Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 9

Мэтью

Покинув министерство, я отправился в Университет Гратенстора, точнее, в его библиотеку – место, куда во время учёбы, если честно, заглядывал всего несколько раз. Ну вот не привлекали меня пыльные фолианты и древние свитки. А за учебниками ходил Бенедикт: не по чину потомственному аристократу самому таскать этакие тяжести.

Старинный особняк с семью белыми колоннами на входе встретил меня прохладой и, в связи с летним временем, полной тишиной. Студенты уже давно разъехались: кто домой, кто отдыхать в Коридию, кто на практику. Однако совсем уж безлюдной библиотека не была. За столом в углу неподалёку от входа сидел немолодой мужчина в университетской мантии, небрежно накинутой на плечи. Он читал какую-то книгу и то и дело усмехался, недоверчиво покачивая головой. Я решил, что это тот, кто мне нужен, и направился к столу.

– Доброго дня, – поприветствовал я чуть ли не единственного на данный момент обитателя библиотеки, – не могли бы вы мне помочь?

– Вы только представьте себе, – не отрываясь от чтения и даже не подняв головы, воскликнул мужчина, – они имеют наглость заявлять, что кочевники Равенгарда используют для приготовления зелья памяти листья дольника бурого, хотя любой мало-мальски образованный человек прекрасно знает, что это растение совершенно бесполезно для создания подобного эликсира! Не так ли?

– Полагаю, что вы абсолютно правы, – ответил я, не имея ни малейшего представления ни об эликсире, ни о дольнике буром, – но могу я вас отвлечь буквально на минуту?

– Что? О, простите, – мужчина отложил книгу и внимательно на меня посмотрел, – я не ожидал увидеть в такое неурочное время кого-то постороннего, не из коллег, так сказать. Чем могу быть полезен…?

– Барон Мэтью Даттон, – представился я, слегка поклонившись, – с кем имею честь?

– Мэтр Корвик, Энтони Корвик, старший библиотекарь, – он поднялся из-за стола, одной рукой придерживая так и норовящую сползти мантию.

– Чудесно, – обрадовался я, – тогда вы наверняка сможете мне помочь.

– Приложу все усилия, – пообещал библиотекарь, с явным сожалением закрывая и откладывая книгу. – Что именно вас интересует, барон Даттон?

– Мне нужно всё, что у вас есть по истории Ривенгольского леса, особенно то, что касается его давней истории. Ведь есть же какие-нибудь старые карты, заметки, мемуары, ещё что-нибудь?

– Ривенгольский лес? – библиотекарь бросил на меня уже чуть более заинтересованный взгляд. – Нечастый запрос, честно признаюсь. Но, полагаю, я в силах вам помочь. Ступайте за мной.

– Благодарю.

Я зашагал вслед за мэтром Корвиком куда-то в сумрачные глубины зала, мимо высоких стеллажей и закрытых на аккуратные замки шкафов. Через несколько минут мы остановились возле двери, которую библиотекарь и открыл, предварительно достав ключ из кармана мантии.

– Это читальный зал, – пояснил он мне, – книги, которые вас интересуют, нельзя выносить из библиотеки, так как они представляют собой немалую историческую и библиографическую ценность. Но у нас очень удобный читальный зал, оснащённый всем необходимым. Проходите, присаживайтесь, я сейчас принесу вам книги.

Так как мне было совершенно всё равно, где располагаться, я выбрал ближайший стол и уселся в оказавшееся неожиданно удобным кресло. Через несколько минут вернулся мэтр Корвик, с немалым трудом тащивший три книги, каждая из который была более чем внушительных размеров.

– Тяжёлые, – выдохнул библиотекарь, аккуратно опуская фолианты на стол и с явным трудом разгибаясь, – это «Хроники Энгалии», вам нужен вот этот вот первый том, именно здесь вы найдёте материалы, относящиеся к тем временам, когда Ривенгольский лес ещё не был таким заброшенным и опасным местом. Вот здесь, – тут он показал на ещё более толстый и растрёпанный том, – содержатся описания хищников, населяющих Ривенгольский лес, такой своего рода бестиарий, но о реально существующих животных. Ну и последнее – это предания и легенды, в том числе касающиеся интересующего вас места. Но в этом случае я не стал бы рассчитывать на достоверность сведений.

– Спасибо, – я ошарашенно смотрел на три толстенных тома и с тоской понимал, что мне не то что за день, мне за неделю их не осилить.

– Если понадобится помощь, непременно обращайтесь, – проговорил мэтр Корвик, – здесь вот в ящике есть бумага и пишущие принадлежности, ими можно пользоваться совершенно свободно. В случае необходимости вот, – тут он показал на стоящий на краю стола небольшой металлический колокольчик, – позвоните, и я непременно подойду.

С этими словами он торопливо удалился, наверное, мечтая поскорее добраться до книги, которую я помешал ему читать. Проводив библиотекаря взглядом, я со вздохом пододвинул к себе «Хроники Энгалии» и стал искать сведения о Ривенгольской чаще.

Как выяснилось, лесу, где располагалось наше поместье, была посвящена целая отдельная большая глава, которая так и называлась: «Тайны и загадки Ривенгольского леса».

Устроившись поудобнее, я погрузился в чтение и даже не заметил, как неспешное повествование полностью меня захватило. Перед моим мысленным взором проплывали картины такого далёкого прошлого, какое и представить-то себе сложно. Благодаря несомненному таланту автора «Хроник» я словно наяву видел, как шумели зелёные кроны деревьев, как странно одетые люди прорубали в чаще достаточно широкую дорогу, как вкапывали вдоль неё на одинаковом расстоянии артефакты, отпугивающие диких зверей, как двигались по тракту крестьянские телеги и украшенные золотом старинные экипажи, как банды лихих людей нападали на безоружных путников. Потом появились порталы, и дорога постепенно начала зарастать, артефакты, которые никто не подзаряжал, переставали работать, а на редких путешественников стали нападать хищники. Я словно сам видел, как медленно, но неотвратимо лет отвоёвывал обратно когда-то отобранные людьми места.

Нашёл я и упоминание о первом бароне из рода Даттон, том самом, который построил поместье в чаще леса. Понятно, что с тех пор оно неоднократно перестраивалось, так как никакое строение не продержится в лесу столько времени, как ты его магически не поддерживай.

Любопытным было то, что «Хроники» наряду с моим предком упоминали какого-то барона Рудольфа Хоккинза, который, если верить составителям, был верным соратником и другом барона Даттона. При этом мельком упоминалось, что вроде как этот Хоккинз тоже обладал способностью разговаривать с животными.

Я постарался вспомнить, слышал ли где-нибудь эту фамилию, но так и не смог. Если такой род и был – а оснований не верить «Хроникам» у меня не было – то он давно перестал существовать. Почему уж так случилось – кто бы знал! Надо будет потом уточнить у матушки, но вряд ли и она что-то сможет вспомнить.

Больше ничего особо интересного в «Хрониках» не нашлось, хотя наверняка при внимательном прочтении наверняка можно было бы найти ещё какую-нибудь полезную информацию.

Следующим на очереди был так называемый бестиарий, и я снова выпал из реальности, со смесью восторга и недоверия рассматривая рисунки всякой мыслимой и немыслимой живности. Неужели всё вот это действительно водится в Ривенгольском лесу?! Тогда то, что я невредимым добрался до поместья, действительно можно назвать чудом.

Перевернув очередную страницу я увидел очень натуралистичное изображение кубуты. Пояснительная статья гласила, что это на редкость сильное и свирепое животное, которое питается в основном мелкими грызунами – вот номты-то удивились бы! – но не брезгует и более крупными зверями. На людей кубуты, как говорилось в книге, нападают редко, но это исключительно из-за того, что в Ривенгольском лесу с людьми в принципе напряжённо: нету их там. Я вспомнил Кешу, меланхолично жующего пучок сочных листьев и с аппетитом лопающего пирожки, и вздохнул. Как-то не соответствовало одно другому. Или нам достался какой-то неправильный кубута, или авторы книги не в курсе событий.

Бегло пролистав толстый том, я понял, что изложенные в нём сведения вряд ли будут мне полезны, так как они не слишком соответствуют действительности.

А вот сборник легенд и преданий, о котором библиотекарь мэтр Корвик отозвался с некоторым пренебрежением, заставил меня глубоко задуматься. Среди многочисленных историй, больше похожих на сказки, которые в детстве рассказывают малышам родители или нянюшки, я наткнулся на легенду о старом маге, который, разочаровавшись в своих учениках и не видя смысла в дальнейшем их обучении, собрал созданные им бесценные артефакты и спрятал где-то в Ривенгольском лесу.

Не в этом ли причина столь острого интереса господина Бонатти ко всему, что мы отыщем в лесу? Не уверен, что мы с Марчелло и Ори сможем отличить древний артефакт из коллекции этого самого мага от обычной поделки, закопанной какими-нибудь разбойниками.

Не нужно быть особо сообразительным, чтобы понять: если такая шкатулка найдётся, то спрятанные в ней артефакты просто не будут иметь цены.

Нет, надо быть очень аккуратными и осторожными! Правильно матушка сказала: где большие деньги, там большие проблемы. И про шкатулку, спрятанную в норе Шлосса, пока стоит промолчать. Если кто-то из зверей принесёт что-нибудь не слишком ценное, то мы, конечно, свяжемся с господином Бонатти, иначе он может заподозрить неладное, а нам это совершенно ни к чему. В любом случае, нам нужно всё это обсудить, а значит, мне просто необходимо наведаться в поместье. И дело совершенно не в том, что мне ужасно хочется увидеть Ори! Это здесь вообще ни при чём! Да! Исключительно деловая необходимость, не более того!

Воодушевлённый этими мыслями, я попрощался с мэтром Корвиком, искренне поблагодарив его за помощь и пообещав на днях вернуться и продолжить изучение выбранных книг. Библиотекарь похвалил меня за тягу к знаниям и сказал, что поищет ещё что-нибудь любопытное по интересующей меня теме. На этой оптимистичной ноте мы расстались, и я отправился домой, чтобы уже через час с небольшим быть готовым отправиться в поместье.

Стоя перед портальным зеркалом, я вдруг почувствовал, что волнуюсь, как мальчишка перед первым свиданием. Мысли скакали и мешали сосредоточиться. А вдруг за то время, что я провёл в Гратенсторе, там приблудился какой-нибудь молодой красавчик? Или Ори решила, что всё это ей не нужно, и просто ушла, никому не сказав, куда? Или, не приведи святая Бенедикта, она вышла за забор и наткнулась на какого-нибудь злобного хищника? Или…

Тут я понял, что если не отправлюсь в поместье прямо сейчас, то просто сойду с ума от неизвестности и надуманных страхов. Поэтому, покрепче стиснув букет из кремовых и алых роз, который выбрал для Ори, я шагнул в портал.

Поместье встретило меня проникающим через крохотное окошко солнечным светом, в котором кружились пылинки, запахом леса и чего-то до ужаса привычного и приятного и… отдалённым шумом и смехом. Нахмурившись и постаравшись не давать воли всяким нелепым подозрениям, я достаточно бодро, практически не хромая, поднялся по короткой лестнице и вышел сначала в холл, а потом и на крыльцо.

Остановившись в дверях и щурясь от яркого света, я смотрел на творящийся во дворе бедлам и чувствовал, как в душе поднимается тёплая волна. Здесь мне было хорошо, здесь я мог позволить себе быть самим собой, и это было совершенно потрясающе. А уж когда я увидел, как вспыхнуло радостью лицо заметившей меня Ори, то все дурные мысли мгновенно выветрились из моей бестолковой головы.

– Мэтью!

Девушка что-то сказала бледному неизвестному типу откровенно бандитской наружности, который сидел возле большого дерева и что-то мастерил из веток и верёвки, и быстро пошла, почти побежала в мою сторону.

– Как здорово, что ты пришёл! – Ори улыбалась так искренне, что я не смог сдержать ответной улыбки. – Как твои ноги? Я волновалась…

– Я в полном порядке, – заверил я свою ожившую мечту и протянул ей букет, – это тебе, Ори. Надеюсь, я угадал, и тебе нравятся розы.

– О! – девушка взяла букет и смущённо улыбнулась. – Мэтью, они такие красивые! Спасибо огромное!

Я смотрел на её сияющее лицо и изо всех сил боролся с желанием вот прямо сейчас сделать ей предложение. Но разум всё же победил, и я невероятным усилием воли оторвал взгляд от Ори. К счастью, из-за угла дома вывернул Марчелло, нагруженный какими-то коробками, и тоже радостно мне улыбнулся.

– Мэтью, дружище, рад видеть тебя бодрым и уверенно стоящим на ногах, – поздоровался капитан, – ты даже не представляешь, как вовремя появился. У нас тут столько всякого нужно решить, ты себе просто не представляешь!

– Рассказывай, – я пожал протянутую руку и с наслаждением вдохнул свежий лесной воздух.

Глава 10

Виктория

Я смотрела на совершенно изумительные розы, которые вручил мне Мэтью, и старалась призвать к порядку воображение, которое тут же начало рисовать картины одна другой радужнее. Самым удивительным было то, что все эти фантазии были из разряда «розовых пони и радужных единорогов», то есть совершенно мне не свойственные.

Я никогда не мечтала ни о красивых романах, ни о богатом и перспективном женихе, ни о роскошном свадебном платье, ни о путешествии на яхте куда-нибудь туда, где порхают колибри и цветут удивительные орхидеи. Более того, я даже не знала, есть ли орхидеи там, где обитают шустрые птички, питающиеся нектаром. Я – за исключением веры в чудо – была девушкой на удивление трезвомыслящей и рациональной, прекрасно понимающей, что мы с принцами любых мастей существуем в параллельных вселенных, то есть не пересечёмся никогда.

А сейчас я стояла и держала в руках великолепный букет из алых и кремовых роз, роскошный настолько, что становилось не по себе. Мэтью, вручивший мне это чудо флористики, улыбался как-то неуверенно, словно сомневался, понравились ли мне цветы. А что, такая красотища могла кому-нибудь не понравиться?!

Что сказать, кроме слов благодарности, я представляла с большим трудом, поэтому просто молчала и улыбалась, с каждой секундой чувствуя себя всё более неловко. Кроме того, у барона стало вдруг такое решительное лицо, словно он сейчас скажет нечто очень важное, на что придётся как-то реагировать. А я к этому вообще не готова, вот абсолютно!

Спас меня Марчелло, который, увидев Мэтью, тут же взял его в оборот и начал рассказывать последние новости. Надо отдать барону должное: он сумел ничем не высказать своего отношения к услышанному. Более того, складывалось впечатление, что он всецело всё ободряет и поддерживает.

– Ори! – отвлёк меня от размышлений громкий шёпот где-то внизу. – Ну Ори же!

Опустив взгляд, я обнаружила Лео и Кари, которые смотрели на меня с непонятным упрёком.

– Что не так? – так же шёпотом спросила я.

– Всё не так, – сердито прошипел Лео, выглянув из-за моей ноги и убедившись в том, что Мэтью поглощён разговором с Марчелло. – Ты почему себя ведёшь так, словно барон тебе чужой?

– В смысле?

Я действительно слегка растерялась, так как ожидала от парочки номтов чего угодно, но не этого.

– Он тебе цветы подарил, – как дурочке, начал объяснять мне Лео, – в доме жить разрешил, смотрит, как рибусы на рыбу…

– А ты даже чаю ему не предложила, – с упрёком присоединилась к Леонтию Кари, – он же так сорвётся с крючка! Мы такого второго можем и не найти, между прочим. Бароны, они, знаешь ли, под деревьями не валяются. Особенно молодые, симпатичные и, главное, неженатые. Соображать же надо!

– С какого крючка? Слушайте, я вообще не понимаю, о чём вы говорите! Насчёт чаю вы, конечно, правы, но я просто не успела. А вот всё остальное – это исключительно ваши домыслы, не более того.

– Вот ты, Ори, вроде бы умная, но иногда такая… – тут Лео притормозил, наткнувшись на мой сердитый взгляд, – такая недальновидная, ужас просто!

– Иди позови его пить чай, – строго сказала мне Кари, – у нас ещё остались пирожки и с хлоппи, и с рыбкой. И букет поставь, а то ведь завянут розы, жалко будет. В кухне есть большая ваза, я видела. И вообще, надо будет привести в порядок гостиную, а то вон как получается: даже букет поставить негде, чтобы красиво было.

Я не стала ничего говорить по поводу того, что гробить кучу времени на уборку гостиной ради возможности любоваться в ней цветами я не готова. Понятно же, что малышка Кари говорит это исключительно из лучших побуждений, зачем же её огорчать.

– Ори! – позвал меня Марчелло, и я, поставив розы временно в большое ведро с водой, давно стоящее на кухне, вышла во двор.

Капитан вместе с бароном и присоединившимся к ним Франко расположились в тени большого раскидистого дерева.

– Ори, Марчелло рассказал мне о том, что… – тут Мэтью слегка запнулся, бросил быстрый взгляд на Франко, дождался кивка от капитана Саватти и мужественно продолжил, – что ты появилась в нашем мире из другого… кхм… мира. Нет, я про такое, конечно, читал и слышал, но никогда не предполагал, что встречусь лично, так сказать.

– Тебя это смущает? – сквозь непонятную тревогу пробивалось чувство невероятного облегчения от того, что мне не придётся ничего врать и придумывать. Почему-то обманывать симпатягу барона мне ужасно не хотелось.

– Совершенно нет, – замахал руками барон, – наоборот, это делает тебя ещё более удивительной и невероятной…

– Мэтью, не отвлекайся, – остановил его прячущий улыбку Марчелло, – давай к делу, а то опять явится кто-нибудь голодный, и Ори придётся им заниматься. О том, какая она потрясающая, ты ей потом расскажешь, хорошо?

– Извини, – повинился барон и постарался сосредоточиться, – так вот, Ори, ты – баронесса Виктория Хоккинз.

– Кто я?!

Этого я ожидала меньше всего: какая из меня баронесса? Во мне аристократизма примерно как в Кеше или чуть побольше, если разобраться.

– Когда-то давным-давно, как я сам недавно узнал, у первого представителя рода Даттон был партнёр и соратник, Рудольф Хоккинз, который тоже умел разговаривать с животными. Потом род Хоккинзов постепенно стал угасать и в конце концов практически полностью исчез. Насколько я смог выяснить, очень дальние потомки барона Рудольфа до сих пор живут где-то на границе с Равенгардом. В столице они не появлялись уже лет триста, если не больше, но официально о том, что род прекратил своё существование, объявлено не было.

– Ну а что, вполне себе хороший вариант, – одобрительно кивнул Марчелло, – я же говорил, что Мэтью непременно что-нибудь придумает, и не ошибся.

– А если кто-нибудь из этих Хоккинзов всё же появится в столице? – я потёрла виски, пытаясь справиться с внезапной головной болью. – Вот они удивятся-то внезапной родственнице! У меня ведь ни документов, ничего нет!

– Так все твои документы пропали, когда на «Арлеаду» напали пираты, то есть мы, – жизнерадостно заявил Франко, – тебе тогда точно было не до вещей, так что весь твой невеликий багаж отправился на дно вместе со шхуной хитреца Джанкарло.

– То есть мне просто поверят на слово? Ну, что я баронесса как-то там?

– Почему же только на слово, – довольно ухмыльнулся Марчелло, – в таких случаях достаточно свидетельства двух человек, точнее, двух аристократов.

– Я с удовольствием готов свидетельствовать, что ты баронесса Хоккинз, – тут же сказал Мэтью, – могу подтвердить это под присягой.

– Ну и я в стороне не останусь, – присоединился к нему Марчелло, – я кайр, то есть коридийский аристократ в демоны знают каком поколении.

– Кстати, я тоже на свет не в крестьянской лачуге появился, – неожиданно подмигнул мне Франко, – так что у тебя есть аж три свидетеля.

– К тому же…

Тут Мэтью отчаянно покраснел, глубоко вздохнул, а потом выпалил:

– Я очень надеюсь, что однажды ты согласишься сменить фамилию Хоккинз на Даттон…

– В каком смысле? – ошалела я, а сердце, которое явно было сообразительнее остальных частей тела, суматошно заколотилось.

– Я рассчитываю, что когда ты узнаешь меня получше… когда я смогу заслужить… вернее… если ты обратишь внимание…

Мэтью окончательно сбился, а Марчелло посмотрел на него с каким-то умилением.

– Мэтью имеет в виду, что он надеется однажды назвать тебя своей женой, – пояснил веселящийся Франко, – я правильно изложил твою мысль, барон?

– Абсолютно так, – решительно заявил пришедший в себя Мэтью, – я очень надеюсь, что когда-нибудь ты ответишь на мои чувства и согласишься стать моей супругой. Что скажешь, Ори?

Я растерянно переводила взгляд с одного мужчины на другого, постепенно осознавая, что они не шутят, то есть Мэтью действительно сказал, что хочет на мне жениться. И это было, как бы так поделикатнее выразиться, неожиданно.

– Это очень… внезапно, – откашлявшись и попытавшись собрать разбегающиеся мысли, пробормотала я, – мы ведь друг друга пока совершенно не знаем!

Тут я увидела, как Кари, незаметно выбравшаяся из дома и наблюдающая за происходящим, страдальчески закатила глазки, а менее воспитанный Лео покрутил пальчиком с острым коготком у виска, мол, ты совсем ненормальная?

– Это решаемая проблема, – тут же воспрял духом Мэтью, – главное, что ты ведь не отказываешь мне, правда?

– Нет, – я беспомощно посмотрела на подмигнувшего мне Марчелло, – просто я пока не готова к настолько радикальным и серьёзным решениям. Нет, мне очень льстит твоё предложение, Мэтью, – тут Франко поморщился, едва заметно покачал головой, и я поспешила исправиться, – в смысле, я очень тронута и рада, но давай мы отложим решение этого вопроса на те времена, когда в моей жизни наступит хоть какая-то стабильность.

– Конечно! – радостно воскликнул барон. – Я ни в коем случае не хочу тебя торопить, Ори! Для меня главное – это то, что ты даёшь мне шанс убедить тебя в том, что именно я – тот, кто сможет сделать тебя счастливой. И я очень-очень постараюсь, чтобы ты мне поверила.

– Мои поздравления, Мэтью! Ори… – Марчелло пожал руку довольному барону и слегка приобнял меня. Затем то же самое проделал Франко, а Карло, что-то мастеривший из верёвок и каких-то изогнутых палочек, молча отсалютовал нам флягой с водой, стоявшей рядом с ним.

– Итак, обобщим, – вернулся к насущным проблемам капитан, за что я была ему очень признательна, так как ситуация с предложением Мэтью напрочь выбила меня из состояния душевного равновесия. – Происхождение Ори мы придумали, теперь нужно сочинить ей хоть какое-то подобие биографии, причём выглядеть всё должно более чем достоверно.

– А вариант с потерей памяти не годится? – робко поинтересовалась я. – Мы вроде что-то такое обсуждали ещё со Шлоссом, разве нет?

– Ты не можешь забыть абсолютно всё, – уверенно заявил Марчелло, – потому что тогда ты не помнила бы своё имя. А этого мы допустить не можем, так как тогда нам придётся обращаться в соответствующие инстанции. Это у нас в Коридии с такими вещами проще, а в Энгалии бюрократия та ещё!

– Мы говорили, что на «Арлеаду» ты села вместе с… С кем ты могла отправиться в нелегальное путешествие? Мэтью? Что принято в Энгалии в подобных ситуациях? -Франко вопросительно взглянул на Мэтью.

– Это был… – барон задумался, но вскоре решительно тряхнул головой, – это была твоя верная горничная, милая старушка, которая не захотела оставлять тебя даже в такой непростой ситуации.

– Не жалко пожилую женщину? – усмехнулся Марчелло. – Хотя это будет очень романтично и трогательно. Верная служанка пожертвовала жизнью, защищая честь юной госпожи… Бедная старушка! Как там её, Ори?

– Откуда я знаю?

Мне с каждой минутой всё больше казалось, что я впутываюсь в очередную авантюру, но при этом я прекрасно понимала, что по-другому не получится. Мне в этом мире жить и, следовательно, нужно начинать как-то к нему адаптироваться. Тем более что у меня совершенно чудесным образом появились друзья, готовые ради меня соврать и рискнуть репутацией.

– Пусть будет Лизетта, – предложил барон, и никто не стал с ним спорить. Лизетта так Лизетта, имя ничуть не лучше и не хуже какого-нибудь другого.

– А почему мне понадобилось нелегально бежать в Коридию?

Я решила принять участив обсуждении собственного прошлого: ведь, случись что, именно мне придётся отвечать на вопросы.

– Предлагалась версия, что от старого жениха, – напомнил Марчелло, – но тут есть ряд нюансов. Этого жениха тебе должен был кто-то найти, соответственно, у тебя есть родственники. А где мы их возьмём? Значит, нужно искать другую причину.

Я начала лихорадочно вспоминать книги и фильмы, которые мне довелось прочитать и посмотреть, но в голову, как на зло, лезла ерунда в духе мыльных опер с потерянными родителями и внезапно обнаружившимися близнецами.

– А может быть, всё-таки потеря памяти, а? Ничего не знаю, ничего не помню, только имя и то по какой-то счастливой случайности.

– Можно сказать, что когда мы тебя спасли, ты была без сознания, а потом всё – ничего не помнишь, – согласился Марчелло, правда, без особой охоты, – я видел такой случай, кстати. Мы как-то подобрали на обломке доски в море парня, так вот он, когда в себя пришёл, тоже ничего не мог сказать: ни как оказался в море, ни кто он вообще такой. Мы его потом в порту оставили, правда, целителя к нему вызвали.

– И что с ним дальше случилось? – мне действительно было интересно.

– Ни малейшего представления, – Марчелло равнодушно пожал плечами, – наверное, устроился в жизни как-нибудь. Даже скромное существование лучше дрейфа на обломке доски.

– Хотите моё мнение?

Франко внимательно нас слушал и теперь решил высказаться.

– Мы можем напридумывать всё что угодно, но отвечать на вопросы и выкручиваться всё равно придётся Ори самой. Так что я за вариант с потерей памяти: тут можно упереться намертво и отвечать одно и то же. Мол, ничего не помню, ничего не знаю, пожалейте меня, мне и так досталось. Поверьте, люди с удовольствием придумают историю сами и охотно в неё поверят. Ну и Мэтью нужно будет по возможности находиться рядом, чтобы в случае опасности переключать внимание на себя.

Судя по виду барона, необходимость находиться постоянно рядом со мной его воодушевила чрезвычайно. Во всяком случае, выглядел Мэтью до крайности довольным.