Текст книги ""Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

– Компенсировать твой завтрак, лично мне не составит никакого труда. Более того я сделаю это с огромным удовольствием. Правда есть одно но. Я совершенно не знаком с местными условиями и поэтому абсолютно не ориентируюсь в приличных заведениях, в которых можно было бы не плохо позавтракать.

– Зато в них, ориентируюсь я,– ответила мне Варвара.

– Ну и прекрасно. Тогда сделаем так. Мы пойдём сейчас на улицу Чернышевского, к месту моего пристанища. Я возьму там деньги, как ты должна понимать, я не беру с собой крупные суммы на пляж, и мы можем идти кутить. Какое более или менее приличное заведение находится по близости?

Варвара сняла с себя очки и внимательно посмотрела на меня.

– Вообще то я пошутила. И меня совсем не требуется никуда вести.

– Ну шутила ты, или напротив, говорила серьёзно не имеет никакого значения. Слово не воробей вылетело не поймаешь. Надеюсь это тебе понятно? Ну и куда мы пойдём с тобой? Будь моим проводником. Задача ясна?

Панфёрова ещё раз смерила меня взглядом своих серых глаз и задумчиво сказала:

– Знаешь меня поражает, твоя способность быстро располагать к себе людей. По крайней мере со мной это именно так. Ты вроде ничего не говоришь, ничего не делаешь, а при всём этом как– то очень быстро и не заметно располагаешь к себе. Знаешь меня это даже как– то пугает!

– Варвара, давай поменьше слов и побольше дела, хорошо?– нетерпеливо произнёс я,– в какое такое, расположенное не особенно далеко, приличное злачное место, пойдём сейчас мы? В этом городе я всего три дня. И извини, не успел его обследовать его, как следует. Так, что целиком и полностью полагаюсь на твой вкус и твой выбор.

– Ладно пошли,– со вздохом сказала мне Варвара,– тут неподалёку кафе «Южная ночь», название конечно пошлое, но само заведение, как это ни странно вполне себе на уровне. Я бы поставила ему твёрдую четвёрку, не ниже. По пятибалльной шкале естественно.

* * *

Кафе «Южная ночь» не смотря на отдающее пошлостью название действительно оказалось довольно не плохим заведением. Я и Варвара расположились на довольно уютной веранде, где и не торопливо позавтракали.

Выходя из кафе, я пропускал Варвару вперёд, как вдруг заметил как к ней подошёл молодой мужчина, который сразу же показался мне очень знакомым.

– Варвара, а я искал тебя всё утро,– произнёс он не менее знакомым голосом,– а ты оказывается вот где. А кто это с тобой? – и мужчина развернувшись, посмотрел мне в лицо. Увидев его я подумал с начала, что обознался. Но тут же понял, что передо мной стоит никто иной как Борис Алексеевич Медведев, собственной персоной. Человек благодаря которому я вынужден был бежать из своего времени, что бы спрятаться от него и его назойливого внимания, здесь, в 1978 году.

Глава 11

Это был он, только моложе на тридцать с лишком лет. Видя его сейчас молодого, я убедился, что за три десятилетия он не особенно изменится внешне, разве, что только поредеет его причёска на макушке, да круглее станет лицо. А так всё остальное – голос, интонации, жесты, всё это останется абсолютно неизменным.

Увидев его, да ещё и при таких неожиданных обстоятельствах, я тем не менее, не испытал ни страха, ни потрясения. Словно я ожидал встречи с ним, здесь в 1978 году, в котором я оказался, благодаря его непосредственным усилиям. В моей голове пронеслась мысль, что эта наша встреча, совсем не случайна и нам ещё предстоит разобраться друг с другом, хотя и в другом времени, и совсем при других обстоятельствах.

– Видимо именно он и был тем самым офицером КГБ «женихом» Варвары о котором я прочёл совсем недавно в интернет– публикации, посвящённой истории её загадочного исчезновения. Видимо он. Но почему то, при первом взгляде их отношения не кажутся особенно нежными. Скорее наоборот. Хотя возможно я чего то и не знаю,– подумал я про себя, одновременно внимательно наблюдая за лицами Медведева и Панфёровой.

Увидев Медведева, Варвара, не сумела сдержать недовольства, которое как волна пробежала по её лицу. Судя по всему встречей с ним она была явно не довольна, и вообще не испытывала к нему тёплых чувств.

Будущий генерал – лейтенант и «серый кардинал» Лубянки начал сверлить меня своим тяжёлым взглядом ( да и взгляд, тоже не изменится у него за тридцать лет, разве станет ещё тяжелее и ещё пронзительнее). Однако мы сейчас находились, в несколько иных весовых категориях, чем в 2013 году, поэтому я без труда выдержал этот его взгляд, который наверное мог смутить много кого, но только не меня. Очевидно он сам это быстро понял, на его лбу появилась вертикальная складка, он очевидно был удивлён тем безмятежным спокойствием с которым я парировал его первоначальный психологический напор. Опустив свой взгляд он решил переключится на мою спутницу.

– Варвара, я зашёл за тобой в пансионат, мы ведь кажется ещё вчера, договорились позавтракать вместе, но не застал тебя. Прихожу сюда и застаю тебя вместе с этим молодым человеком. Я решительно не понимаю,что произошло. Кстати, кто он? Может быть ты представишь нас друг, другу?– обратился будущий генерал к Варваре.

Слыша всё это, я с трудом сдерживал в себе желание расхохотаться. Получалось так, что Медведев, появившись раз в моей жизни, там в 2013 году, из которого я был вынужден сбежать из за его происков, не оставил меня и в этом 1978 году. Бросив на него свой взгляд, я вдруг совершенно отчётливо понял, что это далеко не единственная наша встреча здесь, и нам предстоит еще встречаться с ним и один Бог знает, каков будет конечный итог всего этого.

Варвара бросила на меня быстрый взгляд, чуть помедлила и сказала:

– Борис, это – Андрей, Андрей – это Борис.

В след за этим Медведев натянуто улыбнулся и протянул мне руку.

Я на миг задержался, но потом всё же нашёл в себе решительности и холодно ( впрочем насколько я видел, взаимно) пожал протянутую мне Медведевым кисть его руки.

– Приезжий или местный? – спросил меня он.

– Приезжий.

– Москвич?

– Нет. Из Красноярска, а ещё точнее из Якутска.

– Чем занимаешься в жизни? – продолжил он свой блиц– допрос.

– Строитель.

– Инженер?

– Нет.

Выслушав этот, мой последний ответ на его вопросы, Медведев повернулся к Панфёровой, улыбнулся и спросил её:

– Варвара, извини конечно, но я как – то даже не предполагал, что сфера твоих интересов простирается вплоть до представителей, рабочего класса. Где ты нашла его? О чём вы могли разговаривать друг с другом? Честное слово, мне даже стало интересно!

Панфёрова опустила глаза вниз и произнесла глухим голосом:

– Борис, твоя ирония совершенно не уместна. Андрей очень интересный человек. Мы разговаривали о литературе…

– О, чём, о чём? О литературе? Я не ослышался? Ничего себе! – Медведев, казалось едва сдерживал, распиравший его смех,– ты познакомилась с рабочим, который разбирается в литературе? Интересно – это в какой же?

– Андрей, прекрасно знает творчество Михаила Афанасьевича Булгакова.– каким то звенящим голосом произнесла Варвара.

– Ничего себе! – Медведев постарался изобразить на лице гримасу удивления,– да-а, развивается у нас рабочий класс! Надо же, Булгаков! Честно говоря, увидев вас, я сначала подумал, что сфера ваших интересов лежит где – то в другой сфере, главным образом в сфере ресторанов и женщин, не очень отягощённых моральными предрассудками разного рода, а тут вдруг Булгаков! Что же я очень рад ошибиться.

Выслушав эти слова Медведева, я с трудом подавил в себе желание, заехать ему, по его лощённой физиономии. Для этого мне пришлось, даже сжать, что есть силы свои кулаки. Конечно, в принципе я мог бы и не сдерживать себя, но в таком случае, мой дальнейшее пребывание здесь, в 1978 году, могло очень сильно осложнится ( если учесть, что оно к тому же и так было не самым простым). Удивляло меня ещё и то, как безропотно сносила Варвара, выходки и оскорбления в свой адрес, от этого хама.

– А я разговаривал с Варварой не только о творчестве Булгакова, Мы обсуждали и творчество Альберта Камю. Его роман «Чума». Правда Варвара? Мне очень нравится твоя оценка этого романа,– сказал я посмотрев в глаза Варваре.

– Восхитительно, восхитительно,– Медведев казалось излучал довольство и радость,– я смотрю, что вы уже совсем на короткой ноге. Но всё же! Пролетарий читающий Камю! Это просто изумительно. Нет, Варвара, ты остаешься верна себе. Даже здесь на море, ты умудрилась подружится с интеллектуалом. И не просто интеллектуалом, а пролетарием – интеллектуалом! Я восхищён и тобой и твоим новым знакомым!

Надо сказать, что роман Камю я не читал. Видел его у Егора, даже держал в руках книжку, но не читал. Впрочем почему – то я был уверен, что не читал его и Медведев. Так, что возможных расспросов о содержании романа французского экзистенциалиста, я как– то не опасался. К тому же не смотря на отсутствие высшего образования, я был вполне себе начитанный парень и думаю, в случае необходимости, вполне бы мог поддержать светскую беседу о литературе, как об отечественной, так и об иностранной ( причём не только о романах Дюма– отца, или скажем Фенимора Купера).

Медведев вновь по сверлил меня своим взглядом своих глаз ( как и при первой встрече с ним ещё в 2013 году, я никак не миг, определить их цвет. Словно не глаза, а хамелеоны какие то), затем, аккуратно взял под руку Варвару и негромко сказал ей:

– Я провожу тебя до пансионата? Хорошо?

Варвара посмотрела в начале на на него, потом на меня, а затем обратилась ко мне:

– Извини, Андрей, но мне надо идти. Благодарю тебя за приятно проведённое время.

– Надо идти, иди,– ответил ей я.

– Прощайте, товарищ интеллектуальный пролетарий, – сказал мне Медведев,– был очень рад нашему случайному знакомству.

Глядя в след удаляющимся Варваре и Медведеву, я вдруг остро ощутил, что эта наша встреча с ним первая, но далеко не последняя. Конечно Медведев сейчас не генерал– лейтенант и ему ещё очень далеко до звания серого кардинала Лубянки, он сейчас всего лишь молодой, начинающий чекист, но тем не менее… исходящая от него опасность была пожалуй не намного меньше чем там, в 2013 году. Если учесть моё крайне не надёжное положение здесь, в этом времени и в этом обществе.

* * *

Вернувшись на улицу Чернышевского я первым делом столкнулся с Ириной и Олегом, которые собирались на пляж. Олег предложил мне, составить им кампанию. Однако я подумав сказал, что если пойду на пляж, то несколько позднее.

Бирута пребывала в своей комнате и пребывала в явной хандре. Шмыгнув носом она пожаловалась мне, что вот «все люди, как люди, загорают и купаются, а она вынуждена, облезать после солнечных ожогов, и сидеть в четырёх стенах». Я пожал плечами, и сказал, что тут ничего не изменишь, что надо запастись терпением и предложил девушке прогуляться по городу, добавив, что на пляж можно сходить и вечером перед заходом солнца.

В конечном итоге девушка успокоилась, и согласившись на моё предложение, отправилась вместе со мной на прогулку в город.

* * *

Старо – Таманск был переполнен приезжими как всякий южный город в разгар летнего сезона. Поэтому, когда я заприметил кафе – мороженное и предложил Бируте зайти туда, нам пришлось отстоять не маленькую очередь прежде чем мы сумели попасть во внутрь кафе.

После кафе мы ещё немного прошлись по улицам Старо – Таманска, после чего вернулись к себе на Чернышевского.

* * *

Едва мы вернулись к себе, как появился Сергей, который тащил в сумке, купленные им по пути две трехлитровые банки пива. Так, как по его словам ' в одну харю, ему было это чересчур много', пришлось мне с Бирутой составить ему кампанию.

Мы уселись в саду за столом, на который водрузили две банки с пивом, а так же разложились на нём газету, на которую Сергей вывалил купленные им к пиву креветки. Надо сказать, что лично я отнёсся к его предложению попить пива, с большим энтузиазмом, вернее с интересом, поскольку очень хотел попробовать пива советского производства, которое по словам моих родителей, дяди и прочих знакомых, было, каким то совершенно не обыкновенным по своим вкусовым свойствам напитком, которому то пиво, которое продавалась в магазинах в двадцать первом веке, решительно не годилось в подмётки. Поэтому, как только я увидел в руках Сергея две, полные трехлитровые банки, как мною тут же овладел исследовательский дух.

Я с большим интересом сделал первый глоток, этого пенного напитка. Допив первый стакан я произвёл некоторые сравнения пива советского разлива, с тем пивом отечественного и иностранного производства, которое мне довелось пить в том времени из которого я перенёсся ( или пришёл, не знаю даже, как можно точно сформулировать всё то, что произошло со мной, в эти последние дни).

Что я мог сказать, попробовав напитка о котором мои старшие по возрасту знакомые и родственники, произнесли столько восторженных слов? Конечно советское пиво, было не самым плохим напитком подобного рода, но в тоже время мне, в моём времени доводилось пробовать и получше. Кроме того, советские люди совсем не были избалованы, разнообразием сортов и марок пива, причём об импортном пиве здесь и слыхом не слыхивали ( вернее слыхивали, но оно было настолько большим дефицитом, по крайней мере здесь, в провинции, что можно было считать, что его не было вообще).

Кстати тоже самое я мог сказать о легендарном советском мороженном. Спору нет, оно было весьма не плохим, но в будущем мне довелось встречать и не худшее, а главное как и в случае с пивом, ассортимент предлагаемой продукции, через тридцать лет, существенно превосходил, тот, что имел место в 1978 году. Короче говоря, вопрос и о пиве и о мороженном ещё раз подтвердил тезис о том, что человеческие воспоминания, это очень субъективная, а поэтому не надёжная вещь.

* * *

Мы уже прикончили первую, и приступили к распитию второй банки, как вдруг нас отвлёк от этого приятного процесса, раздавшийся со двора крик хозяйки.

В начале я не разобрал, слова которые они кричала ( Сергей и Бирута в этот момент, как раз оживлённо и громко разговаривали друг с другом), поэтому я встал, вышел из за стола и успел сделать несколько шагов к выходу из сада, как со мной едва не столкнулась выбежавшая из за угла дома Татьяна.

– Ой, – встревоженно почти прокричала она,– с Алёшкой плохо!

Алёшкой звали её мужа, которого лично я видел только утром,когда он собирался на работу, и вечером, когда он приходил с работы. Так по крайней мере, было все те дни, что я находился на постое у Татьяны. Сегодня её муж, как видно, пришёл домой на обеденный перерыв.

Увидев её до нельзя встревоженное и побледневшее лицо, я подошёл к ней в плотную, взял за плечи и произнёс, как мог спокойным голосом:

– Так, Татьяна, а теперь медленно и по порядку, что случилось?

– Ой! Пришёл сегодня Алёшка на обед. Я борщ приготовила, на второе…

– Потом, потом. Потом расскажешь, что там было на второе.

– Ну вот. Пообедал он, встал из за стола, хотел выйти во двор покурить, и вдруг пошатнулся, схватился за сердце и на диван сел. Только и сказал, что плохо ему с сердцем.

– Так, ясно. Дома есть какие – ни будь сердечные средства? Валидол, нитроглицерин, или, что – ни будь подобное?

– Да нет, ничего. У нас сердечников отродясь не водилось!– воскликнула Татьяна.

– Ну веди быстрее!

Алексей, с бледным лицом, лежал на диване, держась рукой за левую сторону груди и издавая время от времени глухой стон, судя по стону и его испуганному взгляду прихватило его здорово, а главное совершенно неожиданно.

– Интересно, а был этот припадок, в том, другом 1978 году, в котором я ещё, что называется и в проекте не был? Ведь всё – таки как ни крути, я сейчас нахожусь уже в несколько ином 1978 году. И отличается он, как раз тем, что в нём присутствую я, причём уже взрослый и перешедший сюда из 2013 года. И кто знает, быть может этот припадок у Алексея является не посредственным результатом, моего воздействия на текущую реальность?

Осознав эти мысли, я едва не затряс головой. Нашёл о чём думать в такой момент!

– Так, Татьяна, у тебя телефон есть?– спросил я хозяйку.

– Да, откуда!

Нд-а-а, засада однако! Это вам не 2013 год, в котором мобильными телефонами были оснащены уже практически все, включая ветхих стариков и старух. Здесь в 1978 году известна только одна разновидность телефонного аппарата – стационарная, и ко всему прочему, далеко не каждая дом или квартира оснащены им.

– А, где – ни будь поблизости есть? Ну скажем у соседей?

– У Тимохиных.

– Далеко?

– Через два дома. И у магазина автомат стоит.

– Тогда беги, что есть силы и вызывай Скорую. Поняла? Ну, что ты стоишь?

– Ой, а как же я Лёшку одного то оставлю?

– Беги. Я кому сказал беги! Руки в ноги! Ну! А мы тут с твоим Лёшкой побудем. Не оставим его одного.

Татьяна наконец послушалась меня и выбежала из дома на улицу.

Вид Алексея мне очень не нравился. Лицо его было уже не просто бледным, оно приобретало какой – то зеленоватый оттенок, его покрыли бисеринки пота, шумное дыхание было очень затруднено и даже мне, весьма далёкому от медицины человеку было ясно, что мужа нашей хозяйки сразил весьма серьёзный сердечный приступ.

Оглянувшись вокруг я зацепился взглядом за стоящий рядом с диваном стул. Схватив его за спинку и пододвинув его к дивану, я сел на него, наклонился к Алексею и взял его за руку. Бросив взгляд на растерянные физиономии Бируты и Сергея ( они растерянно переминались с ноги на ногу у входа в комнату), я попытался сосредоточится.

* * *

Так, надо собрать в своей руке сгусток энергии. Вот он собран. А теперь тихо. Тихо. Тонкой струйкой направить его в руку Алексея. Вот так! Вот начало колоть кончики моих пальцев. Кажется стало получатся. Главное не терять концентрации!

– Получается? – услышал я шепот Бируты, но постарался никак не реагировать на него,но после того, как он повторился, я не выдержал и цыкнул на девушку.

Поглядев на лицо Алексея я увидел, что оно заметно порозовело, а его ещё совсем не давно шумное и затруднённое дыхание, стало практически нормальным.

* * *

Когда Татьяна прибежала обратно, по моему мнению, её муж выглядел и чувствовал себя значительно лучше чем до того, как она убежала вызывать скорую помощь. Я не стал маячить перед её глазами и передав супруга ей на попечение, вышел во двор.

– Ты, что и сердечные приступы останавливать умеешь? – спросила меня Бирута.

– А, что это было то? – спросил в свою очередь Серёга.

* * *

Несколько часов я безвылазно просидел в своей комнате, пребывая в нелёгких размышлениях о произошедшем только, что. Нет, я с самого детства умел лечить ушибы, не глубокие раны, снимать головную и зубную боль, но в принципе на этом мои возможности экстрасенса – терапевта и заканчивались. По дошедшим до меня рассказам, мой прадед по материнской линии, которого звали Дмитрий Степанович умел значительно больше, но я его не знал и никогда не видел. Останавливать же сердечные приступы до сего дня мне как – то не доводилось. Но главное заключалось даже не в том, что я обнаружил у себя новую способность. Самое удивительное было то, что когда я подходил к Алексею, я словно уже знал, что и как мне надо делать. И вот это неожиданно проявившееся умение, которое я доселе, никогда не наблюдал у себя, смущало меня больше всего.

В конце концов я решил, что всё это результат моего перехода через темпоральный туннель, случившийся со мной несколько дней назад. Вполне возможно, что во время этого моего перехода из будущего в прошлое, произошло не только усиление, имеющихся у меня, экстрасенсорных способностей, но каким -то образом я научился ими пользоваться. Во всяком случае такая гипотеза показалась мне, наиболее достоверной. Осталось только определить границы моих новых ( а может быть старых) способностей и возможностей.

Пока я лежал и размышлял, в комнату дважды заглядывала Бирута, но увидев, что я пребываю в нелёгких раздумьях, она не говоря мне ни слова, скрывалась обратно. Но когда она заглянула в третий раз, то очевидно не стерпев, предложила мне пойти пообедать куда – ни будь.

Спохватившись и посмотрев на часы, я заметил, что в самом деле время обеда не только пришло, а пожалуй, что и уже ушло, и принял предложение девушки.

Пока мы обедали Бирута смотрела на меня каким -то настороженным взглядом. Видимо случившееся сегодня произвело на неё очень большое впечатление.

* * *

Вечером, подумав я уже было решил, не ходить сегодня на галечный пляж, подумав, что мой главный предлог для прогулок туда исчез. Вряд ли я теперь сумею встретить там Варвару. Подумав, подумав, я решил остаться в комнате, скоротав время за чтением, благо, что мне, как раз вспомнилось о двухтомнике комментариев к «Божественной комедии» Данте, что сунул мне в рюкзак Дядя Володя.

Покопавшись в рюкзаке, я извлёк этот двухтомник на белый свет. Первый том в красной обложке именовался «Право на Ад», автором обеих томов был некто Назаров ( судя по всему достаточно широко известный в определённых кругах человек).

Полистав первый том, я начал, причём даже не с начала, читать его. Сначала я читал из за отсутствия выбора, а затем мало – помалу увлёкся. Увлёкся не смотря на то, что литература подобного рода до сего дня никогда не привлекала меня.

Однако процесс чтения был прерван стуком в дверь. Недовольно поморщивщись я отложил книгу и привстав на кровати крикнул:

– Войдите!