Текст книги ""Фантастика 2025-181". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Ксения Баштовая

Сундучок с артефактами стоял именно там, куда меня отправил Аррам. Но вопреки его словам был не таким уж маленьким. Я откинула резную крышку, украшенную полудрагоценными камнями…

Даров внутри было довольно много, но практически все из них были сломаны. Я не знаю, откуда во мне появилась уверенность в том, что эти артефакты бесполезны. Но стоило мне взять в любой амулет из знакомого темного старинного серебра, как я сразу понимала, он абсолютно мертв. В итоге, я выбрала всего несколько артефактов, в которых все еще теплилась магия. И страшно разочарованная хотела уйти, как вдруг ощутила что-то такое… Непонятное… Как будто бы кто-то невидимый и неслышимый позвал меня. Я замерла, глядя в ту сторону, откуда то ли услышала, то ли придумала зов. В самом дальнем углу шкафа стояла неприметная деревянная коробочка, покрытая толстым слоем пыли…

Пыль, в общем-то, была везде. Я вывозила всю юбку и испачкала пальцы, постоянно чихала и вытирала зудевший нос. Но на этой коробочке слой пыли был особенно плотным. Я осторожно протянула руки и с силой выдрала коробочку из шкафа. Она столько времени стояла там без движения, что ее дно намертво прикипело к полке.

Отбросила крышку и поднесла факел…

– Боги… – выдохнула я, осознав, что именно лежало в неприметной коробочке. И чей зов я услышала. Замерла, с благоговением глядя на него… Захотелось потрогать и убедиться, что глаза меня не обманывают. Но я не могла отвести глаз…

– Что это? – сунулся ко мне Аррам. И бесцеремонно зацепил пальцами артефакт лежащий на темной шелковой подушечке. Я открыла рот, чтобы возмутиться, но он уже развернул цепочку и… – О! Кажется, я знаю что это! Это кулон принадлежавший рабу, которого королева Иррила выбрала в качестве отца своей дочери… По-крайней мере я видел точно такой же у него на шее, на портрете в королевской семейной галерее. Мы ведь только что вспоминали о нем.

Я сразу передумала возмущаться. Значит именно этот артефакт помогал гениальному архитектору создавать удивительные строения, способные выдержать не только течение времени, но даже магический удар… А еще я тем же самым чувством, которым определяла бракованные Дары, понимала: этот в отличие от них заряжен и полон сил. И он жаждет найти того, кто сможет воспользоваться его способностями.

Протянув руку, я подставила ладонь под висевший амулет. Он был немного больше всех тех, которые мне довелось видеть, за исключением артефактов, принадлежавших самим Древним Богам. Лист бумаги с чертежами, карандаш, что-то похожее на логарифмическую линейку… Все это воплотилось в темном серебре с такой точностью, что приглядевшись можно было бы различить обозначения и надписи на схеме.

– Нравится? – Аррам внезапно выпустил из рук цепочку, и артефакт упал мне прямо на подставленную ладонь. – Это семейная реликвия королевского рода, но, думаю, Вайдила не будет против, если вы возьмете его в качестве подношения Великому отцу… Он его явно заинтересует. А это именно то, что нам надо.

– Ты думаешь? – растерянно произнесла я. И пояснила, – ты прав, этот артефакт определенно вызовет интерес Великого отца, но вдруг мы потом не сможем вернуть его обратно?

– Если эта побрякушка приведет нас к победе, то неважно сколько она стоит и как дорога королевскому роду. Но если мы проиграем, то тем более будет неважно, кому она теперь принадлежит… Идем, а то скоро утро. – Он развернулся и пошел прочь.

Я не стала спорить, Аррам был прав. Я и сама готова была пожертвовать чем угодно ради победы. В этот самый момент на груди, там где Зеркало касалось кожи, зачесалось… Но я старательно отогнала непрошеные мысли. Этот подарок, украденный из сокровищницы Великого отца, я отложу на самый крайний случай.

В харчевню мы вернулись тем же путем, что и пришли. Едва отойдя от вернувшейся на место стены, Аррам снова завязал мне глаза. Но в этот раз я гораздо легче перенесла невозможность видеть куда мы идем. Я несла в руках деревянную коробочку с артефактом великого архитектора и думала о том, сколько пользы мог бы принести он за все то время, пока пылился в тайной комнате Королевства Кларин. То, чем Боги одарили людей, должно принадлежать им. Нельзя прятать артефакты в сокровищницах.

И вдвойне жаль, что призрачный маг Хигрон не успел рассказать мне о Дарах Древних Богов. Он определенно знал о них гораздо больше, чем я, или кто-то другой.

Глава 20

К утру буря стихла. Ветер все еще гонял снежную пыль, и легко забирался под одежду, выдувая тепло. Но небо прояснилось, кое-где в прогалах туч виднелись яркие звезды. Воздух посвежел, а снег, укрывший все вокруг толстой, с локоть, шубой местами подернулся очень тонкой и хрупкой ледяной скорлупой. Если сейчас ударит мороз, эта тонкая корка станет твердой, как железо, и острой на сколах, как нож. Наши лошади мгновенно изрежут ноги ледяными осколками…

– Надо выезжать прямо сейчас. – Мы с Аррамом только что выбрались из подземелий и вышли во двор, чтобы подышать свежим воздухом и очистить легкие от пыли.

– Согласен, – кивнул он. – Я сейчас же подниму ребят и отправлю раба к госпоже Доррине. Ее пятерка будет сопровождать нас. Но нам нужно обмотать ноги лошадей шкурами, иначе по такому насту не пройти, и запасти провиант. Неизвестно сколько дней придется ждать вашего возвращения у стен Епархии. Значит у вас есть около свечи на сборы…

Мне собирать было нечего. Но я кивнула. Вернулась в свою комнату и достала Зеркало. Всю обратную дорогу я думала о том, что мне придется оставить этот артефакт Арраму. Слишком рискованно тащить его в логово Великого отца. До берега всего пару свечей пути, а значит уже сегодня я окажусь там, куда стремилась все эти долгие месяцы: в самой восточной точке, где сходятся Королевства Кларин, Монтийская Епархия и Северное море. Именно сюда меня отправил Веним. Только отсюда, по его словам, можно попасть на территорию Епархии. Правда, я пока не знала как… Заверения монаха, что для этого нужно прыгать со скалы, звучали как полный бред. Стоило ли проделать такой путь, чтобы самоубиться?

Фиодор спокойно спал в своей постели. В Яснограде была еще глубокая ночь. Я немного полюбовалась на сына. Сейчас король как никогда был похож на маленького Лушку: растрепанные вихры, губы вытянутые уточкой, он всегда так мило причмокивал во сне, и совершенно беззащитный вид. Я прикрыла глаза, и мгновенно унеслась в прошлое. Вспомнила, как он, не просыпаясь и не открывая глаз, обнимал меня маленькими ручками, доверчиво прижимаясь всем телом и шептал на ушко: «Мама, ты пришла».

Смахнула непрошеную слезу и подняла глаза к потолку… Как же быстро он вырос. А я так сильно стремилась к своей цели, что не успела насладиться этими годами бесконечного счастья. И мало того, я тяжело вздохнула, прошлое ничему не научило меня. Мои дочери: Хурра и Виктория, опять растут без меня. Я снова спасаю свою страну вместо того, чтобы спокойно растить своих детей и наслаждаться каждым мгновением их детской любви.

Однако, еще кое-что привлекло мое внимание: Фиодор спал один. И это было немного странно. Живела уже должна была стать его женой. Но зачем ей понадобилось оставлять мужа и куда-то уходить ночью? Я не удивилась бы, если бы узнала, что у этой стервы есть любовник, с которым она наставляет рога Фиодору, но она могла бы найти для встреч более подходящее время. Ночью слишком рискованно. Если король проснется и увидит, что его супруги нет рядом… Нет, Живела, конечно, та еще дрянь, но она точно не идиотка. Она не может не понимать, что ее отсутствие в супружеской постели поставит под сомнение верность, а значит и отцовство Фиодора, когда она забеременеет. А это не в ее интересах. И не в интересах Великого отца.

Со вздохом отодвинула зеркало, потерла глаза. В них словно песка насыпали, давала о себе знать бессонная ночь. А мне еще нужно было увидеть дочерей.

Поморгала, подергала себя за мочки ушей, чтобы разогнать кровь и, отбросив мысли о Фиодоре и странностях Живелы, снова мысленно потянулась к Зеркалу, представляя своих девочек…

Они тоже спали. То, что они снова спали все вместе на одной большой кровати, меня не удивило. С тех пор, как они выехали из Златограда, такое случалось довольно часто. В постоялых дворах безопаснее ночевать всем вместе, чем каждому по отдельности. Но меня очень сильно беспокоила продолжительность их пути… Возможно, конечно, Гирем решил увезти их на север, в Беломорье, но что-то не сходилось. И моя интуиция с каждым разом звучала все тревожнее. Вот и сейчас. Я снова чувствовала, что что-то упускаю. Но не могла понять что.

Еще раз вгляделась в безмятежные лица моих дочерей и их малышей: Анни, Катрила, Хурра, Виктория, Делив, Олив, Тати и Артор – все они мирно спали, а легкий ветерок, врывающийся в распахнутое окно ласково шевелил их волосы…

Ветерок⁈ В распахнутое окно⁈ Я вздрогнула и пристальнее вгляделась в призрачную картинку. Если мои дети в Беломорье, то только полный идиот будет открывать окна и впускать в комнату ледяной зимний ветер, дующий с Северного моря.

С моих глаз как будто бы упала пелена. Множество мелких деталей, на которые я не не обращала внимания бросились в глаза. И я в ужасе замерла, не в силах осознать увиденное. Глинобитные стены постоялого двора, легкие хлопковые одеяла расшитые разноцветными нитями, кровать без привычных спинок, больше похожая на большие полати, расположенные у самого пола, домокатный половик из красной верблюжьей шерсти, груда тонких разноцветных покрывал, небрежно брошенных на прикроватный столик… Все это однозначно и совершенно точно говорило о том, что мои дети не в Беломорье, и даже не в Грилории. Прямо сейчас мои девочки были там, где их никак не должно было быть – в Аддийском султанате…

Стало душно, горло как будто бы сдавили невидимые руки. Я еще раз пробежала глазами по только что замеченным деталям и поняла, что вижу подобную картинку довольно давно. Постоялые дворы менялись, но, сейчас, у меня не было ни малейшего сомнения в том, что я видела, мои девочки все это время ехали не по Грилории, а по самым южным территориям Аддии… Там даже сейчас довольно жарко и поэтому окна в комнате распахнуты.

Проклятый Гирем! Я почувствовала, как злость на него поднимается из глубины души. Если бы он был рядом, я, не сомневаясь ни один миг, вцепилась бы в его шею, чтобы задушить. Он клялся мне, что никогда не продаст дочь Эбрахилу и не позволит ему надеть на нее ошейник. А сам, стоило мне только уехать, потащил моих дочерей в султанат⁈

– Мерзавец! – вырвалось у меня. Руки сжимались так, как будто бы я уже держала Гирема за шею. Этого негодяя не остановила даже моя клятва, данная именем Древних Богов. Что же, вздернула подбородок, я пообещала, что достану его из-под земли и убью, если он посмеет пересечь границу Аддийского султаната вместе с Хуррой? И я исполню клятву. Я самолично без всякой жалости воткну нож прямо в его сердце. И Боги мне в этом помогут!

Но как бы мне ни хотелось прямо сейчас рвануть туда, где мои бедные девочки нуждались в моей помощи, я должна была сначала закончить то, зачем приехала сюда, в Монтийскую Епархию. Но если пару мгновений назад у меня были какие-то сомнения и раздумья о том, что нужно делать, то сейчас пропало все. Если надо, я прыгну с этой проклятой скалы. А если Веним врал, и просто разобьюсь насмерть, то останусь без погребения, вернусь в этот мир живым трупом, покараю его за обман и все равно выполню свою клятву. Клянусь всем Богам!

Рокот раздавшийся над головой, вызвал злую усмешку. Боги на моей стороне. И они помогут мне выполнить данную клятву. Они всегда так делают…

Прихватив деревянную коробочку с артефктом, найдем в тайной сокровищнице Вайдилы, я стремительно вышла из комнаты, спустилась с лестницы и вышла во двор. Аррам и четверка оставшихся воинов почти закончили оборачивать ноги лошадей шкурами и посмотрели на меня с недоумением: прошло не больше половины свечи из отведенного мне на сборы времени. Нанятые в качестве охраны амазонки еще не появились, но сейчас мне было все равно.

– Не могу больше ждать, – не обращаясь ни к кому пояснила я и легко взлетела в седло. Моя лошадь, или вернее лошадь Аррама, уже была готова к поездке по снежному насту.

– Мы отправляемся немедленно. Ты, – ткнула пальцев в одного из наемников, его лошадь все еще была не «обута», – останешься здесь и дождешься госпожу Доррину. Догоните нас по следам. Аррам, едем. Прямо сейчас.

– Но ваше величество, это небезопасно, – нахмурился он. Но увидев мой решительный взгляд, кивнул. – Хорошо, едем.

Быстро обернул шкурой, которую держал в руках в момент моего появления, ногу лошади и вскочил на нее.

– Агор, – повернулся он к тому воину, в которого я ткнула пальцем, – провиант на тебе. На две седьмицы.

Услышав имя, я вздрогнула. Надеюсь, этот старый чудак еще жив, ждет меня и поможет обхитрить Великого отца. А если нет… что же… У меня есть план даже на случай смерти. Я оскалила зубы в злой усмешке. Гирему конец, я убью его за то, что потащил моих дочерей в Аддию. Пришпорив лошадь, первая выехала с постоялого двора, через услужливо распахнутые перед нами ворота.

Я скакала, не замечая ни холодного ветра, дующего в лицо и обжигающего кожу поднятой снежной пылью, ни мороза старающегося пробраться под шубу, ни взглядов невидимых воительниц, пристально следивших за нами. Аррам следовал за мной, держась за спиной. Я слышала его дыхание и чувствовала его взгляд точно так же, как раньше чувствовала Дишлана. Если бы он был жив, то не позволил бы Гирему так подло обмануть моих дочерей. Я нисколько не сомневалась, что ночной король и король соседней страны, которому я добровольно отдала половину Южной пустоши, увез моих детей в Аддию обманом. Ни Катрила, ни Анни, ни тем более Хурра не пошли бы на такой шаг добровольно. Хурра бы просто исчезла, спряталась в тени…

– Ваше величество, – крик Аррама заставил меня натянуть поводья, – нам нужно забирать левее… Иначе мы выедем к морю слишком далеко от стены…

Послушно укоротила левый повод, заставляя лошадь скакать по дуге. Еще немного, и мы доберемся до Великого отца. Я не сразу поняла, что серое марево на горизонте вовсе не тучи, готовые рассыпаться еще одним снегопадом, а море. И чем ближе становился берег, тем сильнее было ощущение, что мы подъезжаем к краю мира, за которым царит вечная пустота…

Если море сплавилось с небом, то стена Монтийской Епархии, казалась продолжением прибрежных скал, таких высоких, что их вершины прятались в густых темных облаках.

– Приехали, – закричал Аррам, добравшись до просторного пятачка на вершине холма в сотне метров от края.

Я остановилась…

Отсюда открывался безумно красивый, дышавший опасностью и угрозой вид на море и скалы. Волны грохотали, накатываясь на камни, а в воздухе стояла холодная взвесь мелких капель. То ли дождь, то ли снег… Пахло промозглым холодом, солью и водорослями. Ветер же как будто взбесился и то и дело швырял в нас поднятую с поверхности воды влагу, замораживая и на лету и превращая в крошечные острые лезвия, которые ранили кожу на лице, вызывая зуд и жжение в микропорезах.

– Мы встанем лагерем здесь. Несмотря на ветер, это самое удобное место в округе. Я очень хорошо знаю эти места. Каждое лето на этом холме стоит лагерь юных воительниц лунных сестер. И я часто бывал здесь с Вайдилой…

Он говорил что-то еще. Но я не слушала. Бушующее море словно гипнотизировало меня, лишая собственной воли и воли сопротивляться его зову. К тому же ветер крал половину слов, лишая рассказ Аррама смысла. Я бросила поводья и спешилась. Не глядя сунула руку за пазуху и вытащила Зеркало. Я еще помнила, что хотела оставить его и не брать с собой. Бросила в седельную сумку…

Медленно пошла вперед, туда, где грохот волн о прибрежные скалы, был так похож на небесный гром, звучавший каждый раз, когда я приносила клятву Богам. Только гораздо громче. Просто оглушающе громко…

Я шла к скале, которая слегка выдавалась вперед, нависая на морем. У меня было чувство, что я уже была здесь. Видела эти камни, эту поросшую редкой сухой травой тропинку. Или не эти, но очень похожие… Недоуменно оглянулась. На мгновение мне показалось, что я слышу смех и шепот за спиной. Но там никого не было. Только Аррам, который привязывал поводья наших лошадей к высоким камням, обрамлявшим вершину холма по периметру. И эти камни я тоже видела…

Только они были залиты солнцем, а не засыпаны снегом. И ветра такого не было, небо сияло прозрачной синевой, а солнце грело так, что пекло кожу. Я прямо сейчас ощутила его обжигающие прикосновения.

Что за ерунда? Я точно никогда не была в этой части мира. Но мой взгляд натыкался на сотни знакомых до мелочей деталей… Потрясла головой, приходя в себя. Но ничего не изменилось. Я по-прежнему ощущала себя здесь своей. Как будто бы вернулась в родные места после долгой разлуки.

Добралась до края скалы и заглянула вниз… Там бушевало море, бросая мне в лицо соленые капли. Облизнула губы, ощутив знакомый вкус. Морская кровь… Маленький камень хрупнул под подошвой сапог, привлекая внимание, и бесшумно канул в пропасть, не удержавшись на краю отвесной скалы.

Я подняла взгляд на море и сделал еще один крошечный шаг к краю… Носки моих сапог повисли над бездной.

Взглянула на горизонт. Одежда мгновенно стала мокрой и потянула вниз. Я подняла руку, чтобы коснуться пенных брызг, достигающих крася скалы. Лизнула мокрую ладонь, чувствуя необычайное родство с бушующей стихией… Отчаянный крик чайки, раздавшийся надо мной, прозвучал так знакомо. Я уже слышала ее плачь, когда была здесь в прошлый раз.

– Елина! Нет! – Крик Аррма, кинувшегося ко мне с вершины холма, прояснил все. Я услышала другой голос, который кричал совсем другое имя.

Я вспомнила где видела и эти скалы, и это море. И чувствовала то же самое, что и сейчас. Как будто бы я теряла себя, сроднившись со стихией.

– Елина! Нет! – кричал Аррам, он мчался ко мне перескакивая с камня на камень. Но не успевал. А его крик в моей памяти сливаясь с другим воплем отчаяния…

– Илайя! Нет! – плакал маленький Грегорик, умоляя сестру остановиться.

Сон… Это был тот странный сон, где я была обиженной на весь свет Илайей, решившей прыгнуть со скалы на спор.

Чайка снова закричала надо мной, и я увидела огромную птицу, которая мчалась ко мне со стороны моря. Улыбнулась. Теперь я знала, все будет так так нужно. Веним меня не обманул. Раскинула руки и шагнула вперед, проваливаясь в пустоту…

Алёна Цветкова
Южная пустошь – 5

Глава 1

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо. И звал:

– Госпожа! Госпожа! Очнитесь!

Я открыла глаза. На меня, нависнув сверху, с тревожным любопытством смотрела юная девушка. Лет пятнадцать-шестнадцать. А то и меньше. Ее правильные черты лица были мне как будто знакомы, но глаза, очень необычного сине-зеленого оттенка, я видела впервые.

– Кто ты? – хрипло спросила я.

– Я Олира. – широко, радостно улыбнулась она. – А как зовут вас?

– Меня… – я запнулась. На какое-то мгновение мне показалось, что я не помню ни своего имени, ни своего прошлого. Но в этот самый миг воспоминания рухнули на меня, как лавина, накрывая с головой и заставляя захлебнуться воздухом. Попыталась сесть, но тело ощущалось слишком слабым, руки и ноги едва шевелились, хотя боли я не чувствовала. – Меня зовут Елина… Я пришла, чтобы увидеться с Великим отцом.

– С Великим отцом⁈ – любопытства в ее взгляде стало еще больше, – но его уже нет. Он покинул Епархию навсегда… А вы лежите пока. Вам еще рано вставать. Наставник сказал, что вы слишком долго пролежали в ловчей сети, и ваша жизненная энергия на нуле…

Великий отец умер⁈ Холодок промчался по спине, в первое мгновение я ужаснулась тому, что проделала такой длинный и сложный путь без всякой пользы. А потом осознала, что может быть со смертью этого сумасшедшего закончились все наши проблемы. Может быть тот, кто стал вместо него править Монтийской Епархией уже не хочет захватить весь мир, и не станет разрушать города, в один миг унося сотни и тысячи жизней простых горожан?

– Отец не умер, – рассмеялась девочка, одновременно поправляя подушку и одеяло, которое сползло с меня после неудачных попыток взять под контроль свое тело, – он уехал. Сказал, что пора нам перебираться в Цитадель. А меня оставил с Наставником. Сказал, что заберет попозже, когда я научусь справляться со своей магией. Она меня почти совсем не слушается, – вздохнула она печально.

– Откуда ты знаешь о том, что я подумала? – нахмурилась я. Я была абсолютно уверена, что не произносила свои мысли о смерти Великого отца вслух.

– Да, вы ничего не говорили, – снова ответила на невысказанный вопрос Олира и пожала плечами. – Вы просто думаете так открыто, что я не могу не слышать ваши мысли… Но я не нарочно, – с виноватой улыбкой заверила она, – просто я пока не умею контролировать свою магию. Отец говорит, что когда я обуздаю свою магию до конца, стану самым сильным ментальным магом. После него, конечно. И он сделает меня свой наследницей, – похвасталась она.

Наследницей? Я приподнялась на локте, сознательно не произнося свой вопрос вслух. Я должна была убедиться, что она не врет…

– Я не вру, – обиженно надула она губы, подтверждая догадки, что лет ей гораздо меньше, чем я подумала в начале. – Да, я дочь Великого отца, а Живела и Вижела мои сестры. Но я их не люблю. Они такие злюки. Они всегда смеялись и обижали меня, пока моя магия не проснулась. Говорили, что я никчемная. И, вообще, буду всю жизнь прислуживать им, когда они станут королевами.

– Кхм, – прокашлялась я. Девица не обманывала. Она и правда умела читать мысли. Но была как-то чересчур наивна…

– Ой, – внезапно вспыхнула она, – я забыла! Наставник велел позвать его сразу, как только вы проснетесь! Это он вытащил вас из магической сети… А вы зачем прыгнули со скалы? Из-за несчастной любви, да⁈ А вы мне расскажете⁈

Беспрестанно тараторя, девчонка выскочила за дверь и исчезла. Оставшись одна, я первым делом оглядела комнату. Пожалуй, я не удивилась бы, если бы, если бы увидела решетки на окнах, подтверждающие, что я в тюремной камере. Но нет, никаких решеток не было, хотя в узкие и длинные окна и без них пролезть было бы затруднительно. Зато стекло вставленное в тонкие деревянные рамы обладало необычайным эффектом – мягко сияло, как большая лампочка, освещая всю комнату. Если бы не шум волн, которые временами ударялись об стекло, перекрывая путь свету, я решила бы, что это какой-то магический светильник.

В остальном комната совсем не выглядела роскошной. Даже, наоборот: простые каменные стены, полы из утоптанной глины, старое деревянное кресло-качалка, обильно украшенный удивительно-красивой резьбой и обитый протертым бархатом, такой же резной столик из красного дерева с облупленным лаком… Такое ощущение, что когда-то хозяева этого дома были богатыми и знатными, а потом потеряли все свое богатство, сохранив любимые предметы интерьера на память о благополучном прошлом.

Олира вернулась в комнату так же стремительно, как сбежала. И тут же затараторила с широкой улыбкой:

– Наставник пока очень занят, придет позже. Он велел побыть с вами еще немного. А потом он отведет вас в келью Живелы. Она самая удобная во всем монастыре, – добавила она от себя, с нотками зависти, – там даже зеркало есть, и настоящий шкаф. Все равно моя сестра уже никогда не вернется домой. Ой, – она подпрыгнула на месте и крутанулась волчком, – а вы позволите мне посмотреть в зеркало? – ее глазенки горели, – я всего разик! Боги не станут сердиться на меня за такую вольность. Ведь не станут, да?

Я кивнула, пристально глядя на нее. В голове царила какая-то мешанина из обрывков недосказанный мыслей. И это, наверное, хорошо. Если я сама не могу разобраться в этой каше, то и девчонка вряд ли сможет. А мне совсем не нравилось то, с какой легкостью она это делала. И даже кольцо созданное Артефактором Древних Богов, которое должно было защитить меня от действия магии, оказалось бесполезным.

– Сколько тебе лет? – Спросила я, как будто бы невпопад. Но девчонка то ли не заметила, то ли не обратила внимания, что вопрос я задала вслух, а не мысленно… Там, в мыслях, его просто не было.

– Вчера исполнилось четырнадцать, – расплылась в счастливой улыбке Олира.

– Поздравляю, – машинально ответила я.

– С чем⁈ – девочка непонимающе уставилась на меня.

– С днем рождения, – улыбнулась. По моим ощущениям тело стало «оттаивать», и я наконец-то смогла пошевелить пальцами на руках. Еще немного и смогу встать.

– С днем рождения? – переспросила Олира и тут же оживилась, восторженно засияв. – Ой, это у вас там, снаружи, такие обычаи, да? А еще с чем у вас поздравляют? У нас с днем обретения магии… У меня через несколько месяцев будет год. – Внезапно девочка резко погрустнела, – если я не смогу обуздать ее к тому времени, то отец может приказать заблокировать ее навсегда.

– Ты сможешь, – улыбнулась я. Не знаю, как и что у нее с магией, но вот располагать к себе эта девочка умела, на интуитивном уровне чувствуя, что нужно делать и говорить, чтобы понравиться собеседнику. Даже я прониклась, хотя изначально была настроена весьма враждебно. – А если не сможешь, то без магии тоже можно жить. У меня нет магии, и я нисколько от этого не страдаю…

– У вас есть магия, – улыбнулась она, – у всех есть магия. У кого-то больше, у кого-то меньше… А еще у вас есть еще кое-что…

К счастью, избавляя меня от необходимости что-то говорить, дверь с грохотом распахнулась и в комнату влетел наставник девочки. Высокий, темноволосый с правильными чертами лица и отличной фигурой, которая с первого взгляда выдавала, что не смотря на хорошую физическую форму, этот мужчина совсем не воин… Он был одет в белоснежную монашескую хламиду с одной серой полосой по подолу.

– Наставник! – отлетела от меня Олира и склонила голову.

– Олира, – пророкотал он низким, приятным тенором, от которого по моему телу, словно сами собой побежали мурашки, – иди на кухню и скажи, чтобы моей гостье принесли обед в комнату Живелы.

– Хорошо, наставник, – пискнула девочка и бесшумно исчезла за дверью.

Мужчина, глянув ей вслед, повернулся ко мне и… Я пропала. Я смотрела в его большие, темно-серые глаза под пушистыми ресницами и не дышала. А в груди, там где после смерти Дишлана осталось только пепелище, вспыхнул огонь. Яркий, высокий и пожирающий воздух в моих легких… Но самое удивительное, что в его темных зрачках, я видела точно такое же яркое пламя. И на мгновение мне показалось, что наши сердца застучали один мотив, им не нужны были мы, чтобы говорить между собой напрямую…

Как он оказался сидящим на моей постели, я не заметила. И не поняла. Он потянулся ко мне и осторожно коснулся щеки кончиками длинных, аккуратных пальцев. Захотелось замурчать от удовольствия и потереться щекой от его ладонь, как кошка. Захотелось гораздо большего, чем это мягкое прохладное касание. Желание быть с ним вспыхнуло, как сухие дрова, на которые уронили искру. И это странная, неестественная и неправильная страсть привела меня в чувства.

Я заморгала и с усилием отвела взгляд. Он тоже… Наваждение мгновенно пропало. Я смогла дышать, а тело, которое уже само потянулось к нему, желая прижаться и почувствовать его ответные прикосновения, мгновенно успокоилось и затихло. И только мелкая дрожь во всех мышцах говорила, что все эти ощущения были на самом деле, а не привиделись.

– Кхм, – прокашлялся он, – простите… Мне показалось…

Он не договорил. А я рискнула снова посмотреть на него. Но в этот раз ничего не произошло, я по прежнему видела красивого мужчину, который смотрел на меня спокойно и твердо, но пламя в груди, хотя и продолжало тихонько гореть, не вспыхнуло снова, выжигая все желания, кроме одного… И в его глазах я видела всего лишь отблеск высокого сияющего окна, которое, вероятно в первый раз приняла за ответный огонь…

– Меня зовут Агор. – представился он, – а вы, я полагаю, королева Елина?

– Агор? – вырвалось у меня против воли, – но Веним сказал, что вы старик!

Он широко улыбнулся. Его суровый взгляд на короткий миг стал совсем другим: задорным, мальчишеским, и на моем лице, как в зеркале, тоже появилась улыбка.

– Веним мой старый друг, – его голос звучал спокойно и ровно, как будто бы не было той радости, которую я увидела в его глазах. – Вероятно, именно это он имел в виду.

Я кивнула. Мне нестерпимо захотелось снова увидеть его настоящего, а не эту намертво прилипшую к лицу маску. Но я не для этого прыгала со скалы. Не для того, чтобы… мысли в голове снова перемешались с чувствами, не давая понять даже мне самой, что именно я имела в виду.

– Вероятно вы правы, – кивнула я. И перешла к делу, – я хотела бы встретиться с Великим отцом. Думаю, я могу предложить ему то, что его заинтересует…

– Для начала вам нужно встать на ноги, – Агор слегка наклонил голову в сторону, не отводя меня взгляда и рассматривая, словно букашку под стеклом.

И я точно так же глазела на него, подмечая мельчайшие детали: мелкие морщинки в уголках глаз, наметившаяся вертикальная складка на переносице, крошечное, еле заметное пятнышко родники у левого уголка губ…

Я попыталась отвернуться. Проявлять настолько пристальное внимание чересчур невежливо, нельзя допустить, чтобы Великий отец или Агор сочли мое поведение хоть сколько-нибудь неуважительным. А сейчас они были гораздо нужнее мне, чем я им. Но я не смогла. Его лицо, его тело, он сам притягивали меня против моей воли.

– Кхм, – кашлянул он и тряхнул головой, словно заставляя себя проснуться, – давайте я помогу вам встать.

Он протянул ко мне руки, как будто бы хотел обхватить за плечи и замер на половине пути, словно так и не решившись коснуться. А у меня почему-то мгновенно пересохло в горле.

– Кхм, – прочистила горло и я, – мне кажется, я справлюсь сама…

Он кивнул и, по-прежнему, не отводя от меня взгляда встал и сделал шаг назад, давая мне пространство для маневра. Я откинула одеяло, до того, как Агор пришел, я уже успела убедиться, что под ним я одета в свой дорожный костюм. С меня сняли только шубу…

Тело повиновалось не слишком хорошо, ноги слегка дрожали, когда я спустила и с кровати. Я засомневалась, что смогу встать. И малодушно захотелось сдаться. И чтобы он все же взял меня за плечи и помог встать. Я уже почти чувствовала, как его ладони ложатся на мои руки, как обхватывают и с силой приподнимают. И только от этих мыслей меня бросило в жар, перед глазами поплыло, в горло окончательно высохло.

Что за наваждение⁈ Неужели это магия⁈ Холодная и единственная здравая мысль мелькнула в моей голове. Я наконец-то смогла отвести взгляд от Агора. Правда только на миг, чтобы убедиться, что кольцо, созданное для меня Артефактором, все еще у меня на пальце. Это не могла быть магия. Но почему тогда я это чувствую?