Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"
Автор книги: Павел Чагин
Соавторы: Сергей Малышонок,Александра Шервинская
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 38 (всего у книги 341 страниц)
Глава 11 (окончание)
Наверное, если бы тогда, в прошлой жизни, когда я был молодым авантюристом, сыном заштатного барона Реджинальдом фон Рествудом, мне сказали, что я буду идти по легендарному Франгайскому лесу вместе с мифическим Повелителем мёртвых, я рассмеялся бы этому лгуну в лицо. Однако у судьбы очень своеобразное, я бы даже сказал, порой извращённое чувство юмора, потому что сейчас именно это и происходило.
Покинув территорию дома и оставив встревоженную Лиз на попечение Домиана и Хантера, мы с Шегрилом безбоязненно – ибо никому из обитателей Франгая не пришло бы в голову не то что напасть на нас, но даже нос высунуть из норы – направились в сторону портальной колонны. На секунду я представил, как внушительно мы должны смотреться со стороны: глыба мрака, закутанная в непроницаемо чёрный плащ, и монстр, с ног до головы покрытый прочной тёмно-зелёной чешуёй, кое-где украшенной кроваво-красными пятнами. Мощь, сила и отсутствие даже намёка на жалость или милосердие – вот что должны были увидеть все невольные свидетели этой прогулки. Увидеть и тут же затаиться до тех пор, пока двум существам, наделённым невероятной силой, не придёт время покинуть чащу.
– Ты ведь не просто так позвал меня с собой, – негромко проговорил я, когда мы отошли от дома на достаточное расстояние, – ты хочешь поговорить без свидетелей, я правильно понимаю?
– Ты умён и наблюдателен, Келен, – ответил Шегрил и неожиданно скинул с головы капюшон. Не знаю, что я ожидал увидеть, но точно не лицо, невероятная нездешняя красота которого заставляла даже моё сердце болезненно сжиматься от смеси восторга и боли. Длинные белоснежные волосы, заплетённые в сложную косу, идеальные черты лица, багровые глаза, в которых нет ни зла, ни жестокости, а есть лишь мудрость и печаль существа, которое уже всё видело в своей бесконечной жизни. – Я действительно хотел поговорить с тобой так, чтобы нас не слышала Элизабет. В её сердце ещё слишком много человеческого, а значит, она уязвима.
– Я никогда не сделаю ничего, что причинит ей боль, – сказал я, и Шегрил молча кивнул, – если нужно будет пожертвовать собой ради неё, я это сделаю.
– Ты говоришь искренне, – кивнул Повелитель, – я умею читать в сердцах и вижу, что твоё навсегда отдано Элизабет, как и моё…
– О чём ты хотел говорить со мной?
– О твоём видении, – Шегрил очень по-человечески подставил лицо свежему лесному ветру и слегка прикрыл глаза, – ибо ты и сам понимаешь, что это было именно пророческое видение, а не просто сон. Мне ведомо многое, и я не могу не чувствовать, что пришли предсказанные когда-то времена. Каждый из живущих под этим солнцем или под луной должен будет сделать свой выбор, не потому что ему так хочется, а потому что иначе не получится. Ты свой уже сделал, как и я. Только знаешь ли ты, что приготовило тебе Око Тьмы?
Я не стал спрашивать Шегрила о том, откуда ему известно, что сказало мне Око, когда я был в раковине на дне озера, и почему избран был именно я. Наверное, мне подсознательно хотелось разделить хоть с кем-то ту ношу, которую я добровольно взвалил на свои плечи. И Повелитель мёртвых – далеко не худшая кандидатура, как мне кажется.
– Мне суждено стать защитой Элизабет, так как будущее этого мира в её руках, – медленно проговорил я, всё ещё сомневаясь, стоит ли быть до конца откровенным с этим загадочным существом. – Я должен буду подчинить себе Франгай, так как у неё иная цель и иные задачи.
– Да, настоящим Повелителем леса станешь ты, так суждено, это я вижу, – Шегрил взглянул на меня с сочувствием, хотя до этого мне казалось, что подобные эмоции абсолютно чужды ему. – А я помогу тебе.
– А Древний? – я не мог не спросить, так как очень сомневался, что Домиан и остальные воплощения древней силы примут меня в качестве Повелителя Франгая.
– Он не будет в восторге, но смирится, потому что понимает: так надо, – уверенно заявил Шегрил, и у меня не было причин сомневаться в его слове. – Тень не должна накрыть лес, это не подлежит сомнению, Франгай, как и Ирманская обитель, должен уцелеть. И это – тоже твоя задача, Келен. Я поговорю с Домианом, он усилит охрану периметра, пока тебя не будет рядом.
– Не будет? – я с удивлением взглянул на сосредоточенного Повелителя. – Но я никуда не собираюсь…
– Собираешься, – он кривовато улыбнулся, – просто ты пока об этом не знал. Но не волнуйся – я пойду с тобой. Так будет проще и быстрее. Скажи, что было видно из окна в твоём видении?
Память услужливо показала мне колышущееся море зелёных вершин, которые почти доставали до окна, но место, в котором я находился, было всё равно выше. Я не мог рассмотреть, что это было: башня, замок, что-то другое…
– Вокруг меня была чаща, – я старался описать то, что видел, как можно точнее, мне казалось, что это очень важно, – но я нахожусь над ней, потому что вижу лес словно сверху, как будто я птица. Знаю, что неподалёку лежит озеро, в котором спрятано Око Тьмы…
– Вот как… – Шегрил удивлённо покачал головой и слегка улыбнулся, – я, признаться, думал, что она давно перенеслась туда, откуда я когда-то её притащил.
– Что ты имеешь в виду?
– Невидимая гора, – так, словно это о чём-то мне говорило, пояснил Шегрил.
– Никогда о такой не слышал, – мне было интересно, так как никаких сведений об этом явлении не было среди информации, которую загрузили в меня сначала Новые боги, а затем – Истинные.
– Ещё бы ты слышал, – как-то на удивление живо откликнулся Повелитель мёртвых, – я сам извлёк её из какого-то невероятно далёкого мира много веков назад в качестве убежища от суеты, а потом нашёл возможность укрыться в самом Франгае. Гора так и осталась бесполезной, и я спрятал её от посторонних глаз, а потом и вовсе забыл о ней. Но, пожалуй, она действительно станет идеальным домом для тебя, Келен…
И мне вдруг до ломоты в костях и комка в горле захотелось иметь место, которое я смогу назвать своим домом, пусть даже изначально оно принадлежало не мне. Может быть, сказалось то, что я наблюдал на территории, ограждённой периметром. Да, меня туда пригласили и почти наверняка позволили бы приходить тогда, когда мне захочется, но это всё равно не то. С тех пор, как я покинул убежище Крыса, я обитал исключительно на деревьях, ну и пару раз, когда начинался дождь, выгонял из нор некрупных зверей, которые охотно уступали мне место.
– Мне нужно кое-что сказать тебе, – сглотнув, проговорил я, чувствуя странное доверие к этому существу, стоящему на границе между миром живых и краями обитания мёртвых. – Это касается моего прошлого…
– Говори, я могу дать слово, что, если эта информация не станет угрозой благополучию Франгая, я сохраню твой секрет, – Шегрил сверкнул багровыми глазами.
– Когда я ещё был человеком, меня звали Реджинальд фон Рествуд, – начал я, – я был пиратом, наёмником, в общем, жил ради того, чтобы постоянно находить приключения на свою… голову, скажем так. Однажды я заигрался и впутался в авантюру, которая плохо закончилась. Меня арестовали и приговорили к пожизненному заключению в каменной камере. Я провёл там около месяца и уже почти сошёл с ума, когда меня вытащили оттуда, накормили, отмыли и переодели, а затем я встретился с магистром Каспером Даргеро, которого ненавидел последние несколько лет.
– За что? – я понял, что Шегрил задал вопрос исключительно для того, чтобы мне стало легче рассказывать, и я был искренне признателен ему за это.
– Одиннадцать лет назад он проездом оказался в нашем замке и соблазнил мою сестру, Лилиан, которая потом вынуждена была уйти в монастырь, и уже там родила дочь, а сама умерла сразу после родов. Это была Ирманская обитель, и моя дочь сейчас находится в доме посреди Франгая, её зовут Элла-Мария. Я не сказал и не скажу ни ей, ни Элизабет, кто я такой, потому что не готов. И не знаю, буду ли готов хоть когда-то… Да и не нужно это им.
– Интересно, – помолчав, признал Шегрил, – скажи, ты по-прежнему ненавидишь Даргеро?
– Вот тут начинаются странности, – я прислонился спиной к ближайшему дереву, и оно словно откликнулось, послав мне волну тепла, – я должен его ненавидеть, ибо он виновен в смерти моей сестры. Да и вообще… Я был не слишком приятным человеком, но по сравнению с магистром я просто идеален. Мне всегда хотелось отомстить ему, но сейчас… когда я стал тем, кем стал, это кажется мне уже не таким важным, да и сама ненависть словно выцвела, растворилась. Наверное, раньше я решил бы, что моя встреча с магистром здесь, в сердце Франгая – случайность, но теперь я понимаю, что это всё звенья одной цепи.
– Занятный узор сплетает судьба, – философски заметил Повелитель мёртвых, – ваши судьбы переплетены гораздо теснее, чем сейчас кажется и тебе, и ему. Я не вправе сказать многое, но могу лишь заверить тебя, что ваши нити судьбы идут рядом так далеко, как я способен видеть. Вы не станете друзьями, но и разойтись не сможете, это уже не изменить. Вы не раз будете рядом стоять на грани смерти, уж в этом можешь мне поверить, Келен, не раз захотите друг друга убить, но не сделаете этого. Большего я тебе, к сожалению, сказать не могу.
– Ты назвал меня Келеном, – я не смотрел на Шегрила, но почувствовал его понимающий взгляд, – несмотря на то, что ты теперь знаешь моё настоящее имя. Почему?
– Потому что того Реджинальда фон Рествуда, о котором ты мне говорил, уже больше нет, он окончательно умер в Оке Тьмы, и на смену ему пришёл ты, Келен, будущий Повелитель Франгая.
Глава 12 (начало)
Каспер
Я смотрел на аккуратно упакованный рюкзак, снова и снова перебирая в памяти всё, что мне нужно взять с собой, без чего я просто не выживу в ледяных пустошах севера. Тёплая, но невероятно лёгкая куртка с двойным капюшоном – внутренним меховым и наружным непромокаемым, высокие сапоги с таким же двойным нутром и прочной шнуровкой, несколько магических фонариков, запас еды, накопительный амулет с водой – не тащить же на себе ещё и бутыль – и специальный, созданный умелицами обители аварийный точечный портал. Нож, больше похожий на короткий меч или широкий кинжал. Естественно, не простой, а заговорённый и в каких-то там эликсирах выдержанный, я не вникал, если честно. Не потому что не интересно, а потому что магия дочерей Безмолвной всё равно никогда не станет мне подвластна.
Вроде бы ничего не забыл…
С того утра, когда состоялся наш разговор с настоятельницей, прошла почти неделя, до отказа наполненная делами. Я с помощью сестры Леониды, исполнявшей в обители функции библиотекаря, обложился всеми книгами, в которых была хоть капля информации о севере пустоши. Из сотен разрозненных фрагментов я пытался сложить более или менее полную картину того, что может ожидать меня там, куда никто в трезвом уме и твёрдой памяти не лезет. Рассматривал бестиарий и изучал привычки обитающих в снегах хищников, чтобы понимать, как и с кем следует себя вести.
Когда в конце нашей в высшей степени занимательной беседы я сказал матушке Неллине, что Ирманская обитель для меня является лишь перевалочный пунктом, она долго молчала и задумчиво рассматривала меня, словно видела впервые. Мне даже стало неуютно под этим пристальным взглядом: казалось, что настоятельнице видны все мои мысли и чувства, даже самые тайные.
– Для чего тебе это, Каспер? – внезапно спросила она, когда я уже решил было, что мы так и просидим до вечера в полном молчании. – Только не рассказывай мне о том, как глубоко ты обеспокоен будущим этого мира, потому что я всё равно тебе не поверю.
– Это моя плата за то, что может ждать меня в перспективе, – неожиданно для самого себя почти честно ответил я, – можно сказать, что это мой экзамен. Справлюсь – у меня будет будущее, за которое можно побороться, не смогу – так и останусь в снегах пустоши.
– Ты откровенен, – она прищурилась, – это достойно уважения, как и твоё решение пойти на риск ради будущего. Пусть для тебя на первом месте твой собственный интерес, но он очень удачно совпадает и с нашими целями, да и вообще – неплохой расклад получается.
– Что вы знаете о Треворе, который, если я правильно понимаю сложившуюся ситуацию, и стоит за всеми мрачными событиями? Ну, кроме того, что его когда-то вызвал в наш мир Максимилиан, и что именно ему мы обязаны временным отсутствием императрицы и её дочери.
Настоятельница долго молчала, то ли собираясь с мыслями, то ли отфильтровывая сведения: что говорить мне, а о чём лучше промолчать.
– Как и когда Тревор появился во дворце, никто не помнил, во всяком случае, Бетти не могла точно сказать, видела ли она его вообще хоть раз, – наконец-то неспешно заговорила матушка Неллина, – а у Максимилиана, как ты понимаешь, никто спрашивать не отваживался. Тем более что прямых доказательств, что император причастен к его появлению, не было.
– Я не могу ничего сказать, так как в то время меня во дворце не было, – я действительно при всём желании не мог никак пересечься с этим Тревором.
– А потом выяснилось, что он вместо того, кому это было поручено, регулярно наведывался в маленький охотничий домик, спрятанный в самом центре неприступного Франгайского леса, выдавая себя за посланца императрицы. Когда эта информация вскрылась, Тревора уже не было ни во дворце, ни где-либо ещё.
– И, разумеется, человек, вместо которого наш хитрец наведывался к Лиз, уже был мёртв или исчез в неизвестном направлении, – я даже не сомневался в том, что Тревор устранил все угрозы.
– Именно так и было, – кивнула настоятельница, – бедолага наложил на себя руки, когда понял, какую ошибку совершил. Причём сделал это таким замысловатым образом, что даже Повелитель мёртвых не смог ничего у него узнать: просто не у кого было, энергетическая сущность этого негодяя исчезла.
– Как исчезла? – я с неприкрытым удивлением взглянул на матушку Неллину. – Разве такое возможно?
– Как оказалось – да, – поморщилась старая монахиня, – а потом всё потихоньку утихло, Максимилиан казнил десяток ни в чём не виноватых свидетелей, запретил произносить имя Тревора, и все сообразили, что самым полезным для здоровья будет просто сделать вид, что его никогда и не существовало.
– А как он смог устранить Лиз? – у меня по-прежнему не складывалась полностью картина тех давних событий.
– Он сделал так, что Лиз увлеклась им, – пояснила монахиня, – он сумел вскружить голову девочке, которая всю жизнь провела вдали от двора и была наивна и доверчива. Он убедил принцессу бежать с ним, чтобы потом упасть к ногам императора и жить долго и счастливо.
– И она поверила?! – мне казалось почти невероятным, что даже в то время кто-то мог купиться на подобную уловку.
– Повторю: она была наивна и влюблена, – настоятельница мягко улыбнулась, – но, разумеется, стоило ей покинуть Франгай и, следовательно, выйти из-под защиты, Тревор тут же зашвырнул её на одну из самых отдалённых веток Мирового дерева в расчёте, что Лиз никогда не найдёт дорогу домой.
– Но она нашла, – у меня было ощущение, что я слушаю очередного менестреля, рассказывающего историю о принцессах, драконах и прекрасных принцах. Только вот мысль о том, что я сам невольно стал героем этой сказки, слегка беспокоила. Ведь никто не обещал, что у неё будет счастливый конец…
– И это, пожалуй, самая большая наша удача, – согласилась настоятельница.
– Знаете, – я сделал глоток давно остывшего чая, – я ведь был абсолютно уверен, что для Максимилиана стало неожиданностью то, что в чаще Франгая скрывается его сестра. Он действительно, я в этом совершенно уверен, был потрясён, когда увидел её.
– Ты так хорошо знаешь Максимилиана? – остро взглянула на меня матушка Неллина. – Ты уверен, Каспер? Может быть, ты принял за удивление другие чувства? Император столько лет был абсолютно убеждён в том, что его план сработал, что просто отказывался верить очевидному. Могло такое быть? Не забывай, Максимилиан – лицедей, каких мало, ему не сложно обмануть не только тебя, но и самого себя, точнее, вторую свою ипостась.
Я хотел было возразить, но вовремя остановился, так как внезапно понял, что пожилая монахиня права: почему я решил, что сумел заглянуть в бездну, которой является Максимилиан? С чего я взял, что понял, что происходит в его порочном сознании? То, что он говорил и как себя вёл, вполне могло быть театром одного актёра…
– А мог Тревор воздействовать на память Максимилиана?
– Мог, но я не уверена, что он стал с этим возиться: в нашем императоре черноты полно без всякого вмешательства.
– И главный вопрос, – я даже слегка наклонился вперёд, – зачем ему наш мир? Он небольшой, магически не так чтобы богатый, на Мировом дереве опять же не в самом центре. Какой смысл затевать такую многоходовую интригу?
– В том-то и дело, – настоятельница вздохнула, – Максимилиан вызвал его откуда-то, и тот, кого мы знаем под именем Тревора, отчаянно не желает туда возвращаться. На большой сильный мир он не замахивается, понимает, что не потянет, а вот небольшой, типа нашего – вполне. А потом, когда он его выпьет, можно и дальше попробовать двинуться. Теперь понимаешь?
– Что значит – «выпьет»? – я почувствовал, как по спине пробежали ледяные мурашки.
– А то и значит, – матушка Неллина нахмурилась, – вытянет он из мира всю магию потихоньку, а потом выбросит как ненужную скорлупу от съеденного ореха. Вот потому-то и нельзя позволить ему захватить Империю: она расположена на территориях, наиболее богатых магической энергией.
– Никогда не думал, что окажусь втянутым в подобную историю… Но это мой шанс, который я не намерен упустить.
И вот сейчас я был готов отправляться, мне осталось лишь попрощаться с настоятельницей, и я быстрым шагом направился в сторону кабинета. Постучался и, дождавшись приглашения, вошёл. К моему немалому удивлению, матушка Неллина была не одна: возле окна стояла одетая в удобный дорожный костюм Минни. Я испытал мимолётную неловкость, так как за прошедшую неделю не нашёл времени для того, чтобы перекинуться с монахиней хотя бы парой слов. Но, с другой стороны, я же не бездельничал, а был занят подготовкой к дальнейшему походу.
– Мы ждали тебя, Каспер, – едва заметно улыбнулась мне настоятельница, – заходи, присаживайся.
– Я не мог не попрощаться перед выходом, – я слегка поклонился, – благодарю вас за помощь, за советы и поддержку, ну и, разумеется, за экипировку. Минни, прости, что не нашёл возможности навестить тебя, просто я действительно был очень занят.
– Ничего страшного, – матушка Неллина позволила себе едва заметную усмешку, – у вас ещё будет время пообщаться и поговорить.
– С удовольствием, – я почувствовал, как внутри заворочалось дурное предчувствие, – сестра Доминика – прекрасный собеседник…
– Я иду с тобой, Каспер, – перебила меня Минни, – и не пытайся возражать. Я не стану обузой в пути, в этом ты уже имел возможность убедиться. Но в Ирме тебе без магической поддержки будет намного сложнее, чем с ней, ведь твоя магия здесь практически бессильна. В отличие от сил, которыми наградила некоторых своих дочерей Безмолвная.
– Иногда бывают ситуации, когда необходим кто-то, кто прикроет тебе спину, – неожиданно серьёзно поддержала монахиню матушка Неллина, – или заштопает рану, если, не приведи Безмолвная, она случится. К тому же…
Что хотела сказать настоятельница, я не узнал, так как в дверь негромко, но уверенно постучали. Судя по всему, хозяйка кабинета была удивлена, хотя мне казалось, что матушка Неллина всегда в курсе, кто стоит с той стороны порога. Но, видимо, сейчас был не тот случай.
– Войдите, – настоятельница быстро переглянулась с Минни, – не стой за порогом, кто бы ты ни был.
Дверь открылась, и в кабинет шагнул Сеол, тоже одетый по-походному. Увидев меня, он с явным облегчением перевёл дыхание.
– Благословенный Ветер! – проговорил он. – Я уж было испугался, что опоздал.
– Только не говори, что тоже решил составить мне компанию, – я с изумлением смотрел на Ушедшего.
– Разумеется, – он взглядом попросил разрешения у настоятельницы и опустился в кресло, – я подумал и решил, что, во-первых, я никогда не забирался так далеко на север, и этот опыт может оказаться достаточно любопытным. А во-вторых, я видел сон, – тут он бросил быстрый взгляд на матушку Неллину, – после которого понял, что обязательно должен пойти с тобой, магистр Каспер.
– Ну вот тебе и ответ, – настоятельница повернулась к задумчивой Минни, – а мы-то гадали…
– Ответ на что? – я чувствовал глухое раздражение от того, что так стремительно начал обрастать спутниками. И, если быть совсем честным хотя бы перед самим собой, то стоило признать: мне просто не хотелось делить возможную славу с кем-то ещё. Хотя… всегда есть шанс, что уцелеют не все.
Настоятельница молча встала и подошла к небольшому бюро, стоявшему в дальнем углу кабинета. Она выдвинула один из ящиков и достала оттуда три одинаковых медальона в виде листка клевера, состоящего из трёх частей. Они были окрашены в разные цвета: алый, белый и зелёный.
Матушка Неллина какое-то время смотрела на них, а потом протянула их нам.
– Наденьте и не снимайте ни при каких обстоятельствах, – строго наказала она, – эти медальоны помогут вам не потеряться на бескрайних равнинах севера. Они настроены на вас, и каждый лепесток несёт в себе отпечаток ауры. Алый – Каспера, он маг огня, белый – Сеола, он слуга ветра, и зелёный – Минни, она сестра этой земли. Пока они на вас, вы будет знать, где находятся двое других, даже если дорога разведёт вас в разные стороны.
