Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

– Ну что ж… Итак, на основе сведений ордена Шанкхи и заклинания Божественных Глаз в «Оракуле» создали имитацию колдовских полей и их преобразований в Шастинапуре за указанный мною ранее период времени. Разумеется, совершенная точность расчета не гарантирована. Раймунда, примени седьмую формулу.

Девушка быстро поменяла карты, прошептала Слова. Отражения Силы стихий на ее руке вспыхнули с различной интенсивностью. Изображения Шастинапурской долины изменились, вместо города и руин возникли мельтешащие октариновые, эннеариновые и декариновые огоньки, скользящие меж нитей всех цветов радуги. Иные исчезали в сгустках чернильной темноты, другие пронзали эту черноту и растворялись в плотных серых потоках. Огоньки часто сталкивались и расходились, уже связанные искрящимися тонкими линиями. Когда таких становилось много, словно густая паутина скрывала изображение.

На изображении, отображавшем Шастинапур после катастрофы, все было покрыто колышущимися языками темного пламени, то вздымающегося, то опадающего, в нем терялись и огоньки, и нити, и сгустки, и потоки. Модель отражала полное господство Хаоса в Шастинапуре, того Хаоса, что лишен порождающего начала и несет с собой лишь разрушение, искажение и уничтожение.

Шастинапур до катаклизма был равномерно покрыт огоньками, большая часть которых излучала золотистый свет. Эннеариновая паутина, накрывшая город и окрестности, говорила о покровительстве богов, оберегающих город. Моления Бессмертным и торжества в их честь усиливали божественную благодать.

Оба изображения менялись. «Шастинапур до» неожиданно залило темное пламя из центра модели, «Шастинапур после» то кипел разноцветным сиянием, то вновь погружался во мрак, то вдруг покрывался серебристыми сполохами. Лишь один раз изображение ненадолго полностью скрылось за благородным золотом – так отразилось снисхождение южных Бессмертных, пожертвовавших своим бессмертием ради спасения смертных.

– Трудно понять, что происходит, верно? – Тидид довольно улыбнулся. – Если кратко, то мы проследили географическое расположение каждого источника чар, появлявшегося в Шастинапуре в указанный период. Трудоемкое дело, признаться. Трудоемкое и без вклада ордена Шанкхи невыполнимое.

– Мы хорошо изучать мула-пракрити Шастинапур, – поспешно сказал якша. – Непроявленное делать проявленным – намерение это исполнилось.

– Да, спасибо, многоуважаемый Кашьяпа. В общем, как мне кажется, нам удалось выявить истоки магических энергий, вызвавших Прорыв. Раймунда, третья формула.

Магичка снова изменила модели. Первая опять изображала долину до начала разрушений, а вторая изображала ее же, только в магическом плане.

– Да, хорошо. Теперь пятую формулу, неторопливо, удерживай, пока я не скажу прекратить.

Семь огоньков яркой подсветкой выделились в золотистой паутине. Черный, серый, оранжевый, зеленый и три октариновых. Шесть в разных частях города, один вне города.

– Ян Тохаус-Шират, черноимперский малефик. Энрике Сервет, даларийский некромаг. Чарльз Линдслам, гластирский маг Призыва. Виильтэна саэ Майнэ, диренурианский флоро-модификатор. Джулио д’Эсте, русионский стихийный маг. Вильгельм фон Урах, когесский рунный маг. Лиссандра Таурийская, тагборский алхимик. Разные страны, разные гильдии, ранее не встречались. Прибыли в Шастинапур в течение одной недели, разными способами. Энрике Сервет, Виильтэна саэ Майнэ и Вильгельм фон Урах использовали порталы. Ян Тохаус-Шират прилетел на Корабле Неба. Чарльз Линдслам путешествовал морем на различных судах. Джулио д’Эсте и Лиссандра Таурийская прибыли с разными торговыми караванами. Мы обратили на них внимание, потому что искали Отверженных с запада. Высший совет… скажем так, Конклав следит за границами с югом и востоком, препятствуя контрабанде артефактов в Западный Равалон.

– Угу, контрабанде… Молчу, молчу.

– Путешествующие за границу маги регистрируются, – продолжил Тидид, бросив недовольный взгляд на Эвиледаризарукерадина. – С использующими порталы сложнее, но у Конклава везде есть осведомители. Так или иначе, семь ничем не связанных серединноземских магов собрались в одном южном городе в течение недели. Они заинтересовали бы «Эгиду» и «Зеркало»[276]276
  «Зеркало» – седьмой департамент Конклава. Расследует дела, связанные с нарушениями Номосов.


[Закрыть], не случись Прорыва. Однако, как и большинство жителей долины, они погибли в первые часы катастрофы. Вернее… Раймунда, четвертая формула.

Выделенные огоньки в магической модели Шастинапура стали сиять еще ярче («Это означает, что инициированные на использование магии создают чары», – пояснил Тидид), от них потянулись друг к другу подрагивающие октариновые нити, творя свое переплетение на фоне золотой паутины города. Однако неожиданно нити исчезли, огоньки потускнели, а потом и вовсе погасли – и спустя несколько мгновений посреди города разбух первый нарыв темного пламени Хаоса, лопнул, разлился в разные стороны. По рассказам выживших, это действительно был черный огонь, вырвавшийся из стоявшего в центре города храма. Огонь, в мгновение ока расплавивший каменные постройки и обративший в пепел деревянные. Огонь, уничтожавший привычную материю и заменивший ее ужасной метрикой измерений Нижних Реальностей. А следом за огнем пришли адские чудовища. И это было только начало.

– Так вот почему ты хотел, чтобы я разузнал об этих магах, воспользовавшись своими связями, – задумчиво сказал Архиректор. – Надо было прислать гештальт этого моделирования, я бы знал, на что обращать пристальное внимание.

– Этот образ был создан позавчера. Собственно, как вся модель. Поэтому и попросил всех собраться. А что касается моей просьбы, мастер Эвиледаризарукерадин… Ну, специфика работы. Хоть я и не предсказатель, но кое-чего нахватался. Да и ребята у меня молодцы, обратили внимание на кое-какие закономерности.

– Значит, я не ошибся? – спросил охваченный волнением Сервет. – Мой сын действительно оказался замешан в деле?

– Я бы пока не стал утверждать, что есть некое «дело» и что Энрике в нем оказался «замешан», – ответил глава Школы. – Еще предстоит разобраться в массе непонятных явлений и выявить неучтенные факторы. Пока все, о чем мы говорим, – лишь наши домыслы, гипотезы, не больше. Только неподдающиеся сомнению факты могут их подтвердить.

– Семерка западных магов в Шастинапуре, занятая в неидентифицированном ритуале – это бесспорный факт. Можно не сомневаться, все тщательно проверено и перепроверено.

– На месте мастера Гордия я бы не спешил с выводами. Может, через месяц дополнительных исследований обнаружится, скажем, группа восточных магов, участвовавшая в непонятном ритуале, или непонятный обряд брахманов. Или вдруг выявят эфирные следы, ведущие к церемонии, проводившейся вообще год назад. Магия любит точность. Тем не менее кое-что о махапопской семерке мне разузнать удалось.

– Махапопская семерка… – Некромаг недовольно скривился. – Вы уже и название придумали…

– Мы должны быть нейтральны и неэмоциональны, если стремимся достичь истины, мастер Мигель.

– Боюсь, я, как бы ни желал, не смогу достичь нейтральности.

– В том-то и беда. А вдруг ваш сын окажется Отверженным?

Мигель Сервет помрачнел, недобро глянул на Архиректора.

– Вам не стоит так шутить, мастер Эвиледаризарукерадин.

– Шутить? – Архиректор жестко глянул на мага Смерти. – Какие шутки? Вы затеяли все это, мастер Мигель. Вы подняли шумиху среди Архонтов, требуя пересмотреть официальное заключение по Шастинапуру. Вы желаете отомстить за сына? Вцепиться в горло неведомых злодеев и наказать их всей мощью подвластных вам чар? Знаете, почему Раймунда сегодня с нами? Не только потому, что она лучшая в имагинативной визуализации. Она вместе со мной изучает каждую деталь, каждую крупинку информации по Махапопскому кризису, чтобы подтвердить мои слова, которым, если они не будут вас устраивать, вы не поверите. А вы ведь не поверите, скажи я, что Энрике вступил в ряды Отверженных, или что гибель Шастинапура произошла вследствие изменений в Фюсисе. Поэтому не следует мои слова воспринимать как шутку.

– В любом случае, я так понимаю, Энрике Сервет не связан с Отверженными, верно, мастер Эвиледаризарукерадин?

– Да, мастер Гордий. Не связан. Никто из махапопской семерки не связан ни с Предвестниками Кошмара, ни с Легионом Гибели, ни с Несущими Хаос, ни с Детьми Судного дня. По крайней мере, так утверждают мои осведомители и общедоступная вивлиофика Конклава. Однако кое-что общее у них все же нашлось.

– И что же это? – подался вперед некромаг.

– Сангвинемософия.

– Магия крови?

– Да. Не припомните, мастер Мигель, ваш сын, говоря о новой магии, не упоминал о ней?

– Признаться, мне сложно сейчас что-то вспомнить. – Сервет задумался. – Нет, ничего не вспоминается. Признаться, я бы запомнил, ведь Энрике специализировался на бесплотной нежити.

– Или, поскольку некромаги знакомы с основами магии крови, вы могли не обратить внимания на его новый интерес, посчитав оный повторением азов.

– Ну сколько можно? – поморщился Тидид.

– Нет, мастер Гордий. Я должен признать, что в этих обидных словах есть доля правды. Занятый государственными делами, я редко вижусь с семьей и мог не заметить перемены в Энрике. Однако позволим мастеру Эвиледаризарукерадину продолжить.

– И малефик, и некромаг, и призывающий чародей, и маг Леса, и стихийный волшебник, и рунный маг, и алхимик – за несколько лет до катастрофы они начали обращаться к архивам, где хранились трактаты по магии крови и созданные для ее ритуалов артефакты. Кто-то обратился к сангвинемософии за четыре года до трагедии, кто-то за три, кто-то, как Энрике, – за полгода. И, что самое интересное, они, судя по всему, прошли реинициацию на сангвинемософию.

– Реинициацию? – переспросил Тидид. – Не дополнительную инициацию, а полную реорганизацию Локусов Души на новую магию? Зачем?

– Зачем – не знаю. Однако точно известно, что Ян Тохаус-Шират, Чарльз Линдслам, Джулио д’Эсте и Энрике Сервет перенастроили Локусы Души. Самые достоверные сведения имеются по д’Эсте – он реинициировался Клавдием Зарроном, моим заведующим кафедрой магии крови. Малефик реинициировался в Черной империи, Линдслам на Архипелаге, а Сервет – у эльфов Крови в Северных территориях. Об остальных точно сказать не могу, но поскольку Майнэ видели на Архипелаге, на тех же островах, что и Линдслама, а фон Урах путешествовал в Северные царства, то можно предположить, что реинициировались и они.

– А тагборка? Лиссандра?

– К сожалению, с орденами Тагбора у меня плохо налажены связи. Да и не только у меня. Но Заррон изучал труды по сангвинемософии в королевской библиотеке северных кланов и консультировался с тагборскими жрецами Уорлука Сияющего по некоторым вопросам магии крови. Так что перенастроить Локусы Души Лиссандра могла и дома. В общем, из семерых магов, внезапно заинтересовавшихся сангвинемософией, о четверых доподлинно известно, что они реинициировались, а остальные трое реинициировались с высокой долей вероятности.

– Вы еще упоминали Мирту, мастер Эвиледаризарукерадин, – напомнил Сервет.

– Что касается Города Магов, то, как я уже говорил, Энрике Сервет посещал его незадолго до отбытия в Шастинапур. А также его посещали Ян Тохаус-Шират и Вильгельм фон Урах. В разное время, на разный срок. Осведомителей в Мирте у меня нет, а из магов-исследователей, увы, плохие наблюдатели.

Гордий скрыл улыбку. Как всегда, Эвиледар лукавил. Наверняка имелись у него глаза и уши и в Тагборе и в Мирте – но Эв признается в этом разве что на Суде Истины.

– Впрочем, я считаю, что они, скорее всего, посещали Роамна Теллерика.

– Кто это? – резко спросил некромаг.

– Шард-а-аротский телерид и величайший сангвинемософ во всем Равалоне.

– Он как-то связан с Шастинапуром?

– Не стоит выносить поспешных суждений. Книги по магии крови как-то связаны с Шастинапуром? Или библиотеки, где они хранятся, как-то связаны с Шастинапуром? Новоиспеченные сангвинемософы жаждали знаний, а кто лучший в этой области? Роамн Теллерик. Смущает, конечно, тот факт, что Роамн не особо известен широкой публике. Да и среди сангвинемософов немногие слышали о нем. Ну а больше всего смущает, что месяц назад я получил письмо от Роамна.

– Как все становится интересно, – восхищенно сказал Кашьяпа.

Архиректор замолчал и удивленно посмотрел на жреца. Он совсем позабыл о присутствии якши в комнате. Южанин стоял позади стола, за моделями, практически незаметно для остальных. Опять эта невнимательность, чтоб ее! Когда в Шард-А-Ароте Эвиледар согласился на эксперимент с обработкой сознания, он и представить не мог, какие последствия его ждут. О, плюсов много, почти одни сплошные плюсы, да вот минусы нет-нет, да напомнят о себе в самый неподходящий момент. Южанина, конечно, как и даларийца, проверяли и перепроверяли, но Конклав в последнее время научился многоходовым комбинациям с использованием агентов, не ведающих, что они агенты, или агентов с набором разных личностей под многообразные ситуации. Стоит следить за тем, что говоришь.

– Да, я получил письмо от Роамна. Обычные любезности, банальные фразы. И просьба встретиться с одним из моих Магистров, который в кандидатской работе рассматривал чары крови в перспективе новейших магических достижений. – Эвиледаризарукерадин задумался, рассматривая разбухающую темноту в центре модели эфирной динамики Шастинапура. На соседнем изображении в центре города разгорались черные костры.

– И? – нетерпеливо спросил Сервет. Некромаг волновался и не скрывал этого.

– И? Ах да, простите… Роамн, значит. Конечно, столь неожиданный интерес со стороны затворника, да еще на фоне открывшихся обстоятельств, настораживает. Но все же я решил, что это нам на руку. Так или иначе нам пришлось бы искать подходы к Роамну, а тут на ловца и зверь бежит. Магистра в Мирту я отправил.

– Он знает? – поинтересовался Тидид.

– О возможной связи Роамна и катастрофы в Шастинупуре? Нет. Он должен вести себя как обычный молодой маг, встретившийся со старым магом. Если, подчеркиваю – если вдруг существует некая взаимосвязь между Роамном, махапопской семеркой и Великим Прорывом, если мы действительно нащупали что-то реальное, некий умысел, то нельзя дать понять, что мы об этом знаем. Магистр должен вести себя естественно. Лишние знания – лишние волнения. Роамн не только величайший знаток магии крови, но и телерид. Он легко заметит странности в поведении гостя.

– Но как же тогда ваш Магистр что-то обнаружит? – раздраженно спросил Сервет. Видно было – он готов хоть сейчас сорваться с места и отправиться в Мирту допрашивать Теллерика.

– Он не лазутчик, чтобы что-то обнаруживать, – усмехнулся Архиректор. – Это простая встреча.

– Какие заклинания на него наложены? – деловито спросил Тидид.

– Еще раз – это обыденный разговор двух магов. Никаких заклинаний.

После этих слов Тидид окончательно убедился – в Мирте у Эвиледара осведомители есть. И они будут внимательно следить за «обыденным разговором двух магов».

– Но если что-то пойдет не так? Если вдруг после встречи с Роамном твой Магистр начнет собираться, скажем, в Туллистан или в Преднебесную империю? И вещать о новой магии, которая изменит мир?

– Вот тогда, думаю, мы сможем задать Роамну вопросы, для которых имеются основания, да и Архонтам будет что предоставить, кроме наших догадок и предположений. Ну а Уолта я в Туллистан, и уж тем более в Преднебесную, не отпущу. Уж поверьте.

Тидид верил. Эвиледар скорее прихлопнет своего Магистра, чем позволит тому дискредитировать Школу, устроив локальный конец света. Хотя прихлопнет – это уже крайний случай. Заблокирует Локусы Души и бросит в карцер, связанного по рукам и ногам. И будет потом хвалиться своим гуманным отношением к подопечным.

– Я так понимаю, предлагаете подождать возвращения вашего Магистра из Мирты? – Поднявшийся из кресла Сервет подошел к столу. – Считаете, что этих моделей недостаточно?

– Разумеется. Ни для меня, ни для Архонтов.

– А если… если он вернется – и ничего? Совсем ничего? Будет заниматься теми же делами, что и до встречи с этим величайшим сангвинемософом? Что тогда? Где вы будете искать доказательства?

– Доказательства? Мастер Сервет, я же уже обозначил свою позицию. Работая вместе с вами, «Оракулом» и орденом Шанкхи, я ищу опровержение своих взглядов, а не доказательства истинности ваших. Поведение моего Магистра не изменится – ну и хорошо. Продолжим искать дальше.

– А вдруг Магистр не возвращаться? – неожиданно сказал Кашьяпа, выглядывая из-за моделей. – Вдруг он исчез в Город Маг?

– И действительно, – согласился Тидид, хитро ухмыляясь. – Без наблюдателей в Мирте, и уж тем более без готовой оперативно действовать команды, как нам реагировать, если этот Уолт не вернется? Если Роамн захватит его и устроит второй Великий Прорыв в Мирте? Раз он затворник, то о нем мало что известно, верно? Вдруг кроме четырех основных сект Отверженных существует еще и скрытая пятая? Какие-нибудь Фанатики Крови. И Роамн их возглавляет. Нападут Фанатики на Магистра – и что тогда?

– Во-первых, он не просто Магистр, а боевой маг. Так просто его не взять. Во-вторых, разве это будет не тем самым доказательством, которое вам так нужно? Ну и, в-третьих, – Архиректор улыбнулся, – я подстраховался.

Сервет покачал головой.

– И вы, мастер Эвиледаризарукерадин и Архонты – вы привыкли к сложным интеллектуальным играм, я прав? Вы выжидаете удобного момента, ошибки противника, словно играете в тавлеи. В Даларии уже давно так не принято. Хитрости, уловки, недомолвки, скрытый смысл – у нас с этим имеют дело только дипломаты. Есть опасность – мы ее уничтожаем. Все довольно просто.

– Увы, мастер Мигель, как только вы обратили на себя внимание Конклава, вы попрощались с простотой. На это прямо указывает сама наша сегодняшняя тайная встреча с использованием запретного артефакта, при этом дозволенная Архонтами, которые в случае чего сразу отрекутся от знакомства с нами. Но нам не стоит сейчас спорить о соотношении целей и средств.

– С последним согласен целиком и полностью. – Гордий Тидид поднялся с дивана, потер глаза. – Время – его все время не хватает. Прошу прощения за каламбур. Мне пора возвращаться в замок. Все исчисления и выводы в моем отчете. – Чародей указал на три свернутых свитка, лежащих на тумбе возле дивана.

– Очевидно, время следующего нашего собрания назначу я, – утвердительно сказал Архиректор. – После того, как вернется мой Магистр.

– Только предупреди хотя бы за час, желательно за два, – попросил Тидид и обратился к некромагу: – Мастер Мигель, будьте так добры.

Некромаг кивнул, повернулся к гобелену. Взмахнул руками, творя Жесты, произнес Слова. При надобности и Архиректор, и Гордий, и Кашьяпа смогли бы легко воспроизвести движения и речь мага Смерти, но кроме материального выражения заклинание требовало еще определенных мыслеформ и настроенности на конкретные Силы. Мыслеформы ноэзиса творимых Серветом заклятий чародеям известны не были, а источником ноэмы служила особая область единства и противоположности Изначальных, Начал и Стихий, откуда некромаги черпают энергии для своих заклинаний – искусственное искажение Фюсиса, подобное тем искажениям природы, которые порождают некросионные дыры и нежить. Кроме магов Смерти, никто не может совершить такое.

Два пепельно-серых вихря появились рядом с гобеленом в пяти метрах друг от друга. Из свинцовой круговерти вылезли огромные алые мускулистые руки, по одной из каждого вихря. Из предплечий, расписанных странного вида пиктограммами (знаки изображали удивительных многоруких, многоногих и многоголовых существ), стали медленно прорастать завитые спиралью шипы. Руки потянулись одна к другой. Шевелящиеся пальцы оставляли за собой в воздухе гниловато-зеленое свечение. Почти соприкоснувшись, они замерли – и резко, словно бросающаяся на жертву нечисть, впились в воздух, точно ухватив нечто невидимое. Пальцы начали крепко сжимать это нечто, из концевых фаланг вырвались черные дымящиеся когти. Пиктограммы зашевелились, спирали шипов завертелись, погружаясь обратно под кожу. Тревожный шепот наполнил комнату. Он словно предупреждал магов, просил их остановиться, прервать заклинателя.

В следующее мгновение руки из смерчей стремительно разошлись, разорвав пространство. Разорвав? Нет, скорее, растерзав, словно живое существо, оставив кровоточащие раны, только вместо крови текло вещество, составляющее плоть реальности.

Серая дыра, возникшая в пространственном разрыве, являлась особого рода порталом и некромагами называлась Фантомным Коридором. Он не вел в Межпорталье. Фантомный Коридор проходил сквозь те регионы Фюсиса, где обитали призраки и существа одной с ними природы. Регионы, таящие страшные опасности для тех, кто посмеет заглянуть в них. Стать вечно страдающим блуждающим духом еще легкая участь. Лишь единицам из могущественных магов Смерти под силу создать безопасный Фантомный Коридор. Мигель Сервет относился к этим единицам.

Следом за Гордием Тидидом покинул комнату якша, бережно прижимавший к себе ящичек с фигуркой Нигхеши, после него ушли Архиректор и Раймунда Сервет. Некромаг выждал необходимое для перехода время и развеял заклинание. Только две едва заметных выемки на месте смерчей напоминали о Фантомном Коридоре.

Чародей погасил светильники, оставшись в полной темноте. Лишь изредка сверкавшие за окном молнии освещали апартаменты. Некромаг сел в кресло и погрузился в размышления.

Обдумать следовало многое.

А сделать – еще больше.