и поужинать… Хуанито, ты в элитном квартале старожил, знаешь здесь какое-то славное место? Кухню Финьеса не предлагать – я на него злюсь.

Лопес кивнул:

– Хорошо, пойдём. Только в лучших местах здесь всё равно его кухня.

– Но не везде же он появляется лично!.. Да, Хуанито, тебе, как начальнику, открою один секрет. Этот парень, Майк Эссенхельд, ценный сотрудник, но его нужно кормить. Справишься? Просто он мало что ест, а выбирать ленится, вот и ходит, как призрак голодный… Ты его иногда посылай с поручением просто поесть!