Текст книги ""Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

Соавторы: Олег Ростов,Михаил Беляев,,Виктория Крафт,Влад Радин,Константин Градов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 49 (всего у книги 353 страниц)

– Не думай, что всё москвичи прямо – таки рвутся повышать свой культурный уровень. Иной провинциал даст им сто очков вперёд.

– Хорошо. Буду, как раз таким провинциалом.

Глава 19

Ночь я провёл беспокойно. Мне всё время снился один и тот же сон. В нём я видел Медведева который с жалобным взглядом просил меня о чём – то. О чём я решительно не мог ни разобрать ни понять. Я неоднократно спрашивал его, что ему от меня надо, но так и не мог разобрать получаемый ответ.

Проснулся я с головной болью. Было очень рано. Варвара ещё спала. Я полежал ещё немного и поняв, что больше пожалуй не засну, встал и прошёл на кухню.

Поставив на плиту чайник я уселся на стул и стал ожидать когда он закипит. Голова у меня была тяжелая, лоб ломило от сильной боли.

Когда чайник закипел, я снял его с плиты и приготовил себе кофе. Выпил сначала одну чашку, затем вторую, но головная боль всё не отпускала меня. Разве, что сделалась чуть слабее.

В коридоре раздались шаги и в кухню вошла, закутавшаяся в халат, сонная Варвара.

– Что не спишь? – спросила она хрипловатым со сна голосом.

– Голова, что – то болит, – ответил ей я, – вот и не спится.

– Наверное от погоды, – зевнув сказала Варвара, и кивнула на окно, за которым лил проливной, холодный осенний дождь.

– Слушай, Варюх, – попросил я её, – давай ты мне, сейчас эту боль снимешь. А я тебе за это кофе со сливками приготовлю. И яичницу с ветчиной. Пойдёт?

– С ума сошёл? Выпей таблетку и всё пройдёт. И вообще мне на работу пора.

– Ну таблетку любой выпить может. А ты примени свои необычные способности. Можешь даже ногой топать. Я разрешаю.

Варвара вздохнула подошла и положив руки на мои виски затихла. Так прошло несколько минут и она наконец спросила:

– Болит?

– Болит, – ответил ей я.

– Ну вот видишь, у меня ничего не получается. Я наверное разучилась делать это.

– Так, Варвара, меньше слов и больше дела! Соберись. Ты же совсем недавно это делала.

Варвара опять затихла. Я слышал за своей спиной её напряжённое сопение. Вдруг она с отчаяньем в голосе выкрикнула:

– Ничего не выходит! Проклятая боль! Пошла вон! – и вслед за этим я услышал удар ногой по полу.

В ту же секунду боль как по заказу оставила меня. Я снял со своих висков руки Варвары произнёс:

– Благодарю.

– Что? Не болит больше? – с удивлением в голосе спросила меня Варвара.

– Не болит.

– Ты шутишь!

– Вот ещё. Буду я шутить в столь ранний час. Только в следующий раз стучи ногой потише. Хорошо? Ладно, надо выполнять обещанное. Готовить кофе и яичницу. Осталось, что бы ты вспомнила как останавливать кровь. Ох боюсь, что когда ты вспомнишь в этом доме стены будут дрожать от твоих ударов по полу.

Встав со стула я крепко обнял Варвару и поцеловал её в губы.

* * *

Проводив Варвару на работу я вернулся в постель решив подремать ещё немного. Благо на работу мне спешить не требовалось, а стоящая за окном погода, как раз располагала к дремоте.

Примерно через час с небольшим я всё же сумел вырваться из объятий Морфея и во второй раз поднявшись с постели, вышел из комнаты.

Войдя в гостиную я застал там завтракавшего деда Варвары и поздоровался с ним.

– Доброе утро, молодой человек, – ответил он мне, – а я смотрю вы любите поспать.

– Да не так, что бы уж очень. Кстати я успел накормить завтраком и проводить на работу Варвару. А потом посмотрел за окно и решил ещё подремать часок. Погода уж больно подходящая для этого. На работу мне всё равно не идти не надо. Пока во всяком случае.

– А вы работаете…

– Числюсь. Числюсь на Мытищинском заводе художественного литья. Честно говоря, даже точно не помню кем. Ну эту работу помог найти один мой клиент. Как вы понимаете ради прописки. А деньги у меня пока имеются. Заработал на Севере.

– Ну принимая во внимание ваши уникальные способности, вам вообще работать не требуется. Разве только именно, где – то числится. Во избежание претензий от товарищей из компетентных органов.

– Ну пока я не взял ни копейки со своих клиентов. Разве только попросил одного помочь мне с пропиской. Но думаю, что ему как раз это ничего не стоило.

– Не взяли ни копейки? А почему позвольте узнать? С учётом тех случаев с которыми вы имели дело, вы могли бы неплохо заработать. Причём совершенно справедливо. Вряд ли кто – нибудь предъявил бы вам претензии. А всякий труд, как известно, должен быть оплачен.

– Ну не знаю. В случае с Бирутой Озолс, мне как – то неудобно было брать с неё деньги. Всё – таки вроде свой человек. Хотя и были мы знакомы всего ничего. Да и это был мой первый случай лечения такого тяжёлого заболевания. А с Мишей Ланцовым… Знаете, мне так было, жаль его, что о деньгах я как – то и не подумал. Зато Софья Абрамовна познакомила меня со своим двоюродным братом, который и помог мне с пропиской. Так, что не сказать, что я особенно был бескорыстен. С другой стороны брать большие деньги за дар который вручён тебе в пользование как – то неудобно. Я же не прилагал никаких усилий для его получения.

Александр Тихонович, внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Вы, Андрей, очень интересный молодой человек. Наверное таких как вы совсем мало в вашем поколении. Сейчас в моде практицизм и утилитаризм. А в вас я вижу отсутствие и того и другого. Другой бы на вашем месте не страдал бы избыточной рефлексией и попытался бы извлечь максимум из своего таланта. Но впрочем я и не ожидал иного. Знаете моя внучка очень любит нестандартных людей. Так, что когда я ехал сюда вчера, то уже ожидал увидеть нечто подобное.

– Кстати сегодня Варвара сняла у меня головную боль. Правда для этого ей пришлось топать ногой.

– Я надеюсь что под вашим руководством она очень быстро постигнет премудрости этого ремесла.

– А скажите, Александр Тихонович, как вы вот так сразу поверили в наличии у меня такого вот экзотического дара?

– А,что вас смущает, Андрей?

– Ну вы же всё – таки учёный!

– Да учёный. По крайней мере числюсь по этому ведомству. Но я не понимаю, что смущает вас.

– Ну современная наука всё это заносит, как бы в раздел шарлатанства и обмана.

– Ах вы об этом! Действительно в этой сфере шарлатанов очень много. Но поверьте мне, в науке их тоже полным – полно. И некоторые из таких шарлатанов занимают весьма ответственные посты и имеют весьма высокие звания и награды. Современный шарлатан очень любит прикрываться наукой и при случае ссылаться на неё. И порой не прочь обзавестись какой – ни будь научной степенью. Тем более, что за это очень не плохо платят.

А, что касается всего остального… Знаете ли настоящему учёному всегда надо иметь хорошее воображение и готовность идти против общепринятых догм, которых в науке полны – полно. Вот это я усвоил со своей юности. Мне довелось, к моему счастью, видеть настоящих учёных, и я питаю надежду, что и сам являюсь таковым. Хотя больших открытий совершить мне не удалось. Вы кстати, вчера очень удачно привели пример с антибиотиками. Если бы в науке не было людей с воображением, готовых рискнуть всем в том числе и своей репутацией, мы бы наверное до сих пор не знали бы, что такое антибиотики. И кто знает, может быть феномен, представителем которого являетесь вы и моя внучка через какое – то время совершенно спокойно войдёт в обиход и будет изучаться в лабораториях и широко применяться на практике.

* * *

Я ещё немного поговорил с Александром Тихоновичем, затем он, извинившись, встал из– за стола сказав, что ему пора на службу (он сказал именно так, как мне показалось несколько старомодно). Вскоре к дому подъехала его служебная «Волга» и академик Панфёров отбыл к месту своей службы.

* * *

Варвара вернулась с работы очень поздно. Раздевшись она без сил села на диван.

– Варюх, давай мой руки и садись ужинать. Я ужин приготовил.

– Сейчас, – каким – то жалобным тоном сказала она, – я очень устала.

Я ни говоря ни слова подошёл к ней, положил свои руки ей на плечи и подержал так пару минут.

– Сейчас лучше?

– Да. Представь себе – да. Андрюша, ты настоящий волшебник!

– Ну это и тебе по силам. А теперь марш в ванную и потом за стол! Я жду.

Тем не менее за ужином Варвара оставалась грустной и подавленной. Я спросил её в чём дело.

– Представляешь Александр Рувимович заведующий отделения в котором я работаю рассказал мне сегодня… В общем у него есть старинная знакомая. У неё внучка, ей девятнадцать лет, заболела лимфосаркомой. Она воспитывает её одна так как родители погибли в автомобильной катастрофе. Девушка очень талантливая. Художница, пишет стихи, у неё были даже публикации в «Юности». И вот такая беда. Ей провели курс химиотерапии, был хороший отзыв организма, наступила ремиссия. А через семь месяцев рецидив. И повторные курсы и химиотерапии и облучения, ни дают практически никакого эффекта. В общем на днях состоялся консилиум, Александр Рувимович участвовал в нём, её признали безнадёжной. Генерализованная лимфосаркома в четвёртой стадии. Прогноз абсолютно безнадёжный. Знакомая моего шефа конечно в страшном отчаянии. Представь себе, с начала потерять зятя и дочь, а теперь и внучку.

– Интересный случай, – заметил я, – с таким я ещё не сталкивался. Да и тебе не плохо было бы попрактиковаться.

Варвара посмотрела на меня с каким – то злобным выражением лица.

– Ты думай, что говоришь, Андрюша, человек это тебе не морская свинка.

– А, что я сказал такого? – пожал я плечами, – смотри сама. Консилиум состоящий из ваших светил признал эту девушку безнадёжной. Это твои слова, я ничего не придумываю. Значит, что? Можно прибегнуть к нестандартным методам. А тебе как врачу – онкологу не плохо было бы освоить эти самые методы. Хватит тебе всё давление мне мерить, да уколы делать. Всё равно иного выхода нет. Девушка эта умрёт. А так кто знает, может быть ей удастся и выжить.

– Но ты сказал это таким тоном.

Каким? Интересно, а каким тоном вы врачи обсуждаете между собой больных и всякие там случаи? Не думаю, что ваш тон слишком отличается от моего.

Варвара опустила глаза, повозила вилкой по тарелке и глухо сказала:

– Извини, Андрюша, я была сейчас не права. Видимо всё – таки я очень сильно устала сегодня.

– Принято. Не переживай так. Всё равно я сказал это в порядке фантастического допущения. Если нам удастся вылечить эту девушку, то боюсь завтра об этом будет знать половина Москвы. А уж твой шеф точно. И тогда прощай твоя работа. Так, что забудь, что я только, что сказал тебе.

* * *

Ночью я опять проснулся и повернувшись столкнулся с направленным на меня пристальным взглядом Варвары.

– Что ты всё не спишь и смотришь на меня? – спросил я её, – мне от твоего взгляда тоже не спится.

– Знаешь, я всё думаю о том, что ты мне сказал за ужином. Об этой девушке с лимфосаркомой. Может быть мы всё же попробуем помочь ей?

– Ты же сама говоришь, что ничего не умеешь. Хотя нет, головную боль ты снимать умеешь. Но боюсь если ты будешь делать это так, как делаешь, тебе очень часто придется менять обувь.

– Я серьёзно.

– И я серьёзно. Ты представляешь, что начнётся, если нам удастся вылечить её? Даже не вылечить, а добиться серьёзного улучшения? Уж твой Александр Рувимович, точно узнает об этом. Шила в мешке не утаишь.

– Я готова расстаться со своим местом.

– Да не об этом речь! Пойми ты! Чем больше будет таких случаев тем больше вероятности, что на нас обратят внимание те, внимания которых я хотел бы избежать всеми способами. И кроме того не забывай, что случай может оказаться безнадёжным.

– У Миши Ланцова тоже был безнадёжный случай.

– Каждый случай уникален. Кому как не тебе знать это.

– Тогда учи меня.

– На это потребуется время. И, честно говоря я не знаю сколько. Нет. Я чувствую, что у тебя очень большие способности, может быть и побольше чем у меня, но всё равно, вот так быстро за один день их раскрыть не удастся.

– А за сколько удастся?

– Откуда я знаю? Я никогда никого не учил. Так, что педагог из меня сомнительный. Я даже не знаю с чего и как начать.

– Но ты начнёшь?

– Естественно.

– Когда?

– В эти выходные. Всё – давай спать.

* * *

В пятницу Варвара пришла с работы в очень подавленном состоянии. Когда я спросил её в чём дело она нехотя начала рассказывать.

Выяснилось, что она всё– таки навестила знакомую своего шефа, что бы, так сказать на месте ознакомится с обстановкой.

– Всё очень и очень плохо, с грустью говорила она мне, – бабушка конечно крепится, но я вижу, что она еле – еле сдерживается, что бы не зарыдать. Её внучка, кстати её зовут Марина прекрасно оповещена о своём диагнозе и знает, что жить ей осталось всего ничего. Кстати она действительно прекрасно рисует. И карандашом и акварелью и маслом. И стихи у неё замечательные. Она до сих пор их пишет. Сказала мне, что это её последние песни, как у Некрасова. Жалеет только о том, что почти ничего не успела. Она ещё не слегла, но это время не за горами. Как врач я прекрасно это вижу. Марина сказала мне, что ей очень жалко бабушку, особенно когда она сляжет и уже не сможет обслуживать себя. Говорит, что у бабушки и так нет сил, а тут ей придётся ещё ухаживать за лежачей внучкой. Держится она конечно изумительно. Ей уже колят наркотики. Без них она не может заснуть. И ничего. Представляешь, ничего нельзя сделать. Я сама едва не зарыдала.

– Как ты работаешь врачом? – спросил я Варвару, – да ещё онкологом. Если всё будет продолжатся так, ты очень быстро выгоришь. По– моему вам врачам необходима некая доля цинизма. В конце концов человек смертен. И с этим ничего не поделаешь. Не один гений от медицины еще не воскресил мёртвого, и не сделал никого бессмертным.

– Я смотрю у тебя этого цинизма хватает, – ответила мне на это Варвара, – хотя ты и не врач.

На это я мог лишь пожать плечами. Не буду же я говорить, что вырос в несколько другое время и сформировался под влиянием совсем иных обстоятельств. В то время в котором я жил цинизма и всего прочего хватало с избытком. Как и безжалостного, потребительского отношения к людям.

– Хорошо, – сказал я ей, – завтра начнём уроки.

– А с чего мы начнём? С остановки кровотечения или с чего – ни будь подобного? Ты, что согласен быть тушкой для испытаний?

– Нет. Мы начнём не с этого. Мы начнём с вещи которая не относится прямо к умению лечить, но которая в случае чего может очень здорово выручить тебя в разного рода критических обстоятельствах.

Глава 20

– Чему ты меня хочешь научить? – спросила меня Варвара, – и зачем мне это?

– Я называю это своё умение «импульс», – ответил ей я– в общем это действительно нечто вроде импульса. Воздействия на расстоянии. Когда я направляю его на человека он может упасть на землю, потерять сознание и так далее. В лёгкой форме человек который попал под воздействие этого моего импульса ощущает приступ сильной головной боли, у него может начаться рвота и всё такое прочее. В общем на то или иное время он может полностью выйти из строя. Надеюсь тебе понятно зачем это может пригодится тебе лично.

– Ничего себе! – воскликнула Варвара. – у тебя есть и такое умение оказывается. А почему ты думаешь, что оно имеется у меня?

– Не знаю. Но мне кажется, что оно как – то связано с умением лечить. В любом случае это надо проверить.

– А давно ты применял это своё умение? Этот импульс?

– В Старо – Таманске. Уже после твоего отъезда.

– И при каких это обстоятельствах?

Я вкратце рассказал ей о своей стычке с гопниками, случившейся во время моего пути на пляж.

– Ничего себе! – сказала мне Варвара.

– Я бы мог раскидать их и без помощи своих особых способностей, впечатление солидных бойцов они не производили, но вдруг подумал, что – ну раскидаю я их, нанесу телесные повреждения, а тут вдруг, как назло менты пожалуют. И кто знает может быть придётся мне идти под суд за превышение пределов необходимой самообороны. Тем более они местные, а я нет. Вот и решил рискнуть. Справится с ними не вступая в физический контакт. И кстати менты тут же и пожаловали. Как по заказу. Патруль. И причём одна вещь мне показалась странной. В составе этого патруля был целый лейтенант. Какой – то странный патруль.

– Это всё не случайно, – категорическим тоном сказала мне Варвара, – можешь думать про меня, что угодно, но это совсем не случайно.

– Интересно, а кому это я был так нужен, что он не пожалел своего ресурса, для того, что бы упечь меня за решётку. Этот кто – то должен быть весьма влиятельным. А я в Старо– Таманске был первый раз в своей жизни.

– Подожди, а ты видел ещё раз Бориса? Ну после той встречи, у меня в пансионате?

– Видел, – ответил я чуть помедлив. И рассказал о своей беседе с Медведевым случившейся после того, как я покинул номер Варвары.

– Ну всё ясно! – воскликнула она, – это его проделки. Нет, всё – таки он законченный мерзавец!

– А не преувеличиваешь ли ты его возможности? Всё – таки, что бы организовать такую провокацию против меня нужно иметь очень немалое влияние. Вряд ли оно имеется у простого старшего лейтенанта КГБ.

– У него оно возможно и не имеется. Зато оно имеется у его папаши. Он как раз целый генерал этого самого КГБ. Судя по всему Борис самым серьёзным образом хотел заполучить меня в свои жены. А когда у него ничего не вышло, решил напоследок, хотя бы отыграться на тебе. Он ещё больший мерзавец чем я о нём думала!

– Ладно хватит всё о Борисе и о Борисе. Давай перейдём к делу. Итак импульс. Давай я продемонстрирую его тебе в предельно слабой форме.

Я сосредоточился, выставил вперёд ладони и послал очень лёгкий импульс в правое плечо Варвары.

Получив его она вскрикнула и отшатнулась едва удержавшись на ногах.

– Что это было? – спросила она потирая своё плечо.

– Импульс. Очень слабый.

– Ничего себе слабый. Меня как – будто по плечу изо всей силы палкой ударили! Если это слабый, то какой тогда сильный?

– Ну на какой силы импульс я способен, честно говоря не знаю. Не было возможности проверить это. Но боюсь, что после него человек или не выживет, или превратиться в овощ. Это зависит ещё и от того в какую часть тела направить этот самый импульс.

– А выставлять ладони вперёд обязательно?

– Не обязательно. Но это помогает мне быстро сконцентрироваться. Примерно так же как тебе топанье ногой.

– А как ты приобрёл эту способность? Вернее узнал о её существовании у себя?

– Было дело. Когда я учился в четвёртом классе, ко мне стал приставать один малый старше меня, на два года. Проходу не давал. Причём не один с целой кампанией таких же дружков. Ну раз пристали они ко мне они после школы, а я зажмурил глаза, выставил вперёд ладони и представил, что мои руки удлинились так, что достают до этого му@ка, а кулаки бьют со всей силы прямо по его наглой роже. И знаешь получилось.

– И,что вышло?

– Он кубарем полетел прямо в ближайшие кусты. Как будто, ему действительно заехали по физиономии. Но нас разделяло примерно так – метра три. Так, что ничего предъявить ни он ни тем более его родители лично мне не могли. Но и он и его кампания здорово перепугались. С тех пор они отстали от меня. А я на всякий случай записался в секцию самбо. И дела в ней у меня пошли не плохо. Так, что скоро так просто ко мне было уже не пристать. Без вредных последствий естественно.

В этой истории всё было правдой лишь за исключением некоторых подробностей. Муд@к пристававший ко мне был сынком местного бандита. Подражая своему папаше он сколотил из себе подобных отморозков шайку, которая начала промышлять вымогательством денег у школьников начальных классов. Эти отморозки изо всех сил подражали взрослым, они не только вымогали деньги, но и ставили на «счётчик», угрожали расправой и тому подобное. Насколько я знал папаша главаря этой шайки вполне одобрял забавы своего сына. Начали приставать они и ко мне. Всё закончилось почти так, как я рассказывал Варваре. За исключением того, что кроме главаря я вырубил ещё и двух его подпевал, у одного из которых – рыжего долговязого типа случился судорожный припадок. Вырубить то я их вырубил, но после этого пролежал весь вечер дома в постели с жуткой головной болью. В то время я ещё не умел рассчитывать силу своих ударов.

Эта история имела своё не очень весёлое завершение. Нет, после продемонстрированных мною особых способностей шайка малолетних рэкетиров отстала от меня, предпочтя иные, более безопасные объекты для вымогательства. А через год их главаря вместе с родителями взорвали в автомобиле. Насколько я знаю, исполнителей этого убийства (как впрочем и его организаторов) так и не нашли. Криминальный бизнес во всех его формах, в России девяностых годов, был очень рискованным занятием.

– Ладно, – сказал я, – хватит болтать. Надо приступать к обучению. Значит так. Концентрируешься и представляешь, что твои руки намного длиннее чем они есть на самом деле. А потом так легонько бьёшь меня по плечу. Поняла?

Варвара кивнула головой и мы приступили к нашей первой тренировке. Она протекала неудачно. Сколько Варвара не старалась у неё ничего не выходило. В конце концов она тяжело вздохнула и сказала мне:

– Не знаю, Андрюша, либо я законченная бездарь, либо такая способность у меня начисто отсутствует. Ты видишь, сколько я не стараюсь, у меня ничего не получается!

Я задумался вспоминая при каких обстоятельствах в первый раз проявилась эта моя способность. Вспоминал, как подрагивали мои коленки, когда я увидел направлявшуюся ко мне компанию из пяти человек, в которой выделялся долговязый и рыжеволосый шестиклассник, который был главным «боевиком» этой шайки малолетних вымогателей. Вспоминал, как с чувством полной безнадёжности закрыл свои глаза и выставил вперёд ладони, и открыл их лишь после того, как до меня донеслись истошные вопли. Только после этого я увидел, как предводитель банды школьных рэкетиров беспомощно бьётся, запутавшись в густом кустарнике, а его долговязый дружок валяется без чувств на земле и его сотрясает жестокая судорожная дрожь.

Я понял, что возможно у Варвары ничего не получается потому, что помимо естественной неуверенности в своих силах, у неё нет соответствующего настроения, которое позволило бы ей послать импульс. Тут же я вспомнил прочитанный мною рассказ одного американского фантаста про девушку обладавшую целым букетом паранормальных способностей. Когда она влюбилась в своего исследователя то её способности куда – то резко пропали. Но стоило ему начать нарочно демонстрировать равнодушие к ней, как они вернулись, причём в усиленной форме. Значит от меня требуется, что – то подобное. Но что? Я задумался.

Наконец мне показалось, что я придумал выход из сложившейся ситуации. Я быстрым шагом подошёл к Варваре и сильно толкнул её. Получив мой толчок она отлетела к стене.

– Андрюша, что ты делаешь! – испуганно воскликнула Варвара.

Ни говоря ни слова я подскочил к ней рванул её халат. Рывок был настолько сильным, что отлетела наверное половина пуговиц. Распахнув халат, я сделал совершенно зверскую физиономию и схватил Варвару за грудь.

– Что ты делаешь⁉ – закричала она и тут же я ощутил приличный толчок в свою грудь, отскочил в сторону и затряс головой.

– Получилось, Варюха! Слышишь у тебя получилось!

– Не подходи ко мне! – истошно закричала она и в ту же секунду я ощутил сильнейший удар по своей голове, после которого уже ничего не видел и не ощущал.

– Андрей, Андрей, очнись! – услышал я голос Варвары и вслед за ним я ощутил резкий запах нашатыря.

Я открыл глаза и попытался поднять голову. Но не тут – то было. Едва я сделал это, как моё тело сотрясла жестокая дрожь и моя голова сразу же упала обратно на пол.

– Ой, Господи, да, что же это такое? – запричитала Варвара.

– Не кричи, Варюха, – прошептал я, – лучше радуйся– у тебя всё вышло! Чёрт, никогда не думал, что это несколько не комфортно.

Полежав ещё несколько минут, я с кряхтением поднялся с пола и перешёл на диван. Варвара уже несколько успокоилась и, кстати я заметил, что на ней уже новый халат.

– Халат у тебя лучше старого, – подмигнув, сказал я ей.

– Что??? Какой халат?

– Который на тебе. Что – то раньше я его не видел. А так цвет ничего – симпатичный.

Варвара селя на диван рядом со мной и тяжело вздохнула.

– Ну раз ты заговорил о халате, значит приходишь в норму. Тогда ответь мне, пожалуйста, что это было? Как ты можешь объяснить своё поведение? Я совершенно не ожидала увидеть тебя таким.

– Ну надо же было, как – то спровоцировать тебя. Создать подходящий психологический фон, благодаря которому ты смогла бы проявить свои способности.

– Понятно. Только прошу тебя больше не делать так. Причём для твоей же пользы. Видишь ли в возрасте восемнадцати лет меня едва не изнасиловали. И тот подонок вёл себя примерно так же как и ты сейчас. И я вдруг вспомнила это.

– Прости меня, Варюха, – сказал я, – вот честное слово об этом случае я даже не догадывался. Но ты так тормозила, что я решил хоть как – то встряхнуть тебя.

– Тебе это удалось. Ой как у меня болит голова. Она всегда будет болеть после этих импульсов?

– Нет. Только после сильных. Тебе ещё предстоит научится регулировать их мощность. Но начало положено. В принципе ты способная ученица.

– Можно подумать у тебя было много учеников и учениц. И тебе есть с кем меня сравнивать.

– Ладно не ворчи. Давай я сниму тебе твою головную боль, а ты по колдуешь над той шишкой, что образовалась на моём затылке. Всё – таки я очень здорово приложился им об пол.

Прошло две недели. Давно кончился сентябрь, да и октябрь подходил к своей середине. Погода окончательно испортилась, через день шёл нудный осенний дождь, ощутимо похолодало, и деревья мало – помалу начинали терять своё убранство. Наступило время глубокой осени.

Варвара оказалась не только способной ученицей, она очень быстро увлеклась и загорелась моими уроками. Тем более как назло (или наоборот наудачу) меня стали буквально преследовать разного рода мелкие бытовые травмы. Так пару раз я довольно основательно порезался (один раз при бритье, другой раз при разделке рыбы) так, что у Вари появилась возможность по тренировать своё умение останавливать кровь и заживлять раны. Кроме того я подскользнувшись на улице, упал и здорово ушиб колено, и на этот раз Варвара прекрасно справилась с лечением моего ушиба (на утро от него осталось практически одно воспоминание). Я не мог нахвалится на неё. Ученицей она оказалась понятливой, смышлёной и, что самое главное очень трудолюбивой. Преодолев первоначальную нерешительность она демонстрировала просто фантастические успехи. Приехав с работы, Варвара, не взирая на усталость сразу же начинала заниматься и порой эти наши занятия затягивались до глубокой ночи.

Как – то под выходной к нам пожаловал дед Варвары. Опираясь на трость он прихрамывая вышел из машины и зашёл в дом.

– Нуте-с, молодые люди, докладывайте, каковы ваши успехи. И не забывайте, что к вам пожаловал как– ни как целый генерал– майор медицинской службы и действительный член академии медицинских наук!

– Очень значительные успехи, – сказал я ему, – ваша внучка, товарищ генерал– майор, демонстрирует просто поразительные успехи на почве изучения экстрасенсорики. Честно говоря я уже начинаю опасаться, что своими руками выращиваю себе могучего и опасного конкурента.

– Даже так? Ну, что же надеюсь, что сегодня Варвара, продемонстрирует мне всё то, что чему она сумела научится за это время.

После ужина Александр Тихонович обратился к своей внучке:

– Варвара, у меня опять этот чертов артрит разыгрался. Левое колено ноет так, что сегодня я половину ночи заснуть толком не мог. Ты не поможешь мне?

Хорошо, дедушка, я попробую. – ответила ему Варвара.

Она села на корточки и положив свои руки на левое колено Александра Тихоновича застыла в молчании. Так прошло несколько минут.

– Всё, дедушка, – наконец сказала она и поднялась с корточек.

Наутро Александр Тихонович, вышел к нам очень и очень довольным.

– Благодарю вас, Андрей, что вы научили кое – чему мою внучку, – обратился он ко мне, – представьте себе и колено у меня не болело и вообще впервые за несколько лет я спал просто отлично! Можно сказать сном младенца. Нет, это очень полезное умение! Пожалуй, Варвара, я теперь регулярно буду привлекать тебя для исправления всяких последствий моей подступающей старческой немощи. Какие можно исправить естественно.

Когда дед Варвары уехал на службу она подошла ко мне и сказала:

– Андрюша, давай сделаем перерыв в наших с тобой занятиях. Честно говоря, я уже порядком устала.

– Давай, – согласился я с ней, – а чем мы будем заниматься?

– Чем? Ну вот кто – то, например, обещал сходить со мной в театр.

– Обещал, не спорю. Но ты достала билеты? Или мне позвонить Якову Семёновичу?

– Не надо никому звонить. Билеты мне достанут через пару дней. Так, что готовься к посещению храма Мельпомены.