Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

78

Надия уже спала, и я бесцеремонно ворвавшись в спальню растолкала нашу юную королеву:

– Надия, вставай, я знаю пароль.

– Малла, как ты сюда попала? – поинтересовалась Надия, вскакивая и одеваясь быстрее солдата-срочника, – и как ты узнала пароль? Вспомнила?

– Позже, Надия, я все расскажу позже.

Увидев друг друга, Добря и Надия скривились. Кажется, у этих двоих взаимная нелюбовь. Из дворца мы вернулись домой, братья нас уже ждали.

– Малла, как у тебя получается сворачивать пространство так легко? – удивился Брантир, -и когда ты, вообще, успела научиться это делать.

– Брантир, – рассмеялась я, – потерпи немного. Сейчас мы идем к арровым ведьмам, и там я все расскажу. Чтобы не повторять по сто раз.

Встревоженные Грайя и Летни ждали нас в главном зале. Грайя сидела на своем троне, а Летни бегала по залу не в силах успокоиться.

– Ну, наконец-то, подскочила она к нам. Малла, объясни толком, что произошло.

Когда я закончила свой рассказ, была уже глубокая ночь. Мы сидели за круглым столом, и я могла видеть реакцию каждого на мои слова. Меньше всех был шокирован Добря. Уверена, он знает гораздо больше,чем говорит. И вот интересно, откуда?

– И вот теперь я отвечу на ваши вопросы, – улыбнулась я, – спрашивайте.

Но за столом повисло напряженное молчание. Я не торопила, услышанное на самом деле тяжело переварить....

– Малла, – первой пришла в себя Надия, – если все это правда, то почему никто об этом не знал?

– Знал, – ответил Добря, – по крайней мере догадывался. В юности я совершенно случайно нашел тайник, в котором лежала исписанная тетрадь. Дневник юноши. Он был слишком молод, еще ничего толком не понимал, и писал в основном про свои любовные похождения, но кое-где встречались и описания событий тех лет. И я догадывался, что на самом деле наша история совсем не такая, как нам говорили.

– И именно оттуда ты узнал про внушение, верно? – прищурилась я. Загадка разгадана, -потому что ощутить его невозможно.

– Верно, – криво улыбнулся Добря, – я много чего оттуда узнал.

– Про Аллу и ее кошек?

Добря кивнул, он открыл рот, чтобы добавить что-то еще, но промолчал. Интересненько.

–Что же, – я зевнула, навалилась усталость, и страшно хотелось спать, – тогда давайте подведем итоги. В прошлом, чтобы сохранить часть мира от поражения ядерными бомбами Хадоа, Алла действовала по порядку. Первым делом принесла в жертву сына и создала Ту сторону Гвенара, мертвый мир. Затем она настроила систему, которая собирает энергию на Гвенаре и передает им с сыном, позволяя мертвому миру существовать бесконечно долго. И на последнем этапе перенесла туда части нашего мира, вокруг некоторых храмов Оракула. Нам же, чтобы снять проклятие с Арровых ведьм, нужно пройти путь Аллы в обратном направлении.

Я зевнула, прикрывая рот ладошкой. Все молча ждали, что я скажу дальше.

– Наш план таков: сначала мы вернем все храмы на место, в этот мир. Затем нейтрализуем систему, освобождая арровых ведьм, и только потом уничтожим Тот свет.

– Малла, – подал голос Брантир, вот даже не сомневалась, что он догадается первым, – все кажется совсем не сложно. Но ведь, я уверен, ты не рассказала нам о сложностях.

– Верно, – зевнула я еще раз, – и самое главное, на все про все, у нас не больше семи дней.

– Почему? – спросил Фредол.

– Потому что через семь дней у меня роды. И если мы успеем, то у моего сына будет целая душа, а не часть, как у меня.

– А мы сможем? – тихо спросила Надия.

– Мы попытаемся, – пожала я плечами и улыбнулась, – если у Бога получилось создать мир за семь дней, то мы вполне можем попытаться спасти его за тот же срок. А теперь давайте проработаем план по пунктам. Одной мне не справится, мне нужна будет помощь каждого из вас.

Спать я легла только под утро. Но зато четкий план с разбивкой по пунктам и зонам ответственности был готов.

Наш штаб мы решили устроить прямо в храме арровых ведьм, потому что здесь было достаточно комнат, для размещения всех участников проекта.

79

На первый пункт плана, самый объемный и самый тяжелый было отведено четыре дня. Проблема была в том, что «вытаскивать» кусочки мира Гвенара с Той стороны могла только я. Таких «кусочков» было больше сотни. И это значило, что на возвращение каждого я могу потратить не больше тридцати долек (минут). И вот ту мне нужны были Посвященные сестры, которые несмотря на то, что не встроились в энергетическую систему арровых ведьм, получали способности собирать и передавать энергию.

Летни организовала мне девять кругов по двенадцать сестер, тринадцатой во всех должна была стать я сама. Больше у нас просто не было людей.

Кроме того, каждый вернувшийся кусочек мира нужно было либо почистить от радиации, которая там все еще присутствовала, либо накрыть куполом, чтобы заняться этим потом. Мы с Аллой выбрали второй вариант, как наименее энергозатратный. Чисткой можно будет заняться потом, когда будет время.

Еще загвоздка была в том, что каждый вытащенный храм Оракула, вставая на место тут же встраивался в существующую сеть, и границы государства в тот же миг начали бы «скакать», увеличивая площадь свободной от власти Хадоа части мира. Поэтому Надия с Добрей должны подключиться к Оракулу, причем Добря будет «батарейкой», а Надия – Ведущей, чтобы контролировать появление новых точек сети и сразу же их деактивировать, при этом оставляя канал для питания защитного купола. Нам пока не нужно, чтобы Хадоа узнали о наших новых возможностях.

Фредол, конечно не пришел в восторг, что Добря с Надией должны породниться. Но сама мысль, что породниться они должны так, чтобы Надия оказалась старшим родственником, а Добря – младшим, вызвала у него злорадную усмешку. Фактически Надия должна была усыновить Добрю, смешав капли энергии. Получилось у нее со второй попытки. Кстати, весьма забавная закономерность. Чья капля больше, тот и старший родственник. А если капли одинаковые, значит мужчина и женщина становятся мужем и женой. И в такой паре Ведущим при подключении к Оаркулу может быть любой партнер. Если бы не бан братьев, то мы обошлись бы и без Добри.

Вся подготовка проходила ночью, пока я сладко спала под охраной Орбрена. И утром меня уже ждали.

Со мной сегодня спасать мир отправлялись три тройки сестер, для снабжения энергией. Орбрен, чтобы следить за здоровьем сестер и нашим с малышом состоянием. Брантир, как единственный, обладающий Даром сворачивать пространство, кроме меня. И аррова ведьма Валия, которая отвечала за связь со штабом. В особом состоянии ведьмы способны связываться друг с другом.

Итого сорок один человек. Вместе со мной, конечно. Настоящая маленькая армия. А я ее полководец. Ага... беременный полководец... скажи кому, обхохочутся. Да только нам всем не смешно. Слишком многое стоит на кону.

– Волнуешься? – Орбрен осторожно обнял меня.

– Очень... – выдохнула, прижалась к нему как можно теснее. Как же я хочу. Чтобы все побыстрее закончилось. И тогда мы с Орбреном просто буем вместе. Только вдвоем. Вернее, уже втроем. Я, он и наш сын. И от этого вдруг стало так тепло на душе. Ради такой мечты я горы сверну.

– Надия готова, сеть видит, храмы отслеживает, – сообщал Фредол, сидевший рядом с женой, чтобы помочь ей в первый раз подключиться к Оракулу. Что делать дальше, я ей объяснила на пальцах, и немного волновалась, получится или нет.

– Отлично, – вздохнула я, и повернувшись к своей маленькой армии, скомандовала, -поехали...

Начать мы решили с самых дальних участков, потому что с каждым днем сил будет все меньше и меньше, и может статься, Сил на перемещение не хватит.

И сейчас вышли где-то в тропиках. Растительность здесь была еще более скудной, чем в средних широтах. А посреди зелени зияла огромная черная проплешина диаметром примерно двадцать вех (*километров). По площади это примерно как большой город.

Орбрен с Брантиром очистили небольшую площадку на краю черной пустоши, подготовка заняла не больше трех минут. Сестры первого круга дружно взялись за руки и впустив меня в середину закружились по солнцу. Хоровод закручивал энергию спиралью, собирая ее в центре, где стояла я.

Я закрыла глаза, сосредоточилась... я сто раз проделывала это на тренажерах, которые мне устроила Алла с помощью малого Логика. Но сейчас, когда все происходило в реальности, было немного страшно.

Сила стала вливаться в меня широким потоком. И реальность передо мной сместилась. Я увидела серые, замершие джунгли. Они все время были здесь, и не здесь. На Той стороне бытия.

А вот и храм. Я его нашла. Мне нужно оборвать нить Силы, которая удерживала эту часть мира на Том свете. Нити Алла цепляла за храмы. И на тренажерах я находила их очень быстро. Но в реальности все оказалось гораздо сложнее.

Это негодяйская нить куда-то исчезла! Она должна быть ярко-серой на бледно-сером фоне Той стороны. Но ее не было. Я искала, но не находила. В животе похолодело от страха. Неужели все зря?! Неужели все вот так быстро закончится, едва начавшись? Если я не смогу увидеть нить...

И когда я уже отчаялась и готова была возвращаться ни с чем, между серых облаков, что-то мелькнуло. Вот она! Нашла! У меня получилось!

Я схватила ее и изо всех сил потянула на себя, перебирая руками. Это было бы просто,если бы нить не норовила выскользнуть из рук, словно намазанная жиром леска.

Но я наматывала ее на руку и она постепенно поддавалась и натягивалась. Рывок, раздался оглушительный звон, нить порвалась, а я со всего маха шлепнулась на задницу.

И не сразу поняла, что случилось.

– Малла! – закричал Орбрен, – купол!

Я, еще толком не придя в себя, вытянула руку и заученным еще во время учебы жестом накрыла освобожденную площадь непроницаемым для радиации куполом.

– Ничего себе! – восхищенный вздох Барнтира заставил открыть глаза, – какая красота! Это что деревья такие огромные? И их так много... Арр, – выдохнул он, – хочу туда. Малла, когда будет можно?!

– Никогда, – отрезал Орбрен, – нечего там делать. Я знаешь какую угрозу оттуда чувствовал, пока Малла не поставила купол? Нам всем бежать надо сломя голову отсюда.

– Это радиация, – я кряхтя поднялась и подошла к Орбрену, – мы ее потом нейтрализуем.

Мы все стояли и смотрели на возвращенный мир. Я такое уже сто раз видела. По телевизору. А вот гвенарцы были ошеломлены. Еще бы. Настоящие тропические джунгли с их биологическим разнообразием против их убогой растительности... контраст впечатляющий...

– Надия деактивировала храм, канал питания для купола установила, – сообщила аррова ведьма и улыбнулась, – у нас все получилось...

– Осталось всего ничего, – проворчала я, – еще всего-то сто шесть раз проделать то же самое...

– У нас все получится, Малла, – Орбрен прижал меня себе, не отрывая глаз от джунглей по ту сторону купола, – ради такого стоит постараться.

81

Дальше все было немного проще. Люди увидели для чего мы тут все рвем жилы и работали с каким-то отчаянным энтузиазмом, выжимая Силы до последней крошки. За первый день мы вернули с Той стороны двадцать семь участков. Мы уложились в план, уложились во времени, но чего нам это стоило. Сестры валились с ног, каждой из них пришлось по девять раз вставать в круг. Но теперь для большей части из них все закончилось. В последний день в круг пойдут только те, кто успеет восстановиться.

Я тоже к вечеру вымоталась настолько, что с трудом говорила, и, кажется, заснула раньше, чем Брантир вывел нас к храму. И во сне видела серую хмарь Того света и искала среди облаков ярко-серые хвостики нитей.

В храме арровых ведьм нас встречали, как героев. Но ни у кого из нас не было сил радоваться вместе с другими. Брантир, как уставший меньше всех, пошел на доклад в штаб, а нас арровы сестры расхватали и потащили мыть, кормить и укладывать спать. Но я ничего этого уже не помню.

Второй день... третий... все слилось в один большой поток, в котором я уже, как мне кажется действовала бессознательно. Свернуть пространство – хоровод – вернуть часть мира – поставить купол – свернуть пространство – хоровод... мы все устали. А впереди был самый трудный, четвертый день.

После таких растрат Сил сестрам надо было не меньше недели восстанавливаться. Но у них не было этой недели. И в последний день с нами пошли все. Летни, сама серо-зеленая от потери энергии, она ходила с нами только вчера, на ходу составляла круги из сестер, которые держались на ногах. Уже никто не придерживался хоть какого-то порядка. Есть силы – встала. Нет сил, помогаешь тащить сестер, которые так и не пришли в себя после круга.

К середине дня стало понятно, мы не справляемся. Мы еле-еле вытащили первый десяток, оставалось еще шестнадцать, а способных еще раз встать в круг уже не осталось.

– Что же делать?! – Летни с отчаянием смотрела на землисто-серых сестер, вполвалку лежащих на земле. Мы только что переместились к новой пустоши. – Малла, что же делать?!

– Я не знаю, – прошептала я, меня трясло от озноба, и хмурый Орбрен прямо сейчас лечил нас с малышом. Он тоже похудел и осунулся за эти четыре дня, ему тоже приходилось выкладывать полностью и еще немного больше...

– Зато какая жизнь потом наступит, девочки, – с улыбкой протянула одна из сестер, что лежала рядом со мной, – представляете? В озерах будет плавать р-рыба, будут стрек-котать кузне-чики... я так хочу послушать, как они стрек-кочут. Мне кажется это похоже на музыку...

– Музыку... – я встрепенулась, – Брантир, нам нужна Дайра. Слышишь?! Нам нужна Дайра!

– Что ты задумала? – нахмурился Брантир, он готов был защищать свою возлюбленную.

– Музыка, Барнитр! Нас спасет музыка! Приведи ее, с гуделкой. И я покажу вам чудо, – я рассмеялась. Как же я не догадалась сразу!

Брантир кивнул и исчез, и через несколько минут вернулся с Дайрой, сжимавшей в тонких пальцах гуделку.

– Что у вас здесь происходит?! – удивилась она, глядя на валяющихся без сил людей.

– Потом, Дайра, – ответила я, – нам нужна твоя помощь. Помнишь как мы с тобой однажды на посиделках песню пели? Сможешь еще раз так же сыграть, как тогда?

– Подобрать мелодию к песне? – удивилась Дайра, – но зачем?

– Не спрашивай. Все позже. Просто попробуй.

– Хорошо, – согласилась Дайра. – А кто петь-то будет?

– Мы все, – улыбнулась я, – Летни формируй круг. Сестры, я не могу обещать, что все получится так, как я задумала, но у нас есть шанс. Давайте попробуем.

Мы встали в круг. Дайру я поставила рядом. Закружил хоровод, Сила тоненьким ручейком потекла к нам.

– Сестры, слова у песни простые, подхватывайте, а ты Дайра, играй, изо всей Силы играй,

– велела я и запела, – во поле березка стояла....

Первый куплет ничего не изменилось, второй... «люли-люли» подхватили уже все, а Дайра ударила по струнам гуделки в полную мощь. И чудо случилось! Весь мир вокруг нас зашевелился, вздрогнул, щедро питая Силой кружащихся в хороводе сестер, а Сила снова, широким потоком, как в самый первый раз хлынула в меня. И ее было столько, что вместо того, чтобы обессилеть и я, и сестры после возвращения на место храма, воспряли духом. Никто из нас больше не падал от усталости.

– Малла, – удивленно ахнула Дайра, когда увидела как Черная пустошь перестала быть пустошью, – что это такое?

– Малла, – удивленно ахали сестры, – как это так?

– Брантир тебе объяснит, Дайра. А я совсем забыла, что хоровод водят не просто так, а с песнями, – я расхохоталась, – а Дар Дайры усиливает ее действие кратно! А теперь за дело. У нас еще пятнадцать храмов осталось.

Вечером мы вернулись уставшие, но не обессиленные, и довольные. У нас все получилось.

82

В храме арровых ведьм сегодня был праздник. Сестры, окрыленные надеждой стать свободными, готовы были делиться с нами самым лучшим и накрыли столы в главном зале, вытащив из погребов многолетние запасы. Посвященные сестры, впервые за эти дни способные говорить после возвращения в храм, наперебой делились впечатлениями, рассказывали, добавляя тысячи мелких подробностей, историю возвращения мира с Той стороны.

А я прижималась к Орбрену, и с улыбкой слушала, как рождались новая легенда Гвенара, главным героем, которой была я. Гвенарская вдова Малла, принцесса Хадоа в изгнании. Я хотела было поправить, но Орбрен шепнул мне на ушко, что все мои потуги изменить мнение о своем происхождении бесполезны. И остается только смириться и принять все так как есть. И я согласилась с ним. Какая разница откуда я, кто я, если эта Малла о которой рассказывают прямо сейчас Посвященные сестры не имеет со мной настоящей ничего общего. Слишком уж всесильной выгляжу я в их глазах, слишком смелой, слишком решительной, слишком всезнающей... слишком супер-геройской.

А мне было страшно. И все эти дни, и сейчас. Ведь это еще не конец. Для меня, для Грайи, для Надии, для Орбрена с братьями, Добри... Для всех тех, кто оказался в нашем узком кругу заговорщиков. Для нас эти четыре дня самые первые в длинной цепочки трудных дней, по освобождению Гвенара.

Но пока был праздник. Мы радовались завершению самого трудного физически этапа, как дети. Обнимали друг друга, смеялись и плакали одновременно. Надия, шатаясь от усталости, шутка ли четыре дня по двенадцать часов быть подключенной к Оракулу, хохотала и вешалась на шею счастливому Фредолу. И даже Добря улыбался искренне и по-настоящему, а не пытаясь расположить к себе с помощью Дара. Бранитир с Дайрой, не стесняясь никого, обнимали друг друга и о чем-то тихо шептались. Это, пожалуй, был самый радостный вечер за все время.

На следующее утро, когда все еще спали, мы с Надией спустились в Сумрачный зал. Тот самый, где мы тогда воевали с Мушкой. Грайя, уже ждала нас у входа. Она немного нервничала. Неизвестность пугает.

– Грайя, – я обняла ведьму, ставшую мне подругой в этом мире, несмотря на не самое лучшее начало знакомства, – я постараюсь. Но обещать не могу.

– Я знаю, Малла, – грустно улыбнулась она и обняла меня в ответ, – но, когда стоишь одной ногой в могиле, смерть не так страшна. Поверь. И не пытайся добиться невозможного, поняла? Не рви жилы. Ты поняла?!

– Хорошо, – всхлипнула я, – я сегодня посмотрю. У нас еще есть день в запасе. Если не получится, то отложим на завтра...

– Нет, – рассмеялась Верховная аррова ведьма, – не надо ничего откладывать. Пожалей меня, ждать еще целый день... нет. Режь сразу. Ты поняла, Малла? Главное, прервать связь. Вместо меня Верховной станет Летни. Теперь все ведьмы станут свободными, и жены не должны будут умирать за своих мужей. Да ради такого мне ничего не жалко. Даже оставшейся половины жизни. Ты поняла?! Не вздумай геройствовать.

– Хорошо, – кивала я вытирая слезы, и даже Надия всхлипывала рядом, – готовы? Давайте приступим.

Грайя, обняв нас и попрощавшись, села на трон Сумрачного зала и положила руки на подлокотники, накрыв левой мерно бьющееся мертвое сердце. И застонала, прикусив губу. Больно.

Я вытерла слезы, и решительно прижала ладони Грайи своими. Один удар сердца, и вот я уже лечу к малому Оракулу. Хорошо, что у Аллы везде одинаковый пароль, а то я бы еще и нервничала от страха забыть или перепутать. Ввожу пароль «хочу помочь»... Очень хочу. Безумно, хочу освободить несчастных вдов от такой страшной участи, на которую сама же и обрекла. Пусть давно. Пусть я этого не помню. Пусть это была не совсем я.

Но они не должны умирать за своих мужчин, не должны страдать и мучиться от наведенной тоски, не должны приносить себя в жертву. Надо со всем этим покончить. Прямо сейчас.

– Малла, – голос Надии доносился, как сквозь вату, – ты зашла?

– Да, – ответила, – зашла...

83

После ввода пароля я оказалась в комнате. Алла объяснила мне, что делать, но сейчас именно Надия была самым опытным пользователем местных компьютеров, и я взяла ее с собой на всякий случай. Если вдруг растеряюсь и не смогу разобраться. Все же я и дома не особенно дружила с передовыми технологиями.

А от хадоа-гвенарских компьютеров Надия была в восторге. Она говорила, что до такого уровня нам еще очень долго. Подключаясь к компьютеру ты попадаешь в своего рода виртуальную реальность. И все управление происходит именно там. Сеть храмов Оракула, например, показывалась Надие в виде объемной голограммы шара, с точками, обозначающими храмы. Если точка светилась, то храм подключен к сети, если нет – нет. Но на второй день картинка стала сложнее и глубже. Словно Оракул подстроился под восприятие Надии, или Надия под Оракула. И теперь храмы возвышались над шаром в виде пирамидок. И помимо факта подключения Надия стала видеть еще и радиус их действия. К четвертому дню Надия могла увидеть даже нас, если мы были на дневной стороне Гвенара. И управлялся компьютер исключительно силой мысли. Никаких тебе кнопок, кроме одной, на входе.

И еще Надия отметила, что самым энергозатратным был именно полет к Оракулу. И как только ты попадаешь внутрь, Сил для нахождения там практически не нужно Из чего мы сделали вывод, что короли Гвенара просто сами не могли принять виртуальную реальность Оракула, поэтому их и возвращало назад моментально после нажатия кнопки. Все же для Гвенрацев Оракул скорее божество, чем просто артефакт, продукт маго-технологии.

В моей комнатке было пусто. Алла сказала, что я должна представить связь между мирами, и тогда я увижу эту цепочку, которую нужно разъединить. Я закрыла глаза и представила... но ничего не изменилось. Никаких голограмм и объемных картинок.

Ничего. Пусто.

– Надия, – запаниковала я, – у меня не получается! Я ничего не вижу!

– Успокойся, – голос Надии доносился все так же глухо, – попробуй начать с этого конца цепочки. Увидь Мертвое Сердце и Грайю... давай...

Я сосредоточилась. Представила как мы с Грайей выглядим со стороны. Она сидит на троне и ждет то ли окончательной смерти, то ли жизни. И нервничает. Я бы на ее месте не смогла бы быть такой спокойной. Нет. Я бы, наверное, рыдала или билась в истерике. А она сидит ровно. И я слышу, как бьется мертвое сердце, гоняя кровь...

Перед глазами что-то замелькало... стали появляться очертания Грайи... одна половина ее тела сияла, наполненная сверкающей голубой энергией, а вторая чернела, как самая темная ночь. И вдруг я увидела, что Грайя, как будто бы не Грайя. Ее лицо менялось, словно части тысячи лиц смешали в калейдоскопе и теперь хаотично складывали из этих кусочков одну картинку. На мгновение появились глаза Мушки. Их я ни с какими другими не спутаю. Еще никто и никогда не смотрел на меня с такой ненавистью. А потом мелькнула ее же презрительная улыбка, и я услышала шепот: «У тебя ничего не получится... все давно не так, как думает первая аррова ведьма... Все давно изменилось...» Мушка зло расхохоталась. А я взмокла от ужаса.

С таким трудом появившееся первое звено цепочки передачи Силы, тут же исчезло. Вот же... проклятая Мушка! Теперь начинай все с начала! Как же трудно представить то, то никогда не видела.

– Мама. – Шепот сына заставил дернуться. – Мама, я здесь...

– Сынок, – потянулась я к нему, и на стене мгновенно нарисовалась нужная мне схема: Оракул в Этом мире, Логик на Том Свете, Верховная, как батарейка, и Алла с моим сыночком на другой стороне... – спасибо, сынок, – прошептала, глотая слезы, – скоро я заберу тебя оттуда, малыш. Потерпи еще немного...