Текст книги ""Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

Соавторы: Олег Ростов,Михаил Беляев,,Виктория Крафт,Влад Радин,Константин Градов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 61 (всего у книги 353 страниц)

Глава 22

Я шёл вслед за уркой которой топоча и бросая на меня свои злобные взгляда из-за плеча двигался впереди. Мы завернули за угол барака, пересекли захламлённый двор. Подошли к забору, пролезли через дырку в нём и оказались на тёмной улочке.

Присмотревшись я увидел стоящую в конце улицы сиреневую «тройку». Пыхтящий и топотавший урка явно вёл меня в её направлении.

Подбежав к машине он приоткрыл переднюю дверь и нагнувшись начал, что – то говорить сидевшему за рулём бандиту, продолжая бросать на меня время от времени свой колючий и злобный взгляд.

Наконец он закончив свой разговор он рысью помчался ко мне.

– Иди, – произнёс он подойдя ко мне, – чего стоишь фраер? Кому сказано иди!

– Куда? – вежливо поинтересовался я у него, – я, что-то не вижу ни куда мне идти, как и не вижу своей женщины.

– В тачку иди, – и он махнул рукой в направлении «тройки», – там тебе всё скажут.

Мне уже всё стало ясно. Меня завезут в некое место, где я должен буду держать ответ перед некими «авторитетными людьми». Естественно живыми ни я ни Варвара из этого места не выберемся.

Мотнув головой я двинулся по направлению к «тройке». Урка шёл сбоку изображая собой нечто вроде конвоя или сопровождения. Меня тревожила только одна мысль– жива ли Варвара? Всё остальное мне было уже малоинтересно. В том, что я с умею справиться даже с несколькими урками я был совершенно уверен. Так, где мне не помог бы импульс, помогли бы навыки борца – самбиста. В принципе если бы бандиты знали все мои возможности, они крепко подумали прежде чем связаться со мной. И не вели бы со мной так расслаблено и спокойно.

Я подошёл к машине и остановился возле задней двери. Шестёрка пыхтя подбежал ко мне и пыхтя стал толкать меня к двери.

– Лапы убери, – сказал я ему.

– Чего? Ты, что припух фраерок?

– Я сказал лапы убрал, шнырь поганый, – и сплюнул ему под ноги.

– Ах ты! – урка аж подпрыгнул на месте, – ты оху@л фраерок!

– Пшёл вон – шнырюга, – произнёс я, – и открыв заднюю дверь полез вовнутрь.

Сзади сидел незнакомый мне худощавый бандит. Я бросил на него взгляд и не здороваясь стал усаживаться на сиденье.

Шестёрка суетливо обежал машину, распахнул правую от меня дверь и с сопением стал усаживаться на сиденье.

Двигатель «тройки» заурчал и мы рывком тронулись с места.

Пока мы ехали я раздумывал о сложившейся ситуации. Усмехнувшись я подумал о том, что в этой реальности Варвара пропала на два месяца позже чем в той первой реальности. И при совершенно иных обстоятельствах. Это мне было совершенно ясно.

Теперь уже к исчезновению Варвары не имел никакого отношения Медведев. Хотя не ясно был ли он причастен к нему и в первый раз. В конце концов Медведев открывшийся здесь мне с совершенно другой стороны, тоже вряд ли организовал похищение и убийство Варвары. Судя по всему ему это совершенно не было это нужно.

Машина урча двигалась по московским окраинам. Наконец мы выехали за пределы столицы и за окном замелькали пейзажи близкого Подмосковья.

Наконец мы въехали в некий населённый пункт. Я успел заметить название —

«Торбеево» когда мы въезжали в него.

Мы покрутились по его улицам и наконец подъехали к деревянному двухэтажному дому окружённому довольно густым садом. «Тройка» въехала в раскрывшиеся ворота и водитель заглушил мотор.

– Входим, – услышал я знакомый голос, – за рулём был хорошо уже мне известный Кириллов.

Я оказался в большой комнате в которой стоял большой круглый стол, за которым находился кряжистый мужик, лет пятидесяти на вид. Мне бросился в глаза его высокий, большой лоб, с мощными залысинами.

Ощупав меня своим колючим взглядом он кивком указал мне на стоящий перед ним стул:

– Садись.

Видимо это был тот самый авторитетный человек, который хотел поговорить со мной.

Вслед за мной в комнату ввалился неизвестный мне худощавый урка. Словно бы случайно он распахнул полы своей куртки, что бы я увидел рифлёную рукоятку пистолета ТТ.

«Авторитетный мужик» молча кивнул головой и худощавый урка сел на стул, стоящий у стены.

Я подошёл к столу, отодвинул из-за него указанный мне стул и уселся на него.

– Ты знаешь кто я? – спросил он меня.

– А должен? – ответил я ему довольно дерзким тоном.

– Борзый ты, как я посмотрю, – получил я в ответ.

– Какой есть, – пожав плечами ответил я, – так кто вы?

– Я – Лось. Слышал про такого?

– И чё рога отпали уже как я посмотрю. Сезон настал?

– Это какие, такие рога? – с недоумением спросил меня Лось.

– Ну раз лось, то должны быть и рога. А раз нет, то отпали. У лосей бывает сезон когда рога отпадают. Я вижу у тебя их нет. Хотя ты, как сам утверждаешь – лось. Значит уже сезон.

– Гы, гы, гы, – загоготал Лось, – а ты совсем борзый. Не знаешь ты похоже кто таков я, поэтому и борзый такой.

– Не знаю и знать не хочу. Но судя по всему ты человек авторитетный. В определённых кругах.

– Не сомневайся – авторитетный. И поэтому и спрашиваю тебя– кто ты?

– Человек. Что еще хочешь узнать?

– Человек, говоришь? – спросил меня Лось, – а хочешь стать трупом? У меня это раз, два и готово.

– Вот только не пойму, когда и где я перешёл тебе дорогу, – хмуро сказал я в ответ, – я лично, что – то этого не припомню. Не припомню я такого факта.

– А я припомню. Случай с Лернером не припомнишь?

Я закатил глаза к потолку.

– Опять? Честно говоря меня уже достали этим случаем с Лернером. И этими тремястами тысяч. Откуда я мог узнать о том, что украли его дочку?

– Вот и я хочу узнать. Откуда?

– Слушай, Лось, если бы у меня были эти триста тысяч я бы, вот прямо сейчас тебе бы их отдал. Вот достали вы меня этими деньгами. Никакого покоя. А теперь я хочу задать вопрос – зачем вы украли мою женщину? И где она сейчас?

– Цела твоя женщина, цела. Пока. А вот будет целой и здоровой всё от тебя зависит.

– Пока я не увижу её ни скажу ни слова. Всё. Точка. Больше я ничего не скажу.

– Ты мне условия диктовать условия будешь?

– Слушай, Лось, я тебе всё сказал. А ты думай как хочешь.

Лось вновь вперил в меня свой колючий взгляд, но я спокойно выдержал его. Он скривился, поморщился и крикнул:

– Колун!

В комнату заглянул тот самый урка, что вёл меня к машине.

– Чего Лось? – с подобострастием в голосе спросил он.

– Крикни Антохе, что бы он его бабу сюда привёл, – и Лось кивнул головой в мою сторону.

Колун мотнул головой и исчез. За дверью раздалась дробь его быстрых шагов.

Через несколько минут раздались шаги и в комнату вошла Варвара со связанными руками которую толкал в спину тощий урка.

– Так, – подумал я, – значит, как минимум их пятеро. Двоих я вырублю импульсом и разоружу. Разоружу, а там видно будет.

– Андрей, – вскрикнула Варвара, – с тобой всё нормально?

– Всё нормально не беспокойся, – ответил ей я.

Тощий урка выдвинул из – за стола стул и усадил на него Варвару. Затем по кивку Лося он мгновенно ушёл, даже не ушёл, а испарился из комнаты.

– Ну, что? – вновь вперил в меня свой взгляд Лось, – убедился? Будешь теперь говорить? Учти будешь молчать у нас имеются средства разговорить тебя. Для начала я могу приказать твою бабу по кругу пустить. Как тебе такой вариант?

– А,что мне молчать, – ответил я ему весёлым голосом, – задавай, хороший человек, свои вопросы, а я на них и отвечу. Чем могу тем помогу.

– Тогда ответь мне, откуда ты узнал о похищении дочки Лернера и куда делись триста тысяч?

– Отвечаю. О похищении дочки Лернера я узнал из тетради с синей обложкой, а триста тысяч я лично отдал в руки Якову Семёновичу. Такой ответ тебя устроит?

– Ты чё гонишь⁈ Из какой такой тетради⁈

– Обыкновенной. С синей обложкой. В девяносто шесть листов. Что тебе не понятно?

Лицо (вернее морда) Лося начало стремительно багроветь, но тут я зажмурившись послал импульс в голову урки с пистолетом за поясом.

Получив удар, он сильно дёрнулся, а затем с грохотом повалился со стула на пол. Я вскочил со стула, и в молниеносном прыжке достигнув его, выхватил у него пистолет из-за пояса.

Тут до моего слуха донёсся грохот. Обернувшись я увидел, что здоровенная туша Лося валяется на полу, сам он закатил глаза и его всего сотрясает судорожная дрожь. Тут же до меня донёсся писк Варвары:

– Ой голова!

В этот момент за дверью раздался грохот шагов. Я мгновенно снял пистолет с предохранителя и навёл его ствол на дверь. Через пару секунд она распахнулась и в комнату ввалился тощий урка, который только, что привёл в неё Варвару.

Я поднял оружие чуть выше и выстрелил. Тут же голова бандита буквально взорвалась, полностью скрывшись в ореоле кровавых брызг. Сам он как подкошенный рухнул на пол и остался на нём полностью недвижимым.

Развернувшись назад я ударом ноги вырубил второго бандита. Нагнувшись над ним молниеносным движением я быстро обыскал его, вытащив из его кармана нож…

не теряя ни секунды я бросился к Лосю, который продолжал судорожно дергаться на полу. Нагнувшись над ним я с силой ударил рукояткой пистолета его по голове. Лось хрюкнул и вырубился после моего удара. Быстро обыскав его и вытащив из кармана его штанов нож– выкидуху я наконец обернулся к Варваре.

– Лось, Антоха, что случилось? – раздался испуганный голос из-за двери.

Я мигом рванулся к двери и широко распахнул её. Распахнул и тут же увидел стоявшего в конце коридора Колуна с испуганным выражением лица. Ни теряя ни секунды я вскинул пистолет и выстрелил. Вслед за выстрелом раздался визг урки, которого попавшая в него пуля отбросила к стене, по которой он и сполз зажимая руками простреленную грудь.

Только после этого я смог снова заняться Варварой сидела со связанными руками и не сводила глаз с убитого мною урки.

Развязав ей руки я спросил:

– Ну как? Что с тобой? Они не тронули тебя?

– Андрей! вскрикнула она в ответ, – ты, что убил его? Ты убил человека?

– Успокойся. Это не человек. Такого убить не грех.

– Андрей, но тебя же посадят за всё это!

– Поэтому нам как можно скорее рвать отсюда. Чёрт ещё пятый есть! И это как минимум. Хрен отсюда выйдешь спокойно. У них тоже могут быть стволы.

– Так, что же делать?

– Сейчас, сейчас, – и мой взгляд начал рыскать по комнате, – а вот и я кинулся к стоящему возле окна на тумбочке телефону.

Подбежав к нему я помялся, а затем вытащив и кармана бумажку, снял с аппарату трубку начал набирать номер.

Когда на той стороне провода взяли трубку я поздоровавшись, откашлялся и сказал:

– Сергей Александрович, я и Варвара попали в очень не простую ситуацию, – и вкратце изложил, что случилось с нами. Не успел я завершить разговор как в коридоре грохнул выстрел. Выпущенная из пистолета пуля пробила дверь в самой верхней её части. Вслед за этим я услышал голос Коробова:

– Галкин бросай ствол и выходи! Тебе всё равно не уйти отсюда.

Я положил трубку на аппарат и крикнул в ответ:

– Слушай, оборотень в погонах, ты сейчас всё это изложишь генералу Мокееву! Он уже едет сюда с опергруппой. Понял чушок?

– Что ты гонишь, какой генерал?

– Такой, обыкновенный. Генерал – лейтенант Мокеев. Я ему только, что позвонил и сообщил о той неприятной ситуации которая сложилась здесь. Товарищ генерал поблагодарил меня за информацию и сказал, что опергруппа уже мчится сюда на всех парах. Так, что готовься к отбытию в Бутырский санаторий. Товарищ генерал – лейтенант лично тебе туда путёвку вручит.

Наступила тишина. Видимо Коробов переваривал то, что сейчас услышал от меня. Наконец он опять заговорил, но уверенности в его голосе стало уже поменьше.

– Слушай, Галкин, в Бутырки, в случае чего мы отправимся с тобой вместе. Так, что лучше выходи. У тебя всё равно нет другого выхода.

– Вот товарищ генерал нас и рассудит, – сказал я ему в ответ.

Видимо Коробов всё же не до конца поверил мне. Тем не менее мои слова, а главное тот уверенный тон с которым я произносил их всё же оказали определённое воздействие на него. В коридоре наступила тишина, а мне оставалось надеяться, что вызванная Мокеевым опергруппа не слишком задержится в пути.

Она не задержалась. Вскоре до меня звук приближающейся милицейской сирены, услышав которую я крикнул.

– Ну, что Коробов, теперь поверил мне? Так, что лучше сдавайся, глядишь какое – нибудь снисхождение и выйдет!

Глава 23

Я открыл входную дверь и зашёл в прихожую. До меня вдруг донёсся низкий и такой я бы сказал сексуальный женский голос:

– Да, ну тебя, Варюха, врешь ты всё, не идёт мне это платье!

– Я дома, – крикнул я на всякий случай.

Наступила тишина. Я неторопливо разулся и пройдя по коридору вошёл в комнату.

В комнате по мимо Варвары я увидел незнакомую мне молодую женщину, на мой взгляд очень даже интересной внешности. Она стояла возле зеркала, а увидев меня тихо (почти шепотом) произнесла:

– Здравствуйте!

– Андрей, это Вика, – сказала Варвара, – Вика, это Андрей.

– О! – воскликнул я, – наконец то я вижу Викторию о которой столько слышал.

– А,что ты, вы слышали обо мне? – каким – то тревожным шепотом спросила меня Вика.

– Вика, – обратилась к ней Варвара, – я уже говорила тебе, что благодаря Андрею ты сумела выздороветь. Он был настоящим мозговым центром. Без него, без его руководства я бы ничего не сумела добиться.

– Что я слышал? Жила, была девочка Вика. Смышлёная и талантливая. Беда этой девочки заключалась в том, что с ней обращались как с вещью. Не хотели видеть в ней живую личность, а видели только вещь. С которой можно обращаться как заблагорассудится. И девочка Вика – заболела. Заболела психически. Шизофренией. Сначала она просила окружающих людей о помощи, просила перестать обращаться с ней как с вещью. А на языке болезни – это выглядело как бред. А на самом деле это был крик о помощи. Но люди не помогли девочке Вике. Вернее помогли, но от этой помощи ей стало только хуже. Её лечили инсулиновыми комами, нейролептиками, она подолгу лежала в больнице, но лучше ей не становилось. Потом она вообще решила спрятаться от этого злого мира. А окружающие воспринимали это как полное и окончательное безумие. Хотя Вика была не безумнее всех тех кто окружал её и считался здоровым. Просто она решила разорвать все связи с этим миром в котором она видела только страдания и боль.

Вика внимательно выслушала меня, а потом всё – так же тихо сказала:

– Но я ещё не до конца выздоровела. Иногда я слышу голоса. Они правда бывают всё реже и реже, но бывают. И у меня очень плохо со сном. И я принимаю нейролептики.

– Но главное– то произошло? Ты вернулась!

– Да, я вернулась, – так же тихо ответила мне Вика.

Когда к дому подъехала машина с опергруппой, в коридоре раздался топот. Через минуту на улице бахнули два выстрела подряд, а через несколько секунд грохнул и третий выстрел. Потом наступила тишина, а затем я вновь услышал шаги в коридоре. Став слева от двери я крикнул:

– Товарищи милиционеры, не стреляйте. Я – Андрей Галкин.

– Оружие есть? – раздалось мне в ответ.

– Есть.

– Бросай его.

Я поставил ТТ на предохранитель и приоткрыв дверь выбросил его в коридор.

Через секунду в комнату ввалились сразу трое оперативников. Один из них глянув на труп Антохи присвистнул.

– А это ваши клиенты сказал я указав на Лося и второго бандита.

– Кто чей клиент, мы сами разберёмся, – получил я в ответ.

Генерал Мокеев подъехал минут через пятнадцать, и вошёл в комнату, как раз в том момент когда оперативники уже всерьёз взялись за меня.

Мокеев поздоровался с присутствующими, а потом сказал майору, который видимо был старшим в группе:

– Серёжа, я возьму Андрея и Варвару к себе в машину. Поговорю с ними тет– а тет. А вы пока занимайтесь тут.

Майор естественно не стал возражать генералу.

Когда мы оказались в машине Мокеев коротко бросил нам:

– Рассказывайте.

Выслушав меня он спросил:

– А,что это за импульс? Можете продемонстрировать?

– А вы не пожалеете?

– Наверное нет.

Я пожал плечами и послал очень лёгкий импульс в правое плечо генерала.

Получив удар Мокеев, охнул буквально подпрыгнув на сиденье.

– Ого-го, – произнёс он потирая плечо.

– Это был очень лёгкий удар, – сказал я ему, – можно сказать легчайший.

Он только усмехнулся в ответ:

– После вашего этого, как вы говорите легчайшего удара, я почти не чувствую свою правую руку. Такое впечатление мне по плечу заехали таким хорошенным дрыном. И, что Варвара Викторовна, тоже владеет этим, как вы говорите импульсом?

– Владеет, но не так уверенно. Хотя Лося вырубила именно она.

– Да Лось, старинный мой знакомый, – усмехнулся в ответ генерал, – Лосёв Геннадий Арнольдович. Шесть раз судимый, вор в законе по кличке Лось. Опасный, очень опасный тип. А вот вы не побоялись его. Или не знали?

– Ну, что – то подобное я и ожидал. Понимал, что меня везут на рандеву с каким – то криминальным авторитетом.

– Ожидали, но не побоялись. Хорошо. А как же вы узнали о похищении Нади Лернер?

– Экстрасенсорное восприятие.

– И часто оно у вас бывает?

– Пожалуй случай с Надей был первым. Вернее первым крупным таким его проявлением.

– Хорошо. А триста тысяч?

– Ну там были какие – то деньги. Я не знаю точно их сумму. Триста или тридцать тысяч. Я не считал. Все эти деньги я отдал Якову Семёновичу.

– А откуда у вас такая сумма денег, – и Мокеев кивнул на мою сумку.

– Заработал. Частично на Севере, частично оказывая помощь разного рода зажиточным людям. Сберкассы и банки я точно не грабил.

– С меня вы тем не менее не взяли ни копейки.

– А я с многих не взял ни копейки. Но одно дело лечить сына Софьи Абрамовны Лернер от глиобластомы, а другое дело лечить от бесплодия невестку заведующего областного главторга. Согласитесь разница имеется.

Мокеев задумался. Прошло несколько минут, затем он повернулся ко мне и сказал:

– Я понимаю, что где – то вы были со мной не вполне искренни. Но я исполню обещанное. Я выведу вас из этой очень неприятной ситуации. В конце концов вы ведь не нарывались на неё специально. Но в замен я попрошу об одном одолжении. К вам может подойти один человек… В общем ему будут интересны ваши с Варварой Викторовной экстрасенсорные способности. И я прошу быть вам с этим человеком максимально искренними

– Он из КГБ? – спросил я генерала.

– Нет, – ответил он мне, – КГБ, здесь вообще не причём.

В общем как – то мне и Варваре удалось выпутаться из этой истории. Не знаю как генерал Мокеев организовал это, но милиция самым решительным образом оставила нас в покое. Не подходил к нам и человек которого интересовали наши способности. Всё (пока во всяком) случае было тихо.

Когда после всего этого мы наконец оказались дома, Варвара сказала мне:

– Знаешь, Андрей, твоя решительность иной раз пугает меня. Но я всегда в таких случаях вспоминаю своего дедушку. Он пообщавшись с тобой сказал мне:

– Андрей настоящий мужчина. Он умеет принимать решения. А приняв исполнять их. Смотри не упусти его.

Через несколько дней после всего случившегося Варвара возобновила свои визиты к Гордеевым. Они шли ни шатко ни валко, пока в один из февральских дней Варвара не позвонила мне и не сказала очень встревоженным голосом:

– У Вики произошло резкое ухудшение. Мне только, что звонила Екатерина Михайловна, она очень напугана. Сегодня она обнаружила Вику лежащей в постели в эмбриональной позе. Она полностью неконтактна. Ей с трудом удалось накормить её с ложечки. Екатерина Михайловна хотела вызвать Скорую помощь, но я с трудом отговорила её от этого.

– Ну, что же наступил кризис, – ответил на это я, – сейчас Вика находится на распутье. Вернутся ли ей в эту реальность или остаться в той. Внутри неё идёт борьба. Ты должна помочь ей. Её сил может и не хватить. Настал решающий момент.

– Ох, Андрей, я так боюсь. А ты бы не мог помочь мне?

– Только со стороны. Моё появление возле Вики сейчас будет очень нежелательным.

После работы Варвара сразу же поехала к Гордеевым. Она позвонила мне поздно вечером и сказала, что у Вики всё без изменений, она не вступает в речевой контакт и, что она останется ночевать там.

Так прошло три дня. Ситуация не менялась. Варвара не появлялась дома. Не появлялась она и на работе, сумев организовать себе какие – то отгулы.

Вечером третьего дня она позвонила мне и сказала:

– Вика узнаёт меня. Она шёпотом просит сделать ей укол галоперидола.

– Так делай, – ответил ей я.

– Но как же так, Андрей, я не психиатр.

– Так, Варвара, не ной. О шизофрении и её лечении ты сейчас знаешь побольше иного профессора, который ею всю жизнь занимался. А дозировку посмотри в инструкции.

Как я узнал уже через два дня после начала курса галоперидола Вика начала разговаривать с окружающими (правда пока только шепотом), еще через два дня самостоятельно встала с постели и начала ходить по комнате. А ещё через неделю заявила, что она видеть не желает тот хлам который скопился возле неё. И начала энергично выбрасывать его. Правда говорила она пока только шепотом, и иногда явно испытывала слуховые галлюцинации. Но никаких бессмысленных монологов и гримас, по словам Варвары, она больше не демонстрировала. Ещё через несколько дней она рассказала мне:

– Она говорит совершенно связно. Иногда– да галлюцинирует. Прислушивается к голосам и отвечает им. Но понимает, что это галлюцинации. Лицо у неё совершенно живое, эмоции как у нормального человека. Мы вчера гуляли, так Вика совершенно нормально разговаривала с бабушками у подъезда. Она иногда переходит на шепот, но это только дома.

Надо сказать, что я очень редко видел Варвару в это время. Период с середины февраля до начала мая, запомнился мне в основном тем, что Варвара почти всё время проводила свободное время у Гордеевых. Иногда новости я получат только по телефону.

– Я с Викой опять гуляла. Вспоминали школу.

– Я с Викой завтра иду в кино.

– Уколы галоперидола я прекратила, перешли на таблетки. Ещё на ночь тизерцин добавляем, у Вики по прежнему бессонница.

– Мы идём на показ в дом мод.

– Галлюцинации у Вики почти прекратились, но иногда по вечерам бываю наплывы голосов. Вот как вчера. Вика страшно расстроилась. Я её долго утешала.

– Были в кафе, с Викой заигрывал интересный мужчина.

Как – то придя с работы Варвара сказала мне:

– Надо думать о социальной реабилитации Вики. Она уже сама интересуется этим.

– Да задачка не из лёгких, – подумав сказал я, – а ты часом через своего Рувимовича не можешь выйти на какого – нибудь нестандартно мыслящего психиатра?

Варвара махнула рукой.

– Ауэрбах и так на меня волком смотрит. Хотя подожди, вроде бы я слышала об очень интересном психиатре, который как раз придерживается не стандартных взглядов. Кажется по фамилии Боков.

Теперь я видел перед собой Викторию Гордееву, как говорится телесно.

– А, что девочки у вас шёл за спор? – спросил я их.

– Варька говорит, что мне это платье идёт, – каким – то обиженным тоном произнесла Вика, – А по – моему я в нём выгляжу коровой.

– Ну – ка поднимись, – сказал я ей.

Вика быстро вскочила со стула и начала вертеться передо мной. Я прищурившись посмотрел, посмотрел и сказал:

– На мой взгляд очень не плохо. Симпатичный покрой, да и цвет тоже.

– Ну, что я говорила! – воскликнула Варвара.

– Да ну вас —, махнула на нас Вика.

– Ты посещала психиатра? – спросил я Вику.

– Посещала.

– И, что?

– Он долго читал историю моей болезни, поглядывая на меня. Затем начал разговаривать со мной. Потом позвал маму, которая осталась в коридоре. По мере разговора лицо его становилось всё более и более удивлённым. Затем он наконец, отодвинул от себе весь этот пухлый том в который превратилась эта моя история болезни спросил, что и сколько я сейчас принимаю. Я честно ответила, что семь с половиной миллиграмм галоперидола с коррекцией циклодолом в четыре миллиграмма, мне с одной стороны всегда помогал галоперидол, а с другой стороны всегда от него была сильная акатизия, и пятьдесят миллиграмм тизерцина. Сказала, что я снизила за последнее время дозу галоперидола с пятнадцати миллиграмм. Из-за побочных явлений. Меньше дозу пока боюсь делать. С другой стороны и такая доза мне помогает. Долго расспрашивал про «голоса». Я сказала, что слышу их всё реже. Полностью осознаю, что это галлюцинации, но они у меня иногда бывают. Затем я долго я рассказывала ему о содержании фильмов «Летучая Мышь» и «Экипаж». Особенно про «Экипаж». Я как раз в кинотеатре три дня назад с Варварой смотрела. В итоге он сказал мне придти на следующей неделе для более серьёзного осмотра. И – да, он назначил мне от бессонницы хлорпротиксен вместо тизерцина. Сказал мне, что он будет помягче. Попробуем. Но мне показалось, что он очень удивлён.

– Я наконец решилась и подошла к Ауэрбаху и рассказала ему о Вике. Спросила не может ли он найти психиатра мыслящего нестандартно.,– сказала Варвара, – выслушав меня он вскочил и долго ругался о том, что бы я не смела втягивать его в свои шарлатанские дела. Потом он смилостивился и обещал добыть адрес этого Бокова. Заодно сказал, что у него есть один знакомый в Ленинграде, старый психиатр, который просто ненавидит всю эту концепцию шизофрении как психического заболевания в целом, которое исповедует вся московская школа и Снежневский в частности. Добавил, что случай с Викой будет для него просто подарком с небес. Что этот его знакомый из Ленинграда давно мечтает утереть нос этому как он выразился «негодяю и шарлатану Снежневскому». Добавив тут же, что эти психиатрические дела его не касаются, но Снежневский тем не менее, по его мнению, законченный шарлатан. Оказывается этот самый Снежневский поставил диагноз «шизофрения» в своё время какому – то его дальнему родственнику и по его словам «едва не сломал мальчику жизнь». Хорошо, что в Ленинграде этот диагноз полностью опровергли и «у мальчика сейчас всё нормально». Потом посопев дал мне ещё адрес Мелехова. Того самого, книгу которого ты у меня видел. Добавил, что несмотря на то, что этот самый Мелехов верующий и «попам ручки целует, но тем не менее, что – то от настоящего учёного в нём ещё осталось». В общем мы поборемся за Вику. Сначала будем добиваться смягчения диагноза, потом перевода со второй группы инвалидности на третью. Дальше посмотрим. Возможно в самом скором времени можно будет поставить вопрос и о том, что бы она продолжила получать высшее образование.

– А моя мама пока я болела оказывается стала верующей. – добавила Вика, – она ездит в Новую Деревню. Там служит очень интересный священник Александр Мень. У него в приходе много интеллигенции. Я была с мамой в прошлое воскресение на службе. Мама заказала благодарственный молебен в честь моего исцеления. Мне этот отец Александр очень понравился.

Услышав эти слова Вики я не выдержал и усмехнулся.

– Увидишь его ещё, непременно передай привет от меня.

– А ты знаком с ним? – спросила меня Вика.

– Так немного. Но главное заключается не в этом. Вот очень хорошо, что ты Вика пришла к нам сегодня!

Я полез в карман пиджака, вытащил из него бархатную коробочку, поставил её на стол и откашлявшись произнёс:

– Варвара Викторовна, я предлагаю тебе стать моей женой. Как твоё мнение насчёт этого?

– Ой! – услышал я писк Вики.

Варвара протянула руку к коробочке, раскрыла её и произнесла завороженным голосом:

– Какое красивое кольцо! Где ты его взял?

– Это неважно. Где взял там уже нет. Так каков будет твой ответ?

Варвара подняла на меня свой взгляд.

– А ты любишь меня?

– Конечно люблю. Иначе и не делал бы тебе такого предложения.

– Тогда я согласна.

– Ну всё. А теперь девушки, нас ждёт содержательный и интересный вечер в ресторане «Пекин». Так, что собирайтесь!

– Ну-у Андрей, как я могу поехать в ресторан в таком страшном платье? – услышал я голос Вики.

– Так. Ничего не желаю слушать. Варвара в конце концов подбери своей подруге, что – нибудь стоящее из своего. Вы же вроде одной комплекции.

– А я не могу пить алкоголь на нейролептики, – вновь ноющим голосом произнесла Вика.

– Значит и не будешь.

– А какой ресторан без алкоголя?

– Так, Виктория, прекрати ныть и давай собирайся. Варвара, что ты столбом стоишь? Помоги собраться своей подруге!