Текст книги ""Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Юрий Пашковский

– Рады были служить, – поднялся командир ворот и протянул руку.

– И я.

– И я, – поднялись все остальные, по очереди пожав ладонь снайперу.

– Ну, может, еще свидимся! – Леший приложил руку к виску. Отдавая честь. – Я. Пошел…

– Удачи, командир, – бросил кто-то в спину.

Он поднимался тяжело. Каждый шаг давался с неимоверным трудом. Он устал. Устал от этой бесконечной ночи, от этой жизни. Руки, не в силах подняться, подрагивали. По пальцам, пачкая перчатки, текла горячая кровь. Как тогда, в Сирии. Такое же со стояние и ощущение близкой смерти. Рок. Фатализм. Называйте, как хотите. Описать это трудно. Каждая ступень, каждый шаг отзывались болью в груди. Не той болью, что физическая, а та, что душевная. Он поднимался, зная, что обратно уже не спустится. Ему просто не дадут. Те уроды, что пришли в его дом больше не хотят сохранить «восемнадцатый». Теперь их задача проста. Уничтожить любое упоминание о нем, стереть с лица земли всех, кто тут жил, кто сопротивлялся, кто предпочел сгореть в огне боя, чем жить в рабстве. Для Лешего даже вариантов не стояло. Он был воином, он должен был воевать. Возможно, нужно было поступить по-другому, возможно, был иной выход, или вариант развития событий, но он никогда не страдал синдромом «не правильного выбора», никогда не думал, «а что, если…». Дело сделано и все дальнейшее – лишь его последствия.

Поднявшись на последний этаж, он вдохнул холодный утренний воздух и медленно выдохнул. Над горизонтом светила одинокая звезда. Одинокая, как и он сейчас. Внутри все сжалось. В горле стало горячо, на глазах выступили слезы. Он ясно ощутил наступление финала его истории. Захотелось бросить оружие и убежать. Ведь есть еще шанс! Спуститься на второй этаж, выпрыгнуть в окно и бежать по полю, в полумраке, пока хватит сил. Бандиты его не заметят. Он будет скрытен, но! Тогда погибнут те, кто ему доверился. Тогда он погибнет для себя самого! Нет! Такого не случится!

Руки напряглись, поднимая пехотный пулемет. Взгляд вниз. Тени. Они двигаются к ним. Крадутся, пригибаются…

– Командир, – подошел Хан ближе. – Спуск не дергай, сверху рукой прижми. Помнишь, как я делал? Стреляй короткими, бери ниже. Это тебе не снайперка, весь вес вперед, дави на приклад. Понял?

Леший кивнул. Пальцы вытянули пульт управления, сдвинули крышку.

– Фарватер! – заорал он во всю мощь своих легких, срываясь на хрип. – Я тут! На крыше! Бейте тварям в спину!

Палец, дрожа, нажал на кнопку, посылая радиосигнал. Где-то там, внизу, в темноте, укрытый мешком с песком приемник принял сигнал, подал ток на сервомашинку и та, провернувшись, потянула короткую проволоку, которая в свою очередь натянула спусковой крючок.

Раздалась автоматная трель. Затем прозвучал мощный взрыв – в воздух взлетел склад с оставшимся без патронов оружием, затем грянул утробный рык в недостроенной подземной парковке, превращенной жителями восемнадцатого в холодный подземный склад продуктов. Затем, вместе с огненным шаром, подпрыгнул один из грузовиков, осел, разлился горящим топливом.

– Вали уродов! С боку заходи! Второе отделение впере-е-е-е-е-е-ед! – продолжал орать снайпер, неся откровенную чушь, вжимая спуск пулемета.

Чушь не чушь, а когда вокруг вот только что стояла мертвая тишина, а через мгновение кто-то с боку начинает стрелять, все взрывается, а какой-то дурак, потеряв рацию, начинает командовать голосом, а сам ты видел, как твои друганы один за одним в течение ночи теряли жизни, хочешь, не хочешь, а обернешься.

Внизу раздались хаотичные выстрелы. Бандиты закрутились, попадали за укрытия, открыли сумотошный огонь во всех направлениях. Пулемет захлебнулся одной сплошной очередью. Уроки Хана были полезны, но только если нужно было кого-то убить. Ему сейчас нужно было напугать врага до усрачки, заставить паниковать, бежать, бояться! Бояться его одного, думая, что к защитникам «восемнадцатого» подоспело внезапное подкрепление. И это вышло! Алексей кричал, смеялся и кашлял, сплевывая кровь на приклад и разгоряченный ствол пулемета. Одна лента. У него была всего одна лента. Мгновения слились ручейками в реку времени, растянувшись, распластавшись, застыв. Казалось, что оружие будет стрелять бесконечно долго. До тех пор, пока он не отпустит спусковой крючок, пока не погибнут все, кто пришел этой проклятой ночью в его дом, но это было не так. Все когда-нибудь кончается. Вот и лента пехотного пулемета подошла к концу. Оружие плюнулось в последний раз и затихло. Орлов подскочил, откинул бесполезную теперь железяку в сторону и поднял приготовленный гранатомет. Один выстрел. Всего один выстрел, как и лента, как и жизнь, как шанс, данный пятерым мужикам, несущим на своих плечах раненных людей. Они почти у цели. Почти добрались! Нужно продержаться еще чуть-чуть! В стену рядом со снайпером ударили пули. Бетон вспучился облаком пыли, на мгновение застил глаза, но Орлову они больше были не нужны. Он увидел цель и готов был уничтожить ее даже потеряв зрение совсем.

Гранатомет лег на плечо, прицел скользнул по воротам. Снаружи рев автомобильного двигателя. Они наконец-то пошли в финальную атаку! По воротам ударили тараном. Створки наконец-то разлетелись, больше не в силах сдерживать натиск и на территорию погибающего «восемнадцатого» ворвался целый взвод головорезов.

Пальцы нажали на клавишу. Труба дернулась, посылая снаряд вперед и вниз. Ракета преодолела разделяющее дом и машину расстояние за секунду и вспучила жестяной кузов автомобиля, взорвав ее изнутри. Мощности снаряда не хватило убить всех разом, ее едва-едва хватило на то, чтобы остановить какую-то смесь джипа и грузовика, но дело было сделано. Кого осколками посекло, кого оглушило и контузило, кто страхом обделался, но атака захлебнулась на корню.

Леший скинул гранатомет, зевнул. Грохнуло знатно, правое ухо заложило. Видимо, что-то с гранатометом было не так. В зубах появилось неприятное ощущение приставленного к ним бура, в голове – легкий звон. Плечо саднило. Или заряд «протух», или детонатор не так сработал, но приложило Орлова знатно.

Поднявшись, немного справившись со звоном, он взял в руки карабин. Ни в ШАКе, ни в «Рысе» патронов к этому времени уже не осталось. Пыль от поднявшихся взрывов оседала медленно. Территория вокруг начала понемногу освещаться предрассветным небом, и разглядеть корчащихся возле разбитой машины на земле людей можно было уже даже без дополнительного освещения.

Тяжело дыша, он отошел от края. Со стороны стены раздались неуверенные выстрелы, пули вжикнули среди бетонных стен дома.

– Вот и все, – вздохнул Алексей, опускаясь за задницу, сползая по стене.

Дыхания уже не хватало. Стоило хватануть воздуха чуть больше, как организм тут же стремился закашляться. В карабине один последний магазин. Отстегнув его, Алексей посчитал пули в прорези. Пятнадцать. Ну, что ж, еще повоюем… Вход сюда один – через лестницу. Внизу мины-растяжки из пары гранат… и еще одна в подсумке. Та, что с разведенными усиками. Для себя. Сдаваться он не планировал. Лучше быстро и почти безболезненно, чем мучиться в пытках…

Взгляд упал на какую-то тряпку, оставленную строителями. Подтянув ее к себе, он дотянулся до обломка доски. Стало смешно от того, что он хочет сделать, но, почему бы и нет?.. Примотав обрывок ткани к палке, он оглядел получившуюся композицию. Ничего, сойдет! Окровавленная ладонь коснулась ткани, провела по ней линию, затем рядом нарисовала знак бесконечности. Орлов усмехнулся. Хорошо вышло. Антуражно! С трудом поднявшись, он отнес получившееся творение к самой высокой точке дома – недостроенной квартире, имевшей крышу. Взобраться на нее было тяжело. Силы уже закончились, но это нужно было сделать! Предварительно закинув на карниз несколько кирпичей, Леший закрепил меж них палку. Ветер, гулявший над окрестностями встрепенул полотнище.

– Хрен вам, а не «восемнадцатый»! – выкрикнул снайпер, закашлявшись.

Флаг трепетал, хлопая, словно аплодируя. Аплодируя тем, кто погиб, кто стоял и защищал дом, родных и совсем чужих людей. Рядом с ним, покачиваясь, стоял уставший до невозможности человек. Не сломленный, не побежденный.

Мутнеющий взгляд устремился куда-то в сторону. Там, у самого светлеющего горизонта в небе погасла последняя звезда. Звезда, как символ жизни. Она загорелась, ознаменовав рождение младенца Иисуса и погасла, словно говоря, что кому-то уже пора.

– Ну, вот и все, – прошептали окровавленные губы. – Пора…

Он сел, закрыл глаза. У него есть еще чуть-чуть времени на то, чтобы простится со всеми, подумать, принять все. Ветер трепал флаг, гудел в ушах и пустых стенах здания, выл в дырявом железе стены, скрипел оторванными креплениями, доносил звуки пробуждающегося мира – пение птиц, перестук колес… Орлов поморщился. Ну твою мать… ну даже нормально сдохнуть не дают! Тудук-тук-тук, тудук-тук-тук, – стучали колеса поезда где-то с другой стороны степей.

– Сука! – выдохнул Леший, поднимаясь.

Есть еще одно дело. Есть еще одна попытка… А значит, не время умирать, не время отдыхать! Надо встать! Надо идти! Нехотя он поднялся. Поезд. Тот самый бронепоезд, что стоит на окраине! Да как же ты не вовремя! Нет бы на пол часика попозже и тогда бы Орлов уже ушел в край вечной войны, а теперь?! А теперь упрямый организм хватается за жизнь. Поезд! Артиллерия! Есть еще шанс отомстить этим упырям! Рано, падлы, радуются! Сейчас… Сейчас…

Леший спустился с карниза комнаты. Проковылял по недостроенному этажу до конца дома, спустился по второй лестнице… До штаба метров пятьдесят. Там связь. Та самая, что Кулибин налаживал. Можно же ей воспользоваться, вызвать подмогу! Почему никто до этого не додумался?! Хотя о чем это он?! Тут как минимум, две причины этому имеется! Первая – кому «звонить», кому кричать? Никто о нахождении на железнодорожной станции целого бронесостава не знал. А вторая: как до них докричаться? Никто радиочастоты не знает… Никто, кроме…

Леший хромал к штабу, ежесекундно оглядываясь. Нет, нет, нет! Он должен успеть! Никто сейчас его не остановит! Вот подъезд… Коридор, комната майора, радиостанция… Включить, проверить наличие связи, опрос антенны, опрос батарей… Все работает! Дальше что? Перебором искать времени нет, да и не факт, что на вокзале есть такая мощная станция. Он-то может до них и докричится, но как узнает, что они его услышали?.. В голове родился безумный план. В памяти сами собой всплыли войсковые частоты.

– Ну, давай… господи, если ты есть…

В бога Леший не верил, но действительно говорят, что перед смертью атеистов почти нет…

– Железногорск – Лешему! Железногорск – Лешему, – проговорил он в тангенту связи на первой частоте. – Повторяю! Железногорск, ответь Лешему… – тишина. Вторая волна. – Железногорск – Лешему! Железногорск – Лешему! – тишина. Третья. – Железногорск – Лешему! Вызываю штаб города Железногорска!

– Железногорск. Слышу вас! – отозвались динамики и Орлов не смог сдержать слез. Губы дрогнули, руки вспотели.

– Это капитан Алексей Орлов. Позывной Леший! Срочно свяжите меня с … – он задумался, – Кудрявцевым Артемом Владимировичем. Позывной Курд. Повторяю, позывной «Курд»!..

Динамики молчали полминуты, затем голос связиста ответил.

– Товарища полковника?!

Леший замялся. «Курд» – довольно распространенное прозвище, на том конце «провода» могли и ошибиться, или друг так быстро в звании вырос?..

– Возможно! Я говорю из восемнадцатого эвакопункта. Позывной «Леший», срочно дайте с ним связь, он поймет!..

– Ожидайте, – ответил радист и в этот момент снаружи хлопнул взрыв.

Бандиты в его доме, сорвали первую растяжку… Скоро они поймут, куда делся раненный снайпер, и найдут его, или случайно наткнутся на это место, зачищая территорию. «Ожидайте» в такой ситуации было сравнимо той самой минуте снаружи туалета, когда каждая секунда, как вечность, а внутри – как мгновение…

– Леха?! Слушаю! – раздался наконец-то голос друга из хриплых динамиков. – Что случилось? Я рад тебя слышать!

– Я тебя тоже, – едва сдерживая эмоции, выдавил из себя Орлов. – Срочное дело! Нас обложили. Местные уроды. Голов двести. На жд станции стоит бронепоезд, с артой! Можешь выйти на них? У них там должна быть спецсвязь!

– Сильно? – Курд встревожился. – Сейчас попробую. Командира знаешь, часть, номер, позывные, или еще что-то?

– Нет! Знаю, что поезд стоял тут, его должны были угнать куда-то в Заозерск, кажется… Срочно надо, что бы командир батареи пальнул парой «сотых» по координатам, что я дам, если это возможно.

– Лех, не уверен, но сейчас попробую!..

Рация замолчала. И вовремя. Снаружи послышался шорох. Орлов мгновенно развернулся, кинулся к дверному проему. Он подскочил к нему как раз в момент, когда в двери уже хотели войти. Их было двое. Оба вооружены дробовиками, но никто из них не смог выстрелить. Завязалась короткая схватка, в ходе которой Алексей, конечно же, победил, но получил очередное ранение ножом под самый бронежилет. Заточка вошла не глубоко, но опасно близко с кишечником. Чуть бы в сторону и не кожу взрезала, а внутренние органы. Потеряв последние силы в коротком бою, Леший принялся ждать, затащив трупы глубже в комнату. Их скоро могут хватиться и тогда поймут, где засел проклятый последний выживший этого проклятого поселения.

– Леха! – внезапно хлюпнула станция. – Нашел! Нашел! Давай координаты! Леха, ты там?

– Там, там, – устало, словно разгрузил несколько тонн угля, прошептал Орлов. – Записывай…

Передав данные со штабной карты, висевшей на стене, он обессилено упал в кресло. Вот теперь все. Осталось дождаться, пока подготовят пушки и… Все! Теперь от него уже ничего не зависит… Теперь если даже до него доберутся раньше времени… Даже если он погибнет… Ни что уже не остановит запущенный план. «Восемнадцатый» погибнет, но не сдастся!

***

Командир бронепоезда вздрогнул, когда радиостанция тревожно загудела бипером. Поезд только-только пришел на станцию после очередного рейса, и им осталось сделать еще максимум пару выездов, чтобы окончательно эвакуировать оставшихся беженцев в безопасное место. «Зазвони» секретная связь чуть раньше и за шумом двигателей, силовой установки и перестука колес, он бы ее мог и не расслышать.

Сняв трубку, командир вздрогнул второй раз. Ему пришел приказ. Нет, он знал, что рано или поздно его найдут, кто-то догадается выйти на этот номер, но не для странной просьбы.

– Командир, сколько у тебя гаубиц?!

– Десять, товарищ полковник…

– Как скоро сможете вывести их на позиции? Нужно дать залп…

– Смотря куда… – командир нахмурился.

– Нужно дать залп по координатам, что я вам сейчас отправлю! Как можно быстрее! Приняли? – майор Пархоменко посмотрел на экран принимающей станции, которая начала принимать координаты цели, кивнул, но, вспомнив, что говорит по телефону, подтвердил получение координат. – Нужно как можно скорее дать залп, слышите?! Как можно скорее! Это приказ!

Майор щелкнул кнопкой графического вывода цели, нахмурился еще больше.

– Но, товарищ полковник, это же территория города…

– Я в курсе! Нужно дать точно по цели, сколько вам нужно времени, чтобы вывести орудия на позиции?

– Мы можем стрелять из походного положения, товарищ полковник! Для этой цели не нужно развертывание!

– Отлично! Тогда подготовьте как можно скорее!

– Товарищ полковник!... я вынужден запросить у вас коды доступа… Цель находится на территории окраины города… Там кажется… Да, там же эвакуационный пункт находится! Вы уверены?! К нам на днях приходил человек, сообщил, что там есть выжившие! Я не могу вести огонь по мирному населению!

– Что?! – взревел невидимый офицер и пропал с линии.

***

– Леха твою мать!Ты совсем охренел?! – заорали динамики разъяренным голосом друга через полминуты. Алексей поморщился. Началось!.. – Это же, падла, твои координаты! Ты что удумал?! Вали оттуда быстро!

– Антон, – тихо проговорил Орлов. – Тут больше никого нет. Сделай по-дружески, а?! Я ранен, но тварям не сдамся. Я так и так уже труп. Патронов полмагазина, и одна граната… Сделай, а? Прошу тебя…

– Ле-ха! – вздохнули динамики. – У-хо-ди! Прошу. Я отправлю к тебе армию, как только разберусь со своими делами, только прошу! Уходи! Мы тебя найдем! Слышишь!? Мы найдем тебя! Только выживи!

– Постараюсь… Ты лучше людей спаси. Тут тыща выживших. Часть разбежалась, часть погибла, но они есть… Антох?!

– Сделаю, Лех… Но ты уверен?

– Уверен!..

– Выживи! Все. Береги кальций!

– Берегу…

Рука отпустила тангенту. Вот теперь и вправду – все! Леший боялся, что друг заортачится ииспортит весь план, но вроде он проникся ситуацией и не должен подкачать.

***

– Майор! – снова заработала спецсвязь. – У меня нет кодов подтверждения, но это нужно сделать!..

Голос полковника стал другим. Из него пропали командующие нотки, он стал более мягким и… каким-то тоскливым.

– Сделай, а?! Там мой друг остался, вызывает огонь на себя… Их обложили какие-то уроды, людей эвакуировали… Сделай одолжение, не в дружбу, а в службу?!

Пархоменко вздохнул.

– Цветы?

– Цветы!.. Понял вас, товарищ полковник! – чуть дрогнувшим голосом ответил командир бронепоезда. – Пять минут до залпа!.. – и, повесив трубку, обернулся к помощнику. – Развертываемся! Все пушки приготовить к залпу по координатам. Бить «сотыми», фугасными.

– Но, товарищ майор! Может из одной? Быстрее будет... Пока все развернем…

– Капитан! – Пархоменко сник. – Это «цветы»…

Капитан вздрогнул. Его глаза расширились, губы поджались. Он кивнул, приложил руку, отдав честь.

– Есть! – и тут же, проорав в открытую дверь: – Приготовить пушки! Залпом, осколочным, по цели! Сделайте красиво, мужики! Это «Цветы на могилку»

«Цветы на могилку» – известный в узких кругах термин, когда оказавшиеся в окружение бойцы вызывают огонь на себя. Так уж повелось в Российской армии, что все артиллерийской комплексы принято называть в честь цветов: «Геоцинт», «Акация», «Тюльпан». Именно десяток «Тюльпанов» перевозил бронепоезд Пархоменко в день, когда все это случилось… Именно этот комплекс мог запустить самый мощный, не ядерный стокилограммовый осколочно-фугасный снаряд на расстояние до пятидесяти километров, попав точно в цель…

Артиллерийский расчет, заслышав страшный приказ начал действовать незамедлительно. Нужно было сделать все четко и быстро. Действительно, проще было выстрелить десять раз из одного орудия, чем один из десяти, но «Цветы» доставлялись именно по такому принципу – накрывалась вся площадь одним залпом, чтобы оставшиеся в окружении бойцы не мучились, и ушли в край вечной войны быстро.

***

– Расчет! – через четыре минуты, уложившись в норматив, скомандовал майор, стоя на площадке пирона, подняв руку вверх. – Товьсь!

Солдаты по порядку отчитались о готовности к стрельбе. Майор вздохнул, опустил руку и четко, командным голосом отдал приказ.

– Триста!.. Тридцать!.. Три!..

Грянул залп. Пирон заволокло пороховыми газами, казалось во всей округе, сработала автомобильная сигнализация. Машины завыли на все лады, словно военный оркестр, исполняя сюрреалистичную, предсмертную мелодию. Офицер чеканно развернулся и отдал честь улетающим за горизонт снарядам. Также, вытянувшись в струнку, отдали последние почести и остальные солдаты, понимая, что этот выстрел для кого-то станет последним.

***

Смертоносный град осыпался на землю белыми росчерками, перемалывая в кашу все подряд, не разбирая, где люди, а где бетон, где земля, а где мертвые восставшие тела бывших жителей города. Его окружили, пытались выкурить гранатами, но Орлов не сдавался, сражаясь до конца.

Как он выжил и как выбрался из этого ада, он не запомнил. Сознание приходило урывками. Он только помнил, как куда-то шел, падал, спотыкаясь, как с кем-то дрался, сцепившись мертвой хваткой в горло, как дорывая раны, полз, цепляясь за траву, пачкая землю кровью и себя землей.

Сознание он потерял метров через десять, хотя казалось, прополз несколько километров. Сил в теле уже не осталось. Осколок пробил ногу и вместе с кровью из него вытекала сама жизнь. Он просто лег, посмотрел на поднимающееся солнце и уснул…

Забившееся от страха в самый дальний угол сознание постепенно ускользало из реальности. Вот теперь все. Теперь и помереть можно... Сделал все, что мог...

***

Он снова оказался в чернильной темноте, но на этот раз она была какая-то привычная, родная… теплая.

– Привет, командир, – сразу же, не затягивая, вошел в круг света Хан.

– Не ждали тебя так рано, – улыбнулась Галя.

– Простите, так вышло, – пожал плечами Леший. – Куда теперь? Что делать? Где расписываться за сданное бренное тело?

Друзья снова улыбнулись.

– Твое тело теперь только на помойку. Столько дырок в нем наделал…

– Не до выбора особо было… – пожал плечами снайпер. – Ну, так что… Куда идти? Как все это происходит?

– Пока никуда, – улыбнулся Хан.

– Пока ни как, – хмыкнула Галка.

– Не понял, – нахмурился Леший.

– Рано тебе еще! – вошла в круг света крепкая, мускулистая женщина.

– А ты еще кто такая, жертва тестостерона?!

– Не узнал, дядь Леша?! – девушка рассмеялась. – От мамулечки тебе привет, но я тут не за этим. Ты это, давай, вставай, у тебя дела еще есть важные!

– Какие дела? – Орлов нахмурился еще больше. Что за бред, таких снов у него еще не было.

– Детей спасти надо…

– Каких еще детей?

– Своих, – усмехнулась Лиана. – Дочку и сына… А то останусь без мужика…

***

– Леша! – донесся до ушей женский голос. – Леша, встань, очнись! Вставай!

Его толкали, трясли за плечо, но он был в таком в состоянии, при котором даже веки открыть уже, казалось, было не реально.

– Леша… Леша…

Голос был настолько таким знакомым и родным, насколько и чужим. Вика. Она рядом. Она тут… губ что-то коснулось. Что-то горячее и мокрое…

– Ви-ка, – простонал снайпер и, собрав все силы, открыл глаза.

– Мря! – продолжил тыкаться в лицо своим горячим носом Норд, пытаясь разбудить хозяина.

Увидев, что двуногий открыл лупала, кот уселся, принялся пристально смотреть на хозяина.

– Мря?!

– Иди в жопу, – застонал Алексей. – Такой сон обломал!

– Мря! – котяра встал, сделал оборот вокруг своей оси, посмотрел куда-то в сторону. – Мря-мря-мря!

– Сдохнуть нормально не дашь, жопа волосатая!

– Мя-Мря!

Адская боль пронзила пах и ногу. С трудом, выплюнув из разбитого рта кровь, вперемешку с соплями, грязью и слюнями, он сдержал рвущийся из груди крик. Осколок пробил ногу в самом неприятно месте, но пройди он выше, сантиметров на пять, и место было бы еще неприятнее, тогда о детях точно можно было бы забыть. Артерия. Или что-то рядом? Темная кровь медленно, толчками вытекала прямо на одежду. Руки сами, без участия мозга, как бывало у него уже ни раз, сделали все за хозяина.

Расстегнуть брючный ремень, вытянуть его из петель, обмотать ногу и затянуть так туго, насколько хватит сил. Кровь постепенно перестает литься, но боль никуда не проходит. Ощупать себя. Аптечки нет. Что ж! Придется тогда так!.. С такой раной долго не живут. Ему бы в к врачу, в полевой госпиталь, тогда, может, еще бы и выкарабкался, но где тут врача найти? А если и найдется такой, то у него явно дел невпроворот. Этой ночью пострадало много людей. Он даже не знал, выжил ли кто-то еще, но был уверен, что Вика – точно. Она там, где-то в городе, или еще идет туда, к назначенному им месту и она будет ждать его до заката…

***

Олег устало повалился на землю. Он и его ребята только что приняли последних раненых из поселения. Эвакуация была закончена. За ночь он не отдохнул ни на миг, а сейчас из него словно вынули стержень.

– Где. Леший?! – едва смог выдавить парень из себя.

– Остался, – грустно ответил кто-то из бойцов. – Прикрывал нас, боезапас подорвал весь, технику… – Олег кивнул, глядя в никуда.

Именно это он предполагал. Зная Лешего всего несколько дней, он даже не удивился такому исходу. Было за снайпером что-то такое… какая-то суицидальная, не здоровая жажда погибнуть за других. Есть такой тип людей. На себя плюют, но за других стоят до конца и вот этот был как раз из таких, потому, когда в небе появился десяток белых росчерков, которые вскоре стали по дуге опускаться к «восемнадцатому», он тоже не удивился. Отличный салют! Достойный сильного человека!.. Взрывы слились в один. Они были настолько сильными, что даже здесь, почти в километре от эвакопункта было слышно, как дрожит земля. Бывшее поселении окутал дым и огонь. Осколки бетона взлетели, казалось, до самого космоса, забарабанили по окрестностям.

– Хороший был мужик, – покачал головой кто-то рядом.

– Земля ему пухом…

– Мря-мря! – донеслось откуда-то печально. – Мря! Аву-у-у-у…

***

Телефон спецсвязи занял свое положенное место. Курд сжал кулаки.

– Вы же обещали мне его! – сузил глаза неприятный старикашка в белом халате, стоявший возле стола напротив.

– Обещал – сделаю, – грубо оборвал Курд.

– А если он погибнет?! Вы же понимаете! Если он тот, кто мы думаем, то он слишком ценен!

– Он выживет! Я Лешего хорошо знаю! Не из таких передряг выходил! Вы лучше за своими действиями следите! Почему он все еще здесь?

В большом кожаном кресле продолжал дергаться человек. Бывший человек. В глазах бывшего командира Железногорска больше не было ничего живого. Что там за бурду этот ученый сварил, Курд даже думать не хотел, но он обещал такое… такое…

– Если это правда.. все то, что вы о вашем Лешем рассказывали, – продолжал старикашка, внимательно оглядывая бывшего генерала, – то этот ваш Леший – иммунный и с его помощью мы сможем создать вакцину! Понимаете? Он слишком ценен!

– Все будет хорошо, доктор Вильгельм! – сжал зубы Курд. – Я уверен в нем, он справится! А вы уверены в своем препарате? Что-то наш дорогой генерал не очень-то похож на то, что вы мне обещали…

– Это промежуточный этап, господин… – старик задумался. – генерал… К тому времени, как вы предоставите мне нужный генный материал, у меня уже все будет готово! Так что, дело за малым…

– Да, – Курд поднялся, примеривая на языке новое звание. – Мы доставим вам нужный генный материал… И надеюсь, вы свое обещание тоже сдержите… Иначе я не посмотрю на то, кто вы такой…