Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

– Анни тоже так думает, – кивнул Фиодор. – И жалеет, что нельзя применить этот же способ в Абрегории. На Артора уже несколько лет идет охота. Анни писала, что девицы прохода не дают юному императору, а их отцы – ей.

– Не понимаю я, чего она тянет, давно выбрала бы невесту и женила сына… Власть императорской семьи в Абрегории все еще сильна, и Анни не нужно бояться, что ее решение может кому-то не понравится.

– Дело не в этом… Она не хочет давить на него. Говорит, что он сам должен выбрать себе невесту. Ту, которая будет ему по сердцу.

– Но ты же знаешь Артора. Он весь в отца. Ему по сердцу книги, а не женщины, – Лирия насмешливо фыркнула, вспомнив визит его императорского высочества за пару лет до его коронации. Мальчишка тогда две седьмицы не вылезал из библиотеки. И увез в империю целую подводу книг в качестве подарка.

– Ему повезло, что рядом брат, который не знает с какой стороны подойти к книгам, но зато оружием владеет лучше нас с тобой вместе взятых и королевы Вайдилы в придачу, – улыбнулся Фиодор. – Если бы из них двоих сделать одного человека, то получился бы идеальный император.

Лирия расхохоталась. Фиодор был прав. Эти двое, как половинки одного целого. И очень хорошо, что братья очень привязаны друг к другу. Если они и дальше будут вместе, то у них получится удержать в руках власть в империи.

– Анни так и не призналась, кто его отец? – полюбопытствовала она.

– Нет, – покачал головой Фиодор. – Так и не призналась. Думаю, даже Катрила не знает. Хотя они с графом Шерресом ввязались в эту авантюру и прикрыли Анни, объявив ребенка своим сыном. Не могу не признать, такой расклад им на руку. Мальчишка стал якобы залогом дружбы между Южной Грилорией и Абрегорианской империей. А это позволило Анни вложить деньги империи в развитие Южной пустоши. Если бы не она, ни Южная Грилория, ни Амелория не смогли бы застроить свои территории так быстро. А Тати и Викуша так и остались бы королевами пустых земель. У нас-то с тобой едва хватило средств, чтобы восстановить свою страну…

Лирия кивнула. Да, так и было. После победы им пришлось приложить немало сил, чтобы восстановить Ясноград и остальные города, разрушенные во время сражений.

– Если бы мама была жива, – Фиодор запнулся, – Анни рассказала бы ей правду…

Он резко притих. Как всегда, когда их разговор ненароком касался той, другой Елины… Великая Мать говорила, что она вернется. Но по факту их дочь, если и несла в себе душу погибшей королевы, то ничего не помнила из своего прошлого.

И Лирия знала: Фиодор, сделавший все, чтобы получить от ее прощение, до сих пор чувствовал себя виноватым. Поэтому никогда и на за что не признается ему, какое сильное облегчение она испытала, когда поняла: Елина ничего не помнит. Ее новая жизнь началась с чистого листа, и любит маму просто так… потому что она мама…

* * *

Елина медленно перебирала украшения, раздумывая какие надеть сегодня вечером. Раньше ей казалось, что это просто, ее руки всегда безошибочно находили то, что идеально подходило к ее наряду. Но сегодня все было по-другому. Сегодня ее взгляд притягивали старые, давно вышедшие из моды шпильки с крохотными синими сапфирами. Такие уже лет сто не носят!

Папа говорил, что раньше они принадлежали его сестре, которую он сам считал своей матерью. Она вынесла его из королевского замка, спасая от заговорщиков, когда ему было всего три года. И вырастила, как своего сына.

Елина нахмурилась и резко оттолкнула шкатулку. Подвиги погибшей королевы, о которых ей твердили сколько она себя помнила, вызывали глухое раздражение. С самого рождения ей говорили о том, что она должна быть такой же, как та Елина. Такой же сильной, твердой и смелой, такой же жесткой и упертой в достижении своих целей.

Но она-то была совсем другой!

Слишком слабой… Иначе мама не закатывала бы глаза каждый раз, когда Елина начинала задыхаться, пробежав всего один круг по плацу, или когда в тренировочном бою младший брат легко выбивал кинжал из ее рук. И это несмотря на ежедневные тренировки и искреннее желание стать такой же воительницей, как мама.

Слишком мягкой… Иначе давно заставила бы всех замолчать и больше никогда не говорить о ней. Она не та Елина! Она сама по себе!

Слишком трусливой… Иначе честно призналась бы отцу, что не хочет быть королевой. Государственные дела навевали на нее скуку, на заседаниях Совета она каждый раз с трудом сдерживала зевоту, а обсуждение таможенных пошлин моментально вгоняло в сон.

Елина не была глупой, учеба всегда давалась ей легко, и она с малых лет правила страной вместе с папой и мамой. И готова была принять корону, когда придет время. Но с гораздо большей радостью, она передала бы бразды правления брату или сестре, а сама просто уехала куда-нибудь далеко. Вышла бы замуж, родила детей и просто была бы счастлива рядом со своей семьей.

Если бы она была похожа на ту Елину, с которой ее всегда сравнивают, она сделала бы именно так… Но она другая… И послушно играет свою роль.

Елина потянулась к шкатулке и достала проклятые шпильки. Придется надевать другое платье. Это, светло-зеленое с яркой вышивкой на лифе и крупными цветами из тонкого славского шелка по подолу, совершенно не подходило к этим шпилькам.

А ей непременно, до головокружения, хотелось, чтобы он увидел, как отражается свет ярких звезд в ее волосах, украшенных крохотными синими сапфирами…

От этих мыслей стало жарко, кровь прилила к лицу, а виски запульсировали от прилива крови. Она не знала, кто он. Она даже не была уверена, что видела его… Там, на пристани… Но черные, как южная ночь, глаза, казалось, до сих пор смотрели на нее, не отрываясь… И от этого взгляда внутри все подрагивало от странный ощущений и тайных желаний.

Это так глупо. Папа сказал, что все уже решено. Она едет в Монтийскую Академию не только учиться, но и познакомиться со своим будущим мужем – отцом Агором. Папа сказал, когда она закончит учебу, то он приедет в Ясноград вместе с ней и станет придворным магом. А Антос станет ректором вместо него.

Она уже видела Агора. И он ей нравился, несмотря на огромную разницу в возрасте. Было в нем что-то такое, что вызывало в душе трепет.

Тихий стук в дверь заставил подпрыгнуть от неожиданности…

– Ваше высочество, – от звуков тихого голоса сердце встрепенуться и громко застучать, отдаваясь набатом по всему телу, – все уже собрались… Ждут только вас…

Совершенно не понятно, как так получилось, что за один миг, за один удар сердца, она оказалась у выхода из своей каюты, и резко, словно боясь обмануться, распахнула дверь.

– Ты⁈ – ахнула, уставившись на молодого, чуть старше нее мужчину. – Это, правда, ты⁈

Он не отрываясь смотрел на нее, а она – на него. Смуглая кожа, выдавала в нем уроженца Аддии. Как и длинные, черные, словно смоль волосы, рассыпавшиеся по плечам… А короткая прическа идет ему больше, мелькнула в голове мысль и тут же затерялась, почти не коснувшись сознания… Длинные ресницы, резко очерченные скулы, пухлые губы, которые притягивали к себе, как огонь свечи притягивает мотыльков. Черные глаза, в которых мерцали звезды… Елина утонула в них в одно мгновение.

Как и он в ее.

– Ты, – прошептал он, – это ты…

Кто из них сделал первый шаг навстречу друг другу, так и осталось тайной…

* * *

Фиодор кивнул капитану и вышел на палубу. Вся семья собралась в кают-компании на праздничный ужин. Ждали только Елину. Их старшая дочь задерживалась, капитан уже отправил к ней юнгу, чтобы мальчишка поторопил принцессу. А пока король решил воспользоваться моментом и поговорить с капитаном.

То, что он увидел там, на пристани, до сих пор не давало покоя. Тревожило сердце, ворочаясь внутри, как червяк в яблоке.

– Ваше величество, что-то не так? – Капитан сразу же уловил его настроение.

Обычно все нюансы путешествия обговаривались заранее. И после того, как «Алые паруса» покидали Беломорский порт, вся команда и сам капитан старались как можно меньше показываться на глаза. Для того, чтобы позволить королевской семье отдохнуть от постоянного присутствия рядом посторонних людей. Исключением был первый и последний ужин, на которые король всегда приглашал капитана.

– Пока все порядке, – успокоил его Фиодор, – просто хотел спросить… У вас в команде появился кто-то новый?

– Нет, ваше величество, – отозвался капитан.– Никаких новичков у нас нет. В последний раз я нанял юнгу в прошлом году за пару седьмиц после вашей прошлой поездки. Ваш брат, его высочество Эдоард лично провели мальчишку, но ничего не нашли. Он пасынок моего старого приятеля. Хороший пацан, правда немного бедовый…

– Значит показалось, – нахмурился король. И, совсем не по-королевски взъерошив волосы, усмехнулся, – привидится же такое…

Он с облегчением рассмеялся и расслабившись положил руки на борт… «Алые паруса» легко качались на волнах. Тихий ветерок едва шевелил паруса, обещая спокойную и приятную поездку. Летнее звездное небо раскинулось над ними во всей своей красе, словно приглашая утонуть в его прекрасной бесконечности.

Фиодор любил эти две седьмицы в году, когда они оставались одни среди пустынных просторов Северного моря. Когда не нужно было быть королем, а можно было оставаться просто человеком. Любимым мужем и отцом в окружении любящей семьи. И даже проклятая магия, терзавшая болью его тело, успокаивалась здесь, посреди моря.

Тихий всплеск привлек внимание короля и капитана одновременно.

– Твою ж мать! – выругался капитан.

А Фиодор не сразу поверил тому, что увидели его глаза.

От корабля медленно отплывала шлюпка. В ней, прильнув друг к другу, словно желая слиться в единое целое, стояла пара. Мужчина и женщина. И только когда ее волосах вспыхнули яркие искры голубых сапфиров, он понял:

– Елина⁈

– Гирем! Вот проклятый мальчишка, – выругался капитан. И закричал. Перегнувшись через борт, – Гирем, ты сбрендил⁈ Немедленно возвращайся!

– Гирем, – выдохнул король, чувству, как в груди снова шевельнулся то самое чувство, которое не давало ему покоя с пристани.

Значит ему не показалось. Это был он. Ночной король Яснограда. Только снова юный. Чуть старше Елины. Но как такое может быть?

– Боги, – прошептал Фиодор ошеломленно. Это могли сделать только Они…

– Ваше величество, – бледный от ужаса капитан суетливо затараторил, кланяясь и повторяя одно и то же по два три раза, – не извольте беспокоиться. Мы непременно вернем его высочество в целости и сохранности. Не извольте беспокоиться… А мальчишку под трибунал…

Старый вояка понимал, что ему не поздоровиться. Это надо же такому случиться, что юнга, которого он нанял лично и за которого поручился своей головой, выкрал принцессу! Теперь мальчишка пойдет на каторгу, а он, старый верный слуга, вместе с ним.

– Подожди, – Фиодор успел схватить за рукав капитана, рванувшего отдать приказ спустить шлюпки, догнать беглецов и вернуть Елину на корабль. И вроде бы все было правильно, так, как должно быть, но в груди короля беспокойно ворочалось совсем другое ощущение. – Подожди…

– Дак, ваше ж величество, – глаза капитана метались от него к уплывающей шлюпке, на которой обнимались наследная принцесса и простой юнга, и обратно. От волнения старик сбился и заговорил на привычном просторечие, – щас сбежит же ж… ежели не догоним, то… там рифы, ваше величество, я не могу направить корабль к берегу. Самое неудобное место выбрал, паршивец такой…

– Рифы? – голос короля дрогнул. – А им… Им что-нибудь угрожает?

– Нет, – мотнул головой капитан, – на шлюпке там пройти можно, а вот мы, коли пойдем за ними, рискуем напороться на риф. Поэтому надо поторопиться. Чтоб далеко не уплыли. Иначе упустим, и он может добраться до берега. Тут недалеко… А там все… горы, ваше величество… Не найдем…

Фиодор с облегчением выдохнул. Взглянул ввысь, туда, где в недоступной теперь Изнанке обитали Боги.

– Не надо их догонять. Пусть плывут. – Он широко улыбнулся, чувствуя, как внутри отпускает струна, натянутая много лет назад. Она его простила. А он готов на все, чтобы сделать ее счастливой. Даже отпустить.

– Ваше величество? – растерянно замер капитан.

А Фиодор рассмеялся. Он же всегда это знал! Она говорила ему, что там, в Нижнем городе, готова была отказаться от мести, от трона, от титула, но шла вперед только ради него. А он только сейчас понял, от чего Елина на самом деле отказалась.

Она отказалась от своей судьбы.

И когда Боги помогли ей вернуться, он получил шанс все исправить. И позволить ей жить своей жизнью.

Лирия, конечно же, не согласится с его решением. Будет кричать и, возможно, даже вызовет его на поединок… Его любимая жена до сих пор пользовалась для решения споров способом, принятым в королевстве Кларин. Но это такая ерунда. Он потерпит.

Потому что сейчас, через столько лет, он, наконец-то, все понял.

– Не надо их догонять, – голос короля звучал твердо и уверенно.

Он не оставит их совсем без пригляда, конечно. Попросит Жерена присмотреть за неугомонной парочкой. Старый друг, который недавно отошел от дел и переехал с семьей в загородное поместье, точно не откажет. Хотя, Фиодор был абсолютно уверен, теперь-то у Елины и Гирема все будет хорошо.

* * *

– Твоих рук дело? – Великая Мать оглянулась на рыжего мальчишку…

– Допустим, моих, – улыбнулся он. – А что?

– Зачем ты это делал? – недовольно сжала губы Богиня. Двадцать лет слишком короткий срок, чтобы перестать злиться на Михася за то, что он отпустил душу ее любимого. – Ты мог бы сам занять это тело и быть с ней.

Михась рассмеялся.

– Ты до сих пор так ничего и не поняла?

– Что я должна была понять? – нахмурилась Великая Мать. – Что ты ничуть не лучше меня? Ты ведь тоже любишь ее, простую человечку!

– Люблю, – не стал спорить Михась. Он смотрел на плывущую на волна лодку и улыбался. – Ты права, Великая Мать. Я люблю ее. И я ничем не лучше тебя. Я такой же… Но я понял главное… Только от тебя самого зависит чем станет твоя любовь: счастьем или проклятьем…

– И ты выбрал проклятье? – ехидно фыркнула Богиня, перебив философские размышления Бога.

– Для того, кого ты любишь, – закончил фразу Михась, сделав вид, что не услышал Ее. – Посмотри, к чему привело твое желание быть с ним. Этот мир захлебывается от магии, он несколько раз был на грани гибели и даже сейчас все еще слишком близко к краю. Бедняжка Ягурда, которая виновата только в том, что полюбила того же мужчину, что и ты, много лет скиталась по пустой Изнанке и сошла с ума от ненависти к тебе.

– Я в этом не виновата! – возмутилась Великая Мать.

Но Он снова проигнорировал Ее слова.

– А твой возлюбленный? Ты отняла его любимую и каждый раз заставляла выбирать: сказать правду и мучиться от твоей мести, или соврать о своих чувствах, чтобы получить хотя бы немного покоя. Не удивительно, что он возненавидел и тебя, и себя. А ты сама? Разве ты была счастлива? На твоей шее до сих пор осталась рана от ошейника, который надела на тебя обиженная Ягурда. Да, и твои дети вряд ли забыли «приятные ощущения», которые испытали, когда стали рабами людей…

– А что я могла сделать⁈ – возмутилась Она. – Забыть про свои чувства⁈ Сделать вид, что их не существует? Как ты⁈

– Забыть? – улыбнулся Михась, любуясь, как в волосах Елины вспыхивают и гаснут ярко-синие звезды. – Ты права, забыть такое невозможно. Но можно сделать счастливым того, кого любишь. Понимаешь? – от взглянул на недовольную Богиню. – Ты сделала его несчастным… А я не хочу для нее такой судьбы. Я хочу, чтобы она была счастлива. Пусть и не со мной…

– И для этого ты нарушил приказ и использовал Божественную силу, что вернуть его к жизни? – не унималась Богиня. И, кивнув на мир внизу, добавила, – значит ты тоже виноват в том, что там слишком много магии. Ты тоже приложил руку к тому, чтобы провести мир по краю.

– Нет, – покачал головой Михась. – Я слишком сильно люблю ее, чтобы рисковать миром, в котором она появилась на свет. Я использовал ту Силу, которую люди собрали для нее. Ты же сама видела, как много было тех, кто отказался от Даров, когда ей понадобилась помощь…

Великая мать ничего не сказала. Только поджала губы и отвернулась. Тяжело признавать, что все эти тысячелетия ты была не права.

* * *

Их было много. Никто не знает откуда они пришли и куда исчезли. Но их наследие будет жить незримо в ее крови. Воин, Пророк, Воровка, Добряк, Писарь, Торговец, Лекарь, Кузнец, Пастух, Золотарь, Счастливец, Повязыватель Галстуков, Архитектор…

Внук господина Элдия, который и сам давно стал дедом, скрипел пером, переписывая начисто старые заметки, с кривыми строчками, уродливыми буквами и кляксами, густо украшавшими каждый лист летописи.

– Дедушка, посмотри, что мне папа подарил!– В кабинет с щенком в руках ворвался внук. – Я назову его Буйем!

Прокричал он и тут же умчался прочь, чтобы поделиться радостью с остальными домочадцами.

Он неожиданности рука господина Элдия дрогнула, и огромная клякса расплылась на пергаменте, перечеркивая все труды летописца.

– Да, чтоб тебя! – выругался он и швырнул проклятое перо в стаканчик с другим таким же.

Простое гусиное перо – это не артефакт Древних богов, с которым буквы ложатся на страницу ровные и красивые, одна к одной. Первое время у него, вообще, ничего не получалось. Но многие годы тренировок дали свои плоды. И, если не считать мерзких клякс, которые до сих пор иногда портили страницы летописи, сейчас у него получалось почти идеально.

Старый писарь тяжело вздохнул, вынул чистый лист и обмакнув перо в чернильницу, снова начал писать:

– Их было много…

* * *

– Ты как? – Хигрон появился рядом с Великой матерью, когда Михась оставил ее одну.

Над морем внизу поднимался рассвет, окрашивая волны в легкие розоватый оттенок. Раньше, много веков назад, Хигрон любил смотреть на восход солнца. Ему казалось, что там, за яркими всполохами, прячется такая сила, которая способна перевернуть весь мир. И о мечтал овладеть ею, чтобы сделать мир вокруг лучше.

Не зря в другом мире, о котором он узнал от Елины, говорили: бойся своих желаний. Как же они были правы, эти неведомые чужаки…

– Михась меня бесит, – честно призналась Богиня. – Думает, что только он умный, а все остальные дураки!

– Ну, ты всегда можешь вспомнить обо мне, – пожал плечами седой старец, – и тоже посчитать его дураком. Он ведь так и не понял, что я здесь?

– Нет, – на губах Великой Матери появилась коварная улыбка.

Хигрон вздохнул… Прятаться на Изнанке не так-то просто. Боги легко перемещаются в пространстве, и ему приходится постоянно быть начеку. Особенно тяжело не попадаться на глаза взбалмошной Аддии, которая носится туда-сюда без всякого порядка и системы. А если юная Богиня увидит на Изнанке того, кого здесь быть не должно, точно не сможет держать язык за зубами. Это не верный друг Грилор, который хранит его тайну.

– Иногда мне кажется, что мы зря это затеяли, – покачал головой старый маг. – Может все таки стоит признаться ему?

– Нет, – Великая Мать снова помотала головой, – не нужно. Хотя мне, конечно, хочется увидеть, как вытянется его лицо, – фыркнула она, – когда Михась тебя увидит и поймет, что люди этого мира могут быть равными нам…

Хигрон тяжело вздохнул…

– Я слышал, что он говорил. И не могу не признать, что он прав.

– Он не прав! – вскинулась Великая Мать. – Не прав! Я никогда не желала зла этому миру! Я ведь все исправила! Ушла и забрала своих детей! Меня не было здесь так долго, что даже магия исчезла без следа! И не вернулась бы, если бы не…

Она запнулась и не договорила.

Хигрон снова тяжело вздохнул. Он знал, Великая Мать не совсем честна перед собой. Она вернулась на зов Зеркала. Поводок натянулся, притащив ее сюда, как сбежавшую от хозяина собачку.

И хотя Зеркало сгорело в том же пламени, что и Венец Трех Богов, однако…

– Однако я, простой человек, остался здесь… А такого не должно было случится.

– Это ничего не значит, – отмахнулась Богиня. – Просто совпадение.

– Она тоже осталась бы здесь, – Хигрон не мог заставить себя замолчать, слова Михася разбередили что-то внутри, заставляя проявить настойчивость, – если бы ты сама своими руками не ополовинила ее душу.

– Я всего лишь отправила чужачку обратно! – Богиня начала злиться. – Это, вообще, надо было сделать уже давно!

Хигрон кивнул:

– Угу, только ты забыла одну крохотную деталь, – он ткнул пальцев вниз. Шлюпка с беглецами благополучно добралась до суши. И теперь Елина с Гиремом, взявшись за руки, неспешно шли по берегу в сторону ближайшего рыбацкого поселка. – Твоя уловка не сработала. Они все вспомнили… А это значит, половинка ее души вернулась на место. И скоро в этом мире таких, как я, будет много…

Их будет много…