Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

– Вот и я, Ель… Ваше величество, ей то же самое говорю, уж сколько лет, – прогудел он, оттаскивая меня от жены и заключая по-медвежьи сильные объятия. У меня аж косточки затрещали, – наша Елька не из тех, кто годами зло в себе тешит. Давно забыла и простила обиду.

– Гриха, – простонала я, – пусти, окаянный! Раздавишь же! Вот медведь! Что двадцать лет назад, что сейчас…

– Это вы, величество, еще старшего нашего не видели, – хохотнул старый друг, – вот он уж ежели обнимет, то точно все кишки выдавит. Не знай в кого такой… Ежели б не рыжина фамильная, так и подумал бы, что жена любимая на стороне дитя нагуляла. И умишком Небо не обидело. И талантом купеческим. Он у нас лет с десяти лавку на себя взял: ты, говорит, батька, не торгаш, по миру нас с такими талантами пустишь, иди у матери в трактире вышибалой работай.

– Гриха, да, хватит тебе, – всплеснула руками Ирха. – нашел тоже время и место хвастать! Еще остальных вспомни!

Но я по голосу слышала, как сама Ирха страшно гордиться страшим сыном.

– И сколько их у вас? – рассмеялась я.

– Семь сыновей у меня, Елька! – радостно выпалил Гриха. И радостно загоготал, на мгновение забывшись, но я не стала его поправлять. – Семь парней, рыжих, как огонь. И три дочки, – в голосе многодетного папаши послышалась нежность, – красавицы, глаз не отвести. Маловасты еще для женихов-то, но я уже батоги приготовил, парней от окошек гонять.

– Только бы вернуться к тем окошкам-то, – вздохнула Ирха. И погрустнела. – Дар-то мне Боги дали, людями командовать. Да, только и враг-то силен, ваше величество… Видела я, как они людей били. Да, не по одному, а одним махом десяток… Боюсь я, силушки-то нашей против магов-то не хватит… И никакой Дар не поможет.

Плечи Грихи резко опустились, а руки повисли плетьми, выпуская меня из захвата. Я развернулась, взяла Ирху за руки, бессильно висевшие вдоль тела и, сжав, произнесла, стараясь вселить уверенность в женщину, которую Боги наделили Даром вести за собой целую армию.

– Мы обязательно победим, – твердо произнесла я. И в этот момент сама искренне верила, что у нас все получится. Как будто б не сомневалась, не говорила себе все те же слова, что и Ирха. – На нашей стороне Боги. Они нам обязательно помогут, и победа будет на нашей стороне… Верь мне, Ирха! Если будешь верить ты, то будут верить и те, кто идут за тобой. Побеждает не тот, кто сильнее, а тот кто верит в свою победу…

И у меня получилось. Глаза Ирхи вспыхнули верой в меня, в себя и нашу силу. Моя интуиция снова громко звякнула, но я не обратила на этот знак никакого внимания, поглощенная удивительным зрелищем. Я была права. Дар Ирхи, который заставлял людей идти за ней, прямо сейчас заставил их поверить в свою силу, в нашу мощь и скорую победу над магами и Великим отцом.

Гриха расправил плечи и подняв руки к не небу громко закричал, выплескивая хлынувшие на него эмоции. И ему вторили крики других людей, тех, которых тоже задел Дар Ирхи…

Глава 32

– А где Илайя? – услышала я встревоженный голос брата. И, обернувшись, успела заметить, как переменился в лице герцог Форент.

– Уехала на зачистку с Идором. Хигрон нашел еще одного призрачного мага, сохранившего разум…

– Значит, не захотела меня видеть, – Фиодор сжал челюсти так, что резко обозначились скулы…

– Мы не знали, что вы приедете именно сегодня, – как обычно вмешалась герцогиня Форент, сияя широкой улыбкой, – не злись на девочку, милый.

– Я и не злюсь, – Фиодор отвернулся. – Я беспокоюсь. Она ведь там одна… Вернее, с этим проклятым магом, – еще больше помрачнел он.

И, наверное, я снова должна была сообразить что к чему, но опьяненная встречей, я снова не заметила слона. И, рассмеялась:

– Ты зря беспокоишься. Эта парочка, если не поубивает друг друга, то справится с любой измененной тварью! А, кстати, – я вспомнив про мага, я вспомнила и про еще двух человек, которые должны были бы быть здесь, – а где Веним и Хелейна?

– Хелейна плоха, – нахмурилась Вайдила. – Уже несколько месяцев не встает, и Идор говорит до самых родов не встанет. Если бы не маг, давно скинула бы ребенка. Веним за ней приглядывает. Она очень ждет тебя, Елина.

Я кивнула. Навещу…

Краем глаза заметила, как Фиодор вскочил в седло.

– Ты куда собрался? – успела схватить его за стремя.

– Илайи и Идора давно нет, – озабоченно произнес он. И нахмурил брови точно так же, как отец, когда позволял себе расслабиться и увидеть, как сильно он встревожен. – чистка пустоши довольно опасна. Если сумасшедший маг окажется сильнее Идора, то им не поздоровиться… Надо съездить и проверить как они там.

– Ты же устал, – попыталась я остановить его, – отправь кого-нибудь…

– Нет, мам, – мотнул головой Фиодор. – Если я что-то и понял с тех пор, как все это началось, так это то, что король не должен прятаться за спинами своих придворных и идти в бой впереди всех. Как ты. Только так можно добиться уважения от своего народа. И готовности пойти за тобой в любое пекло. – Он улыбнулся, – я тупой, да… Ведь твой пример всегда был перед моими глазами, но я ничего не видел и не понимал.

– Но, Фиодор, – я хотела сказать, что, если бы не крайняя нужда, я ни за что не стала бы выходить из вдорца и подвергать себя опасности, но меня осторожно подхватил под локоток герцог Форент и зашептал на ухо, не девая договорить:

– Ваше величество, мне срочно нужно с вами обсудить один вопрос. По поводу магического золота, которое мы отправляем проклятым магам. Об этом знаю только несколько человек. И мы не можем принять решение, которое устроило бы всех и при этом не привело бы к нарушению заключенного вами договора…

– Может позже? – я все еще держала Фиодора за стремя, и не хотела никуда уходить. И чтобы он уезжал прямо сейчас.

– Решение надо было принять еще полтора месяца назад. Пока я действую на свой страх и риск и против воли его велчества. И мне хотелось бы заручиться вашим одобрением, или перестать подставлять свою голову под плаху, – герцог вцепился в меня, как клещ.

Я тяжело вздохнула. В этом весь герцог… Он никогда и ни за что не позволит мне забыть об обязанностях королевы. Но больше всего на мое решение выслушать герцога Форента прямо сейчас повлияла «глупышка Ирла», которая стояла рядом с мужем и кивала, подтверждая его слова. При этом в ее глазах так явно светилась тревога, что я невольно заразилась от нее этим ощущением.

– Хорошо, – ответила я. Одновременно и Фиодору и герцогу Форенту. Выпустила из рук стремя и кивнула герцогу, – ведите… Где мы можем обсудить наши проблемы?

– В нашей землянке, дорогая, – радостно зачирикала герцогиня Форент, снова натягивая на лицо маску глупой старушки, и подхватила меня под руки. – А пока мы болтаем, я прикажу затопить баньку… С дороги попариться надо, отдохнуть…

– Угу, – буркнула я, послушно передвигая ноги туда, куда вела меня чета Форент, – отдохнешь с вами…

– Отдохнешь. – захихикала «глупышка Ирла». – Поверь, дорогая, сегодня ночью спать будешь, как младенец. Илайя, как кошка, чует где надо постелить постель, чтобы высыпаться за пару часов… говорит, какие-то потоки в тех местах то ли сходятся, то ли расходятся… Ох, и чудная девица, скажу я… И главное, готова что угодно на кон поставить, чую, что я ее с пеленок знаю. Но где я могла увидеть воительницу из Кларин младенчиком, понять не могу… Я раньше, вообще, думала, – зашептала она заговорщицки, – что амазонки сразу как есть на свет появляются. С кинжалами своими и сразу взрослые…

Герцогиня Форент по обыкновению тараторила без остановки, пряча важные слова за глупой болтовней. Не удивительно, что ее никто и никогда не слушает, а услышав поражается глубине мыслей той, которую еще мгновение назад считал глупой. Маска, которую выбрала юная Ургородская мать много лет назад оказалась на редкость удачной.

– Ты права в своих подозрения, – кивнула я, когда мы спустились в подземное жилище.

Вопреки моим опасениям, здесь было тепло, сухо и даже довольно уютно. Земляные стены, укрепленные циновками из ежевики, завесили коврами. Такой же ковер лежал на полу, поверх сложенных рядком веток, край которых я заметила у на пороге. У входа, в земляной нише, заложенной самодельными кирпичами расположилась печь. Дымоход, заложенный такими же кирпичами, проходил через всю землянку вкруговую, постепенно поднимаясь все выше и выше, и выходил наружу прямо над печью. Не удивительно, что дым, проходя через такую длинную трубу, хорошо обогревал внутренне пространство и превращался в прозрачный поток едва теплого воздуха.

Комнатка, правда, была всего одна, и выполняла одновременно функции спальни, гостиной и даже кабинета, если судить по громоздкому столу, сколоченному из грубо стесанных досок, заваленному бумагами.

– Илайя не амазонка. – Я присела на край постели, получив приглашение от хозяйки дома, и продолжила с тяжелым вздохом, – ее настоящее имя – Лирия…

– Лирия… Лирия… – пробормотала герцогиня Форент и ошеломленно округлила глаза, – это та самая Лирия, о которой я думаю⁈ – ахнула она. Я кивнула. И старушка, от которой я никогда не слышала ни единого плохого слова, смачно выругалась, – твою ж мать! А Фиодор знает⁈

Я покачала головой:

– Не думаю. Я узнала только потому, что она собиралась убить меня, чтобы отомстить за гибель отца. И, чтобы я прониклась серьезностью момента, призналась от чьих рук мне предстоит погибнуть. У нее ничего не получилось, но это желание никуда не делось, хотя мы и оказались на одной стороне в войне против магов.

– Отомстить за отца⁈ – теперь догадался и герцог Форент. – Илайя – дочь его величества Грегорика⁈

Я кивнула. Герцог тоже выругался. Осуждать его за сквернословия я не стала.

– Но они же погибли? – задал он вопрос, но не дожидаясь ответа, продолжил, – Первый советник не стал бы оставлять их в живых. С его планами на трон это было бы неразумно! Точно! Дети Грегорика сгорели!

Я вздохнула. Ворошить прошлое и признаваться герцогу Форенту в сердобольности оказалось тяжелее, чем я могла бы себе представить. Но «глупышка Ирла» избавила меня от необходимости говорить.

– Ни одна Ургородская мать не посмеет навредить детям, – перебила она меня, не дав произнести ни слова. – А наша Елина еще и была сосудом Богини. Она ни за что не могла бы оставить малышей на смерть. Думаю, – она сделал короткую паузу, которой не хватило бы даже для того, чтобы моргнуть, – Жерен или Гирем тайком вывели их из королевского замка… А Вайдила… помнится, тогда Первый советник нанял ее пятерку для твоей охраны, вывезла и воспитала, как свою сестру… Верно?

– Почти, – кивнула я, радуясь, что избавлена от необходимости оправдываться. – За исключением незначительных деталей, все верно.

– Но помимо принцессы, сгорели еще два принца, – продолжала говорить старушка, отрешенно глядя в закрома своей памяти. – полагаю что этот мальчик, которого Фиодор привез с собой… тихий и пугливый Грегорик… я еще думала, что папаша случайно заделал мальчонку, обрюхатив какую-то красотку-амазонку… И Антос, его брат, о котором он постоянно твердит, – на самом деле младший отпрыск его величества?

– И ты снова права, тетушка, – вздохнула я. – Но мальчишки о мести не помышляют. Грегорик сломлен рабством, а Антос слишком сильно увлечен магией… А вот Илайя… Она поклялась Древним Богам, что станет королевой. И меня, если честно, очень пугает эта клятва. Если бы не крайняя необходимость я ни за что не отправила бы ее сюда, к Фиодору.

– Королевой⁈ – не дослушав меня до конца, расхохоталась герцогиня Форент. И повторила сквозь смех, – королевой⁈ Илайя хочет стать королевой⁈

– Не понимаю, почему вам смешно, – я невольно перешла на официальный тон, оскорбленная неуместным смехом «глупышки Ирлы». – Фиодору угрожает опасность.

– Но выходит этот мальчишка-раб – наследник Грегорика⁈ – вмешался герцог Форент. – Ваше величество, но это же… – он замолчал. Подбирая слова. – Это очень рискованно! Пусть его отец и занял трон в результате заговора, но мальчишка был назначен наследником на законных основаниях! Если кто-то прознает об этом, то Грилория рискует снова оказаться на пороге череды заговоров!

– Не думаю, дорогой, – герцогиня прижалась к мужу всем телом, – что Фиодору что-то угрожает. После победы над магами, он станет королем, которого страна не видела много веков. Его будет почитать и любить народ, его будет восхвалять знать… И я не сказала бы, что это не заслуженно. Мальчик сильно изменился за последние месяцы. А если все получится так, как я думаю… У недовольных не будет ни единого шанса собрать хоть сколько нибудь значимое количество сторонников… К тому же у нас есть проблемы поважнее, – напомнила она. – Великий отец ждет очередную поставку магического золота…

– Да-да, – закивал герцог Форент, с трудом выныривая из глубин далекого будущего и возвращаясь в настоящее. – Магическое золото… Елина, – он строго взглянул на меня, – мы не можем исполнить договор… Вернее, можем, но это ударит по нам гораздо сильнее, чем ты думала, когда подписывала это соглашение… Ну, я очень надеюсь, что ты не знала, как именно маги используют золото, добытое в Пустоши!

Я мотнула головой. Нет, я конечно, подозревала, что маги будут использовать магическое золото для создания амулетов, но подозревать не равно знать…

– Они отливают ельки! – возмущенно выпалил герцог Форент.

– Ельки? – не поняла я. И уточнила на всякий случай, – монеты Южной Грилории? Но зачем⁈

– Именно! – подтвердил герцог Форент, – монеты Южной Грилории. И расплачиваются ими по всему миру. И мы не можем понять, что это за дичь! Зачем магам заниматься такой подделкой?

Я пожала плечами. В голове царил сумбур… И среди хаоса я могла вычленить только одну мысль, ту самую, которую герцог Форент произнес вслух: зачем магам становиться фальшивомонетчиками?

– Вот и я не понимаю. Но думаю, что Великий отец замыслил что-то нехорошее. На всякий случай я приказал избавиться от елек здесь, в нашем лагере, и заменить их грилорскими золотыми грилами.

Я медленно кивнула… В голове всплыли слова Агора о том, что магическое золото – единственный металл, способный хранить отложенное магическое заклинание. А что если Великий отец решил воспользоваться популярностью моих монет и залезть в карман каждого или почти каждого жителя нашего мира?

– Вы все правильно сделали, – кивнула я. И поделилась с четой Форент своими догадками. – Я не уверена, но если это так, то Великий отец уже получил огромную власть над всеми… Расчеты ельками популярны, потому что монеты состоят из полновесного золота. К тому же, – я запнулась, – магам не обязательно делать артефакты только из тех монет, которые отчеканили они сами. Они вполне успешно могут вкладывать заклинания и в те деньги, которые сделаны нами…

– И не обязательно это должно быть какое-то пагубное заклинание, – задумчиво произнесла герцогиня, – это может быть банальная прослушка… Очень удобно иметь возможность подслушать разговоры любого человека, в кармане которого есть елька…

– Это нереально, – мотнул головой герцог Форент. – Монет слишком много, отследить каждую невозможно. Как узнать, какая из тысяч монет лежит в кармане конкретного человека?

– Кто-нибудь из наших магов видел ельки, сделанные Великим отцом? – перебила я его размышления. С одной стороны герцог Форент был прав, а с другой… Я с лишком хорошо знала магов вообще и Великого отца в частности, чтобы поверить, что они занялись чеканкой чужих монет из магического золота просто по доброте душевной.

– Вряд ли, – ответил герцог, – я узнал о том, что делают маги с золотом раньше, чем фальшивые монеты добрались до нас. Хотя, конечно, я не могу быть полностью в этом уверен… Вполне возможно кто-то принес ельки в лагерь, хотя я и установил строжайший запрет. Его величество со мной не согласился, и указ не подписал…

– Значит надо найти такие монеты и показать Идору и Хигрону… Возможно, они смогут прояснить ситуацию.

– Я пытался… Но, ваше величество, монет слишком много и они все одинаковые, и мы не можем отследить происхождение той или иной монеты. Великий отец делает очень точные копии. По-крайней мере, до меня ни разу не доходили слухи, что с ельками что-то не так. Они используются повсеместно и их популярность только растет…

И он был прав. Ельки стремительно вытесняли все остальные деньги. Все больше и больше людей использовали валюту Южной Грилории для накопления и расчетов. Особенно после разгрома трех стран, которые перестали печатать свои монеты. И плюсы елек стали их минусами: мы никак не могли отследить какое количество денег находится сейчас в обиходе. Кстати…

– Гирем оставил мне ельки, – задумчиво произнесла я, – много…

Герцог Форент пожал плечами:

– Вероятнее всего Гирем взял их с нашего монетного двора.

– Вполне может быть, но попробовать взглянуть на них не помешает. Возможно, какие-то из монет попали к Гирему через третьи руки. И вполне могли оказаться сделанными магами. И, вообще, стоит кликнуть всех наших людей и проверить их деньги тоже. Запреты запретами, – остановила я решившего возразить мне герцога, – но я сомневаюсь, что он работает на все сто процентов. Вы ведь никому не говорили о своих подозрениях?

– Нет, – мотнул головой герцог, – только его величеству… Я счел неразумным подрывать экономику Южной Грилории, основываясь только на собственной паранойе.

– Да, вы правы, – кивнула я. – Говорить прямо – значит убить репутацию нашей валюты и нашей страны. Надо придумать какой-нибудь хитрый ход, чтобы одновременно сохранить тайну и заставить людей показать их деньги, которые они, вне всякого сомнения, прячут.

– Я уже несколько месяцев ломаю голову над этим вопросом, но ничего так и не придумал, – вздохнул герцог Форент.

– Не так-то просто заставить людей, потерявших все, расстаться и с тем, что отложено на черный день, – вздохнула «глупышка Ирал». – Вот если бы найти способ сделать это втихаря… Взять, проверить, вернуть обратно…

– Воровать у своих мы не будет, – отрезала я. – Если кто-то что-то заподозрит, а еще хуже поймает воришку за руку, потом не отмоешься… К тому же, – мой голос дрогнул, – кроме Гирема никто не сможет сделать это незаметно…

– Хурра может, – «глупышка Ирла» сделала вид, что не заметила моей заминки. – На днях Катрила прислала письмо. Оставаться в поместье графа Шерреса уже небезопасно. Маги добрались до их провинции и зачастили в гости. Катрила думает, они догадались, кто именно прячется под видом семьи графа Шерреса, и переживает, что маги могут решиться на какую-нибудь подлость. Тем более на дом Алиса в Яснограде несколько раз за это лето нападали маги. Антос каждый раз успевал поставить щит и отразить атаку, но они решили, что оставаться там небезопасно и теперь тоже едут сюда…

– Хурра не станет этого делать. – ответила я…

Огонь потери, который все эти дни слегка тлел придушенный моей волей, внезапно вспыхнул, заставив меня съежится от боли. И я пропустила мимо ушей вторую часть фразы, пытаясь взять чувства под контроль. Но не смогла.

– Гирема больше нет, – хрипло произнесла я, прячась от мира за пеленой выступивших слез. – Она убила его…

Герцог отвернулся… То ли не хотел, чтобы я видела боль в его глазах, то ли чтобы скрыть радость. Я же знала, ночного короля он недолюбливал.

А герцогиня тяжело вздохнув, придвинулась ко мне вплотную и обняла, заставив уткнуться мокрым от непроизвольно бегущих слез лицом в свое плечо:

– Фиодор сказал нам… И нам очень жаль, что ты его потеряла… Но, знаешь, – она погладила меня по волосам, – я точно знаю, что настоящая любовь никогда не проходит. И если твоей душе суждено вернуться в этот мир, родившись снова, то вы обязательно встретитесь. И снова будете вместе…

Она говорила что-то еще. Успокаивала. Но я в тысячный раз думала о том, что если бы ее слова были бы правдой, то я сделала бы другой выбор. Не такой, как в этой жизни.

А герцог Форент вздохнул и отвернулся. Он тоже вспоминал ту, которую хотел бы встретить снова. И это была не его нынешняя жена.

Глава 33

Первые пару дней после возвращения у меня не оставалось ни одной свободной свечи, чтобы остановиться и подумать. Я с раннего утра до позднего вечера обходила землянки моих друзей и знакомых, которые привели с собой армии.

Можно было бы, конечно, собрать всех у центрального костра, который заменял собой зал советов, но все получилось бы слишком официально, а значит и отстранено. И, возможно, кто-то из тех, что пришел сюда по моей просьбе, счел бы такое поведение пренебрежительным.

Я же не хотела, чтобы между нами зародилось даже крохотное зерно недоверия. Если я что-то и понимала в этой жизни, то самое главное наше оружие – это единство. Пока мы вместе, у нас есть шанс. Но стоит нам стать сборищем отдельных армий, каждая из которых видит только свою выгоду, и мы в тот же миг проиграем битву, даже не выйдя на поле боя.

Поэтому первый день я посвятила встрече с Вайдилой и Го Ла Хофом. Помимо того, что они были лидерами для своих людей, они оставались еще и официальными правителями своих стран, а значит их статус был выше, чем статус Грихи и Ирхи, которые привели наших сторонников из Республики Талот и Купца Ин Го Лина, за которым пришел простой люд Княжества Славия.

Правительница Королевства Кларин – Королева Вайдила жила точно в такой же землянке, как и чета Форент, и сам Фиодор, который приютил и меня тоже. Вместе с ней в тесной комнатке, которая вся целиком была меньше комнаты прислуги в королевских покоях, обитали еще и Аррам и их маленькая дочь.

– Елина, – Аррам без всякого стеснения и без церемоний обнял меня, едва я шагнула на порог. – ты не представляешь, как я рад тебя видеть, сестра…

– Я тоже очень рада, – я готовилась к более официальной встрече, но не остановила названого брата.

Обняла, чувствуя, как в один миг все изменилось. Пропала навязанная временем и расстоянием отчужденность, и Аррам снова стал мне так же близок, как в дни нашего путешествия через весь мир.

– Я так рада, что ты здесь, – выдохнула совсем другим тоном. И сразу же исправилась, осознав, что рядом еще и Вайдила, – что вы здесь.

Она улыбнулась и обняла нас.

Удивительно, но я только в этот момент поняла, как близки мне они оба… мой названный брат и моя лунная сестра…

– Спасибо тебе, – прошептала королева амазонок, – ты не представляешь, Елина, как много ты сделала для меня, моей семьи и моего народа…

Я улыбнулась. Если бы не Аррам… Это ведь он убедил меня, он проделал со мной большую половину пути. Он поддерживал во мне веру в самые трудные моменты, когда я готова была отступить.

Но когда я произнесла это вслух…

Вайдила рассмеялась.

– Мой возлюбленный супруг без всякого сомнения достоин всех твоих слов, но если бы не ты… Елина, ты еще не понимаешь, что именно ты сделала! Хотя нашим предводителем стал твой брат… Кстати, он гений! Его кровь способна творить чудеса в управлении войском, и… Но об этом мы поговорим потом. – королева амазонок приглашающе взмахнула рукой. В их землянке тоже была всего одна комната, поэтому я, задавив в себе смущение, присела на край супружеского ложа. – Каждый человек в этом лагере пришел сюда только потому, что поверил в тебя. Именно в тебя, Елина…

– Ты еще услышишь, что тут говорят про тебя, – фыркнул Аррам. – И хотя я согласен в большей частью слов, но некоторые особо болтливые сплетники наделили тебя поистине огромной силой. И если ты, вдруг, одним взмахом руки, изменишь зиму на лето, никто не удивиться.

Я поморщилась и хотела возразить, сказав, что слухи всегда слишком сильно преувеличивают, но Вайдила перебила меня, не дав произнести ни слова.

– Подумаешь, зиму на лето, – фыркнула она и рассмеялась, – это такая мелочь. Ты же видел опыты Идора! Думаю, никто не удивиться, если ты, Елина, одним махом уничтожишь всех магов или избавишь нас от этой напасти так, что нам и воевать не придется.

– Это точно, – подхватил ее смех Аррам.

Я через силу выдавила улыбку. Потому что внутри меня опять разливался тихий, еле заметный звон разбуженной интуиции. Но я опять потеяла мысль, которая ее разбудила.

Мне нужно уединиться и очень хорошо подумать. Что-то я упустила из виду. Что-то очень важное.

Но пока у меня не было времени на размышления. Я механически улыбнулась, и кивнула Вайдиле, которая все это время что-то говорила…

– Мы уже почти отчаялись, Сердце пустоши уничтожало нас. Там невозможно находиться слишком долго, сам воздух начинает отравлять тебя. И когда я готова была бросить вызов Вижелле и погибнуть на поле боя вместе с жалкими остатками своей армии, вернулся Аррам. Его слова о том, что ты собираешь людей против магов, окрылили нас, – сдержанно улыбнулась королева Кларин, – подарили надежду на победу. И мы сразу же отправились в путь.

Аррам, сидевший рядом с Вайдилой, накрыл тяжелой, мозолистой ладонью наемника ее крепкую ладошку и улыбнулся.

– По дороге, – он хмыкнул, – навестили одну нашу общую знакомую, которая оставила кисти и краски и снова взяла в руки меч. А она собрала тех, кто еще оставался на нашей стороне.

– Госпожа Олайна⁈ – ахнула я. – Она здесь⁈

– Конечно, – кивнул Аррам. И добавил с тяжелым вздохом, – правда сейчас она дни и ночи сидит рядом с госпожой Хелейной…

– Мне сказали она плохо себя чувствует…

– Очень плохо, – Вайдила отвернулась, – если бы не маги… Но тебе лучше спросить Идора или Илайю… Это они привезли Хелейну в лагерь.

Я кивнула.

Мы еще немного поболтали. Обсудили последние новости. Я не стала скрывать от Вайдилы проблему с ельками, и она пообещала вытрясти из своих все монетки до единой, чтобы мы могли подтвердить или опровергнуть наши догадки.

Истинный Князь Славии Го Ла Хоф жил чуть поодаль от всего остального лагеря, потому что помимо землянок, которые я, как ни старалась, но так и не смогла обнаружить в редком кустарнике, здесь располагались загончики для измененных тварей, которые, хотя и вели себя довольно мирно, пугали людей одним жутким видом. Жрецы усиленно наращивали мощь своего отряда и готовились к предстоящему сражению с магами Великого отца. И предавались этому со всей ответственностью: большая часть юных жриц оказалась беременной. Князья торопились произвести на свет потомство, чтобы получить право лишать жизни других.

– Го, – закончив с приветствиями, я первым делом решила предостеречь юного князя от ошибок в управлении страной, – тебе не стоило давить на свои подданных, заставляя их рожать прямо здесь, в лесном лагере… Да, ты может быть приобретешь много, получив в свои руки силу, способную отправить измененных тварей в убийственную для магов атаку. Но как бы ты не потерял больше… понимаешь, продолжение рода – не тот аспект жизни, в который правитель должен вмешиваться. На рождаемость надо влиять не прямыми приказами, а косвенными методами…

– Благодарю, Елина, – склонил голову Го, – за совет. Ты, вне всякого сомнения права, но я не заставлял своих людей…

Его жена, хлопотавшая у невысокого, едва по колено, столика, пока мы с Го восседали на единственном месте в землянке, пригодном для заседаний, – на кровати, не поворачивая головы, тонким, мелодичным голосом подтвердила:

– Мой муж говорит правду, ваше величество… Меня, и других женщин и мужчин нашего княжества, ведет не воля князя, а ненависть. Пусть мы не успели узнать своих родителей будучи взрослыми и полюбить их не детской, безусловной любовью, а так, как они того достойны, но их кровь в наших жилах и их смерть в попытке защитить нашу землю пробуждают в нас жажду мести. И если для этого нужно выносить ребенка и родить его в чистом поле… то я готова рискнуть. И мои подруги – тоже.

Она повернулась к нам. Пламенная речь зажгла огонь в ее глазах. А легкая улыбка, игравшая на губах, превратилась в оскал. Теперь я никогда и ни за что не смогла бы назвать жрицу просто милой девочкой, которой повезло завоевать сердце истинного княжича правящего рода. Нет, передо мной стояла юная, хрупкая, тонкая, да еще и беременная, но самая настоящая истинная Славская княгиня – правительница, способная подхватить знамя, выпавшее из рук супруга, и вести за собой армию жрецов, по праву принявшего ее рода.

– Ли, права, – кивнул Го. Назвав жену коротким именем он дал понять нам обоим, что считает меня другом не только себя лично, но и всей правящей семьи. – Я никого не заставлял. Напротив, я хотел оставить наших женщин в безопасном месте. Чтобы было кому сохранить наш народ и наши традиции, если с нами вдруг что-то случится. Но они отказались.

– Наше место рядом с супругами, – качнула головой Ли, снова превращаясь в обманчиво беззащитную девочку. – А народ и традиции сохранят те, кто остались в храме. Они еще слишком малы, чтобы выйти на дорогу крови, но наставники не дадут им забыть о долге перед нашим народом и нашей страной.

Я кивнула.

– Много людей с вами пришли? – перевела я разговор на другое.

Го кивнул:

– Мы забрали всех, кто способен был выдержать испытание и пройти по дороге из храма в мир. Это почти три сотни жрецов. Но около трети из них еще слишком малы, чтобы заводить семьи. И я решил, что им не место на поле битвы, они будут строить храмы и учить людей общению с Богами.

– Храмы… – я улыбнулась. – Я помню, как мы с тобой мечтали, что большой храм, посвященный Богам, будет в каждом городе.

– А малый – в каждом поселении, – с улыбкой кивнул Го Ла Хоф.

– Го, Елина, – Ли закончила собирать на стол, – прошу вас к столу. А завтра, на рассвете, если ты позволишь, – повернулась она ко мне, – мы с Го покажем тебе наш храм…

Го подал мне руку, помогая встать, подвел к низкому столику и легко уселся на пол, приглашающе взмахнув рукой. Я, благодаря долгой практике в Аддии, тоже не осрамилась и опустилась на пол вполне нормально. Не грациозная лань, конечно, но хотя бы не деревянная колода, рухнувшая на землю всем своим весом. Следом за мной легко и естественно присела и Ли, свернув ноги крендельками.

В отличии от Аддии в Княжестве Славия сидели не на коврах, а на твердом полу. И без подушек. Неудобство таких традиций моя попа ощутила почти сразу. Но я сделал вид, что не чувствую боли и с улыбкой принялась за еду.

– Мы построили малый храм недалеко от лагеря и проводим службы каждый день на рассвете, – когда первый голод был утолен, продолжил разговор Го.

– Правда, в последнее время Боги перестали отзываться на наш призыв, – нахмурилась Ли. – Они прячутся в небесных чертогах и как будто бы чего-то бояться… Никогда не чувствовала ничего подобного, – вздохнула она.

– Ли говорит правду, – подтвердил Го. – Мы пытались связаться с Ними, но так и не узнали причину Их молчания.

– Даже Аддия затаилась, – сокрушенно вздохнула Ли. – Хотя раньше мы любили поболтать. Она забавная. Даром, что Богиня, – княгиня осторожно улыбнулась.