Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 27

Мэтью

За несколько лет, в течение которых я был знаком с министром Лифалингом, я не видел на его лице такого чистого, незамутнённого изумления. Наверное, с количеством новостей мы всё же перестарались, так как сейчас Карл больше всего напоминал человека, который попал под обвал и получил сильный удар по голове.

Он растерянно переводил взгляд с Марчелло на Ори, потом на меня и на матушку, потом снова на Марчелло и молчал, видимо, пытаясь осмыслить свалившиеся на него новости.

– Кеше надо поймать одного бурбита или двух?

Неожиданно выглянувший из переплетения ветвей кубута стал последней каплей, и министр, громко сглотнув, спросил:

– А выпить есть?

– Конечно, – тут же захлопотала матушка, – и выпить, и поесть. Мэтью смог уговорить нашу Марту – ты же помнишь нашу чудесную кухарку? – перебраться сюда, так как большую часть времени мы теперь проводим здесь. И у неё наверняка уже готов обед…

– Надо помыть руки, – громким шёпотом подсказал министру Кеша, – Марта не даёт еды тем, кто не мыл руки. Или лапы.

– Что он говорит? – слабым голосом поинтересовался Лифалинг, всё ещё с опаской поглядывая на Кешу.

– Кеша сказал, что вам, Карл, непременно нужно вымыть руки, потому что Марта не даёт еды тем, у кого грязные… ммм… конечности. А то ведь можно и полотенцем получить, но этого Кеша не говорил, это уже я от себя добавил, – пояснил я, наслаждаясь растерянным видом всегда собранного и слегка высокомерного начальника, – для нашей Марты не существует авторитетов. Ей что министр, что барон, что кубута – вообще не имеет значения. Особенно если руки не вымыты…

– Сколько бурбитов ловить Кеше? – повторил свой вопрос кубута, меланхолично перекусывая ветку и собирая с неё сочные листья.

– Двух, а через несколько дней – ещё парочку, – подумав, определился я, – одного за транспортировку нас с Карлом, а второго – за переговоры с кракеном. И, Кеша, отнесите их потом на то место, где нас сегодня забирали. Лучше всего забросить подальше, там есть дерево, оно нависает над водой. Это чтобы тумунга могла подплыть и не ободрать брюхо о прибрежные камни.

– Кеша понял, – кивнул кубута, – Коко пойдёт вместе с Кешей. Коко берёт у Кеши цветы, значит, Коко нравится Кеша. Охота тоже хорошо, вместе с Коко ловить бурбита весело.

С этими словами огромный зверь легко запрыгнул на толстую ветку и исчез в кроне дерева.

– Карл, что бы вам хотелось посмотреть в таверне? – поинтересовался я, вспомнив, для чего, собственно, Лифалинг сюда прибыл. – Теперь вы понимаете, какая это перспективная идея?

– Я хочу увидеть всё! – решительно заявил министр, в глазах которого растерянность уже сменилась жгучим любопытством. – Какое счастье, что ты предложил мне участвовать в этом проекте, Мэтью! В ином случае я мог прожить всю жизнь и даже не предполагать, что вокруг ещё столько интересного и неизведанного! А сегодня – это же невероятно! Путешествие на лодке, запряжённой тумунгой, потом полёт по девственной чаще на кубуте! О! Это просто потрясающе!!!

– Тогда сейчас мы познакомимся с остальными обитателями поместья, а потом перекусим и отправимся на прогулку, – сказал я, – мне хотелось бы показать вам одну любопытнейшую вещицу.

– То есть я видел пока не всех обитателей? – оживился министр. – Так показывай скорее, пока я не умер от нетерпения!

– Но я хочу заранее предупредить вас, Карл, – на всякий случай уточнил я, – мы здесь все связаны общими интересами и, можно сказать, являемся одной большой семьёй. Без излишней фамильярности, конечно, но и без ненужной официальности… В общем, увидите сами.

Министр закивал так активно, что чуть не уронил свои элегантные и наверняка ужасно дорогие очки.

– Начнём с тех, кто должен скоро уйти по делам, – начал я, понимая, что остальные уступили мне право представлять таверну, тем самым подчёркивая то, что именно я являюсь условным руководителем. Это было приятно и, чего уж там, льстило моему самолюбию. Я искренне гордился тем, что смог изменить мнение о себе, и из бестолкового прожигателя жизни превратился в организатора и вдохновителя большого уникального проекта.

– Кеша! – позвал я, и кубута тут же выглянул из леса. – Позови, пожалуйста, остальных, я хочу познакомить вас с человеком, который часто будет здесь бывать.

– Кеша позовёт, – ответил кубута и через пару минут из чащи вышли три здоровенных зверя, рядом с которыми все мы выглядели просто карликами.

– Карл, я рад познакомить вас с нашими друзьями и помощниками, – сказал я, сделав Марчелло знак, чтобы тот на всякий случай держался поближе и, если что, успел подхватить министра, если впечатлений всё же окажется слишком много. – Это Ууаооых Балу Кеша, с ним вы уже знакомы. Его соплеменники: Уэххаох Хэм, его вы тоже видели, Хэм помогает мне, мы с ним, можно сказать, друзья. Вот это – Аокыыах Абу, кубута, услугами которого пользуется кайр Саватти, а эта очаровательная дама – подруга нашего Кеши, Эауооах Коко, её благосклонностью пользуется один из наших сотрудников. С ним вы тоже непременно познакомитесь, но чуть позже. А это, – я показал кубутам на Лифалинга, – наш друг и партнёр, министр Карл Лифалинг.

Звери приветственно оскалились и стукнули себя кулачищами в грудь, здороваясь, после чего исчезли в густой листве.

– А почему у Кеши три имени, а у остальных два? – шёпотом поинтересовался у меня министр.

– Третье имя Кеша выбрал себе сам, потому что ему так захотелось, – нейтрально ответил я, – оно из истории, которую баронесса Виктория рассказывала нашему казначею, знакомство с которым у вас впереди. Ну что, идём дальше?

– Конечно! – министр проводил взглядом растворившихся в лесу кубут и озадаченно моргнул, приходя в себя. – Если об этом рассказать, никто просто не поверит.

– А ты пока особо не распространяйся, Карл, – посоветовала министру матушка, с интересом наблюдавшая за знакомством Лифалинга с кубутами, – ты же не хочешь, чтобы сюда хлынули желающие взглянуть на всё это своими глазами?

– И дело не в том, что нам больше не нужны партнёры, – подхватил я, – дело немного в другом.

– И в чём же? – сверкнул очками министр.

– Вас мы представим здешним обитателям, и они будут знать, что вы, Карл, свой, значит, трогать вас нельзя, понимаете? Просто и кубуты, и коргуты, которые обитают вон с той стороны от поместья, и прочие хищники… им же всегда мало еды. И серьёзного различия между тем же бурбитом и человеком они не делают: еда она и есть еда. Даже для меня, хотя я и умею с ними разговаривать, путь от устья Ривны до поместья превратился в смертельное приключение, о котором я до сих пор не слишком люблю вспоминать, понимая, что мне просто невероятно повезло. А простой человек? Как думаете, далеко он сможет уйти? Даже если он будет с оружием, не всякого зверя можно увидеть заранее. Шагов триста по лесу – и всё.

– А если по реке? – заинтересовался министр.

– Во-первых, грести против течения – удовольствие ниже среднего, а во-вторых, знакомиться с теми, кто обитает в глубоких ямах и водоворотах Ривны не рискнул бы даже я. Когда я ночевал в пещере на берегу реки, то имел возможность наблюдать ссору зверей на водопое, а потом из реки вышло… нечто. Оно лёгким движением клешней перемололо в фарш тех, кто не успел сбежать, и снова ушло под воду.

– Ты про это не рассказывал, – Ори испуганно прижала ладошку к губам, и от её неподдельной тревоги стало тепло на сердце.

– А зачем? Всё же хорошо закончилось, – я подчёркнуто равнодушно пожал плечами, чувствуя себя как минимум знаменитым исследователем, а то и каким-нибудь героем древних легенд.

За разговорами мы незаметно подошли к крыльцу, на который вышли остальные домочадцы, и я продолжил процедуру знакомства. Быстро представив министру Марту, Бенедикта, Карло и Франко, я перешёл к более увлекательной части.

– А вот это, – я показал на выглядывающих из-за широкой юбки Марты номтов, – наши маленькие помощники. Это Кари, она помогает Марте, Лео, специалист, так сказать, широкого профиля, и Губта, он просто очень умный, и к нему всегда можно обратиться за советом. Все они – номты, пожалуйста, никогда не называйте их мышами, они на это очень обижаются.

– Ори, гостю надо готовить комнату? – тут же поинтересовалась ответственная Кари.

– Приведите в порядок одну их гостевых, – подумав, решила моя мечта, – там только проветрить и цветы сменить.

– Что спросила… Кари? Я не ошибся в имени? – глядя на всё это круглыми от удивления глазами, спросил министр.

– Она поинтересовалась, нужно ли приготовить вам комнату или подойдёт одна из уже готовых гостевых, – тут же перевела Ори, – но так как мы вас ждали, то всё уже готово.

– Какая замечательная помощница! – воскликнул Карл, глядя на Кари влюблёнными глазами.

– Если вам что-нибудь срочно понадобится, вы всегда можете сказать об этом Лео или Кари, а они непременно передадут нам, – добавила Ори. – Или сообщить Родриго, он, как и мы с Мэтью, может общаться и с животными, и с людьми.

– Могу, – гордо подтвердил орёл, устроившись на плече Марчелло.

– Ну и осталось познакомить вас с Акелой, – я увлёк уже окончательно ошарашенного Лифалинга в угол двора, оставив остальных заниматься обедом, – это наш домашний гирбат.

– Кто?!

– Гирбат, – любезно повторил я, – его привезла баронесса Виктория, когда путешествовала на кубутах на север. Кайр Саватти помог большой стае этих зверей перебраться на другой берег Ривны, и они щедро отблагодарили нас. Я потом вам покажу, что привезли оттуда кайр Саватти и кайр Джолио. Уверяю, вы будете впечатлены.

– Полагаешь, меня ещё можно чем-то удивить? – хмыкнул министр, с удивлением оглядывая Акелу, который уже ничем не напоминал то грязное и измождённое существо, каким, по словам Марчелло и Ори, был совсем недавно. Пепельная шерсть была расчёсана и красиво сверкала на солнце серебристыми искорками, жёлтые глаза внимательно смотрели на незнакомца.

– Акела, это наш друг, его зовут Карл, он будет сюда иногда приходить, – сказал я маленькому гирбату, и тот понятливо фыркнул, показывая, что принял информацию к сведению. – Теперь, если что, он пропустит вас на территорию поместья.

– Я слышал, что гирбаты не позволяют себя приручать, – в голосе министра прорезался исследовательский интерес.

– Возможно, конкретно этот гирбат не в курсе событий, – улыбнулся я, – хотя, скорее всего, он просто очень благодарен баронессе Виктории, ведь она спасла ему жизнь. Стая не хотела брать его на другой берег, потому что он был слабым, а раненая лапа не позволяла ему охотиться. Баронесса пожалела его и забрала с собой.

– Я вижу, твоя невеста, Мэтью, очень добрая и славная девушка, – министр одобрительно похлопал меня по плечу, – и я искренне рад за вас обоих.

– Спасибо, Карл, – поблагодарил я и мысленно улыбнулся, услышав слово «невеста», которое отозвалось в сердце сладкой музыкой. – Думаю, теперь мы можем спокойно пообедать, а потом уже отправиться к нашему казначею, тем более что сегодня день, когда баронесса Виктория наносит ему запланированный визит. Именно у него хранится то, что я хотел бы вам показать.

– Ты ещё хотел продемонстрировать мне то, чем расплатились с вами северные гирбаты, – напомнил мне Лифалинг. – Мне страшно интересно, Мэтью! Здесь, в нашей таверне, удивительно абсолютно всё! Невероятное место! И ты был совершенно прав: нельзя делать его доступным для всех. Только для проверенных людей и только за большие деньги. За очень большие, – подумав, уточнил министр.

Решив, что за время обеда, после которого нам предстояло наведаться к Шлоссу и показать министру шкатулку, спрятанную в норе нашего казначея, Карл успеет прийти в себя, я провёл его в небольшой сарайчик, пристроенный к дому, и открыл дверь.

В небольшой залитой светом комнатке двумя стопками высились сделанные Карло аккуратные ящики, в которые мы сложили знаменитый лиловый мох. Когда матушка в своё время его увидела, она на несколько минут просто лишилась дара речи. Министр этого дара не утратил…

– …! …!! …!!! – сказал он, таращась на мох, потом снял очки, тщательно их протёр и снова посмотрел на ящики. Само собой, за это время мох никуда не делся, а продолжил преспокойно проветриваться, распространяя вокруг себя лёгкий цветочный аромат.

– Мэтью, – откашлявшись, проговорил министр, – а ты в курсе, что, продав один ящик из, – тут он быстро оглядел сарай, – двенадцати, можно купить очень неплохой дом неподалёку от центра Гратенстора.

– Да, матушка говорила мне, что он достаточно ценный, – кивнул я, – помните, я же спрашивал у вас насчёт знакомых в областях целительства и косметологии. И вы сказали, что у вас есть приятель, владеющий компанией «Лабеллин». Как думаете, его заинтересует подобное сырьё?

– Да он душу за него продаст! – воскликнул Лифалинг. – Но так как нам его душа ни к чему, то надо будет хорошо подумать, что можно с него стрясти за монополию. Поверь, у него найдётся, чем нас заинтересовать. А ещё нам нужен пират. Желательно – мёртвый.

Глава 28

Виктория

Когда вернувшиеся с экскурсии в сарай мужчины расселись за накрытым столом, предварительно тщательно вымыв руки, и приступили к трапезе, гость озвучил свою мысль, озадачившую даже невозмутимого Карло.

– Нам нужен пират, – провозгласил министр Лифалинг, отдав должное рыбному супу, который у Марты всегда получался просто фантастическим. – Среди ваших знакомых случайно не найдётся?

– Кхм, – чуть не подавился Франко и аккуратно отложил ложку, – какая оригинальная мысль, господин Лифалинг… Стесняюсь спросить, а вы с какой целью интересуетесь?

– Я ведь сказал, – министр отправил в рот ещё ложку супа и зажмурился от удовольствия, – нам непременно нужен пират. Желательно мёртвый.

Тут перестали есть и Марчелло с Карло, а Франко таки закашлялся, и мне пришлось несколько раз стукнуть его по спине.

– Зачем? – коротко спросил капитан, с опаской глядя на безмятежно жующего Лифалинга.

– Присоединяюсь, – баронесса Шарлотта на всякий случай незаметно пододвинулась поближе к будущему мужу, – зачем тебе эта гадость, Карл? Ладно пират, у каждого своя работа, но для чего тебе нужно, чтобы он был мёртвый, скажи на милость?!

– Ну мы же не можем афишировать, откуда у нас вся эта прелесть, – министр махнул рукой с ложкой в сторону сарайчика, – мы скажем, что нам её поставляет… имя подберите сами.

– А мёртвый-то почему? – влез Мэтью.

– О том, что он умер, знать будем только мы, – снисходительно, как маленькому, пояснил ему Лифалинг, – зато никто не сможет его отыскать, чтобы попытаться перекупить. А желающие совершенно точно найдутся, это я вам могу гарантировать. Вы же не настолько наивны, чтобы не понимать: после первой же партии лилового мха на нас начнётся давление. С сертификатом я улажу, у меня есть нужные связи, но нам нужно логичное и правдоподобное объяснение того, где мы взяли такую серьёзную партию редкого сырья. Если мы скажем, что спокойно нарвали его на полянке в лесу, то можете мне поверить: через день на северной границе леса будет толпа народу, вооружённая до зубов и не гнушающаяся никакими средствами в борьбе за прибыль.

За столом повисла ошарашенная тишина, которую нарушила баронесса.

– Святой Лорвин! Какое счастье, что Мэтью пригласил участвовать в проекте именно тебя, Карл!

– Да, я тоже считаю, что это была хорошая идея, – невозмутимо согласился министр, накладывая себе на тарелку тушёное мясо, – но чем меньше будет число посвящённых, тем проще нам будет защитить свои финансовые интересы.

– Джанкарло, – вдруг хлопнул ладонью по столу Франко, – вот тот, кто нам нужен. Во-первых, репутация у него самая подходящая: все знают, что этот старый прохиндей знает столько тайных мест, сколько не знает никто другой. Во-вторых, о том, что его «Арлеада» уже месяц лежит на дне вместе со своим мерзким капитаном и его командой, знаем только мы. Ну и, возможно, твой, Мэтью, приятель кракен. В-третьих, у Джанкарло нет постоянного места, где его можно было бы найти, на покупателей он выходил всегда сам. Ну и в-четвёртых, все знают, что он никогда не выдаёт своих поставщиков, чтобы исключить конкуренцию.

– Ты прав, – подумав, кивнул Марчелло, – если мы скажем, что договорились с Джанкарло, это никого не удивит. А найти его, чтобы перекупить… ну пусть ищут, может, и найдут.

– Вот и замечательно, – довольно улыбнулся министр, – я даже не сомневался, что среди ваших знакомых отыщется подходящая кандидатура.

После обеда и небольшого отдыха мы всем дружным коллективом собрались в гости к Шлоссу, так как Мэтью хотел, чтобы Лифалинг посмотрел на старинную шкатулку, спрятанную в норе змея. Насколько я поняла, дар рода Лифалингов заключался в умении видеть прошлое вещей, и если кто и мог сказать, что за редкость притащили нам рибусы, то это Карл Лифалинг.

На этот раз баронесса решила отправиться с нами, так как пока ещё не имела возможности познакомиться с нашим необычным казначеем. Марчелло, правда, честно предупредил её, что встреча с гигантской змеёй – это не то, что нужно нежной женщине. Но Шарлотта была непреклонна и заявила, что в компании таких мужчин ей ничего не может грозить, так сказать, по определению. Расстраивать её и говорить, что при желании Шлосс играючи справится и с гораздо большим числом противников, мы не стали. Уж пусть лучше она встретится с ним в нашем присутствии, чем отправится туда самостоятельно. Насколько я успела узнать свою будущую свекровь, от неё вполне можно было ожидать такого безрассудного поступка.

В итоге мы отправились к Шлоссу впятером: Марчелло с Шарлоттой, мы с Мэтью и Карл Лифалинг. По пути я размышляла, верно ли выбрала историю для сегодняшнего рассказа: я планировала потихоньку перейти на книги о людях, так как запас историй о животных у меня практически истощился. И про Белого Бима Черное Ухо, и про Хатико, и даже про Муму я уже поведала, вызвав у слушателей бурю эмоций. Поэтому сегодня я собиралась начать какую-нибудь длинную историю, которой мне хватило бы на несколько заходов, и остановила свой выбор на «Властелине колец», текст которого помнила просто очень хорошо. Почему-то мне казалось, что история Кольца Всевластия должна прийтись моим необычным слушателям по вкусу.

– Шлосс! – уже привычно окликнула я нашего казначея, подходя к норе, укрытой лианами. – Я пришла, и на этот раз со мной много народа. С тобой очень хотят познакомиться.

– Поззззнакомитьсссся? – раздалось шипение, и из густого переплетения лиан высунулась чешуйчатая треугольная голова. – Приветсссствую… Ззззачем вы пришшшшли сссс Ори?

Министр замер, словно загипнотизированный, и, кажется, даже перестал дышать. А вот Шарлотта удивила нас всех, потому что не испугалась и вежливо кивнула Шлоссу.

– Приятно познакомиться, уважаемый Шлосс, я очень много о вас слышала, причём исключительно приятное, – сказала она, и голос её почти не дрожал. Если только самую малость…

– Ссссмелая… Крассссивая… – змей завис прямо перед баронессой и прошипел напрягшемуся капитану, – не бойсссся, я ссссегодня сссспокойный и добродушшшшный…

– Шлосс, эта отважная женщина – матушка Мэтью, – пояснила я, – её зовут Шарлотта.

– Шшшшарлотта, – змей словно пробовал имя на вкус, – ззззамечательное имя…

Затем Шлосс повернулся ко мне и уточнил, прикрыв равнодушные глаза с вертикальными зрачками:

– Ты будешшшшь рассссказзззывать?

– Обязательно, – кивнула я, – сегодня я начну долгую историю о приключениях, дружбе, волшебстве и всяких сказочных существах.

Тут в ветках послышалась возня и какое-то непонятное шебуршание, а потом до нас донеслось возмущённое:

– Сам подвинься! Сейчас вылезешь вперёд, и мне вообще ничего слышно не будет! А мне, между прочим, тоже интересно!

– Кто там? – удивлённо спросила я, задирая голову и силясь рассмотреть хоть что-то за плотной стеной листьев.

– Ссссейчасссс поссссмотрим…

Молнией мелькнул чешуйчатый хвост, и вот уже перед нами беспомощно дёргали лапками наши старые знакомые – Хлиф и Флох.

– А вы что тут делаете? – изумилась я.

– Мы принесли орехи, – слегка придушенно отозвался Флох, – а номты сказали, что тут ты рассказываешь интересные истории, и мы тоже захотели. Но Хлиф всё время пытался оттеснить меня куда-то назад, а это нечестно, потому что я тоже хочу…

– Тишшшше… – прошипел Шлосс, пока Мэтью шёпотом пересказывал остальным смысл эмоциональной речи спанка. – Не мешшшшайте мне думать….

– Про какие орехи они говорили? – еле слышно спросил наконец-то отмерший Лифалинг у Марчелло.

– Про земляные, – так же негромко ответил капитан, – мы их меняем на рыбу по очень выгодному курсу: одна большая рыбка за десять орехов.

– То есть у нас тут ещё и земляные орехи есть, – как-то чуть ли не обречённо вздохнул министр, – и много?

– Да сколько надо, столько и есть, – пожал плечами Марчелло, наблюдая, как Шлосс то подносит спанков к пасти, то почти выпускает. – Шлосс, это полезные звери, отпусти их, пожалуйста!

– Полеззззные? Сссстранно… – змей откровенно развлекался, и его трудно было за это осуждать: ну-ка посиди всё время в норе, от тоски и не такое придумаешь.

– Очень полезные! Очень! Прям жуть до чего полезные! – оживились спанки, которые уже, видимо, начали готовиться к безвременной смерти. – Мы можем приносить тебе орехи!

– Ззззачем мне орехи? – удивился змей. – Как ты предлагаешшшшь мне их ессссть?

– Это я не подумал, – тут же согласился Хлиф, – а может, ты любишь большие чурупи? Мы можем тебе принести!

– Шшшшто это? – заинтересовался Шлосс.

– Это такие сочные плоды, они растут высоко на дереве только в одном месте, мы знаем, в каком, – торопливо сказал Флох, – можем тебе их приносить иногда.

– Принессссите, а там поссссмотрим, – согласился Шлосс и ослабил хватку, из-за чего спанки шлёпнулись на траву и тут же исчезли в листве ближайшего дерева.

– А можно мы сегодня послушаем историю, а потом уже побежим за чурупи? – раздалось из ветвей через несколько секунд.

– Можжжжно, – снисходительно разрешил змей, – только не мешшшшайте слушшшшать.

– Шлосс, – обратилась я к нашему казначею, – мне не хочется тебя беспокоить, но не мог бы ты достать из норы ту шкатулку, которую мы тогда принесли? Мы хотели бы показать её Карлу. Кстати, прости, мы не назвали нашего друга. Это Карл, он умеет видеть историю предметов.

– Шшшшкатулку? – змей вытянулся из норы почти полностью, и я услышала как прерывисто вздохнула баронесса. – Ззззабирай… Потом вернёшшшшь?

– Обязательно, – пообещала я, понимая, что мы, кажется, очень правильно выбрали казначея: Шлосс никому ничего не отдаст, кажется, даже нам.

Сказав это, я опустилась на четвереньки и бодро полезла в нору. В этот раз было уже почти совсем не страшно, так как я знала, что меня ждёт внутри. Принесённая рибусами шкатулка стояла там же, куда я её пристроила: в глубокой нише в самом конце норы. Я взяла её и, пятясь, вскоре выбралась наружу.

– Уф, – выдохнула я, выпрямляясь и протягивая завёрнутую в ткань шкатулку Мэтью.

– Карл, – очень серьёзно проговорил барон, внимательно глядя на министра, – дайте мне слово, что информация о том, что вы сейчас увидите, останется между нами.

– Обещаю, – министр Лифалинг подобрался, как хищник перед прыжком, и не отрывал взгляда от свёртка, который держал в руках Мэтью. – Клянусь своим даром, да будет свидетелем моих слов святой Лорвин.

– Хорошо, – кивнул Мэтью и развернул ткань.

Все вытянули шеи, стараясь рассмотреть таинственную шкатулку, и даже Шлосс подполз ближе и теперь заглядывал мне через плечо. Я щекой чувствовала рядом его сухую чешую, но мне почему-то совершенно не было страшно.

– Позволь, – голос министра дрогнул, и он протянул трясущиеся руки к шкатулке. – Святой Лорвин и все силы его! Этого просто не может быть! Невероятно! Невозможно!

– Вы знаете, что это за шкатулка? – спросил Мэтью, глядя на министра, тонкие пальцы которого бережно касались старого дерева и вырезанного на нём орнамента.

– О, это удивительная вещь… – с благоговением в голосе сказал Лифалинг, – она сделана несколько столетий назад и, несомненно, принадлежала одному из магов, которые давно покинули Энгалию. В таких шкатулках обычно хранили письма или документы, но иногда использовали и как вместилище для особо ценных украшений.

– А ты можешь её открыть, Карл?

В голосе баронессы прозвучало какое-то совершенно детское любопытство, и я полностью разделяла её нетерпение. Ну интересно же!

– Могу попробовать, – помолчав, кивнул Лифалинг, бережно ощупывая шкатулку, – сейчас… ещё немного… вот тут… да, точно… ага… Готово!

Что-то тихонько щёлкнуло, и мы чуть не стукнулись лбами, склонившись над старинной шкатулкой. На тёмном бархате лежал браслет удивительной красоты, а рядом с ним – явно сделанные в комплект к нему серьги.

– Святая Бенедикта! – прошептала баронесса. – Какая невероятная красота! Да такое же даже носить было бы страшно!

– Карл, посмотри, пожалуйста, – попросил Мэтью, сбившись на «ты», но министр не обратил на эту фамильярность ни малейшего внимания, – может быть, ты увидишь, кому принадлежали эти вещи?

– Я попробую, – тут же согласился Лифалинг, – минутку…

Он закрыл глаза и провёл над шкатулкой ладонью, словно поглаживая воздух, при этом его губы едва заметно шевелились, словно Карл шептал то ли молитву, то ли заговор.

– Был когда-то давно, – после паузы проговорил он, – маг по имени Реджинальд Смирный, в ссоры не лез, ладил как с людьми, так и с животными. Жил неподалёку от Ривенгольского леса и частенько наведывался в чащу то за травами, то за ещё какими цветами или ягодами. А на досуге любил делать украшения и наделять их чудесными свойствами. Эти, например, заряжены были на здоровье и долголетие. Правда, за столетия эти свойства ослабели, но всё равно… Эта находка практически не имеет цены. Где вы её взяли, Мэтью?!

– Вы не поверите, Карл, но нам её принесли рибусы в качестве платы за рыбу, – засмеялся Марчелло, – и сказали, что у них там много всякого такого добра.

– Невероятно… – повторил министр, а потом повернулся к Шлоссу, – вы позволите мне ещё немного подержать в руках это сокровище?

– Держжжжи, мне не жжжжалко, – величественно кивнул змей, – мне нравитсссся хранить ссссокровищщщща… Ори, ты будешшшшь рассссказзззывать?

– Хорошо, – я устроилась поудобнее и оглядела своих удивительных слушателей. Шлосс свернулся кольцами и положил голову на верхнее, спанки замерли в листве, Марчелло усадил баронессу к себе на колени, а Карл Лифалинг пристроился на пеньке, не выпуская из рук древнюю шкатулку. Мэтью же устроился прямо на траве у меня в ногах.

– Итак, – я откашлялась, – многие знают о хоббитах, многие, да не все…