Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

Вокруг снова стояла тьма. К ней он уже привык и знал, что нужно делать. Нужно идти. Куда? А тут нет разницы. Туда, куда тянет. А тянуло налево. Нет, не в том смысле, котором подумало большинство, а туда, где сердце… Тьма двинулась вместе с ним и Леший принялся впитывать весь доступный спектр чувств и ощущений. Он брел в одном направлении бесконечное количество времени. Здесь понятия «сейчас», или «потом», как и самого «здесь» – не имелось. Он знал, что сейчас его мозг в отключке и потому он сам как личность, находится в его же собственной ловушке, западне. В тюрьме собственного разума. Надо же, какой он у него бредовый!..

– Лёша, – позвали его из темноты и Орлов вздрогнул.

Это был ее голос. Голос Вики.

– Помоги мне, – снова позвала она откуда-то из темноты.

Леший сжал зубы, напряг плечи, сжал кулаки. Она где-то рядом. Она чего-то боится, значит рядом какая-то опасность.

Он сделал шаг, другой, третий. Тьма все также плыла, делая его центром пустоты в себе.

– Леша!.. Помоги! Скорее!

Голос был испуганным. В него вкрались панические нотки. Орлов перешел на бег, но тьма не отпускала.

– Ле-е-е-еша! – это уже паника. – Алек-сей!

Орлов мчался вперед, словно поезд, будто таран, готовый ворваться в любую схватку с голыми руками, но ничего так и не происходило.

– Помоги мне! – внезапно раздался голос Вики откуда-то сзади.

Леший остановился, развернулся. Помчался обратно.

– Помоги!.. – голос слабел, таял.

Он прыгнул влево. Она была совсем рядом. Затем голос оказался справа, сзади, впереди, снова сзади. Леший метался, словно в клетке, не способный вырваться из нее, не в силах дотянуться до темноты, которая, как бы он не старался, всегда была на одинаковом удалении.

– Спаси-и-и-и…

Это уже не голос. Это шепот! Дуновение ветра, шелест воздуха…

– Спаси-и-и-и-и…

Он дернулся всем телом в порыве выбраться из западни и проснулся. Мозг наконец-то получил достаточное количество адреналина, чтобы завестись и заставить хозяина очнуться. Словно старый дедовский «жигуль», он делал это не сразу, а вспышками. Алексей открыл глаза, но снова провалился в темноту. Потом опять проснулся и еще раз потерял сознание.

Все тело болело. Горела шея, позвоночник сверлило адской болью, нога, кажется правая, неприятной тяжестью отдавалась на одну только мысль попытаться пошевелиться.

– Он очнулся! – проник в голову крикливый голос сразу со всех сторон.

Женский. Не знакомый. Высокий и до одури громкий. Голова снова заболела, картинка перед глазами раскрасилась в радужные пятна. Температура резко скакнула, вместе с содержимым желудка. Замутило. На глазах выступили слезы и его вырвало. Он едва успел перевернуться на бок. По зубам ударило неприятной тягучей массой, язык обожгло, нос забило. Харкнув, сморкнувшись, едва успев набрать в грудь новую порцию воздуха, его снова вырвало. Из опаленного горла вырвался утробный кашель. И снова рвота. Эти симптомы он знал. Контузия. Сильная. В памяти всплыл разрыв гранаты, падение, монстры, и бой в метро.

Где он? Во круг все изменилось. Света мало, но он есть. Где-то справа что-то горит, фокус в глазах не наводится. Это нормально, хорошо, что вообще не ослеп и жив остался…

– Эй, эй, – схватил его кто-то за плечи. – Ты как? Держись… Позовите Ольгу!

Кто-то помог ему подняться. Голова, вместе с окружающим миром пошла кругом, ноги заплелись и он упал, свернув свой импровизированный лежак. Больно ободрал бок. Зубы клацнули, прикусив и так распухший язык.

– Тихо, тихо, – пытались успокоить его, но он не понимал, что происходит.

Мысли собирались в кучу медленно, и тело действовало само, насколько могло.

– Да тихо ты! Не брыкайся, – прорычал в ухо тот же мужской, смутно знакомый голос. – Держите его, он не в себе!..

Его схватили за руки. Мысли наконец-то достучались до разума. Люди. Вокруг люди, а не мертвецы. Зомби говорить не умеют, а эти что-то членораздельное кричат.

– Все, все, – прохрипел Орлов, поднимая руки.

– Очухался?

Григорий вытер разбитую губу, попросил помощников отпустить взбесившегося снайпера. Тот тоже утер лицо, но размазал по нему в отличии от главы подземников слюни и остатки рвоты. Пьяно осмотрелся. Едва смог усесться на поваленный ящик.

Леший опустил голову, позволив гудящему кочану свеситься. Так меньше болело. К нему подошла какая-то женщина, аккуратно заглянула в глаза, что-то спросила, он что-то ответил. Затем она сделала укол, от которого через несколько минут в голове стало светлее. Боль чуть притупилась, картинка в глазах стала резче.

– Хорошее ширялово, – одобрительно аккуратно качнул головой он, сумев наконец-то подняться. – Номерок дилера не запишешь?

Григорий улыбнулся.

– Ольга. Она медсестра, разбирается в этом. Витамины тебе поставила… твои… – главарь подземников смутился. – Мы чутка в твоем рюкзаке порылись, извини… – снайпер посмотрел на Григория, не поднимая головы. – Только еды немного взяли и воды, да вот, лекарствами твоими тебя кололи, – поспешил оправдаться тот.

Орлов кивнул.

– Лохматый где?

– Кто? А! Да тут где-то. Жив, здоров. Крыс давит по всему метро.

– Понятно…

Леший слегка сжал кулак. Бинты не давали сделать это полноценно, да и слабость в теле одолевала, но, как вышло, так вышло. Григорий все понял без слов.

– Мы не знаем как, – ответил он на так и не озвученный вопрос. – На шее лямка от автомата и рюкзака с бронником защитили, а как это – мы не поняли. Может перчатка удержала, может, повезло и кровь или что там, слюна, в рану не попала. Ее, кстати, пришлось даже зашивать. Думали, сдохнешь, но нет, выкарабкался…

– Спасибо, – глухо поблагодарил Орлов. – Но мне надо идти.

Как только мысли в голове встали более-менее по ранжиру, выровняв носки берец и подтянув подбородки, так сразу и настроение ухудшилось. Он тратит время ни на что, а его у него и так нет. Разлегся, как в санатории! Подземникам этим вот еще помогать взялся. Зачем? Алексей мысленно обругал себя за медлительность. Вспомнился тревожный сон и в груди сразу стало тесно.

– Рано тебе еще, но если надумал… – Григорий закусил губу. – Подождал бы лучше ночи? Там опять «джагер» водяры перепил, бушует.

– Кто?

Незнакомое слово резануло по ушам. Леший даже повторил фразу в голове, мало ли, мысли не сошлись, но нет. Он все понял, как было сказано.

– Да молодежь наша его так прозвала. «Джагернаут». В игрушках компьютерных босс в броне. Там, у ТЦ, такой же, как ты, военный обосновался. На «торговом» эвакопункт был – вояк пригнали для охраны. Так вот, с блокпоста того он один остался. Ночь держались, стволы не затихали, говорят, я ж как вернулся только, с ним столкнулся... Он кукушкой, говорят, съехал. Бухает и что-то про ад все кричит. Засел на первом этаже многоэтажки, стащил патроны и пулемет туда и палит по всем без разбора. Вчера тихо было, видать за водкой снова в центр ходил, а сегодня с бодуна, вот и стреляет опять.

– Пулемет, говоришь…

– Ага. Бабахает так, что уши закладывает. Тебе бы лучше через парк до своего адреса.

– Почему?

– Ну, чтобы дурака этого обойти…

Орлов снова помял саднящую руку. Задумчиво посмотрел на Григория.

– А с чего ты решил, что я его обходить стану? У него там МОЙ пулемет. – слово «мой» Алексей выделил таким тоном, что сомневаться в том, что пулемет именно его, даже стены бы не стали. – Мне он как раз для дальнейших целей пригодится…

Подземник ничего не ответил, лишь удрученно покачал головой. Он видел, как снайпер расправился с толпой тварей на пироне и предполагал, что пьяный пулеметчик для его винтовки не проблема, а раз так, то нужно было попытаться и для себя какие-то выгоды с дела поиметь.

– Слушай… Мы тебя там бросили… Что мы там вдесятером сделать могли?.. Стыдно. Но ведь вернулись! Но тут… Давай с тобой пойдем, помоем, чем сможем?

– И чем это? – Леший ухмыльнулся. – Бегать будете, отвлекая? – Григорий скрипнул зубами. – Так и скажи, в «торговый» сходить под шумок хочешь, припасов набрать…

– Ну, хочу! И что с этого? Мне народ чем-то кормить нужно!

– Ну, тогда так и говори! Кончай время тратить. Привыкай говорить прямо! Сейчас другое время пришло. Некогда юлить. Чревато, понимаешь? – Леший вздохнул. – Ладно. Пошли. Вы мне, правда, пригодитесь… Возьми ребят покрепче. Нужно будет много тяжестей перетащить, если ты про пулемет и патроны не врешь.

***

День у лейтенанта Клеменчука не задался с самого утра. Ночью его опять мучили кошмары. Во сне опять приходили мертвые друзья. Они тянули к нему скрюченные пальцы и гнилые зубы, потому сегодня он был не в духе. Голоса умирающих в страшных муках сослуживцев не отпускали, мучая и днем и ночью. Алкоголь помогал, но лишь приглушал их ненадолго, но лишь верный пулемет и его басовитый рокот помогали заглушить их на совсем.

Сегодня тварей перед его убежищем было много. Он специально вчера поймал каких-то двух мужиков и привязал их к столбу, чтобы те сманили на свои крики как можно больше мертвецов. Мужиков было не жалко. Они были тварями. Конченными. Последними. Вдаваться в их судьбу и поступки Клименчук не собирался. Он просто знал, что эти люди недостойны жить. Как и та шалава, что он изловил три дня назад, что сидела у него на цепи в его убежище и над чьим телом он сейчас пыхтел.

Перед тем, как вновь начать отстреливать монстров, ему нужно было куда-то излить избыток напряжения и эта тварь, что стонет сейчас под ним и молит отпустить ее – то, что ему нужно. Ведь когда он нервничает, у него трясутся руки, а от этого дрожит прицел и приходится тратить слишком много пуль.

Сделав дело, натягивая штаны, Клименчук подумал, что девку пора менять. От нее уже дурно пахнет. Она слаба и уже не возбуждает как прежде, чтобы он с ней не делал… да и жрать стала просить все чаще… Да! Вечером он ее прелестями еще раз воспользуется и потом пойдет искать себе другую… Благо, в бабах сейчас нехватки нет. Бери любую.

Натянув на потную задницу саперные штаны, накинув бронежилет и, застегнув на шее противоосколочный воротник, водрузив на голову верный «Алтын», лейтенант перекинул через плечо крест накрест две пулеметные ленты и взял оружие в руки. Сейчас он как обычно спустится в подъезд, откроет дверь и начнет свой крестовый ход против прихвостней Люцифера на земле…

– Ну что, твари! – рыкнул лейтенант, открывая дверь, обращаясь к скопившимся перед входом мертвецам. – Получите…

Солдат вжал спуск. Раздался выстрел и тело сумасшедшего лейтенанта повело в сторону. Второй раскат грома прокатился над окрестностями и вторая 12-миллиметровая пуля разорвала его горло, частично отделив голову от тела. Клеменчук погиб сразу, но Леший решил перестраховаться. Он ждал его уже час, пока названный «джагернаутом» не покинет своего убежища и за этот час изрядно потрепал себе нервы, так что, на военном, он, можно сказать, отыгрался за напрасно потерянное время.

Как только вояка упал, мертвецы кинулись к нему. Видать, изголодались по теплой человеченке, ибо вон как облепили бронированного воина. Несколько ушли в темноту дома, загудели ступенями, заклокотали в бетонном мешке.

– Пусть наедятся, – поднимаясь со своей позиции на крыше небольшого магазинчика, предупредил от поспешных действий «напарников» Орлов. – Минут через две пусть твои начинают. Сейчас тварям все равно будет, они возбуждены…

Снайпер посмотрел вправо. Несколько подземнков с кувалдами в руках уже были готовы разнести в кучу металлолома несколько припаркованных в соседнем дворе автомобилей. Те, что на улице – наверняка без сигнализации. А те, которые свои хозяева оставили во дворах на ночь, когда все случилось – до сих пор стоят на «охране».

После выстрелов в голове поплыло и Орлов присел. Затошнило. Еще бы. Контузия теперь несколько дней мучить будет и это он еще легко отделался. Некоторые после близкого разрыва вообще зрения или слуха лишаются, а он лишь так, обделался легким испугом.

– Тебе плохо? – проявил участие Григорий.

– Нормально. Скоро пройдет…

Вой сигнализации растекся над окрестностями ровно через три минуты. Мертвецы, так и не сумевшие добраться до консервы в броне, засуетились, закрутили мордами. Первыми к источнику звука кинулись те, что посвежее и посообразительнее. За ними уже, повинуясь стадному чувству, поволокли свои конечности и остальные. Площадь полностью не очистилась, но и оставшиеся на ней безногие твари уже не угрожали отряду.

– Пора, – кивнул Алексей, как только убедился в возможности прохода.

Кот одобрительно мрякнул, воинственно сидя у хозяина на плечах.

Пятерка подземников и снайпер, пригибаясь, стараясь не высовываться из-за крыш автомобилей, двинулась к цели. Каждый из туннельных жителей нес с собой несколько мешков и пакетов. Леший согласился прикрыть их при загрузке в торговом центре, после того, как они помогут перенести ему все вооружение в безопасное место. Зачем свою спину гнуть, когда согласных на это дело вон, лес рук. Стой только и вид воинственный делай. Хотя тут и стоять не просто, спрыгнул с крыши, а голова кругом пошла… Какие тут тяжести, тут бы свою тушку дотащить до подъезда, желудочным соком асфальт не разукрасив.

Тело джагернаута осталось лежать у выхода. Его затащили в подъезд, закрыли за собой дверь. Алексей наклонился, поднял ручной пехотный пулемет. Тяжеловат. «Рысь», ШАК, пистолет и БК с рюкзаком уже и так тянули плечи и спина была за все это «благодарна», а тут еще ни как не меньше семи кило добавится, а с патронами, все десять-двенадцать! Но такая тяжесть лишь облегчает. Надо же, вот только недавно рассуждал о том, что чем больше БК, тем легче идти на тебе! В полной красе реализовались! А вот про пышногрудых девиц легкого поведения, что-то не сбылось. Как-то не так колдует, не те запросы вселенной видать посылает…

Лицо солдата было изуродовано. Орлов всмотрелся в его мертвые черты и внезапно для себя понял, что совершенное ему понравилось. Ему нужен был пулемет и он его взял. Силой. Не тратя время. Потому, что мог. Конечно, наверняка, можно было бы и договориться, но так оказалось проще. Подло. Из под тяжка, но результат на лицо... на лице… точнее без лица. Стянув пулеметные ленты с тела, снайпер вздохнул. Он не мог найти себе оправдания. То, что он совершил – было бесчестно. Если бы в прямом бою, или на войне, это одно, а так… он просто отобрал человеческую жизнь не по праву воина, а по праву подлого. Хитрого. Слабого… Гильза в подсумке обожгла бедро. Пришло время снова их собирать. Одна гильза – одна жизнь. Он не хотел к такому возвращаться, но судьба не дала ему иного выбора. За такой вероломный выстрел она его непременно накажет, подловит в самый нежданный момент, но он был готов заплатить такую цену, чтобы поскорее достичь своей цели.

– Ле-ший, – позвал его кто-то и снайпер поднял взгляд. – Там это… Посмотри…

Снайпер встал, сложил ленты в углу подъезда рядом с оружием.

– Что?

– Иди, посмотри…

Паренек, вызвавшийся помочь ему, был белым как мел. Это даже в темноте было видно. Что его так напугало?

Войдя в одну из квартир, Орлов вздохнул. Интересовался? Вот, получай!

Небольшая квартира была забита мусором, объедками и бутылками, хламом и откровенным дерьмом, но не это привело парнишку в ступор, а три изуродованных на полу кухни тела. Женщина, мужчина и девочка. У всех отрезаны уши, носы и пальцы. У мужчины еще и его мужского достоинства не хватает. Все отрезанные части нашлись тут же, рядом, на кухонном столе, выложенные диковеной фигурой. Что именно сошедший с ума этой инсталляцией хотел сказать – не понятно. Что должен был символизировать проткнутый и прибитый к столу здоровенным гвоздем мужской член стоявший вертикально? Орлов поморщился. Э не-е-е! Если это сделал тот урод, кого он убил, то он не был человеком, а значит, судьба за такое не то, что не накажет, должна одарить!

– Эй, – позвал его кто-то из другой комнаты. – …тут женщина!

Опа! Не уж-то та самая, пышногрудая, доступная и на все согласная, как недавно мечтал? А почему одна? В фантазиях Орлова их, как минимум три было. Хрена с два! Одна. Грязная, окровавленная, обнаженная, вся в синяках. Совсем не то, о чем он думал…

Незнакомка лежала на грязной тряпке в углу комнаты. Руки скованы цепью, одним концом тянущейся к батарее. Поза – «сидячий эмбрион». Ноги поджаты, руки у груди… Левая, кажется ножом порезана. Видны не глубокие, но длинные надрезы. Состояние женщины – на гране потери сознания.

– Что делать будем? – подошел Григорий, тяжелым взглядом осматривая пленницу.

Леший сплюнул.

– Освободить надо…

– А дальше? Вряд ли выкарабкается.

– Ну, тут бросьте тогда…

– Бросьте, – засопел глава подземников. – А ты че не возьмешь тогда?.. не надо из нас уродов делать. Сам видишь, что ей не жить…

Алексей ничего не ответил. Вышел из комнаты. Время. Время. Вр-р-р-ремя! Вот с ней он еще не возился! Дотащут, если захотят! Он не собирался тут ни с кем сюсюкаться.

– Ящики с патронами пока вынесите и у дверей сложите. В «торговый» кто идет? – спросил он, уже выйдя на лестничную клетку. Несколько подземников робко и неохотно подняли руки. – Погнали, времени нет.

– Эй, а с ней что?.. – догнал снайпера голос тунельника.

– Сам решай! Не маленький! – Сплюнул Леший и двинулся на выход.

***

Пулемет приятно тянул руки. Быстросъемная антабка от ШАКа подошла к пулемету как родная. Мелочь – а приятно. Жаль, что новое оружие не обладало хоть каким-нибудь прицелом, кроме механического, но это поправимо в будущем. Ленту для удобства он сложил в отстегнутый и закрепленный на груди клапан рюкзака. Вот и пригодилась переделка! Она тихонечко похрустывала патронами при ходьбе, что внушало невероятную уверенность. Твари разбежались, освободив неширокую, забитую автомобилями улицу. Отряд крался, пригибаясь. Мертвецы как ушли, ведомые визжащей сигнализацией изуродованных автомобилей, так могли и вернуться, стоило кому-то неудачно нашуметь.

До торгового центра было не далеко. Он находился в конце квартала. Двухэтажное здание с небольшой парковкой перед ним. Двери выбиты, окна-витрины тоже. Складывалось впечатление, что кто-то специально их все побил, а, разглядев на рамах и перегородках пулевые отверстия, Леший в своем выводе лишь утвердился.

Входили тихо. Аккуратно. Внутри, сразу в холле, маячило три темные, покачивающиеся тени. Убрали их тоже тихо, без привлечения внимания. Раздав подземникам приказы, Орлов с котом двинулись по помещению. Норд тянул воздух носом, недовольно фыркая. Шерстяной был прав. Пахло просто отвратительно. Продукты начали портиться. Температура днем уже временами к тридцати градусам подбиралась, даже ночи стали комфортными на столько, что и мертвяки не особо уже утром вялые, от тога и скорпорты все быстро пришли в негодность. Крысы вон расплодились и бог знает что еще. Еще немного и в таком месте клещей с блохами или чего похлеще наловить можно будет…

Ближе к холодильникам пришлось натянуть респиратор на морду. Дышать уже было невозможно, но звуки, доносящиеся из-за стеллажей, требовали проверки. Кот дальше не пошел. Четырехлапый начал довольно громко чихать и Алексей отправил друга назад. Тот, мрякнув, боднув хозяина в ногу, мол, «я мысленно с тобой, ты все сможешь, а если что случится, то не зови, я занят», поднял пушистый хвост и скоренько отправился дежурить на ступенях у входа (читай как «сидеть и жмуриться на солнышке, вяло постукивая хвостом по бетону, «кекая» на пролетающих мимо птичек»).

Особой угрозы в супермаркете не обнаружилось. Закончив с предварительным и беглым осмотров помещения, умертвив еще троих недомертвецов, Орлов вернулся ко входу. Стянув маску и жадно вдохнув не такой вонючий, а после пропахшего кислыми продуктами помещения, чуть ли не сладкий воздух, Леший принялся ждать, пока пятеро шустрых подземников набьют свои мешки оставшимися после вандализма сумасшедшего «джагернаута» консервами. Врядли что-то тут ценное осталось, но это его мало волновало. Он не им ничего тут не обещал. Выйдя под приятные лучи жаркого солнца, он уселся рядом с котом, погладил его по загривку. Снаружи было пустынно. Опасаться внезапно появившихся зомби не стоило.

– Ну, что, почти пришли?..

– Мря!

– Сейчас эти дочистят и дальше. Сколько там осталось, давай посмотрим?

Снайпер достал из подсумка смартфон, разблокировал его, смахнул предупреждающую надпись о низком уровне заряда батареи, уставился на карту. Навигатор говорил, что до цели оставалось меньше трехсот метров. Совсем близко. Покрутив головой, он сориентировался. Нужно обойти торговый центр и пройти два квартала. Дальше по улице должно быть какое-то административное, в форме буквы «Н», здание. Вот где-то там и находился офис Вероники. Сердце застучалось сильнее. Он понимал, что это не конечная цель его поиска, а лишь промежуточная, но осознание того, что у него что-то наконец-то стало срастаться – грело душу. Даже боль во всем теле немного поутихла и голова почти не кружилась.

***

Как оно там? Хочешь бога насмешить, расскажи ему о своих планах?.. Ну вот. Хлебай двумя ладонями, как говорится. Сглазил. Опять.

– Жованый ты крот! – что-то похожее на это вырвалось из глотки Лешего, когда тот добрался до места.

А как тут не материться? С подземниками он расстался минут пять назад, а сейчас уже находится у того самого здания… Сгоревшего дотла. Еще только обойдя ТЦ Орлов заподозрил неладное. Два сгоревших здания он заметил сразу и сердце от того предательски пропустило удар. Он почувствовал, что искомое, по закону подлости, находится именно в одном из них. Так это и оказалось.

Сейчас он стоял, тупо таращась на закопченный остов и не мог подобрать слов. От трех этажей осталось лишь два, да и то… Третий сложился, частично повредив второй. Правого крыла не было совсем, от левого еще что-то осталось.

– За-ши-би-сь, – понурил Алексей голову.

– Мря! – вздохнул кот, трогая лапкой еще горячий пепел. – Мря-мря?

– Да ну, – отмахнулся человек. – Знаю я свое везение… Вряд ли что-то тут найдем.

Он наклонился, поднял зверя, усадил на плечи, и сделал шаг. Ботинки всколыхнули золу, подняли облачко черной пыли. Леший двинулся в сторону уцелевшего крыла. Возможно там хотя бы номерки на дверях уцелели, или еще что-нибудь. Вдруг все же судьба сжалилась и ее кабинет уцелел? Хотя бы что-то в нем осталось?..

Уцелел. Осталось. Целая дверь, стол со стоящим на нем компьютером и полная бочка офисного кулера в левом углу. Все. У комнаты не хватало половины. Даже больше. Доски пола у дальней стены провалились и вели на первый этаж, зависнув над вывороченной арматурой. Бумаги, если они и были – давно уже сгорели, были раскиданы ветром, или вымочены дождем. Рабочий стол чудом устоял на самом краю обрыва.

– Ну, хоть что-то, – оглядев помещение из коридора, особо ни на что не надеясь, вздохнул Леший. – Побудь тут… а то ты вон жиры на бокх какие наел! Не хватало еще обоим свалиться…

Кот такому заявлению возмутился. Он выдал что-то на своем котячьем, но из всего потока фраз Орлов смог уловить лишь только обещания нассать в ботинки…

Пол под ногами скрипел и шевелился. Идти было страшно. Пришлось оставить в разрушенном коридоре рюкзак и все оружие. Аккуратно подходя к заветному столу, придерживаясь рукой за кусок стропы, привязанный за ручку двери, Алексей, даже не дышал. Спина взмокла. Голова снова не вовремя закружилась, в ушах зашумело. На крышке стола несколько промокших, прилипших к поверхности листов распечаток. Текст расплылся. Не читаемый. Ничего не трогая, он обошел мебель сбоку, неспешно открыл верхний ящик. Паркет под ним начал заметно наклоняться. Бетонная плита, судя по всему, обвалилась и весь, или часть кабинета в этом месте висел в воздухе, плавно двигаясь вверх и вниз, словно на волнах.

– Тихо, тихо, – прошептал Леший сам себе, когда на легком порыве ветра перекрытия под ним угрожающе затрещали.

В ящике нашлось несколько папок. Действуя из неудобной позы, снайпер вынул их как можно более аккуратно и переложил на край стола ближе к себе, затем из второго. В третьем не нашлось ничего интересного. Канцелярия, блокноты и скрепки. Блокноты тоже взял, вдруг где-то что-то записано. Даже пачку стикеров прихватил. Внезапно пол снова качнулся, пошел вниз. Затрещали доски. У самой двери вздыбился линолеум. Алексея тряхнуло, сердце и кишки внутри ушли на мгновении в пятки, затем все замерло.

– Я понял… Ухожу, ухожу…

Взяв папки, сунув их подмышку, Леший направился к дверям. Пол уже не просто хрустел, а гудел под ним, грозя вот-вот обрушиться. Стол дернулся, повернулся одним боком, покатился вниз. С него слетел монитор, ударился о край обрыва и рухнул, попутно выдрав из системника несколько проводов… Компьютер! – внезапно в последний момент вспомнил снайпер. Жесткий диск! Твою мать!

Бросив документы в коридор, он заскользил обратно вниз. Докатившись, ногами обхватил край стола, не давая тому сорваться, попытался вынуть коробку системника из стойки. Хрена там! Не вышло. Тот зацепился какими-то проводами и ни в какую не хотел покидать родного места. Рванув все выходы сразу, выдирая клавиатуру, колонки, обрывок кабеля принтера и еще какие-то провода, в которых Орлов не разбирался, он наконец-то смог освободить проклятущую железяку. Пол дрогнул сильнее. Балка слева хрустнула, обломилась и ожившие перекрытия загудев, начали разваливаться. Алексей не знал, повредятся ли данные на носители, если системник упадет с трехметровой высоты на бетон, и потому рисковал. В этом куске металла, микросхем и проводов мог быть заключен чуть ли не весь смысл его дальнейшего существования, потому, рыкнув разрывая швы под повязкой на ладони и пропитывая бинты кровью, он заерзал по паркету хватаясь в буквальном смысле за воздух, волоча за собой и компьютер, вспоминая добрым словом такую же добрую эвакуационную систему из троса и карабина, которая была у всех бойцов его подразделения всегда и, которая, ему бы сейчас ой как пригодилась!

Успел он в последний момент, хотя нет. В запасе еще секунд пять было и он даже не то, чтобы сам успел в коридор выбраться, так еще системник оттащить смог, кота и папки подальше от обрушающегося кабинета. Лишь после этого раздался тяжелый грохот и комната осыпалась вниз.

Коридор почти сразу наполнился тяжелым запахом гари и пыли. Снаружи, где-то вдалеке завыли собаки, а где-то явно ближе, заклокотали мертвецы.

– Та-а-ак, лохматый, валим… – правильно расценил Леший знаки судьбы и принялся суетиться.

Сунув все папки, без разбора, абы как в рюкзак, едва сумев его затянуть, он принялся за железяку. Болты выкрутить было нечем, сама жесть на боках блока вроде не толстая, но и пальцами не разорвать. Так, что там умник из «восемнадцатого» говорил?! Жесткий диск – коробочка, обычно в передней части системного блока, размером с блокнот… так… Нож вонзился в металл, вспорол его как консервный банку. Леший шикнул, когда острый край разорванного металла резанул по многострадальной правой руке. Слизав кровь, он принялся расширять отверстие до тех пор, пока не смог сунуть в дыру руку. Так. Фонариком посветить. Провода, микросхемы… Ага. Вон он… Опа! А их даже два! Что ж, оба берем!

Шум и мат привлекли мертвецов. Уже было слышно, как они стонут где-то на лестнице. Кот тоже услышал приближающуюся опасность, вздыбился, зашипел.

Оторвать жесткие диски оказалось невозможно. Они, сволочи такие, тоже, оказывается, привернуты на болты внутри… Что ж! Хрен с ним! Рюкзак с винтовкой и автоматом на спину, пулемет на шею в одну руку, компьютер в другую, кота на рюкзак и текать…

***

Спустившись по выступам бетона и обломкам разной мебели, Алексей смог укрыться в под бетонным блоком чуть в стороне от основного коридора здания. С одной стороны его защищала бетонная стена, над головой – такая же плита, с другой стороны обломки фундамента. Вход только один. Места достаточно, чтобы и самому спрятаться и компьютер многострадальный запихнуть и кота. Вот там они все втроем и просидели, пока двуногие и четверолапые твари не угомонились и не разошлись по своим делам.

Сидеть просто так Леший был не намерен и, потому, воспользовавшись неожиданным перекуром, принялся за куроченье оргтехники. Тащить коробку – неудобно. Одна рука постоянно занята будет. А в современном мире не то, чтобы одну занять критично, тут, как минимум, еще две отрастить нужно и глаза на затылке! Так что нужно было прямо тут вопрос с негабаритным грузом решать.

В небе громыхнуло. Орлов не видел другого края горизонта, но, судя по стремительно темнеющему над головой своду, собирался дождь. Дунуло ветром, принесшим в убежище запах пыли и гари, а ему еще два болта нужно вывернуть, чтобы снять вторую крышку системного блока… Он явно не успевал. Придется искать укрытие уже под дождем. Здесь пересидеть – не вариант. Неудобно, холодно и сыро. Да и зачем, когда вон, в любую квартиру зайди и пересиди хоть дождь, хоть ураган, хоть целую зиму в комфорте!

Первые тяжелые капли забарабанили по плите как раз в тот момент, когда Орлов наконец-то взялся за последний болт, удерживающий жесткий диск. Широким острием клинка это было делать очень неудобно, но мултитулла с собой или отвертки – не было, пришлось ковыряться так. Нож постоянно соскальзывал, грозил ткнуться в руку, царапал риску неподдающегося крепежа, но Алексей упорно каждый раз брался за рукоять оружия и продолжал потеть.

– Мяяяя… – затянул Норд, приподняв голову глядя печальными глазищами на то, как по пеплу барабанит льющаяся с неба вода.

– А что делать? – пожал плечами снайпер. – Придется под дождем. Я эту гробину по городу не потащу. Точно где-нибудь тогда нарвемся. Маленько осталось, потерпи…

– Мя-я-я-я… -как-то по-человечески вздохнул кот, опустив лохматую голову на усталые лапы.

И угораздило ж ему этого двуногого себе в друзья взять! Сидел бы сейчас дома, в тепле и комфорте… Он опять вздохнул. Кого он обманывает? Не сидел бы. Погиб еще в детстве… Двуногий выходил его, приютил. Он его любит и заботится о его лохматой шкуре, так что и ему следует отвечать на добро добром. Но как? Может вон ту крысу поймать и подарить? Нееет, хозяин их почему-то выбрасывает. Может летающую крысу тогда притащить?.. Точно! Вроде таких человек иногда в магазине покупает, только побольше…

– Пошли, – раздался голос над ухом и кот вздрогнул.

Леший наконец-то вынул из проклятущей железяки жесткие диски и теперь запаковывал их вместе с папками бумаг. Нужно было искать более надежное место, где можно было неспешно все их перечитать, а диски… Диски придется тащить в «восемнадцатый». Только там «Кулибин» сможет данные с них прочесть. Сам он вряд ли с такой задачей справится, даже если найдет в городе не обесточенный район и нормальный, рабочий компьютер.