Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

Соавторы: Влад Тарханов,Николай Малунов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 307 (всего у книги 329 страниц)

Когда колонна разрослась до почти пятнадцати человек, Игорь попросил у солдата пистолет и тот, на удивление, легко поделился оружием, даже показал, как пользоваться. Но даже наличие двух стрелков все же не уберегло от потерь. Как раз в районе ремонтных работ они нарвались на крупную стайку мертвецов, забравших у них троих. Игорь тогда всем небесам хвалы вознес, что тварь, кинувшаяся на его жену выбрала в последний момент того самого старика, а Леший в очередной раз понял, что увы, пожилым в этом мире больше нет места. Слишком уж беззащитные. Как и полные… как и дети… как и женщины… мало кому, короче, тут местечко найдется.

***

«Восемнадцатый» показался им уже к закату. Дождь из проливного перерос в мелкий, моросящий и из-за его пелены рассмотреть деталей не представлялось возможным, но три недостроенные многоэтажки выделяясь на фоне белого марева черными гробами, являлись отличным ориентиром.

– Ну вот и пришли, – опуская Настю на землю, так как руки уже отваливались здоровячку такую таскать, со смесью радости и грусти проговорил Орлов, всматриваясь вдаль. – Аккуратнее будьте, – предостерег он. – Я там не был, не знаю, может, там и нет никого, а может мертвецов полно…

– Но, ты же говорил, что там безопасно! – поинтересовались из толпы, идущей за ним, как за Моисеем.

– Говорил, – задумчиво проговорил Орлов, всматриваясь в дождь. – Было – безопасно, а как сейчас – хрен знает. Идем тихо, не растягиваемся, мало ли, как там сейчас…

***

– Стоять, кто такие? – окликнул их голос из-за наспех возведенной стены.

Орлов остановился, чуть развел руки в стороны. Автомат при этом повис на шее. Настю он благоразумно попросил держаться подальше от него. С людьми из «Восемнадцатого» он не был знаком и, потому нужно было быть готовым ко всему.

– Выжившие, – коротко крикнул Леший.

– Че надо? – немного резко ответили из-за укрытия.

– Шоколада! – огрызнулся снайпер. – Слышь, клоун! Старшего позови!

– А ты че такой борзый? – не унимался не видимый сторож.

– Какой вопрос, такой ответ! Старшего, говорю, позови!

Больше ему не ответили. Дождь опять пошел, усиливаясь. Капли барабанили по дождевику, заставляли людей за спиной ежиться. Похолодало.

– Кто такие? – раздался второй голос через минуту.

– Выжившие, – снова ответил Леший.

– Че надо?

Орлов сжал зубы. Да они прикалываются?

– В рифму ответить?

Орлов начал заводиться. Цирковое представление, на котором он внезапно оказался, ему не нравилось.

– С кем разговариваю?

Голос из-за стены помедлил, но нехотя отозвался.

– Командир роты охраны, для тебя – товарищ прапорщик. А ты кто такой?

– Капитан Алексей Орлов.

– Орлов?

Голос снова замолчал, раздался глухой звук отодвигаемого запора. В стене образовалась небольшая щель.

– Похож вроде… – неуверенно произнес голос. – Кто с тобой, капитан?

– Выживших в городе нашел. Вот. Привел.

– Постой пока там, сейчас начальство подойдет.

– Я-то постою, но у меня тут дети и женщины, а дождь вон какой хлещет…

– Не положено, – отозвался третий сварливый голос.

– Не положено им, – буркнул себе под нос Леший. – Узнаю родной дурдом…

Ворота открыли минут через пять. Люди к этому времени уже окончательно промокли и продрогли. Дождь разошелся не шуточный.

– Леший? – спросил вышедший к ним военный.

Толпа, уже двинувшаяся к раскрывшимся створкам замерла. Алексей преградил им путь жестом руки. Вторая сжалась на рукояти автомата.

– А вот теперь поподробнее, – нахмурился он.

– Заходи давай, не бойся! – махнул укрывающийся под дождевиком мужчина.

– Откуда меня знаешь?

Мужик вздохнул, сплюнул.

– Твои приезжали, предупредили, что можешь прийти. Заходи давай, нечего под дождем людей морозить.

Верить на слово не хотелось. Мало ли, что там, за заборорм, но с другой стороны и не доверять пока повода тоже не имелось. «Твои приезжали». Это которые? Курд? Или кто-то еще? Возможно. Надо будет разузнать. Людей, действительно, держать под ливнем не было смысла.

***

Встретили их угрюмыми взглядами. Охрана – три человека, и тот самый мужик в дождевике. Мужик представился как майор Егор Лаврентьевич Федорчук – командир восемнадцатого эвакуационного пункта.

– Людей в палатки, – начал командовать он, когда ворота за спинами выживших закрыли, – проследите за размещением…

– Но, тарищ майор! – попытался что-то возразить тот самый «Старший», разговаривавший с Лешим вторым.

– Размещайте, – отрезал начальник эвакопункта. – Потом разберемся! Мутные есть? – это уже негромкий вопрос Лешему.

Орлов отрицательно покачал головой.

– Это хорошо. Давай, прапорщик, выполняй. Все знаю, потом поговорим! А ты, – это снова Орлову, – давай за мной. Поговорим в тепле…

– Минутку, – кивнул Леший и подойдя к Игорю, попросил не громко. – Слушай, не в службу... Присмотри за моими баулами? И за девочкой, пока разговариваю? – глава первого встреченного семейства вздохнул. – Подарок мой можешь себе оставить, я тебе потом к нему патронов еще отсыплю.

Эти слова мужика обрадовали. Он охотно качнул головой, взглядом показал женщинам прихватить сумки военного и попытался взять за руку Настю. Девочка отрицательно качнула головой, издала звук, и прижалась к Орлову.

– Не пойду, – твердо сказала девчушка.

– Я ненадолго, – попытался расцепить пальцы ребенка Леший.

– У-у! – отрицательно снова покачала головой Настя.

– Ладно, пошли тогда вместе, но обещай слушаться?

– Обещаю, – еще сильнее прижалась девчушка.

Пришлось брать ее с собой. Майор никак на такое не отреагировал, он был занят раздачей указов, а, увидев ребенка на руках, лишь улыбнулся. Наверняка подумал, что это его дочь, ну да ладно, потом объяснится.

Их отвели в одно из недостроенных зданий, где на первом этаже располагался, судя по всему, штаб. Кабинет майор себе выбрал недалеко от входа. Судя по общему виду дома, тут особо-то и выбирать не приходилось. Голые бетонные стены, и мусор везде.

– Посиди пока тут. – попросил Леший, указывая девочке на стоявший рядом со входом стул. – Я сейчас поговорю и приду, хорошо?

Настя вздохнула, но уселась, всем своим видом при этом выказывая недовольство.

– Я недолго.

Леший улыбнулся и вошел в комнату, прикрыв за собой дверь.

– Присаживайся, – скинув дождевик и повесив его на вешалку, Федорчук указал ладонью на стоявший возле стола стул.

Помещение было почти пустым. Стол, пара стульев, шкаф. Все. Больше ничего. На столе бумаги, ноутбук, электрический чайник. В заклеенное полиэтиленом окно от генератора провод с улицы идет.

Орлов скинул пончо. Майор на пару мгновений замер, разглядывая костюм снайпера, потом хмыкнул.

– Точно ты! Вижу по… наряду…

– На счет этого... Ты говорил, – Леший сразу перешел на «ты», ибо майор был ненамного старше его самого, а среди военных такое обращение могло сразу между всеми знаками все необходимые точки расставить.

Егор Лаврентьевич хмыкнул, щелкнул кнопкой чайника.

– Ну что ж… давай так. Приезжали тут… дня два назад. Был там.. как его… Чечен. Вот он сказал, что может заявиться принципиальный снайпер с толпой людей на шее. Просил помочь, даже бумажкой какой-то от самого генерала светил…

– Курд, – поправил Леший.

Он улыбнулся уголком губ, давая понять майору, что такие проверки – для пацанов. Ему нечего было скрывать.

Федорчук неспешно достал две кружки, кивнул, принимая мысленный посыл.

– Да. Курд. Честно сказать, на хрен тебя послать тогда хотелось, но сейчас вижу, ты вроде мужик нормальный…

Он насыпал в кружки обычной крупнолистовой заварки, дождался, пока чайник согреется, разлил кипятка, достал из стола небольшую фляжку, открыл ее и, занеся над одной из посудин, вопросительно посмотрел на снайпера. Тот кивнул. Майор улыбнулся, плеснул в обе.

– Уважаю. Сейчас, с такой погодой, самое оно! Угощайся! – Отхлебнули. – Ты извини, капитан, за такую встречу. Народ сейчас разный, сам понимаешь… Злой, уставший. Мы тут друг у друга на головах, считай ютимся. Новые группы каждый день, приходят, а ты такую ораву сразу привел…

– Так, а в чем проблема, майор? У тебя вон, три «пятины» недостроенные на территории. Неужели места не хватает?

Федорчук снова отхлебнул, поморщился.

– Да в том то и дело, Орлов… Что недострой это! Коробки! Сам видишь, – он развел руками. – Только бетон и все. Ни окон работники вставить не успели, ни сантехники не подведено, ни даже электричества нет. В палатках теплее. Уж поверь. Да и не об этом я. Место есть… С припасами тяжело. Еды и воды дней на пять. Медикаментов в лучшем случае на месяц. У нас тут раненых много, на всех не хватает… – Леший напрягся. – Расслабься. Мы знаем, как все происходит. Обычные раненные. Кто в аварию попал, кого подстрелили, кто подрался. Всякие, в общем. Благо, что хоть врач толковый нашелся. Кстати, с той самой группой, что дружок твой привез, был, так что за это можно вам спасибо сказать. Наши медики, к сожалению, заразу подцепили. Пришлось их… – майор не договорил, но и так было понятно, что именно им пришлось…

– На счет врача, – поднял ладонь Леший. – У меня небольшая просьба. Там девочка в коридоре…

– Дочка? – перебил Федорчук.

– Нет, – вздохнул Орлов. – В городе подобрал. Долгая история. Так вот. У нее диабет. Серьезный. Я лекарства принес, но за ней присмотр нужен. Можете?

– Можем, – Егор Лаврентьевич отставил кружку, выжидательно посмотрел на снайпера.

– Понял, – кивнул тот. – Договоримся.

– Это хорошо! Понимающие мне нужны! – начальник эвакопункта улыбнулся. – Гражданских много, а вот военных мало. Толковых людей вообще, считай, нет. Кое-как тут быт наладили, но все на соплях, сам видел. Рук не хватает, так что, если на службу поступишь, буду рад. Ну, а я со своей стороны постараюсь, чтобы за девочкой присмотрели. Договорились?

Майор привстал, протянул руку. Орлов не спеша тоже поднялся, протянул свою.

– И еще… – добавил он, сжимая ладонь командира. – С той группой мама с девочкой должна была прийти… Такая, – он нарисовал на себе женскую фигуру с выдающимися, очень и очень выдающимися формами, – при них еще мог быть кот…

– Кот? – поднял бровь Федорчук и улыбнулся. – Это не кот, это тридцать три несчастья! Твой?

– Мой, – улыбнулся Леший.

– Тут они, к прапорщику подойди, подскажет, он расселением занимается. Зверюга твоя тут всем просраться вчера дала…

– Что такое?

– Да что! Такой вой устроила по утру, я уж думал, что за тварь, а это он… В подвале второго дома охоту устроил! Десяток крыс во-о-о-от такенных! – мужик показал каких именно, явно преувеличивая размеры животинок, – …загрыз, и мышей десятка два… И все это на ступеньках в подвал сложил… Потом давай орать как не в себя, охотник хренов!

Леший растянул губы еще шире.

– Этот да. У него привычка такая. Он у меня в Сирии однажды кобру загрыз, полдня орал ходил по казарме, пока я в отъезде был и таскал ее за собой… Всегда так, поймает кого, ходит потом, хвастается…

– Во-во! – выйдя из-за стола и направляясь к двери поддакнул командир. – Но надо сказать спасибо ему, спас нас можно сказать, от смерти голодной.

– Как так? – проследовал за хозяином «кабинета» снайпер.

– Да голубей повадился душить и на кухню таскать! Находчивая зверюга! Наши бабы сперва ругались, кричали, когда он им туши таскать стал, а потом кто-то вспомнил, что мясо у голубей съедобное… Ну, отварили пару… – Федорчук открыл дверь, выпуская гостя в коридор. – Оказалось, очень вкусно! Теперь вот и мы охотимся. А что делать…

– Так, а склады? – нахмурился Орлов. – Со складов тушенку привезти?

– Вот! Займешься этим? – ухмыльнулся майор.

Леший прикусил язык. Ах, ты ж хитрожопый жук! Нет! В этом мире ничего не меняется! Офицеры, подобные этому всегда найдут занятие для подчиненных. А ведь Орлов совсем уже успел позабыть старую армейскую пословицу о том, что инициатива в армии наказуема… Вот, напросился…

– У меня есть дела, – остановившись, машинально поглаживая Настю, снова прижавшуюся к нему по голове строго посмотрел в глаза майору он.

– Делай! – Так же серьезно кивнул Федорчук. – Но и договор не забывай. Я тебе препятствовать не буду, но и ты по мере сил, помогай. Да? – на последнем слове командир пункта посмотрел на девочку, улыбнулся и слегка коснулся ее носа своим указательным пальцем. – Ну, бывайте. Дела…

Леший вздохнул. Вот жешь! Опять на службу попал… Ну зарекался же уже! А, с другой стороны, майор ясно дал понять, что не против того, что он будет в город и по своим делам мотаться, что-то при этом и для «восемнадцатого» делая.

– Пойдем, – вздохнул Орлов, глядя на Настю. – Надо тебя врачу показать, да еще кое-что сделать.

Девочка тоже вздохнула. Это место ее немного пугало, это было видно по всей ее скованной позе, по затравленному взгляду, по голосу. Незнакомое место, незнакомые люди… Все чужое, пугающее. Она чувствовала себя одиноко, но с этим Леший знал, что можно сделать.

Выйдя на улицу, Алексей вздохнул полной грудью. Здесь это можно было сделать. Дождь стих, но туча, медленно крутившаяся над городом, обещала в скором времени свое возвращение. Искать прапорщика Орлов не стал. Он просто подошел ближе к зеленым длинным тентовым палаткам и во всю мощь своих легких крикнул имя друга.

– Мря-мря-мряяяя! – вылетела из одной из палаток серая стремительная фигура. – Мря-мряяяяя!

Мощные лапы вгрызались в землю, выбрасывая комки грязи. Норд мчался вперед, заприметив хозяина. В нескольких метрах от него он взмыл в воздух, приземлившись прямо в подставленные объятия.

– Ах, ты, ж жопа лохматая, – прижимая друга к себе, радостно проговорил Леший. – Ах, ты, морда усатая!

– Мря-мммммря!

Кот терся об хозяина всем, чем только мог. Видно было, четвероногий соскучился. Он крутился на руках, стараясь, и пузо, и голову, и холку под родные поглаживания подставить, чуть не падая с рук. Настя в оба глаза глядела на здоровенного зверя, слегка побаиваясь его.

– Дядя Ле-е-еша! – раздался откуда-то тонкий детский голосок.

Орлов поднял взгляд. Лена. Бежит к нему, как к родному, даже руки расставила. Бух. И они уже втроем обнимаются…

– А мы уве думаи, вас сыели! – с детской непосредственностью заявила девчонка, оторвавшись от объятий.

– Вот те раз, – улыбнулся, опускаясь на одно колено Алексей. – Не! Меня им не съесть! Я невкусный… Лена, – обратился он к девочке. – Знакомься, это Настя.

– Прифет! – улыбнулась девчонка, щеголяя дыркой на месте переднего зуба.

Настя не ответила, насупилась.

– Настя, это Лена. Поздоровайся.

Девочка надула щеки, подошла к Лешему ближе, взяла его за руку. Орлов улыбнулся.

– Лена, у меня к тебе важное дело…

– Вавное? – нахмурилась девочка, принимая кота.

– Да. Постой тут, – это уже Насте.

Они отошли, Алексей снова опустился на колено.

– Мне нужно, чтобы ты подружилась с Настей. У нее никого нет, ей страшно и грустно. Сделаешь это для меня?

– Фделаю! – улыбнулась девчушка. – Я ей фвои игруфки покажу, мофно?

– Конечно…

– Настя-я-я-яя! – громогласно, высоко закричала девчонка тут же. – Пойдем! Я тебе игруфки покаву!

Девочка засомневалась. Орлов махнул рукой, мол, подходи, не бойся.

– Нась, это Лена, он с тобой хочет дружить… А это Норд. Смотри, не бойся. Он добрый. Он тоже с тобой дружить хочет. Будешь с ними играть? – девочка нехотя кивнула. – Вот! Здорово! Лен, ты где живешь? Где мама?

– Во-о-о-он там, – девочка обернулась, показала пальцем на палатку. – А мама на кухне.

– Кушает?

– Не-е-ет, работает!

– Работает? Хорошо. Я зайду к вам попозже. Нам надо с Настей сейчас к врачу.

– Ты болеешь? – насторожилась Лена.

– Нет, – поспешил объяснить Леший. – У Насти не зараза. У нее диабет… Ей нужно к врачу…

– Эх, – вздохнула Лена. – Как у меня… ну ничего, – положила девочку руку новой подружке на плечо. – Мама гововит, мы спа-вимся…

Леший как стоял, так чуть не упал. Что? У Лены… У нее тоже?

– …П-иходи потом, поигваем, – продолжала девочка, не заметив замешательства взрослого. – Мама мне игруфки ф-вера принефла…

Алексей был обескуражен. В голове промчались мысли от «я же Насте лекарство принес» до «а хватит ли им обеим и на сколько?»… Голова закружилась. Новость шокировала. Но больше шокировало отношение Лены к своему недугу. Может он у нее не такой? Не на такой стадии?

– У меня есть лекафства, если тебе нувно, – продолжала девочка. – Мама гововит, делиться нувно…

Ком, подкатившийся к горлу заставил Лешего судорожно сглотнуть. Вот так новости… Вот так поворот событий… И он решил для себя, что обязательно найдет для девочек лекарство. Он принесет все, что только в городе есть. Он найдет Вику, и спасет этих двух замечательных девочек. Хотя бы попытается…

– Ладно, – сглотнул он, обретая дар речи заново. – Нам. Нужно. К врачу… Настя, пойдем…

Та кивнула. Вроде бы девочки друг другу понравились. Надо будет с мамой Лены поговорить, может, сможет на время, хотя бы приютить… А потом… Что потом? Вот потом он будет решать эту проблему!

Палатку с большим белым крестом было видно издалека. Она находилась в самой дальней части отгороженного всяким хламом строительного полигона. Рядом с ней стояли еще три, поменьше, соединенные переходами. Классический полевой госпиталь. Хирургическое отделение, лазарет и общий прием.

Внутри было тепло и сухо. Пахло лекарствами. Войдя, он сразу встретился с двумя охранниками. Молодые. Скорее всего, «срочники». Лет под восемнадцать-двадцать.

– Вы к кому? – поднялся первый.

– Мне к врачу. Девочку вот привел, нужно осмотреть.

– Сейчас, – кивнул парень и, глянув на напарника, скрылся за матерчатой дверью тамбура.

– Олег Юрьеви-и-ич! Тут к вам… – донесся удаляющийся голос парня.

– Не бойся, – присел на одно колено перед ребенком Орлов. – Дядя тебя сейчас осмотрит. Это не больно, я рядом буду.

– Я знаю, – вздохнула девочка, и Леший в очередной раз убедился в том, насколько этот ребенок крепок духом.

Грустит. Видно – плохо, но держится, зубы сжав. Так и надо. Сейчас только такие с ума не сойдут, только такие выживут…

– Так, что у нас тут… – раздался старческий голос, когда навес снова распахнулся. – На… Настенька?!

– Деда! – вскрикнула девочка, вмиг обрадовавшись и кинувшись к старику в объятия.

– Настенька! – запричитал старик, не скрывая слез. – Настя! Настя! Внученька… да как же ты, да как ты тут…

Сказать, что Леший охренел – вообще ничего не сказать.

Конец второй части

Часть 3. ВЫЖИВАНИЕ. Все умрут, а я останусь....

Как трудно верится теперь,

Что мы не ту открыли дверь.

Нарушив равенство весов

Мы разбудили злых богов.

Теперь не дрогнет ли рука,

Сыграть с чертями в «дурака»,

Когда холодной сталью лег

На горло ангельский клинок?

Нам бы продержаться ночь…

До рассвета.

Но ты не спрашивай зачем,

Я всех тайн не открою,

Так что, брат, давай вперед!

А я прикрою!

(гр. «Сатисфакция», «Между добром и злом»)

Глава 15. Восемнадцатый

Обнимался дед с внучкой долго. Минут пятнадцать не могли друг от друга оторваться, настолько они были рады встрече. Но все рано или поздно заканчивается. Вот и радость от встречи с Настей тоже сменилась горечью. Горечью осознания того, что его родная дочь больше никогда к нему не вернется.

– Как она… – врач не сдержал слез. – Как она… ну…

– Не при ребенке, – вздохнул снайпер. – Давайте отойдем? Нам есть о чем поговорить.

Старик тяжело поднялся, посмотрел на внучку, попросил побыть здесь (из тамбура госпиталя они уже перебрались в небольшой личный кабинет старшего врача), а сам пригласил Лешего в отдельное помещение. Войдя, он подошел к столу, достал из ящичка пузатую бутыль, плеснул в стакан, опрокинул залпом. Сморщился. Занюхал рукавом. Леший стоял неподвижно, дожидаясь, пока отец приготовится услышать тяжелые вести о кончине дочери.

– Как… – хрипло наконец-то выдохнул он и не смог сразу договорить фразу. – ...Как это случилось? Вы, вероятно в курсе…

– Ее укусили.

Старик сжал кулак, ударил по столу.

– Твари… Она сильно мучилась?

– Нет. Она застрелилась. Даже боли не почувствовала. Все произошло быстро и безболезненно. Она даже и понять ничего не успела.

– Алечка… Как же так…

– Я встретил ее в здании почты совершенно случайно…

Леший рассказывал, а перед глазами стояло лицо мертвой учительницы. Точнее то, что от ее лица осталось. Неприглядная картина слезшей с черепа кожи долго еще будет видеться ему в минуты слабости. И пистолет… С закушенной гильзой... Он врал. Нагло врал, но рассказывать правду не хотелось. Пусть таким образом он хоть немного, но смягчит отцовскую утрату. Наверняка он уже готовился к тому, что больше родственников не увидит. Все выжившие к этому готовятся… Даже он, Леший, готов к тому, что больше не увидит Вику. Или увидит, но в ином обличии и что он тогда будет делать?

– … ну, а там бабка. Сиделка. Она-то ее и цапнула... – закончил Алексей свой короткий рассказ и замолчал.

– Эх, Алечка, – снова горько вздохнул мужчина. – Не уберег…

– Извините, – пожал Орлов плечами.

– Да я про себя! – махнул врач рукой. – Ведь чуял же что что-то не так, когда все это началось! Так нет же!... Эх, Аля, Аля… Спасибо вам, – врач поднялся, протянул Алексею руку: – …извините, как вас?

– Леший, – поднял Орлов свою.

Врач немного смутился, но все же, нашелся.

– Олег Юрьевич. Спасибо вам, Леший, что хотя бы внучку спасли. Не знаю, как бы я без нее… Спасибо вам. Отныне я вам по гроб жизни должен!

– Не стоит, – Алексей потер усталые глаза. – Чем смог.

– Нет! Что вы! Она же у меня одна! Больше никого и нету… Так что, если что-то будет нужно, то я постараюсь вам помочь…

– А знаете… – Леший задумался. – У меня к вам все же будет просьба. И вопрос.

– Слушаю, – насторожился старик.

Вот так всегда! Сперва готовы на любую услугу, а когда заводишь разговор, начинают сомневаться в своих словах… Эх! Человеки!

– У Насти диабет… – Олег Юрьевич кивнул. – Я там ей лекарств принес, они в палатке у одного моего знакомого… У меня к вам просьба. Тут еще одна девочка есть, у нее тоже эта зараза. Я понимаю, что вам придется такие ценные лекарства делить на два, но, все же, попрошу ее без внимания тоже не оставлять. Да, я Насте вашей их нес, но и Лена примерно ее возраста… Будьте добры, разделите поровну, а я, как в городе буду, постараюсь еще принести…

– Что? – врач нахмурился. – Да вы за кого меня держите? Что за шутки, молодой человек?! Я же врач! Я клятву давал! Об этом и речи не может не идти! Само собой я о ней позабочусь!

– Я понимаю, – прервал Леший доктора спокойным тихим голосом. – Но, все же, решил лично попросить. Приглядите за ней. Она в третьей, кажется, палатке живет, а мама у нее на кухне работает…

– Еще раз говорю! Не-бес-по-кой-тесь! Я понял, о ком вы говорите! У Леночки ранняя стадия, до уколов, надеюсь, не дойдет, но я в любом случае не оставил бы ее без лечения!

– Вот и хорошо! Я слышал от вашего командира, что с лекарствами в «восемнадцатом» напряг. В город, я так понимаю, никто не ходил за припасами? – Олег Юрьевич сокрушенно покачал головой.

– Ходили вроде, да мало кто вернулся. Там же сейчас такой ад!..

Леший усмехнулся. Он бы мог рассказать об аде много. Что в Афгане, что в Чечне, что в Сирии такого насмотрелся!.. Но удержался. Врач, наверное, с высоты своего опыта, тоже мог бы поделиться парой леденящих кровь и душу сюжетов из жизни. Не детский сад же, в конце концов! К чему тут опытом меряться.

– Вы мне список напишите, пожалуйста… Все, что нужно… А я постараюсь поискать. Желательно, если есть, то упаковки от них дайте. Читать не всегда удобно. В городе почти нигде света нет, а твари на фонарик сбегаются, будь здоров! Или описания упаковок, чтобы можно было найти быстро.

– Сделаю, – пообещал Олег Юрьевич. – За это буду благодарен! У нас тут почти все на исходе, но главная проблема в обезболивающих и антибиотиках. Извините за личный вопрос. Вы вот только оттуда и снова идете… У вас там кто-то остался?

– Остался…

– Понимаю. Что ж… Надеюсь, вы найдете того, кого ищете… Когда вы собираетесь?

– Да вот подремать думал, чуть передохнуть и в путь. Это, кстати, тот самый вопрос. Где бы тут безопасно можно было всхрапнуть, часиков, эдак сто?

Старик улыбнулся, засуетился.

– Так вот же, можете у меня тут и прилечь! – он отодвинул полог, демонстрируя еще одно небольшое помещение с раскладушкой. – Ложитесь, отдыхайте. Никто вас не потревожит! Сколько надо, столько и отдыхайте! Это тоже не проблема!

– Хорошо, – зевнул Орлов, ощущая внезапно навалившую усталость.

Руки налились тяжестью, обвисли, словно он занимался тяжелой атлетикой. Ноги загудели, как после кросса. Да и общее самочувствие резко ухудшилось. Оказавшись в тепле и относительной безопасности, организм начал стремительно требовать от хозяина отдыха. Еще очень хотелось есть, но спать, все же, больше. Он снова зевнул.

– Я пару часиков вздремну, если что, разбудите…

– Хорошо, не переживайте. Я же сказал, сколько нужно, столько и отдыхайте! И, давайте, я вам витаминный коктейль поставлю, организм поддержать?

– Нет, не надо, – Орлов посмотрел на часы, потыкал пальцем, выставляя в них будильник. – Может быть потом…

– Хорошо. В тумбочке подушка и одеяло. Можете воспользоваться. А я тогда пока к Настеньке…

Алексей кивнул, прошел в закуток, опустил за собой полог. Сев на край раскладушки, он глубоко вздохнул, задержал воздух и медленно выдохнул. Голова пошла кругом. Только сейчас он понял, насколько устал. Накинув ремень автомата на шею, он лег и практически сразу провалился в сон.

***

На удивление, в этот раз ничего не снилось. Он просто закрыл и открыл глаза, потеряв изрядный промежуток времени. Измученный организм, напитавшийся эмоциями за прошедшие дни, получивший при этом изрядную дозу адреналина и стресса просто был обязан выдать какие-то цветные картинки, желательно с какой-нибудь обнаженной красавицей, но мозг послал хозяина на три известные буквы и просто отключился. Ну, что ж. Ему виднее. На то он и мозг.

Проснулся Орлов с ощущением, что изрядно выспался и отдохнул. Он сразу, без вступления, вспомнил, где находится и сориентировался в обстановке. Судя по часам, проспал он никак не запланированные два часа, а гораздо больше. Судя по индикатору, будильник сработал исправно, но, от чего-то Леший его не расслышал. Так. Первый тревожный звоночек. Обычно он просыпался от любого звука, а тут… Видать организм совсем расслабился. А допускать сейчас такого никак нельзя.

– О, вы проснулись! – встретил Алексея, кимарящий на стуле доктор. – Который час? О! Так поздно уже! Пора на обход…

– Извините, что занял ваше место, – зевнув и, потянувшись, слукавил снайпер, – надо было меня разбудить.

– Да ничего страшного! – махнул рукой Олег Юрьевич. – Кофейку?

– Да! – чуть было не застонал Леший, услышав такое теплое и родное слово.

Кофе он любил. Жить, можно сказать, без него не мог! В долгих засидках такой пахучий, желанный и простой предмет был для него недосягаем, потому еще более желанен. Возвращаясь из рейда он мог выпить за раз целый литровый термос, упиваясь и наслаждаясь этим горьким напитком.

Кофе у местного целителя оказался отличным! Дорогим. Алексей сразу оценил вкусы старика, еще как только он достал из-под стола знаменитый золоченый пакет. Можно было бы присвистнуть, удивившись тому, откуда у простого врача такие средства, чтобы он мог себе позволить эту марку! Если бы не одно но!.. Вчера он лично видел, как дети играли в классики на бетонной площадке, вместо камня используя золотые кольца из разграбленной кем-то ювелирки. Деньги теперь ничего не значат. Можно пойти в любой магазин и взять все, что хочешь. Рай? Рай… Но не для всех. Пойти и взять – это теперь самое трудное. Не каждый сможет дойти, и не каждый унести. Так что… Дорогие марки кофе, коньяка и прочие деликатесы, недоступные простым жителям прежде – сейчас обыденность.

За кофе-паузой, разговорились. За первой кружкой последовала вторая. Так как час уже был поздним, далеко за полночь, Леший выспался, а Олег Юрьевич по старческой привычке страдал бессонницей, на осмотр дальше решили двинуться вместе. У Орлова были важные дела, вроде тех, чтобы навестить Настю с Леной, обговорить кое-какие планы с командиром «восемнадцатого», но ночь… Ночью люди обычно спят… Так что, чем еще было заниматься? Верно, выяснять про потенциального врага всю доступную информацию, а у кого это лучше всего делать? Верно! У того, кто в этом понимает!

– Вот вы – врач… – дождавшись, пока Олег Юрьевич закончит читать отчет, принесенный медсестрой, принялся прощупывать почву Леший. – Как бы все это описали с вашей точки зрения? Ну, с точки зрения медицины, науки. Как такое вообще возможно? Я имею в виду всех этих мертвецов. Это же противоречит всем законам природы… У вас есть какая-то теория?

– Ха! – врач поправил очки, и, судя по виду старика, у Лешего намечалось продуктивное времяпрепровождение. – Молодой человек! Я рад, что хоть кого-то это интересует! Вы не поверите! – Олег Юрьевич даже оживился, скидывая с уставшего лица сонливость. – Вы не поверите, но никто особо этим вопросом не занимается! Я понимаю, у всех есть важные дела, но что может быть важнее понимания, что именно произошло? Пойдемте, пойдемте, я вам кое-что покажу! – Доктор повел Лешего обратно в свой импровизированный кабинетик. – Я вам не то, чтобы теорию, я вам даже, можно так сказать, факты могу изложить! Я ведь уже даже изучать начал эту заразу… – доктор порылся в бумагах, посмотрел на полку, снял с нее папку и протянул Лешему. – Вот! Здесь есть кое-что интересное! Давайте начнем с природы, с сути образования заразы! У меня было слишком мало материала для изучения, но кое-что я уже могу сказать с уверенностью! Все, что случилось – не имеет никакого отношения к природному явлению!

– Что? – Леший нахмурился.

– Да-да… Эта зараза… Я такого еще не видел. Это и вирус и грибок одновременно! Можно сказать, что это новый вид… э-э-э… формы жизни!

– Это как? То есть это не само собой образовалось, а… наших рук дело? Террористы? Американцы?

– Утверждать не могу, – врач уселся на стул. – Присаживайтесь, разговор будет долгим, если вам интересно. – Леший сел. – Материала, повторюсь, мало для изучения, так что данные скудны.

– Материала? – Орлов опять нахмурился, пытаясь понять, что именно врач имеет ввиду под этим термином. – Вы о мертвецах? – Олег Юрьевич кивнул. – Ну так их вон… Весь город! Бери, да изучай! Пили на кусочки и молекулы. Не понимаю?!

– Э не-е-е-е! – врач хитро прищурился. – Не все так просто! Для изучения и понимания сути, нужны первичные зараженные…

– Первичные?

– Да! Носители заразы…

– Опять не понял, – почесал затылок снайпер. – Они что, отличаются друг от друга?

– Увы, но да. Первичные – это те, кто заразился напрямую. Я теперь с уверенностью могу сказать, что произошло все это из-за того дождя, что прошел ночью три дня назад. В каплях воды я и обнаружил первые признаки заразы. Так, судя по всему, зараза и попала в наш организм. Мы – это как раз вторичные зараженные, а третичные – это уже те, кого укусили.