Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

Големы заходят с разных сторон. Трех из них Крокодил и два вооруженных ремдрона буквально разносят в пыль очередями модифицированных снарядов и пуль. Я не выпускаю роботов из поля зрения. Поэтому модифицированные боеприпасы продолжают срабатывать как надо.

– Дрон-3 – боезапас исчерпан! – коротко докладывает Кан.

Третий – это один из новых роботов с крупнокалиберным пулеметом. Патронов к КПВТ мы успели модифицировать не так уж много. Кто мог подумать, что их придется расходовать в таких количествах? Однако выход из боя одного дрона сейчас не самая большая наша проблема. Три наземных голема уничтожены, но ещё два подбираются к Волынскому и Якушеву с другой стороны холма, и от нас их заслоняет склон, а вот они наших беспокойных гостей могут обнаружить в любую секунду.

Слева от меня с шипящим шелестом выпускает короткую очередь из стрелкового комплекса Ло, и после секундного перерыва ещё одну.

– Летающий разведчик иншеров уничтожен, – сообщает десантница, но меня сейчас судьба мелкого воздушного шпиона волнует слабо – на такой дистанции он всё равно ничего бы толком не рассмотрел.

– Противник обнаружил Якушева! – докладывает Кан, и в ту же секунду один из големов наносит удар.

Я вижу яркую вспышку в той точке, где прячется майор, однако, как ни странно, он ещё жив. Офицер Императорской тайной службы не так прост, и защитный артефакт у него достаточно хорош, чтобы выдержать одно попадание даже от такого врага. Впрочем, щита у майора больше нет, и не факт, что даже первую атаку он смог отразить полностью.

Выстрелить второй раз голем тайкунов не успевает. Выскочивший на вершину холма Крокодил разрывает его в клочья, стреляя из двух своих штатных пушек. Модифицированные снаряды у него тоже закончились, но в данном случае хватает и обычных.

Последний голем неожиданно решает, что ловить ему здесь больше нечего и пытается покинуть поле боя. По большому счету нам он не нужен, и пусть бы себе валил куда подальше, но судьба решает иначе. Брат-близнец Крокодила, бегущий к месту боя с нашей базы, оказывается прямо на пути его отхода, и тварь тайкунов разрывает пополам короткой очередью.

К сожалению, наши проблемы на этом не заканчиваются. Взбешенный гибелью своих големов, управляющий конструкт укрепа тайкунов накрывает склон холма очередным залпом дальнобойной магической пакости. Крокодил прикрывает своим корпусом и силовым щитом лежащего без сознания Якушева, а истративший весь боезапас ремдрон становится дополнительным укрытием для полковника Волынского, защита которого уже изрядно просела, но ещё как-то держится.

Пушки роботов задираются в небо и ведут зенитный огонь по приближающимся конструктам-камикадзе. Ло и Шела переводят стрелковые комплексы в режим автоматического наведения и тоже присоединяются к отражению удара. Увы, не всё, что летит к нам из укрепрайона тайкунов, можно сбить кинетическим оружием. Стабилизированные скрытой силой энергетические формации не имеют материального носителя, который можно было бы разрушить или вывести из строя снарядами и пулями. Поэтому вокруг нас вновь звучат взрывы и поднимаются в воздух фонтаны земли, мелких камней и расщепленных древесных обломков.

Прямое попадание только одно. Его принимает на силовой щит Крокодил. К сожалению, его позиция противнику точно известна, а сменить её робот не может. По крайней мере, пока мы не эвакуировали майора Якушева. Достается роботу изрядно. Щит отражает удар, однако ещё одно такое попадание может стать для Крокодила последним.

– Управляемый концентрат скрытой силы, – подсказывает мне демон. – Судя по характеру воздействия на цель – стихия вакуума, высший ранг. Очень редкий боеприпас. Не думал, что в запасах местных укрепрайонов они ещё остались. Хороший у вас робот. Не понимаю, как он такое выдержал.

Мне сейчас совсем не до рассуждений виртуального ассистента. Нужно сваливать отсюда как можно скорее. Мои союзники, судя по всему, полностью разделяют эту точку зрения. Ремдрон-3, израсходовавший весь боезапас, получает команду от Кана и подхватывает с земли сначала Якушева, а потом и Волынского. В отличие от майора, полковник в сознании, но сопротивляться ему даже в голову не приходит.

Прямо на вершине холма возникает очередная группа фантомов – Тапар продолжает прикрывать наш отход. На этот раз призраки копируют нашу группу. Они какое-то время активно перемещаются по склонам холма, а потом начинают быстро уходить в юго-восточном направлении. Вместе с ними для большей достоверности отправляется боевой робот, прибывший нам на помощь с базы. Его задача – организация светошумовых эффектов, чем он с большим энтузиазмом и занимается, щедро расходуя невосполнимые боеприпасы. Чувствую я, это расточительство Ло нам ещё припомнит.

Мы отступаем. В нас больше никто не стреляет. Грохот взрывов и вспышки остались довольно далеко за холмом, где продолжает резвиться робот кибов. Впрочем, вскоре и там всё стихает. Нам удалось вырваться, но настроение предельно поганое, замешанное на смеси досады и злости. Я даже сам удивляюсь силе этих эмоций.

– Хозяин, у вас сейчас некий аналог абстинентного синдрома, – подсказывает демон.

– А по-русски? – с раздражением переспрашиваю я помощника.

– Отходняк после сильного стресса и довольно длительного ментального воздействия, временно искажающего психотип. Ваши союзники сейчас должны испытывать примерно то же самое.

Делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю воздух. Становится чуть легче.

– Спасибо, демон.

– Хозяин, может быть, дадите мне нормальное имя? – неожиданно спрашивает мой бесплотный помощник.

– Я подумаю, – мысленно киваю, понимая, что, на самом деле, это следовало сделать уже давно, как минимум, сразу после того, как у демона проявились человеческие эмоции, а то и раньше. Но привычка – штука упорная. Преодолеть её не так уж просто.

– Ло, Шела, Тапар, – обращаюсь к союзникам на общем канале. – Нас сейчас плющит откатом от ментального воздействия. Противное состояние, но скоро пройдет.

– Не дергайся, охотник, – спокойно отвечает Ло. – Нас с Шелой медблоки скафандров уже обкололи боевой химией, так что все симптомы купированы. Никто друг на друга срываться не собирается. Тапар вроде тоже в норме, хотя у него, наверное, свои методы борьбы с этой дрянью.

– Рад слышать, – я чувствую, что меня тоже постепенно отпускает.

Операция провалена, но мы, по крайней мере, живы, чего не скажешь о двух оперативниках майора Якушева. Надо будет чуть погодя вытащить со склона холма их тела и нормально похоронить. Глупые смерти, и что самое обидное, совершенно бесполезные. Впрочем, вполне возможно, майор Якушев и полковник Волынский считают иначе.

***

– Генерал, что ваши люди устроили в Каиновой чаще?! – император Богдан Первый изволил пребывать в праведном гневе и всячески демонстрировал это собеседнику. – Информация о художествах майора Якушева уже успела до меня добраться сразу по двум каналам – через доклад полковника Волынского своему непосредственному начальнику генерал-аншефу графу Боргину и по цепочке вассального подчинения от барона Белова через графа Волжского и моего брата герцога Клещеева. Оба доклада, мягко говоря, не красят вашу службу, и если полковник, как участник событий на вашей стороне, ещё как-то сдержан в оценках, то граф Волжский совершенно не стесняется в выражениях, обвиняя Якушева во всех мыслимых грехах, включая превышение полномочий, едва не повлекшее гибель одного из самых перспективных его вассалов, а также срыв важнейшей операции, направленной, между прочим, на решение важнейшей военно-политической проблемы империи. Догадываетесь, какие слова и обвинения могут прозвучать дальше?

– Догадываюсь, ваше величество, – не пытаясь делать хорошую мину при плохой игре, ответил генерал Бубнов.

– В таком случае объясните мне наконец, что там на самом деле произошло. Прежде чем делать окончательные выводы, я хочу услышать вашу версию случившегося.

– Мои люди делали свою работу, ваше величество, – тщательно подбирая слова, начал Бубнов. – Они выполняли мой приказ, отданный в жесткой форме и не допускавший двойных толкований. Я поставил майору Якушеву задачу добыть прямые доказательства того, что княжна Лоя Эристави, бывшая охотница Шела Вирова и ещё двое фигурантов, связанных с бароном Беловым, на самом деле являются чужими, выжившими после воздушного боя над Змеиным лесом и Каиновой чащей. Майор сделал всё возможное, чтобы выполнить приказ. Для этого ему пришлось привлечь к операции полковника Волынского, обладающего уникальной способностью, которая в данном случае была майору совершенно необходима. Да, её применение привело к крайне негативным последствиям, но заранее предсказать их Якушев не мог, и злого умысла в его действиях не было. Несомненно, майор допустил грубую ошибку, потерял двух сильных морфов и сорвал операцию барона Белова. По итогам его действий мной будут сделаны соответствующие организационные и кадровые выводы.

– Вы не сказали главного, генерал, – мрачно глядя на главу своей тайной службы, произнес император. – Поставленную задачу майор выполнил?

– Частично, ваше величество, – чуть помедлив, ответил генерал. – Майор Якушев и полковник Волынский успели увидеть достаточно много, но то, что им удалось узнать, может служить лишь новыми косвенными доказательствами моей версии, хоть и достаточно весомыми. К сожалению, тот, кто видел больше всех, погиб. Речь идет о капитане Пряхове, который, по сути, являлся глазами всей группы Якушева.

– Как это произошло? И где при этом находились люди барона Белова?

– Группа попала под удар дальних средств поражения одного из укрепрайонов тайкунов. Отряд Белова в этот момент в полном составе вел бой примерно в трех километрах восточнее, и о присутствии в Каиновой чаще людей Якушева барон почти наверняка ничего не знал.

– Значит, целенаправленное устранение Беловым главного свидетеля вы исключаете? – чуть прищурился император.

– Полностью исключить эту версию невозможно, однако я склонен считать, что барон к гибели капитана Пряхова не имеет никакого отношения. Не стоит забывать, что Белов и его люди находились под воздействием способности полковника Волынского и в силу этого уделяли тылу и флангам лишь минимальное внимание.

– Допустим, – медленно кивнул император. – Итак, что вашим людям удалось узнать?

– В распоряжении барона Белова оказался далеко не один вооруженный ремдрон кибов, причем экземпляр, который мы видели здесь в резиденции, является самым слабым из них. С помощью наших техников люди барона в короткий срок переоборудовали ещё два трофейных ремдрона в боевые машины, оснащенные нашим земным оружием. Кроме того, на них были установлены дополнительные блоки защиты и маскировки. Однако, более важно другое. Как выяснилось уже в ходе операции, боеприпасы к пулеметам, установленным на спинах роботов, прошли некую обработку и модернизацию, результатом которой стало настолько сильное увеличение их могущества, что перед ними оказались бессильны даже силовые щиты чужих тварей.

– Интересные сведения. Вот только пока они ничего не доказывают, – возразил Богдан Первый.

– Это ещё не всё, ваше величество. В ходе боя стало ясно, что трофейными ремдронами арсенал Белова не ограничивается. У него есть как минимум один боевой робот, причем, скорее всего, не восстановленный из обломков с помощью нашей довоенной электроники, а полностью боеспособный, сохранивший все штатные тактико-технические характеристики.

– Это точные сведения? – недоверчиво спросил император.

– Полковник Волынский утверждает, что робот на его глазах выдержал прямое попадание тяжелого боеприпаса тайкунов и не получил при этом никаких видимых повреждений. У него даже щит не полностью снесло, хотя взрыв был очень сильным. Полковник находился метрах в тридцати от робота, но его и там достало так, что он практически лишился остатков силовой защиты. Управляющий конструкт укрепрайона тайкунов не пожадничал, и ударил по роботу чем-то более чем внушительным. Никакая земная поделка, даже собранная на основе компонентов техники кибов, такого бы не выдержала.

– Если у Белова есть настолько продвинутая техника, то почему он не использовал её в предыдущих боях и в своем рейде к Нижнему Тульчину? – не скрывая возникших у него сомнений, спросил император.

– У меня нет ответа на этот вопрос, ваше величество. Могу лишь предположить, что барон не хотел, чтобы кто-то раньше времени узнал о его настоящих возможностях.

– Козырь в рукаве? Это я понять могу, – задумчиво произнес Богдан Первый. – Я бы на месте Белова тоже припрятал что-то на черный день. Он ведь не дурак, и прекрасно понимает, как велик соблазн прибрать к рукам его самого и всё его имущество. И всё же, генерал, пока я не услышал чего-то, что однозначно подтвердило бы вашу версию. И знаете, что смущает меня больше всего?

– Что, ваше величество?

– Да тот простой факт, что полковник Волынский и майор Якушев остались живы и смогли рассказать вам всё то, о чем вы сейчас мне докладываете. И выжили они только благодаря барону Белову и его людям. Не проще ли было им дать тварям тайкунов порвать слишком любопытных столичных гостей, а потом вынести с поля боя их останки? Или даже не выносить, а провести к месту их гибели кого-то из гвардейцев и оперативников Якушева, чтобы те убедились, от чьих рук и при каких обстоятельствах погибли их начальники. Не кажется ли вам, генерал, что если бы барон хотел скрыть от нас то, что они видели, он бы именно так и поступил? Все возможности для этого у него имелись. Белову достаточно было бы просто немного задержаться. Всего на минуту-другую. Големам тайкунов этого времени вполне бы хватило, чтобы сделать за него всю грязную работу.

– Да, ваше величество, вы совершенно правы, – неохотно кивнул Бубнов. – Этот факт действительно совершенно не вписывается в мою версию событий, если, конечно, не предположить, что Белов специально поступил именно так, чтобы снять с себя все подозрения.

– А вот это генерал, уже явная конспирология. Белов, несомненно, опасен, здесь я иллюзий не строю, но в данный момент он нужен империи, и то, что сотворили ваши люди – преступная глупость. И, к слову, теперь Белов, даже если он не справится в срок с поставленной мной задачей, всегда сможет оправдаться, ткнув в вас пальцем. Вы сорвали ему ключевую операцию и заставили впустую потратить огромное количество явно очень непростых боеприпасов, которые он, возможно, готовил не одну неделю. И что я ему отвечу?!

– Вина за случившееся полностью лежит на мне, ваше величество, – твердо заявил генерал. – Именно я отбирал людей для контроля за действиями Белова и лично ставил задачу майору Якушеву. Готов понести любое наказание, которое вы сочтете справедливым.

– О наказаниях и поощрениях позже поговорим, – недовольно поморщился император. – Сначала надо исправить всё то, что уже случилось. Якушева и Волынского немедленно отозвать в столицу. На их место назначить других офицеров, более гибких и вменяемых. В дела барона не лезть, а лишь следить за тем, чтобы информация и технологии, которыми он делится с нашими техниками, не утекала в неправильные руки. Собирать сведения о Белове и его людях можно и нужно, но только так, чтобы не возникало никаких угроз выполнению стоящей перед бароном задачи.

– Разрешите выполнять, ваше величество? – Бубнов встал с кресла и даже принял некое подобие строевой стойки.

– Это ещё не всё, генерал, – мрачно глядя на главу тайной службы, ответил император. – Вам очень повезло, что никто из людей Белова не погиб. Я бы сказал, феноменально повезло. В ином случае наш разговор был бы совершенно другим. Тем не менее вы лично принесёте барону извинения за этот инцидент и немедленно отправите в Каинову чащу новый конвой со всем необходимым, что потребуется для компенсации потерь и убытков, причиненных ему действиями ваших подчиненных.

Глава 8

Ситуация у нас не слишком веселая. Итоги рейда к укрепрайону кибов совершенно не радуют. Погибли лейтенант Шага и капитан Пряхов. Поспешно убыли обратно в столицу Волынский и Якушев, и не вполне понятно, кто теперь приедет на их место. Потрачены почти все модифицированные боеприпасы, и теперь нам с Шелой и Ло предстоит убить пару дней просто на восполнение их запаса. Израсходовано немало современных снарядов к пушкам Крокодила и второго боевого робота кибов, которые вообще брать неоткуда. И что печально, все эти потери и проблемы ни на шаг не приблизили нас к цели, а скорее отдалили от нее.

Наземные сооружения и верхние подземные ярусы укрепрайона кибов мы, конечно, уничтожили, что можно было бы считать хоть каким-то нашим достижением, если бы не одно «но». Посмотреть на развалины укрепа заявились големы и роботы-разведчики со всей округи, и, столкнувшись на относительно небольшой территории, они, само собой, устроили там небольшую войну. Конечно, рано или поздно она прекратится, но пока эту местность нельзя назвать безопасной, и нам снова придется разъяснять местным тварям, кто в лесу хозяин.

Увы, совершенно не факт, что управляющие конструкты и вычислители ближайших укрепрайонов легко согласятся с тем, что теперь эта местность наша. Они уже убедились, что нас вполне можно если и не уничтожить, то хотя бы заставить отступить. Теперь нам предстоит снова доказывать обитателям Каиновой чащи, что это был не их закономерный успех, а всего лишь случайное стечение обстоятельств. И делать это придется максимально убедительно.

Развалины укрепрайона кибов нам в любом случае надо взять под контроль. На его нижних ярусах всё ещё заблокированы два легких шагающих танка, которые нам очень нужны, и тянуть с их захватом точно не стоит. Там внизу уцелели не только два боевых робота, но и какое-то количество ремдронов, так что разбор обломков, заваливших выходы на поверхность, исключительно дело времени, причем не очень большого.

Если шагающие танки выберутся наверх, их вычислители вряд ли обрадуются бегающим вокруг и висящим в воздухе разведчикам из соседних укрепов. Не нужно быть великим пророком или морфом, способным видеть будущее, чтобы предсказать, что будет дальше. Шагающие танки, конечно, сожгут какое-то количество незваных гостей, но потом они попадут под ракетно-артиллерийский удар или им прилетит несколько накачанных скрытой силой подарков из ближайших укрепрайонов тайкунов. А скорее всего, они получат и то, и другое одновременно, с более чем очевидным результатом.

В общем, грустить особо некогда. Приходится сильно торопиться, так что мы с Ло и Шелой практически не вылезаем из мастерской Кана, как на конвейере штампуя модифицированные боеприпасы. К сожалению, делать это в непрерывном режиме невозможно. Приходится периодически отдыхать. Во время одного из таких перерывов к нам заходит Тапар. Я сижу спиной к двери, а вот Ло сразу видит входящего тайкуна, и её глаза становятся круглыми и большими, а брови удивленно поднимаются вверх.

Разворачиваюсь к артефактору и с трудом удерживаюсь от того, чтобы скопировать выражение лица десантницы. Зрелище действительно неординарное. На плече улыбающегося Тапара с деловым видом восседает здоровенная летучая мышь размером с не очень крупную кошку. Ведет себя зверушка абсолютно спокойно, с любопытством оглядывая нас своими глазами-бусинами, а точнее двумя кристаллами из горного хрусталя со сложной огранкой. Хрусталь, помнится, в закупочных списках Тапара был, и Савва Матвеев нам его поставлял. Глаза, конечно, выдают в этом создании голема, но в остальном он выглядит почти как настоящая летучая мышь, только раскормленная до совершенно неприличных размеров. Даже крылья расправляет очень натурально, будто потягивается.

– Это ещё кто? – настороженно спрашивает Ло.

Не то чтобы десантница не доверяет Тапару, но годы тренировок прочно вбили в её сознание, что любой голем – это либо боевая тварь, либо аналог снаряда или ракеты, либо вражеский разведчик. Конечно, последние месяцы во многом изменили её отношение к магическим созданиям, но прочно засевшие в мозгу условные рефлексы не так просто оттуда вытравить.

– Знакомьтесь, – улыбается Тапар. – Это Страж-М – прототип мобильного ментального щита. Помните, я обещал попробовать решить проблему защиты обычных людей от ментальных воздействий? Собственно, это первый и пока единственный действующий образец, способный по приказу своего хозяина-морфа взять под защиту человека, не владеющего управлением скрытой силой. Голем будет прикрывать его от ментальных атак и даже выполнять небольшой набор голосовых команд. Конечно, абсолютной защиты он не даст, но от воздействий сравнительно невысокой интенсивности защитить человека вполне способен. Конечно, многое зависит от дистанции и качества фокусировки ментального удара, но базовую защиту Страж обеспечит. Правда, для этого ему придется всё время находиться рядом с прикрываемым объектом.

– А морфу он поможет? – интересуюсь у Тайкуна.

– В какой-то мере. Но морф может воспользоваться и более простой защитой – силовым щитом или специализированным амулетом. Против ментальных атак всё это помогает не абсолютно, хотя хороший конструкт способен значительно снизить воздействие.

– Что-то нам всё это не слишком помогло против умения полковника Волынского, – негромко возражает Шела. – Да и вам, Тапар, тоже, хотя у вас-то наверняка нужный амулет есть.

– Как оказалось, личным способностям земных морфов вообще трудно противостоять, – без всякого энтузиазма отвечает тайкун. – Они для всех нас стали очень неприятным сюрпризом. А тут ещё и ментальная магия, с которой в принципе непросто бороться. Одно хорошо – морфов с подобными умениями не так уж много, а такие способности, как у Волынского, вообще крайне редки, если не уникальны.

– То есть нам бы ваш Страж не помог? – уточняет Ло.

– Скажем так, он бы несколько снизил эффективность воздействия.

– Насколько сильно?

– Конкретно этот прототип – процентов на десять.

– Негусто, – разочарованно отвечает десантница.

– Перед вами экспериментальный образец. Над ним ещё предстоит работать и работать, – спокойно поясняет Тапар.

– А почему именно летучая мышь? – задаю я тайкуну с самого начала вертящийся у меня на языке вопрос.

– Ну… – на лице Тапара появляется легкая улыбка. – Насколько я успел выяснить, местный фольклор приписывает этим существам разные мистические свойства, связанные с магией и волшебством. Так зачем разочаровывать будущих пользователей? Голем ведь предназначен для уроженцев Земли, вот я и решил, что такой внешний вид будет вполне соответствовать их ожиданиям.

– Насчет местных не знаю, – с интересом рассматривая Стража, произносит Шела, – а я бы такую зверушку себе тоже завела. Если, конечно, она научится более эффективно отражать ментальные атаки.

– Так я во многом потому и пришел к вам с настолько сырым прототипом. У меня есть кое-какие мысли, как улучшить его характеристики, но в этом мне потребуется ваша помощь.

– И чем мы можем помочь? – во взгляде Ло я вижу огонек любопытства.

– Точного ответа у меня нет, – разводит руками Тапар, – но я ведь среди нас не единственный артефактор, и, судя по всему, даже не самый сильный. Если бы мы сейчас находились в пространстве Державы, барон Белов уже получил бы статус высшего адепта в сфере артефакторики, так что, Сергей, я буду рад, если ты примешь участие в доработке Стража. Ну а поскольку работаешь ты, как правило, не один, моя просьба распространяется ещё и на Шелу и Ло.

– А я могу чем-то помочь? – спрашивает Кан, которому явно не хочется оставаться в стороне от интересного эксперимента.

– Это уже Сергею решать, – пожимает плечами тайкун. – Всё, что касается нестандартных методов работы со скрытой силой, исключительно его тема. Пока Страж – это классический голем, управляемый низкоуровневым демоном, но что с ним в итоге сделает Сергей, я не возьмусь даже предполагать.

– Прямо сейчас мы в любом случае не сможем этим заняться, – я киваю на ждущую нас груду пулеметных патронов и снарядов к трофейной автоматической пушке. – Надеюсь, в предстоящей операции нам хватит стандартной ментальной защиты, но сразу после этого мы обязательно вернемся к вашей идее. Вы, Тапар, создали очень симпатичного зверька, причем с более чем интересными талантами. Пока, правда, больше потенциальными. Было бы странно не попытаться довести этот эксперимент до логического завершения.

***

Сегодня в Каиновой чаще неспокойно, впрочем, как и в предыдущие несколько дней. События вокруг разгромленного укрепрайона кибов нарушили местную техногенно-магическую экосистему, заставив здешних обитателей проявить повышенную активность в попытках растащить по своим норам всё полезное, что осталось в руинах наземных сооружений укрепа и на местах гибели големов.

На этот раз мы действуем намного осторожнее. Продвигаемся медленно и только после тщательной проверки местности не только летающими разведчиками Кана и Тапара, но и модифицированным сканером трофейного дрона. При этом флангам и тылу уделяем не меньше внимания, чем основному направлению движения. На самом деле, такие предосторожности, скорее всего, излишни, но получить ещё один провал никто из нас не хочет.

Возможно, стоило бы дождаться, пока в интересующем нас районе всё более или менее успокоится, но очередное сканирование руин укрепа кибов показало, что уцелевшие на нижних ярусах ремдроны уже почти закончили расчистку проходов на поверхность для шагающих танков. Давать им выбраться из подземелий раньше времени точно не следует, так что нам пришлось сдвинуть сроки начала операции.

Правда, сейчас мы направляемся не к разрушенному укрепрайону. Вмешательство группы майора Якушева подпортило наш имидж в глазах искусственных интеллектов соседних укрепов, и теперь статус-кво необходимо восстановить. Вычислители и управляющие конструкты чужих перестали считать нас слишком сильным врагом, нападать на которого не следует ни при каких обстоятельствах, так что, прежде чем вернуться к основной цели, нам придется продемонстрировать им ошибочность этих выводов.

В качестве жертвы, призванной своим печальным примером показать окружающим всю глубину их заблуждений, мы выбрали укреп тайкунов. Тот самый, чей удар по группе майора Якушева привел к гибели двух офицеров Императорской тайной службы. С точки зрения достижения цели, нам без разницы, какой из соседних укрепрайонов помножить на ноль, так что в какой-то мере это, конечно, месть, хотя мстить бездушному искусственному интеллекту – так себе затея. И всё же для нас это имеет некое символическое значение.

Мы по-прежнему не торопимся, тщательно просеивая сканерами всё вокруг. В остальном же процедура стандартная. Занимаем подготовленную ремдронами позицию, размещаем в укрытиях роботов, и Тапар создает восемь злых фантомов, немедленно бросающихся в атаку на укрепрайон тайкунов. На этот раз в бой идут призраки средних шагающих танков имперских времен. Каждый раз артефактор старается использовать новые образы и немного разное количество атакующих, чтобы избежать излишней стереотипности наших действий.

Стрелять мы и противник начинаем одновременно. Огневые точки укрепа бьют по фантомам, а наши роботы – по позициям тайкунов. Снарядов мы не жалеем – результат должен быть быстрым и максимально впечатляющим. Для этого этапа операции я специально подготовил новый вид боеприпасов со светошумовыми эффектами. Примерно треть скрытой силы, закачанной в каждый десятый снаряд, расходуется не на пробитие силовой защиты и усиленной магией брони, а на создание у внешних наблюдателей впечатления, что по укрепу тайкунов приложили чем-то столь мощным, что вспышки и взрывы видны и слышны на десятки километров вокруг. Похоже, я немного перестарался. Если бы окна цехов и казарм в лагере наших гостей заранее не закрыли ставнями, боюсь, стекла в них пришлось бы менять.

Вид у бункеров и огневых точек тайкунов бывает очень разный. В данном случае это приземистые ребристые купола, чем-то напоминающие невысокие расползшиеся вширь термитники, выращенные из некой желтовато-серой субстанции. Естественно, они прячутся под пологами скрытности, но летающие големы Тапара позволяют мне рассмотреть их во всех деталях.

Само собой, видят их и системы управления огнем наших роботов, так что цели практически мгновенно исчезают в море огня, и ответные залпы сразу прекращаются. Даже фантомы, запрограммированные на имитацию взрывов после нескольких прямых попаданий, не все успевают погибнуть своей театральной смертью.

Сегодня мы не стремимся сохранить подземные ярусы бункеров целыми, за исключением одного – того, где находится управляющий конструкт укрепрайона. Да и с ним мы особо не церемонимся. Как только стихает грохот взрывов, из укрытий появляются наши ремдроны и инженерные големы. Под прикрытием боевых роботов они устремляются к дымящимся развалинам укрепрайона. В воздухе ещё висят облака дыма и пыли. Что-то продолжает активно гореть и даже взрываться, но силовые щиты роботов достаточно надежно держат удары случайных осколков, так что раскопкам это не мешает.

– Наблюдаю взлет двух дронов-разведчиков и трех летающих големов из соседних укрепрайонов, – докладывает Кан. – Дистанция три-четыре километра. Более никакой реакции со стороны соседей не фиксирую. Наши действия?

– Пока не трогаем, – отвечаю инженеру. – При сокращении дистанции до двух километров – уничтожаем.

– Принято.

Сжечь нам в итоге приходится только одного голема. Остальные разведчики быстро понимают намек и успевают тихо исчезнуть с горизонта. Судя по всему, главная задача этого этапа операции успешно выполнена – нас снова считают слишком опасными противниками, чтобы вступать с нами в открытое противостояние. Если, конечно, мы не вторгаемся на территорию, которую управляющий конструкт или вычислитель укрепрайона считает своей.

Ремдроны и наземные големы Тапара справляются с поставленной задачей довольно быстро, и уже минут через десять артефактор держит в руках довольно крупный конструкт странной неправильной формы. На привычные мне жезлы, амулеты и прочие шары или кубы тайкунов этот трофей совершенно не похож. В целом он напоминает неровный толстый цилиндр длиной около метра, местами гладкий, но в основном изобилующий впадинами и выступами сложных очертаний.

– Управляющий конструкт высшего ранга, – поясняет Тапар. – Очень дорогая штука, даже по нашим понятиям. Их способны собирать только некоторые школы книжников, но чаще этим занимаются целые кланы, объединяющие разные школы.

– Серьезная штука, – звучит в моем ухе голос Кана. – Состав у него интересный. Вот уж не ожидал увидеть в артефакте иншеров, да ещё таком старом, вставки из осмистого иридия.