Текст книги ""Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

Соавторы: Олег Ростов,Михаил Беляев,,Виктория Крафт,Влад Радин,Константин Градов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 153 (всего у книги 353 страниц)

Глава 16

– Сейчас!

Клинок описал нисходящий удар, врезаясь в золотой барьер Владыки. В тот же миг поток пламени ударил во Владыку, атаковавшую в ответ. Десятки и сотни сгустков света обратились смертельным градом, метя в отчаянных бойцов.

Хошино метнулась в сторону, вращая клинок. Мимо с ревом пронеслись объятые молниями глыбы гранита, а следом – два размытых пятна. Егор и Руи атаковали одновременно, едва гранитные копья врезались в щит.

Их клинки рубанули по сопернице, девушка метнулась в сторону, готовя новую атаку.

– И это всё? – усмехнулась Владыка.

– Мы только начали, – дерзко ухмыльнулась Аями. – Все вместе!..

Ей даже не надо было смотреть, идут ли остальные в бой. Она буквально ощущала каждого рядом. Громадный меч порхал в руке, рассекая воздух. Удар, еще один по касательной, пробивающий барьер, выпад… отпрянув от зазубренного костяного копья, она уступила место Егору и Руи, подхватившим натиск на Владыку.

Достигшее апофеоза альва-чудовище металось вокруг бойцов, и со стороны казалось, они вальсируют в грозном танце смерти. Молниеносные атаки сменялись блоками, воздух гремел от града копий и воя пламени.

– Егор!.. – Хошино восходящим ударом отбила копье, летевшее в бок парня, и рубанула по Владыке. Струи пламени облизали силуэт девушки. Она отпрянула, заслоняясь стеной энерговспышек. Сжав рукоять, Аями рванулась сквозь неё и занесла меч для удара…

Сквозь горящую ауру прорвалась громада черной материи. Массивный таран смял её как куклу и швырнул назад вместе с Егором.

– Майор!.. – вскрикнула Руи. Девушка метнулась к сопернице, но её буквально отнесло в в сторону вереницей копий. Владыка метнулась в погоню, как её буквально поглотил ревущий протуберанец ярко-алого пламени.

– Я прикрою! – Софья бросилась на выручку друзьям, паря над почерневшим стальным полом в кольце крутящегося пламени.

Разорвав пелену огня, Владыка вылетела ей навстречу. В её руках блеснули парные пистолеты и загрохотали очередью выстрелов. Юркнув в сторону с невообразимой скоростью, Софья сжала кулаки и с криком ударила по сопернице.

На миг облака над Белогорьем вспыхнули алыми отблесками. Столбы чистейшего огня с ревом клубились и хлестали светящуюся фигуру громадными кнутами. Софья вливала в атаку всю свою мощь, разогнанную стимуляторами и чрезвычайной концентрацией альвы. Она уже не замечала, как из ноздри потекла струйка крови, как по рукам и шее потянулись серые полосы зомбификации.

Её соперница, вобравшая мощь двух ядер, пятилась под её напором, едва держа удар. Нужно только вложить еще немножко сил, ударить еще разок!..

– Инферно!..

Сжав зубы, она ударила снова. На миг воздух вспыхнул и расступился под ослепительным, почти белым лучом чистого пламени. Без труда пробив барьер, он поглотил Владыку и взорвался с такой силой, что разметал окружившую их удушливую дымку в клочья.

Столб огня взметнулся к небесам, расцветая гигантским рыжим цветком. От нестерпимого жара Софья закрылась руками, и все равно ощутила, как раскаленный воздух иссушает кожу.

– Нам… удалось? – она развела руки – и чудовищной мощи удар пронзил облака дыма. Барьер со звоном разлетелся, а тело пронзила боль, швырнув её вниз как куклу.

Она ударилась о стальной пол. А следом вокруг неё загрохотали оранжевые молнии.

От полного боли крика зазвенело в ушах. Разряды пронизывали её насквозь, заставляя корчиться и извиваться в агонии.

Сияющий силуэт соперницы показался среди дымных облаков, спускаясь ниже. Она щелкнула пальцами – и молнии утихли, перестав терзать израненную девушку.

– Как смело, и как глупо, – Владыка Пустоты свысока посмотрела на распластавшуюся под ней Софью. Хватая ртом воздух, девушка пыталась подняться, не замечая струек крови, бегущих из носа и ушей.

– Софья! – Егор рванулся к ней на выручку.

Владыка повернула голову – и оранжевые струи энергии ударили из порталов, преграждая путь ему и остальным бойцам.

– Гхх!.. – Руи увернулась, отпрянув. – Брат!..

– Вы рискнули, пойдя против своих же, и это достойно восхищения, – пророкотал голос Владыки. Воздух вокруг неё наполнился треском и гулом разрядов, энергия вокруг неё снова нарастала, подсвечивая воздух. – Но всё кончается. Пора умирать.

Оранжевый свет в её глазах вспыхнул, парящая фигура подняла руку. Над её головой появился громадный портал, вращаясь с бешеной скоростью. Ослепительное пламя альвы зажглось нимбом, готовым извергнуть смертоносный луч энергии, такой же, как еще недавно испепелил армию Империи вместе со склоном горы.

Софья стиснула окровавленные кулачки, не отводя взгляда от Владыки. Всё внутри неё сжалось в ожидании смерти… но Владыка Пустоты внезапно замерла. Её лицо исказилось от боли, а из глотки вырвался сдавленный хрип.

– Кхх!.. – схватившись рукой за голову, она покачнулась. – Чёрт!..

Ребята переглянулись: неистовая атака из порталов прервалась. Грозная соперница попятилась, отмахиваясь рукой, словно перед ней возник морок.

– Убирайся, ты!.. – процедила она, отрывая ладонь от лица.

Аями изумленно замерла: глаза Владыки, бывшие омутами оранжевой энергии, вернули человеческий вид. И этот взгляд она знала, лучше, чем кто-либо другой.

Она видела его раньше, и принадлежал он совсем не Лиливайсс.

Голубое свечение окутало Владыку. С воплем негодования она рванулась из стороны в сторону, изнутри неё ударила волна энергии, заставляя выгнуть спину. В тот же миг яркий ореол энергии окружил её, и на груди проступил переливающийся сгусток света.

Даже сквозь слепящую ауру майор различила большой неровный альва-кристалл, который дрожал и словно пытался разделиться надвое.

Два ядра боролись друг с другом. Ядро Владыки Пустоты и…

– Это Ярослав, – не веря себе, прошептала она и не своим голосом крикнула. – Ярослав всё ещё жив, внутри неё! И он сопротивляется Владыке!..

* * *

Под ногами беззвучно плескалась непроглядно-черная вода. Я оглянулся: портал захлопнулся, оставив меня посреди пустоты, заполненной морем. В зеркальной глади отражались чужие звёзды.

Я уже бывал здесь.

Океан Кванты.

Здесь было непривычно спокойно. Сердце всё ещё колотилось после увиденного боя с Владыкой Инферно, а в носу стоял запах гари. Облизнув пересохшие губы, я огляделся.

И сразу понял, что здесь я не один.

В десятках метров впереди виднелась худенькая фигурка девушки, подвешенной на цепях в пустоте. Она висела в паре метров над водой, раскинув руки. Цепи плотно обвивали её запястья, сомкнутые стопы ног, талию и шею.

Она покачивалась на цепях, окруженная десятками альва-монстров, замерших внизу с задранными головами.

Я усмехнулся, качая головой.

– Ах ну конечно, а чего еще я ожидал, полянку с цветами?..

Эту картину я уже видел раньше, в тот самый день на церемонии инициации цесаревича Романа. Это её голос я слышал, её фигуру видел сквозь дрёму.

– Ну, Лили… – прошептал я, машинально стискивая альва-кристалл Сирин. Он еле теплился, словно энергия в нем угасала каждую минуту. Времени почти не оставалось.

Без промедления я зашагал вперёд. По воде разошлись круги, нарушая идеальную, как зеркало, гладь поверхности океана.

Теперь я понял всё. Лиливайсс… нет, Лилит, сама шагнула в ловушку, купившись на посулы альвы, и добровольно принесла себя в жертву.

Пятнадцатилетняя девчонка, доведённая до отчаяния потерей сестры, преданная своими же и получившая смертельный удар в спину. Скованная цепями альвы на века, – и уже потерявшая надежду освободиться.

Я шел вперёд, ускоряя шаг. Почуяв меня, альва-монстры начали оборачиваться один за другим. Их шкуры засветились оранжевыми прожилками, а в тишине раздалось низкое клокотание их глоток.

– Лили! – крикнул я, переходя на бег. – Не смей сдаваться, слышишь? Я пришёл за тобой!

Лилит подняла голову, и теперь я увидел, как по её щекам стекают золотые ручейки света. Цепи мгновенно отреагировали и, как живые лианы, натянулись сильнее, заставляя её тело болезненно изогнуться.

Она увидела меня – и хрипло вдохнула, не проронив ни слова. Зато монстры дружно повернулись, выстраиваясь полукругом. Их антрацитово-черные тела, похожие на громадных ящеров, неторопливо двинулись вперёд. Ближайший из них, сверкнув алыми глазами, исторг устрашающий рык.

Твари явно не дадут мне до неё добраться. Что ж…

– Ну, никто не обещал, что будет легко, – хмыкнул я и рванулся к ближайшему, занося кулак. Энергия в теле отозвалась незамедлительно, по жилам жидким огнём побежала альва, наполняя меня силой.

– Я освобожу тебя, Лилит, – прикрыв веки, я погрузил руки в раскрывшийся портал, и уже через мгновение в моей руке засиял клинок чистой энергии.

* * *

– Он жив… – повторила Аями, не сводя глаз с Владыки Пустоты, мечущейся в агонии. Озарявшая её аура дрожала, грозясь потухнуть.

Лучшего момента для атаки нельзя было представить.

И по взглядам остальных стало ясно, они тоже это поняли.

– Егор, – бросила она, поднимая меч. – Софья на тебе.

Тот кивнул и рванул к девушке, а они с Руи синхронно бросились вперёд, могучими прыжками забираясь на изогнутые обломки колонн и столбов. Владыка висела точно между ними, в десятке метров над землей.

Первой атаковала Руи. Проскочив молнией между копий, частоколом окружавших Владыку, она рубанула мечом по её дрожащему барьеру. Тот дал трещину, отшвырнув девушку назад. А следом уже меч Хошино обрушил на него свою ярость.

На миг майор увидела лицо Владыки – та пришла в себя, вперив злобный взгляд в женщину.

– Ха-а!.. – проревела Аями, вливая в удар всю ярость. Охваченный огнем двуручный меч пропорол барьер альвы. Рука Владыки пошла вверх в защитном жесте, но было поздно.

Пылающее лезвие полоснуло по груди и животу, увязая в потоках энергии.

Раздался взрыв и вопль, полный боли. Аями неудержимо швырнуло назад и приложило об стальной помост. Она едва успела откатиться, как в стальной пол вонзились два копья. А за ними уже летел целый град смертоносных снарядов.

– Грязные твари, как вы посмели!.. – пророкотала Владыка, воздев руки – и обрушила всю мощь на непокорных людей. Сотни порталов закрыли собой грозовое небо, а в них с Руи полетело всё, что было в арсенале у сошедшей с ума Владыки.

Аями отпрыгнула, бешено вращая меч в защитном жесте. По клинку застучали обломки копий, руки задрожали от бешеного напора струй энергии, растекавшихся по её барьеру. Она со стоном уперлась стопами в пол, и её потащило назад, защита прогибалась, грозя лопнуть.

Где-то рядом закричала Руи, Аями обернулась – и бешеная волна энергии смела её с ног, унося назад как жалкую щепочку.

– Довольно игр!.. – взревела Владыка, поднимаясь в воздух. Из раны на ее груди бил свет, а по боку стекала сияющая энергия. Она сжала поднятый кулак.

Пол под ногами задрожал, наливаясь светом.

– Ребята, бегите!.. – встрепенулась Аями, пытаясь подняться. – Это!..

Её крик потонул в грохоте ударивших в небо потоков энергии. Шторм альвы сдирал стальные плиты и обшивку, скручивал столбы и расшвыривал заклепки как пули. Изувеченные тела превращались в пыль, а альва-барьеры распадались на глазах…

Едва колонны энергии угасли, по Белогорью прокатился низкий надсадный стон. Похоже, громадный комплекс дошел до предела и грозил разрушиться.

Владыка, тяжело выдохнув, посмотрела вниз. Среди дымящихся, раскаленных обломков в клубах пара угадывались четыре тела, лежащие на земле. Они вяло шевелились, каким-то чудом пережив сумасшедший удар.

– Цк… – скривилась она и уже подняла руку, как вдали вспыхнули новые сотни огней на вершинах гор. – Жалкие муравьи, не смейте мешать!

Она воздела руки, и над Белогорьем вспыхнул разрастающийся золотой купол энергии. Он опустился, закрывая весь комплекс непроницаемым щитом. Снаружи в него ударили сотни магических зарядов, но не оставили и следа.

– Т-ты… – Аями медленно поднялась на ноги. Меч в её руках подрагивал, дымясь.

– Вы все умрёте здесь, запертые со мной, – усмехнулась Владыка, глядя на неё. – Вам не уйти.

– Вот и отлично, – выдохнула майор и дерзко улыбнулась. – Значит, ты никуда от нас не сбежишь.

– Хооо, – соперница демонстративно села на невидимый трон, сложив ногу на ногу. – Попробуй для начала спасти хотя бы их.

Она щелкнула пальцами.

Столб энергии обрушился на место, где секунду назад стояла Руи. Даже сквозь рев энергии она слышала её крик, такой, что кровь стыла в жилах.

Едва атака истаяла, как окутанная дымом девушка рухнула на колени и уперлась грудью в рукоять меча.

– Ты!.. Тварь! – Аями рванулась к ней, одним прыжком покрывая десяток метров. Краем глаза она заметила портал – и мощнейший удар копья, едва не выбив меч из её рук, швырнул женщину на груду обломанных стальных столбов.

От боли потемнело в глазах, она закашлялась, чувствуя, как кровь наполняет рот. Руками пошарила по телу – но боевой костюм нигде не был пробит. Доспех Феникса выдержал удар… чего не скажешь о её костях и органах.

– А теперь вы, – Владыка посмотрела на Егора, державшего на руках Софью. На её бледном лице виднелась запекшаяся кровь. – Покончу с вами одним ударом. Ненавижу огонь…

Она щелкнула пальцами. Над ее головой развернулась громадная чернокаменная призма, засияла изнутри – и исторгла ослепительный луч энергии такой мощи, что вспыхнул сам воздух.

Аями застыла в ужасе: поток вонзился в замершие фигурки её учеников. Её ослепило от безумного сияния. Белогорье задрожало, в разные стороны полетели брызги и клочья расплавленной стали.

В груди всё сжалось: сколь же безумной была мощь Лили?.. Что же она за чудовище, если даже сражаясь с ними раненой, продолжает наносить такие удары?

Как её теперь победить? И разве её вообще можно победить?..

Заметив её взгляд, Владыка с усмешкой сжала кулак – и поток энергии иссяк. Земля в месте удара дымилась ядовитыми испарениями от расплавленных островков металла.

– Где же теперь твой пыл, человек? – ухмыльнулась она. – Смотри, во что превратились твои…

Она замолчала на полуслове, на её лице отразилось изумление, перерастая в гнев.

Аями обернулась – и ахнула. Сквозь дымку в месте удара, где было жарче всего, виднелись силуэты двух людей.

Егор стоял над Софьей, закрыв её собой, а над ними рассыпался прахом обгоревший до щебня гранитный щит.

– Мой пыл при мне, тварь, – процедил Егор и, отбросив щит, поднял взгляд. Его глаза наполнялись нарастающим янтарным свечением. – И я заставлю тебя им захлебнуться!

Он сорвался с места как ракета. Его тело покрылось каменной чешуёй, об которую с глухим стуком начали биться спиральные копья. Расшвыряв их осколки, он в несколько прыжков взобрался на обрубленный шпиль и ринулся на владыку.

– Дурак! – она развернула чернокаменную призму, из которой ударил второй луч. Егор с криком поднял новый щит – и луч скользнул по нему, уходя вниз. Белогорье вновь содрогнулось, луч прошел через бронированные плиты как нож сквозь масло.

Отбросив щит, Егор ринулся на Владыку, обрастая новыми слоями каменной кожи. Титан ударом кулака обрушил её барьер, второй удар швырнул опешившую Владыку на землю.

– Ты получишь сполна, тварь! – взревел он и, метнувшись следом, замолотил гранитными глыбами по сопернице.

Новые сотни копий ударили в него, но лишь разлетались с хрустом, откалывая кусочки камня от его чешуи. Поняв свою ошибку, Владыка окружила себя кольцом черных сфер и ударила всей мощью энергетического оружия.

Бешеный поток обрушился на Егора, сдувая с него броню слой за слоем. Каменный титан упорно шел ей навстречу, наращивая броню слой за слоем. Казалось, его упрямство и непреклонность были сильнее любой магии. Преодолев последние метры рывком, он врезал по сопернице могучими кулаками.

– За старосту! – взревел он и ударил снова. – За моего друга, за Яра!..

– Упрямый идиот! – крикнула Владыка, вновь разверзая под ним шторм бушующих молний. Егор замер, вздрогнул в судороге. Владыка отпрыгнула, в её руках блеснули парные пистолеты – и загрохотали шквалом огня.

Аями метнулась на выручку, с ужасом замечая, как пули пронзают титана, выбивая фонтаны гальки.

– Егор!..

– Кхх… – кашлянув, он двинулся с места и поднял руки. – И это всё, тупая ты тварь? Я… даже не почувствовал!..

Сквозь трещины в его панцире ударил свет. С неистовым криком Егор швырнул в неё гранитные копья, заставляя Владыку отпрянуть. Каменные снаряды разлетались об её щит, пронзая его облаком дроби, и жестоко терзая израненное тело.

Взмыв в воздух, Владыка обернулась к гранитному защитнику. Её взгляд скользнул в сторону, глаза сверкнули.

– Так почувствуй! – крикнула она, обрушивая луч чистейшего пламени на лежащую Софью.

Егор метнулся со скоростью, невообразимой для голема. Могучее тело взвилось в прыжке, заслоняя собой девушку.

Луч Владыки ударил в спину голема. В один миг могучее тело брызнуло в стороны фонтанами каменного крошева и обломков.

– Егор!.. – Аями сорвалась с места. Титан рухнул на землю, рассыпаясь и обнажая под грудами камня израненное и окровавленное тело Егора.

– Кирсанов!.. – закашлявшись, Софья подбежала к нему и упала на колени. Дрожащими руками она приподняла его голову, превратившуюся в один сплошной кровоподтёк.

– Черт!.. Гхх!..

Купол, закрывавший Белогорье, медленно таял и рассыпался. Аями обернулась: Владыка Пустоты с шипением вцепилась в голову, борясь с ядром внутри себя.

– Брат! – крикнула Руи, поднимаясь с места. – Я не позволю ей!..

– Руи, давай вместе… – начала она, как юркая тень девушки мелькнула мимо неё.

Она остановилась между ними и, подняв меч, прижала палец к уху.

Девушка закусила губу, помедлив мгновение. И коротко кивнула.

– Связь восстановилась, Ваше Величество, – тихим и упрямым голосом произнесла японка. – Я прошу вас… задействовать протокол.

В наушнике сквозь шелест помех раздался голос, вызвавший у всех ступор.

Голос Императора, даже искаженный альвой, звучал властно и четко.

– Стена. Двадцать один. Непоколебимый. Двуязычие. Амарант.

– Пароль принят, – не своим голосом произнесла Руи.

– Приказываю, – произнёс он, чеканя каждое слово. – Задействуй протокол «Рэйден». Убей Владыку Пустоты.

Тело Руи выгнулось, как натянутый лук – и, окутавшись нестерпимым сиянием, исторгло в небеса столб ослепительного голубого света. Она поднялась в воздух, подхваченная потоками альвы, и поравнялась с Владыкой.

В тишине раздался её звенящий голос.

– Искусственное ядро активировано.

Глава 17

Поместье Кирсановых.

Концентрация альва-частиц 44,8 на миллион.

– Двадцать один, – отчеканил Пётр Кирсанов в альвафон, глядя в окно.

– Двадцать один.

– Непоколебимый.

Голос Императора в трубке повторил за ним. Через треск помех он слышал шум боя из динамиков в зале дворца. Государь вещал по громкой связи, и с каждым его словом в груди нарастал холод.

– Двуязычие.

– Двуязычие, – Император копировал даже его интонацию, но его слова дышали особой силой.

И ей Руи сопротивляться не могла.

Ещё в детстве она прошла психоиндоктринацию и мнемокодирование, чтобы подавить не только проявления скрытой в ней силы, но и любое воспоминание о ней. Память о том, что заперли внутри неё японские учёные, заблокировали, заперев паролем. Ключевые слова знали только он и Император – каждый свою часть. И без помощи Кирсанова снять психопечать было невозможно.

Пётр стиснул трубку побелевшими пальцами. Последнее слово никак не лезло из горла. Оно сушило язык и заставляло неметь губы.

Едва оно прозвучит, пути назад не будет.

Одним словом он решал судьбу Руи Такеда.

Облизнув пересохшие губы, он произнёс.

– Амарант.

– Амарант, – голос государя произнёс его как приговор.

Пётр закрыл глаза, всем существом вслушиваясь в шум из динамика.

– Пароль принят, – послышался тихий и непривычно решительный голос Руи. А за ним – голос Императора, вбивающий каждое слово как гвоздь.

– Приказываю. Задействуй протокол «Рэйден». Убей Владыку Пустоты.

Остального Пётр уже не слышал. Связь, задавленная альва-помехами, моментально пропала. А затем послышался шорох, словно измотанный изнурительным делом человек наконец-то сел отдохнуть.

– Теперь всё в руках девчонки, – глухо произнёс государь. Из его голоса ушла недавняя сталь и бескомпромиссность, осталась только невероятная усталость.

– У неё есть хоть шанс?

Кирсанов-старший сделал над собой усилие, не дав голосу дрогнуть.

– У нас есть шанс, – глухо поправил его собеседник. – И с ней он явно выше, чем без неё. Эта тварь вобрала слишком много силы. Кто-то должен её остановить, если мы не смогли этого сделать. Я видел её в бою, Пётр. Ты прекрасно справился со своей ролью.

– … и теперь жалею об этом, – вздохнул Кирсанов и посмотрел в окно. По периметру огромного особняка ходила охрана с ружьями наготове, а вдали, из-за высокой ограды, виднелись вспышки и отблески костров. О волне бунтов, прокатившихся по стране, он слышал, но сейчас это волновало его меньше всего.

В груди было пусто и холодно. Холод тисками сдавил сердце, не давая сделать полный вдох.

– В чем дело, Кирсанов? – спросил Император, в его голосе снова зазвенел металл. – Я не ослышался, ты жалеешь? Ты ведь сам вызвался добровольцем на проведение операции в Японии, разве забыл?

– Я помню.

– Что-то не похоже. Я слышу сожаление в твоем голосе. Ты сомневаешься в моем решении, Пётр?

Холод в груди превратился в увесистый кусок льда.

– Нет. Разве что в его последствиях. Я должен быть там, с ними.

– Это слова не государственного мужа, а заговорщика, – жестко процедил Император. – Страна на грани катастрофы, а ты мечешься из-за привязанности к девчонке? Так я напомню: ты сам взял на себя роль её опекуна, и с самого начал знал, в чём её задача. Разве ты не получил за это свою долю в производстве альвитина, как и хотел? Поздно сдавать назад! Я сдержал свое слово, Кирсанов. Вот и ты держи своё.

– Там сейчас и мой сын, – сглотнув комок в горле, ответил он. – Я могу лишиться всего, государь.

– Я тоже, – глухо ответили в трубке. – Не только твой ребёнок рискует собой, Пётр. Мы все на волоске.

– Тогда тем более… – начал он, но Император перебил его железным тоном. – Ты нужен мне здесь, Кирсанов, в стратегическом резерве! Я запрещаю тебе помогать армии, брошенной против Владыки! Если я отправлю в бой всех ветеранов, мы останемся с голой спиной, и уверяю, найдется много желающих всадить в неё нож. Мы должны думать о будущем!

Пётр горько усмехнулся.

– Оставайся на месте, твои силы очень скоро понадобятся, – непререкаемым тоном велел государь и положил трубку.

– Если оно вообще настанет, – хмыкнул Кирсанов и обернулся на звук скрипнувшей двери. Жена все это время стояла в коридоре, не решаясь войти.

– Слышала?

Кивнув, она вошла в кабинет, богато уставленный японскими веерами и статуэтками.

– Я знаю тебя достаточно давно, Пётр-сан, – с лёгким акцентом произнесла она, куснув пухлую губу. – И вижу, что ты уже принял решение. Ты упрямый человек и переубедить тебя мне редко удается. И все равно – не ходи туда.

– Если не пойду, я потеряю ребёнка.

– А я потеряю тебя, и даже больше.

Он обвёл взглядом роскошный кабинет и горько усмехнулся.

«Даже больше».

Род Кирсановых и раньше крепко стоял на ногах, но после японского похода деньги потекли рекой. Альвитинные фабрики работали в три смены, и пока Империя отходила от «большой чистки» неугодных княжеских родов во главе с Вайнерами, Кирсановы возвысились.

Его поместье разрослось в роскошный дворец. Деньги потекли рекой, а с ними – и количество желающих заключить контракты, наладить торговые связи и просто позаискивать перед восходящей звездой Империи. Ему стали открыты все дороги.

И содержание юной заложницы, привезённой из Японии вместе с сопровождающей, тогда казалась небольшой платой за комфорт и славу.

О том, что великодушная помощь Японии от русских князей имела такую цену, знали единицы.

– Так дело в комфорте, – горько усмехнулся он. – И всё равно, я иду.

Он решительно направился к бронированному шкафу, где лежало его оружие, как супруга преградила ему дорогу, раскинув руки.

Женщина была ниже его на голову, но в её глазах горело упрямство, с которым даже он не мог справиться.

– С дороги, женщина.

– Не уйду! – возразила она.

– Ты обезумела? – он повысил голос. – Я должен быть там, оба моих ребёнка могут погибнуть!

– Руи – не твоя дочь! – её голос резанул по ушам.

– Но и не твоя, – произнёс Пётр, сдвигая брови. – Уйди в сторону. Может, тебе всё равно, но спасение моих детей – это вопрос чести.

– Вопрос чести? И много в тебе было чести, когда ты приехал к нам, едва заслышал о нашей работе? Это честь толкнула тебя поставить нам ультиматум – помощь твоих войск в обмен на искусственное ядро, вживленное в девчонку? Или честь заставила тебя забрать ребёнка в оплату за защиту людей? Ты просто выкрал её, попутно убив всех, кто тебе мешал! И ты после этого называешь её своей дочерью⁈

От её слов в памяти всплыли нехорошие воспоминания. Огни пожарищ. Тела ученых, усеявшие пол лаборатории. И перепуганная до полусмерти женщина, закрывшая собой капсулу с Руи. Именно тогда он увидел свою будущую жену впервые. Как и тогда, она закрывала руками капсулу с девчонкой, и обжигала его взглядом, полным бессильной ярости.

– Не ты ли согласилась отдать девчонку, если я позволю тебе присматривать за ней? – огрызнулся он. – Не я один измарался в этом, госпожа Такеда. Мы вместе переступили грани человечности. И еще неизвестно, кто увяз в этом дерьме глубже. Это не я вживил в ребёнка кристалл, выращенный из трупов альва-чудовищ!

– Можно подумать, я этого хотела! Правительство велело нам…

– Только не надо валить всё на правительство, – Пётр навис над ней и положил тяжёлые ладони на плечи. – Это твоё исследование привело к созданию ядра. Я не виню тебя. Мы оба делали то, что должны. А уж сколько трупов пришлось перешагнуть, не так важно. Ты сама видела, что случается, если сидеть сложа руки.

Она виновато опустила голову и глухо произнесла.

– Ты прав, и я знаю это, но… не будь того проекта, не создай мы ядро, альва-порыв никогда бы не открылся. Не погибли бы миллионы, а я…

– Ты сделала то, что должна, – повторил он. – И плод твоих трудов сейчас сражается с Владыкой. Если бы ты не сделала с Руи всё это, армии Владыки сейчас вырезали бы миллионы невинных.

– Нельзя избежать большой крови, не пролив малой, – произнесла она, явно цитируя кого-то из прошлого. – И всё же…

– Я все равно сделаю это, Такеда-сан, – тихо произнёс он на японском и, приобняв хрупкую женщину за талию, без труда сдвинул в сторону. Помедлив, он с горечью добавил. – Мне один раз уже пришлось потерять жену с нашим нерождённым ребёнком. Я не могу потерять ещё двоих.

Он открыл шкаф и склонился над полками со снаряжением.

– Пётр… – она посмотрела на его могучую спину и куснула губу.

– Мы с тобой наделали кучу ошибок, – он вытащил из шкафа плотный свёрток с костюмом благородного янтарного цвета, – Я не хочу, чтобы им довелось повторять их. Ты на моей стороне, Юмико?

Сжав кулак, она коротко кивнула.

* * *

– … не только твой ребёнок рискует собой, Пётр. Мы все на волоске.

Роман прижался к приоткрытой двери, вслушиваясь в голос отца. На последних словах он покосился на стоявшего рядом Аластера. Кодекс смотрел на него с легкой улыбкой. И Роман чувствовал – он слышит всё происходящее в комнате.

– Я же говорил, вам стоит остаться во дворце, хозяин, – ухмыльнулся кодекс.

– Но я же здесь… – прошептал он. – Кем еще рискует отец? Что за?..

Его прервали голоса из отцовского кабинета.

– Вот и всё, Сирин, – голос отца сочился бесконечной усталостью. Роман посмотрел в узкую щель: внутри виднелось кресло, где сидел отец. Сирин помогала бинтовать ему руку, с которой на пол стекали капли крови.

– Это ещё не конец, – тихо ответила она.

– Но в ход пошёл последний аргумент, – глухо возразил он. – Я ещё могу приказать Долгорукому нанести удар ядерными ракетами…

– Владыка просто сбежит, – кодекс покачала головой. – Это сработало с Владыкой Грома, но не сработает с ней. Она уже пробудилась и пожрала второе ядро. Мы опоздали, Николай. Остаётся только молиться, чтобы наш сын завершил начатое.

– «Наш»?.. Погоди, но разве кодексы… я – её сын? И что именно я должен завершить?.. – прошептал Роман, прильнув к щели, и взглянул на Аластера. Кодекс, от которого буквально веяло странной силой, лишь улыбался.

Чутьё подсказывало: Сирин говорила не о нём. И от этого в Романе разгорались ревность и нестерпимое, жгучее любопытство.

– Ты даже не знаешь, жив ли он до сих пор, – хмыкнул государь.

– Жив, я чувствую, – кивнула она. – Моё ядро… я отдала ему свой кристалл.

– Ты… что? – Император оживился. – Ты сошла с ума? Твоя сила…

– С ним, – Сирин опустила голову. – Послушай, я чувствую связь с ним, он ещё жив.

– Гхх… – Роман вцепился в полированную облицовку двери. – О ком они говорят, черт возьми? У меня не было братьев, я!..

Он замолчал на полуслове, когда отец заговорил.

– Он сможет нанести удар изнутри? У него хватит сил убить Владыку?

– Убить – вряд ли. Он связан с ней так же тесно, как я – с тобой. Никто не знает, как альва влияет на хозяина порабощенного кодекса, но мы все слышим её зов. С самого первого дня, каждая из нас. От этого голоса не избавиться, он постоянно в голове. Испытывает тебя, нашёптывает, уговаривает.

– Значит, девчонка ему поддалась…

– Нет, – Сирин покачала головой и встала. – Она очень сильная, намного сильнее других кодексов. Альва нашла её слабость – и ударила в самое больное место. Девчонка в плену, и её некому вытащить, кроме хозяина.

Тем временем трансляция поля боя, идущая на громадном панорамном экране во всю стену кабинета, изменилась. Даже сквозь щелку Роман увидел, как на поле боя в небесах вспыхнул голубым светом столб энергии, ударивший в облака. Огненные всполохи осветили покосившуюся, израненную тушу Белогорья.

Город в облаках медленно кренился, его двигатели работали на износ, озаряя нижнюю часть комплекса вереницами голубых всполохов. Верный признак реакторов, пошедших вразнос. В облаках дыма махина медленно поползла вверх. На землю градом полетели куски обшивки и обломки.

– Времени мало, – вздохнул государь и с болезненным стоном поднялся с кресла. – Мы использовали все козыри, Сирин. Наша армия понесла ужасающие потери, так и не нанеся ей значительного вреда. Если даже Рэйден не сможет одолеть Владыку, нам с тобой придётся закончить всё самим.

Кодекс обернулась к нему, прижав к груди ладонь. И от её взгляда у Романа в груди всё свело: впервые на бесстрастном лице кодекса он видел тревогу. То, что он назвал бы «материнским инстинктом».

– Николай, подожди еще немного.

– Мы и так ждали слишком долго. Ты понимаешь, что происходит? Даже императорские кодексы не справились. Мы впервые столкнулись с угрозой мирового масштаба. Нам некуда отступать, Сирин. С твоей силой или без неё, я вернусь туда…

Он со стоном схватился за бок, бинты начали быстро темнеть от крови.