Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

Глава 7

Армия барона Шваба приближается к Динино, и перспектива подставляться под орудийный и минометный огонь в заведомо проигранном сражении меня совершенно не вдохновляет. Собственно, мы с Шелой и не обязаны этого делать, но стоять в стороне и пассивно наблюдать за развитием событий я тоже, само собой, не собираюсь. В конце концов, я ведь лейтенант тайной службы, а не строевой офицер, и мое направление – это спецоперации. Да и полномочия у меня сейчас такие, что командовать мной здесь и сейчас не может никто, как и запретить мне действовать так, как я посчитаю нужным.

До подхода основных сил противника у нас примерно сутки. Этого вполне достаточно, чтобы успеть организовать людям барона Шваба теплую встречу. Впрочем, устраивать его солдатам кровавую баню в мои планы не входит. Как бы то ни было, не они принимали решение о вторжении в земли соседа, хотя совсем уж невиновных и непричастных на войне, как правило, не бывает. И всё же действовать я собираюсь достаточно избирательно, но при этом полностью отдаю себе отчет в том, что если что-то пойдет не так, об этой избирательности мне придется немедленно забыть.

Для начала я вспоминаю идею, пришедшую мне в голову перед отъездом из города, и связываюсь с союзниками.

– Ло, мне нужна помощь.

– Рассказывай, – в голосе десантницы звучит интерес. После истории с дубом, взорванным и сожженным единственной пулей, выпущенной из примитивного земного оружия, она, похоже, ждет от меня нового подобного сюрприза.

– На этот раз ничего сверхъестественного. Ты уже в курсе, что наши патроны – жуткое барахло, регулярно дающее осечки. Можешь просветить наш с Шелой боезапас сканерами разведчика и отбраковать некачественные патроны?

– Это скорее для Кана задачка, он ведь у нас инженер-оружейник, – чуть разочарованно отвечает Ло. – Кан, что думаешь? Можно использовать Дрон таким способом?

– Задача вполне решаемая, но потребуется время на настройку и калибровку. Много патронов нужно проверить?

– Полторы сотни СП-5 и СП-6 к Валу, штук сто к пистолету-пулемету Шелы и почти триста в ленте к пулемету, установленному на крыше дилижанса.

– Сделаем. Только разложите их так, чтобы я мог подвесить над ними дрон, а потом назвать номера бракованных патронов в рядах. Пулеметную ленту можно положить, как есть. Просто растяните её во всю длину.

Шела молча достает из рюкзака магазины и начинает выщелкивать из них патроны. Отец Игната выделил нам с ней просторный двухкомнатный номер в принадлежащей ему небольшой таверне, предназначенной для размещения приезжих торговцев. Места здесь вполне достаточно, и Шела раскладывает патроны прямо на полу.

Спускаюсь во двор к дилижансу и приношу пулеметную ленту. Союзница к этому моменту уже заканчивает разбираться со своим боезапасом.

– Давай сюда свои магазины, – требовательно произносит Шела, забирая у меня ленту. – Я всё сама дальше сделаю, а ты лучше займись накачкой патронов темной энергией. У тебя их всего пять штук, а этого явно не хватит. Я же по твоим глазам вижу, что ты уже что-то задумал.

Шела, безусловно, права, и я с ней не спорю. Модифицированных патронов у меня действительно немного. Процесс придания им новых свойств с помощью скрытой силы оказался не только болезненным, но и весьма утомительным. Если после создания первого экземпляра, я на адреналине и азарте чувствовал себя достаточно бодрым, то уже второй дался мне намного сложнее. Сознания я не потерял, но зато почувствовал такую слабость, что почти сразу вырубился и проспал целый час. Последующие попытки закончились подобным же образом. Разве что время, необходимое для восстановления сил, немного сократилось, но всё равно модифицировать больше одного патрона в пятьдесят минут я пока не могу.

Выяснилась и ещё одна странная особенность. В руках Шелы мои модифицированные боеприпасы работать отказываются. Вернее, они просто ведут себя, как самые обычные патроны, и не более. По этому поводу сразу возникает множество вопросов. Что будет, к примеру, если из моего Вала попробует выстрелить другой землянин, обычный человек? А если это будет морф? Ещё интереснее, сможет ли воспользоваться таким оружием Тапар.

Ответов нет, а провести необходимые эксперименты пока не представляется возможным, но то, что для Шелы новые патроны бесполезны, уже понятно. Есть у меня гипотеза, что использовать такие боеприпасы может только тот, кто их создал, но пока это не более чем предположение, и оно вполне может оказаться ошибочным.

* * *

Шела прошла очень хорошую подготовку, но всё равно чувствуется, что в первую очередь она аналитик, и только потом боец. Сейчас мне в напарницы куда больше подошла бы Ло, и я даже всерьез собираюсь предложить Шеле остаться в Динино. Вот только мои намерения, похоже, слишком хорошо читаются на моем лице.

– Можешь даже не начинать, – бросает на меня короткий взгляд союзница. – Один ты никуда не пойдешь. Если бы тогда, в лагере лихих людей, меня не было рядом, ты бы оттуда не вернулся. А сейчас нам будет противостоять не бандитская вольница, а организованная сила, спаянная армейской дисциплиной.

Иногда очень сложно спорить с умной женщиной, хорошо умеющей формулировать свои мысли. Особенно если она настолько привлекательна. И втройне непросто, когда она при этом ещё и права. А то, что я не хочу вести её за собой под пули, для Шелы не аргумент. Она слишком верит в свои высокотехнологичные игрушки – генератор маскировочного поля и силовой щит. Однако, не стоит забывать, что при определенной плотности огня его может надолго и не хватить, но её это, похоже, не слишком волнует.

– Шела, в лагере бандитов нашими противниками были два сильных морфа, – привожу я последний аргумент в защиту своей точки зрения. – Именно они создали нам главные проблемы.

– А кто тебе сказал, что в армии барона Шваба таких морфов не будет? – легко отметает мое возражение Шела. – Ну может, не уровня Слуцкого, но тоже с серьезными способностями.

– Не спорь с ней, Сергей, – влезает в наш диалог Ло. – Ты разве не видишь, что это бессмысленно? Лучше просто не лезь в такие места, откуда велик шанс не вернуться. На то тебе и дана голова. Довольно неплохо соображающая, к слову. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление, и будет лучше, если ты своими действиями не заставишь меня думать, что я в этом ошиблась. Кстати, ты не находишь, что пора бы уже поделиться с нами своими идеями?

– Нахожу. Мы выходим через час и выдвигаемся навстречу наступающей армии барона Шваба, а дальше действуем по обстановке. Мы с Шелой по здешним меркам практически идеальные диверсанты, так что именно диверсиями и займемся. Главные цели – артиллерия, минометы и морфы. Без этих трех составляющих армия противника завязнет под стенами Динино очень надолго.

– А бронемашины?

– Если подвернется случай, можно отработать и по ним, но что-то мне подсказывает, что это будут самые сложные цели. Те самые, соваться к которым по-настоящему опасно. Шела, сколько твой щит выдержит попаданий из тяжелого пулемета или тридцатимиллиметровой пушки?

– Лучше не проверять, – отвечает за Шелу Кан. – Тут и одного снаряда может хватить. Сам щит скорее всего устоит, но всю энергию удара он точно не погасит. Это всё-таки индивидуальное защитное устройство скрытого ношения, а не генератор силового поля боевого скафандра. Легкие пули и осколки щит держит надежно, а на большее он просто не рассчитан.

* * *

Привезенные из Каиновой чащи артефакты я оставляю на хранение майору Левандовскому, а непосредственным ответственным за доступ к ним назначаю сержанта Кротова. Он теперь единственный мой подчиненный, если не считать Шелу, да и со всех точек зрения именно он подходит на эту роль наилучшим образом.

Выйти ровно через час у нас не получается. О цели нашего рейда всё-таки приходится поставить в известность подполковника Горского. Возражать он не пытается, но и помощи никакой не предлагает, хотя мог бы. Левандовский, кстати, к моим планам относится с куда большим пониманием и выражает готовность поделиться боеприпасами из своего довольно скромного арсенала. Я не отказываюсь, но стараюсь не наглеть – стражникам тоже нужно чем-то воевать. Ограничиваюсь парой гранат со съемной осколочной рубашкой. Оригинальная конструкция, наталкивающая на довольно интересные мысли.

Дилижанс остается в Динино. Скрытности он нам точно не добавит, а необходимую мобильность вполне обеспечат и обычные лошади. Установленный на крыше пулемет оставлять, конечно, жалко, но он слишком тяжел для наших целей. Впрочем, мы ведь планируем сюда вернуться, так что наше транспортное средство нам ещё вполне может пригодиться.

Выехав из Динино, мы какое-то время движемся по тракту. Разведчики барона Шваба сюда уже добрались, но мы делаем вид, что не знаем об их присутствии.

Тапар скидывает мне по ментальному каналу картинку с видом сверху на участок тракта между Кисловкой и Динино. Армия барона Шваба уверенно продвигается вперед, оставив в тылу несколько заблокированных небольшими отрядами деревень. Две из них уже предпочли без боя открыть перед захватчиками ворота, так что, судя по всему, случай бывшего шерифа Кисловки был не единственным, нашлись и другие предатели. В отличие от них, власти Кисловки сдавать деревню, похоже, не собираются, но вряд ли это способно оказать серьезное влияние на общую ситуацию.

– Орудия, минометы и обе бронемашины Шваба движутся в центре колонны под серьезной охраной, – комментирует Шела, получающая на свои контактные линзы изображение со сканеров летающего разведчика. Справа и слева их прикрывают сильные боковые дозоры. Под маскировкой мы их легко обойдем, но если решим нанести удар по основной колонне, окажемся в ловушке, и отходить придется с боем.

Всё это так, однако есть ещё пара факторов, которые обязательно нужно учесть.

– Тапар, много у них морфов? – задаю вопрос вслух на общем канале. Тайкун к нему тоже подключен.

– Мой голем не в состоянии определять наличие способностей к управлению скрытой силой, – после секундной паузы отвечает тайкун, – но я могу отследить людей, несущих с собой наши старые конструкты.

– Они могут быть у кого угодно. У нас многие используют амулеты в качестве талисманов, якобы приносящих удачу.

– Тогда имеет смысл выделить только конструкты высокого ранга. Как я понимаю, такие артефакты у вас стоят очень дорого, и вряд ли кто-то станет покупать их в качестве сувениров.

– Да, это вполне подходящий метод.

– Тогда подожди немного, мне понадобится несколько минут.

Оставляю Тапара заниматься поиском высокоранговых артефактов и обращаюсь к инженеру союзников.

– Кан, можете сказать, есть ли у людей барона Шваба функционирующие устройства, собранные из фрагментов ваших устройств имперских времен?

– Если они в данный момент активны, разведчик их легко обнаружит, – уверенно отвечает инженер.

– А выключенные?

– Тоже можно найти, но это потребует значительно больше времени.

– Нам с Шелой нужны эти данные. Без них планировать операцию слишком рискованно.

– Сделаю. Как будет готово, сразу сообщу.

Минут через десять начинает вырисовываться более полная картина, и она меня совсем не радует. Наш агрессивный сосед, судя по всему, готовился к этой войне давно и весьма основательно.

То, что в баронстве Шваба уклон делается на работу с артефактами кибов, мне стало понятно уже достаточно давно. Поэтому я ожидал увидеть в рядах его армии значительное количество бойцов, оснащенных гибридами нашей земной техники с устройствами, изготовленными предками Шелы, Ло и Кана. Эти ожидания вполне оправдались, но общий расклад оказался не совсем таким, как я предполагал. Морфов в армии вторжения тоже хватает, и у некоторых из них при себе имеются очень опасные конструкты. Одних только боевых жезлов голем Тапара обнаружил пять штук. И это не считая множества амулетов самого разного назначения и десятка специфических артефактов вроде моего шара или куба, которым пользовался морф банды лихих людей, заставивших Данжура быть их проводником в Каиновой чаще.

Увиденное поначалу ставит меня в тупик, но происходящему быстро находится объяснение. Достаточно внимательнее присмотреться к знакам различия наиболее богато экипированных морфов противника, и становится ясно, что граф Волжский решил помочь своему вассалу не предоставлением крупного воинского контингента, а выделением в его распоряжение небольшого числа уникальных специалистов, способных усилить именно тот компонент армии вторжения, в котором она может оказаться слабее обороняющейся стороны.

Очень разумное решение. Такое участие графа в конфликте вассалов не слишком бросается в глаза, а вот эффект может дать весьма существенный. К тому же Волжский явно рассчитывает обойтись без потерь среди своих людей, надеясь сделать всю грязную работу руками бойцов барона Шваба. Судя по тому, что почти все морфы движутся в самой защищенной части колонны, их собираются беречь и использовать только для поддержки войск с безопасной дистанции. Наверняка это жесткое условие, поставленное графом Швабу, и барон будет всеми силами стараться его выполнить. Наша же с Шелой задача – сделать так, чтобы у него с самого начала всё пошло совсем не так, как планировалось.

На самом деле, морфы и бойцы со сканерами, собранными из уцелевших фрагментов техники кибов – это большая проблема для организаторов любой засады. Моё чувство опасности – штука не такая уж уникальная. В той или иной степени им обладают многие морфы, а значит, к примеру, закладка фугасов в такой ситуации вообще не вариант. Против торгового каравана или даже небольшого армейского отряда, в составе которого нет морфа с нужной способностью, фугас – очень опасная штука, но в данном случае это бы не сработало, так что, собираясь в рейд, я подобный вариант даже не рассматривал. Конечно, тогда я считал, что сильных морфов в армии Шваба будет немного, но и техников со сканерами вполне хватило бы для обнаружения любых мин. Ну, не совсем любых, конечно, но уж точно всех, доступных защитникам Динино.

– Атаковать хорошо защищенный центр слишком рискованно, – делает вывод из собранных данных Ло, и я с ней полностью согласен. – Нужно как-то заставить самых опасных морфов и техников со сканерами выдвинуться в головную часть колонны.

– Если устроим какую-то провокацию, потеряем эффект внезапности, – с сомнением в голосе возражает Тапар.

– Не потеряем, – я поддерживаю идею Ло, поскольку в ней явно содержится рациональное зерно. – Эффект неожиданности будет заключаться не в самой атаке на колонну. К тому, что различные засады и прочие партизанские вылазки вполне возможны, противник готов и скорее удивится, если их не будет. Главным сюрпризом для врага должны стать возможности нашего оружия и снаряжения, причем в полной мере мы задействуем их далеко не сразу. Пусть почувствуют опасность, но решат, что вполне в состоянии с ней справиться.

– Разумный план, – соглашается Шела. – Можно начать с разведчиков, идущих вдоль тракта, или сразу с головного дозора.

– Разведчиков лучше нейтрализовать, – первым отвечает Тапар. – Если этого не сделать, в штабе противника быстро поймут, что имеют дело с диверсантами, обладающими продвинутыми средствами маскировки, а исчезновение разведчиков наоборот заставит врага вас недооценивать, считая, что без их ликвидации подобраться к тракту незаметно вы бы не смогли.

* * *

Ездить в десантном отделении броневика Олегу Волжскому никогда не нравилось. Несмотря на все усилия механиков, там изрядно пованивало топливом, да и трясло на ухабах тоже достаточно неприятно. Виконт понимал, что ближе к зоне боевых действий ему всё-таки придется забраться под броню, но пока он предпочитал двигаться верхом. Его телохранителям и дополнительной охране, выделенной бароном Швабом, решение Олега не слишком нравилось, но возражать сыну графа пока никто не решался.

Виконт надеялся, что война долго не продлится. Отец сделал всё, чтобы барон Шваб смог быстро подавить сопротивление армии проявившего нелояльность вассала. Восемь морфов, выделенных им для помощи бойцам Шваба, должны были, по его замыслам, полностью нейтрализовать возможное противодействие со стороны шевалье Юрьева и других морфов барона Самарова. В целом Олег Волжский в правоте отца не сомневался, но считал, что недооценивать противника нельзя.

Первые сутки вторжения не принесли неприятных сюрпризов. А вот приятные как раз случились. Как оказалось, начальник службы тайных операций барона Шваба не зря получал свое очень внушительное денежное довольствие. Две приграничные деревни сдались без сопротивления, и в этом однозначно была заслуга его агентуры. Впрочем, таких деревень могло быть и больше, но контрразведке барона Самарова удалось частично разрушить хорошо выстроенную агентурную сеть. В итоге ту же Кисловку пришлось блокировать и обходить, что создало некоторые неудобства для армии вторжения.

Конечно, заблокированные деревни можно было взять штурмом, причем даже без высоких потерь, но Олег, ссылаясь на волю отца, настоятельно не рекомендовал барону Швабу так поступать. Штурм означал неизбежные разрушения, пожары и гибель мирных жителей, а терять столь ценное имущество граф не хотел. Людей после Чужой войны и так осталось очень мало, и, несмотря на некоторый прирост населения, они всё ещё оставались очень дефицитным ресурсом.

Скорость движения колонны неожиданно замедлилась, и вскоре она совсем остановилась. Впереди явно возникла какая-то заминка. Броневик Олега двигался ближе к хвосту колонны, так что информация о причине задержки добралась до него чуть позже, чем до штаба армии, следовавшего в центре. Тем не менее, генерал Хартман, назначенный Швабом командовать силами вторжения, почти сразу отправил к виконту офицера с докладом.

– Ваша милость, – почтительно обратился к Олегу прибывший лейтенант, – командующий приказал проинформировать вас о нападении на наш головной дозор. Судя по всему, диверсанты готовили засаду, но были обнаружены и вынужденно открыли огонь не по самой колонне, а по дозору.

– Нападавшие уничтожены?

– Нет, ваша милость. Противник ограничился ударом с большой дистанции и немедленно отступил в небольшой перелесок. Мы организовали преследование, но пока результатов нет.

– Почему наша разведка, следовавшая вдоль тракта, ничего не обнаружила?

– Разведчики попали в засаду и были бесшумно ликвидированы диверсантами, ваша милость. Их тела обнаружила в зарослях наша группа преследования.

Олега сильно раздражало, что информацию из лейтенанта приходится тянуть клещами, но он старался этого не показывать, проявляя чудеса терпения.

– Что известно о противнике? Какое оружие применялось и каковы наши потери?

– Дозор был атакован группой из двух человек. Удар по нашим людям нанес морф, использовав для этого неустановленный конструкт тайкунов. Внешне его выстрел выглядел, как мощный электрический разряд, напоминающий удар молнии. Погибли наш морф, специализировавшийся на поиске мин и фугасов, и техник-оператор, проверявший путь с помощью сканера. Ни тот, ни другой ни о какой опасности не докладывали. Ещё двое дозорных получили ожоги разной степени тяжести.

– Лейтенант, вы же только что мне сказали, что противник был обнаружен дозором. Как тогда понимать ваши слова о том, что морф и техник ничего не видели?

– Ваша милость, таких подробностей в докладе командира дозора не было, но, судя по всему, диверсантов что-то спугнуло и заставило преждевременно нанести удар. Возможно, они поняли, что обнаружены, но погибшие просто не успели предупредить своих товарищей об опасности.

– Хорошо, лейтенант, вы свободны. И передайте генералу Хартману, что я жду информацию о результатах преследования нападавших.

– Слушаюсь, ваша милость.

Глядя вслед удаляющемуся вестовому, виконт напряженно размышлял об услышанном. Только что случившийся инцидент нельзя было считать чем-то исключительным. Попытки нападения на колонну ожидались и предусматривались изначальным планом, но именно эта атака оставляла чувство какой-то неправильности. И дело даже не в том, что в ней принимал участие, как минимум, один сильный морф. Олегу не нравилось то, что целью был выбран головной дозор, а не основные силы колонны. Обычно при устройстве засады дозор как раз стараются пропустить, а тут он был намеренно атакован.

В то, что диверсанты действительно были обнаружены и только поэтому открыли огонь по головному дозору, виконт не верил. Если уж они смогли без шума нейтрализовать хорошо подготовленных разведчиков, тоже оснащенных сканирующими устройствами, то и идущий по тракту дозор вряд ли мог их засечь до выстрела. А это означает, что враг намеренно хотел вывести из строя морфа и техника-оператора. Зачем? На первый взгляд ответ очевиден. Где-то впереди колонну ждет более серьезная засада, причем, возможно, организованная с применением мин и дистанционно управляемых фугасов, и противник намерен уменьшить вероятность её обнаружения.

Виконт не сомневался, что генерал Хартман после этого инцидента усилит головной дозор и вышлет дополнительные группы разведчиков для проверки местности по обе стороны тракта, но справятся ли его люди с возникшей проблемой? Судя по всему, диверсанты хорошо подготовились к атаке и тщательно продумали свою тактику. На то, что группе преследования удастся их догнать, Олег совершенно не рассчитывал. Вывод из этого следовал не слишком утешительный. Если ничего не предпринять, атаки будут повторяться, и армия вторжения понесет новые потери, причем жертвами ударов станут не рядовые бойцы, а ценные специалисты, которых у Хартмана не так уж много.

Увы, морфы и техники барона Шваба не дотягивают до уровня, который позволил бы заранее обнаруживать столь хорошо экипированных диверсантов, и замена выбывших спецов на новых, скорее всего, ничего не изменит. Они и дальше будут нести бессмысленные потери. Переломить ситуацию могут только качественные изменения, а морфы нужного уровня есть только в подчинении Олега.

Принимать скоропалительные решения виконт склонен не был, и прежде, чем что-либо предлагать генералу Хартману, он решил дождаться возвращения группы, отправленной преследовать нападавших. Однако события начали развиваться по другому сценарию. Новый инцидент произошел ближе к центру колонны, и на этот раз виконт услышал звуки заполошной стрельбы слева от тракта. Колонна вновь остановилась, и бойцы барона Шваба в соответствии с уставом изготовились к отражению атаки с фланга, которой, как и ожидал Олег, так и не последовало.

Минут через десять с сообщением от генерала прибыл всё тот же лейтенант.

– Ваша милость, произошло новое нападение. На этот раз атакован боковой дозор.

– И вы опять потеряли морфа и техника? – В том, каким будет ответ, Олег почти не сомневался.

– К сожалению, да, ваша милость.

– А что с группой, отправленной преследовать диверсантов?

– Она пока не вернулась.

– И вряд ли вернется без потерь, если, конечно, кто-то из ваших бойцов ещё жив, – настроение виконта быстро портилось. Столь рано задействовать морфов, выделенных ему отцом, Олег не планировал, но обстоятельства складывались так, что других вариантов уже не просматривалось.

Не услышав в словах виконта ни конкретного вопроса, ни приказа, лейтенант ничего отвечать не стал и просто продолжил ехать рядом с Олегом, ожидая дальнейших распоряжений.

– Ваша милость, разрешите высказаться по ситуации? – К Олегу и лейтенанту подъехал Илья Шкворин, сильнейший из морфов, отправленных графом Волжским с армией вторжения. Судя по всему, он слышал доклад вестового и уже успел сформировать на этот счет собственное мнение.

Одежда, выражение лица и экипировка этого уже далеко не молодого аристократа с первого взгляда говорили о том, что с этим человеком стоит общаться крайне почтительно, а раздражать его может оказаться весьма опасным занятием. Лейтенант даже как-то подобрался при его приближении.

– Слушаю вас, Илья, – благосклонно кивнул виконт. К Шкворину он относился с большим уважением, во многом основанном на том, что его очень ценил сам граф Волжский. Самым сильным морфом графства Шкворин, безусловно, не являлся, но зато обладал обширными знаниями и опытом в обращении с конструктами тайкунов, что во многих случаях оказывалось важнее чистой силы.

– Если мы не хотим, чтобы армию генерала Хартмана серьезно ослабили ещё на марше, с этими диверсантами нужно разобраться быстро и как можно более жестко.

– Что вы предлагаете?

– Нужно усилить головной и боковые дозоры нашими людьми. Составим три пары из одного боевого морфа и одного спеца по сканированию и маскировке в каждой. Следовать они будут не в составе дозоров, а чуть ближе к основным силам армии. На дистанцию обнаружения противника это повлияет не сильно, а вот шансов попасть под первый удар диверсантов у них будет намного меньше.

– А тыловое охранение? Противник может попытаться нанести удар и по хвосту колонны.

– Людей у нас мало, так что туда придется оттянуться нам самим. Мы со Сватовым останемся с вами и возьмем на себя контроль тыла.

План Шкворина выглядел вполне соответствующим сложившейся ситуации. Олег решил довериться его опыту и не стал вносить в него никаких изменений.

– Лейтенант, передайте генералу Хартману, что я выделяю своих людей для усиления дозоров. В течение десяти минут наши морфы прибудут к штабному броневику. Мне необходимо, чтобы командиры дозоров получили приказы выполнять все их распоряжения. Это всё.

– Будет исполнено, ваша милость, – вестовой немедленно бросил лошадь в галоп, догоняя идущий в центре колонны броневик генерала.

* * *

Первая фаза нашей диверсионной деятельности проходит без неожиданностей, если, конечно, не считать того, что нам приходится изрядно побегать. Впрочем, это занятие для меня более чем привычно, да и физической подготовкой Шелы, похоже занимался очень вдумчивый инструктор. Я, кажется, даже знаю, как его зовут. Вернее, её.

Пара разведчиков, проверяющих подходы к тракту слева от головного дозора, даже не успевает ничего понять. Из-под полога скрытности, создаваемого амулетом Топара, Вал стреляет совершенно бесшумно. Патроны я, само собой, использую обычные. Модифицированных у меня всего десять штук, и я берегу их для совершенно других целей.

Головной дозор колонны состоит из девяти всадников. Двоих из них Ло и Тапар выделяют, как морфа и техника. Оба заняты тем, что проверяют сам тракт и его обочины на предмет смертоносных сюрпризов. Иногда они отвлекаются от этого занятия и проходятся сканирующим излучением по прилегающим к дороге зарослям, но делают они это не слишком часто, доверяя, видимо, идущим по бокам разведчикам.

Морф и техник едут рядом. Судя по всему, так им проще указывать друг другу на подозрительные объекты или участки местности. Меня это более чем устраивает – не придется стрелять дважды. Для удара из засады я решаю использовать жезл, возвращенный мне Тапаром. Как и обещал тайкун, конструкт откликнулся на мое прикосновение, и демон, хоть и неохотно, смог установить с ним контакт и заставить работать в общей сети моих артефактов. Правда, взаимодействие получилось весьма ограниченным, но, в принципе, для моих целей хватает и этого.

Жезл высшего адепта школы Грозы при детальном изучении оказался хоть и довольно мощным, но не слишком дальнобойным. Как личное оружие военачальника довольно высокого ранга, он не предназначался для боя на дальних дистанциях. У нас генералы тоже довольно редко вооружаются автоматами или снайперскими винтовками. Тем не менее с сотни метров мой конструкт вполне способен надежно поразить такую цель, как пара едущих рядом всадников.

Достать морфа и техника из автомата было бы намного проще, но зато далеко не так эффектно, а именно внешний эффект нам сейчас и нужен. Молния, внезапно ударившая в центр группы едущих по тракту всадников, выглядит устрашающе. На месте цели с громким треском вспухает огненный шар. Морфа и техника он поглощает полностью, а остальных бойцов дозора разбрасывает в стороны ударной волной. На их счастье, она не настолько сильна, чтобы причинить им серьезные травмы, а осколков взрыв почти не порождает.

Сразу после выстрела я начинаю отход по заранее спланированному маршруту. Шела ждет меня метрах в двухстах выше по склону, готовая при необходимости прикрыть мое отступление огнем, но эта предосторожность оказывается излишней. Своими силами уцелевшие дозорные преследовать нас не решаются, ограничившись стрельбой наугад куда-то в мою сторону, а когда к ним на помощь подходит крупный отряд, мы с Шелой уже успеваем уйти достаточно далеко.

Одного нападения для достижения наших целей оказывается недостаточно. Пока противник воспринимает нас, как вполне ожидаемую опасность, методы борьбы с которой хорошо известны и давно отработаны. За нами высылают погоню, и она довольно быстро находит наши следы. Мы специально отходим, сильно уменьшив плотность маскировочного поля и полога скрытности, что и позволяет преследователям засечь направление нашего отступления. Однако движемся в таком режиме мы не слишком долго. В полутора километрах от тракта мы снова возвращаем маскировку в штатный режим и устраиваем новую засаду, в которую преследователи успешно и попадают. На этот раз обходимся без внешних эффектов, и отправленная по нашему следу группа бойцов тихо прекращает свое существование вместе с приданными им морфом и техником.

Вот теперь враг должен начать нервничать, но мы решаем не ждать пока командование противника обеспокоится пропажей группы преследования и отправит новых разведчиков выяснять её судьбу. У нас есть ещё несколько целей на выбор, и мы решаем остановиться на ближайшем к нам боковом дозоре. Нападаем мы точно по тому же сценарию, что и во время атаки на головной дозор, давая противнику понять, что можем так терроризировать его армию достаточно долго.

Больше за нами преследователей не высылают, зато в армии вторжения начинается нервная суета, и в какой-то момент мне начинает казаться, что сейчас её командование развернет часть своих бойцов в густую цепь и отправит их прочесывать ближайшие заросли и перелески. Бред, конечно. Нас таким способом отследить и поймать всё равно не получится. Да и не будет противник так поступать, но странная мысль откуда-то возникла. Не иначе опять выверты чужой памяти.

На самом деле враг собирается поступить иначе, намного разумнее и рациональнее. Доклад вестового Олегу Волжскому и его разговор с одним из морфов, отправленных графом на помощь барону Швабу, мы с Шелой слушаем в реальном времени. Дрон, висящий в воздухе над колонной, транслирует его в наш общий канал связи.