Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

Учительница скинула спальник, зевнула.

– Уже выходим?

По привычке, говорили негромко. Вроде кто их тут услышать может? А все равно, подсознательно так получалось.

– Да. Собирайся. Рюкзак твой снаружи оставим где-нибудь, пойдешь налегке. Я туда уже сложил все, что нам не особо важно. Тварей на улице просто тьма! Я в оптику посмотрел, так что пробиваться точно с боем придется. Ты готова? Точно сможешь?

– Смогу… Я постараюсь.

Слова и вид учительницы разнились. Красные глаза, мятый вид, явно морозит, вон как себя обнимает… Но, раз говорит, что может, то так и есть. Может быть, конечно, одному и проще бы было, но мало ли, как оно случится? Вдруг сюда вернуться с девочкой не удастся? А если некого вести будет? Как тогда матери это объяснять? Да! И, кстати, что с ними делать дальше?..

– Помнишь, я говорил, что у меня дела? – Аля кивнула. – Я не смогу привести вас обратно. Только доведу тебя до дочери, – снова кивок, но на этот раз еще и вздох. – Запретесь в квартире, а потом или с кем-то уйдете, тут в городе народу еще много по домам сидит, или я, как смогу, так за вами вернусь. Договорились?

– Хорошо.

– И еще… – Леший закусил губу. – Может так случиться, что…

Слов подобрать он не мог. Сказать прямо – лучший способ, чем ходить вокруг да около. Девчонка, наверное, и сама уже о таком думала. Видела, во что мегаполис превратился, так что…

– Может так быть, что мы идем зря… – Аля поджала губы, но промолчала. – Тогда я хочу, чтобы ты сохраняла рассудок. Понимаешь? – кивок, слезы на глазах. – Но будем надеяться на лучшее. Так! Все, надо выходить, скоро солнце встанет…

Слова Лешего Алевтину немного задели. Да, она о таком и сама думала, но сердце матери верить в подобный исход отказывалось. Настенька жива! Жива и ждет, пока мама вернется домой! Но слова чужого человека, озвучившие ее мысли заставили сердце ёкнуть. А что если все же… Что тогда она будет делать? Сможет ли жить с таким знанием? А что, если она ее увидит… ну… такой вот… как эти? Горло сдавило. Слезы защипали глаза. Нет-нет-нет! Не думать! Нужно сперва дойти, а там будь, что будет! Судьба должна непременно наградить ее! Она за всю жизнь ничего плохого никому не сделала! Так что все просто обязано быть хорошо…

Собрались быстро. Аля вновь попросилась в туалет, чем заставила Орлова насторожиться. Как бы девчонке совсем худо не стало, – подумал он, прикидывая, что поход в аптеку нужно переносить с «когда-то потом» на «в первую очередь».

– Ты этот район знаешь? Я не местный… – спросил он у вернувшейся девушки, зябко ежившейся от высокой температуры.

– Немного.

– Аптека нужна, или кабинет какой аптечный, и юристы. Тебе нужно таблеток выпить, иначе к вечеру совсем плохой станешь. Да и дочке, ты говорила, нужно что-то…

– Есть вроде, а зачем юристы? – не уверенно пожала плечами Аля. – Да тут везде найти можно, их тут как грибов… «Инсулин» и «трулисти» у нас дома всегда в запасе есть, их в простой аптеке не найти. Только по рецепту. Мы их в ближайшей получали. Наверное, ты прав, нужно будет туда зайти. Дома инъекций на месяц… Господи… – Аля схватилась за голову. – А что же дальше?!

Только сейчас она подумала о том, а как же она будет получать, а вернее сказать находить лекарства для Настеньки потом?! Господи! Что же делать, что же делать?! Аптеки и заводы встали, никто не произведет больше лекарств… Голова заболела. Мысли закружили девушку и та чуть не упала.

– Эй, ты чего? – подхватил ее снайпер, не дав упасть.

– Как же дальше? – обреченно уронила Аля слова, словно камни. – Где… Где я буду их брать?..

– С этим да, будут проблемы, – не стал обнадеживать Леший. – Но население резко поубавилось, запасы же не только на твою дочь привозили. Диабет сейчас распространен, нужно будет поискать по аптекам в ближайшее время, может и найдется еще…

– А потом?

Леший пожал плечами. А что потом? Что он может сказать? Что он должен сказать? Что все образуется, что все будет хорошо? Хрена там. Дети, подобные Насте, вынужденные всю жизнь принимать различные лекарства. Не только от диабета, скорее всего, обречены… и тут никакой весны не дождаться.

– Надо решать проблемы по мере их поступления. Сейчас надо добраться до Насти, потом с лекарствами будем думать. В эвакопунктах может быть. Там мертвяков тьма, орды целые, может в ближайшее время мародеры не сунутся. Да и наверняка, ушлые предприниматели найдут способ продавать подобное. Нужно будет лишь уметь заплатить… – Аля всхлипнула, утерла слезы. – Все, пошли. Куда нам?..

***

Дом Алевтины и ее дочери оказался в самой что ни наесть заднице по новым меркам. Тварей здесь было очень много. Местами им приходилось пробираться ползком, по долгу отлеживаться под автомобилями, рискуя быть обнаруженными в любой момент. В такие минуты волновался даже сам Леший. Заметь их там какая-нибудь тварь и все. Хана. Из-под машины им уже не вылезти. Вокруг них топтались сперва десятки ног, но чем ближе снайпер с учительницей подбирались к цели, тем мертвецов становилось больше и вот вокруг их очередного ненадежного укрытия топчется уже сотня ног. Короткая перебежка под кустами, от силы метров в десять казалась уже целым прорывом. Мертвецы были везде: на широкой, забитой пробкой дороге, в скверике, на детской площадке, на остановках и даже в квартирах домов. Они тупо таращились на улицу сквозь окровавленные окна, не в силах покинуть бетонную ловушку.

До аптеки они добрались только к девяти утра. Леший даже пошутил на эту тему, что мол, хоть мир и рухнул, а попасть к ним все равно раньше невозможно… Имея базовый навык по медицинскому делу и оказанию первой помощи, он с трудом, но все-таки смог отыскать все необходимое, включая тот самый препарат для Насти. Пока Аля принимала витаминный порошок и противопростудные средства, недолго думая, Алексей принялся чистить полки, набивая пакеты лекарствами и витаминами, бинтами и пластырями, даже полку с «виагрой» очистил. Это в обычной жизни мало кому надо, а сейчас все пригодится! Стресс, не лучший образ жизни, плохое питание – могли сказаться на мужском организме, а такого допустить некоторым никак нельзя, ведь девушек, резко ставших вдовами, вокруг много, а как ко всем подходить, коль у самого «на полшестого»? Э не! Некоторые такой момент не упустят и быстро, за первый год популяцию населения восстановят. Так что и это берем и противозачаточные, по тем же соображениям. Не каждая сейчас без врачей и должной медицины рожать согласится, да и уроды те же девок портить начнут…

Хм. А вон там, напротив аптеки бутик нижнего белья же еще! Орлов задумался. Может и туда забежать, раз уже зашла такая пьянка? Ну, а что? Он прикинул. Красивое нижнее белье – это как женская «виагра». Женщины всегда остаются женщинами! Аля вон та же, при их первом знакомстве щеголяла стрингами. Ну а что? Вес небольшой, можно компактно сложить... Сейчас, конечно, никто о таком не думает, а через месяц? Да в том же «восемнадцатом» кто-то вообще думал прихватить с собой чемодан трусов? Да, такие, наверное, нашлись, но вот вряд ли они добрались до пункта с такими идеями. Пройдет время, и красивое женское белье может стать неплохим товаром. Главное поймать промежуток, когда это еще нужно и тем, когда остальные «фишку просекут». «А ты спекулянт, оказывается!» – проснулся внутренний голос. «Хочешь жить, умей вертеться» – ответил ему хозяин.

– Слушай, – закончив возиться с пакетами и сумками, загадочно посмотрел на спутницу Орлов. – Ты в белье разбираешься?

Аля нахмурилась, не поняв сути вопроса.

– Там вон белье какое-то продавали раньше. Сможешь выбрать?

«Зачем» и «Извращенец» – застыло в ее непонимающем взгляде.

«Надо» – отвечала вся его поза.

– Ну, могу… – все еще не понимая подвоха недоверчиво посмотрела через дорогу девушка.

– Отлично… Пошли! Выберешь сейчас все самое лучше!.. И не смотри так на меня!.. Это не себе. Это товар…

Алевтина пожала плечами. Товар, так товар, что она в его голову-то лезть будет? Надо, значит надо…

Комплектами нижнего белья набили целую большую фирменную сумку. Аля в процессе так во вкус вошла, что Леший ее едва остановил. Загребущие женские руки были готовы брать все подряд, но Орлов дал четкое указание. Повседневное и такое, от взгляда на которое даже в упаковке у деда-паралитика в штанах все зашевелится.

Нагруженному по самое не балуй лекарствами и бельем Алексею идти дальше было бы невозможно. Потому было решено припрятать все добро до возвращения. Он в двух словах изложил девушке свою идею и та не смогла не признать сносности идеи. А что?! Действительно могло сработать! Сейчас, как все более-менее уляжется, на фоне стресса и страха люди так начнут совокупляться, как до этого не во всех фильмах для взрослых показывали и, принеся например такое вот бельишко работнице кухни, можно будет всегда рассчитывать на дополнительную пайку, ведь она мужа вечером порадует. Или начальнику средней руки притащи, пусть хоть сам носит, Орлов слышал, что и мужики такими вот нитками меж булок не брезгуют, или жинку свою одарит. Он ей, она ему и добрый начальник сообразительному добытчику преференции какие окажет… Короче. Дело могло выгореть! Устраиваться в новом мире как-то надо было и Леший начинал вырабатывать свою стратегию. Такую, при которой он всегда будет сыт, одет, постиран и обласкан. Не мы такие, жизнь теперь такая…

***

– Все. Шутки кончились, – закончив прятать пакеты с медикаментами сурово поглядел на расслабившуюся напарницу Леший.

Перекресток перед ними, был забит мертвяками. Пока Аля «шопилась», Орлов пристально следил за «миграцией» так он это назвал. Огромная орда тварей вышла из-за угла нужного им дома и теперь, вяло покачиваясь, порыкивая и постанывая, шла куда-то дальше. Это было похоже на живую реку. Головы тварей покачивались в такт. У снайпера в какой-то момент даже сложилось впечатление, что твари маршируют, но, присмотревшись, он понял, что это не так. Просто мертвяков было много и они изредка попадали в один общий такт.

– Передохнули, теперь надо собраться. Повторим еще раз. Бежим быстро до угла, поворачиваем. Полквартала вперед. Затем арка и там какой подъезд? Третий? Слева… Ага, понял. Идем налегке, рюкзак тут оставлю, нужно будет бежать быстро. Пистолет где? Ага. Ну, давай, повторим.

Аля, заметно успокоившаяся после внеплановой прогулки с закупом брендовых вещей, вновь начала мандражировать. Она неуклюже достала из кармана кожаной куртки оружие, неловко перезарядила магазин, но сделала это намного лучше, чем в первый раз. Справиться с затвором ей по-прежнему было тяжело, силы пальцев не хватало, но, навалившись всей ладонью, она могла худо-бедно проклятую железяку с тугой пружиной отвести в нужное положение. Может ей еще и стрелять не придется…

– Ну, все. Готова?

– Нет, – честно ответила учительница.

– Это нормально, – улыбнулся военный. – Все боятся. Я тоже. Только дураки и мертвые не боятся. Главное не отставай и по сторонам смотри, поняла? Заметишь тварей, которых я не вижу, или стреляй, или говори мне, но за руки не хватай и под ногами не путайся, всегда будь сзади и чуть слева. Понятно?

Учительница кивнула, тяжело задышала, успокаивая сердце. Сейчас она в одном шаге от дочери, от их встречи… какой бы она ни была. Мучиться неизвестностью она больше не могла.

***

Вышли. Солнце стояло за спиной. Их сторона улицы в тени. ШАК Леший оставил болтаться на ремне, перекинутом через шею, в руках АКСУ, пистолет наготове. Мелкими, скользящими шагами, чуть пригибаясь, они двинулись вперед.

До тварей метров тридцать. Они от перекрестка в три стороны реками текут. Им нужно налево, обойти дом с аптекой, и войдя в коробку, отыскать нужный подъезд. Окна квартиры учительницы выходят во двор. Это и хорошо и плохо. Если бы окна сюда были, Аля бы могла за них зацепиться взглядом и сознанием, постоянно бы туда косилась, была растерянной, а так желание поскорее встретиться с дочерью гнало ее вперед. Тут главное чтобы она не перестаралась, а то выскочит вперед… Идти нужно быстро, но тихо…

– А-а-апчхи…

***

Винить за то, что Аля чихнула, Леший девушку не стал. Зачем? Это же природное, неконтролируемое, но отматерить ой как хотелось! Коллеги по работе как-то в своем ютубе показывали приколы про то, как чихают девочки и как мужики… так вот там женские особи человека дели это тихо, словно мышки. Алевтина же чихнула громко, словно взрослый здоровый мужик. Она, конечно, извинилась, но Орлов слов не расслышал, ибо извинения ее утонули в сотне «Будь здорова» в виде рыка, стонов и гортанного «кле-кле».

Твари мгновенно навелись на звук. Тут даже никакая маскировка не помогла. Нет, она, конечно, сыграла свою роль, Лешего-то мертвецы вряд ли бы определили, как закуску, а вот начавшую пятиться и дрожать, как заячий хвост учительницу они сразу же записали в главное блюдо дня от шеф-повара. Вот теперь они и ломились обратно к аптеке со всех ног, лишь бы успеть опередить лавину человеческих тел, устремившуюся за ними в погоню. Несмотря на фору, данную монстрами, люди забег явно проигрывали. Аля не могла поддерживать высокую скорость и, потому к старым, стоявшим тут еще, наверное, с советских времен гаражам, не успев добраться до аптеки, они подоспели практически одновременно.

Орлов едва успел подсадить девушку, чтобы та смогла ухватиться за край крыши и вскарабкаться на нее. Но на то, чтобы самому подпрыгнуть и спрятаться времени уже не хватало. Вскинув автомат, он дал короткую очередь. Кто-то сразу повалился, кто-то споткнулся за тела сородичей, и в результате образовалась куча мала.

Орлов побежал дальше, махнув рукой, велев девчонке не высовываться. Твари, заметив ее могли попытаться взобраться на крышу и тогда училке точно бы несдобровать. Пришлось уводить тварей дальше по улице.

Скрыться от мутных взглядов бывших людей ему удалось не сразу. Выручила густая растительность возле одного небольшого магазинчика. Растущие широкой полосой невысокие кусты уже были достаточно зелены, чтобы укрыть не то, что замаскировавшегося под куст снайпера, но и, наверное человека в простой одежде. Леший выскочил за поворот и тут же юркнул под кроны удачно растущего здесь кустарника, вспугнув стайку каких-то птиц. Живность сыграла очень даже на руку. Твари, выскочив через пару секунд, навелись на хлопки крыльев, а когда поняли, что это совсем не то, за чем они охотились, принялись тыкаться по сторонам, в поисках добычи.

Орлов лежал недвижимо. Уж что-то, а притворяться камнем он умеет. Не раз ему приходилось целыми сутками у злющего врага под носом шухериться, а это совсем не эти тупоголовые копии людей. Тот враг был хитрее, коварнее, а, главное – внимательнее.

Мертвецы потыкались, покряхтели, и вскоре снова впали в свой странный сон, остановившись и замерев. Времени на отдышаться у Лешего было предостаточно, теперь нужно было как-то возвращаться к Олеговне. Ох, получит она у него по заднице за свои неосторожные действия. Теперь и на это время найдется…

Возвращаться пришлось аккуратно. Твари по всей улице растянулись длинной полосой. Некоторых приходилось валить, убивая стремительно, не давая тем даже рта раскрыть, но большую их часть Алексей все же старался обходить от греха подальше.

До гаражей он добрался минут за тридцать, хотя бежал, изображая Усейна Болта от силы пять минут. Училка оказалась на месте. Она распласталась на жестяной крыше, не смея пошевелиться. От каждого ее движения металлический навес под ней начинал гудеть и мяться, и оттого неудивительно было что Аля пискнула, когда стокилограммовый здоровяк, выскочивший словно из ниоткуда в два движения оказался рядом с ней. Вот только все было тихо и даже шороха шагов не было слышно, а через мгновение «бум-бум, бом, бабах» у самого уха.

– Твою мать, – вздохнул снайпер, когда понял, что своими действиями вновь разворошил только что затихшее гнездо. – Валим! Че разлеглась?!

Валить, слава богам, пришлось во внутренний двор искомого дома. И чего они сразу сюда не полезли? Девушка все еще мыслила старыми устоями, вела обычной, привычной дорогой. В привычной же жизни она по гаражам не лазила, но он-то! Он уже давно должен был сообразить, что тут можно срезать! Нет же, чуть не нарвались! Надо взять на заметку, что пора учиться сокращать расстояния, пользуясь не привычными улицами и тротуарами, а пробивать свои туннели и тропинки…

Снова бег. Снова ноги толкают планету, вращая ее навстречу… как в детстве. Только тогда, в беззаботном прошлом маленький Лешка Орлов бегал просто так, потому, что нравилось, а теперь он бежал, потому, что было нужно. Чертовски нужно. Просто писец как нужно! Просто жизненно необходимо, да еще и подвернувшую ногу девчонку на плечах нести. Аля неудачно спускалась с гаража и повредила правую ладыжку. Все шло к одному. К концу их пути. Все беды словно специально сговорились, решив собраться на финишной прямой. Это Леший еще по дороге сюда понял, что обязательно какая-то пакость вылезет под самый конец, чересчур легким оказался путь.

Он бежал, тяжело дыша, морщась от собственной боли и усталости во всем организме, но останавливаться или сбавлять хода не смел. Так! Вот нужный дом! Куда дальше? Ага! Вон это чертов подъезд… Добежать, опустить девчонку, дернуть дверь на себя. Хрен там, заперто!

– Аа-а-а-а! – дал волю эмоциям здоровяк, поглядывая на то, как через гаражи уже перевалилось первое тело.

Сколько тут? Метров сто через детскую площадку? Не больше… Так… на лавку, что под карнизом подъезда. Руками за этот самый карниз, подтянуться, придать ускорение ногами, закинуть тело на бетон, подать руку девчонке, затянуть ее брыкающееся тело. Дальше окно. Маленькое, существующее лишь для того, чтобы давать скудный свет на лестничную площадку. Твари. Они уже лезут за ними. Ну, извиняйте, товарищи жильцы! Тут каждый сам за себя! Звон битого стекла, звук падающего тела, затем второго. Мат. Осколок стекла впиваются в ладонь Орлову. Падла! Залез глубоко, в самую мякоть. Над головой уже рычат и стонут, руки свои тянут. Наверх! На третий этаж! Квартира справа…

Ноги несли сами собой. Сердце стучало как бешеное, воздуха уже не хватало. Конечности забились и стали ватными. Плевать. Рвать мышцы, заставлять связки тянуться. Ступенька. Ступенька. Поворот. Ступенька. Ступенька… Перед носом маячит плоская задница училки. Смотри, как припустила! То ли от страха. То ли от близости встречи с дочерью… И даже вроде нога не так мешает, как на улице. Чертова симулянтка!

Сзади стон и рык. Они уже в подъезде! Шум ног по бетону... Еще этаж. Бежать, бежать!

Дверь. Вот она. Алька ручку дергает, стучит ладошкой. Кричит, зовет какую-то Тамару Петровну, наверное, ту самую бабку-соседку. Фиг там! Заперто! И никто не открывает! Конечно! Тут и должно быть заперто! Но почему не открывают? Не слышат? Ушли? Или…

– Отойди! – рычит уже поднимавшийся из последних сил Леший.

Отойти самому как можно дальше к соседской двери напротив. Сделать шаг и с ноги… р-р-р-раз! Дверь старая, простая, деревянная. И д-д-д-д-д-два… и-и-и-и– три! Полотно не держит натиска. Да сейчас злого и уставшего снайпера ничто не удержит, что там какая-то дверь! Замок выворачивается, наружу из двери лезут светлые щепки. С разбега плечом и-и-и-и-и-и раз! Он внутри, спотыкается о коврик на входе, падает на колени. Аля лезет через него. Ее тоже хрен удержишь. Прет буром, ничего вокруг не видя. Так. Встать, захлопнуть дверь как раз перед носом первой твари, подпереть спиной...

– Аля! – рычит он в спину несущейся по темному коридору матери.

– Настя! – кричит она в панике, боясь увидеть самое страшное в своей жизни.

– Агр-бурх-уа! – рычит внезапно выскочившая из кухни старушка-сиделка.

Время замедляется. Леший ощущает сильный толчок в спину. Дверь ручкой больно бет по почке. Ноги катятся по линолеуму. Он рычит, расставив руки и ноги, упираясь еще и в стены для надежности.

Алевтина вскрикивает, пытается отпрыгнуть, но бабка слишком внезапна, слишком быстра. Они падают. Девушка снизу, старуха сверху. Дверь по мил-л-л-л-л-л-лимиетру, по чу-у-у-у-у-у-ть чуть, но пошла назад, однако в этом уже нет смысла… Старуха тянет свои руки к жертве, вяжет ее, наваливается и вот уже старческие зубы впиваются молодой девушке в шею. Слышится противный чавкающий звук, визг, крик. Все как в бреду. Время все еще медленное. С морды оторвавшейся от Али бабки капает алая капля. Учительница хватается одной рукой за шею, второй старается оттолкнуть мертвячку, но силы неравны. Старуха наваливается на нее всем весом, сломив сопротивление. Леший, что есть силы, напрягает спину и ноги, сдерживая натиск мертвецов. Оторвать руку. Вскинуть автомат… Нет, на это нет сил. Стоит чуть расслабиться и его уронят. Толкать! То-о-о-о-олкать! Толка-а-а-а-а-ть! Дверь хрустит, щелкает автоматический засов. Он не удержит. Это скорее декоративная безделушка, чем серьезная защита, но пару секунд она ему подарит.

Время ускоряется. Орлов делает два шага вперед, на третьем замахивается и пинает сиделку в лицо, не давая сделать той третьего укуса. Бабка хрюкает, хрустит сломанным носом, отскакивает в кухню. Пнуть дверь, прижать ее одной ногой, все тела перенести на вторую, склониться над раненой...

– Мама?! – тоненький писк из комнаты напротив.

Взгляд вверх. Настенька! Та самая! Стоит босыми ногами на холодном полу, глядит на все расширившимися глазами. Один хвостик на голове, правый, растрепан, второй с розовой резиночкой... В руке мишка-игрушка. Входная дверь хрустит. Аля скулит, зажимая рану. Старуха дверь шатает. Паника. Что делать?

– Не оставляй ее одну, – просит Аля едва слышно.

Из глаз текут слезы. Ну, как же так?! Как же так! Они дошли! Нашли! С дочкой все в порядке и в одном шаге вот так подставиться?! Чертова судьба!

– Не оставляй ее… – шепчет Аля. – Пожалуйста…

Входная дверь открывается. Твари кидаются в коридор. Три метра. У него всего три метра. Рывок вперед, схватить испуганную, плачущую девочку, подхватить на руки, захлопнуть дверь и прижать ее собой, в надежде удержать. Снаружи вой, рык и ее голос.

– Я люблю тебя! – истошный, в одно слово, на грани срыва, на выдохе.

Затем выстрел. Всего один. Рев в коридоре, рык, звуки разрываемого тела. Орлов прижимает девочку к себе, старается зажать той уши, чтобы Настенька не слышала этих чудовищных звуков. Дверь совсем на вид ненадежная, такая же декоративная, как и все тут! Настя плачет, задыхается. Он зажимает ей рот ладонью. Приоритет изменился! Пусть слышит, но только не кричит! Пусть только молчит!

– Тише. Тише! – шепчет он. – Тише, Настенька!.. Не плачь!..

Перед глазами стоит испуганное женское лицо. Не за себя. За дочь. «Не оставляй ее»… шепчет голос в голове… «не оставляй…»