Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 12

Вот только убиение невинного кубка никак не повлияло на Дамби и остальных директоров – нас всё–таки пригласили пройти в заветную комнатку на разговор. Хм, а ничего тут обстановочка, уютненько, кресла, большой камин, где сейчас радостно потрескивают дрова, несколько столиков и деревянные панели на стенах.

– Дамблдор, что это был за фокус в конце? – Каркаров налетел на старичка едва за нами закрылась дверь.

– Не знаю Игорь, выглядит все действительно очень странно.

– «Огвардс пытался явить двух чемпионов? – Мадам Максим с подозрением поглядывала на долькомана.

– Уверяю вас, мадам, мы тут ни при чем.

– А что же по поводу возрастного ограничения? Если бы я знал, то привел куда больше кандидатов! – хм, вообще странная заявка от Каркарова, и что бы эти молодые кандидаты делали?

– Признаю, я ошибся и недооценил Гарри, – Альбус улыбнулся, разводя руками, – кто бы мог подумать что он окажется наиболее достойным претендентом? Всё–таки кубок выбирал из всей школы и признал его самым достойным претендентом. И даже то, что Гарри хватило умения и решимости обойти мою защиту только подтверждает верность этого выбора, в любом случае, изменить что–то мы уже не можем.

– Поттер специализируется на нарушении правил, он тут этим занимается с первого дня, – Снейп вместе с МакГонагал вошли в зал.

– Я польщен вашей высокой оценкой, профессор, – отвешиваю Северусу уважительный поклон, хм… кажется, у него задергался глаз.

– Ты, парень, пошёл в своего папашу. Тот был таким же безбашенным, – к нашей милой беседе присоединился «Грюм», вот только вы забыли о небольшой проблеме. Записок с фамилией «Поттер» было две, одну подложил он сам, но кто тогда автор второй?

– Может, мальчишка решил подстраховаться? – Директор Дурмштранга одарил меня неприязненным взглядом.

– При всей его изворотливости, но у парня бы не хватило ни сил, ни знаний на такой трюк. Нужно обладать впечатляющей магической мощью и навыками, чтобы заставить такой тонкий артефакт «забыть», что школ вообще–то три, – да, Барти, скромностью ты не страдаешь, – иначе с чего бы Кубку дважды выбирать его, только если он был представлен как Чемпион ещё какой–то школы, четвертой. Вот только каким–то образом, Поттер умудрился подойти и как Чемпион Хогвардса.

– Но кому нужно такое? Зачем? – спросил Крам.

– По статистике, в Турнире выживает где–то половина Чемпионов и это – взрослых, почти завершивших своё обучение магов, какие шансы могут быть у мальчишки?

– Что, мистер Грюм, день прожит зря, если к обеду не раскрыта парочка заговоров? – хмыкнул Каркаров, – кому нужен этот мальчишка?

– Ну, твоему бывшему хозяину в своё время он зачем–то понадобился! – оскалился Крауч–младший, помимо маглорожденных, очень любящий «предателей» своего Лорда. Хотя тут я его поддерживаю. Сам таких… недолюбливаю.

Директор болгар зашипел и потянулся за палочкой.

– Аластор, Игорь, успокойтесь! – хех, а ведь может Дамби рявкнуть, когда надо, – сейчас не то время и не то место, чтобы обсуждать возможные мотивы злоумышленника.

– Дамблёдорр, а действительны ли контракты после… пов» геждения Кубка? – переключила тему Максим.

– Хороший вопрос, мистер Бэгмен, мистер Крауч? – перевёл стрелки старик.

– Контракт был заключен, – после некоторых раздумий ответил Барти–старший, – условия его выполнения – это прохождение всех трёх этапов Турнира, гибель Кубка на этот факт уже никак не влияет.

– К тому же, отмена Турнира повлечет за собой огромный ущерб репутации школ, – зачастил Людо, ага, а ещё – такие убытки, что тебя и без гоблинов закопают. Билеты–то уже проданы, причем, на все этапы, готов поспорить.

– Значит, чемпионы должны пройти турнир и их не поменять? – слегка успокоившийся Каркаров продолжал буравить взглядом… только не «Грюма», а почему–то меня.

– Да, – кивнул Крауч, ну, который Крауч под Империо, а не под оборотным.

– Хм, господа и дамы, а мы вам не мешаем? – привлек я внимание ушедших в свои дела администрации.

– Кхм, что–то мы действительно увлеклись, мистер Бэгмен? – Дамби перевел взгляд на бывшего квиддичиста.

– О, инструкции Чемпионам, чуть не забыли, хе–хе, – Бэгмен потер ладони, – Эта честь, Барти, представлена тебе. Не возражаешь?

– Да, да… Инструкции, – Барти слегка тормозил, создавалось впечатление, что он или сильно устал или чем–то болен, или и то и другое одновременно, – первый тур проверит вашу смекалку, мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в неожиданных обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвертого ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую–то помощь. Единственное оружие чемпиона – волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго. Учитывая затраты сил и времени для подготовки к Турниру, чемпионы освобождаются от годовых экзаменов. По–моему, это всё.

– Да–да, благодарю вас, Барти, – закивал Дамблдор, – что–то вы неважно выглядите, быть может, останетесь у нас?

– Увы, Альбус, благодарю, но сейчас я нужен в министерстве. Вместо меня останется помощник… как же его… Уизерби – довольно энергичный молодой человек, – Бартимеус поморщился, – даже слишком энергичный.

– Да ладно тебе, Барти, оставайся, я вот остаюсь, – Бэгмен… вежливых ответов не понимает.

– Нет, Людо, у меня ещё много работы, – так и читалось продолжение фразы «в отличие от некоторых». Крауч, не прощаясь, покинул комнату.

– Мадам Максим, профессор Каркаров, может, пропустим по рюмочке? – Кхе, я не ослышался? Дамби, фанат чая и сладостей предлагает пропустить что–то покрепче? Кхм, сурово, хотя, может он в окружении школьников звереть начинает, мол выпить хочется, а не с кем, вот и пичкает всех леденцами с горя, чтоб тоже жизнь мёдом не казалась, а тут такой повод? М-да, вот же старый алкоголик! Между прочим, тут дети… эээ… теоретически должны быть.

– Благодарю, Альбус, может чуть позже, – хозяйка Шармбатона уже взяла под ручку Флёр и поспешила покинуть столь «дружное» общество, на французском обсуждая программу подготовки и возможные препятствия на турнире.

– Я, пожалуй, тоже откажусь, – Каркаров ушёл, а вот Виктор немного задержался, несмотря на то, что директор явно жестами просил удалиться вместе с ним. Хм, кажется, у них не самые лучшие отношения.

– Гарри, советую тебе тоже пойти к себе, думаю, твои друзья будут рады поздравить тебя с чемпионством, – улыбнулся Дамби и покинул комнату.

– Мистер Поттер, – начал болгарин, – могу я спросить вас?

– Можно просто Гарольд, если желаете, так что вы хотели узнать?

– Тогда зовите меня Виктором, вы не знаете, что имел в виду… ммм… кажется, директор назвал его Аластор, когда говорил про «бывшего хозяина» директора? – Крам говорил с довольно сильным акцентом, да еще иногда путался в словах. В общем, лучше перейти на болгарский. Чтобы не насиловать мозг и уши ни себе, ни ему.

– Хм… копался я как–то в старых подшивках газет, в общем, некий Игорь Каркаров проходил по делу о так называемых «Пожирателях Смерти». Говорят, сидеть бы ему лет двадцать, если не пожизненное, но он сумел откупиться, сдав многих своих сообщников. Аластор Грюм – мракоборец, что засадил довольно много… хм… коллег вашего директора, так что их взаимная «любовь» вполне понятна.

– О, тогда понятно, кстати, прекрасное владение языком.

– Слушай… а может… – я характерно постучал по горлу.

– А как же «отправляйтесь к себе»? – поднял бровь Виктор.

– И встретить там толпу фанатов имени Мальчика–который–выжил-и–опять–влез-в-неприятности? – притворяться не пришлось, перспектива общаться с толпой гиперактивных Грифов меня не грела ни разу. Виктор сочувственно кивнул, – ну так как?

– А есть?

– Обижаешь! – я достал из заветной сумочки, с которой я не расставался почти никогда бутылку огневиски и немного закуси.

– Иэх, наливай! – ловец болгар плюхнулся в соседнее кресло. Два Чемпиона принялись праздновать начало турнира.

Глава 13

– Дракон, журналист, василиск, демон – укажите лишнее.

– Учитель, тут нет лишнего – все они жуткие и опасные твари.

Обычный урок в магической школе. Младшие классы.

Возвращение в башню было эпичным и достойно отдельной книги. Виктор оказался человеком выносливым, а после обильных возлияний почему–то вместо корабля всё пытался свернуть в сторону кареты французов, мол, нужно поддерживать идею дружбы народов и школ волшебников, но лучше всего это делать в компании красивых девушек, чья концентрация в карете куда как выше, чем в замке или на корабле (там, как признался болгарин, их было всего три, причем, уже несвободные). Не то, чтобы я возражал, но в таком виде налаживать дружбу народов явно не стоило, после некоторых размышлений, Крам согласился, что таки да, выйдет не комильфо и вообще, завтра тяжелый день, а послезавтра так совсем труба. В итоге у входа в Хог мы расползлись по своим точкам дислокации. И хоть время был уже третий час ночи, но башня Гриффиндора всё ещё гудела и стоило мне только зайти… оу, вот это рёв. Уже изрядно набравшиеся Грифы в десяток рук чуть ли не втащили мою тушку в башню.

– Гарри, ну ты отжёг! – один из близнецов радостно скакал вокруг, тряся бородой – уже рыжей, но всё ещё внушительной.

– Пусть не я, но все–таки гриффиндорец! – подвыпившая… ммм, кажется, Анжелина повисла у меня на шее и полезла целоваться, эх, была бы она симпатичнее… – ба! Да от кого–то неплохо разит огневиски!

– Признавайся, Гарри, чемпионы устроили отдельную попойку? – Ли Джордан мечтательно закатил глаза, – вино, свечи, та француженка…

– Подбери слюни, дружище, тебе там явно ничего не светит, – прервал мечты друга Фред.

– Эх, даже помечтать не дают, – грустно вздохнул вышеупомянутый Джордан. Его дальнейшее сетование заглушил весёлый смех народа.

– Завидовать нехорошо, – отвечаю, сохраняя каменное выражение лица, – зависть порождает гнев, гнев ведет к ненависти, а ненависть – на путь Тёмной стороны силы, юный падаван, – маглорожденные и самые «продвинутые» чистокровные разразились очередной порцией смеха, после чего принялись растолковывать значение шутки менее просвещенным товарищам.

– Что, нарушил запрет профессора Дамблдора и радуешься? – Боги и демоны, идея где–нибудь её тихонько удавить с каждым днем кажется мне всё более притягательной.

– Гермиона, я тебя умоляю, пожалуйста, хотя бы разок, ну не лезь не в своё дело, лучше бы порадовалась успеху однокашника, как остальные…

– Не своё дело? – начала заводиться девочка.

– О боже! – возвожу очи горе, – Да, не своё. Ну имею же я право на личные дела? В конце концов, ты сама видела, что Кубок выплюнул две бумажки с моим именем, а значит в начале года я был прав и мне бы всё равно пришлось участвовать.

– Гарри, ты не понимаешь! Из–за твоей выходки пострадал Кубок – древний и очень ценный артефакт, а Дамблдор бы не допустил…

– Да–да–да, Дамблдор бы ни за что не допустил чтобы я участвовал в турнире, если бы бумажка была только одна, так же, как он не допустил истории с Философским камнем, дуэли с василиском и сотни дементоров на третьем курсе. Ты определённо права, абсолютно и безоговорочно, пойду напьюсь с горя и повешусь в туалете от осознания собственной никчёмности! – прислушивающийся зал взорвался одобрительными криками и смехом.

– Ты… ты становишься похожим на Малфоя!

– Это называется «повзрослеть», Гермиона. Мир не делится на черное и белое. «Доброе» министерство считает половину магических существ недочеловеками, а вторую – вообще животными, в то время, как «плохой» Волдеморт обещал им равные права. С остальным, у него, правда, было… не очень. Но, тем не менее, – девочка задохнулась от возмущения, – ну вот, ты опять хочешь мне возразить, и ведь готов поспорить, ничего, кроме «он творил ужасные вещи» и «так сказал Дамблдор» я не услышу, – Грейнджер захлопнула рот, хм, кажется, именно это она и хотела выдать, – поэтому я и прошу тебя быть сдержанней в чтении нотаций, одёргивать надо, когда человек только собирается сделать глупость, а не тогда, когда ничего уже не изменишь.

– Я пыталась!

– Так и я не виноват, что нашёлся кто–то сваривший мозги Кубку чтобы он выбрал меня ещё и от какой–то четвёртой школы. Я же просто нашёл способ бросить бумажку, а значит в отборе участвовал наравне с остальными, мозги Кубку я не полоскал.

В общем, разговор толку не дал. Гермиона надулась и осталась при своём мнении, хоть скандалить дальше не стала и то хлеб, хотя, глупо было бы ожидать от неё другого – слишком много фанатизма. На этом проблемы не кончились. Хрен с ним, с Уизли, что окончательно объявил бойкот или Невилом и остальными соседями, вознамерившимися меня поздравить. Это тоже всё ерунда. Проблема была в другом. Яйца василиска. Точнее, первые два яйца, устроенные в импровизированный инкубатор, изощряться я не стал и за основу взял магловский аналог, созданный для разведения крокодилов, поставил и температуру соответствующую – одну на самку, другую на самца (пол рептилии зависит от температуры, при которой вызревает яйцо* прим. Автора). В итоге получил – одно сварено в мешочек, другое – вкрутую. М-да, печально сие. Очевидно, что с температурой я слишком перестарался, но подбирать нужную методом перебора (читай, научного тыка) – плохой вариант. Хм, возможно, подойдут методики из магловских серпентариев, занимающихся особо крупными представителями? Помнится, был в Лондоне зоопарк с очень прикольным Боа Констриктором. Кстати, не дает мне покоя одна мысль – а с чего это тот Боа был такой умный? Да ещё и подмигивать умел (не говоря о том, что как–то умудрялся понимать Поттера через бронестекло)? Мягко говоря, нетипично для обычной змеи… зато – очень даже в порядке вещей для магической, а раз в том серпентарии умудрились «высидеть» магическую змейку (вопрос, как к ним попало яйцо, стоит отдельно), то и с василиском должны справиться, ведь он, по сути – та же магическая змея. И почему я сразу о таком варианте не подумал? Эх, слишком увлекся магией, вот и результат. Ну да ладно – минус два яйца – это неприятно, но не смертельно.

Связался по зеркалу с Сириусом и рассказал последние новости. Блек… испытывал двоякие чувства. С одной стороны – гордость за крестника, с другой – опасения, за него же. В итоге он подвел черту всего одной фразой:

– Охренасоветь! – изображение уже привычно подергивалось – Сириус опять носился по комнате, – Кричер, зацелуй тебя дементор, принеси мне бренди!

– Недостойный хозяин, связавшийся с предателями крови и грязнокровками, только и делает, что проедает и пропивает сбережения хозяйки, ах, бедная госпожа Вальпурга…

– Хм, я смотрю, у вас там весело…

– Очень, – скривился бывший заключенный, – ты ещё не встречал портрет моей мамочки, – теперь его уже отчетливо передернуло.

– О, раз при одном упоминании о ней легендарный Мародер впадает в ужас, то я просто обязан познакомиться со столь интересной особой.

– Хех, приедешь на Рождество – познакомлю, хотя с этим могут возникнуть проблемы – с твоим чемпионством ты стал слишком заметен, да и с директора станется устроить какой–нибудь бал или торжественный ужин, на котором Чемпионы должны присутствовать обязательно – после той истории с василиском и моими прогулками по вечернему Хогвартсу репутация школы заметно покачнулась, а тут такая возможность подправить ситуацию с минимумом усилий, – Блек усмехнулся, хотя скорее оскалился.

– Ну, в случае чего, смыться я сумею, а что там хочет Дамби – не мои проблемы. Если ему надо, пусть сам хоть канкан отплясывает, – богатое воображение сразу нарисовало эту картину, – дааа, в этом определенно что–то есть…

– Вот после этих слов Джеймса мы и влипали в неприятности, – Сириус мечтательно закатил глаза, – славное было время…

Так, некоторое время поболтав о всякой ерунде (ну не постоянно же коварные планы строить, в самом то деле?), мы распрощались, а следующим же утром начались новые неожиданности, кажется, накопилась уже порядочная масса событий, чтобы пересечь критическую отметку и заставить канон на прощание помахать ручкой.

Как говорится, ничто не предвещало беды, Снейп, сильно огорченный, тем, что этот год пройдет, как и прочие под общей эгидой «плохой день», а точнее, «год, когда мне придется стараться, чтобы этого чертового мальчишку не сожрал дракон» вновь поменял цель – теперь он собирался тестировать противоядия не на Уизли, а на мне, причем, судя по взглядам, большая их часть будет работать исключительно через общую чистку организма из категории «чтоб ты, зарраза, неделю с толчка не слезал». Но вот явилась его личная Немезида. В данный момент она отзывалась на имя Колин Криви и заявляла, что его жертву… эм, в смысле, добровольного испытателя забирают… фотографироваться и давать интервью. О, вот это эмоции, Северус уверенно вышел на уровень в треть Эльзы, у которой на глазах растоптали тортик, поверьте, это очень немало, думаю, сейчас его бы хватило и на невербальную «Аваду», лишь немного ему уступал Уизли номер 6, но какие его годы…. Как бы то ни было, но я поспешил покинуть ставшую резко такой негостеприимной лабораторию. Последнее, что я заметил, это как Снейп повернулся к Рону, хех, у кого–то будет очень трудный день, возможно, что и не один, хе–хе.

Мелкий привел меня к ничем не примечательной аудитории, попутно доставая различными вопросами и своим энтузиазмом, но потом, видимо вспомнив, что у него самого вообще–то тоже уроки, пожелал удачи и быстренько смысля в направлении кабинета Трансфигурации, я же вошёл в кабинет.

Виктор без малейшего следа вчерашних возлияний приветливо кивнул, всё–таки совместная попойка сближает, Флер смотрела на нас с некоторым подозрением, периодически словно принюхиваясь, её «аура вейлы» по–прежнему окружала девушку, вызывая прилив энергии у круглого низенького субъекта, крутящегося вокруг неё с фотоаппаратом… эдак начала века. А ничего поновее и менее громоздкое религия использовать не позволяет? Хм, кажется, это уже начинает надоедать красотке, тогда, почему не вырубит? Вопрос…

Мои размышления прервал странный грохот и сдавленные ругательства. Некая особа примерно девятнадцати–двадцати лет попыталась войти в комнату, но запнулась о порог и растянулась прямо у двери. Розовые волосы, сейчас сменившие цвет на темно–фиолетовый, неуклюжесть, вывод очевиден, но что она тут делает?

– Тонкс, ты в своем репертуаре! – за спиной девушки появился парень её же возраста и помог несчастной подняться, хех, судя по эмоциям – прекрасная особа весьма смущена.

– Практиканты… – я обернулся – Бегмен закончил разговаривать с высоким волшебником в серой мантии и теперь со страдальческим выражением лица смотрел на парочку, – я ведь говорил Дамблдору, что это плохая идея, – для полной гармонии эмоций и образа, комментатору не хватало только международного жеста, более всего известного, как «рука–лицо», – о, Гарри, давно ты тут? – Людо наконец–то заметил и меня.

– Да нет, мистер Бэгмен, только подошел. А что за практиканты?

– Видишь ли, из–за того, что произошло при выборе Чемпионов, Дамблдор попросил в аврорате прислать кого–нибудь для усиления мер безопасности, вот только им сейчас явно не до этого – до сих пор не разгреблись из–за события на Чемпионате Мира. Людей просто не хватает, вот они и прислали группу практикантов, м-да… – прислушивающаяся к разговору Тонкс вся покраснела… причем, действительно вся.

– Группу? – зацепился я за слово. Группа, это несколько больше пары. Да и вообще, в каноне директор что–то не спешил приглашать авроров. Что изменилось? Или, тогда были косвенные доказательства и вариант, что Поттер сам подбросил имя в Кубок всё ещё рассматривался? Идиотизм, конечно, но я уже сталкивался с не вполне нормальной реакцией магов на многие вещи. Сейчас же любому понятно, что даже Поттер не мог быть настолько стукнутым, чтобы подложить своё имя дважды, а значит – кто–то все–таки «хотел» ему помочь. Тогда, почему прислали стажеров, а не матерых спецов? А потому, что один тут есть, и, в случае чего, стажеров он поднатаскает, а то, что он не тот, кем кажется – это уже детали. Вроде бы логично, но слишком зыбко – мало данных.

– Да, десять человек. Мисс… эээ… Тонкс? – всё ещё красная девушка кивнула, – является представительницей женской части группы, а мистер Флат – мужской. Они будут патрулировать Хогвардс, ставить дополнительную защиту на спальни… много чего, – это «много чего» звучит особенно интересно, – Но что–то мы заболтались, приемная комиссия скоро выйдет и начнется церемония проверки палочек, а после этого вас будут фотографировать. Кстати, познакомься – Рита Скитер. Она делает статью о Турнире для «Пророка».

– Нельзя ли до начала церемонии взять у Гарри коротенькое интервью? – обратилась она к Бэгмену, оглядывая меня жадным взором, – Самый юный чемпион, несомненно, прибавит статье живости.

– Разумеется! Гарри, ты не возражаешь? – хм, хороший вопрос, я взглянул на Риту. Алая помада на губах, алая мантия, длинные ногти с опять же алым лаком. Сумочка из чего–то похожего на крокодилову кожу. Слишком кричаще и на мой взгляд, безвкусно, хотя при таком ярком образе очень трудно быть незамеченной, в отличие от небольшого жучка, которым может становиться Рита. Прическа из десятка золотистых локонов и лицо матёрой стервы.

– Если недолго.

– Не волнуйся, Гарри, много времени это не займет, – улыбнулась журналистка.

– Что–то не припомню, чтобы мы с вами были настолько близки, мисс Скитер, для столь фамильярно обращения друг к другу, – да, ледяной тон и пронизанный арктическим холодом голос, давненько я не прибегал к нему.

– О, прошу прощения, мистер Поттер, – на ходу перестроилась женщина, вот только в эмоциях полыхнуло злостью, хм, еще бы, какой–то наглый сопляк так с ней обращается. Но, с вежливой улыбкой, эта стервочка притащила меня в кладовку, мол, там, в основном кабинете, слишком шумно. Рита перевернула ведро и уселась на него сверху, мне же предложила устроиться на картонной коробке. И это маг, освоивший трансфигурацию на достаточном для собственного перевоплощения уровне? Ничем, кроме как изощренным издевательством или попыткой отвести от себя малейшие подозрения такое назвать нельзя. Так эта дамочка ещё и дверь закрыла, в результате чего в кладовке установилась кромешная тьма…

– Знаете, мисс Скитер, – трансфигурирую коробку в удобное кресло, потом, на всякий случай, активирую небольшой амулетик – подарок от гоблинов на случай переговоров в незащищенных местах. Разумеется, полной гарантии не дает, но хоть что–то. Ну и простой «Люмен», заставляющий потолок изображать из себя лампу дневного света – чары чуть сложнее «Люмос», но в них светиться начинает задаваемая магом поверхность, а не кончик палочки – куда удобнее, чем постоянно держать деревяшку в руке, – я думал, что вы не в том возрасте, чтобы затаскивать парней в кладовки для инвентаря.

– Мистер Поттер, вам не говорили, что упоминать возраст дамы – дурной тон? – а в глазах столько негодования.

– Увы, мистеру Поттеру это некому было объяснить. По техническим проблемам, знаете ли.

– О, вы что–то можете рассказать про тот вечер? – журналиста изобразила улыбку, а её «Прытко пишущее» перо уже нетерпеливо затанцевало над бумагой.

– Я могу рассказать о многом… и многим, – перышко начало работать, вот только двигалось оно явно дольше, чем необходимо, чтобы записать такой ответ, – например, о незарегистрированном анимаге. Знаете, мисс Скитер, никогда не любил насекомых, летают, жужжат, так и хочется их размазать по стенке, – страх, злость… неплохо, но немного не то, – сколько там за это дают? От трех до восьми Азкабана, кажется, плюс, отягчающие, плюс, вмешательство в личную жизнь посредством незаконного использования. Уже лет двенадцать… вы же, я надеюсь, не думаете, что недавно облитое грязью министерство будет лояльно относиться к человеку, что его грязью и обливал…

– Откуда… впрочем, не важно, ты всё равно ничего не докажешь! – хм, неожиданно. Хм, клиент отпирается и все ещё не понимает. Ладно, будем делать проще.

– Рита, мне и не нужно будет ничего доказывать, – вытаскиваю алмазный ключик, – ты знаешь, что это такое? – судя по виду, дама прекрасно знала, – а теперь скажи, если скромный дар, галеонов в пятьсот, упадет в стол какого–нибудь небольшого чиновника из аврората с небольшой запиской от доброжелателя, с предположением, что так любимая всем министерством журналиста является анимагом… как быстро тебя накачают веретасерумом, ссылаясь на «надежный источник»?

– Что ты хочешь? – хм, умная девушка, понимает – хотел бы сдать, уже сдал, – чтобы я перестала писать?

– Если бы я хотел, чтобы вы перестали писать, я бы просто поступил так, как только что сказал, – удивление, что не ожидала от «бедного наивного мальчика» такого? – или просто рассказал о вашем секрете одному из длинного списка ваших «друзей».

– Да как только ты попал на Гриффиндор? – все ещё злость, но уже бессильная.

– Ну, пришлось долго и нудно уговаривать шляпу не отправлять на Слизерин. Такое реноме было бы… нежелательно для «надежды света», – сделать улыбку как можно более милой и доброй, хм, и чего это её так перекосило?

– Пхе…

– Но давайте вернемся к делу. Рита, вы можете писать всё, что вам вздумается, поливать грязью министерство, Дамблдора, организаторов Турнира… но статьи обо мне могут быть двух вариантов. Можете показать меня чудовищем, которого Волдеморт… и не надо так вздрагивать, пытался удавить ещё в детстве, дабы конкурентов не плодить, можете показывать наоборот, этаким рыцарем в золотых латах, надеждой света и прочей кашкой для домохозяек. Но, никаких соплей, «нежного ранимого мальчика» и прочей мути для тех же домохозяек. В будущем мне потребуется некоторое влияние. Будет оно на страхе или уважении, мне, в общем–то, всё равно. Справитесь?

– Д-даа…

– Вот и прекрасно. Если мне статья понравится, то вы получите щедрые чаевые, если нет… ну, дементорам в Азкабане будет не так скучно. Содержание придумаете сами, вам не впервой. И да, Рита… если о нашей беседе вдруг станет известно кому–то постороннему… боюсь, дементоры останутся голодными, – и вновь добрая улыбка, – приятного дня, мисс Скитер, буду ждать вашей статьи, – я оставил журналистку обдумывать новые вводные, а сам присоединился к Чемпионам, благо, как раз прибыл эксперт по палочкам – незабвенный Оливандер. Нет, я себя не прощу, если упущу возможность подсадить к нему своих клеток и потом пошарить в его мозгах.

На полпути мы пересеклись с Дамби, что уже шел к злополучному чулану – судя по эмоциям, которые старик не скрывал в этот раз, дед намеревался встретиться с врагом мелким, но очень противным, типа слизняка или вышеупомянутых насекомых.

– Дамблдор! – сколько радушия и меда в голосе, так и хочется зажевать лимон. ДДД вытащил из кармана леденец и засунул его в рот… хм, кажется, не мне одному, – Как поживаете? – Рита начала трясти бедного директора за руку, выражая своё радушие и восхищение этим великим человеком, – Надеюсь, вы видели мою летнюю статью о Международной конференции колдунов?

– Отменно омерзительна, – теперь Дамблдор весьма злобно сверкнул очками, Кабуто одобряет, блин, я тоже хочу научиться так, а то все приходится улыбаться, а тут раз – чуть–чуть повернул голову, поймал блик и пожалуйста! – Особенно меня потешил мой собственный образ выжившего из ума болтуна, – хм… если у Риты в списках недругов такие товарищи сидят, то понятно, почему она испугалась оглашения своего маленького секрета им куда больше, чем какого–то Азкабана, – простите, мисс Скитер, но нашу беседу придется продолжить в следующий раз. Сейчас начнется церемония и мистер Поттер должен на ней присутствовать.

– А, да–да, конечно, приятного дня, профессор Дамблдор, мистер Поттер, – журналиста еще раз потрясла нам руки и поспешила свалить в туман… хотя, судя по взглядам, следующей её жертвой станет Виктор, а потом и до Флёр доберется, как пить дать.

Тем временем Дамби представил Оливандера, а я же решил осмотреть его драконьими глазами. Хм, для этого мира – силен, не Дамби. Совсем не Дамби, но на фоне большинства «рядовых» магов – очень даже, да и знания его… явно будет многое мелькать при проверке палочек, нет, не утерплю – воспользуюсь помимо Симбы еще и псионикой, проще потом будет связать цепочки ассоциаций, благо буду недалеко от него и даже будет контакт глаза в глаза, но осторожно, а то еще Дамби чего почует. Пока я размышлял, мастер палочек уже вызвал Флёр и сейчас обнюхивал, ощупывали чуть ли на зуб не пробовал её палочку, вызывая некоторое беспокойство и неудовольствие француженки.

– Хм-м, ясно, двадцать сантиметров, не гнется, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит… – пояснения сопровождались магическими импульсами в инструмент, мастер, судя по всему, работал при помощи магической вариации на тему эхо локатора.

– Волос с головы вейлы, моей гран–маман, – флер явно была недовольна, а я попытался узнать, что именно так испугало Оливандера, благо он только что об этом думал. Вейлы – природное очарование, завязанное на магию. А если в качестве сердцевины… скидки на тонкие воздействия, иллюзии и… мозголомство, а розовое дерево только добавляет возможностей в этом плане, зато что–то мощное и убойное ей просто не создашь – не может отравленный стилет выполнить работу тяжелой секиры. Ай да француженка, ай да милая девочка.

– Да… да, я никогда не использовал для палочек её волос. Слишком уж они получаются темпераментные. Но каждому своё, и если она вам подходит… – ага… темпераментные, конечно, но мне стало весьма интересно узнать настоящее лицо Флёр, очень интересно. Тут я ощутил на себе взгляд девушки. Хм, что–то почувствовала? Кажется, да? Судя по всему, теперь интересно не мне одному, хе–хе.

– Орхидеус! – воскликнул старый мастер, из палочки выскочил букет орхидей, и он протянул их Флёр, заодно возвращая и палочку. Причем, делал это он максимально поспешно. Хм, а действительно – очень тонкая манипуляция – трансфигурация воздуха в цветы, причем, готов поспорить – каждый листик в букете уникален. Старик крут, я бы такое не осилил… пока он не показал плетение и напитку.

Вторым оказался Виктор.

– Хм-м. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой… Ну, это ладно… – Стиль? Какой еще стиль? А, последовательность обработки сердцевины и древесины, ну и так, ещё какие–то мелочи, трудно уловить. Тем временем, Оливандер начал производить очередные манипуляции с палочкой болгарина.

– Да… саксаул и сухожилие дракона? – метнул он взгляд на Крама. Тот кивнул.

– Толстовата, довольно жесткая, двадцать семь сантиметров… Авис! – как раз вариант на тему тяжелой секиры.