Текст книги ""Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

Глава 7.

Оленёнок вышел из леса на рассвете. Я как раз возвращалась с пробежки по внутреннему саду, когда услышала его – не ушами, а сердцем. Тихий, жалобный зов, похожий на всхлип. Я остановилась, прикрыла глаза и прислушалась. Дар отозвался сразу: боль, страх, голод. И направление – у восточной калитки, там, где сад граничил с лесополосой. Он стоял у самого забора, припадая на левый бок, и дрожал. Пятнистая шкурка была испачкана кровью, на боку багровела рваная рана. Увидев меня, он не побежал – наоборот, сделал неуверенный шаг вперёд и тихо заблеял. – Тише, маленький, – прошептала я, опускаясь на корточки. – Я тебя не обижу. Он уткнулся мордочкой в мои колени. От него пахло лесом, молоком и кровью. Я осторожно раздвинула шерсть вокруг раны – глубокая, но не смертельная. – Бриония, – позвала я, – мне нужны травы. Кровохлёбка, подорожник, календула. Слетай в оранжерею, попроси у магистра Торвальда, он разрешит. Фея кивнула и исчезла. Я гладила оленёнка по голове и думала о том, что здесь, в Академии, у меня есть доступ к лучшим лекарственным растениям. А там, в деревнях, крестьяне не всегда могут найти даже подорожник. Бриония вернулась быстро, волоча в лапках холщовый мешочек. Я разложила травы прямо на траве, размяла листья, смешала с водой. Оленёнок терпел, только вздрагивал, когда я промывала рану. Я наложила кашицу из подорожника, присыпала календулой и замотала чистой тряпицей.– Всё, – сказала я. – Теперь будешь жить. Он лизнул мне руку тёплым, шершавым языком. И в этот момент я подумала: сколько таких зверей гибнет в лесах просто потому, что они слабее хищников? А сколько людей голодает, потому что не может позволить себе мяса? Солдаты в армии едят пустую кашу, флотские – сушёную рыбу, от которой цинга... И тут меня осенило. Я замерла, глядя на пятнистую шкурку оленёнка. Растение, которое даёт плоды, похожие на мясо. Не просто гриб, а именно растение – с белком, с сытностью, с волокнами, напоминающими мышечную ткань. Если я смогу вывести такой сорт, это изменит всё. – Ты чего застыла? – спросила Бриония. – Кажется, у меня появилась идея, – ответила я. Но идея – это только начало. Я была студенткой, у меня были занятия, и просто так занять теплицу под новый проект я не могла. В тот же день после лекций я отправилась к ректору. Он выслушал меня, полистал мои записи по пшенице и южным фруктам, а потом спросил: – Вы хотите вывести растение, которое заменит мясо? – Да, магистр. Плод, который по вкусу и сытности будет напоминать мясо. Для бедных семей. Для армии. Для флота.– Это амбициозно, – он потёр подбородок. – Но если у вас получится, это будет не менее важно, чем пшеница. Я даю разрешение на использование лаборатории. И теплицы, разумеется. Держите меня в курсе. Я вышла из кабинета, чувствуя, как внутри разгорается азарт. Впереди была огромная работа, но я была готова. А через день случилась пакость от Дамиана. Я сидела в столовой с Корой, Ларсом и Лианной, когда он подошёл к нашему столу. Остановился, скрестив руки на груди, и громко, чтобы слышали все, произнёс: – А, леди Верба! Я слышал о вашей новой идее. Вы решили выращивать свиней? В столовой засмеялись. Я медленно отложила ложку. – Я не понимаю, о чём вы. – Ну как же, – он ухмыльнулся. – Мясо из земли. Свиньи из грядки. Только вот какая штука: друиды – они с растениями работают. А свиньями занимаются совсем другие люди. Может, вас стоит называть не друидкой, а свиноматкой? Грохнуло. Кора вскочила, опрокинув кружку, и её фея Искра вспыхнула, как факел. Ларс сжал кулаки. Лианна открыла глаза и посмотрела на Дамиана с таким ледяным спокойствием, что у меня мурашки побежали по коже. Но прежде чем кто-либо из нас успел ответить, раздался голос за моей спиной: – Возьмите свои слова обратно. Элдрик. Он подошёл неслышно и теперь стоял рядом со мной, и его глаза цвета летнего неба были темны от гнева. Его серебристая фея Лунница мерцала у плеча, и её свет был резким, режущим. Дамиан обернулся к нему.– О, наследный принц. Решили заступиться за свою... подругу? – Я сказал: возьмите свои слова обратно, – повторил Элдрик тихо, но в его голосе звенела сталь. – И не подумаю, – отрезал Дамиан. – Тогда я вызываю вас на дуэль, – произнёс Элдрик. – Завтра, в полдень. В тренировочном зале. Без смертельных заклинаний. Надеюсь, вы не откажете. Дамиан побледнел, но усмешка не исчезла с его лица. – Как пожелаете, Ваше Высочество. Он развернулся и вышел из столовой. В зале повисла тишина. Я поднялась, взяла Элдрика за руку и отвела в сторону. – Ты не должен был, – сказала я тихо. – Должен, – ответил он. – Никто не смеет оскорблять тебя. Тем более – при мне. Я смотрела на него и понимала, что спорить бесполезно. Он уже всё решил. Вечером мы встретились с Тимом и Рутой. Я написала им записку ещё утром, и они пришли – сияющие, полные новостей. Мы сидели в нашем кафе, и Тим, захлёбываясь, рассказывал, как их гоняют на тренировках, а Рута – о новых травах, которые они изучают. – А ещё у нас учитель – настоящая эльфийка! – выпалила Рута, и её глаза горели. – Она такая красивая! И говорит, как будто поёт. Она учит нас составлять сложные сборы, представляешь? – Представляю, – улыбнулась я.– А мы на корабль ходили! – перебил Тим. – На настоящий! Он стоит у причала, учебный. Я трогал штурвал! Я сам его крутил! Ну, немножко. Капитан сказал, что у меня хорошие руки. – Конечно, хорошие, – согласилась я. После кафе мы пошли гулять по городу. Показывали им набережную, парк, лавки. Тим замирал у каждого моста, глядя на воду, а Рута находила какие-то травы даже на городских клумбах и тут же пыталась их опознать. Я смотрела на них и думала: какое счастье, что я могу им всё это показать. Моя семья. Моя кровь. Мои корни. А завтра была дуэль. И я знала, что не смогу уснуть.

Глава 8.

Я вернулась в общежитие поздно вечером, когда в коридорах уже погасили магические светильники и только дежурные огоньки мерцали у дверей. Прогулка с Тимом и Рутой вышла долгой и хорошей: мы обошли полгорода, показали брату и сестре всё, что они ещё не видели. Тим замирал у каждого моста, глядя на воду, а Рута находила какие-то травы даже на городских клумбах и тут же пыталась их опознать. Они были счастливы, и я была счастлива вместе с ними. Но теперь, когда я осталась одна, усталость и тревога навалились разом. В гостиной было тихо: Лианна спала, Эйлир читала в своей комнате, Кора, кажется, ушла к Ларсу и Мареку. Я сбросила сапоги, упала в кресло и закрыла глаза. В дверь постучали. Я вздрогнула, но тут же услышала знакомый голос: – Можно? Элдрик. Я вскочила и открыла. Он стоял на пороге – уже без парадного камзола, в простой белой рубашке и без мантии. Его серебристая фея Лунница дремала на плече, закутавшись в собственные крылья. Вид у него был усталый, но спокойный. Он вошёл, и я закрыла дверь. – Не спится? – спросила я, хотя знала ответ. – Не спится, – согласился он. – Ты тоже не спишь.– Я переживаю, – призналась я, садясь в кресло. – Завтра дуэль. Ты будешь драться с Дамианом. Я пыталась отвлечься, но всё равно думаю только об этом. Он сел напротив, на диван, и взял мои руки в свои. Его ладони были тёплыми, и от этого прикосновения мне стало чуть легче. – Завтра всё будет хорошо, – сказал он тихо. – Ты не знаешь. Дамиан – сильный иллюзионист. Он может создать такое, что ты не отличишь от реальности. – Я знаю, – он кивнул. – Но я тоже не слаб. – Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. – Я иду на это не только ради тебя, – он чуть улыбнулся. – Я иду ради нас. Чувствуешь разницу? Я помолчала, глядя на наши переплетённые пальцы. Потом тихо спросила: – А если он тебя ранит? – Не ранит. Но если даже – у нас в Академии лучшие целители. Вылечат. Я засмеялась – неожиданно для себя. Смех получился нервным, но Элдрик подхватил его, и мы сидели вдвоём, держась за руки, и смеялись, хотя поводов для смеха было мало. Но именно это мне и было нужно. Мы разговаривали допоздна. Не о дуэли. О разном: о детстве, о книгах, о том, как он прятался от учителей в дворцовой библиотеке, а я – от работы в огороде. О том, что у нас общего гораздо больше, чем казалось. А потом он вдруг стал серьёзным. Отпустил мои руки, откинулся на спинку дивана и сказал:– Я написал письмо родителям. Я повернулась к нему. – Родителям? – Им, – он чуть улыбнулся. – Я рассказал им всё. Что я нашёл свою избранницу. Что она – графиня, сильнейший друид, создательница новых сортов. Что она та, с кем я хочу связать жизнь. И что я прошу их помочь расторгнуть старые договорённости с Ферранами. – Ты думаешь, они согласятся? – Мать – точно. Она всегда говорила, что хочет для меня счастья, а не политического союза. Отец... он сложнее. Но он справедлив. Если поймёт, что союз с тобой даст семье больше, чем союз с Ферранами, он поддержит. Я смотрела на него и думала о том, как сильно он изменился за последние месяцы. Мальчик, который прятался от протоколов в дворцовой библиотеке, стал мужчиной, готовым бороться за своё счастье. И это счастье – я. От этой мысли у меня перехватывало дыхание. – Ты удивительный, – сказала я. – Я просто люблю тебя, – ответил он.Он поднялся, поцеловал меня в лоб и пошёл к двери. – Спокойной ночи, Верба. – Спокойной ночи. Он ушёл, и я осталась в гостиной одна. За окном мерцали звёзды, и где-то вдалеке, на конюшне, всхрапнула лошадь. Я закрыла глаза и попыталась уснуть. Письмо ушло. Оставалось только ждать ответа. Утро наступило быстро – слишком быстро. Я проснулась с ощущением, что спала всего пару часов, но солнце уже заливало комнату. Бриония сидела на подоконнике и чистила крылья. – Вставай, – сказала она. – Сегодня важный день. Я умылась, оделась и спустилась в тренировочный зал. На боевой магии магистр Рейн построил нас и объявил, что сегодняшнее занятие будет посвящено дуэли. Он уже знал о вызове – видимо, слухи разнеслись быстрее, чем я думала. – Учебный поединок между лордом Элдриком и лордом Дамианом, – произнёс Рейн, и в его голосе прозвучало что-то похожее на одобрение. – Правила прежние: без смертельных заклинаний, феи не участвуют. Поединок до первого чистого попадания или по моему сигналу. Студенты зашептались, переглядываясь. Я стояла у края зала, стиснув руки на коленях. Рядом со мной – Кора, Ларс, Лианна, Эйлир. Все молчали. Элдрик и Дамиан вышли в центр зала. Магистр Рейн поднял руку. – Приготовиться.Они встали напротив друг друга. Дамиан смотрел на Элдрика с холодной усмешкой, Элдрик – спокойно, даже отстранённо. Я видела, как его серебристая фея Лунница мерцает у плеча, и как пальцы чуть заметно дрожат – но не от страха, а от напряжения. – Начали, – скомандовал Рейн, и его рука опустилась. Дамиан не стал медлить. Первая иллюзия сорвалась с его пальцев мгновенно – тёмная, клубящаяся, похожая на живой дым. Элдрик выставил щит, и иллюзия разбилась о него, рассыпавшись искрами. Зал взорвался криками. Я замерла, вцепившись пальцами в край скамьи, и земля под моими ногами едва заметно дрожала. Дамиан атаковал снова – на этот раз создав три иллюзии сразу, которые окружили Элдрика и начали сжимать кольцо. Но Элдрик, вместо того чтобы обороняться, вдруг исчез – и появился за спиной Дамиана. Я не поняла, как он это сделал: то ли иллюзия, то ли портал. Дамиан вздрогнул, обернулся, но было поздно – Элдрик уже выбросил вперёд руку, и яркий сноп света ударил в грудь противника. Дамиан пошатнулся, но устоял. Бой длился долго. Они обменивались атаками, и каждая могла бы стать решающей, но оба были сильны, оба не хотели уступать. Я смотрела, как Элдрик двигается – легко, точно, без лишних движений, – и думала о том, что он сражается за меня. За нас. И от этой мысли сердце колотилось где-то в горле.Магистр Рейн поднял руку. – Достаточно! – его голос перекрыл шум зала. – Ничья! Элдрик опустил руки. Дамиан выпрямился, тяжело дыша. Они разошлись по разным сторонам зала, не глядя друг на друга. Я вскочила со скамьи и побежала к Элдрику. Он стоял у стены, вытирая лоб рукавом, и когда я подбежала, обернулся. – Ты в порядке? – выдохнула я. – В порядке, – ответил он. – Ничья – это не поражение. Я взяла его за руку с намерением не отпускать до конца дня. После дуэли были занятия, и на артефакторике я наконец смогла немного отдышаться. Магистр Кейн объявил, что сегодня мы показываем свои проекты. Студенты выходили к столу, демонстрировали свои творения, и Кейн хвалил или хмурился. Когда очередь дошла до меня, я выложила три предмета: лейку, копалку и сажалку. – Лейка сама фильтрует воду, – объяснила я. – Вот здесь кристалл, он очищает жидкость от грязи и песка. Копалка рыхлит землю без усилий, достаточно направить её. А сажалка высаживает семена ровными рядами на нужную глубину.Магистр Кейн взял лейку, повертел в руках, налил в неё мутной воды из кувшина и вылил в горшок с рассадой. Вода потекла чистая, прозрачная, и ростки благодарно зазеленели. Кейн хмыкнул и попробовал копалку – она вошла в землю мягко, разрыхлила комья и остановилась, ожидая следующей команды. Сажалка высадила три горошины с такой точностью, что Кейн присвистнул. – Леди Верба, – сказал он, – это великолепно. Вы думаете о том, чтобы запатентовать эти артефакты? – Думаю, – ответила я. – Но сначала хочу испытать их в поле, в Ольховке. – Разумно. – Он сделал пометку в своём журнале. – Отличная работа. Зачёт. Я вернулась на место, чувствуя, как внутри разливается тепло. Хоть что-то сегодня получилось хорошо. А вечером я встретилась с Тимом и Рутой, и мы пошли гулять по городу – показывать им то, что они ещё не видели. Тим замирал у каждого моста, глядя на воду, а Рута находила травы даже на городских клумбах. Они были счастливы, и я была счастлива вместе с ними. И где-то глубоко внутри меня, под усталостью и тревогой, росло тихое, спокойное чувство: мы справились. Мы выстояли.

Глава9.

После занятий я, как обычно, отправилась в оранжерею. За окнами лежал снег – зима в этом году стояла суровая, – но здесь, среди влажной зелени и прогретой земли, было тепло и тихо. Я зажгла магический светильник и склонилась над горшками с экспериментальными образцами. Те самые «мясные» растения, которые я выводила уже несколько недель, наконец начали давать результаты. Результаты, честно говоря, были неутешительными. Почти все саженцы чахли. Листья вялые, стебли тонкие, плодовые завязи опадали, не успев налиться. Я перепробовала всё: усиливала полив, добавляла перегной, вливала дар – ничего не помогало. Растениям чего-то не хватало, и я не могла понять, чего именно. Разгадка пришла неожиданно. Однажды утром я заметила, что один из горшков, стоявший в дальнем углу, выглядит заметно лучше остальных. Листья здесь были темнее и крепче, а на кончике стебля даже набух крошечный бутон. Я наклонилась, чтобы рассмотреть его, и замерла. На поверхности земли, вокруг корней, лежали мёртвые мухи. Десятка два, не меньше. – Откуда здесь мухи? – пробормотала я. – Зимой? В оранжерее? – Может, из подвала? – предположила Бриония, сидевшая на полке. – Там, у сушильных шкафов, их полно. Сухие, дохлые. Кто-то мог подбросить. Я нахмурилась. Кто-то. Кому могло прийти в голову подбрасывать дохлых мух в мои горшки? Ответ напрашивался сам собой. Дамиан. Он наверняка хотел испортить мои растения – засыпать их мусором, погубить корни. Но вместо этого случайно дал им то, чего им не хватало. Животный белок. Я осторожно выкопала одну муху из земли. Она была сухой, почти рассыпалась в пальцах, но отчётливо пахла хитином. Растение, в чей горшок попали эти останки, чувствовало себя прекрасно. Значит, им нужен белок. Им нужна плоть. – Они плотоядные, – выдохнула я. – Им нужно мясо. – Как твоему петуху, – хмыкнула Бриония. – Только без клюва.Я не ответила. Мысль неслась дальше. Если им нужен животный белок, чтобы сформировать плод, то чем больше белка, тем лучше. Мухи – это только начало. Что будет, если скормить им что-то покрупнее? Я сходила к пруду во внутреннем саду. Он замёрз по краям, но в глубине, подо льдом, ещё теплилась жизнь. Я знала, что там, в иле, зимуют лягушки. Опустив руку в ледяную воду и позвав их своим даром, я вытащила трёх – сонных, оцепеневших, но живых. Бриония наблюдала за мной с выражением крайнего скепсиса. – Ты уверена, что это этично? – спросила она. – Это наука, – ответила я, хотя внутри меня что-то сжалось. – И я не мучаю их. Просто... смотрю. Я аккуратно опустила одну лягушку в горшок к самому крепкому образцу. Растение отреагировало мгновенно. Листья сомкнулись вокруг добычи, стебель напрягся, и по всему растению пробежала волна дрожи. Через несколько минут бутон, который до этого был закрыт, начал медленно раскрываться. Я смотрела, затаив дыхание. Из бутона показался крошечный плод – размером с черешню, тёмно-красный, пахнущий чем-то неуловимо знакомым. Мясом. Настоящим мясом. – Получилось, – прошептала я. – Поздравляю, – Бриония склонила голову набок. – Выглядит отвратительно. Но пахнет вкусно. Я засмеялась – тихо, чтобы не разбудить спящую оранжерею. Это был только первый шаг. Плод размером с черешню – не еда. Но направление найдено. Теперь нужно было понять, как увеличить его, как сделать питательным, как вывести сорт, который сможет кормить людей. Но наука наукой, а жизнь в Академии шла своим чередом. И Дамиан не успокаивался.Через несколько дней после дуэли по Академии поползли слухи. Грязные, липкие, как осенняя грязь. Кто-то рассказывал, что я заплатила магистру Рейну за то, чтобы дуэль закончилась вничью. Кто-то – что Элдрик использовал запрещённые заклинания. Кто-то – что я сама подстроила вызов, чтобы опозорить Ферранов. Я знала, откуда растут ноги у этих сплетен, но доказательств не было. Однажды вечером я сидела в библиотеке, разбирая старые травники в поисках упоминаний о плотоядных растениях. За соседним столом расположился Дамиан с двумя приятелями. Они что-то обсуждали вполголоса, и я старалась не слушать, но вдруг мой слух выхватил из общего гула знакомое имя. – Верба, – произнёс Дамиан, и я напряглась. – Деревенская друидка. Думает, что если нацепила титул, то стала ровней благородным. А сама, небось, до сих пор руками землю копает. Его приятели засмеялись. Я не обернулась, но почувствовала, как Бриония на моём плече напряглась. – Она даже мясо из грязи пытается вырастить, – продолжал Дамиан, повышая голос. – Представляете? Свиньи на грядках. Впору называть её не друидкой, а свиноматкой. Я медленно закрыла книгу. В библиотеке наступила тишина – студенты за другими столами подняли головы. Я встала и повернулась к нему. – У вас есть что сказать мне в лицо, лорд Дамиан? – спросила я ровно. Он откинулся на спинку стула и улыбнулся. – О, леди Верба. Вы здесь. А я думал, вы в своём хлеву... простите, в оранжерее.:– Вы переходите границы, – тихо сказала я. – Разве? – он поднялся и сделал шаг ко мне. – Я всего лишь говорю то, что думают многие. Вы здесь чужая. Выскочка. И сколько бы титулов вам ни дали, вы останетесь деревенской девкой, которая возомнила себя ровней аристократам. Я смотрела на него и чувствовала, как земля под ногами начинает дрожать. Бриония на плече зашипела. – Осторожнее, – прошептала она. – Он провоцирует тебя. Я знала. Но ничего не могла с собой поделать. Я уже открыла рот, чтобы ответить, когда между нами вдруг вырос Ларс. Он появился из-за стеллажа, как всегда молчаливый и спокойный, и встал между мной и Дамианом, скрестив руки на груди. – Лорд Дамиан, – произнёс он ровно, – вы мешаете работать. Покиньте библиотеку. Дамиан удивлённо поднял брови. – А ты кто такой, чтобы мне указывать? – Я студент факультета Защиты, – ответил Ларс. – И я вешу почти вдвое больше вас. Хотите проверить, кто кого быстрее вынесет за дверь?В библиотеке кто-то прыснул. Дамиан побледнел, но, видимо, решил не связываться. Он бросил на меня последний взгляд и вышел, а его приятели потянулись следом. – Спасибо, – тихо сказала я Ларсу. – Не за что, – ответил он. – Он просто болтун. Но ты будь осторожнее. Я кивнула и снова села за книги. Но на душе было гадко. На следующий день случилась ещё одна стычка. Я шла по столовой с подносом, когда Дамиан, проходя мимо, вдруг пошатнулся и задел меня плечом. Я не упала – скорее, запнулась, – но в последний момент ощутила лёгкий магический толчок, едва заметную иллюзию, из-за которой моя нога сама собой зацепилась за его выставленную ступню. Со стороны это выглядело так, будто я просто споткнулась на ровном месте, а Дамиан едва успел отдёрнуть ногу. Никто не заметил подвоха – слишком чисто он сработал. – Осторожнее, леди Верба! – громко произнёс он, и в его голосе звучала насмешка. – Вы, деревенские, наверное, не привыкли к ровным полам. Неумеха. Студенты вокруг засмеялись. Я выпрямилась, чувствуя, как краска заливает лицо. Поднос я удержала, но суп расплескался. Я ничего не могла доказать – иллюзия растаяла. Я смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри закипает ярость. Но сейчас я ничего не могла сделать. Только запомнить. А несколько дней спустя меня вызвал ректор. Я вошла в знакомый кабинет, где пахло старыми книгами и воском, и замерла на пороге. Ректор сидел за столом и держал в руках мои записи по мясным растениям – те самые, которые я передала магистру Торвальду на прошлой неделе. Его фея-орёл сидела на спинке кресла и смотрела на меня пронзительным жёлтым глазом. – Леди Верба, – произнёс он, и голос его звучал задумчиво. – Я ознакомился с вашими результатами. Плотоядные растения, дающие белковый плод. Это... неожиданно.– Я сама была удивлена, магистр. – Я написал письмо Его Величеству, – продолжил ректор, и я замерла. – О ваших разработках. Король должен знать, что в его Академии растёт не просто сильный друид, а учёный, который может изменить лицо королевства. Я не знала, что сказать. Ректор отложил записи и посмотрел на меня. – Продолжайте, леди Верба. У вас есть всё необходимое. И, судя по тому, что я слышал о ваших успехах, вы справитесь. Я кивнула и вышла из кабинета. На душе было странно: смесь гордости и тревоги. Король знает обо мне. Король читает письма ректора. И где-то там, в замке, родители Элдрика тоже, возможно, уже получили его письмо. Впереди была зима. Долгая, холодная, полная работы. Но я знала, что справлюсь.