Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

– Меня больше интересует, как вели себя Измененные.

– У меня хорошие вести. Для нас всех. Я достал кровь Уолта Ракуры, о чем он и не подозревает. И я могу с уверенностью сказать, что он тот, кто нам нужен.

– Значит, Маах-Ти был прав? Нам требовались неинициированные маги крови?

– Отрицающие себя, скрывающие истинное содержание за фальшивой формой. Похожие на нас. Непохожие на нас. Да – они были нам нужны. Но прошлое – тлен. Они были нам нужны, но теперь они нам не нужны. Теперь они у нас есть.

– Он, Найяр. Только один.

– Один – это мало. С одним драться невесело. Нужно много!

– Нет, О’Кван. Я с трудом нашел Уолта Ракуру, и я не знаю, сколько времени понадобится, чтобы найти хоть еще одного. Вспомни знамения, что я показывал, О’Кван. Мы больше не можем ждать. Я многое сделал за прошедшие два года, и я могу с уверенностью сказать, что все готово к нашему возвращению.

– Стало быть, время пришло?

– Да, Рианат. Пора погрузить Равалон в безумие.

Малунов Николай
Проект "ЗАРАЖЕНИЕ": ДОЖДЬ
Глава 1

10:00

Двенадцать часов до катастрофы

Молодой школьный охранник сегодня не скучал. Нет, конечно, он и в обычные дни не просиживал свои штаны на кресле поста охраны, а доблестно нес свою вахту, но сегодня был особый день. Выпускной. Школа наполнилась людьми, и приглядывать за порядком стало намного сложнее. Николай в оба глаза следил за мониторами, дабы пресекать различные инцЕНденты, как высказался вчера, вызвавший его в свой кабинет, директор школы.

– Завтра особый день, – начал невысокий, полноватый, с лысиной на затылке директор школы Альберт Алексеевич, за глаза называемый учениками, и не только ими, Бульдог Алексеевич – за обвисшие щеки, вечные мешки под глазами навыкате, как у жабы. – Нам не нужны никакие инцЕНденты. Вы понимаете, Николай Александрович? – почему-то слово «инцидент» было самым любимым в лексиконе Альберта Алексеевича, которое он старался вставлять везде, где только мог, по поводу и без, при этом постоянно произнося его неправильно. – Завтра выпускной! – продолжал он, расхаживая по кабинету. – Следите, чтобы ученики не пили! Чтобы не курили! Чтобы никто не подрался!..

Охранник вздохнул.

– Альберт Алексеевич, я у вас тут год работаю, все нормально будет. Камеры работают, к тому же из полиции наряд дежурит и ДНД-шники постоянно по школе ходят, следят. Нормально все будет!

– Нормально? – взорвался директор, но тут же успокоился. Достал платок и протер неистово потеющий лоб. – В прошлый раз мне тоже говорили, что все нормально будет! А в итоге что? Девочки в туалете подрались!.. Из-за мальчика подрались! Да так, что потом одну из них пришлось в больницу отправить. Позор на всю страну! – Альберт Алексеевич всплеснул руками и встал напротив Николая. – В этом году такого не должно повториться! Вы слышите? Не должно повториться!

Парень вновь устало выдохнул, покачал головой.

– Мне что, в туалете женском камеру повесить? Или под дверями стоять слушать, чем там они занимаются? – охранник усмехнулся. – Девочку кстати в больничку не из-за драки положили, а из-за того, что ее рвало дальше, чем она видела от перепития... – Николай посмотрел в окно. – Мы уже по всем магазинам ближайшим с полицией прошлись, предупредили, чтобы не продавали сегодня алкоголь, но вы же сами понимаете, не здесь, так где подальше купят. Это ж выпускной, и это уже почти не дети. Тут родителей полшколы будет, они, кстати, частенько сами и приносят алкоголь…

– Так, а вы на что тут поставлены?.. – перебил Бульдог Альбертович. – Вы тут на что? А?! Следите, чтобы не пронесли! Я еще раз повторяю! Завтра у нас не должно быть никаких инцЕНдентов! Иначе уволю, как вашего предшественника! – директор школы покраснел, стал дышать еще чаще, от чего потом покрылся уже не только лоб, но и все видимые части тела, выглядывающие из-под мешковатого мышино-серого пиджака. – Все, Николай, идите, – пробубнил он, наливая себе воды в стакан. – Идите, и не подведите меня!

Охранник вышел, зло выдохнув сквозь зубы.

– Легко, мать твою, сказать следите, – пробурчал он, спускаясь по широкой лестнице на первый этаж школы, чтобы занять свое место на посту охранника. – Это ж подростки… Где там за ними уследишь!?

* * *

Наступил новый день, и вот сегодня, в день выпускного, Николай изо всех сил следил за тем, чтобы в школе не произошло ни одного "инцЕНдента".

Дети и их родители стали появляться в школе с самого утра. Наряженные, намарафеченные, они стягивались в помещение актового зала. Платья и костюмы на плечиках были заботливо обернуты пакетами, чтобы уберечь красоту от моросящего еще с ночи мелкого противного дождя. Вообще погода сегодня подвела. Метеорологи с военной базы в горах предупредили, что к вечеру возможна мощная гроза, а весь день будет дуть довольно сильный ветер и лить дождь. Потому пришлось переносить все мероприятие под крышу, отказавшись от проведения праздника на улице. Сей факт не особо огорчил детей и родителей. Ну а что?.. В школе совсем новый ремонт, актовый зал большой, обустроен по последнему слову техники. Тут тебе и отличная система колонок, и большой экран с дорогущим проектором, и освещение, и удобные сидения для гостей, которые легко сдвигались к стенам, и актовый зал быстро превращался в уютную столовую.

Вообще вся школа еще не так давно, как говорится, доживала последние дни. Дырявые окна, холодные классы, оборудование кабинетов из прошлого века… А сейчас: все новенькое, красивенькое… И все благодаря новой военной части, которую построили недалеко в горах, куда через тайгу вела отлично асфальтированная дорога. Непонятно почему, но после того, как кто-то из верховного командования выбрал именно это место, в городок потекли деньги. Никто точно не знал, чем там занимаются военные, но это "что-то" было связано с войсками химиков и дозиметристов. Повышенная секретность объекта поначалу напрягала местных жителей, но после того, как город стал преображаться, когда отремонтировали школу и детские сады, когда открылся современный кинотеатр и появились прочие блага цивилизации, о которых жители далекого сибирского городка, расположенного в таежной глуши, и не мечтали, вопросы уже никто не задавал. Немалое значение в строительстве воинской части в этом месте имело то, что неподалеку от городка находилась небольшая гидроэлектростанция, питавшая и сам городок, и села с более крупными городами ниже по течению. Рельеф гор в этом районе сложился так, что они создавали довольно большое, но не очень глубокое озеро, что в свою очередь сыграло роль водохранилища. По сути, городок являлся рабочим. Здесь семь человек из десяти работали на ГЭС или были заняты деятельностью, связанной с ней.

– Николай Александрович, – прервал задумчивое состояние охранника голос директора школы. Тот уже с самого утра носился по всей школе, создавая лишнюю сумятицу и кучу ненужных дел для всех, кого только встречал на своем пути. – Что у нас с камерой на стадионе, вы ее заменили?

Охранник сделал удивленные глаза, оторвавшись от мониторов наблюдения.

– В смысле!? – переспросил он. – А я-то с чего ее должен менять? Техникам позвонил... еще вчера должны были привезти новую, но никого не было.

– Позвоните им еще раз, пусть срочно меняют! Там пацаны за туалет курить бегают, кажется, а у нас там камера не работает! Не дай Бог инцЕНдент какой-то случится! Срочно звоните им, сроч-но!..

Парень грустно выдохнул, глядя в спину удаляющемуся директору. Камера, смотрящая в сторону стадиона, захватывающая заднюю часть уличного туалета, где на переменках собирались мальчишки и девчонки, чтобы покурить, барахлила всё то время, что он тут работал. Техник, взъерошенный мужичонка с бегающими крысиными глазками и в состоянии вечного недосыпа, не раз приезжал, что-то ковырял в ней, и после этого камера работала несколько дней, а потом снова происходил сбой. Николай догадывался о причине постоянных поломок камеры. Еще бы! Какая камера выдержит чуть ли не ежедневные побои палками и камнями от все тех же подростков, которые считают, что они самые умные и вообще, эти камеры – вмешательство в их личную жизнь?! Пару раз он ловил особо хулиганистых пацанов и проводил с ними разъяснительную работу.

Школьного охранника дети по большей своей части уважали. Он закрывал глаза на их мелкие шалости, если те не вели к серьезным последствиям, и всегда каким-то звериным чутьем угадывая место и время, где разгорался нехороший конфликт, оказывался там, где нужно, разнимая драчунов, а зачастую и вовсе пресекая "инцЕНдент", как говорил директор, на корню.

* * *

12:00

Десять часов до катастрофы

Небо над городом по-прежнему было затянуто тучами. Но к серому, свинцовому цвету уже добавились более темные, практически черные, мазки. Дело шло к грозе. Ветер налетал порывами, трепал флаги, шарики и ленточки, которыми был украшен фасад здания.

Праздник начался час назад, но только сейчас вошел в свою полную силу. Народ стал помаленьку расслабляться, начинал веселиться и радоваться. По школе неслась музыка, вперемешку с поздравлениями от учителей, учеников и их родителей.

Николай шагал по коридору, проверяя кабинеты. Почти все они были заперты по распоряжению Бульдога Альбертовича во избежание… "инцЕНдента", чтобы дети не могли в них укрыться или запереться... Оставили открытыми только основные кабинеты, где находилась одежда родителей и различные необходимые для праздника вещи.

Берцы глухо стучали по паркету. Из-за тучи над городом в коридорах было сумрачно. Охранник направлялся в дальнее крыло школы, где обычно занимались младшие классы. Это была совсем новая часть здания, выстроенная буквально в прошлом году, в то время как старую часть школы просто намарафетили, особо не заботясь о ремонте дряхлых стен и потолочных перекрытий.

Подходя к двери, отгораживающей старшую школу от младшей, он услышал какие-то звуки, доносящиеся из-за нее. Похоже было, что кто-то случайно двинул тяжелую мебель, вроде школьной парты в одном из кабинетов. Шаг мгновенно изменился на тихий, крадущийся. Несмотря на сломанное когда-то давно колено и слегка прихрамывающую походку, охранник, бывший военный, шустро и неслышно открыв дверь, проскользнул в широкий коридор. Кабинеты располагались с левой стороны, так, чтобы окна выходили на солнечную сторону. Дверь в один из классов была приоткрыта. Из-за нее снова раздался невнятный звук и приглушенный голос, похожий на стон. Быстро приблизившись к двери, охранник резко дернул ее за ручку и решительно вошел в класс, набрав в грудь воздуха, чтобы рявкнуть на учеников, которые там что-то удумали, своим фирменным полурыком.

Войдя, он так и замер с полной грудью воздуха с перекошенным, страшным лицом. На звук открываемой двери на вошедшего уставилась пара испуганных, чудесных зеленых глаз молодой учительницы, усердно растирающей прижатую школьным стулом ногу.

– Ох, – выдохнула она, выпрямляясь, прижимая руки к груди. – Вы меня напугали!..

– Иииии-из-вини-те, – прошипел Николай, выпуская воздух. – Я думал, это дети тут балуются, непотребства творят…

– Ага, – улыбнулась девушка, – творят инцЕНдент!..

– Да-да, его, – с такой же улыбкой ответил парень. – Что вы здесь делаете? Почему вы не в зале?

– Да вот, – обвела учительница рукой класс, – привожу кабинет в порядок перед каникулами. Нужно столы и стулья сдвинуть, чтобы дети на отработке могли тут полы покрасить и побелить стены с потолком.

– Давайте, я вам помогу, – предложил охранник, подхватывая сразу два оказавшихся на удивление тяжелыми стула. Не подав вида, он играючи пронес их между сдвинутыми к школьной доске партами и составил на самый дальний стол. – Тяжелые, что ж вы одна-то их таскаете? Неужели никого нет помочь?

– Так все на празднике, а Бульдог... – разведя руками, осеклась девушка. – Альберт Алексеевич сказал, чтобы сегодня все было уже готово! Якобы прямо чуть ли не завтра тут ремонт начнется.

Парень улыбнулся на моменте, когда Алиса Евгеньевна осеклась.

– Да, Бульдог Альбертович постоянно так. Лишь бы заставить скорее-скорее всех работать…

Девушка вновь улыбнулась и кивнула. Ее длинные, чуть вьющиеся локоны дрогнули. Учительницу звали Алиса Евгеньевна, она была под стать своему имени: невысокого роста, с милыми, мягкими, практически детскими чертами лица и обладала приятным, музыкально-певучим, высоким голосом. Девушка с таким именем не могла выглядеть иначе, по мнению парня. Так же, как, к примеру, обладательница имени Зинаида сразу рождалась в телогрейке, валенках и непременно пуховом платке, причем ее возраст сразу начинался где-то с пятого или шестого десятка лет, а отчество было при этом обязательно Михайловна или Семеновна. Вместе они быстро составили все стулья на столы, освободив большую часть кабинета.

– Чем планируете заниматься в отпуске? – поинтересовался Николай, беря очередную пару стульев.

– Пока не решила, – устало ответила учительница, и присела на край стола. Убрала непослушный локон от лица, выдохнула. – Думаю съездить куда-нибудь... может на Урал, может на Алтай.

– Алтай? Странный выбор, – удивился парень, вытирая пот со лба и примеряясь, как бы половчее сдвинуть тяжеленный шкаф еще на пару метров вглубь комнаты.

– Ну да, я люблю походы, горы, тайгу, по речкам сплавляться. На Алтае по Катуни хочется прокатиться или на Белуху подняться.

– Интересное увлечение, никогда бы не подумал, что такая хрупкая девушка увлекается таким делом.

– Ну, да, мне это многие говорят! – Алиса улыбнулась.

– Николай, вы где?! – прервал их милую беседу шипящий голос из коробочки радиостанции на плече охранника. Голос был раздраженным, принадлежащим не кому иному, как Бульдогу Альбертовичу.

Охранник перекосился, словно его ударили кувалдой по спине и при этом заставили съесть тонну лимонов. Закатив глаза к потолку, он одними губами демонстративно проговорил нецензурное слово, от которого Алиса прыснула в кулак.

– Совершаю обход территории во избежание неприятных инцЕНдентов, – демонстративно проговорил он в рацию, сделав акцент на последнее слово, а конкретнее на букву «Н» и улыбнулся.

– Срочно возвращайтесь на пульт, у нас тут народ шарится непонятный, а вас нет на месте!

Парень выдохнул, снова скорчил лицо в гримасе мирового недовольства. Напрягся, уперся плечом в шкаф, и, казалось бы, легко сдвинул его с места, в один прием. Учительница кокетливо улыбнулась.

– Быстро ты, – укоризненно проговорила она. – Наверное, сразу так мог?

Николай шутливо пожал плечами.

– Голос нашего любимого отца и директора вселяет в меня силу! – с нотками наигранного благочестия, шутливо подняв палец к потолку, произнес Николай. Он по-молодецки поиграл мускулами, согнув руки. – Ну, побегу, – извинился он. – А то там явно что-то планетарного масштаба случилось. Инопланетяне наверное шарятся целыми колоннами.

Девушка кивнула, снова мило улыбнулась, и Николай, улыбаясь, бодро зашагал обратно по коридору.

* * *

13:00

Девять часов до катастрофы

Крик, а скорее рев Альберта Алексеевича, Николай услышал сразу, как только вышел через дверь, что вела из младшей школы в старшую. Рев доносился из кабинета директора. Охранник ускорил шаг, сделал его тяжелее, так чтобы издали было слышно его приближение, и местный «барин» слышал, что «холопы» его не за просто так кашу из полбы едят. Подойдя к кабинету, он решительно открытой ладонью толкнул дверь и вошел.

– Ты что, засра… – осекся директор, как только открылась, – ... делаешь! – продолжил он, разглядев вошедшего.

– Что происходит? – с ходу поинтересовался вошедший, не останавливаясь, проходя мимо замершего на мгновение директора и отчитываемого им ученика, плечом попутно отодвинув стоявшего за спиной директора завуча – такого же невысокого мужчину с крысиным выражением лица и в круглых очках, за которыми прятались ехидные, поросячьи глазки.

– А вы где ходите?! – почти по-женски взвизгнул директор. – Тут такое!.. Тут такооое!..

– Какое? – спокойным голосом спросил охранник, оценивая обстановку.

Перед покрасневшим от натуги директором стоял один из хорошо знакомых Николаю персонажей – Лёха. Пожалуй, самая главная заноза в школе. Местный заводила и бунтарь. Почти ни один "инцЕНдент" в школе не обходился без его участия. С младших классов за ним наблюдалась тяга к мелкому хулиганству: то учительницу в туалете запрет, то тревогу пожарную включит, то стекло мячом разобьет...

– Да вы посмотрите! – снова взвизгнул директор, тыча чуть ли не в самый нос охраннику зажатой в кулак пачкой презервативов. – Это что такое?! Что это такое, я спрашиваю!!! – вновь закричал директор на ученика. – Что ты удумал? У меня в школе!.. У меня в школе!..

Николай отстранился от изрыгающего крики невысокого, лысоватого существа, хмуро перевел взгляд на пацана. Тот смотрел с вызовом, но под тяжелым взглядом охранника сник, опустив голову.

Леху Николай знал с первого дня своей работы здесь. Тогда пацан попытался утянуть со стола охранника широкий пояс, на котором висели ключи, рация и прочие полагающиеся охраннику атрибуты, включая перцовый баллончик и шокер пистолетного типа. Для чего в школе нужен баллончик и шокер, возмущались родители, ведь это дети! "Вы что, будете их бить током и брызгать в глаза этой дрянью?!""Да мы на вас жаловаться будем", – кричали особо активные... Но все изменилось после того, как однажды в школе появились какие-то проезжающие через городок отморозки, вздумавшие попить пива прямо на заднем дворе школы, в саду. В тот момент там работали дети. Трое парней сочли отличной идеей развалиться в тени школьных яблонь и заставить детей сходить им за этим самым пивом, под предлогом, что они не местные и не знают, где тут магазины. Те, недолго думая, пошли к школьному охраннику, который уже и так к тому времени шел к саду, увидев все происходящее в камеры наблюдения.

В тот раз охранник разобрался с заезжими, даже не применяя спецсредств. Быстро и жестко. Тогда директор, подняв личное дело своего работника, выяснил несколько интересных деталей. Оказалось, что под видом простого школьного охранника в их школе работает настоящий кадровый военный, причем в прошлом повоевавший в нескольких горячих точках, но из-за травмы ноги вынужденный подать в отставку. В свои 30 с копейками лет он имел несколько правительственных наград, о которых никому никогда не рассказывал. В дальнейшем еще не раз Николай доказывал, что не просто так просиживает штаны и протирает кресло.

С тех пор, как Альберт Алексеевич узнал о прошлом своего подчиненного, он стал побаиваться этого молчаливого парня с тяжелым взглядом.

Николай небрежно отвел руку директора. Снова хмуро посмотрел на парня. Ни слова не говоря, взял парня за шкирку и также молча вывел его из кабинета.

– Это что? – тихо спросил он, прикрыв за собой дверь.

– Да так, – промямлил парень. – Мало ли…

– А ну назад! – раздался изумленный восклик после того, как с директора и его зама спало офигение.

Дверь дернулась, открываясь, но Николай дернул ручку на себя, снова ее закрывая.

– В каком смысле «мало ли»? – хмуро спросил охранник и вновь пресек попытку открытия двери.

– Ну-у-у-у... Там пацаны, короче... Они в общем с девками там мутят, – начал Леха. – Ну-у-у-у, типа есть поверие, что после школы надо обязательно… – дверь снова дрогнула, охранник притянул ее, взявшись за ручку.

– Так!.. – пробасил он, нависая над парнем. – Леха! Давайте-ка без этого... Вы сейчас дел наделаете, а у Бульдога сердце разорвется. Вот оно нужно, чтобы на тебе это висело тяжким грузом? Чтобы его призрак к тебе приходил и ныл: Леееееха-Леееееха!? – Леха потупился, но слегка улыбнулся, скидывая напряжение. – Поговори со своими, чтобы хотя бы не в школе… Вы уже почти взрослые, сами там решайте, кто с кем, что и как. Но повторяю! Не. На. Территории. Школы! И не сегодня! Езжайте закат встречать и чё хотите там делайте. Пусть за вас родители отвечают. Я если тут застану, – мужчина показал парню здоровенный кулак. – То кое-что кое-кому оторву. Усек? – Леха вскинулся.

– Да мы то …

– Усек? – прервал его охранник.

– Да, – понуро сказал парень. – Но мы и так думали после школы на берег поехать! Там Саня с девчонками уже ждать будут... Машины там, костер, палатки, все дела…

– Хорошо! – перебил Николай, отпуская ручку двери кабинета директора, в которую уже не просто стучали, а колотили изо всех сил. – Вы только мозгами думайте. Вам тут еще жить, общаться всем. Родителям в глаза друг другу смотреть, да и мало ли потом… девчонки протрезвеют, и мамы их на вас заявы накатают…

– Да мы не!.. – снова вскинулся парень, но осекся, когда дверь открылась и в коридоре показалась покрасневшая, потная лысина директора школы.

– Ты меня понял?!. – наигранно резко спросил охранник.

– Да, – поддержал игру Леха. – Мы все поняли, дядь Коль, ща пацанам скажу, что отбой!.. – юноша двинулся к лестнице.

– Куда?! – вскинулся Альберт Алексеевич, намереваясь остановить нарушителя, но дорогу ему перекрыл Николай.

Широко улыбаясь, он двинулся на директора, попятившегося и наткнувшегося спиной на своего зама, который тут же отпрыгнул вглубь кабинета.

– ИнцЕНдент исчерпан, – все с той же улыбкой произнес охранник. – Вы, Альберт Алексеевич, такой молодец! Как вы смогли разглядеть у него эти… Эти «штучки»?! – напустив на себя завистливости, произнес парень.

При этих словах директор непроизвольно выгнул грудь колесом, нервно пригладил растрепанные остатки волос и слегка надменно, прямо таки картинно произнес:

– От меня такое не скрыть! Я носом чую такие дела за километр!..

– Но ведь это я... – начал, было, завуч, но директор цыкнул на него, отмахнулся, и продолжил.

– А это, между прочим, ваша работа! Еще раз такое упустите – будете оштрафованы на месячное жалование! Я еще раз повторяю, нам нельзя допускать подобных инцеНдентов сегодня!

– Да вы просто профессионал! – наигранно-удивленно проговорил охранник, недобро стрельнув глазами в завуча, от чего тот съежился, а губы его дернулись в презрении.

* * *

19:00

Три часа до катастрофы

Первая вспышка молнии озарила небо где-то за горой, на западе от города. Через несколько секунд донесся глухой рокот грома. Николай стоял на ступенях школы под большим навесом, с края которого срывался сплошной поток воды непрекращающегося дождя. Перед крыльцом образовалась огромная лужа, заняв все доступное ей место отсюда и до ворот – до самого входа на территорию школы. Тяжелые ливневые капли создавали пузыри на ее поверхности, барабанили по жести наличников на окнах, шуршали в кронах деревьев. Небо совсем почернело от туч.

– О! – произнес курящий рядом чей-то родитель. – Сверкнуло!

– Ага, – флегматично отозвался второй. – Эх, как зарядило, до утра теперь видимо... а у меня там, наверное, тоже лужа теперь перед домом... Каждый раз, как дождь идет, вся грязь ко мне течет, хоть откачивай. Я уже сколько раз говорил коммунальщикам нашим: отсыпать надо гравием! Так ведь ничего не делают...

– Да-а-а-а! – произнес первый, затянувшись. – Часов на шесть зарядил, – добавил он с видом "знатока-дождеолога".

Вновь сверкнуло и громыхнуло. Заметно ближе. Уже где-то в городе. Докурив, первый родитель щелчком отправил окурок в лужу, где тот, зашипев, быстро погас и остался раскачиваться на мелкой ряби, создаваемой каплями дождя.

– Ого! – воскликнул второй мужчина. – Смотри, как у вояк сверкает!

Все три пары глаз устремились в сторону, где, скрытая от взгляда жителей горой и тайгой, должна была находиться воинская часть. Там, и правда, что-то происходило. Саму часть видно не было, но зато, в сгустившихся из-за туч сумерках, прекрасно были видны всполохи света, отбрасываемые на скалу и лес вокруг.

– Ага-а-а, – протянул первый. – Подстанция поди искрит… Ливень-то вон какой! У меня дома тоже... как только дождь посильнее, то внизу по улице трансформатор искрит, как ненормальный! Сколько раз говорил электрикам: надо навес сделать или поднять повыше! Так не-е-е-ет! Ничего не делают!

Тем временем вспышки пропали. И через какое-то время снова начались. Было похоже на то, словно кто-то варит там что-то огромным сварочным аппаратом.

Померцав еще немного, вспышки вновь пропали. Опять блеснуло. Но уже в небе, где-то в том районе, и почти сразу же по земле прокатился настолько оглушающий раскат грома, что в школе зазвенели окна, а по ушам дало с такой силой, что один из мужчин аж присел от неожиданности. На секунду показалось, что даже земля слегка вздрогнула, такой силы был грохот.

– Хрена себе! – выругался кто-то из родителей, выглянув из-за двери на улицу.

– Ага! – с детской радостью проговорил "знаток-дождеолог". – Рядом где-то…

После этого мужчины спешно засобирались и вернулись в школу.

Николай еще несколько секунд постоял на улице, вдыхая холодный, влажный воздух, и тоже отправился в школу, нести вахту, дабы пресекать все возможные неприятные инцЕНденты.

***

22:00

Час катастрофы

Небо над городом почти беспрестанно разрывалось кривыми когтями молний. Громыхало практически безостановочно, то накатывая откуда-то слева тугой волной, то раздирая простыню неба прямо над головой, то приходя отраженным эхом справа.

– Ого-о-о! – восторженно-удивленно произнесла женщина, вышедшая на крыльцо.

Действительно, было чему удивляться! Огромное озеро перегородило выход из школы. Вода дошла аж до самого крыльца, чего никогда не было, и уже затопила первую ступеньку. Николай с несколькими мужчинами уже давно топтались на крыльце, обсуждая произошедшее.

– Ливневка не справляется? – предположил один мужчина.

– Да нет, вон видно пузыри, – указал Николай на поднимающиеся пузыри в углах площадки, почесав затылок в недоумении. – Воды слишком много, – добавил он. – Никогда столько не было! Странно это...

– Да, – поддержал еще один родитель. – Тут сантиметров десять, а то и пятнадцать уже… и смотрите, она не заканчивается!

Очередной отблеск молнии высветил просто бесконечный поток воды, текущей по дороге откуда-то сверху улицы куда-то вниз.

– Хрена себе, – проговорил кто-то еще ошеломленным голосом, выглянув из коридора школы.

– Как домой-то теперь ехать? – спросила женщина, подойдя к мужу.

– Хрен его знает! – резко выдохнул он облако дыма и щелчком отправил окурок в лужу, который тут же подхватило течение и понесло куда-то к воротам. – Дома-то наверное вообще потоп! – добавил он нервно. – Собирайся, забирай Катьку и поехали!

– Но как?.. Там вон лужа какая! А у меня... – она указала на свое платье и красивые белоснежные праздничные туфли на высоких каблуках. – Вот!... – развела она руками.

Мужчина зло сплюнул и стал стаскивать обувь, а затем носки, закатывать штанины брюк.

– Погоди, – прервал его охранник. – Может тут переждем? Явно что-то не то творится, смотри, какой поток по улице несется...

– Да какое там?! – вскинулся мужчина. – У меня там дома совсем наверное все затопило! Охренеть! Вот жжешь!..

Мужчина сделал первый шаг из под навеса. Поднял над головой пиджак. Очередной раскат грома дал по ушам. Вышедший поскользнулся и чуть было не упал, но был вовремя подхвачен кем-то рядом стоящим.

– Я бы советовал остаться в школе… – громче произнес школьный охранник, видя, как с угрюмыми лицами остальные мужчины начинают разуваться.

– Может с ГЭС что-то?.. – робко спросил кто-то из толпы.

В воздухе повисло нехорошее напряжение. Секунда, другая. Вспышка молнии вновь осветила территорию школы. Над землей прокатился раскат грома. Люди на крыльце заволновались, зашушукались, напряжение стало более заметным. Действительно, простой дождь ну никак не мог наделать стольких бед. Воды было слишком много. Она уже неслась грязным ручьем прямо по дороге, неся с собой обломки каких-то веток, тряпок и мусора. Поток едва доходил до щиколотки, но за все время, что люди здесь жили, подобного еще никогда не происходило.

– Это не ГЭС! – громко и твердо сказал Николай, выступая чуть вперед. – Если бы что-то случилось со станцией, мы бы услышали сирены и ее бы сразу заглушили! Объявили бы эвакуацию! Где-то, наверное, речка из берегов вышла, промыла канаву, и теперь вода течет сюда!..

После этих слов народ чуть подуспокоился. Ведь и вправду, они, почти каждый тут присутствовавший, работали на станции и отлично знали, как устроена плотина, ГЭС, что нужно делать в случае ее прорыва, а также признаки нарушения работы на ней.

– Я все равно иду! – заявил мужчина, который разулся первым. – У меня там куры, собака и подполье!..

Он шагнул под струи дождя и быстро, но аккуратно, пошел к своей машине, на ходу доставая брелок от авто. За ним потянулись и другие.

– Стойте, – начал охранник, видя замешательство женщин и подростков, столпившихся на крыльце. – Я открою ворота, чтобы можно было машины подогнать прямо к ступенькам!.. Только дождевик возьму…

Он протиснулся сквозь толпу людей и отправился к своему пульту, доставая из подсумка на поясе ключ от ворот. Тут же хлопнул себя по лбу. Совсем недавно, буквально вчера, установили механизм, который мог открывать главные ворота для въезда автомобилей прямо с пульта. Это позволяло не бегать каждый раз и открывать их вручную, когда приезжает машина с продуктами или учителя, приезжавшие на своих авто, не хотели оставлять их за территорией школы, а ставили под камерами прямо на специальной площадке, рассчитанной на восемь машин. Там и сейчас стояло несколько авто еще не разъехавшихся домой учителей, это парень увидел в монитор, сев за свой пульт, нажав нужную кнопку – запустил механизм. Ворота вздрогнули и стали открываться. По щелчку другой кнопки над карнизом школы загорелся мощный фонарь, осветивший всю территорию перед крыльцом.

Первая машина въехала на территорию и подкатилась к ступенькам боком, загнав несколько крупных волн на крыльцо. «Слишком много воды», – отметил для себя Николай. По его прикидкам, воды уже сантиметров двадцать. Одна за одной, машины покидали школу, увозя промокших до нитки пассажиров.

– Нужно позвонить в МЧС, – задумчиво сказал Альберт Алексеевич, наблюдая за тем, как последний автомобиль покинувших школу гостей направляется вверх по дороге, против течения воды.

Огромный "паркетник", выглядящий как джип, на самом деле являющийся пародией на него, толкал перед собой упругую волну, еле-еле двигаясь вперед, скользя лысыми покрышками по асфальту.

Директор взял трубку телефона на посту охраны, косясь на творящееся снаружи. Ткнул, почти не глядя, нужные кнопки, дожидаясь ответа на звонок. В этот момент произошло несколько вещей одновременно. Мониторы не передавали звук с камер, а транслировали только картинку, поэтому Альберт Алексеевич сперва услышал удивленный возглас людей с крыльца, которые решили остаться на сегодня в школе, а затем услышал рев автомобильного гудка, непонятный грохот и шорох. На экране поста охраны он увидел, как резкий встречный поток, пришедший из ниоткуда, ударил в капот машины, перелившись через него. Паркетник развернуло поперек дороги, и с грохотом потащило ниже по улице. Огромная грязно-черная волна хлынула на территорию школы, пронеслась через крыльцо, разлилась по первому этажу тонким слоем. Люди закричали, завизжали, бросились в коридор, а охранник, уже оказавшийся у дверей, вроде только что стоявший рядом с директором, уже запирал внешние двери, отгораживая школу от воды. Через секунду мигнул и погас свет. С улицы, едва перекрывая раскаты грома, раздался далекий вой сирен.