Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

84

Теперь, когда схема была перед глазами, разорвать ее казалась просто. Пробежала по цепочке – самое слабое звено нашлось как раз на стыке миров. Я зажмурилась и изо всех сил рванула миры в разные стороны. Кошмар меня подери! Громыхнуло так, что я чуть не оглохла. Но зато схема на стене тревожно замигала у меня получилось повредить одно звено.

И тут я увидела, как по фигурке Грайи начала расползаться темнота, энергия уходила в разрыв и рассеивалась в межмировом пространстве... ну, уж нет! Как бы не так! Я не дам ей умереть.

Я снова потянулась к нити, ее хвостик болтался, как хвост коровы, и из него, как из порванного шланга сочилась синяя энергия... а если завязать узелок? Если эта нить, как шланг, то утечка должна остановиться? Я поймала хвостик нити и одним движением завязала узел. И еще один. Энергия перестала сочиться, и повисла на конце нити-шланга крупной каплей... а Грайя на глазах начала оживать. У меня получилось! Это оказалось гораздо проще, чем я думала.

– Потерпи сынок, я скоро освобожу вас, – шепнула я в пустоту... больше связи с Той стороной не было. И вряд ли он меня услышит. Но теперь я была уверена, что все будет хорошо. Осталась самая малость. Умудриться во время родов найти время на спасение души собственного ребенка. А я боюсь рожать. Хотя Орбрен и говорил мне, что уберет боль, но все равно страшно...

– Малла! – крик Надии, донесшийся через слой ваты, заставил отвлечься от мыслей.

Я отключилась от малого Оракула и снова оказалась в тронном зале. И сразу поняла, почему кричала Надия. Грайя все равно умирала. Что-то я сделала не так, как нужно.

– Надия, приведи Орбрена, – велела я и снова закрыла глаза, стремясь в комнату, где осталась моя схема.

Пароль, вход, схема все еще на стене. Но теперь я вижу, что все плохо. Энергия которой некуда уходить, начала переполнять Грайю и малый Оракул. Еще немного и здесь все взлетит к чертям вместе со всеми нами... надо немного распустить узел, чтобы энергия уходила такой же скоростью, как и приходила...

Невольно вспомнились задачи из школьной математики: вода из одной трубы вливается в бассейн, а из другой вытекает... Только труб, которые вливаются у меня не одна, а несколько сотен... каждая аррова ведьма отдает свою энергию Грайе. Получается, даже отключив систему от питания Той стороны, я не сняла проклятье с ведьм... Они все так же обречены быть батарейками. Только энергия теперь уходит в никуда. Да, ведьм больше не будет. Но и те, кто уже стал ведьмой, не смогут вернуться к нормальной жизни. Если только... если только я не разорву все связи и не завяжу сотни узелков на нитях, ведущих от каждой сестры к Верховной...

Надо попробовать... Я уселась поудобнее, прямо на пол, и закрыла глаза... веер нитей, входящих в Грайю впечатлял. Мне стало жутко от объема работы, который предстоит сделать. Но не зря говорят, глаза бояться, а руки делают. Я вздохнула и потянулась к первой. Разрыв, узелок... разрыв, узелок... не крепкий, чтобы энергия сочилась тихонько, по капле, не давая накопить критическую массу. Разрыв, узелок... вода должна вливаться и выливаться из бассейна с одинаковой скоростью. Сколько прибыло, столько убыло... разрыв, узелок...

– Малла, – раздался голос Орбрена, – Грайя пришла в себя.

– Хорошо, – улыбнулась я и вздохнула, – не мешайте мне...

Разрыв, узелок... кажется меня ждут два очень длинных дня... разрыв, узелок...

85

Я думала сойду с ума от такой однообразной работы. Но когда приноровилась, стало проще. Руки работают, а голова свободная. Можно и помечтать о будущем, и подумать о прошлом... И я представляла, как счастливо мы будем жить втроем: я, Орбрен и наш сын. Я буду руководить колхозом, муж станет лечить людей, а наш малыш будет расти и радоваться жизни. А еще я поняла, что хочу еще и дочку, с глазами как у Орбрена.

И уж вторую беременность я не буду носиться и спасать мир. Возьму декретный отпуск и буду наслаждаться покоем... и, вообще, хватит с меня приключений. Я скучаю по своей старой жизни, когда всех забот и было, что пьянки Орландо. Это же такая мелочь! Я бы сейчас даже секунды не думала, развелась бы сразу. Никакая любовь водке не соперница. Пьет, значит ты уже проиграла. Уходи, треугольники никогда не делают счастливой третью сторону.

Вечером первого дня я смогла оценить результаты своей работы. Среди арровых ведьм стали сразу заметны сестры, которых я отвязала от системы. Они даже выглядеть стали по-другому, посвежели вроде. И ходили с какими-то мечтательными улыбками на лицах.

А когда я спросила, как ощущение, ответили, что мир вокруг словно ярче стал, цвета появились, мечты и даже планы на будущее... сразу несколько ведьм бывших ко мне в колхоз напросились. Соскучились говорят по жизни простой, по труду, по людям.

Вообще, стало понятно, что такой сильной организации, как арровы ведьмы больше не будет. Посвященные сестры и раньше были более свободны в своих действиях. А теперь все станут просто обычными женщинами... ну, может быть чуточку более одаренными, чем раньше... или наоборот, потерявшими свои Дары. Время покажет.

– Малла, – вечером второго дня Грайя, лежа в постели, Орбрен запретил ей вставать, заговорила со мной об этом же, – знаешь, это, конечно, хорошо, что мы теперь свободны... но вот я думаю, а кто теперь будет повитухами? Кто будет смотреть за беременными? Как женщин теперь будут рожать? Одаренных лекарей, как Орбрен, очень мало. Раньше в каждой деревне жили арровы ведьмы, а сейчас?

– Я не знаю, – грустно улыбнулась я, – мы сейчас столько всего сломали в привычной жизни и еще сломаем, Грайя, что я даже боюсь представить, что из этого всего получится. Нет, когда-нибудь мы, конечно, будем жить лучше, чем сейчас, но как дойти до этого «лучше» и не заблудиться? Не знаю...

– Мы с Летни весь день об этом думали. Решили, что нельзя нам совсем распускать арровых ведьм. Многие хотят уйти, но кто-то хочет и остаться. Кто-то слишком долго во всем этом живет, и по-другому себе жизнь не представляет. И мы... мы подумали, хорошо бы обучать девочек с Древней кровью тому, что мы знаем. Их ведь сейчас ничему не учат.

– Не учат? – удивилась я, – но почему?

– Ну... считается, что девочки всего лишь носители Древней Крови, но к обучение не способны. По крайней мере те, у кого ее крохи совсем, как у меня или у Летни... а так у девочек будет шанс стать в жизни кем-то. А не просто... элитной свиноматкой, – Грайя засмеялась, – никогда не забуду, как ты возмущалась.

– Мне кажется, это хорошая идея, – согласилась я.

– А ты поможешь воплотить ее в жизнь? – подмигнула Верховная.

– А я-то при чем? Чем я помочь могу-то? Разве что договор заключить на снабжение продуктами от колхоза, – хохотнула я. Нет, ну правда, ничем другим я помочь я не смогу. Мне еще, конечно, вместе с его величеством и всеми остальными Оракула перепрограммировать. Но мы будем убирать старые правила, а не записывать новые. Захотят девочки учиться – пусть учатся. Это их право. Принуждать к чему либо, да еще и через Оракула я точно не хочу.

– Эх, Малла, – рассмеялась Грайя снова, – какая же ты еще наивная. Но не буду торопить события. Поживем – увидим, – подмигнула она мне.

86

К моим родам готовились, как к последнему бою. Все. Даже Брантир с Дайрой, Фредол с Надией, Добря, бывшие арровы ведьмы, Посвященные сестры... Странные люди. Им-то чего волноваться? Волноваться надо мне, Орбрену и Грайе, которая решила сама лично принять моего ребенка. Она ради этого даже выпила какой-то страшно секретный ведьминский отвар, которым меня поили, когда я училась управлять стихиями. И встала.

На Грайю на уровне энергии лучше было не смотреть. А то я хихикать начинала. А потом волноваться, как она будет дальше так жить. Она была похожа на многоножку, так много ниточек с узелочками отходило от нее в разные стороны. Но я надеялась, что со временем эти каналы атрофируются и исчезнут.

А в остальном Грайя чувствовала себя прекрасно. Сердце снова билось у нее в груди, а Мертвое, то, что лежало на подлокотнике трона высохло и превратилось в пыль. Вообще, вся жуть из Сумрачного зала исчезла, и он стал обычной комнатой. Пыльной и грязной. Ведь сколько ты не запечатывай двери, а пыль все равно найдет лазейку. Чистыми были только белые дорожки по которым ходили ведьмы. Жуткая Тьма Того света, живущая в углах Сумрачного зала, исчезла сразу, как только я прервала связь между мирами.

С самого утра седьмого дня меня мучили посетители, вопрошавшие как я себя чувствую. А я чувствовала себя прекрасно. Как всегда. Ничего не болело, нигде не тянуло, никуда не хотелось. Оставалось выполнить самый легкий пункт нашего плана, в тот самый миг, когда грань между мирами истончиться, вытащить часть души моего сына, которую Алла отдала той стороне, и перерезать пуповину Того Света. Алла сказала, что тогда созданный мир погибнет, а мой сын родиться с целой душой. И я сама с нетерпением ждала, когда все закончится.

Я бы и домой уже ушла, но мы с Аллой, когда составляли план, решили, что рожать здесь, в храме будет надежнее. По сути я должна была повторить то, что происходило много тысяч лет назад, чтобы легче было забрать душу у Той стороны.

Роды начались только к вечеру. Все шло по плану, схватки становились сильнее, Орбрен не отходил от меня ни на шаг, Грайя помогала дышать и контролировать частоту и интенсивность схваток.

А между ними я закрывала глаза и прислушивалась. Тот свет вот-вот должен был приблизиться на минимальное расстояние. И я должна было быстро найти освободить ребенка от тысячелетнего плена... еще немного... еще чуть-чуть... еще капельку сил и терпения, и все. Все закончится. И я просто буду жить. Тихо и спокойно... никаких угроз, никаких битв, никаких заговоров... просто жить...

Серая тень Той стороны приближалась, Тьма зашевелилась по углам, ветер с Того свете шевельнул магическое пламя факелов... я закрыла глаза. Сейчас, мальчик мой, еще немного...

И я увидела... Увидела мир, созданный Аллой много тысяч лет назад и теперь связанный тонкой нитью с моим сыном, со мной... я привычно поймала серую нить энергии и потянула... сильнее... еще сильнее... но она не поддавалась.

Наоборот, я с ужасом поняла, что с той стороны кто-то тянет эту нить на себя, выытягивая отсюда из этого мира душу моего ребенка. Кто-то почти такой же сильный как я... не понимаю!

– Малла! – отчаянный крик Аллы, и я увидела, как она бьется в серую пленку между мирами, пытаясь вырваться, – Малла!

Пленка растягивалась... Как воздушный шар... резина становится все тоньше и прозрачнее... и можно увидеть то, что происходит внутри шара...

А там... там стояли толпой бывшие Верховные... не все, догадалась я... но их было довольно много, и среди них я увидела Мушку... И вспомнила то, что она говорила мне... а ведьмы вдруг все толпой подались назад, и я почувствовала, как нить в моих руках рванулась... они тянут пуповину на себя, поняла я. Они хотя забрать моего ребенка... моего сына... чтобы его душа была целой... но не здесь, а там...

– Нет! – закричала я и изо всех сил вцепилась в ускользающую из моих рук жизнь моего малыша, – нет!!!

87

– Малла, – встревоженный Орбрен положил обе руки на живот, – что-то не так... я помогу... держись...

Он направил на меня поток своей силы. И я ощутила будто бы его ладони обхватили тонкую нить жизни нашего малыша, помогая удержать. Силы.. мне нужно вложить больше Сил... чтобы спасти моего ребенка.

И я потянула, без рывков, осторожно, чтобы не порвать нить, но изо всех Сил, и ощутила, как Орбрен напрягся, помогая мне.

– Не понимаю, – забормотал он, – что происходит? Как будто бы кто-то тянет...

– Бывшие Верховные, – всхлипнула, как же мне страшно, – они почему-то там... на Том свете... и они тянут моего сына к себе. Не понимаю... Алла ничего не говорила про такое...

– Бывшие Верховные? – Грайя кинулась ко мне, – ты уверена?!

– Да, – мотнула я головой, – не понимаю, откуда они там взялись... и зачем им мой сын?

– Арр! – выругалась ведьма, а потом посмотрела на Орбрена и решительно приказала, -усыпи ее...

– Но... – растерялся мой муж.

– Так надо, Орбрен, – спокойно ответила она ему... чересчур спокойно... – поверь. Малле этого лучше не видеть... она только помешает...

– Нет! – закричала я, – нет! Что происходит?! Что вы собрались делать?!

Но Орбрен легко коснулся моего лба...

– А-а-а! – я закричала и попыталась встать с кровати. Ощущение было такое, будто бы меня переехал трактор. Сил не было, руки-ноги совсем не слушались... Но я должна встать... я должна спасти своего ребенка от арровых ведьм с Того света...

– Тише, Малла, – зашептал Орбрен, удерживая меня за плечи, – тише, разбудишь сына. Все хорошо, родная, все закончилась. Наш мальчик с нами. У нас все получилось.

– Все?! – я пощупала живот. Его не было, – где мой сын?! Орбрен, что с ним?! Меня что прокесарили, да?

– Про...что? Он спит рядом с тобой, – мой муж улыбался, – лежи тихо, не вертись. Тебе нужно отдохнуть...

– Где?! – я завертела головой, рядом со мной огромным черным облаком лежала непроглядная тьма, – Орбрен?! Где мой сын?!

И вдруг во тьма открыла глаза и лизнула мою руку шершавым языком. Оказывается это огромная, с теленка кошка-Тьма развалилась на моей кровати там, где раньше спал мой муж...

– Она охраняет его, – тихо рассмеялся он, – представляешь? И подпускает к ребенку только меня. Думаю, – добавил, – днем вместо Тьмы нянькой будет Свет...

Орбрен наклонился, и сунул руки во тьму, доставая крошечный сверток, с маленьким розовым личиком.

– Райки, – прошептала я. Горло перехватило от счастья. С ним все хорошо. Я видела. – У нас все получилось?

– Да, Малла. С ним все хорошо, – он аккуратно вложил мне в руки моего малыша, – мы забрали его душу с Той стороны. Теперь ему ничего не угрожает.

– Он такой крошечный... и такой хорошенький...

– Вовсе нет, – Орбрен присел рядом и обнял нас обоих, – он сильный и крепкий мальчишка. Настоящий боец...

А я счастливо кивала, любуясь на ребенка... подумать только... теперь я мама... а Орбрен папа... теперь мы настоящая семья.

– Малла, покормишь его? Мы уже прикладывали его к груди пока ты спала, но он может поесть еще. Хочешь?

Я кивнула... Да, очень хочу...

Мой мальчик сладко чмокал губами, а я просто была счастлива. Райки поел и снова заснул так и не выпустив сосок изо рта. И я тоже, кажется, так и заснула, прижимая к себе сына.

88

 – Она спит? – спросила Грайя.

Я как будто бы видела все со стороны... моя комната... серый каменные стены, деревянные балки потолка, горящие факелы на стенах.

Рядом с моей кроватью стол, его занесли прямо перед родами. И там приготовлены чистые, мягкие куски материи. Это старая рубашка Орбрена, в которую и нужно завернуть сына сразу после рождения, чтобы малыш был под его защитой. Я немного посмеивалась над местными обычаями, но не противилась.

Вот я, в кровати, рожаю. Грайя замерла с одной стороны, Орбрен склонился надо мной с другой.

– Да, спит... но зачем, Грайя. Я тебе, конечно, доверяю полностью, но это не слишком хорошо и для Маллы, и для нашего сына.

Я попыталась позвать мужа, но у меня не получилось. Руки-ноги тоже не слушались меня... их, вообще, как будто бы не было. И тела не было. Просто была Я... беспристрастная и безэмоциональная. Как будто бы фиксировала то, что происходит. Запоминала и все.

– Все плохо, Орбрен. Все очень плохо. Не знаю, как задумывала Алла, но за эти тысячелетия, арровы ведьм тоже не бездействовали. Мы многое узнали о Той стороне, многому научились, приспособились жить в таких условиях, в которые поставили нас не по своей воле.

– Грайя, – перебил ее Орбрен, – побыстрее... мне некогда слушать историю арровых ведьм. Нам нужно спасти сына Маллы и ее... ты же понимаешь, если с ребенком что-то случится, то...

– То Маллу в ее горе не остановит ничего... да, знаю. Если коротко, то Алла немного слукавила. Она использовала переделанное заклинание сотворения мира. Вероятно, она надеялась, что прервав рождение мира и отпустив большую часть души своего сына на перерождение, она остановит этот процесс. Но за многие тысячи лет, благодаря арровым ведьмам, все потихоньку двигалось... мир создавался. По песчинке. По камушку. И сейчас, чтобы он стал живым нужно всего лишь завершить начатое – отдать ему то, что принадлежит по праву. То, за чем мы, арровы ведьмы, охотились с самого начала.

Вот же кошмар меня подери, возмутилась нынешняя я. Не та, что была там, вместе с Грайей и Орбреном. А я ей верила!

– Нет! – Орбрен прикрыл меня собой, – лучше не подходи, Грайя. Ты не получишь его душу.

– Дурак, – выругалась Верховная, – я и не собираюсь. Хотя не буду врать, если бы не случилось то, то случилось, я бы не сомневалась ни капли. Но сейчас, я хочу предложить другой вариант... Если ты согласен, то мы можем попробовать.

– Согласен. Если это сохранит жизнь малышу, я согласен на любое твое предложение. Что я должен сделать?

– Ты даже не знаешь, что именно я хочу предложить, – улыбнулась Грайя.

– Я готов отдать все, что угодно. Даже жизнь. Малла так много сделала и еще сделает для нашего мира... если будет счастлива.

– Именно поэтому и я готова ради этой девочки на многое, – согласно кивнула Грайя, -ведь она рисковала всем, ради Гвенара. И мы не можем не отплатить ей той же монетой. А с ценой ты не промахнулся, – она невесело улыбнулась, – значит мы с тобой пойдем вдвоем...

– Вдвоем? – вскинулся Орбрен...

– И это еще не гарантия, что все получится. Мы слишком слабы по сравнению с мальчиком... И мир может счесть нас недостаточной жертвой.

Грайя тяжело вздохнула. Орбрен побледнел, но решительно тряхнул головой.

– Хорошо. Значит мы пойдем вдвоем.

Нет-нет-нет!!! Я зажала рот рукой, чтобы не закричать... Грайя! Думай! Должен быть другой способ. Должен быть!

89

– У нас мало времени, – Грайя вздохнула, – я сейчас все подготовлю, а ты пока можешь проститься с братьями. И позови Летни, мне нужна будет ее помощь.

– Хорошо, – Орбрен подошел ко мне спящей. И легко погладил по щеке, убрал за ухо растрепанные пряди волос... Он смотрел на меня так, как будто бы прощался навсегда... наклонился надо мной... что-то прошептал... и поцеловал...

Я не ощутила, но представила себе это поцелуй. Нежный, мягкий, от которого сердце переворачивается в груди и замирает от счастья.

А потом встал и ушел... стремительно... не оборачиваясь...

Хлопнула дверь. Мы с Грайей остались одни. И она, до этого суетливо теребившая пеленки, вдруг бросила все и обернулась.

– Малла, – Грайя посмотрела прямо на меня. На эту меня, что висела сейчас в углу комнаты, – я знаю, Оракул все запоминает. И ты сможешь потом увидеть, то, что здесь случится. Прости, за то, что усыпили тебя. Но ты стала бы отказываться от такой помощи. А это не правильно. Твой сын и ты сама заслужили свое счастье как никто другой. Слышишь? И мне совсем не жаль заплатить такую цену. Тем более, – Грайя вдруг лучисто улыбнулась, – я знаю, все будет хорошо. Возможно мы еще увидимся. Я не совсем уверена... но, возможно, это еще не конец, возможно...

– Нет! – в дверях появился Орбрен, и перебил ведьму, – я не согласен!

Он говорил не мне, не Грайе, а тому, кто шел за ним – Фредолу.

– Орбрен, – казалось они продолжали спор начатый еще там, за дверями моей комнаты, -ты же понимаешь, что это правильно. Ты должен любить Маллу, растить сына... тебе нельзя оставлять ее сейчас. Это нечестно. В первую очередь по отношению к ней.

– У тебя есть Надия! И ты готов сделать ее несчастной?

– Надия собирается в Мидгард, – следом вошел Брантир и сдал нас с потрохами... и откуда он узнал? – Орбрен, мне тоже больно, как и тебе. Я не хочу потерять ни тебя, ни его. Но Фредодл прав. Ты должен быть с Маллой.

– Вот именно! – Фредол с отчаянием посмотрел на ведьму, – Грайя, ты же понимаешь, что это моя дорога. Мой долг. Орбрен, я люблю Надию, но она не любит меня. Я это знаю. И потом... я пережил шестнадцать жен... я принес в жертву Гвенару шестнадцать женщин... Орбрен... мне это нужно, понимаешь? Мне самому это нужно...

– Он прав, Орбрен, – подала голос, стоявшая на пороге, Летни, – позволь ему сделать то, что он хочет. Поверь, никто и никогда не упрекнет тебя в том, что ты позволил ему уйти. Потому что ему это нужно больше, чем тебе.

– Нет! – Орбрен не хотел ничего слушать, – Грайя сказала, что я...

– Нет, – перебила его Грайя, – кто из вас пойдет вместе со мной не так важно... а вот кто останется... Орбрен, так будет лучше, – спокойно ответила Грайя, – для Маллы... для Гвенара... для всех...

– Но...

– Никаких но, брат, – Фредол обнял Орбрена, – я желаю тебе счастья. Приглядывай за ней, а то Малла такое может натворить... нечаянно, – передразнил он меня.

– Это она может, – Орбрен и Брантир плакали, обнимая брата.

– Фредол! – Надия, наверное, подслушивала под дверью, и теперь кинулась ему на шею, -Фердол...

– Тише, моя хорошая, – прошептал он и поцеловал жену, – все будет хорошо. Малла откроет портал. У нее это теперь получится гораздо лучше, чем у меня. И ты пойдешь домой. Будь там счастлива, хорошо?

Надия обнимала его и плакала. И я тоже не могла сдержать слез...