Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

Зашив рану, сменив повязку и собравшись, напихав в подсумки разного полезного, вроде фонарика, запасных бинтов, жгутов и таблеток, перед выходом подумал решить еще один небольшой вопрос... Организм просился опорожниться. Здесь вроде безопасно и все дела свои можно сделать в спокойной обстановке, а там опасности подстерегают, и кто знает, удастся ли нормально сходить в туалет, но с другой стороны… Как-то неприлично, что ли?! Хранилище, как-никак! Да и люди, случайно нашедшие это место, могут быть неприятно удивлены, но выбирая между неудобствами и собственной жизнью, Леший для себя сделал выбор в пользу второго.

Закончив свои грязные дела, уже собираясь выйти во второй раз, вспомнил о висельниках. Оставлять их в таком виде не хотелось, но… За спиной раздался шорох. Вспомнишь солнце, вот и лучик… Алексей медленно обернулся. Анна. Идет, неуклюже переставляя ноги, качает бессильно болтающейся на сломанной шее головой. Если с туалетным сюрпризом будущие гости хранилища смогут смириться, то вот оставлять такой, уже не хотелось… Мало ли, сунется кто, не проверив, а тут два мертвяка! Если даже и не покусают, то точно провоняют все помещение и припасы.

Разобравшись с мертвецами, Орлов выволок их тела из хранилища, уложил рядом с лестницей, накрыл белым полотнищем. Тащить их дальше не было никакого смысла. Не то время. Он и так больше чем мог для них уже сделал. Жалко, конечно, людей, намучались, но что поделать? Хоронить сейчас – дело глупое.

Тела супругов навели Орлова на мысль. Было замечено, что чем более быстрой смертью погибает носитель, тем, соответственно, быстрее он оборачивается в мертвяка. Так, к примеру, погибшие на поле боя с простреленной грудью до полного перерождения могли пролежать на земле до получаса, а убитые более быстрым способом, но с сохранением мозга, могли встать уже через несколько минут. Сколько на это было нужно времени задохнувшемуся человеку, Леший не знал, но в любом случае не было замечено случая, что для превращения в зомби после смерти требовалось несколько часов. Значит что? Значит, повесились муж с женой совсем недавно… Может, сразу после того, как Вика с семьей ушли? А может из-за них? Или… Нет, Орлов покачал головой, выталкивая темные мысли. Да, Вячеслав не внушал доверия, но не мог же он их... того…

Выходил из подвала снайпер аккуратно и не спеша. Глазам после яркого помещения нужно было привыкнуть к темноте. Машины, на которой он с семьей сюда приехал, на месте не оказалось, что было странно, но предсказуемо. Вероятно, или Андрей, или Анна рассказали, что с ними приключилось и то, как они тут с Лешим оказались.

– И почему ты не собака? – поинтересовался Орлов у кота, вздохнув. – Сейчас бы по следу быстро нашел…

Кот мрякнул, фыркнул, даже хвостом дернул, выразив свое мнение об этих презренных четвероногих, с которыми двуногий его пытался сравнить и, понюхав асфальт, громко чихнул.

– Тихо ты, всех мертвецов в округе соберешь… Ну, что, пойдем тогда по наиболее вероятным следам?

Орлов осмотрелся, прикинул, в каком положении он бросил машину, и пошел в сторону выезда из города.

***

Бандиты сегодня не спали. Пока человек с котом шли по темным улицам, им встретились, по меньшей мере, пять автомобилей и две пешие группы. Все они двигались куда-то к центру. Машины изрядно потрепанные, люди побиты. Видать, дождались ночи и отступили, но какой смысл? «Восемнадцатый» уничтожен, никто в спину за ними не пойдет, можно и днем было спокойно передвигаться, но кто их поймет. Может, мародерили до самого заката, а теперь домой с пожитками? Может.

Брошенный в подворотне джип нашелся довольно быстро. По сути, это было единственное место, куда его можно было загнать. Длинный проспект по обе стороны был надежно заперт припаркованными автомобилями. Деваться с дороги особо было некуда. Лишь на одном перекрестке автомобиль мог повернуть налево, но та дорога вела в глубь города, а там опасно и, вероятнее всего, Вячеслав повел машину прочь от этого проклятого мегаполиса. В итоге Леший угадал с направлением, чему был несказанно рад.

Наспех обыскав автомобиль, он пришел к выводу, что покидали его в спешке. Багажник набит вещами, на заднем сидении несколько пакетов в кучке цветастых фантиков.

– Зря ночью поехали, – вздохнул Алексей, осматриваясь.

Действительно. Он бы двинулся днем. Ночью и звук дальше распространяется в холодном воздухе, и фары видно за несколько километров. Но что-то же заставило семью собраться и экстренно двинуться в ночь!

Одиноко светящийся уголок окна в соседней многоэтажке обнаружился тоже очень быстро. Причем не только им одним. По проспекту к дому двигалась группа. Большая. Человек двадцать. Шли молча, и до них было далеко, но что-то подсказывало снайперу, что это вряд ли какие-то выжившие. Скорее всего, это те же, кто атаковал их дом. Двигались они целенаправленно. Или тоже заметили призывный маяк, или по каким-то другим делам, было непонятно, но лучше было поспешить. Леший похромал вперед. Общее самочувствие еще не радовало, но его никто не спрашивал.

Кто-то (еще не факт, что Вика с мужем) расположился на третьем, самом противном этаже. Ни сбежать (высоко), ни оборону нормально удержать (тут и гранату закинут, и угол стрельбы неудобный). Алексей поморщился. Ну, хорошо, хоть не на пятом…

Сбивая дыхание, ощущая новый подъем температуры, Леший добрался до темного подъезда, вошел, прикрыл за собой дверь. Пошарив по сторонам, посветил фонарем, но не нашел ничего, чем бы можно было ту дверь подпереть. Пришлось подниматься по лестнице, оставляя тылы открытыми. Первый этаж. Сердце бьется сильнее. Не от нагрузки, от волнения. Вдруг он ошибся и там обычные спрятавшиеся от случившегося катаклизма выжившие? Второй. Пот покрывает спину, заставляет рубаху липнуть к телу. Третий… Фух… дверь прямо. Удар прикладом.

– Вика! Это я! Открывайте!

Шансы на то, что за дверью именно ее семья, были мизерными. Мало ли, кто там спрятался и есть ли там вообще кто-то!? Вдруг еще со времен дня «З» хозяева свет включенными оставили, и он сбил Алексея с толку, но брошенная машина все же внушала надежду.

– Открывайте! – чуть тише повторил Алексей. – К вам гости идут!

Через бесконечно долгую вечность, в двери все же скрипнул замок, дверное полотно приоткрылось. Снайпер вошел. Это была она! Он не ошибся! Вика выглядела испуганной. Ее глаза в полумраке выглядели расширившимися. Вячеслав стоял чуть дальше, держа направленный на незваного гостя пистолет.

– Леша… Мы… я… – она не нашлась, что сказать, и это было на руку.

– Времени нет! Нужно срочно уходить! Собирай детей!

– Слышь!– попытался привлечь внимание к себе вооруженный мужчина. – Вали-ка отсюда!?

– Рот закрой, – отмахнулся от него, как от комара Леший. – У вас угол окна просвечивает! Кто окна завешивал?!

На шум в прихожую прибежали дети.

– Мама! – заплакала Эльза.

– Собирайтесь, – прислушиваясь, не скрипнет ли подъездная дверь, снова потребовал Алексей. – Быстро!

– Не командуй тут! – Вячеслав поднял пистолет повыше. – Вали отсюда, говорю! Вика! Не слушай его, они нас не тронут! Им только он нужен! Закрой дверь! Они сюда не войдут, а он пусть уходит!

– Ты совсем дебил? Ты не слышал, что я сказал?! Сюда толпа тех, кто ночью бойню в «восемнадцатом» устроили, идет! Вика! Собирай детей, срочно, говорю, уходим!

Виктория заметалась. Было видно, что она взволнована и растеряна. С одной стороны любимый и родной муж, с другой – по сути не знакомый мужик, но который уже не раз их спасал и оказывался прав…

– Она никуда с тобой не пойдет! – понизил голос до угрожающего Вячеслав.

Алексей, продолжая игнорировать оружие в руке главы семейства, посмотрел в глаза подруги.

– Вик. Послушай! Тамдесяток здоровых мужиков! Подумай о девочках! О себе! Ты уверена, что они их и тебя не тронут? Ты уверена, что он тебя защитит? – Леший сделал паузу, медленно посмотрел на Вячеслава, потомна Викторию. – Выбирай! Или остаешься тут и молишься, что вас не тронут, или уходите со мной. Я вас точно смогу защитить!

– Но-о-о…

Женщина ошарашенно хлопнула глазами, перевела взгляд на мужа, на детей, снова посмотрела на друга. В глазах заблестели слезинки, губы поджались, в теле появилась дрожь. Она стояла на пороге выбора. На пороге неприятного выбора…. срыва, страха, волнения! Напуганная и запутавшаяся…

– Но Леш… Я так не могу… – чуть не заплакав, прошептала она.

– Она никуда с тобой не пойдет! – Вячеслав подошел ближе, грубо дернул жену за руку, уловив ее сомнения. – Вали отсюда, пока башку не прострелил! Это все из-за тебя! Вика?

Ощутив сопротивление, попытавшись увести супругу в соседнюю комнату, Вячеслав удивленно посмотрел на нее.

– Я не понял… Вика? В чем дело?!

– Слав… Надо уходить… Если Леша прав…

– Леша, – передразнил, взрыкнув, Вячеслав. – Теперь уже Леша?! Лешенька! Я так и знал, что вы с ним…

Что именно, он не договорил. Леший устал от пустых разговоров. Устал терять время просто так. Устал от него. Легкий тычок под ребра выбил воздух, заставил вроде бы не маленького мужика сложиться пополам, задохнувшись. Раздался выстрел. Дети закричали, Виктория вскрикнула. Леший выматерился. Пуля угодила в пол, не задев никого лишь по счастливой случайности. Он как-то совсем выпустил тот факт, что мышцы человеческого организма способны сокращаться не произвольно, но это сыграло на руку. Сделав вид, что у него все под контролем, на самом деле ощутив выступивший на спине ледяной пот, Алексей пришел в движение, не давая женщине очнуться.

– Дебил! Вика, быстро! Они теперь точно на выстрел прибегут! Уходим!

– Но…

Леший схватил ее за руку, потянул к выходу, попутно беря на руки Миру и Эльзу. Девочки ревели, испугавшись резкого звука и спора взрослых, но это тоже, как ни странно, было на руку. Виктория мгновенно скинула пелену сомнений и решительно пошагала за снайпером и маячившим уже на лестничной площадке котом.

Выходить решили через крышу, благо, что люк был не заперт. Леший проверил чердачное пространство, махнул рукой.

– Все чисто, поднимайтесь!

Первыми он принял девочек, затем подал руку Виктории и поборол лютое желании привалить люк сверху чем-то тяжелым, чтобы хромавший следом Вячеслав остался снаружи.

Покидали дом через самый дальний подъезд. К этому времени Виктория начала приходить в себя и стала задавать неудобные вопросы, вроде, «А как же Слава», «Мы не можем его бросить» и «А он точно идет?»…

– Слушай, – выйдя на улицу, не сбавляя ход, начал Алексей раздраженно. – Я все понимаю! Муж и прочее! Но он накосячил! Я ему в няньки не набивался! Мне вообще на него плевать! Я должен защитить вас, если он этого сделать не в состоянии! Он взрослый мужик, справится! Нужно срочно добраться до моего схрона, и уже там решим, что делать с твоим Славой… Нужно обезопасить тебя и девочек, понимаешь меня? – Кивок, слезы на глазах. – Вот и хорошо! Некогда расслабляться! Видела, что эти мрази с Анной и Андреем сделали? – снова кивок, на этот раз более резкий, напуганный, – … а теперь представь вас на их месте?!.

Он не останавливался, не давая Виктории расслабиться ни на мгновение, прибегая к грязным приемам, но на войне все средства хороши, а то, что с Вячеславом у них началась именно она, не прикрытая, как раньше, Леший уже не скрывал. Лишние мысли в женской голове ему совсем не нужны, потому он бил больно и точно, спекулируя детьми. Нужно, чтобы в такой обстановке, как сейчас, она выполняла его команды четко и без лишних слов, а не тянула в сторону, оглядывалась и всячески замедляла его продвижение.

До схрона добрались довольно быстро. То ли страх сил придал, то ли адреналин боль заглушил, но Леший дотащил женскую ораву до заветного подвала, казалось, за одно дыхание, а ведь ему пришлось и площадь большую пересечь, и догорающие останки какого-то ангара-магазина, судя по вывеске, торговавшего раньше мебелью, и под финал – широкую парковку сгоревшей «шестерочки». Тут Алексей, надо сказать, все же воздуха в грудь набрал да ход сбавил. Эх, а ведь еще совсем недавно он здесь с Алей был… Разговаривал с укушенным охранником, девочку ту, спасенную, из бандитского джипа оставил, спас попавших в плен к уродам продавщиц… Вроде так давно и так не давно это все случилось! Пришлось с горечью отметить, что теперь каждый новый день – как целая жизнь. Что тут говорить?! Вчера у них еще был дом, а сегодня от него уже одни руины…

Открыв неприметную, приваленную строительным мусором дверь с огромным ржавым замком на петлях, Алексей посветил фонарем в подвал. Вроде, все как он оставлял: вон доска на едва стоящих подпорках, проволока растяжки, завал из невесть откуда взявшихся старых школьных парт и стульев, а под ним лаз за заваленную дверь…

Заперев внешние двери изнутри, он проверил на безопасность свою берлогу, найденную совершенно случайно, из чистого интереса, в одну из вылазок, и лишь после этого разрешил пролезть в с виду, казалось было, неказистую дыру остальным. Кот шмыгнул первым. За ним дети и Виктория.

Честно сказать, по внешнему виду «прихожей», она ожидала увидеть небольшое подвальное помещение, скорее всего сырое, затхлое, возможно, даже, с крысами. Все такое, знаете, мрачное, неприветливое… но, когда Алексей зажег расставленные по периметру помещения электрические лампы на батарейках, Вика одобрительно покачала головой.

Судя по всему, помещение раньше было жилым. То ли цокольный этаж какого-то складского помещения магазина, то ли еще что-то на это похожее. Не большое, но просторное. Вдоль длинных стен стояло несколько объемных коробок и ящиков, у коротких – стояли металлические стеллажы… Склад делился на два помещения. Основное – побольше, второе, меньшего размера, скорее всего, являлось какой-то подсобкой для работников.

– Туалет там, – включая оставшиеся осветительные приборы, указал рукой на дверь у дальней стены Леший. – Раковина есть, можете помыться и переодеться. Воды в баке немного, но я сейчас еще долью. Пока умыться хватит.

– А тут точно безопасно?!

Виктория отошла от лаза, Орлов чем-то скрипнул, вероятно, запирая вход.

– Точно, – похлопал он ладони друг о друга, стряхивая с них ржавчину. – Снаружи обвал, вход наглухо завален бетоном и кирпичом. Только взрывать. Здесь, видимо, склад электроники был. Сверху магазин «РТБ». От него ничего не осталось, сгорел, как «Шестерочка», но стены тут глухие, окна тоже завалены мусором, я проверял, так что, если дискотеку не устраивать, то снаружи ничего не слышно и не видно. Не переживайте, здесь надежно.

Леший открыл один из ящиков, достал из него небольшой, плотно упакованный рюкзак, какое-то снаряжение, автомат. Кот по-хозяйски сразу двинулся к другому ящику, принялся его обнюхивать.

– Там еда кое-какая, – не отвлекаясь от зарядки магазинов, качнул подбородком снайпер. – Поешьте и жопу эту шерстяную покормите, а то худеть начал, да, морда?

– Мря!

Виктория кивнула, подтолкнула дочек. Те настороженно заозирались, но, глядя, как огромный кот, распушив хвост, ходит по помещению, словно у себя дома, немного расслабились.

– С кисой пока поиграйте, – попросила Виктория и подошла к другу. – Леш… – выглядела женщина усталой и какой-то… смущенной?

Микромимика в тусклом электрическом свете, закушенная губа, понурый взгляд, вздох, рука кольцо теребит… Все это Алексей считал за долю секунды. Понятно, о чем она сейчас заговорит…

– Это их отец, Леш…

Алексей отвернулся, сделав вид, что роется в ящике. Он не хотел поднимать эту тему. Внутри зародилось стойкое недоверие и какое-то отвращение к тому человеку. Ну, отец, и что?! Времена теперь уже другие! Выживает сильнейший! И лучшую самку себе получает тоже он! – хотелось выкрикнуть ей прямо в лицо, чтобы она сразу все поняла… Но так не бывает! Что бы он ни сказал, для нее правда будет своей.

Закинув в рот несколько таблеток обезболивающего, Алексей запил лекарство водой из бутылки, тяжело посмотрел на подругу.

– Леш, – заметив, как снайпер начал заводиться, она взяла его за руку. – Пожалуйста… Помоги ему. Приведи… Прошу… – Орлов молчал, играя желваками, хрустя горькими таблетками и подбирая в голове слова, после которых, по его мнению, для нее бы все сразу встало на свои места… но не находил. – Леш, – ее рука коснулась его щеки. – Пожалуйста…. Дай детям отца увидеть?! Прошу тебя. Я… – она замолчала, вздохнула и, видимо уже от отчаянья сказала то, о чем Алексей уже и забыл… – Я… Я буду твоей… я буду с тобой… но, пожалуйста, помоги ему! Дети же не виноваты… – Леший саркастически хмыкнул. – Я с ним все сама решу!.. Только, пожалуйста, помоги! Он же там остался…

– Хорошо, – внезапно даже для себя согласился Леший. – Я попробую… Не уверен, что найду, но постараюсь…

– Спасибо, хотя бы постарайся, Леш… я обещаю, я с ним поговорю! Он все поймет! И, когда все закончится, я буду твоей…

«Когда закончится», – резануло по ушам внезапно появившееся условие, о котором изначально не было речи.

– Сейчас, – нахмурился снайпер.

Женщина затрепетала ресницами.

– Будешь. Моей. Сейчас… Не потом! Я его найду, и, если он жив, я подчеркиваю! Если. Он. Жив. То постараюсь привести сюда. Вы поговорите, и ты будешь со мной… Я доведу вас до безопасного места, и там ты с ним расстанешься окончательно…

Виктория вздохнула. Снаружи раздался резкий, приглушенный толстыми стенами звук. Женщина вздрогнула.

– Пистолет, – кивнул Алексей, накручивая женщину еще больше.

Он замолчал, предоставляя ей возможность решить самой, по сути, выбора-то никакого не предоставляя. Да! Подло! Ультиматум в такой момент, в такое время! Но, как иначе?! Хватит уже соплей всех этих! Он сильнее, и он берет свое! Он может их защитить, а тот, другой? Тот только погубит! Так что то, что он предложил, а не взял силой – еще нормальное решение по меркам современного послецивилизованного мира.

– Хорошо, – наконец-то вздохнула Виктория.

Алексей удовлетворенно кивнул, хотя женщина на него уже не смотрела. Считает гадом? Моральным уродом? Скотиной и шантажистом? До пофиг! Вот ей Богу! На-с-ра-ть! Хватит! Надо было вообще пулю в лоб муженьку этому пустить еще там, когда на них в городе напали, и всего делов! Не было бы проблем! Но тогда в нем проснулась совесть. Он был сыт, здоров и у него был надежный дом. Он мог дать волю чувствам и слабостям, мог играть по правилам. Теперь же он снова на войне, где нет места сантиментам и человеколюбию!

– Девочек накорми, – обойдя женщину, проговорил Алексей, возвращаясь к створке. – Дверь не запирай. Р-д, со мной!

Кот мрякнул, разочарованно спрыгнул с дивана и поспешил за хозяином.

***

Снаружи начинался дождь. Алексей вздохнул. Похолодало. Температура и так ломала все тело, заставляло играть с болью в лотерею в стиле: «а угадай, куда я сейчас уколю», а теперь так еще и вымокнуть придется, что тоже очков прочности организму не доставит. Норд жалостно вздохнул, посмотрел на хозяина, но назад не сделал ни шагу.

– Останешься?

– Мря, – как-то не убедительно и не понятно ответил зверь.

– Сторожи, горе луковое, – все же сжалился над питомцем снайпер.

Тащить кота под дождь не хотелось, несмотря на всю пользу проснувшегося в нем живого детектора мертвецов. Сейчас они – не главная проблема. Главная, как раз, в живцах, что рыскают по округе в поисках беглецов, а также дураке, который продолжает стрелять, грохоча на всю округу. Выйдя под пока еще накрапывающий, но который, без сомнения, усилится в самое ближайшее время дождь, Орлов растворился в темноте.

Вячеслав отыскался очень быстро. А вместе с ним и причина заполошной пальбы, хотя она была ясна с самого первого момента. Его окружили, загнали в какую-то будку, скорее всего трансформаторную и блокировали, не давая выйти. Мертвецов было не так чтобы много, но и не мало. Из пистолета такую толпу точно не перестреляешь, если только патронов больше чем один магазин, но у Вячеслава был как раз всего один.

Леший подкрался как можно более незаметно и атаковал со всей возможной в его состоянии скоростью и силой. Нож свистнул, врезался в висок бывшего мужчины. Тот хрюкнул, упал на асфальт. Затем подобная же судьба настигла какую-то тетку, затем подростка, лет пятнадцати, бабку. После нее мертвецы наконец-то что-то сообразили и некоторые из них даже начали разворачиваться на шум странной потасовки. Замерев, слившись в своем костюме с кустами за спиной, замаскировавшись еще и в шуме дождя, Леший выждал какое-то время, дождавшись, пока твари снова не вернутся к попыткам забраться в кирпичное строение два на два метра, и опять атаковал.

С основной частью осаждающих он справился довольно быстро. Даже мысль зародилась, а зачем было вообще стрелять? Мертвецы на половину уже тухлые, ни одного быстряка. Напугали, может? Или Вячеслав стрелял вовсе не по мертвецам?.. Ни одной подстреленной твари, кстати, он так, и не заметил. То ли все пули в молоко, то ли ни одной в голову горе-муж так и не послал, то ли действительно, не они стали причиной его пальбы...

– Эй, принцесса, выходи! – негромко позвал Алексей, добив последнего зомбака. – Я дракона убил, тут безопасно…– Внутри послышался шорох, хруст мусора под ботинками. – Выходи, говорю! Я знаю, что ты там! Тут безопасно!.. Да быстрее ты ляжками шевели, мать твою, пока новые не набежали или уроды не услышали… Вика меня за тобой послала…

За покосившимися ржавыми дверями кто-то засопел, затем раздался звук отодвигаемого запора, и дверь аккуратно приоткрылась.

– Мужик, ты кто? – раздался незнакомый голос, и Орлов удивленно приподнял бровь.

Ап-па-па!

Запуганный дядечка. Взъерошенный, хромой, худой до невозможности ну никак не тянул на довольно крупного Вячеслава. Тут даже в темноте не ошибешься! Это не он.

– Это… А где… – он попытался подобрать слова, но голова поплыла от принятых таблеток, замутило. – Стреляли… Ты? – мужичок, затравленно осмотрев место побоища перед дверью, указал трясущимся пальцем куда-то в сторону.

– Там, – прохрипел он, затем сглотнул и повторил уже более твердым голосом. – Там. Оттуда стреляли вроде…

Орлов облегченно выдохнул. Да-а-а-а! А не хорошо бы вышло, если он в итоге не нашел Викиного мужа! Доказать, что это была бы правда, в таком случае было бы почти не реально. Вика ему б не поверила и даже, скорее всего, надумала себе всякостей о нем.

Леший посмотрел в указанном направлении, вздохнул. Дождь, зараза, издеваясь, усилился. Не сказав больше ни слова, он похромал дальше.

Вячеслав нашелся. На этот раз, правда он! Мужик действительно отстреливался от насевших на него мертвецов. Судя по виду, эти вот как раз были из свежих. Даже почти не воняли. Положил горе-стрелок, на удивление, почти пятерых. Алексей сомневался, что Вячеслав до этого хоть когда-то стрелял, но результат был не плохим.

Расслышав шорох битого кирпича под ногами, раскиданного вокруг обвалившейся заправочной станции, стоявшей на «Т»-образном перекрестке особняком, Вячеслав напрягся. Патроны он уже все расстрелял и теперь, поджимая раненую ногу, пытался не закричать от боли, вдруг мертвецы обойдут его стороной, таился за прилавком. Точнее находился за ним вынужденно. Они выскочили внезапно. Он даже не успел среагировать. И какой черт его дернул вообще лезть в это помещение? Зачем?! Ах да! Хотелось пить! Попил водички, блин… – недобро ухмыльнулся внутренний голос. – Сейчас тебе ее до конца жизни хватит, благо, что она осталась на пару минут. Сейчас зайдут, обшарят все вокруг, найдут его и сожрут, а он даже и убежать не сможет… Ногу привалило. Но боги над ним смилостивились.

– Эй, – раздался негромкий шепот от разбитого окна, через которое Вячеслав проломился в поисках припасов, потеряв семью и этого урода из виду. – Ты тут?!

– Тут, -сморщился он, но все же подал голос.

Говорившего Вячеслав узнал, но выбирать не приходилось. Вдруг и Виктория рядом?..

Раздался хруст стекла под ботинками, по стенам мелькнул луч, скорее всего от фонарика.

– Вылазь, где ты там? Тут чисто…

– Не могу, – простонал Вячеслав. – Нога…

Леший подошел к прилавку, заглянул за него и в самом углу, между стойкой и поваленным стеклянным шкафом, забитым газировкой, он и рассмотрел корчившегося от боли мужика.

– Укусили?

При этом Леший скрипнул перчаткой на рукояти автомата. Эх, какой отличный шанс! Слить конкурента, остаться единственным самцом в поле зрения Виктории… Но мечтам не суждено было сбыться.

– Порезал, ска… Завалило…

Леший тихо выдохнул. Вот не мог ты, падла, на зубы им кинуться?!

Просунув пальцы под угол шкафа, он чуть приподнял его. Мужик зашипел, застонал, но сдержал рвущийся крик. Стекло захрустело, зазвенели выкатывающиеся бутылки. Опустив преграду на место, Алексей почесал затылок. Снаружи кто-то застонал.

– Так не выйдет, слишком громко, – особо-то, честно говоря, и не утруждаясь, констатировал Леший. – Не достать…

– Падла ты, – вздохнул Вячеслав, раскусив конкурента.

В голосе Лешего он услышал нотки насмешки и притворства, как ему показалось. Ну да! Вид сделал, что помогает же, значит, вроде как не бросил, чист перед совестью, хотя есть ли она у него вообще?

– Ага, – улыбнулся Алексей, оглядываясь. – Сволочь! И самосовершенствуюсь…

– Она все равно ведь с тобой не будет… – в голосе Вячеслава появился сарказм и немного усталости с какой-то обреченностью. – Ты же это понимаешь! Даже если ты меня тут оставишь!.. Она тебе это не простит… на чужом горе свое не построишь… – Вячеслав замолчал, пережидая новый острый приступ боли.

Крупный осколок стекла, когда он попытался повернуть ногу так, чтобы металлический уголок шкафа не так больно давил на кость ниже колена, шевельнулся, входя в рану еще глубже.

– Слышь?! Я знаю! Ты еще тут! Ты хотя бы ее отсюда выведи… И детишек… Не бросай…

– Да задрал ты, – раздалось над самым ухом. – Рот закрой, думать мешаешь!

Орлов отвлекся, отер нож, выдернутый из головы зашедшего на звуки мертвеца.

– Бросить бы тебя тут по-хорошему… от тебя одни проблемы только! – Алексей протянул Вячеславу кусок чего-то непонятного. – На, зажми во рту и терпи… Бутылки отодвинь, а то опять зазвенят…

Мужик едва успел сунуть в рот вонючую тряпку. Шкаф снова шевельнулся. Ерзая по ноге, срывая кожу, причиняя новую боль, груз все же вскоре отодвинулся в сторону. Вячеслав, держа тряпку в зубах, старался дышать глубоко, давя в себе стон.

– Дальше сам давай… – снова раздался шепот над головой. – Углом уперся, дальше не идет!...

Мужик подтянул раненую ногу, вытащил из-под шкафа. Алексей аккуратно опустил груз на место. Осмотрелся. Вроде больше никого не привлекли. Снова перегнулся через стойку, нащупал одежду Вячеслава, схватился за нее, потянул на себя. Мужик застонал, но вытерпел.

– Ну, че, похромали? – утерев выступивший явно не из-за работы пот, недобро оскалился Леший. – Команда инвалидов, бл…

***

Вернулся Алексей примерно через час. Виктория уже извелась. Дети, наевшись горячей каши, разогретой на походной газовой печке, уснули. Возвращение мужчин Вика услышала загодя. Оставшийся за дверью кот начал издавать нетерпеливые звуки, предупреждая о приближении людей. Сперва она приняла утробный рык Норда за опасность. Даже какую-то трубу с пола подняла, к себе прижав, готовясь защищать себя и детей до конца, но, когда в коридоре за дверью раздался приглушенный мат, не смогла сдержать слез.

Он все-таки его нашел! Нашел и привел! Честно сказать, Вика уже и не ожидала! Оставшись одна, она передумала кучу мыслей. Ведь они Лешку по сути кинули! Бросили там, в хранилище, одного, без сознания! Но что она могла противопоставить мужу? Он всегда был для нее непререкаемым авторитетом. Глава семьи, любимый, надежный муж… Да! Она не молчала и требовала взять Алексея с собой, но довод «Куда мы его посадим, на крышу что ли?!» все же взял верх. Она должна была заботиться о детях! Они для нее были всем! Были смыслом ее жизни, как, наверное, и для любой другой матери. Вот она и думала, что Леший вернется один. Прямо ощутила это в какой-то момент всем нутром. Вот придет, скажет, "извини" и все. Она ему, конечно же, не поверит, но кого сейчас интересует чье-то мнение?..

– Спасибо, – прошептала она, обнимая лежащего на полу мужа, обращаясь к Орлову. – Спасибо, Леш… Я… я не верила… Прости меня… Я думала ты…

Вячеслав застонал, оборвав поток благодарностей жены на полуслове.

– Как ты? Сильно болит? Сейчас, сейчас перевяжем… Потерпи…

– Как дочки?

– Спят. С ними все хорошо. Я переживала… Как это случилось?

– Ай, – отмахнулся муж, пытаясь сесть. – Есть таблетка какая?

Вика посмотрела на Алексея. Тот вздохнул, напряг желваки, но отошел к ящику, пошарил в нем и кинул мужику пузырек анальгина.

– Все, что есть, – соврал снайпер, даже и не думая тратить припасенные более мощные средства на псевдораненого.

Как Вячеслав деру давал из той заправки, надо было видеть! Сразу понятно – симулянт! И то, как стонать начал, добравшись до убежища, и то, какие паузы стал делать в речи, рассказывая жене о своем состоянии… Тьфу… На жалость давит! Видит, что войну проиграл! Шарики, по сравнению с Орловскими, оказались куда мельче. Вот и пытается к чувствам жены воззвать.

Леший отошел, снял с плеча и положил на ящик СВД. Да, именно из-за нее они так задержались. Оставлять «плетку» в брошенном джипе не хватило духа. Винтовка нашлась там, где он ее и оставил: в багажнике. Прямо так, под горой вещей, которые семья накидала в спешке.

Любовно проведя самыми кончиками пальцев по знаменитому желто-оранжевому деревянному прикладу, коснувшись спускового крючка, погладив цевье, Орлов пытался ощутить энергию оружия. По ней можно понять, стоит ли положиться на винтовку и поставить на кон свою жизнь, или же она заклинит при первом же выстреле.

СВД-шка была в отличном состоянии. Да, не лучшее оружие. Не самое точное и не самое удобное, старше самого Лешего лет на десять-пятнадцать, но оно и теперь являлось грозным и опасным противником в умелых руках, а руки у снайпера были умелыми. Осмотрев простенький прицел ПСО-1, не обнаружив на нем царапин или сколов, проверив крепление, не люфтит ли, не съело ли на болтах и гайках резьбу, Алексей примерился. Приклад удобно прижался к плечу. Словно голова любимой девушки. Щека прильнула к холодному лакированному дереву, которое тотчас же ответило нежным поцелуем и обдало теплом. Глаз к наглазнику, затвор, спусковой крючок… Руки ласкают винтовку, словно женщину. Ни одного изъяна! Нигде ничего не цепляется, не царапает, аж в груди стало как-то жарко… Но это, скорее всего от не самого лучшего самочувствия.

– Леш, – вернул его в реальность голос Виктории.

Снайпер опустил оружие.

– Спасибо тебе.

«Всегда» – чуть не вырвалось, но Алексей вовремя себя остановил.

– Не за что, – демонстративно буркнул он, ощущая, как теряет приятное ощущение хрупкого момента единения с оружием.