Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

66

А у меня появились другие заботы. Это вчера у меня была апатия от безысходности, но сегодня я верила, что все будет хорошо. И значит во мне проснулась невероятная жажда деятельности.

Фредол принес мне деньги, я выкупила доли всех желающих покинуть колхоз. Мы освободились от балласта, и теперь могли двигаться дальше. И у меня была практически полная свобода действий, которой я собиралась воспользоваться по полной.

Для начала я решила оставить в деревне только производство продуктов и их переработку, а все мастерские перевезти в город. Так мы сразу убьем двух зайцев, освободим в деревне рабочие руки, и будем иметь представительства в городе...

Вернее в городах. По такому же принципу я планировала открыть филиалы во всех бывших вдовьих поселениях.

А еще я посчитала, что торговый отдел должен стать отдельным подразделением, таким же как молочное направление, которое будет включать в себя и ферму, и переработку молока. Мы будем свозить всю продукцию в город, и продавать населению сами. Зачем нам посредники? Откроем в каждом городе по торговому дому и сами будем устанавливать розничные цены.

А то купцы позиционируют наши продукты как элитные, супер-дорогие. Сейчас это, конечно, и нам выгодно, но такой товар не продается большими объемами. И если мы хотим, чтобы молочные фермы были в каждом поселении, то нам нужно, чтобы сыр перестал быть деликатесом, а стал вполне привычным продуктом... как у нас в мире. А для богатых покупателей, можно придумать особые сорта сыра. И нам нужно расширять ассортимент молочных продуктов.

Когда я рассказала о своих задумках на совещаниями с руководителями, они сначала не обрадовались. Да и кому понравятся такие перемены. Я и сама очень боялась, но иначе мы не сможем двигаться дальше.

Назначение Сайки руководителем всего молочного направления, а Салины – торгового подразделения, помогли снять градус недовольства. Эти ушлые «девицы» мгновенно просчитали свою выгоду и стали ярыми пропагандистами моих идей в массах.

Вилина с сожалением отказалась от должности руководителя нашей промышленной группы. Она-то ведь никуда не уедет от господина Гририха. Но возглавила конструкторский отдел, который вполне может быть здесь, в колхозе. Там народу много не нужно. Они будут разрабатывать фасоны и готовить лекала. Да, мы решили отойти от создания одежды при помощи Дара. Дар это хорошо, но нам нужно чтобы мастерские были в каждом городе.

Нана и Зарна встретили новость о скором переезде в город с энтузиазмом. Панфим у Наны работал в столице, и каждый день мотался туда порталом. И если они будут жить в Варде, то он сэкономит время на поездках из города в деревню.

Зарна же всю жизнь жила в городе, и деревня ей не особо нравилась. Тем более песочный карьер, где добывали песок для стекла был гораздо ближе к Варду, чем к нашему поселению.

Начать этот глобальный процесс мы планировали с весны.

А пока у нас было время на подготовку. Нам нужны были люди. Здесь, в колхозе, мы уже выбрали всех инициативных, способных двигать предприятие вперед. И теперь перед нами встала задача найти руководителей для промышленного направления и для птицеводства. Потому что Глайя наотрез отказалась взваливать на себя эту ношу. Ей нравился инкубатор и все, что она хотела – заниматься выведением цыплят.

Еще стоило подумать о свиноводстве и овцеводстве. Тем более для последнего у нас был задел в виде лысых овец. Я решила, что если колхоз все равно почти мой, то я могу и передать их колхозу. Мне так проще.

А свиноводство должно было стать весьма перспективным в связи с планами на производство копченого мяса и колбас. Простенькую коптильню мы построили очень быстро. И копченая курица привела всех в восторг.

Строительство капитальной коптильни мы собирались начать с первыми же теплыми днями. А пока будем коптить в маленькой. Перерабатывать, конечно, получится меньшую часть куриных тушек, но хотя бы так. Мы возьмем свое за счет бешеной цены. Это же снова новинка для Гвенара. Деликатес.

Кстати, после возвращении Надии во дворец, королевская кухня возобновила закупки в колхозе...

67

Жизнь вроде бы немного устоялась. Я работала в колхозе, Надия шерстила библиотеки, наши мужчины тоже исчезали куда-то на целый день и занимались каким-то своими делами, связанными с государственной безопасностью.

Их легализацию, мы решили отложить, если получится явить миру не помеченного светящейся короной Оракула короля, то это будет гораздо лучше. По-крайней мере никто потом не скажет, что на троне сидит подлец. А это в Генаре очень важный момент.

Последний месяц моей беременности, стараниями Орбрена, проходил практически так же легко, как и предыдущие. Единственно, меня продолжали мучить кошмары. Мой сын каждую ночь шептал, что он держится. И это заставляла меня нервничать. Как такое может быть, что Орбрен говорит, мол, все хорошо, ребенок здоров и доволен, но он мне каждую ночь говорит обратное?

Вместе с первым снегом в нашем доме появилась Летни. Посвященная сестра, которая была с нами в храме.

– Малла, – она как всегда безмятежно улыбалась, – Грайя просила тебя приехать к ней в храм. Сказала, это очень важно. Она приехала бы и сама, но не может. Ты же знаешь. Верховная привязана к Сердцу.

– К сердцу? – удивилась я.

– Да, – кивнула Летни, -ты ведь теперь одна из Посвященных сестер, ты должна это знать.

Оказалось, что тайные знания арровых ведьм и Посвященных сестер приходят к ним во сне, после того, как они выберут свой путь.

Я почувствовала себя обделенной. Ко мне не пришли никакие тайные знания. И, вообще, сейчас я знала об арровых ведьмах не больше, чем до того, как закончились сны про Орландо. А они закончились в тот самый момент, как Орбрен с Грайей привезли меня в храм Оракула.

– Может быть, – задумалась Летни, – это потому, что твой первый муж на самом деле все еще не умер?

– Может быть, – согласилась я. Но обида все равно не прошла. Как же хочется вот так, ничего не делая, волшебным образом узнать какие-то жутко интересные секреты арровых ведьм. Да хотя бы про то же Серце. Но, увы, мне это было не дано. Хотя то, что Орландо жив, обрадовало. Все же смерти я ему не желала.

Мне не особенно хотелось ехать к Грайе, и я отговорилась нездоровьем. Летни вернулась в Столицу, взяв с меня обещание, что после родов, как только появится возможность, я навещу Верховную.

А госпожа Удача, кажется, отвернулась от нас окончательно. Время шло, росло напряжение, но мы так и не продвинулись ни на шаг в разгадке пароля.

Надия ворошила горы книг и собирала варианты дат, имен и названий, которые по ее мнению могли бы быть использованы Аллой в качестве пароля.

В первый раз, буквально через несколько дней после отъезда, она снова сбежала из дворца, прошла через портал в Вард и прикатила к деревню на наемной повозке, потому что нашла дату рождения Аллы. Я тогда еще раз слетала к Оракулу, хотя интуиция говорила мне, что не может пароль быть таким простым.

И я не ошиблась. После того, как я ввела цифры окошко мигнуло и надпись сообщила, что у меня осталось всего две попытки. В противном случае доступ будет заблокирован.

Это сильно осложнило нашу задачу. Сначала мы предполагали, что будем вбивать все подходящие варианты, надеясь на везение. А теперь нам оставалось надеяться только на мою интуицию, которая забраковывала все варианты один за другим.

И чем дальше, тем сильнее у меня была уверенность, что ничего не получится. Что-то мы делали не так. Где-то завернули не туда. Что-то упустили. Поторопились. Или, наоборот, действовали слишком медленно.

Это чувство и кошмары с шепотом моего сына, не давали мне спокойно заснуть. Я боялась даже закрыть глаза. И Орбрен каждый вечер усыплял меня, используя силу своего Дара.

68

– Мама... мама, я держусь, – шептал мой сын. И я слышала в его голосе нотки отчаяния. И я готова была отдать все, чтобы спасти его, но не знала, что делать. И никто во всем мире не мог мне подсказать.

– Сынок, – взмолилась я в очередной раз. Каждое утро я просыпалась в слезах, и Орбрен старался ни на секунду не оставлять меня ночью одну, – скажи, что тобой?

– Мама, я держусь, – шептал мне он снова. Тихо, как ветер. Иногда я думала, что просто схожу с ума. И пожалуй, готова была бы смириться с этим, если бы в глубине души не была уверена – это зов не просто так. Он существует на самом деле.

Сегодня Орбрен задержался, и я, в ожидании мужа, задремала за столом. Наведенный сон не давал ощущение отдыха, и хотя организм был в норме, мне всегда казалось, что я не выспалась. Тем более даже в наведенных снах, я слышала все тот же шепот. Хотя Орбрен говорил, что так быть не должно. Вот и сейчас, прикорнула за столом и провалилась в свой бесконечный кошмар.

– Мама...

Я вздрогнула и проснулась... нет... не проснулась, замерла на грани сна и яви. Я одновременно и спала, и бодрствовала. Однажды уже было так, вспомнила я, но тогда Орбрен окликнул меня, и я проснулась окончательно. А сейчас дома никого не было. И никто мне не мешал...

– Мама... – теперь шепот звучал как-то более явно. И я наконец-то услышала направление звука. Не раздумывая ни секунды, даже не накинув теплого плаща и не надев валенки, я шагнула на крыльцо.

– Мама, – мой сын звал меня. Я спустилась с крыльца, прошла по узенькой дорожке по двору, вышла за ворота и пошла к лесу. Прямо по снежной целине. Раздетая и босая. Никто меня не увидел, и никто меня не остановил. А я сама не чувствовала холода. Ничего, кроме желания идти вперед.

– Мама, – ноги проваливались в снег по колено, но я ничего не замечала, я перешла по льду реку. И кажется даже провалилась в воду, потому что промокла до середины бедер... Вперед. Туда, куда меня ведет мой ребенок.

–Мама, – шепот становился все более четким. И я знала, что с каждым шагом я ближе к нему. К моему сыну. Которому очень нужна моя помощь.

Я просто шла до тех пор, пока передо мной не оказались какие-то деревянные ворота. Огромные. Я попробовала перелезть, но у меня ничего не получилось. А мне нужно было вовнутрь, и я изо всех сил заколотила по деревянным створкам.

В маленьком окошечке мелькнуло чье-то лицо. Женщина за воротами ахнула, крикнула других, и они распахнули ворота, впуская меня во двор. Они что-то кричали. Пытались накинуть на меня, снятые с себя накидки, но я отмахивалась от них, как от назойливых мух. Спрашивали меня о чем-то, но я не слышала их голоса.

– Мама, – шептал мой сын где-то совсем рядом, – мама...

– Я иду, сынок, я иду, – прошептала я в ответ, – я уже скоро...

– Малла?! – снова, как в прошлый раз, меня выбросила из этого состояния. И я с удивлением огляделась, – Малла, как ты сюда попала?! Что случилось?! Ты совсем раздета, Малла?!

Встревоженная Верховная стояла напротив меня...

– Грайя? – удивилась я, – как ты здесь оказалась? – спросила и тут же исправилась, – как я здесь оказалась?

69

– Вот и мне интересно. Но, кажется, я знаю, для чего ты здесь. Кажется, я была права, -склонила голову на бок Грайя. После того, как она стала Верховной, что-то в ней неуловимо изменилось. Словно она перестала в какой-то мере быть собой. Вот этот жест... Грайя никогда раньше так не делала. – Но все потом. Сестры, – обратилась она к арровым ведьмам, окружившим нас, и кивнула на меня, – отогреть, переодеть, покормить, а потом ко мне.

Ведьмы, в несколько рук вцепились в меня, и не обращая внимания на мои возгласы недовольства, потащили выполнять распоряжения Верховной. И только, когда меня приволокли в баню, раздели и растерли тело какой-то вонючей мазью, я поняла, что очень сильно замерзла.

А еще, что Орбрен сойдет с ума от волнения. И что я, кажется, снова неосознанно свернула пространство, раз так быстро добралась до храма арровых ведьм... и что, кажется, не зря меня звала к себе Верховная. Она о чем-то знает. Или догадывается. Хотя мы с Орбреном никому не говорили, что я слышу сына.

Я начала засыпать еще в бане, когда сестры, наконец-то отстали от меня и оставил в покое. Кстати, как-то вяло мелькнула мысль, не знала, что здесь есть бани... все время мылась в тазу... надо будет в колхозе тоже построить...

Кормили меня с ложки. Я только помню, что открыла рот и глотала вкусную и горячую синюю кашу с какими-то незнакомыми приправами. А потом окончательно провалилась в сон.

– Мама, – голос сына звучал так близко...

– Сынок?

И я снова, толком не проснувшись сползла с кровати. И на грани сна и яви смогла уловить откуда идет звук. Совсем рядом. Буквально в двух шагах.

– Мама, я здесь, – звал меня мой малыш, и я пошла... медленно. Осторожно. В главный зал храма.

Арровы ведьмы потушили на ночь все факелы. И Тьма царила в коридорах, пряталась в углах черными тенями и смотрела на меня с надеждой.

– Мама, я тут, – тихий шепот замер, а мне в руку мягко толкнулась кошка Тьма. Она выросла еще больше, и теперь была почти до пояса. Огромная. Я погладила ее по огромной лобастой голове, и вдруг она распахнула глаза. В глазах Тьмы сиял Свет, осветив мне путь. И теперь я увидела, что вплотную подошла к стене, и дальше хода нет.

– Мама, я тут, – звук шел оттуда, из-за стены. Ничего не понимаю. Здесь должна быть дверь, вспомнила я. Тогда, в наведенном сне, я совершенно точно видела здесь дверь. Мушка еще сказала, что там ничего нет, что там спят мои спутники.

Закрыла глаза... вот она... дверь... потянулась к ручке. Щелчок... и невидимая дверь открылась, впуская меня в покои арровых ведьм...

– Мама, – тихий радостный смех, – ты пришла...

– Факелы! – раздался резкий крик Верховной, и за мной множеством огней вспыхнули факелы в руках сестер.

Всех сестер. Я успела заметить Летни, и Посвященных сестер, что были с нами в день нападения на храм.

Свет магического огня осветил небольшую, даже крошечную комнатку, грязную и пыльную. Серая пыль толстым слоем, покрывавшая все поверхности гасила шаги и укрывала пушистым покрывалом одинокую фигуру, лежащую на грубой каменной лавке. Женщина. Беременная женщина...

– Кто это? – прошептала я.

– Это Алла, – ответила Верховная, – Алла Ландо – первая аррова ведьма... ты нашла ее...

70

– Н-нашла? – прошептала я.

– Да, – Верховная подтолкнула меня в спину, – я же говорила, тебе придется сделать то, что предназначено. Иди и сними проклятье с ведьм!

Я тычок был неожиданно резким, и я невольно сделала шаг вперед, утопая в пыли.

– Ну, уж нет, – попятилась я назад, – я даже подходить к ней не буду. Мне даже смотреть на это страшно.

– Малла, ты должна! – загудели арровы ведьмы и Посвященные сестры.

– Кому должна, я всем прощаю, – я повернулась спиной к этому кошмару и попыталась выйти, но меня не пускали. Вот ведь... нехорошие женщины... просто встали стеной, преграждая мне выход.

– Мама... – раздалось позади меня, – Мама, ты пришла... я могу отдохнуть? Я устал...

По моей коже побежали не мурашки, а слоны. Я мгновенно промокла от холодного пота. Это был голос моего сына.

– С-сынок, – прошептала я, замерев, – эт-то т-ты?

– Мама...

Я медленно повернулась... меня трясло от ужаса, но там был мой ребенок. Откуда-то я знала это. И я должна была... должна была освободить его. Потому что иначе ему не родиться снова. У меня. Я маленькими шагами приближалась к лежащему телу...

– Мама...

Шептал сын. И я не могла остановиться. Шла вперед. Хотя больше всего на свете хотела убежать из этого кошмара...

И чем ближе я подходила, тем все сильнее менялось все вокруг. И когда сделала последний шаг, реальность поплыла...

Исчезли арровы ведьмы, шедшие молчаливой толпой следом. Исчезла пыль и грязь. Комната преобразилась. Как будто бы я оказалась в ней на тысячи лет раньше...

И женщина на скамье больше не была мертвой. Она дышала. А потом вдруг шевельнулась и... встала.

Мамочки мои! У меня душа упала в пятки. Потому что это была я... как будто бы в зеркале. Только платье другое... не сарафан мой колхозный, а дорогое, из плотной, но легкой и струящейся ткани, расшитое золотой вышивкой и драгоценными камнями.

– Вы пришли, – улыбнулось мое отражение, – мы дождались...

– Т-ты кто? – губы едва шевелились от страха.

– Я Алла жена Арра Ландо. Как и ты. И это наш ребенок, – она обняла свой живот, – как и у тебя...

– Мне это все кажется, я просто сплю, – зашептала я и ущипнула себя за руку. Больно. Но ничего не исчезло.

– Нет, – улыбнулась я... нет... та другая я, – тебе не кажется. Мы давно ждали тебя. И очень рады, что ты пришла. Только получилось гораздо дольше, чем я думала, – нахмурилась она, – наш малыш совсем уже выбился из сил.

– От-ткуда вы знали? Что я приду?

Она пожала плечами и виновато с какой-то затаенной болью улыбнулась:

– Когда-нибудь моя душа должна была искупить свои грехи и вернуться. Присаживайся, -она подвинулась, – я знаю, тебе сейчас тяжело стоять. Я тебе все расскажу.

Я, не совсем понимая. что делаю, сел на скамью.

– Я не знаю, сохранилось ли сейчас в памяти людей то, что произошло тогда, много тысяч лет назад. То, что я узнаю от Верховных, слишком странно, чтобы быть правдой. Да и не так часто они меняются. Это слишком тяжело адаптировать систему к новому источнику. Но это я тебе объясню позже. А пока сама история.

71

Алла поерзала по твердой каменной лавке, устраиваясь поудобнее, и начала свой рассказ:

– Все началось задолго до моего рождения. Мой дед был один из тех, кто создавал Оракула и Логика. О! Это был грандиозный проект двух миров. Объединение магии и технологии... Высший разум, свой для каждого мира, способный сделать мир лучше и справедливее...

– Двух миров?! – перебила я, – но мне рассказывали совсем другое...

Я коротко пересказала историю Гвенара. Алла вздохнула:

– Когда я вынуждена была сделать все это, – она обвела рукой комнату, – я знала, что время изменит многое, но не знала, что настолько... Нет. Все было совсем не так... Мой Арр не открывал портал в Хадоа. Этого не делал, вообще, никто и никогда. Наши миры, волей Создателя, с момента своего существования соединены Вратами, через которые могут свободно перемещаться люди обоих миров. Здесь, на Гвенаре миром правила магия, в Хадоа – технология. И люди жили там, где им было удобнее...

– Но почему тогда... если Хадоа всегда были. Почему они напали?

– Потому что, когда Оракул и Логик воцарили над мирами, случилось то, о чем ты и говорила. Магия в Гвенаре стала пропадать. И эта ошибка... она действительно была. Все расчеты делались в Хадоа, и наши Ведающие обвинили Знающих в намеренном искажении информации.

Она покачала головой. Я молчала. Пожалуй, я бы тоже заподозрила неладное. Все же пять сотен лет и пять сотен тысячелетий, слишком разные цифры.

– Ведающие стали требовать отключить Логика от магической энергии. Тогда срок заполнения энергетических емкостей сократился бы вдвое. Но мой Арр, я и еще несколько сильнейших Ведающих и Знающих из Объединенного Круга...

– Из объединенного круга? – перебила я.

– Да, это тоже было достижение моего деда. Он очень много сил положил на то, чтобы создать Объединенный Круг, который управлял общими делами двух миров. Мой Арр был Знающим, – улыбнулась она, – одним из самых сильных Знающих Хадоа. – Алла вздохнула, погладила свой живот, и продолжила, – так вот... мы были категорически против отключения Логика от магической энергии. Это привело бы к очень нехорошим последствиям. Что и случилось... Отключаясь Логик выпустил доступные ему ядерные бомбы, – она запнулась и начала пояснять, – это...

– Я знаю, что это такое, – перебила я ее. Я из Мидгарда. Это технологический мир.

– Забавно, – хмыкнула Алла и рассмеялась, – Ведающие были уверены, что смогут сохранить свое наследие именно в Мидгарде. Логик уничтожил мир Хадоа практически мгновенно. Это было так страшно, Малла, – она схватила меня за руку, – Мы с Арром первыми вошли в уничтоженный мир. И видели все своими глазами...

– А земля-то прокляла их. И превращались они в чудища страшныя, волосья да кожу по дороге сбрасывая, да помирая как нечистые, – прошептала я цитату из учебника истории Гвенара.

– Да, – кивнула Алла, – так и было. Мы с Арром и нашими друзьями Ведающими и Знающими, потратили больше ста лет, чтобы восстановить возможность жить в Хадоа.. И снова запустили Логика. А когда вернулись домой... оказалось, что здесь, за такое короткое время все изменилось. Наши Ведающие сочли, что технологии слишком опасны, и ввели в Оракул запрет на развитие, заморозив жизнь целого мира на том уровне, когда наши миры развивались примерно одинаково. А нас объявили предателями и изгнали из общества. Знаешь, это так сложно жить среди людей с зеленой короной предателя...

– Знаю, – вздохнула я, – очень хорошо.