Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"
Автор книги: Павел Чагин
Соавторы: Сергей Малышонок,Александра Шервинская
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 33 (всего у книги 341 страниц)
Глава 6 (начало)
Лиз
Я смотрела на тёмный лес, привычно устроившись в кресле на террасе. Эти вечерние часы стали для меня чем-то вроде традиции, именно так я уже привыкла заканчивать день. Вид раскачивающихся под порывами ветра деревьев действовал на меня успокаивающе, и я с некоторым удивлением вспоминала, как в самом начале, когда я только появилась здесь, меня пугал вид вечернего и ночного Франгая. Не понимаю, как я могла не восхищаться его первобытной мощью, высотой деревьев, причудливыми узорами, в которые сплетались нити тумана? Может быть, потому что тогда я ещё не ощущала себя частью этого мира?
К тому же теперь я знала, что где-то там, в чаще, обитает тот, кто всё больше и больше занимает мои мысли, хотя я прекрасно понимала, что ничего хорошего из этого не получится. Повелитель мёртвых Франгая – не самый лучший объект для нежных чувств, причём не потому что он в чём-то плох, нет. Просто это ему не нужно, он находится на какой-то иной ступени развития, и все мои мысли и мечты – всего лишь пыль для существ, подобных ему. Хотя, с другой стороны, Домиан же предлагал мне стать его избранницей, значит, и Древним какие-то чувства не чужды! Может ли это означать, что у меня есть надежда на то, что однажды… Нет, даже думать об этом не буду! Он есть, он рядом, он готов в любой момент прийти на помощь – что ещё нужно? Глупое сердце, конечно, шептало, что нужно-то многое, но я строго цыкнула на него, и оно неохотно успокоилось.
Я заставила себя мысленно вернуться к событиям вчерашней, точнее, сегодняшней ночи. Вернувшийся из-за периметра Хантер не очень много рассказал мне, хотя и провёл за беседой со странным существом достаточно времени. Был мой домашний змей непривычно задумчив и сосредоточен. О моём нежданном спасителе он сказал только, что это существо, от которого не стоит ждать неприятностей, скорее, наоборот: оно будет охранять меня в те моменты, когда остальные по тем или иным причинам не смогут этого сделать. Я не стала приставать, решив, что потихоньку всё само выяснится, за что получила признательный взгляд Хантера. Видимо, он ещё не решил, что стоит мне рассказывать, а о чём лучше промолчать для моего же спокойствия.
Мои неторопливые размышления были прерваны вежливым стуком в дверь, затем она тихонько скрипнула, и на террасу вошла Элла-Мария. Девочка слегка смущённо улыбнулась и спросила:
– Я не помешаю? Просто без Минни мне наверху немного одиноко, а спать я пока не хочу. Я тебя не отвлекаю ни от чего важного?
– Что ты, конечно, нет! – я действительно была рада видеть девочку, к тому же её появление позволит мне не начать снова думать о том, о ком думать не нужно. – Ты волнуешься за тех, кто ушёл?
– Да, – Элла аккуратно присела на краешек сидения, но потом, посмотрев на меня, тоже забралась с ногами, благо размеры кресла это вполне позволяли. – Минни очень сильная, она много умеет, но её сил может не хватить.
В приоткрытую дверь бесшумно просочился Ромео, который до этого где-то пропадал, и улёгся у моих ног.
«Не слишком откровенничай с ней, – неожиданно сказал он, – она не желает тебе зла, во всяком случае, пока, но и добра от неё ждать не стоит. Мне сложно объяснить. Понимаешь, такое впечатление, что под маской милой и славной девчушки скрывается кто-то совершенно другой. Не факт, что этот кто-то тебе враг, возможно, совсем наоборот. Я пока не разобрался, но будь осторожна, Лиз!»
– Это ведь не простой кот? – задумчиво спросила Элла, внимательно глядя на Ромео, который внешне ничем не отличался от обычного раскормленного и ленивого домашнего любимца.
– Почему ты так решила?
Меня очень смутили слова Ромео, так как я, как ни присматривалась, не видела в девочке ничего странного. Нужно будет посоветоваться ещё и с Картером, может, призрачный вампир видит и чувствует больше, чем я.
– Обычно я могу проникнуть в сознание животного, это не сложно, – помолчав, ответила Элла, – а здесь у меня не получается, я через такие блоки пока проходить не умею. Домиан обещал позаниматься со мной, но пока у него не было времени.
– Это энергетическая сущность, – улыбнулась я, – просто ему нравится такая форма.
– Мне бы она тоже понравилась, – засмеялась девочка и вежливо поинтересовалась у Ромео, – а можно тебя погладить?
Естественно, кот ничего не ответил, но и убегать от тонкой изящной ручки не стал, осторожно подставив бархатную спинку. Я очень рассчитывала на то, что при тесном контакте Ромео сможет понять, что именно его смущает в Элле. Не хотелось бы мне подозревать её во всяких гадостях, девочка мне нравилась. Более того, при виде разноцветных нитей, которые я смогла разглядеть вокруг неё, я почувствовала что-то вроде узнавания, хотя ума не приложу, с чего бы. Нет, мне однозначно нужна помощь: сама я не разберусь. Завтра же поговорю с Картером, думаю, он тоже заинтересуется. Я уже успела заметить, что возвращённый к жизни, пусть и не полноценной, вампир проявляет огромный интерес ко всему, что происходит вокруг. Видимо, таким образом он компенсирует те годы, которые провёл в подвале.
Какое-то время на террасе царила умиротворяющая тишина. Я смотрела на Франгай, Элла гладила млеющего Ромео, негромко гудел ветер с той стороны периметра, и где-то в чаще за нами наблюдало существо, которому я обязана жизнью.
– А ты можешь рассказать о том, как жила в обители? – неожиданно даже для самой себя спросила я задумавшуюся Эллу. – Или правила монастыря запрещают это делать?
– Тебе действительно интересно? – казалось, девочка была удивлена, но быстро справилась с эмоциями.
– Конечно, – я повозилась, удобнее устраиваясь в кресле, – знаешь, я никогда не жила в монастыре, только один раз как-то была на экскурсии.
– А что такое экс-кур-сия? – слегка споткнувшись на незнакомом слове, тут же поинтересовалась девочка.
– Это когда люди приходят или приезжают в какое-то место просто для того, чтобы посмотреть на то, чего они раньше не видели, или просто на что-то очень красивое, необычное, интересное. Вот я так однажды ездила в монастырь, но нам показали только двор и храм, то есть совсем немножко. А ты провела в обители практически всю свою сознательную жизнь. Поэтому, конечно, мне интересно…
– А, это как Каспер приезжал, – кивнула своим мыслям Элла, – просто посмотреть. Я поняла… Хорошо, я вижу, что тебе на самом деле интересно, Лиз. Ты, наверное, знаешь, что я не только выросла в обители, я там родилась. Моя мама, Лилиана фон Рествуд, сбежала туда от своей семьи, когда поняла, что оставаться в родительском доме становится невозможно. Она знала, что Ирманская обитель – это место, где никому не отказывают в приюте. Это потом уже матушка Неллина, настоятельница, подробно беседует с каждой гостьей и решает, можно ей остаться или нет.
– А что случается с теми, кому не разрешают остаться?
– Не думай, их не выгоняют! – девочка покачала головой и снова показалась мне очень взрослой. – Матушка настоятельница устраивает их в хорошие места, ведь в империи очень много тех, кто так или иначе связан с обителью.
– Или обязан ей… – негромко добавила я.
– Да, и это тоже, – согласилась Элла, – вот к таким людям матушка и обращается с просьбой помочь устроить судьбу той или иной гостьи. И ни разу не случилось так, чтобы ей отказали или обидели ту, что обратилась за помощью.
– Но твоей маме позволили остаться? – мне на самом деле было интересно, какими замысловатыми путями шла жизнь моей юной собеседницы.
– Мама умерла родами, – опустила голову Элла, – она лишь успела дать мне имя. Поэтому всё, что я о ней знаю, – это то, что рассказала мне матушка Неллина и другие сёстры. В обители не принято лезть в душу друг к другу и задавать личные вопросы, поэтому я не знала, что сестра Доминика, которая занималась моим воспитанием, на самом деле мне родня по крови. И я ужасно рада, что это так: она просто замечательная!
– А о том, что Каспер Даргеро – твой отец, ты знала? Прости, если задеваю какие-то твои чувства, – поспешила добавить я, чувствуя себя самой настоящей сплетницей.
– Матушка Неллина сказала мне об этом, когда в обители узнали, что он направляется к нам не с поручением императора, а с личным визитом. Он потом и сам сказал мне, но я уже знала.
– Тебе он не нравится, – я даже не спрашивала, так как ответ был очевиден, – но можно я спрошу – почему?
Элла долго молчала, и я уже хотела было заговорить о другом, когда она подняла на меня свои невероятные тёмно-синие глаза и твёрдо ответила:
– Магистр стал причиной смерти моей матери, он не любит никого кроме себя, считает себя самым сильным и умным, хотя это совсем не так. За что мне любить его?
«Она лжёт, вернее, не говорит всей правды, – неожиданно подал голос Ромео, не меняя расслабленной позы, – как только ты заговорила о колдуне, она напряглась и закрылась. Что-то тут не так, Лиз, печёнкой чую!»
«У тебя нет печёнки, – мысленно ответила я, – но я ни на секунду не сомневаюсь в твоих словах. Наблюдай и думай, потом поделишься соображениями!»
– Но сейчас ты переживаешь ведь не только за Минни, но и за него, не так ли? – мне по-прежнему хотелось вызвать девочку на откровенность, хотя я уже понимала: она скажет ровно столько, сколько захочет сама, и ни слова больше.
– Да, но это потому что с ним Минни, и потому что от того, что они узнают, зависит очень многое, – согласилась Элла, – меня беспокоит тот, кто затаился там, на самом севере. В Ирме давно было неспокойно, и с каждым днём становилось всё опаснее, наверное, в этом была одна из причин, почему матушка отослала меня из обители.
«Она снова говорит неправду, – мгновенно среагировал Ромео, – она не боится того, о ком говорит. Она его ненавидит, но не боится. А вообще очень странный коктейль чувств для девочки её возраста, согласись?»
«Чтобы кого-то ненавидеть, надо его знать, – ошарашенно отозвалась я, – откуда Элла может знать того, кто засел за Ирманской пустошью?»
«Ни малейшего представления, – в голосе Ромео отчётливо слышалась растерянность, – буду наблюдать».
– Надеюсь, с ними всё будет благополучно, – я улыбнулась девочке, постаравшись никак не показать засевшую в сердце иглу тревоги. – Ты сама сказала, что Минни многое умеет, да и Каспер, при всех его недостатках, очень сильный маг. К тому же с ними Шегрил, так что часть пути им точно ничего не грозит.
– Я уже даже пообещала самой себе и Безмолвной, что если Минни и Каспер благополучно вернутся, я постараюсь понять магистра и даже попробую называть его папой. Я знаю, что торговаться с высшими силами смешно и глупо, но мне так спокойнее.
– Ох, если бы наши желания учитывались! – непритворно вздохнула я и чуть не свалилась с кресла, услышав вопрос Эллы:
– А ты хотела бы вернуться обратно, домой, в тот мир за Гранью, где ты жила раньше? Может быть, Безмолвная или Бесшумный прислушались бы к твоему желанию?
Наверное, я спокойно ответила бы, что мой дом теперь здесь, в этом мире, там, где шумит вековыми кронами Франгай, но неожиданно заметила мелькнувшее в удивительных глазах Эллы острое, жадное внимание, абсолютно не сочетающееся с ангельским выражением личика.
– Не знаю, я как-то об этом не думала, – отделалась я общей фразой, понимая, что опасения, зароненные в мою душу проницательным Ромео, сейчас пустили корни и прочно обосновались в душе.
Глава 6 (продолжение)
– Но у тебя там, наверное, остались те, кто тебе дорог, – Элла, в отличие от меня, явно не страдала от неловкости, задавая непростые личные вопросы. И это тоже не очень хорошо сочеталось с образом милой и, главное, совсем юной девушки. Да какое там – даже по человеческим меркам она маленькая, а уж для мира магов одиннадцать лет – это вообще младенческий возраст. Прав Ромео: что-то тут не так. И я непременно выясню, что, так как это мой дом, и я за него в ответе.
– Нет, – я постаралась ничем не выдать своих эмоций и в тысячный раз порадовалась, что у меня есть кольцо Домиана, надёжно скрывающее мои чувства даже от него, не говоря уже об остальных. – С человеком, которого я любила когда-то, мы давно расстались, детей у меня, увы, не было, работа – это всего лишь способ заработать денег на жизнь. Так что мне не о чем жалеть кроме того, что пришлось ко всему привыкать заново.
– А почему вы расстались? – в глазах Эллы горело откровенное любопытство, но я уже не удивилась очередному несоответствию. – Ты его разлюбила?
– Скорее, наоборот, – невесело усмехнулась я и вдруг с изумлением поняла, что давнее расставание, которое ледяной иглой сидело в сердце, отравляя мне жизнь, исчезло. Больно больше не было, словно то, что произошло тогда, случилось не со мной, а с какой-то совершенно посторонней женщиной. – Каждый из нас просто пошёл своей дорогой. Так случается сплошь и рядом. Наверное, если бы у меня в том мире остался ребёнок, я бы с ума сошла от тревоги и тоски, но чего не было, того не было.
– Да, дети крепко держат, – проговорила Элла и посмотрела куда-то в глубину леса, – а скажи, как тебе показалось, Каспер сильно изменился с того момента, когда узнал о том, что у него есть дочь? Или ему всё равно?
«И ты будешь мне говорить, что это обычная, пусть и магически одарённая девочка?» – фыркнул Ромео.
«Но ведь Шегрил ничего нам не сказал про неё кроме того, что она «видящая» и что он давно не видел такой силы. Неужели он не предупредил бы нас?»
«Он мог просто не счесть нужным говорить об этом, – подумав, предположил Ромео, – или сам не до конца разобрался. Я ведь сказал уже, что она не враг тебе. Возможно, Шегрилу тоже этого хватило, и он не стал добавлять тебе загадок, их и так вокруг полно».
– Лиз, ты меня слушаешь? Я, наверное, тебе надоела со своими вопросами, да? – на очаровательном личике Эллы было такое искреннее раскаяние, что я даже подумала, не ищем ли мы с Ромео проблемы там, где их нет…
– Прости, задумалась, – повинилась я, улыбнувшись девочке, – да, Каспер изменился, это вне всяких сомнений. Он стал, как бы это точнее сказать, человечнее, что ли. Или просто начал ещё тщательнее прятать свой эгоизм. Но он же отправился в это опасное путешествие на север, а ведь мог бы и отказаться, никто не стал бы его заставлять.
– Ты права, Лиз, – Элла вздохнула и поправила и без того безукоризненно лежащую на коленях юбку, – наверное, я попытаюсь понять и принять его, когда они с Минни вернутся. Как ты считаешь, это будет правильно?
– Мне кажется, что попытаться стать если не близкими людьми, то хотя бы друзьями, стоит, – подумав, совершенно честно ответила я, – чтобы потом не жалеть об упущенной возможности.
Я хотела добавить, что, как мне кажется, Элле вообще не нужны ничьи советы, но промолчала: зачем демонстрировать свои подозрения? Тем более что они всё-таки могут оказаться беспочвенными. Пусть лучше она считает, что я, как и все остальные, вижу перед собой просто милую и невероятно талантливую девочку, дочь неизвестной мне Лилианы фон Рествуд.
– Пожалуй, я всё же попробую уснуть, – помолчав, Элла поднялась из кресла, – спасибо тебе огромное за то, что уделила мне время, Лиз.
– Не за что, – я улыбнулась девочке, – я, пожалуй, тоже пойду к себе и посплю. А завтра, возможно, вернётся Шегрил, и мы сможем хоть что-то узнать о том, добрались ли Минни и Каспер до Ирманской пустоши. Я ведь тоже за них волнуюсь…
«Когда ты упомянула Шегрила, она напряглась, – тут же отчитался Ромео, – но без ненависти, а словно опасаясь, что он выдаст её секрет».
«Вот у него и спросим, что с нашей гостьей не так, – решила я, – думаю, он сможет слегка прояснить ситуацию, если захочет, конечно…»
На этой оптимистичной ноте мы разошлись по комнатам, точнее, Элла отправилась к себе, а я ещё немного посидела, надеясь, что от тёмной стены Франгая отделится ещё более тёмная тень и легко перемахнёт через периметр… Но если Шегрил и вернулся, то не смог или не захотел наведаться к нам и рассказать о том, как обстоят дела у наших путешественников.
Утром повседневные заботы оттеснили в сторону сомнения по поводу Эллы, мечты о Шегриле и переживания из-за убийцы. Впрочем, о последнем нам пришлось поговорить с Хантером и Домианом.
– Лиз, – строго нахмурив идеальные брови, начал Домиан, – если ты знаешь о том, что такое Ночные Часы, то ты должна понимать, что в это время мы не можем тебя защитить, но ты не останешься одна с возможными проблемами. У нас появился пусть временный, но достаточно сильный союзник – тот, кто спас тебя прошлой ночью. Мне очень больно и неприятно говорить об этом, но я был непозволительно беспечен и не подумал о том, что кто-то может воспользоваться временем, когда я… когда я не могу быть рядом с тобой. Не спрашивай меня, почему мне необходимы эти часы – я пока не могу тебе ответить. Потом, когда ты надумаешь и примешь моё предложение, я расскажу тебе абсолютно всё, клянусь.
– Не переживай, со мной всё будет в порядке, – улыбнулась я, постаравшись не показать, как обеспокоили меня слова о том, что рано или поздно мне придётся сделать выбор. И какими будут последствия моего ответа – а он очевиден, во всяком случае, для меня – не может предугадать никто. Честно говоря, я рассчитывала, что вся эта суета с затаившимся на севере злодеем заставит Домиана забыть о сделанном предложении, но – увы.
Домиан хотел что-то добавить, но вдруг повернулся в сторону леса и неуловимым движением поймал свалившегося в руки магического вестника. Интересно, кто мог прислать ему послание? Может быть, это как-то связано с ушедшими на север? Но всё оказалось гораздо проще и в то же время намного непонятнее.
– Это тебе, Лиз, – Домиан переглянулся с Хантером и протянул мне сложенный замысловатым образом листочек бумаги.
– Мне?! Я ни от кого не жду никаких посланий, – я не спешила брать в руки подозрительную бумажку, хотя и понимала, что, будь там что-то опасное, Домиан никогда не передал бы вестника мне.
– Это от твоего брата, – не слишком довольно пояснил Домиан, – от того, который близок тебе по крови обоих родителей. Колдун, тот, который Каспер, тоже твой брат, но только по отцу, у вас меньше общей крови. А это послание от второго, того, что сейчас правит людьми.
– Его зовут Максимилиан, – напомнила я, но по презрительно скривившимся губам Домиана поняла, что он прекрасно помнил моего родственничка, но почему-то не желал называть его по имени.
– Магический вестник прилетел от него, – вернулся к вопросу почты Домиан, – письмо адресовано тебе, Лиз. Он смог отправить вестника, так как побывал здесь лично: для магических посланий это очень важно.
– Не могу даже предположить, чего он от меня хочет, – я осторожно взяла вестника в руки и с удивлением обнаружила, что бумага слегка тёплая, словно послание было живым.
– Прочти и узнаешь, – не то посоветовал, не то съязвил Домиан, – и мы будем тебе признательны, если ты расскажешь, чего хочет твой брат, Лиз.
– Естественно, я расскажу, – я действительно не собиралась делать из письма Максимилиана тайну, – но вряд ли он пишет что-нибудь хорошее.
Глава 6 (окончание)
– Ты не обязана сообщать нам содержание письма, Лиз, – неожиданно мягко проговорил Хантер и, как мне показалось, с упрёком взглянул на Домиана. Интересно, а как так получается, что у разных воплощений одного и того же существа может быть противоположный взгляд на какие-то вопросы… Нет, этого мне, наверное, никогда не понять!
– Мы должны знать, чего ждать от этого… императора… – с непередаваемым пренебрежением проговорил Домиан. – Чтобы суметь защитить Лиз.
– Не ссорьтесь, – я примирительно прикоснулась к плечу Домиана, и он тут же засиял, словно маленькое солнышко, а мои внутренние противоречия взвыли в полный голос, – я прочту и сообщу вас всё, что не является сугубо личным, хорошо?
И Домиан, и Хантер промолчали, из чего я сделала вывод, что такое компромиссное решение всех устраивает. Осторожно открыла вестник, сломав круглую печать из вещества, похожего на сургуч, и развернула оказавшееся достаточно коротким послание.
«Дорогая сестра Элизабет! Так как политическая обстановка в последние дни существенно изменилась, мне хотелось бы обсудить с тобой несколько вопросов, касающихся нашего будущего. Буду признателен, если ты сможешь принять меня с визитом в ближайшее время. Твой любящий брат Максимилиан».
– Он хочет прибыть с визитом, – сообщила я, не поднимая глаз от письма, – короче, напрашивается в гости.
– В гости? – казалось, Домиан готов был услышать что угодно, только не это. – Интересно, зачем ему это нужно, ведь он прекрасно знает, что ему здесь не рады.
– Максимилиан пишет, что хочет обсудить со мной вопросы, касающиеся нашего будущего, – я наконец-то оторвалась от письма, – это я дословно цитирую.
– У вас не может быть совместного будущего, – категорично заявил Домиан, – твой брат правит людьми, и нас вообще не касается, довольны они им или нет. А твой дом – Франгай, он принял тебя и признал Хозяйкой. Лес и империя никогда не мешали друг другу. Не стоит менять это положение дел.
– Но разве Франгай не находится на территории империи? – тут я поняла, что к своему невероятному стыду до сих не представляю, как географически устроен этот мир. Да что там – я даже не знаю, как он называется!
Я почувствовала, как лицо и шея вспыхнули от стыда, и с трудом подавила желание побиться головой обо что-нибудь твёрдое. Ну как, как можно было так и не добраться до библиотеки?! Я ведь собиралась и даже попросила Домиана подобрать мне нужные книги. А потом отвлеклась на ночного гостя, на несостоявшееся покушение, и всё – как отрезало. Стыдоба-то какая!!
– Официально так и есть, – кивнул Хантер, – но империя возникла гораздо позже, чем в небо взметнулись вершины древних деревьев. Скорее, это она прилепилась к Франгаю, а не он стал её частью. Ты ведь помнишь, что рассказал тебе Домиан, правда? О том, как возник этот лес…
– Конечно, помню, – осторожно ответила я, так как прекрасно помнила тот рассказ и предложение стать избранницей Древнего, которое последовало потом, – но ведь кроме империи есть и другие государства?
– Человеческих нет, – покачал головой Домиан, – есть живущая по своим законам Ирманская обитель, которая хоть и считается принадлежащей империи, но на самом деле никому не подчиняется. Есть Харадские пески, там никто не живёт кроме дальних родичей здешнего кайроса, такие же рептилии, только обитающие в песках. Есть огромное море на юге, на берегах которого живут разрозненные немногочисленные дикие племена, не объединённые в государства. Есть Ла-Тредин в горах, есть так называемые Пустые земли…
– А какую часть мира занимает империя?
– Небольшую, – улыбнулся Хантер, – остальной мир всегда жил по своим законам и до сегодняшнего дня не обращал внимания на империю, так как она никому не мешала. Люди не слишком охотно лезли на необжитые территории, так как успели захватить самые комфортные для жизни места. Им не нужны ни пески, ни терзаемые штормами берега моря, ни ледяные пустоши севера. А обитателям тех мест нет резона нападать на империю людей, многие из которых очень неплохо владеют магией. Места хватает всем…
– Домиан, мне ужасно стыдно, но скажи, как называется этот мир? – я зажмурилась, так как мне было невыносимо стыдно смотреть на Хантера и Домиана: тоже мне, принцесса… даже названия мира не удосужилась выяснить.
– Мы называли его Круинн-Сэл, – совершенно спокойно ответил мой синеглазый нянь, – а какое имя дали ему люди, я никогда не задумывался, мне это было не интересно. Насколько я знаю, империя людей тоже не имеет какого-то названия: она просто Империя, так как других тут нет.
– Судя по письму, которое прислал Максимилиан, сейчас что-то принципиально меняется, и он не то хочет заручиться моей поддержкой, не то убедиться, что с моей стороны ему ничто не угрожает, не то что-то другое, о чём мы даже не думаем.
– Пусть приходит, – помолчав, кивнул Домиан, – в таких ситуациях лучше быть в курсе событий. К тому же не исключено, что его вторая половина будет более откровенной, тем более что ты совершенно точно понравилась его демону, Лиз. Напиши ему, что он может прийти завтра, ты примешь его.
– Но мне кажется, нужно будет спрятать от него Эллу-Марию, – вдруг подумала я, – ни к чему Максимилиану видеть её. Он же может почувствовать в девочке сильного мага и придумать какую-нибудь хитроумную гадость.
– Думаю, она сама решит, – неожиданно возразил Хантер, – почему-то мне кажется, что она не захочет прятаться. Но, скорее всего, действовать станем по ситуации. А сейчас, пока вестник ещё в силе, напиши ответ. Можно прямо на этом листке, Лиз.
С этими словами Хантер протянул мне карандаш или что-то очень на него похожее. Я положила листок на широкие перила и быстро написала ответ. Строчки словно сами ложились на бумагу, хотя я никогда в жизни – так я, которая не принцесса – не писала подобных писем.
«Дорогой брат Максимилиан, – писала я, – я, как и ты, встревожена доходящими даже сюда слухами о странных событиях, творящихся в Империи и за её пределами. Буду рада видеть тебя у себя в гостях завтра ближе к вечеру. Дай знать, когда будешь готов воспользоваться порталом: тебя встретят и проводят через охранный периметр. Я не могу тебе позволить рисковать жизнью! Любящая тебя сестра Элизабет».
