Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Глава 12

Каспер

Пришёл в себя я от невероятно приятного ощущения: кто-то положил мне на лоб прохладную мокрую тряпку. Я чуть не застонал от наслаждения, но вовремя сдержался, вдруг подумав о том, что не стоит торопиться и показывать, что я уже пришёл в себя. Вряд ли, конечно, кто-то хочет причинить мне вред: в этом случае вместо прохладного компресса я ощутил бы что-нибудь гораздо менее симпатичное. Но прежде чем открывать глаза, нужно попробовать вспомнить, по какой причине я валяюсь на чём-то мягком и приятно пахнущем тёплым сухим мехом.

Когда я шагнул вперёд, навстречу ледяным воронам, я открылся магическим потокам и чуть не захлебнулся в хлынувшей меня силе. Она была чистой, свежей, бурлящей, какой-то нетронутой. Бесшумный и все силы его! После этой силы та, которой я так восхищался в империи, показалась мне убогой, куцей и словно захватанной миллионом жадных рук. Эта же энергия сияла, сверкала и пенилась, и я, кажется, даже засмеялся от переполняющего меня восторга, вызвав удивлённые взгляды окружающих.

Я потянулся к своей магии и понял, что ещё никогда плетения не давались мне так легко, словно играючи. Выброшенная мной огненная плеть, правда, вместо алой была странного рыжеватого цвета, как шкурка редкого заморского фрукта, которым однажды угощал нас с Максимилианом один из прикормленных императором морских разбойников. Удивительный фрукт делился на дольки, и я до сих пор помнил его непривычный, острый и при этом сладкий вкус. Потом я пытался раздобыть хотя бы несколько уже лично для себя, но безуспешно.

Плеть получилась такая, что я едва удерживал её в руке, она словно сама рвалась вперёд, навстречу непонятным птицам. Что-то кричали людишки, толпящиеся за моей спиной, но я не обращал на них ровным счётом никакого внимания. Впервые за последние дни – теперь они казались мне годами – я купался в магических потоках, пил энергию, как истомившийся от жажды путник, вздумавший пройти по краю пустыни и добравшийся наконец-то до колодца с хрустальной холодной водой.

Плеть летала, свивалась в спираль, распрямлялась, уничтожая одну за другой ледяных ворон. Пару раз я боковым зрением замечал, что то одна, то другая птица пыталась подобраться ко мне, чтобы швырнуть своё ледяной перо, но тут уже не зевали воины, вооружённые странным металлическим оружием. Короткие стрелы если и не сбивали ворон, то во всяком случае, не давали им подлететь ко мне близко. Через какое-то, ка мне показалось, совсем непродолжительное время вороны сдались, и остатки стаи с недовольными криками исчезли в туманной метели, которая постепенно накрывала городок.

Я повернулся к Рифану и хотел сказать что-то по поводу того, что угроза была не такой уж серьёзной, но внезапно почувствовал, как уши словно заложило ватой, в глазах потемнело, а голоса людей отдалились куда-то очень далеко. А потом меня окутала мягкая темнота, из которой я вынырнул буквально пару минут назад. Интересно, что со мной такое приключилось? Я мог точно сказать, что потратил не так уж много магии, в любом случае мне и раньше приходилось иногда вычерпывать свой резерв до нуля, но такого побочного эффекта не было.

– Очнулся! – взволнованно прошептал кто-то рядом. – Хвала Снежной матери и дочерям её!

Потом послышались быстрые удаляющиеся шаги и уже приглушённый расстоянием крик:

– Очнулся маг!

Поняв, что покоя мне всё равно не видать, я попробовал сесть и с радостью понял, что у меня получилось, хотя в голове звенело, а перед глазами плавали разноцветные звёздочки. Ничего себе меня приложило вчера! Это сколько же я сил отдал, что в обморок свалился, чего со мной никогда в жизни не случалось?

Оглядевшись, увидел чистенькую, хотя и небогато убранную комнату с полукруглым потолком и очагом в углу. В нём весело потрескивали дрова, и по комнате расползалось уютное тепло, такое, какого, увы, никогда не даёт магический огонь. Сидел я на широкой лавке – кажется, эта штука без спинки, похожая на скамейку в парке, называется именно так – застеленной изумительной красоты шкурой. Да за такую любой имперский торговец душу бы отдал, не задумываясь. Я и сам не отказался бы постелить этакую роскошь у себя в замке в кабинете. Пусть все завидуют! А вот чего в комнате не было, так это окон, даже самого маленького смотрового окошечка – и того не наблюдалось. Заторможенная память встряхнулась, и я таки сумел связать воедино домики, похожие на сугробы, и то, что видел вокруг себя.

Висящая в углу шкура, не менее великолепная, чем та, что была на лавке, шевельнулась, и в комнату вошло сразу несколько человек, среди которых я узнал моего знакомца Рифана. Он улыбался мне, как лучшему другу, остальные же смотрели слегка настороженно, но не враждебно.

– Каспер! – воскликнул Рифан, хватая меня за руку и стискивая её в крепком рукопожатии. – Друг мой!

Друг?! Бесшумный и все силы его, что случилось-то? С чего бы я вдруг стал этому парню другом? У меня друзей вообще никогда не было, так как я всегда считал дружбу чем-то придуманным, искусственным, не имеющим отношения к обычной реальной жизни. Максимилиан тоже называл себя моим другом, но ведь от этого он не переставал подставлять меня, испытывать и подсовывать всякие неприятные поручения. Как, например, это задание с пятью разведчиками, что должны были пробраться во Франгай, среди которых оказались и Реджинальд фон Рествуд, и тот, кого я знал под именем Ференца ле Ньера. Так что вся эта дружба, о которой поют менестрели и пишут авторы приключенческих романов, которые я от скуки порой почитывал, – это лишь красивое слово. А в реальности никакой дружбы не существует, хотя многие и не хотят признавать этот очевидный факт. Но это исключительно мои мысли, и я совершенно не обязан знакомить с ними окружающих. Поэтому я улыбнулся и ответил на рукопожатие.

– Благодаря тебе мы смогли как следует потрепать ледяных ворон, – радостно сообщил Рифан, – ты уничтожил больше половины стаи, а мы обычно радовались, если удавалось подбить хотя бы парочку. Так что наша признательность не знает границ! Я обязательно расскажу Владыке о твоём подвиге, Каспер!

– Не стоит благодарности, – скромно отказался я от почестей, хотя восторженная похвала этого человека, явно занимающего не последнее место в здешней правящей верхушке, была мне приятна. – Здесь столько магии, что колдовать – одно удовольствие.

– Как ты себя чувствуешь, маг? – спросил невысокий человек, под тёплой курткой которого виднелась синяя рубашка целителя. Надо же, оказывается, они и здесь не отказываются от привилегии носить цеховую форму.

– Уже намного лучше, – любезно откликнулся я, ничуть не покривив при этом душой, – ещё есть небольшая слабость, но я уверен, что после того, как я смогу поесть, силы вернутся ко мне полностью. Причиной обморока стала, видимо, непривычная мне природа магии.

– Скорее всего, – кивнул человек, – обычно требуется некоторое время для адаптации, а ты зачерпнул сразу много. Вот тонкие настройки организма и дали сбой.

– Главное, что ты в порядке, – снова заговорил Рифан, – скажи, Каспер, как скоро ты сможешь отправиться со мной к Владыке? После сражения я отправил ему весть о твоём поступке, и он выразил желание лично познакомиться с героем, победившим ледяных ворон.

– Думаю, завтра я уже буду в полном порядке, – заверил я его, – отлежусь ещё немного, да и поедем. Это далеко?

– Не очень, – быстро переглянувшись с одним из стоящих у порога мужчин, ответил Рифан, – часть порталом пройдём, а часть – своим ходом, но совсем немного. Да и не пешком пойдём, а в санях проедем.

– В санях? – я нахмурился, так как о таком средстве передвижения только читал, да и то достаточно давно.

– Ну да, – Рифан с удивлением посмотрел на меня, – там к двум или трём ездовым морнизам прицепляют сани и едут. Это намного быстрее и безопаснее, чем передвигаться пешком.

Мы проговорили ещё около часа, причём всё это время пришедшие с Рифаном люди так и простояли в дверях, хотя я и предлагал им пройти в комнату. Они лишь сняли тёплые куртки, но ни проходить, ни тем более присаживаться не стали. В чём была причина столь странного поведения, я не стал даже задумываться. К чему мне вникать в непонятные обычаи людей, которых я больше никогда в жизни – очень на это надеюсь! – не увижу?

Потом меня проводили в соседний дом, как две капли воды похожий на тот, в котором я очнулся, и там меня встретил хозяин. Он смотрел на меня с таким искренним восхищением и благодарностью, что даже я ощутил где-то в глубине души странное тёплое чувство. После простого, но очень сытного не то обеда, не то ужина, меня стало клонить в сон, и я, еле попрощавшись с гостеприимным человеком, имени которого даже не запомнил, добрался до выделенного мне дома и провалился в сон. И только уже оказавшись на грани забытья и яви, я вспомнил, что даже не спросил у Рифана, что с Минни и Сеолом. Решив непременно узнать это завтра, я скользнул в сон. Если бы я знал, что увижу, то совершенно точно постарался бы вообще не засыпать.

Громкий свист ветра за окном башни говорил о том, что снаружи бушует непогода, в небе клубятся тяжёлые от ещё не пролившегося дождя тёмно-фиолетовые тучи. Я стоял у высокого стрельчатого окна и смотрел на беснующуюся за прочным, защищённым магией стеклом непогоду. В зале потрескивал камин, было достаточно тепло, но нога всё равно ныла: мне так и не удалось за все эти годы окончательно избавиться от последствий ранения. Впрочем, всё могло бы закончиться гораздо печальнее, так что надо радоваться, что нога в принципе цела.

Прихрамывая, я отошёл от окна, устало опустился в кресло возле письменного стола и задумался. Передо мной лежал документ, содержание которого я-во-сне знал практически наизусть, поэтому не стал перечитывать, а посмотрел – Бесшумный ведает, в который раз за последние дни – на последние строки.

Убористым аккуратным почерком там было выведено слово «приговор», но я прекрасно знал, что этот документ относится к сверхсекретным. И, скорее всего, кроме меня и секретаря его никто и никогда не увидит, так как здесь не уместны ни присяжные, ни адвокаты, ни обвинители. Есть я и есть он: тот, чью судьбу мне предстояло решить по праву победившего.

Секретарь любезно написал все варианты, которыми я на данный момент мог располагать. Они были написаны один под другим, но лишь напротив одного я должен был поставить подпись.

«Помиловать». «Заточить в башню». «Казнить».

Виски прострелила сильная боль, и я потянулся к кубку, в котором был налит целебный травяной отвар, рецепт которого, кстати, мне подсказал именно он. Тот, чья судьба была сейчас в моих руках.

Помиловать… Нет, всё моё существо противилось этому решению, так как я знал, что он не остановится, пока не уничтожит меня, пока не поквитается за всё, что я совершил. Он всегда будет оставаться для меня потенциальной угрозой, даже если принесёт магическую клятву не причинять мне вреда. Я ведь могу поставить такое условие для помилования… Впрочем, он никогда не пойдёт на подобное соглашение, так как, в отличие от меня, никогда не умел, да и не хотел прогибаться под обстоятельства.

Казнить… Раз и навсегда устранить того, в чьих глазах никогда не погаснет ненависть ко мне, того, кто никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет простить мне того, что счёл предательством. Но память коварно напомнила, что у нас есть общее прошлое, есть та, которая связывает нас силой крови, и та, которая стала причиной ссоры. Они обе никогда не смогут простить мне его смерти, даже если приговор будет приведён в исполнение в самых глубоких подвалах, куда никогда никто не спускается. Они непременно почувствуют его смерть и наверняка догадаются, что это моих рук дело, пусть и не в прямом смысле этого слова.

«Заточить в башню»… Компромиссный вариант, но, наверное, единственный приемлемый для меня. Есть в подвалах замка место, куда никогда не проникает даже самый слабый луч солнца, где царит вечный мрак и тишина. Никто не сможет выжить там долго, даже он. Особенно если наложить на решётку и дверь камеры соответствующие заклинания, блокирующие любую магию. Выбрав этот вариант, я уберегу себя от ненужной ненависти со стороны важных для меня женщин и при этом поквитаюсь со старым не то другом, не то врагом. Да, такое решение будет наиболее рациональным, верным, правильным. А чувства… А что чувства? Жил же я как-то без них последние много лет, значит, и дальше проживу.

Приняв решение, я взял перо и поставил подпись рядом со словами «Заточить в башню». Присыпал песком чернила, свернул документ в свиток, запечатал своей личной печатью и убрал в самый дальний угол сейфа. Пусть лежит там, подальше от ненужных глаз, а когда меня не станет, в хранилище активируется простенькое заклятье, которое уничтожит всё содержимое металлического ящика. Ни к чему посторонним знать тайны Каспера Даргеро.

Я вынырнул из сна, чувствуя, как суматошно, с перебоями колотится сердце. Что это, Бесшумный меня побери, было такое? Очередной сон-предсказание? Но о чём он? И, главное, кто тот, чью судьбу я решал? Кого я обрёк на вечное заточение в глубоком каменном подвале? Кто был мне одновременно другом и врагом? Насколько можно верить подобным предсказаниям? Да нет, всё это чушь и ерунда! Но, с другой стороны, я же встретил Сеола, которого прежде видел во сне. Кстати о Сеоле… Надо узнать, что с ним и с Минни…

Умывание холодной водой помогло стряхнуть липкие остатки сна, но не уняло тревогу в сердце. Может быть, дело было в том, что тот я, которого показал мне сон, не слишком мне понравился? Впрочем, об этом у меня ещё будет время подумать.

После завтрака, который мне принёс скромный парнишка, бросавший на меня благодарные и даже восхищённые взгляды, я собрал свои вещи, обнаружившиеся на невысокой приступочке в углу комнаты. Когда вошёл Рифан, я уже был полностью готов к путешествию.

– Скажи, – я задержался на пороге, – а что с моими спутниками?

– С ними всё в порядке, – слишком, как мне показалось, быстро ответил Рифан, – я же говорил, они поживут у нас в качестве гостей.

– Я могу с ними увидеться?

Не то чтобы мне этого действительно хотелось, но если бы я промолчал, это выглядело бы несколько странно. Захотеть убедиться в том, что с моими попутчиками всё в порядке, вполне естественно.

– Не сегодня, – покачал головой Рифан, – нам стоит поторопиться, скоро начнётся сильная метель, и порталы могут работать нестабильно. Ты увидишься с ними сразу, как только вернёшься после встречи с Владыкой.

– Хорошо, – кивнул я, подумав, что раз уж я тут такой герой, то вряд ли моим спутникам что-то всерьёз будет угрожать. А вот встреча с тем, кто стоит за всеми непонятными событиями последнего времени, – это действительно очень важно.