Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

– От него всё равно не было никакого толку, – пожал плечами Зокен, одним жестом притягивая книжку… а вот хрен тебе, старче! Книга исчезла в алом магическом круге. Вот теперь он разозлился и принялся кидаться своими червяками, но…

– Аэро! – перекачанный силой поток ветра, больше напоминающий таран, снёс всю верхнюю часть старика. О Медее забывать не стоило.

– Звяк! Жбеньк! – Сэйбер решила взять на себя Райдер.

В воспоминаниях Сакуры о ней было мало информации, Слугу отобрали у неё сразу после призыва и она даже не успела толком парой слов перемолвиться. Так что кроме образа фигуристой девушки с потрясающими фиолетовыми волосами я ничего не имел и даже то, что гибкость её оказалась ничуть не менее потрясающей для меня стало новостью. А ещё она была слепой, по крайней мере носила на глазах плотную повязку, отдалённо похожую на маски для сна. Была даже мысль, что нас почтила присутствием легендарная Фемида. Хотя, у неё же тогда должен быть меч и весы, а не… м-м-м… цепное шенбяо? Чёрт, нужно было ломать шею Синдзи сразу, как увидел, а не давать время на команду, какого чёрта я вообще застыл при начале разговора начал же вполне грамотно?! Опять какой-то стереотип и концепция? Гррр…

Размышления не мешали мне пытаться проделать «лишнюю» дырку в мрачном типе при помощи пары адамантиевых кинжалов, в каждом из которых сидело по демону средней руки, но эта сволочь постоянно исчезала, перемещалась в тенях и так и норовила между делом метнуть антрацитово-чёрный клинок в Рин, судя по маслянистому блеску лезвия, эти самые клинки несли в себе и дополнительные подарки. Не лезть буром, использовать слабости врага, иметь дополнительную пакость в рукаве – такое впечатление, что сам с собой дерусь. Плюс и скорость у него приличная. Рин, к сожалению, даже с учётом наложенных Медеей «баффов», была балластом. Метнуть заклинание в Слуг у неё не получалось – слишком быстрые, а её щиты и барьеры сражающиеся просто проламывали собственными телами, толком даже и не замечая, что же касается Зокена… эта тварь уже успела регенерировать и сейчас как раз закидывала своих червей в сторону Тосаки, да и более традиционные вещи, типа пресловутых молний и огненных шаров метать не стеснялась.

– Сэйбер, живой, – ответа я не получил, но духовная сталь зазвенела ещё яростнее. Райдер носилась вокруг мечницы и я очень надеялся, что та не озвереет и не снесёт ей как-нибудь голову. Не то, чтобы мне было жаль очередную няшку-НЁХ, но у неё осталась связь с Сакурой. А девочке ещё один якорь не помешает, в то время как обрыв связи как раз будет нежелательным. Самое неприятное, что я сейчас мог бы использовать ещё одно Командное Заклинание из книги, но чтобы понять, как и что там работает, мне бы хотя бы полминуты покоя, которой… уворачиваюсь от ложного выпада, который на самом деле настоящий, замаскированный под ложный, чтобы скрыть истинно-ложный, но могущий перейти в настоящий… Грёбаный любитель подлых трюков, почему мне никто не говорил, что мой стиль боя дико бесит? Хотя… ну да, никто не жаловался. Лаура с такого сама тащится, а остальные, кто был реальным противником уже ничего никому не скажут, н-да.

– Хрустальные Путы, – брошенное Рин заклинание на миг замедлило Ассасина, что позволило мне вогнать кинжал в глазницу шлема-черепа, а второй – метнуть в очередного червяка, испепелить взглядом ещё одного и сдавить телекинезом третьего. Да сколько же их у него?!

– Дождь Света! – Медея тоже не то, чтобы озверела, но в ход пошли заклинания массового поражения. Град светящихся снарядов изрешетил чёртового регенератора и… вот это его проняло – оно начало потихоньку отползать к границам барьера. А вот дальше случилось то, чего я не ожидал и, разнообразия ради, это оказалось неожиданностью приятной. Тосака Рин использовала Командное Заклинание.

– Сефирот, сражайся в полную силу! – стоило отзвучать последнему звуку, сорвавшемуся с уст девушки, как я всей сущностью почувствовал, как дрогнули сдерживающие меня до этого путы мира. Пусть ненадолго, лишь в пределах боя, точнее, казни, но, тем не менее. Хех, всё же моя девочка-волшебница на диво умненькая. Из всех возможных команд, она выбрала ту, за которую я не то что голову не откручу, но и скажу спасибо.

– Магия Времени: «Остановка», – и мир послушно застыл, пусть не весь, столь мощное воздействие я накладывать пока не рискну, но и локальной темпоральной аномалии на город будет более, чем достаточно. Смотрю на застывшего с тяжёлой раной Ассасина. При всей подлости его стиля боя, к нему у меня нет вообще никаких претензий, разве что только за то, что он не прирезал Мато Зокена сразу после призыва, но далеко не каждый Слуга способен собственноручно отказаться даже просто от возможности осуществить своё желание, не важно, какими средствами и с кем при этом работая. Тем большее уважение вызывает Медея. Но вернёмся к безымянному Ассасину. – Аутодафе! – и слуга сгорает в яростно взревевшем пламени. Ещё одна жертва Граалю.

Подхожу к застывшим в противостоянии Сэйбер и неизвестной слепой воительнице. Заглядываю под повязку… нет, не слепой, но отливающие янтарём глазки интересны. Очень интересны! При взгляде на них моё тело начало магически преобразовываться в неорганическую структуру. Магическое сопротивление было полностью проигнорировано и изменению подверглись даже клетки симбионта! Это была не кремнеорганика и не преображение в аттронаха, а что-то другое, что-то… концептуальное.

– Как же мне это надоело… – выдыхаю, на секунду перейдя и тут же выйдя из состояния аттронаха Тьмы. Соткавшийся из облака мрака организм больше не спешил каменеть и даже те участки, которые успели подвернуться преобразованию, вернулись в норму.

Ещё раз заглядываю под повязку, но теперь ничего. Просто янтарные глаза, хоть и полные странной магической энергии в драконьем зрении, но энергия эта уже не пытается на меня воздействовать. Отлично. Концептуально превратить в камень, похоже, можно кого-то только один раз, и смена состава статуи с гранита на песчаник при каждом взгляде не предусмотрена. Так, отодвинем даму с роковыми глазками в сторону, достанем из пространственного кармана тонкую адамантовую цепочку и свяжем покрепче, а ещё накинем «Удержание Духа», «Удержание Демона», «Оковы Порядка» и, для надёжности «Путы Тьмы». Ну а теперь перейдём к главному блюду.

Мато Зокен.

Что бы мне с тобой сделать? Искалечить душу, чтобы и за сотню тысяч перерождений она не смогла восстановиться? Но ты слишком привык быть червём… Да и сам уже успешно разложился, так, что при потере тела рассыплешься духовной трухой, для которой даже клопом возродиться будет подвигом. Сожрать? Такая мерзость поперёк глотки встанет. Впрочем, у меня давно есть на него идея. Оригинальный Вальтер как-то заглядывал в Бездну и наткнулся там на очень интересных существ… или это было одно существо? Не важно, но вечно голодная тварь, питающаяся страданиями и муками душ как следует позаботится об этом маге, а самое главное, не даст душе утратить личность и память, ведь овощ уже не испытывает эмоций и подобная пища становится слишком пресной и скучной.

Достаю из пространственного кармана алтарь и укладываю на него будущий корм для… хм… Тварь Хаоса, пожалуй, самое точное определение существа, которому я хочу предложить бесплатный обед. Алтарь же поможет собрать все кусочки того, что, пока что, является Мато Зокеном, если он вдруг где-то сделал нычку, типа своего «милого подвальчика», по самое «не могу» набитого червями, и попробует сбежать, ну и не пустит «козла в огород», ведь по образующемуся каналу Тварь может попробовать и прорваться в мир… это было девятым вариантом Экстерминатуса. Зафиксировав жертву, я отпустил заклинание остановки времени и болезненно поморщился, пусть всего лишь локальный стопор, но маны он сожрал как два «Закона Феи». Несколько "духовных струек" к алтарю притянулось с других концов города, что говорило о том, что пару "червячков" ублюдок действительно где-то прикопал на всякий случай. Это, кстати, объясняло и его самоуверенность – в нормальных условиях, самое страшное, что ему могло грозить – это потеря старого и дряхлого тела, что и без того давно уже не держалось даже на жучиной слюне, и использовалось только потому, что Синдзи ещё не вошёл в возраст, когда может законно принять все дела клана, а притворятся обычным школьником после перерождения этой мрази явно не хотелось. Терять неприятно, конечно, и его, но при наличии Слуги, что может прокрасться едва ли не куда угодно, вырубить и захватить нужную жертву, а после и подселить в неё червя-Зокена не выглядит серьёзной проблемой. Но "условия" получились необычными, даже если Зокен и наблюдал за мной с помощью этого Ассасина, ожидать от "Слуги"-физушника, пусть и со странными талантами, реально Высшей даже не Тёмной, а полноценно Чёрной Магии он никак не мог. За что сейчас и расплатится своей душой.

– Эм? – недоуменно покрутила головой Тосака. – Это как? – её взгляд поочерёдно коснулся выжженного пятна, связанной по самые брови Райдер (которая каким-то невероятным образом уже успела выгнуться в этих цепях и… принять довольно эротичную позу, вкупе с повязкой на глазах смотрелось это… и вот кто-то после этого ещё смеет заикаться, что это не хентай?) и распятого на алтаре старика.

– Понимаешь, Рин, такие, как я, сражаются уже не при помощи клинков или банальных фаерболов, для нас это лишь фейерверк, чтобы просто отвлечь внимание или развлечься. К сожалению, этот мир сильно ограничивает мои возможности, но после того, как благодаря твоему Командному Заклинанию с меня временно слетели оковы, я смог использовать более привычные инструменты и просто остановил ход времени вокруг. Дальше можно было бы просто вырвать душу или выкинуть эту тварь в Хаос, где от него только ядро души и останется, но… меня не удовлетворит подобный исход.

– Остановил… время? – прошептала Сэйбер.

– Да. Что в этом такого? Я же, кажется, упоминал, что отматывал мгновенья вспять для целого мира. В этом ключе локальные остановки и реверс для отдельно взятых существ – не так уж и сложно.

– Одно дело слышать, а другое – почувствовать на себе, – ответила Медея.

– Что ты собираешься делать с ним? – спросила девочка-волшебница.

– Отправлю тварь туда, где ей самое место, – и ещё раз посмотрел на растянутого на алтаре мага. Чары жертвенного камня не позволяли ему проронить ни звука, но оставляли в полном сознании. В бытность проекцией, я использовал его для проведения операций на тонких оболочках и преобразованиях души, ведь даже умереть на этом артефакте без разрешения его хозяина весьма… сложно. О, задёргался и пытается уползти, распавшись червями, из которого и состоит его тело почти целиком, но нет, с этого алтаря и я бы далеко не сразу смог бы слезть… не оставив парочки бэкдоров чисто на всякий случай, так что у Мато шансов нет вообще. – Ты нанесёшь удар сама или это сделать мне?

– Это приговор от рода Тосака и исполнить его должен член рода Тосака, – непреклонно заявила волшебница.

– Хорошо, – призываю самый тупой и зазубренный из ножей, что у меня вообще есть в загашнике и протягиваю девушке, – когда я скажу, бей в сердце.

– Sk'yahf qi'magg luk sshoq anagg'qen. En'othk uulg'shuul. Mh'za uulwi skshgn kar. Shath'gral awan. Weq… weq… weq… Shath'mag ynyq*, – слова наречия, что достались мне из памяти Странника. Древнего, как сама Бездна. И такого же тёмного. Даже он лишний раз старался не соваться к тем обитателям, но… я соваться не буду. Я просто скину одной из них немного корма. Слова драли глотку и заставляли саму реальность содрогаться от боли и страха. Мато забился, пытаясь хоть что-то сделать, сбежать, умереть, ему уже было всё равно. Тёмное Наречие не требует перевода, поскольку воспринимается не разумом, но душой. Самое «забавное», что нечто похожее было среди моих заготовок против Акнологии, но использовать подобное пусть на жёстоком, безумном, но честном и даже простом драконе-маньяке я бы не решился, а вот Зокен… Зокен сполна заслужил свою дальнейшую участь. – Бей. (*Твоя душа будет идти по дорогам, которые петляют в бесконечных спиралях. После смерти тебе не будет дано света. Только место, отправиться в которое боятся даже тени. Древние ждут. Пади…пади…пади. Бездна зовёт тебя.* Перевод посовещавшегося с Азаг-Тотом по вопросам наказаний автора)

Рин, пусть и изрядно испугавшаяся, вонзила нож в место, где у этого червя-переростка должно было располагаться сердце. И время вновь застыло, на этот раз – само, пленённое ужасом, пробуждаемым теми, кого позвали взглянуть на этот мир. Но мы, стоящие в центре ритуала, сейчас были вне власти времени. Небеса сменились покровом из колыхающихся щупалец, появляющихся и исчезающих жёлтых глаз, ртов и рогов. И душа Мато Зокена с беззвучным криком исчезла в этих «Небесах». И всё кончилось. Небо вновь стало небом, время вновь пошло вперёд и лишь серый прах в подвале дома Мато, да несколько седых прядей в волосах Тосаки Рин были напоминанием о том, что всё это не было видением и игрой воображения.

– Спасибо, – прикрыв глаза, проговорила волшебница, – но… скажи… – Рин посмотрела на меня, – кто же ты такой, Сефирот?

– Я… – врать ей не хотелось, как и отвязываться общими словами. Срыв генетической блокировки оригиналом позволил восстановить и кое-что из прежней памяти Венома, в частности, о периоде «Войны в небесах», если можно провести такую аналогию. То было время, когда создатели симбионтов воевали с расой Странника и там хватало картин жесточайших межзвёздных геноцидов, в том числе и таких, которые начинала и проводила одна тактическая единица класса «Диверсант»… Не сказать, чтобы для меня эта информация что-то меняла и заставляла воспринимать себя иначе, чем раньше, но ответить «родственной душе» хотелось более полно, чем банальным «странствующий маг». – Моё тело, когда-то было рождено чтобы служить оружием, инструментом в великой войне, – не глядя убрав алтарь, начинаю рассказ. – Те, кто его создал, проиграли, а оно осталось. И бессмысленно скиталось по космосу, ведомое простейшими инстинктами и вложенной программой. Я плохо помню то время – обретение самосознания было сопряжено с очень болезненными ощущениями, но это и не важно. Очнувшись в грязном, затхлом подвале в мире, похожем на этот, я просто стал жить. Постепенно развиваясь и узнавая новое. Я – биологическое оружие, «Архитектор плоти», который научился магии и прошёл довольно длинный путь, стараясь, по возможности, быть человеком. Думаю, это самый точный ответ который я могу тебе дать. Остальные или будут только частью правды, или введут в заблуждение, затрагивая ошибочные ассоциации… Но как бы ты меня теперь не воспринимала и чтобы не думала, я – Сефирот, тот, кого ты призвала по сродству души, и я буду защищать тебя и оберегать, пока это в моих силах. Так уж я устроен, что если пустил кого-то в сердце, то уже не выкину. Ты ведь знаешь, каково это, Рин?

– Да, – на губах девушки появилась печальная и в то же время светлая улыбка, – я ведь и сама такая…

Очередная ночь оставляла свои права над городом и передавала его солнечному утру. А в ничем не примечательной церквушке один священник с непониманием и чувством неподдельной тревоги пытался понять, почему Грааль наконец-то соизволил хоть что-то выдать по призванному Тосакой Слуге. А так же, ему очень хотелось понять, что это за класс такой Foreign Beast?

Дом семьи Тосака.

– Я пойду к себе, – тихо сообщила Рин, когда за нами закрылся портал и, скинув обувь, устало потопала в коридор.

Холодная ярость и жажда мести, поддерживавшие девушку в предельно собранном и бодром состоянии, ушли вместе с искрами с тугих потоков огня, рвавшихся к небу из подвалов поместья Мато, несколькими минутами ранее. Зокен был мёртв, но оставлять его логово, ограничившись погромом парадного фасада, я не стал и, на последних секундах действия Командного Заклинания Рин, затопил подземелья Адским пламенем, позволив полуживому огню в волю попировать на наследии клана погонщиков насекомых.

Досмотрев огненную феерию не проронив ни слова, Рин прикрыла глаза и предложила отправиться домой. Теперь же морально и физически вымотанная девочка-волшебница просто хотела спать. И я полностью поддерживал её в этом желании.

– Что будем делать с ней? – спросила Сэйбер, указывая в сторону по-прежнему связанной Райдер, которую я перенёс через портал телекинезом.

Услышав вопрос, та наклонила голову, но не проронила ни слова, во все глаза глядя в мою сторону, хотя, конечно, глупо говорить так применимо к существу с глазами закрытыми повязкой.

– Она потеряла Мастера и скоро исчезнет, – с нотками соучастия и даже симпатии сказала Кастер, – но мы можем дать ей заключить новый контракт. Мастер, что вы думаете? – Медея повернулась ко мне и в её эмоциях действительно было что-то вроде надежды на то, что я помогу нуждающейся девушке, правда сплетённой с некоторой алчностью и даже лёгким сексуальным возбуждением. И я не мог её осуждать за последнее, очень уж интересные позы принимала местная Медуза Горгона даже будучи связанной по рукам и ногам. Особенно будучи связанной по рукам и ногам.

– Она Слуга Сакуры, – ответил я, внимательно разглядывая энергетику янтароглазой любительницы цепей. – Связь между ними сильно ослабили, но она всё ещё есть, хоть и очень тонкая, тем не менее для поддержания её существования в материальной форме достаточная. Судя по всему, с Сакуры сорвали лишь пульт управления в виде Командных Заклинаний, однако обеспечить подпитку Синдзи не тянул, вот и оставили её на месте. Я ведь прав, Медуза?

– Да, – впервые с момента знакомства, подала голос красотка с завязанными глазами. – Девочка, на зов чьего сердца я пришла, всё ещё мой Мастер.

– Зная это, ты позволила помыкать собой подлым ворам? – на ровном лице Сэйбер отразились упрёк и неприязнь.

– Мне было сказано, что если я не буду подчиняться, то моего Мастера убьют, а меня всё равно заставят Командным Заклинанием, – вроде бы честно призналась Слуга, по крайней мере её мимика не выдавала желания юлить.

– И поэтому ты расставила в школе основу для пожирающего прану и души барьера? – не уступала рыцарь.

– Я не собиралась их убивать, – наклонила голову на другой бок Медуза, – только взять прану для восстановления сил. Девушку, с которой я связана не учили быть Мастером – передаваемая ей мана очень скудна. Без ритуала я бы не смогла принять полноценное участие в Войне.

– Чем ты можешь доказать свои слова? – Сэйбер явно включила режим «подозреваки».

– В той школе учится моя Мастер. Она раньше появляется в здании и уходит позже, чем остальные ученики – если бы я использовала барьер для вытягивания душ, она бы тоже умерла, – довольно логично ответила пленница. – А от небольшой потери праны, молодые юноши и девушки должны были быстро оправиться.

– Ладно, – прекратил прения я, заметив, что мечница нахмурилась и задумалась над аргументом носительницы повязки, – что с тобой делать решим завтра. Будешь вести себя хорошо, вернём Сакуре и я помогу стабилизировать твой призыв, чтобы ты больше не зависела от Грааля.

– Я согласна, – быстро улыбнулась девушка.

– Кастер, можешь подобрать ей отдельную комнату, куда случайно не заглянут наши гости? – поворачиваюсь к Медее. Чувствую же, что той хочется остаться с пленницей наедине.

– Конечно, Мастер, – губы эльфийки тоже расплылись в улыбке и даже более широкой чем у Медузы.

– Только имей в виду, что она может обратить взглядом в камень, – предостерёг я. – Не слишком приятное ощущение, хотя, должен признать, глаза у неё красивые.

– Вы?… – все девушки с удивлением обратили лица ко мне.

– Да, я заглянул под маску, когда остановил время. Эффект магический, но работает как концептуальный Небесный Фантазм. Просто имейте в виду.

Сэйбер и Медея механически кивнули, а вот Медуза чуть приоткрыла ротик, однако ни продолжить разговор по данной теме, ни попросить Сэйбер прикрыть Кастер во время её общения с пленницей я не успел – моих мыслей коснулся осторожный посыл Тосаки:

– «Сефирот…»

– «Что такое, Рин?»

– «Подойди, пожалуйста…» – устало и очень грустно попросила девушка.

Быстро попрощавшись с собеседницами, я поднялся на второй этаж и зашёл в спальную комнату, где до того ещё ни разу не бывал. Телепортироваться почему-то показалось неуместным, как и открывать портал или даже ускоряться. Почему – не имею понятия, хотя скорее всего дело в настрое волшебницы пришедшем через связь и который я мог нарушить таким вульгарным применением способностей.

Замок на двери щёлкнул, возвращая комнату в полумрак, разгоняемый только светом луны из окна. Рин уже лежала в постели на животе, до подбородка укрывшись толстым одеялом, и, сдвинувшись на самый краешек, пустым взглядом буравила пол.

– Посиди со мной немного, – не поднимая глаз, тихо попросила девочка.

С распущенными волосами и бесцветным выражением лица, она сейчас мало напоминала ту боевитую и шебутную школьницу, которой пребывала большую часть времени нашего знакомства. Пожалуй, её и школьницей-то было не назвать, словно Рин разом повзрослела лет на десять, хоть на чистой коже и не возникло ни единой новой морщинки.

Но ощущение это было обманчивым. Наследница рода Тосака повзрослела уже давно, ещё до окончания прошлой Войны Грааля и принятое сегодня решение не было переломным моментом. Она долго к этому шла и не менялась, когда отправилась убивать могучего главу другого рода. Не изменилась она и когда вонзила кинжал в его сердце, отправляя душу на вечные муки без шансов на освобождение. Это всё только закалило её, сделало сильнее. И вместе с тем… Не отрицая и не умаляя вышесказанное… Она всё ещё была маленьким, одиноким ребёнком насильно втянутым во взрослую жизнь. И после взгляда в Бездну, детский страх ночной темноты вновь посетил её сердце.

– Ты сделала всё правильно, – присев на пододвинутый к изголовью кровати стул, стараюсь сказать именно то, что она хочет услышать.

– Я знаю, – Рин поёрзала, поворачиваясь с живота на бок и, смяв кусочек одеяла с внутренней стороны, прижала его к груди.

– Хочешь, я помогу тебе уснуть без сновидений?

– Нет, – тихо прошептала Тосака, – если мне будут сниться кошмары, то так тому и быть. Это был мой выбор и я не стану прятаться от ответственности или убеждать себя в том, что ничего не поняла.

– … – я промолчал. Просто смотрел на лицо девушки, обращённое куда-то к левому-нижнему углу входной двери и думал о том, как же жаль, что мы встретились так поздно и, при всём желании, я не могу остаться в этом мире, когда всё закончится.

Взять бы её с собой, так ведь не пойдёт. Упрямая. Тут её Дом и Долг, и она не бросит их, даже зная, что мир умрёт. Тем более зная об этом.

– Неужели не скажешь ничего о том, что я опять занимаюсь глупостью, как с посещением школы? – так и не дождавшись моей реплики, спросила сжавшаяся под одеялом волшебница.

– Не скажу, – мои губы тронула улыбка. – Ты права, Рин, и я буду последним, кто осудит тебя за такое решение.

– Да хватит уже, – подпустив голос нотку обиды, а в эмоциях полыхнув стыдом, натянула одеяло до носа Тосака.

– М?…

– Дай сюда руку, – на свет показалась ладошка девушки, обрамлённая рукавом милой бежевой пижамы с чёрными, улыбающимися мордочками котов, и сцапала мою кисть.

– М-м?

– Ничего не спрашивай, – смущённо донеслось из под одеяла, над которым теперь торчали только два сапфировых в свете луны глаза, да и те были по-прежнему направлены куда-то в сторону двери, а не на меня.

– Как скажешь, – мягко обнимаю пальцами кисть девушки. – Спокойной ночи, Рин.

– Угу… – так и не подняв глаз, тихо-тихо промычали мне с кровати…

***

Сон сморил Рин только через полчаса после узурпации моей конечности, но девочка оказалась последовательна в своих притязаниях и не отпускала мою руку аж до половины пятого утра, пока, ворочаясь во сне, чуть не сверзилась с кровати. Успев подхватить беспокойную волшебницу телекинезом, я вернул её на середину лежбища, но вот поправить сползшее одеяло мне уже не дали… как бы это выразиться… воинственно свернувшись в нём клубочком. Я не знаю как так можно и вряд ли смог бы повторить, но Тосака умудрилась. Сперва, не просыпаясь, решительно нащупала свисающий с плеча краешек, а потом, одним движением, скрылась под ним с головой. Выглядело… очень воинственно!

Посидев рядом ещё с полтора часа, неспешно пытаясь разобраться в своих чувствах, а за одно поправив в организме Рин все нарушения вызванные недавним стрессом, я ощутил, как проснулась Сакура дальше по коридору. Надо сказать, Широ дисциплинированно нёс караул возле её кровати всю ночь, ни разу не отлучившись и не задремав с момента нашего возвращения. Компанию ему составляли Арчер и, на удивление, Илия. Вместе они сидели пару часов, пока девочку не сморило и Эмия 2.0 не отнёс её в одну из гостевых. О чём они говорили я узнать не пытался – это было их личным делом, но несколько метров по прямой – невеликое расстояние для эмпатии, так что эмоции до меня долетали. Не скажу, что они были простыми и всё у сводных родственников шло хорошо и гладко, но хоть убивать друг друга никто не пытался и к чему-то они под конец пришли, хоть и были опустошены до донышка.

Но то было ночью, а теперь Сакура проснулась и Широ вспыхнул как сверхновая, начав о чём-то активно суетиться. Тихо покинув комнату Рин, я прошёл к дверям спальни её сестры, застав выходящего в коридор ОЯШа. Выглядел он бодрячком, но стоило двери отсечь его от взгляда девушки, как плечи парня опустились и стало видно как сильно он устал.

– Как она? – привлекаю внимание школьника, что от переутомления стал рассеянным и не заметил меня сразу. Эмия чуть вздрогнул, но испуга от неожиданности не выказал, просто повернувшись на голос.

– Я убедил её поспать ещё, но вряд ли она заснёт, если я буду рядом, – тихо, но рассудительно ответил паладин.

– Молодец, – хвалю, направляясь в сторону лестницы вниз. – Пойдём, сделаю тебе стимулятор, а то еле на ногах стоишь.

– Я в порядке, – тут же проявил свою светлую сущность, выраженную в нежелании напрягать своими проблемами окружающих, Широ, – вы ведь тоже не ложились, Сефирот-сан.

– Я вообще не способен спать в привычном для тебя смысле этого слова, точнее, для этого нужны очень особенные обстоятельства, так что не волнуйся по этому поводу.

– А-а… Понятно, – с внутренней досадой, вздохнул парень и поплёлся следом.

Живые обитатели дома ещё спали, да и Слуги вполне могли прикорнуть, пусть сон им физически и не требовался, но после событий сегодняшней ночи, какое-то моральное отдохновение могло потребоваться и им, я бы даже не удивился, если бы Медея пошла тискать Сэйбер под тем или иным предлогом, ну или и вовсе без него. И, признаться, не сильно бы удивился, коли Сэйбер не отбивалась… ну или отбивалась не столь активно, как могла, скажем так. Как бы там ни было, кроме нас не сохранял неподвижность, только сгусток силы Арчера, ощущение от остальных же было статично и спокойно.

– Скажите, Сефирот-сан, – уже на кухне, глядя как я помешиваю варево в котелке с амплитудой: три раза по часовой, два – против часовой, вновь подал голос Широ, – там было всё настолько… плохо? – парень явно нервничал и не знал, куда девать руки.

– Я видел много мразотности в жизни, но эти Мато выделяются даже на фоне психопатов-садистов, работорговцев и некоторых демонов. Есть множество способов сломать человека и превратить его в послушного болванчика, все они изрядно жестоки и мерзостны, вот только то, что творил Зокен – это просто… противоестественно. Какие бы цели он ни преследовал, есть средства, прибегать к которым нельзя. К тому же, – вновь не стал я скрывать неприглядную действительность, – всё то же самое можно было сделать лучше, надёжнее и с куда меньшими затратами. Даже в самой идее черпать силу у другого мага нет ничего плохого. Я знал… знаю целые гильдии чародеев, которые добровольно ставят на себя особую метку, позволяющую в критической ситуации разделить свою силу с товарищами или сконцентрировать силу всех для помощи кому-то одному. Это то, как должно быть, то, что превращает толпу чужих друг другу людей, с разной судьбой и прошлым, часто, ведомых в начале исключительно корыстными соображениями, в семью, готовую мир перевернуть ради друг друга. Но даже если не получается, даже если ты одинок и нет никого готового подставить тебе плечо, черпать силы можно из врагов или различного биомусора – насильников, наркоторговцев, маньяков, пускать на убой специально выращенные боевые организмы, без личности и воли, в конце концов, благо с магией Мато Зокена создать таких не было проблемой. Но он использовал девочку, которую принял в свой род и назвал приёмной дочерью. А такое прощать нельзя.

– Даже с врагами поступать так – мерзко, – парень явно недоговаривал и имел что добавить из области «любая жизнь имеет ценность», но дальше краткого возмущения дело не пошло, что ни говори, а этот ОЯШ действительно умён.

– С твоей точки зрения, вполне возможно, ведь ты – Светлый из тех, которые жизнь положат ради других, даже если видят их впервые. Я бы даже пошутил, что ты – настоящий коммунист, такой, какими они должны быть, согласно вложенным в концепцию идеалам, только вот шутки в этом не будет и это по-настоящему печально. Честно скажу, отчасти меня восхищает такой подход, но, к сожалению, он мало совместим с реальной жизнью. Мир не делится на Тёмных и Светлых, мы – единичная ошибка в рамках статистической погрешности, большая же часть, даже одного единственного человечества, состоит из мешанины полутонов и калейдоскопа красок, которые ни за что и никогда не признают крайние воплощения идей.

– Вы уже несколько раз называли меня Светлым, что это значит?

– Хм… Как бы тебе объяснить… – продолжая помешивать зелье, я глубоко задумался. – Тебе знакомы понятия «интроверт» и «экстраверт»?

– Э… – школьник озадачено запустил руку в волосы на затылке. – Я что-то такое слышал… Вроде бы первый – это человек-молчун, а второй – постоянно болтает и желает поделиться новостями.

– Ну, если очень грубо, то да, – соглашаюсь я. – Тёмные и Светлые – это почти как интроверты и экстраверты, только не в плане поведения, а в области самоощущения и восприятия окружающего мира, – выключаю конфорку и, сняв котелок, поворачиваюсь к парню. – Возьмём простой пример: наверняка ты когда-то был обычным ребёнком и у тебя случались ситуации, когда, увидев какую-то вещь, например, мороженное или игрушку, ты неудержимо хотел её тут же получить. Просто дай-дай – сразу и обязательно, а на все просьбы взрослых подождать не обращал внимания и обижался? – вопросительно поднимаю бровь, предлагая высказаться.