Текст книги ""Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

Соавторы: Олег Ростов,Михаил Беляев,,Виктория Крафт,Влад Радин,Константин Градов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 167 (всего у книги 353 страниц)

Глава 16

– … вот так, Лили, – я откинулся на спинку и мельком взглянул на запертую изнутри дверь купе. По спине табуном сновали ледяные мурашки, а кулаки инстинктивно сжимались и разжимались, требуя действий.

– А может и не Есеня это была? – она нахмурила брови. – Мог ты обознаться в темноте?

– Да нет, она, точно, – прошептал я в ответ. – Голос её был. Мы же с самого Белогорья не виделись… выходит, Карина её спасла.

– И какого чёрта тогда она делает с повстанцами? – хмыкнула Лили.

– Они могли обмануть её, или шантажом заставить работать с ними, – я тихо проговорил то, что всю дорогу до купе роилось у меня в голове. – Кто знает, чего они ей могли наплести.

– Есть только один способ узнать. Пока ещё не поздно.

Лили пристально посмотрела на меня. Мы думали об одном и том же.

За окном с частым перестуком колёс мелькали фонари. Каждая минута приближала нас к Рязани, и ждущим там тысячам вооруженных имперских солдат. Поезд на всех парах летел в расставленную ловушку.

– Я поговорю с ней, – прошептал я. – Найду способ. Выкраду, если надо, или прорублю себе дорогу через повстанцев. Нельзя ей позволить пойти с ними, Лили. Эти идиоты сами суют голову в петлю. Ты же слышала, на заводе их ждёт толпа магов с кодексами, там будет настоящая бойня.

– Что-то тут не так, – прошептала она, хмуря лобик. – Нам нельзя туда, Слава. И ей – тем более. Я чувствую, как альва стягивается туда, и поверь, лучше нам уйти сейчас.

– Как? – усмехнулся я. – Пойду за ней сейчас – подниму шум, а биться с полным повстанцев поездом… нет, не вариант.

Лили кивнула и, сев рядом, положила ладонь мне на колено. В её глазах плескалось беспокойство, какого я раньше не видел.

– Слава, я могу попробовать открыть портал, или…

– Нет, послушай, – я сжал её пальцы. – Твой портал привлечет внимание других кодексов, и зуб даю, они бросятся за нами. Если дам себя обнаружить, подставлю под удар и нас, и Есеню. Уходим, когда поезд остановится.

– Почему? – возмутилась она. – Если тянуть, мы же окажется в самой гуще хаоса!..

– Именно – улыбнулся я. – Это нам на руку. Приедем – и хватаю Есеню и бегу. В суматохе они не заметят одного-двух потерявшихся бойцов.

Лили секунду подумала, пожевав губу, и согласно кивнула.

– Вот что, – я поднялся и натянул на лицо платок. – Пойду-ка выясню, что да как. У них наверняка есть план по выгрузке, кто и чем будет занят, как будут собираться бойцы. А заодно – куда будут выгружаться бойцы этого Фёдора. Когда поезд остановится, времени думать не будет. Надо действовать.

– Погоди, я могу помочь тебе…

– Ты уже помогаешь, Лили, – я прижал ладонь к её щеке. – Ты – мой запасной план, если всё обернётся самым худшим образом. Но я тебя прошу, не действуй без моей команды, поняла?

В лучащихся золотом глазах кодекса мелькнуло упрямство, но девушка со вздохом кивнула.

– Ты снова берёшь всё на себя, хозяин. Это неправильно.

Не дав мне ответить, Лили коснулась моей груди и растворилась в мягкой вспышке света.

Я отпер дверь и вышел в коридор. В лицо пахнуло непривычной свежестью и холодом – кто-то догадался открыть окна. Пахло железной дорогой, а убаюкивающий стук колёс отдавался дробью в груди.

Верно. Это не сердце заходится в галопе. Просто стук колёс.

Из коридора донеслись звуки шагов. В конце вагона виднелся боец с пистолетом на бедре. Часовой.

Натянув платок посильнее, я бесшумно отпер дверь и прошел в соседний вагон, ближе к концу состава. Часть купе была открыта, но других часовых я не видел. Тихо ступая, зашагал вглубь поезда.

Люди спали, зная, что завтра бой. И даже так, я то и дело слышал беспокойную возню, слабое бормотание или тихий шёпот молитвы скотьему богу.

Я дошел почти до конца, как в одном из купе мне навстречу вышла рослая тень.

– Лёшка! Чего шляешься? – шикнул боец, обдав запахом тушенки. – Не спится?

Я вздрогнул, покрываясь мурашками.

– Угу. Нервы.

– Та же ерунда, – прошептал он и, выглянув наружу, втащил меня в купе. – Не спится перед боем. Да и слухи эти ещё…

– Какие? – я мгновенно навострил уши.

– Да так, – отмахнулся тот. – Мол, Ефима нашего князь какой-то заказал. То ли убийцу подослал, то ли крота…

Я нахмурился. Так вот зачем часовой? Что ж, у них есть все основания опасаться предателя.

– А ты чего в платке-то? – усмехнулся боец и кивнул на моё замотанное лицо. – Холодно что ли?

– Зуб разболелся, – я пожал плечами. – А так хоть немного легче.

Боец с усмешкой кивнул и, опершись локтем на столик, вздохнул.

– Понимаю, тут не то что зуб разболится, а ещё и чего похуже начнется. Вон, Виталя из второго отряда, уже раз десять до туалета пробежался. Трусит… ничего, завтра Ефим его запряжёт снарягу разгружать, сразу успокоится.

– Утром, значит, приедем? – осторожно спросил я.

– Да-а, засветло прибудем. Хоть бы часов пять поспать… – он сладко зевнул.

– А те, из второго отряда, с нами пойдут, или как? – продолжил я. – Больно они осторожные все.

Он пристально глянул на меня и дернул плечом.

– Вроде как свое у них задание. Не парься, Ефим завтра всё расскажет. Успеть бы всё добро забрать, а то на погрузке такой бардак устроили, что я свою снарягу ещё час искать буду…

– Я помогу. Может и сам немного успокоюсь, раз это помогает.

Боец посмотрел на меня с прищуром – так, что по спине натурально пошла изморозь.

– Ты ж в дозоре стоишь, два раза ж сам говорил, – фыркнул он. – Ты чего-то сегодня сам не свой. Вроде не из ссыкливых… расклеился что ли?

Вот дерьмо… пора уходить. К черту разведку, надо соскочить с этого разговора!

– Да просто выспаться надо, – зевнув, я поднялся. – Давай, до завтра…

– Ага, – с сомнением бросил он мне в спину. – Ты только это, к соседям спросонья не попади. Ребята там лютые, могут и хлопнуть не разобравшись…

Махнув ему рукой, я поспешил в свое купе. И первым делом закрыл дверь на замок и стянул душную одежду, то и дело прислушиваясь к звукам снаружи. Ощущение, что за мной смотрели всю дорогу сюда, приклеилось намертво. Даже в скрипе вагона теперь слышались крадущиеся шаги часового.

Я помотал головой, сбрасывая наваждение.

Притворяться своим среди его сослуживцев больше нельзя. Одна ошибка – и мне конец.

Уходить надо сразу, как только найду Есеню.

Стиснув рукоять ножа, я устроился в полке как в кресле, полулежа, и погрузился в дрёму.

* * *

Рязань.

Концентрация альва-частиц 51,4 на миллион.

– Какого… хрена? – повстанец передо мной вышел из вагона и ахнул, задрав голову.

Небо над Рязанью затянули тяжелые чёрно-багровые тучи, пронизанные вспышками молний.

Альва тяжелым покрывалом висела над нами. Словно готовое рухнуть небо.

– Подвинься, – я ловко спрыгнул на землю и, поправив платок, поспешил в конец состава, где уже выгружался отряд Фёдора.

Но стоило приблизиться к ним, как путь мне преградил кряжистый мужик с автоматом в руках.

– Куда собрался?

Я встретился с ним взглядами. Здоровенный, как волкодав, мужик равнодушно на меня с обманчивым спокойствием.

– А что, нельзя? Мы вроде не враги, чтоб друг от друга заслоняться.

– Может и не враги, но совать чужим людям свой нос в наши дела я не дам, уж извини, – без тени сожаления ответил он.

– А я и не чужой. В вашем отряде моя знакомая, невысокая такая девчонка, со светлыми волосами…

– Не знаю таких, – отрезал он и насупился. – Иди к своим, щегол.

Я посмотрел ему за спину: бойцы один за другим высыпали из вагонов на перрон, косясь на пронизанное багровыми вспышками небо. Среди них сейчас могла быть Есеня.

Время уходит.

– Слушай, ты, там моя знакомая, – повторил я, глядя ему в глаза. – Я может умру через час! А ты тут выделываешься, дай хоть увижусь с ней!

– Вот после боя и увидишься, – он нагнулся ко мне и осклабился. – Будет тебе стимул лучше драться.

Что ж, не хочешь по хорошему, придётся по-плохому.

В груди разлился нарастающий жар, альва заструилась по венам. Моя аура раздалась в стороны, давя на повстанца. Я ощутил, как в глазах мелькнуло бледное сияние, и вперил взгляд как ствол пистолета в лицо бойцу.

– Я сказал, отойди, – прошипел я. – Сейчас же. В сторону.

Его лицо исказилось, взгляд подернулся туманом. Скулы напряглись, а мясистые губы вздрогнули. Он качнулся назад, вот-вот готовый попятиться, как сзади раздался крик.

– Чего ты возишься там? Всё в порядке?

Громила вздрогнул. Взгляд его прояснился, он посмотрел на меня – и гаркнул.

– Эй, вы, заберите своего любопытного щегла, пока его тут не пристрелили!..

– Иди сюда!.. – тут же окрикнули меня сзади.

Ах ты дерьмо… кипя от злости, я обжег его взглядом и пошёл к своим. Лишнего внимания мне сейчас совсем не надо.

Один из бойцов, которого я видел на совещании Ефима и Фёдора, уже шел ко мне, да и десяток других ребят внимательно наблюдали за мной.

– Чего ты там нашёл? Говорил же, не приближайтесь к ним!

– Показалось, что увидел подругу, – сухо ответил я, косясь назад. – Обознался. С кем не бывает.

Чёрт, нельзя упускать такой шанс, не сейчас! Думай, Ярослав!..

– Смотри мне, нам с другими отрядами неприятности не нужны, – строго ответил он. – Их и так хватает. Иди-ка лучше помоги разгрузить контейнер.

Он кивнул на рядок железнодорожных контейнеров, стоявших неподалеку от перрона в грузовой зоне. Возле них крутились несколько повстанцев, нагружая мини-фургончики. В одинаковых серо-зеленых кофрах, видневшихся в контейнерах, были штурмовые автоматы и гранаты. такие я уже видел раньше.

– Наши люди собой пожертвовали, чтобы эти припасы сюда доставить, – тихо добавил боец. – Так что шевелись.

– Понял!

Я добрался до контейнеров, где уже работали трое, и принялся перетаскивать тяжеленные кофры в фургончики, попутно косясь на перрон.

Отряд Федора выгрузился из поезда, но с моего места я не мог разглядеть их всех – половину людей закрывали от глаз треклятые контейнеры.

– Давай скорей, ребята уже ждут, – бубнили сзади бойцы, тащившие груз.

– Не отлынивай, Лёха. Дай-ка мне вон тот ящик.

Я отошел в сторону, присматриваясь к отряду. Сквозь шум и гомон до меня долетел отрывистый голос Фёдора. Его отряд разделился на несколько групп. Одна за другой они побежали к стоянке с грузовиками, куда отъезжали наши мини-фургончики.

– Нет, здесь не все… – прошептал я себе под нос. – Где остальные?

И в этот момент я заметил фигуру Фёдора. Он вместе с молодой девушкой и еще несколькими бойцами пошел совсем в другую сторону. Махнув кому-то, кого я не видел со своего места, он побежал к спуску.

– Лёха, передай ящик, вон тот, слева.

Я нахмурился. Разве командир бросит свой отряд перед таким важным сражением?.. Куда он пошел?..

В груди шевельнулось чутьё – Есеня точно с ним!..

– Лёха! – окрикнул меня боец. Сильная рука развернула меня за плечо – я встретился с ним взглядом.

Тот самый. Из купе ночью.

– Ты… – он сдёрнул платок с моего лица. Его глаза округлились.

Твою ж мать…

– В-вай… – начал он, как я выбил из него дух сокрушительным ударом. Не успело его тело упасть на землю, как я бросился за контейнер со всех ног. Надо догнать отряд Фёдора, пока не поздно!

– Эй, стоять, ты!.. – раздался крик сзади. Я обернулся – двое повстанцев мчались за мной, напрочь позабыв про оружие.

Кляня всё на свете про себя, я развернулся и сжал кулаки. Первый рванулся, на меня, метя кулаком в лицо.

С простым человеком такое бы прокатило. Но для меня он был слишком медленным.

Я нырнул под удар. Короткий уворот, и кулак с хрустом воткнулся ему в грудину. Крепкий мужик обмяк, хватая ртом воздух.

Второй оказался куда проворнее. Увидев участь, постигшую приятеля, он метнулся в сторону от моего удара. Кулак лишь свистнул в воздухе у его головы. Боец увернулся и ударил в корпус. Отпрыгнул, готовя второй тычок…

И сокрушительный удар ногой едва не выбил из него дух.

Сбив сопернику дыхание, я влил в кулак альву – и добил его прямым в голову.

От удара беднягу крутануло через спину. Жалобно хрюкнув, он рухнул на бетон и обмяк.

На короткую стычку ушло слишком много времени. Я развернулся, готовы рвануть за Фёдором – и внезапно что-то тяжелое воткнулось мне в грудь с силой стенобитного тарана.

Раздался оглушительный треск электричества. В глазах потемнело, непослушное тело завалилось вперёд, перед глазами мелькнула земля, сменяясь черно-багровым небом.

В груди разлилось море огня и боли. Разряды тока пробегали по телу, в нос ударил запах паленой кожи и озона.

– Вот и попался наш крот! Ух сука!..

– Правильно Николай сказал, что Лёха какой-то подозрительный стал!

На фоне неба показался темный силуэт. Он склонился надо мной, и сквозь шум в ушах я услышал голос Ефима.

– Скотий бог тебя дери, да это же Ярослав, мать его, Вайнер!

Он поднялся – и тяжелый ботинок врезался мне в рёбра. Я дернулся чтобы вскочить, закрыться от новых ударов, как чья-то сильная рука мотнула меня в сторону – и в шею вонзилась холодная сталь.

Шипение… и темнота стёрла гул голосов бегущих ко мне людей.

* * *

– … ещё двести метров, слева…

– … там, на вышке! Передай стрелкам, чтобы…

Голоса с трудом пробивались сквозь шум в ушах. Я разлепил веки и понял, что бьюсь головой об чью-то спину. Липкий туман в сознании медленно рассеялся, я прислушался к ощущениям.

Судя по тряске, меня несли, закинув на спину, как мешок картошки.

Руки и ноги не слушались. Я дернулся, пытаясь вырваться.

– Очухался, гад такой, – буркнул кто-то рядом. Раскачивающийся мир дернулся, и я ударился спиной о жесткие камни.

– Вот и прекрасно, теперь сам пойдёт, хватит на чужом горбу кататься.

Мутные пятна в глазах обрели четкость, хоть голова ещё трещала как у пьяницы. Сморгнув слёзы, я различил окруживших меня людей.

Повстанцы. Ефим, трое его охранников, а за ними – еще не меньше полусотни прекрасно вооруженных бойцов.

– Ждём, – сухо бросил Ефим, обернувшись к своим. – Как вернутся разведчики, идём дальше.

Я огляделся: отряд остановился за массивным зданием, цехом или ангаром. Воздух пах сталью и горьковатым угольным дымом. Воздух дрожал от низкого, отдаленного гула цехов.

Мы рядом с заводом, совсем близко.

– Ефим, и нахрена мы его с собой тащим? Явно же он крот! Вон, к стенке его, и дальше идём!

Я поднял взгляд: главарь, прижав к груди автомат, взглянул на меня. Холодный, расчетливый взгляд напоминал орлиный.

– Я не крот, – протолкнув слова из глотки, я зло посмотрел на него. – Но видел его. На заводе ловушка, там…

– Заткнись! – рявкнул несший меня боец.

– Тихо, – Ефим подошел ближе и сел напротив меня. – И кто же этот крот, а, князь? Ты видел его лицо?

– Нет, – я скрипнул зубами. – Он звонил кому-то из старших родов…

– Кому? Тоже не знаешь? – Ефим усмехнулся. – А по-моему, ты и есть тот ублюдок, которого мы ищем уже неделю.

Я горько улыбнулся.

– Мои слова сейчас вряд ли что-то изменят. Но скажу одно. Вас гонят в ловушку, на заводе. Как только вы нападете, вражеские маги…

Он ткнул меня кулаком под рёбра. Я зашипел от боли и посмотрел на него.

– Пусть ждут, – фыркнул он. – Думаешь, я не знаю? Мои истребительные отряды уже там, ждут команды, чтобы прибить магов, как только они себя проявят. Вы, дворяне, слишком самоуверенны.

Я пристально посмотрел на него и тихо произнес.

– Ты уже не можешь отменить атаку. Слишком большие силы пришли в движение.

В глазах Ефима сверкнул огонёк. Прищурившись, он еле заметно кивнул.

– Если там ловушка, ты попадёшь в неё с нами.

– Глава, разведчики вернулись, – напомнил охранник. Кивнув, он встал.

– Этот, – он указал на меня. – Идёт с нами. Если столкнёмся с магами или кем посерьёзнее, он будет нашим козырем, а если надо – щитом. А пристрелить его мы всегда успеем. Николай!

Он указал взглядом на ближайшего охранника.

– Присмотри за ним. Если решит колдовать, пристрели.

Ефим снова нагнулся ко мне и зловеще произнёс.

– И лучше не пытайся. В тебе сейчас такая доза альва-блокатора, что и лошадь свалит.

Так вот почему альва не откликалась во мне. Но я ощущал: огонёк в груди, дрожащий как свечка на ветру, разгорался все сильнее. Даже конская доза блокатора не могла долго сдерживать мощь ядра владыки.

Нужно только дождаться, когда оно одолеет токсин.

– Хоо, – прошептал я. – Альва-блокаторы тебе дали те же люди, что и альва-кольца? У тебя хорошие покровители, Ефим.

С ледяной улыбкой он встал и отошел.

– Идём, все на позициях! Атакуем быстро, пробиваемся в цеха! Там наши люди!..

Бойцы встретили команду сдержанными кивками и изготовились к атаке.

– Вставай, – надо мной навис охранник. Безоружный, я поднялся на ноги и пошевелил кистями. По пальцам текла кровь от натертых ран.

Мы подошли к краю ангара, за которым уже виднелись стена и массивные ворота, ведущие на оружейный завод Орловых. Голубые лучи прожекторов хищно сновали у входа, ища жертв в багровой полутьме.

– Всем отрядам, готовность, – скомандовал Ефим и, подняв автомат, обернулся к бойцам.

Сердце в груди заколотилось в предчувствии скорого боя. И раскинутой впереди ловушки.

Из-за наших спин один за другим грянули несколько выстрелов. Прожекторы погасли, а следом оглушительно затрещали пулеметы.

– Все за мной! – резко крикнул Ефим и рванул из-за стены. – В атаку!

Глава 17

Мимо нас с воем пролетела граната – и башенка у ворот, откуда строчил пулемет, превратилась в сгусток огня и расплавленной стали.

– Левый фланг! Заходим!.. – проревел во всю глотку Ефим, укрывшись за обломками машины. – Пулеметчиков снимайте первыми!..

Пять человек под прикрытием стрекочущих пулеметов бросились к бетонной стене завода, выщербленной от пуль. Я торопливо огляделся: весь периметр завода полыхал вспышками выстрелов и дымными взрывами.

Повстанцы пошли в наступление со всех сторон одновременно. Вдали слышалось отрывистое уханье автопушек, земля вздрагивала от взрывов взрывчатки, окрашивая багровое небо рыжими всполохами.

Отряд Ефима рвался к главным воротам с двумя башенками по обе стороны. Между полуразрушенным ангаром и ними было метров триста открытой земли.

Триста метров – под шквальным огнём из всех окон и башенок. Но другого пути не было.

– Пшёл!.. – охранник, шедший впереди, толкнул в плечо молодого парнишку, судорожно сжимавшего автомат, и обернулся ко мне. – Поднимай свой княжеский зад, мы следующие!..

Пятеро, побежавшие к воротам минуту назад, петляли по широкой площадке. Они мчались к заводу со всех ног. У покосившихся от взрыва ворот лежал на боку подбитый имперцами бронеавтомобиль и чадил густым черным дымом. Их цель, и единственное укрытие.

За трескотней выстрелов я расслышал отрывистый хлопок – и первый боец упал с размозженной головой. Остальные четверо, замешкавшись на минуту, бросились врассыпную.

– Идиоты! – прорычал охранник, скрипя зубами. – Да куда вы!.. вперед!

Я сощурился, ища взглядом стрелка. Раздался второй хлопок – и второй боец с воплем свалился на землю. Остальные трое попадали на землю и поползли дальше. Рядом с ними тут же вспухли пыльные фонтанчики очередей.

Снайпер надежно держал проход. И до сих пор оставался незамеченным.

За считанные секунды он расправился сперва с ползущим к грузовику повстанцем. Затем пустил пулю в парня, укрывшегося за телом товарища.

Третий, не выдержав расправы, бросил автомат, вскочил и сломя голову бросился к воротам.

– Ложись, ты!..

Сердце сжалось в ожидании выстрела. Я смотрел на бегущего, но снайпер молчал. Отчаянно крича, парень пробежал почти всю площадку. Ему оставалось метров десять, – и грянул выстрел. Пуля прошила бедро, и бедняга рухнул на землю, истекая кровью.

Я вжался в остов машины, служивший укрытием, и присмотрелся к высокому зданию офиса справа от ворот. Сверху открывался хороший вид, площадь была как на ладони.

Бил оттуда? Если бы стрелял я, куда бы засел?

– Грёбаный урод! – ругнулся Ефим. – Найдите стрелка, вжарим гранатометами по этой сволочи. Вторая группа, готовьтесь!..

Ещё шестеро бойцов перебежками подошли к остову грузовика, стоявшего на краю площадки. И, переглянувшись, рванули следом за первой пятеркой.

Я следующий. Сердце в груди припустило с места, как скаковая лошадь. Альва всё ещё отдавалась резкой болью в теле на любой призыв, блокатор работал. Рассчитывать можно лишь на себя.

И лучшего шанса, чем сейчас, не будет.

Охранник обернулся ко мне, но едва открыл рот, как я поднялся и, пригнувшись, метнулся к грузовику.

– Ишь ты!.. сдохнуть решил⁈

Не обращая внимания на его пыхтение за спиной, я пролетел два десятка метров до грузовика и укрылся за его колесом. По асфальту рядом прощелкали пули. Неприцельно… снайпер был занят той шестеркой.

– Ну, Вайнер!.. – рядом с пыхтением остановился раскрасневшийся охранник. – Куда побежал? Еще раз, и я тебя сам!..

Выстрел, и с криком на землю упал ещё один. Считая про себя мгновения, я высунулся из-за колеса.

Раненый боец полз следом за своими, за ним тянулся багровый след. Взгляд скользнул по стене: где стрелок?..

Выстрел. Первый из пятёрки, словно запнувшись, грохнулся на землю. Я посчитал время между выстрелов. Ровно полторы секунды – достаточно, чтобы перевести прицел на новую жертву.

Судя по низкому звуку, стрелял из автоматической винтовки, восемь и два миллиметра, усиленная, магазин на десять патронов. Я уже слышал такую на боевых операциях. Узнаваемый тяжелый хлопок.

Сколько патронов он уже потратил? Семь?

Выстрел!

Сцепив зубы, я выскочил из укрытия. Ноги, ещё ватные после шокера, откликнулись болью. Плевать! Скорее добраться до первого!..

Я пронесся мимо тел двух бойцов и почти догнал третьего, как грохнул выстрел – и он свалился мне прямо под ноги.

Девять.

Перепрыгнув его на бегу, я метнулся в сторону. Тело взвыло бешеной резью, словно рвались сухожилия. Сердце бухало так, что отдавалось в ушах. Секунда, полторы!..

Я резко метнулся вправо, и тут же раздался новый выстрел.

Пуля клюнула в плечо, пройдя по касательной и разорвав в клочья край рукава.

Десять!

Даже у хорошего снайпера перезарядка займет пять-шесть секунд. Шанс!

Вдохнув, я бросился к воротам и хрипло взревел.

– Перезарядка!..

Казалось, сам воздух загустел от моего крика. Скрежеща зубами, я бежал так, словно по пятам гналась смерть. Рядом вспухали фонтанчики пыли, я обогнал бойца второй группы, затем второго… ворота были все ближе.

От напряжения в глазах поплыло. Запнувшись, я чуть не упал на ватных ногах, вскочил и снова сделал рывок. Три секунды, четыре!..

С криком я обогнал еще одного повстанца и со всех ног влетел за остов броневика.

Едва не падая, за мной нырнул за укрытие охранник и ещё один боец. Развернувшись, он крикнул бегущему за ним.

– Давай, еще!..

Грянул выстрел, и боец шлепнулся наземь в пяти метрах от нас. Пуля разворотила ему шею. Обливаясь кровью, он потянулся к товарищу.

– Ползи!.. – не своим голосом заорал я. – Давай же!..

Он посмотрел на нас с отчаянием и, зажав рану, пополз. В голубых глазах молодого парня стояли слёзы.

Новый выстрел добил его на месте.

– Ублюдок… – прошипел охранник и, обернувшись ко мне, схватил меня за грудки и заорал. – Ты!..

– За проходной, справа, четыреста метров, – тяжело дыша, я кивнул в сторону вторых ворот справа от нас. – У него «Рогожин-снайперская», восемь и два…

Сглотнув рвущиеся из груди слова, он обернулся к Ефиму и остальным. Они ждали на том конце, за укрытиями. Грохнул еще один выстрел, добив раненого на площадке между нами.

Куснув губу, он включил рацию.

– Ефим, четыреста метров проходная справа от ворот. Саданите-ка гранатой по этой сволочи…

– Далеко, не достанем, – ответил он. – Ты ближе. Прикроем огнём, а ты долбани по нему!

Мужик поджал губы и, сняв со спины тубус гранатомета, изготовился к стрельбе.

– Четыреста метров, значит… – прошипел он.

Я кивнул. Жгучее пламя, разливающееся по телу, разгоняло немоту. В груди словно начала раскручиваться давно замершая турбина.

А на том конце площади раздался сплошной грохот очередей. Вереницы пуль полетели в проходную свинцовым дождём, прижимая имперцев к земле.

Мой стражник выдернул чеку и, выскочив из-за укрытия, сел на колено. Тут же раздался выстрел – и пуля выбила искры из броневика в десяти сантиметрах от его головы.

Не прошло двух секунд, как оглушительный хлопок выстрела ударил по ушам. Граната с шипением ухнула в небольшое строение у проходной.

Вспышка – и шар желто-белого пламени вспух на месте домика, разметав пылающие ошмётки на полсотни метров. По ушам ударило скакнувшее давление воздуха, оставив звон.

Охранник отбросил дымящийся тубус и вернулся в укрытие, подняв автомат. Ефим и остальные уже бежали через площадку, не встречая сопротивления.

– Готовимся, по моей команде входим! – Ефим приблизился к покосившимся воротам, перезаряжая оружие.

– Вставай, – буркнул охранник, нависнув надо мной.

Я поднялся. И подметил – ноги больше не были как набитые ватой мешки. А ещё заметил, как изменился взгляд громилы.

– Не отставай, щегол, – бросил он и подошел к воротам, покрытым выщерблинами пуль.

– Третий и седьмой отряды уже проникли на территорию, – сухо бросил Ефим своим бойцам. – Спецотряды тоже работают, теперь наш черёд – прорываемся и бьём по передовому отряду магов!

В этот же миг вдали к небу поднялись струи магического пламени, а следом раздались один за другим несколько мощных взрывов. Ефим хищно осклабился.

– Видите? Эти дворяне не бессмертны! На их стороне магия, а на нашей – боевые товарищи и правда! Мы победим!

Тут же зашипела рация, в динамике прозвучали три отчетливых щелчка.

Ефим поднял руку – и направил ладонь на ворота.

Трое парней налегли на створку. С протяжным стоном металла воротина отъехала в сторону. В открывшийся проход ринулись Ефим, два его телохранителя и остальные бойцы.

– Контроль!.. – заорал он.

Короткие отрывистые очереди разорвали воздух. Пригнувшись, я вбежал за своим охранником и торопливо осмотрелся.

Бойцы разделились на два отряда и двигались вдоль кустов у дороги, держа на прицеле окна и дверные проемы длинных зданий, идущих вглубь территории. Впереди виднелось здание цеха, из разбитых окон кое-где вился дымок. В носу защипало от едкого химического запаха и еле уловимого оттенка озона.

– Вот это махина, – буркнул охранник, оглядывая раскинувшиеся впереди корпуса цехов.

Я же озирался, напряженно слушая воздух.

Почему здесь так мало имперцев?.. По сравнению с тем, что было снаружи, здесь сопротивление было минимальным.

Сняв несколько имперских бойцов, притаившихся в посадках у цехов, повстанцы подошли к громаде здания цеха.

– Внимательно, – присев на одно колено, Ефим кивнул одному из телохранителей и жестами отправил с ним десяток опытных бойцов.

В их скупых, отрывистых движениях чувствовался опыт. Без лишней суеты они открыли дверь и, прикрывая друг друга, быстро проникли внутрь.

В груди шевельнулось почти забытое ощущение, когда мы с остальными кадетами штурмовали укрепленное здание. Тело ещё помнило каждое движение, я машинально потянулся за отрядом, только мои руки не сжимали автомат.

Я замер в ожидании канонады или криков. Но изнутри не доносилось ни звука.

Ожидание затянулось на пару минут, когда наконец дверь открылась, и показавшийся телохранитель жестом пригласил за собой.

– Заходим, – приказал Ефим и поднял автомат. – Следите за верхами. Мостики, вторые этажи…

Я вошел в числе первых. Бойцы парами, один за другим, разошлись по цеху, ища цели. Но вместо имперских солдат нас встретила тишина.

– Где… все? – шепотом спросил один из повстанцев.

Цех был пуст.

Шумела лента конвейера. У сортировочного автомата лежал ворох деталей, тихо гудели моторами громадные токарные центры… но ни одного человека здесь не было. Не только рабочих, но даже охраны, и солдат тоже.

– Внимательно, парни, не расслабляемся и идем вглубь, – бросил Ефим, стараясь скрыть свое удивление.

Пока мой охранник изумленно разглядывал замысловатую деталь на конвейере, я отошел к одному из токарных центров и посмотрел за стекло.

Сверкающая обнаженным металлом деталь еще стояла в патроне, но поддон для охлаждающей жидкости под ней был сухим. Странно…

– Эй, куда пошёл? – ко мне подошел охранник и, грубо схватив за плечо, толкнул вперёд. – Давай без сюрпризов, Вайнер. Выкинешь что-нибудь…

Его голос прервал гул из соседнего цеха. Мы переглянулись.

– Идём дальше, – сдавленным голосом, почти шепотом, велел Ефим. Он старался быть хладнокровным, но я видел, ему тоже не по себе.

Он тоже чувствовал ловушку. Но не мог понять, откуда ждать удара. И от кого.

– Сосна, я вереск, двигаемся вглубь, – донесся голос Ефима, прижавшего к губам рацию. Он щелкнул переключателем. Из динамика полился треск помех.

Я заметил, как настороженно переглянулись повстанцы.

– Сосна! – повторил Ефим, щелкая переключателем. – Дуб! Клён, Берёза!.. Вы меня слышите?

– Связи нет… – охранник подошел к Ефиму. – Думаешь, из-за альва-фона?

Облизнув губы, я прислушался к ощущениям. Во рту отдавало металлом. Альва-фон рос с каждой минутой, но его пока не хватило бы задавить частоты.

– Имперцы глушат, – тихо ответил главарь и, убрав рацию, поднял автомат. – Идём вглубь. У нас есть задание, и совсем нет времени.

В тревожном молчании отряд прошел до конца цеха и перешел в следующий. И снова – тишина.

Доносились шелест и стук автоматизированных линий, ритмичные удары и лязг металла работающих механизмов, мерный бой автомолота по заготовке. Гудение больших установок, обвитых проводами и светящимися трубками.

Но от людей не осталось даже духу.

Здесь было слишком тихо.

– Глава, мы точно правильно идём? – не выдержав, спросил молодой парень в мешковатой форме. – Я работал на заводе, здесь же должны были остаться дежурные, хоть кто-то, кто присмотрит за линией… наши люди, в конце концов! Где наши?..

Ефим обернулся, хмуря седые брови. Всем видом он пытался показать, что спокоен, но я прочитал в его взгляде растерянность.

Снаружи послышался стрекот автоматов и канонада.

– Думаю, они дальше, – он посмотрел на отряд. – Мы прошли почти до складов готовой продукции. В соседних цехах, где бьются наши братья, полно имперцев. Обойдем их с фланга и ударим в тыл. Отобьём склады и заводоуправление, и считайте, завод наш.

Видя решимость командира, бойцы покивали. Видимость контроля была нужна им, но проблемы не решала.

Отряд двинулся вперёд, к воротам массивного ангара, куда уходили две ленты транспортёров. Прислушиваясь к каждому шороху и выстрелу снаружи, повстанцы прошли по длинному коридору между цехами и подошли к воротам склада.

Я замер, глядя на раскрытые створки ворот и черноту за ними. Как пасть громадного монстра, ждущего добычу.

Отряд остановился, не доходя до ворот.

– Контроль, – напряженно прошептал Ефим.

Дюжина бойцов, разбившись на пары, заняла позиции у входа, ощетинившись стволами в разные стороны.

– Держу! – тихо бросил старший в паре, держа на прицеле черный провал.

Обострив чувства до предела, я пытался уловить хоть что-нибудь, вслушиваясь и вглядываясь в глубину ангара.