Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

– Б-братик?!… – угу, если дочь не родственника, называет парня, что останавливался у его родственницы, являющейся ровесницей опекаемого школьника, «братиком», то это значит… ох уж эти японские фетиши. Рин вон тоже щёчками чуть-чуть порозовела, а на Эмию вообще смотреть страшно. Только Лувия с Илией, как и положено нормальным европейцам, до всей этой дичи, что сейчас, судя по эмоциональному калейдоскопу, крутится в головах одной учительницы и японских подростков, не додумались.

– Кхм, – выразительно откашливаюсь, тем не менее позволяя прочесть по лицу, что их фантазии секретом для меня не стали. – Возможно, я что-то пропустил по незнанию языка, но если вам так интересно, Эмия-кун просто великодушно согласился помочь мне с приготовлением завтрака.

– Действительно, – сложила ручки на груди Рин, – что вас так удивляет? Вы же сами у него каждый день завтракаете и ужинаете, Фуджимура-сенсей.

– Я-а?… – форменный пиджак школьника, который гакуран, отпустили и сделали шаг назад.

– И Сакура-тян уже два года приходит ему помогать с готовкой и уходом по дому, – безжалостно продолжила давить чувства женщины Тосака.

– Откуда ты знаешь?! Тебе это всё Сакура-тян рассказала, что ли?

– Кто знает? – буквально пропела Рин, с намёком прикрыв глазки. – К сожалению, всё, что говорила мне Мато – личная информация… Но, думаю, всё так, как вы себе представляете, сенсей, – нанесла контрольный в голову начинающая тёмная чародейка. – Тем не менее, мы только что выяснили, что ничего особенного в том, что Эмия-кун готовит еду нескольким девушкам нет.

– Аэ-э-э…

– Но так как я понимаю переживания Сакуры-тян, я как раз хотела пригласить её к нам на чай, чтобы она могла спокойно поговорить с Эмией-куном и убедится, что он в порядке.

– Только Сакуру-тян?!… – в порыве эмоций, сложила кулачки перед собой учительница.

– Не знаю насколько уместно будет приглашать молодую учительницу в гости в дом, где поселился молодой отец-одиночка… это может вызвать разные толки… – очень достоверно изображая озабоченную репутацией Тайги задумчивость, протянула Рин.

Я же просто тихонько стоял и умилялся. Видимо, в призыве учитывалось не просто сродство душ, но ещё и умение кушать мозги. Судя по задумчивым взглядам леди Айнцберн и мисс Эдельфельт, те тоже о чём-то таком сейчас подумали.

– Н-ничего страшного, я просто приду удостовериться, что… э-э-э… что все хорошо устроились, – там явно было что-то вроде «что вы не устраиваете разнузданных оргий», но воспитание победило. Как и Чувство Долга, да.

– Да, конечно, Фуджимура-сенсей, – вежливо кивнула вежливая девочка-волшебница. И даже чуть-чуть улыбнулась. Эдакой бесячьей улыбочкой.

Зато вопрос с Сакурой решился сам собой – не успела девочка у ворот при нашем приближении заикнуться «Семпай?…», как учительница её едва ли не за шкирку взяла и потащила с нами. Взгляд Тайги пылал, не нужно было быть эмпатом, чтобы различить там посыл «борись за своего ОЯШа, подруга! Не смей уступать всяким левым Тосакам!»

До дома путь прошёл тоже без приключений, как, собственно и вечер в этом самом доме. Тайга с любопытством крутила головой, осматривая обстановку, фиолетоволосая девушка-красавица скромненько благодарила семпая, что каждый раз дёргался от такого обращения за приготовленный для неё чай и ужин, Лувия задумчиво изучала содержимое установленного мной бара и одобрительно цыкала. Разговор шёл о всякой мелочи и школьных буднях, в общем, тихо и спокойно. Нет ничего удивительного в том, что нервничающая с самого утра, несчастная, голодная и холодная Тайга, оказавшись накормленной, напоенной и успокоенной, задремала, кто сказал о снотворном в пище? Какие ваши доказательства? С Сакурой пришлось действовать несколько грубее и просто вырубить на середине разговора с Широ.

– С ней всё будет в порядке, Сефирот-сан? – с беспокойством спросил ОЯШ.

– Я с того света вытаскивал и людей по кускам собирал, так что вывести «глистов», пусть и будучи немного не в форме, смогу точно. Доставь пока Фуджимуру-сенсей на второй этаж, Широ-кун. А я пока отнесу её, – кивок на школьницу, – в лабораторию.

– Я с тобой, – не терпящим возражений тоном ответила Рин.

– Я тоже! – хором ответили Илия и Лувия.

– Я против, – без намёка на улыбку качаю головой. – Есть вещи, которые лучше не видеть.

– Я из семьи Айнцберн! – повысила голос Илиясфиль. – Меня с девяти лет готовили к участию в Войне Грааля! Все операции на моих Магических Цепях я перенесла в сознании и без анестезии! Я видела как создают гомункулов и что с ними происходит после использования! Если думаешь, что я испугаюсь посмотреть на какую-то хирургическую операцию, то ты – дурак!

– Сефирот, она моя сестра, – в противовес ей, не повысив голос и на полутон, серьёзно произнесла Рин, – я должна это видеть. Я должна видеть всё. Ты не заставишь меня стоять в стороне.

– Хорошо, – посмотрев в зелёно-голубые глаза девушки, сдался я. В конце концов, глупо ожидать, что призвавшая меня по сродству души чародейка поступит так, как я сам никогда бы на её месте не поступил. – Медея, мне может потребоваться твоя помощь, поможешь?

– Я в вашем полном распоряжении, мой Мастер, – прошептала мне почти что на ухо пребывающая в духовной форме Кастер.

На этом я подхватил школьницу на руки и понёс в жуткий мрачный подвал на опыты. Чем занимался Арчер, я не знаю, но из духовной формы он вышел и пошёл вслед за Широ, судя по выражению лица Эмии 2.0, он тоже хочет удостовериться, что в его арсенале есть достаточно тупой нож для жертвоприношений. Сэйбер, как всегда, последовала за своим Мастером, впрочем, думаю, скоро они спустятся к нам.

– Ого! – первое, что сказали девушки, посетив преобразованный подвал, ставший напоминать больше сверхсовременную операционную, чем просто цоколь.

– Эт-то, что, детское сердце? – глазастая Лувия кивнула на прозрачную колбу с обрабатываемым органом.

– Да, вырастил сегодня утром… – кладу Сакуру на стол и начинаю раздевать.

– Что ты делаешь? – ох, сколько возмущения от Рин.

– Тоже, что и с Илией. Я должен убедиться, что эти паразиты не оставили каких-то «подарков» или что за ними не скрыто ещё чего-нибудь более мерзкого. Будь я в форме, это бы решилось парой-тройкой диагностических заклинаний, но чего нет, того нет, потому проведём полноценный анализ. Лучше смотри и учись, – вместе с разговором закончил я избавлять исцеляемую от одежды, оставив только нижнее бельё.

– Хорошо, – Рин недовольно пожала губы, но дальше этого дело не пошло.

– Вставайте на прошлые места, работаем, как в прошлый раз. Медея, запитка общего контура, Рин, начинай прозванивать Цепи.

– А нам что делать? – спросила Лувия под солидарный кивок Илии.

– Следите, чтобы Широ случайно не зашёл, с его кармой, он сделает это в самый неподходящий момент, – не задействованные персоны, лучась недовольством, пошли охранять вход в жуткое подземелье от героических ОЯШей, а я сосредоточился на работе.

И оказался прав. Пакость действительно была, причём, отменного качества. То, что создатель этих паразитов сразу же почует, что с ними что-то не в порядке при попытке удалить заразу – это было ожидаемо, предсказуемо и проблем у меня не вызывало. Основная проблема была в том, что эти черви были слиты с… точно таким же якорем, что я видел в Илии. Нет, не так. Принцип был тем же, но вместо «гиперссылки» на души Героев, там конкретно прописалось существо с так порадовавшим меня ароматом. Точнее, очередная «гиперссылка» на него, но более явная, толстая. Ключевая. При этом, сама конструкция могла резонировать с тем, что было в фон Айцберн. И, при «срабатывании», то-бишь, воплощении Грааля из Илии, эта эрзац-копия так же могла сработать. И то ли «впрыснуть» в Грааль этой гадости, то ли отдельно воплотиться, второе вероятнее, поскольку первое бессмысленно – гадость уже там есть. Точнее, не гадость, а демон. Теперь, опираясь на «более скоррапченный» образец, это я мог видеть отчётливо, причём, демон чрезвычайно могущественный, но это всё, что я мог сказать о нём… кроме ещё одного интересного факта, на основе которого у меня начал зарождаться очередной полубезумный Хитрый План.

– Что же, приступим, – к счастью, энергетика девушки была лишь «чуть-покусана», да видны следы «переделывания».

Видимо, изначально её действительно готовили в наследницы другой магической семьи и взялись править энергетику, благо в этом мире это могут сделать и простые маги, а не только монстры уровня Зерефа или драконов, а вот после смерти отца Рин, задачи сменились. Почему это было «благом»? Потому что изменения проводились с расчётом на сохранение здоровья, долголетия и выполнения организмом всех функций, заложенных в него природой. Мне нужно было всего лишь удалить паразитов да чуть восстановить Магические Цепи и общий тонус организма, а не «собирать заново», как в случае Илии. В общем, хорошая «разминка» перед белокурой лолей, даже за рунированные скальпели хвататься не надо.

Опускаю руку на солнечное сплетение девушки и выпускаю из ладони жгуты симбионта, так, парочку основных к сердцу и мозгу – на всякий случай, теперь распространяемся по организму и аккуратно оплетаем натуральных червей… Ну и мерзость – эти твари не только энергетической структурой, но и плотью девочки питались, да не мышцами или там жировыми отложениями, а стенками матки. Убил бы! И убью… Но…

Тут я с удивлением обнаружил, что один из червей начал жрать симбу и прекрасно себя чувствовал, натурально переваривая клетки моего основного тела, более того, он попытался подключиться к моей собственной энергетике! Да что это за твари такие? Ла-адно, хочешь попробовать кусочек Сефирота? На, кушай, не обляпайся! Переданная по жгутику смесь маны Тьмы и Смерти, структурированная, точнее, деструктурированная и приведённая в максимально агрессивное состояние по заветам Хаоса уходит в червячка. Червячок проглатывает и… начинает разрушаться, а вот демону, которому досталось «пол капельки» через привязку, такое угощение пришлось по вкусу, вон как остальные червяки по обратной связи зашевелились. Неприятно, но приемлемо. Добиваю остальных, попутно силой Руж откачивая ту вредоносную ману, что не уходит демону и червякам, пусть её и мизер, но это не фруктовый сироп, так что нафиг. Тут главное не переборщить и не высушить саму пациентку. Но расчётных мощностей хватает. Так, всё, захватил и уничтожил всё постороннее. Теперь вытащим физическую основу из организма – можно было бы переработать на «строительный материал» прямо в теле Сакуры, но, даже после смерти эти черви каким-то невероятным способом сохранили функции якоря к тому демону, растворять же якорь в теле мага – это, считай, подарить гостю с иного плана идеальное вместилище, из которого его потом хрен выгонишь.

Раздвигаю плоть Сакуры до поражённых органов, стараясь не повредить при этом ни одной оболочки у клеток тела и дублировать где надо кровеносную систему, формируя сосуды из собственных клеток, в след за чем вытягиваю телекинезом плоских чёрно-алых паразитов. Уже дохлых.

– Ч-что это? – эм? Как здесь оказался Широ? Хотя, да… я же послал охранять проход от ОЯШа «Младшую Сестрёнку» и Химедэрэ, не подумал. Впрочем ладно, пусть смотрит. Очень полезная для разбивания разовых очков и глупых идеалов картина.

– Подарок «любящего дедушки». Или ты думал, что я шутил, когда говорил о паразитах? Но не отвлекайте, я ещё не закончил, – левитирую этот жутковатый, даже по моим меркам, якорь и перемещаю его в пустую банку, заодно с полок слетают нескольку ёмкостей с физраствором и белковой массой – послужат «стройматериалом» для восстановления нанесенных в ходе операции повреждений.

Более пяти процентов тела девушки, составляли паразиты, так что неплохо было бы восполнить их массу уже нормальной плотью, но это дело недолгое, знай вливай в открытые полости питательную субстанцию, да приживляй к телу в нужных местах, переработанное под геном девушки, правильное «мясо». Теперь всё закрыть, срастить и почистить от налетевшей пыли и накопленных телом вредных веществ. Во-о-от… Из тела Сакуры выступил пот, который я тут же убрал. А сейчас приступим к восстановлению физической составляющей Магических Цепей…

– Готово, – сообщаю через несколько минут, – пусть теперь поспит, а утром будет как новенькая, – честно утираю воображаемый трудовой пот, вся операция заняла почти полтора часа, с учётом «заточенного под человеков» инструментария Симбы и моего опыта – бездна времени.

– Она ведь всё помнит, так? – без эмоций, ровным голосом спросила Илия.

– Скорее всего, да, – врать я не видел смысла.

– Ты не смотрел? – фон Айнцберн подняла на меня алые глаза.

Вот что ей ответить? Что и так примерно представляю что там увижу и поэтому боюсь даже пытаться? Что меня и так раздирает от желания устроить маленький филиал Ада для отдельно взятой семьи, а после получения личных воспоминаний жертвы Мато Зокена, не факт что и активированная Маска Демона поможет удержать себя в руках? Я уже не то существо, каким был даже в начале своей жизни в Фиоре. Мои эмоции уже не связаны с химическим составом крови. Да, собственно, и не были никогда связаны – в массиве клеток симбионта никакой крови нет. Бой с Берсеркером наглядно доказал, что даже Боевой Режим теперь не защищает от сильных переживаний. Можно сказать, я окончательно сроднился с природой симбиота и теперь оперирование его возможностями для меня не тяжёлое переключение огромных тумблеров и рычагов на стене, а просто шевеление пальцами. И Боевой Режим уже не меняет алгоритм работы системы, а лишь дополняет её, став этакой второстепенной функцией программного обеспечения, вроде включаемого текстового редактора. А ведь я – это я. Стоит мне эмоционально за что-то зацепиться – и уже не отдам. Сама Илия тому пример – хотел выдрать, как сидорову козу, а уже позволяю себе уши пытаться оторвать – всё лишь бы не плакала и поскорее забыла пережитые страх и боль. Что будет, если я увижу прошлое Сакуры? Как к ней подсаживали этих червей и что она испытывала в тот момент? О чём думала? Кого звала на помощь? Я же после этого не только её, я Рин удочерю! Но…

Но.

Я не могу не посмотреть. Пусть всё это понимаю, но не могу. С вероятностью в восемьдесят девять и сорок три сотых процента психика и личность этой девочки критически повреждены. Не настолько критически, как было у четы Лонгботтомов в мире Поттерианы, но трещины и вырванные куски быть обязаны. И никто, кроме меня, не сможет их тут залатать…

– Я не хотел отвлекаться перед операцией, – даю ответ белокурой девочке. – Если я прав, там мне тоже придётся повозится с лечением, а это лучше делать при здоровом остальном организме. Но хватит об этом. Рин, – поворачиваюсь к не проронившей с начала моих манипуляций ни единого слова девушке, – в какую спальню её лучше отнести?

– В её собственную, – словно ожидала моего вопроса, без запинки ответила юная чародейка. – Пойдём, я покажу, – и развернулась к двери.

Позже…

Сакуре снился сон. Она уже забыла с чего он начинался и что в нём происходило. Это было что-то неприятное, страшное, но уже нет. Боль прошла, исчезло волнение. Её погрузили во что-то тёплое и мягкое. Оно не шевелилось и не дрожало, не семенило тысячами лапок по её телу, не щекотало кожу миллионами усиков, не холодило панцирями и выделениями, не кололо вгрызающимися жвалами… Оно было неподвижным. Сильным. Успокаивающим. Внутри него было хорошо и не страшно. Как будто большое, пушистое и тяжёлое одеяло в белой накрахмаленной простыне, которым её когда-то давно укрывала мама во время зимы.

Это что-то было разумным, но молчало. Оно ничего не хотело от Сакуры, но как будто хотело дать что-то ей. Тепло, распространяющееся от него, грело, выталкивая из неё что-то нехорошее. Что-то липкое и знакомое, но о чём не хотелось помнить. Это что-то пыталось сопротивляться, цеплялось за её воспоминания, стремилось вытащить их перед её лицом, но отступало, а воспоминания блекли. Чёрный ветер, который не получалось почувствовать кожей, но который, почему-то, было видно, сдувал их, отгонял от неё, обращался россыпью ослепительных снежинок и тут же воздвигал из себя отливающие серебряной лазурью стены, которые не давали тому липкому пройти внутрь.

А потом её качали, как будто кто-то очень-очень большой взял на руки и прижал к груди, щекоча макушку острой бородкой.

Папа…

Он что-то тихо и заботливо говорил, гладил её по голове и она засыпала, хотя не хотела засыпать. Хотела остаться – слышать голос, чувствовать прикосновение рук и ощущать эту большую, тёплую грудь под своим маленьким телом.

Безопасность…

Что-то мягкое и незыблемое вновь окутало её со всех сторон, вымывая переживания и делясь теплом заботы. Забота тёплая и очень мягкая, как серые рукавички из заячьего пуха, теперь она это знала. А ещё есть что-то чёрное, злое, опасное, оно горит, как раскалённый металл, и морозит, как северный ветер, оно рядом, но оно не тронет. Это ярость, но не на неё. Она ничего не сделала и не виновата – ярость так говорит. Ярость тоже мягкая и тёплая, только немного колючая, как одеяло из верблюжьей шерсти.

Спокойствие…

Оно холодное и белое, как свежевыпавший снег. Но не неприятное. Не холодящее, как что-то другое, что она раньше помнила. Оно обнимает и шепчет, что-то доброе. Не так как папа и мама, но приятно.

Кто-то сжал её руку – и стало вновь тепло. Уютно и мирно, как когда-то очень-очень давно. И появился луг полный цветов. Он бежала и смеялась, с трудом поспевая за быстрыми шагами старшей девочки, которая что-то хотела ей показать. И всё было хорошо. Очень хорошо. Как и обещал чёрный ветер…

Спальная комната на втором этаже дома семьи Тосака.

Отпустив виски девушки, я выдохнул и открыл глаза. Маска Демона всё-таки легла на лицо и, пусть не полностью, но помогла справиться с чувствами. Рин с окаменевшим лицом сидела у кровати держа сестру за руку и хоть даже в теории не могла видеть и сотой части того, что увидел я, каким-то образом всё знала. Сестринское сердце, банка с магическими червями или сродство душ, но она знала. И я не мог даже удивиться по этому поводу, уже хотя бы потому, что мои мысли сейчас были заняты совсем другим.

– Я убью его, – тихо проинформировала Рин. Без истерик, без надрыва, просто объявила о своих намерениях. И я был твёрдо уверен – пойдёт и будет пробовать убить. Даже в одиночку.

– Тогда нам нужно поспешить. Он уже знает о гибели червей и может попытаться сбежать.

– Сефирот… – льдистые в ночной темноте глаза Тосаки повернулись ко мне, отражая ещё едва осознанный самой девушкой вопрос.

– Даже не думай об этом спрашивать, – возможно чуть более жёстко чем надо, оборвал её я.

– Но ведь я… дальний круг, – ничуть не смутилась Рин, продолжая прямо смотреть мне в глаза.

– Уже нет. Возможно ещё не семья, но… – поворачиваю лицо к умиротворённо сопящей на кровати Сакуре, – его душу я отправлю в мир, где существует такая боль, о которой он и понятия не имел.

– … – волшебница опустила взгляд к руке сестры, которую до сих пор сжимала. – Спасибо…

Чуть позже. Общая гостиная дома Тосака.

– Тосака!… – подскочила с дивана подросток едва мы вошли в комнату, но тут же осёкся, увидев моё лицо. – Что?…

– Не пугайся, Широ-кун, это я, – успокаиваю парня, впервые увидевшего меня с короткими чёрными волосами и другими чертами лица, когда-то выбранными в качестве внешних атрибутов состояния «Маски Демона». – В этой форме мне проще сдерживать эмоции, а мне это сейчас необходимо.

Не сразу, но Эмия понял и успокоился, как и все остальные. Их всех мы с Рин выгнали из спальни, как только укрыли Сакуру одеялом, чтобы не отвлекали меня всплесками своего эмоционального фона и поверхностных мыслей. Пусть десяток метров по прямой между комнатами сложно было назвать препятствием для псионических сил, но это всё равно было лучше, чем прямо под ухом. Слишком уж тонкой была работа и слишком важным был в неё внутренний настрой целителя.

– Эдельфельт, я знаю, что мы противники, но прошу тебя сегодня о перемирии, – ничего не выражающим тоном, сообщила Тосака, глядя мимо девушки.

– Раньше тебя такие формальности не волновали, что изменилось? – сложила руки на груди блондинка.

– Мы с Сефиротом отправляемся к семье Мато и я не смогу защитить Илию и Сакуру, если ты прикажешь Арчеру напасть на них, – сухо и бесцветно ответила Рин. – Ты примешь моё предложение, Эдельфельт? – голос чародейки не изменился, как и направление взгляда, но я ни мгновения не усомнился, что на языке у неё повисла невысказанная, но подразумеваемая фраза: «Или мне нужно уничтожить тебя прямо сейчас?», как не усомнился и в том, что она это сделает, если получит отрицательный ответ. Подвергать риску свою сестру Рин больше не собиралась.

– Конечно, я согласна, – то, что соперница сейчас совсем не настроена шутить почувствовала и Лувия. – Я не собираюсь уступать тебе Тосака Рин, но я хочу честной победы и не опущусь до такой подлости, как убийство беззащитных! Что бы ты себе не думала, но у семьи Эдельфельт тоже есть Честь!

После этих слов Рин прямо посмотрела в карие глаза гостьи. Несколько секунд они мерились взглядом, но потом моя подопечная отрывисто кивнула, показывая, что услышала и согласилась поверить данному слову.

– Мастер, – позвала Медея, неуверенно разглядывая новые черты моего лица, – пока вы были заняты, я установила вокруг дома защиту. Ни один дух, маг или обычный человек не пройдёт внутрь без моего разрешения, но мне не обязательно быть рядом, позвольте мне пойти с вами?

– Я тоже пойду, – начал было ОЯШ, но Рин заставила его замолчать одним жестом.

– Нет. Это внутреннее дело семьи Тосака. Кастер может пойти, так как она Слуга Сефирота, но ты останешься здесь.

– Но Сакура – не чужой для меня человек! – и это было правдой, пусть парень и не мог разобраться толком в своих чувствах, поскольку он восхищался и испытывал влечение к Рин, но, в то же время, остаться равнодушным к милой девушке, что два года за ним едва ли не хвостиком ходила он тоже не смог. И вот по этому пункту у меня было что сказать ОЯШу.

– И именно поэтому тебе нужно остаться здесь. С ней, – школьник перевел на меня недоумевающий взгляд.

Что же, пожалуй, он действительно имеет право знать. Как и Илия, пережившая почти тоже самое и в чём-то даже худшее.

– Девочке не просто подселили паразитов. Её целенаправленно ломали, превращая в послушную куклу-исполнителя. Она не должна была даже стать бойцом семьи Мато на этой войне, её ролью было получить Командные Заклинания от Грааля, призвать Слугу, а потом передать их Мато Синдзи. Что и случилось. С неё сорвали Командные Заклинания и отобрали Слугу, дальнейшая её роль – быть безропотной кормушкой для Мато Зокена, который тянул бы из неё магию, пока она окончательно бы не истощилась, а потом сожрал своими жуками. Её психика надломана и единственное, что до сих пор удерживало в ней личность – это ты. Ты стал для неё самым близким человеком, который вытащил её из глубин отчаяния, хоть сам этого и не понимал. Ты для неё сейчас – всё. И поэтому ты должен остаться здесь, с ней. Я смог починить многое из разрушенного, стереть самое страшное и обновить самое светлое и счастливое, но якорем для неё стал ты и только ты можешь дать ей душевное тепло, которое позволит по-настоящему исцелить душу.

– Значит, она… – оторопевший парень отступил на шаг и, споткнувшись, упал на диван, но даже этого не заметил. – Она сама…

– Да. Она сильная и сделала всё, чтобы выжить. Неосознанно боролась и сражалась с навязанной извне судьбой. Она не знала что делать и как, но всё равно поступила правильно – цеплялась за тебя и черпала силы из своих эмоций, чтобы не дать разуму распасться на куски. Пусть она не имела шансов победить, но она боролась и, вопреки всему… сейчас… почти победила.

– Почти победила… – эхом прошептала себе под нос Илия, поджимая губы. – Братик Широ… – эмоции девочки взвились разноцветным смерчем, но не приходилось сомневаться, что сейчас она переносит ситуацию на саму себя и находит множество не самых приятных, но ярких общих черт.

– К тому же, есть и вторая причина, по которой ты должен остаться, – решаю нужным расставить все точки над ё. – Прости за откровенность, но ты слишком слаб, а мы идём за головой твари, не стесняющейся использовать самые мерзкие и грязные методы. Отвлекаться же на твою защиту – это дать лишний шанс врагу ударить или сбежать. А не отвлекаться – это риск, что он захватит твоё тело и, например, использует Командное Заклинание на Сэйбер для атаки нас в разгар боя.

– Тогда, – парень сжал кулаки, а на его висках задрожали желваки, – возьмите с собой Сэйбер, – Широ взглянул на Рин, и в этом взгляде было не меньше решимости, чем у самой чародейки. – Я останусь, но она сможет вам помочь. В отличие от меня, Сэйбер сильна и не будет обузой, а в защищённом Кастер-сан доме, в котором, к тому же, останется Арчер-сан, нам ничего угрожать и так не будет. Сэйбер, ты же поможешь им?! – теперь Эмия смотрел на мечницу.

– Я сама хотела попросить у Рин разрешения участвовать, – кивнула рыцарь. – Такие чудовища не должны существовать и мой долг уничтожить Мато Зокена за то, что он успел сделать. Если Сефирот и Рин позволят, я пойду с ними. И доверю Арчеру твою защиту.

– Арчер? – хозяйка дома повернулась к мрачно молчавшему в стороне Эмии 2.0. Он сидел на диване у окна, боком закинув одну ногу на другую, и смотрел на улицу. Если бы не скошенный в нашу сторону глаз, можно было бы сделать вывод, что его вообще не интересует происходящее рядом.

– Хорошо, я присмотрю за ним в твоё отсутствие, Тосака Рин, – без задержек, но и не торопясь, отозвался дух.

– Тогда решено, – констатирую, не став тратить времени на дальнейшие разговоры. Шаг к Сэйбер, на её плечо ложится рука и я вливаю в девушку поток маны Жизни, наблюдая как зелёные глаза мечницы распахиваются в изумлении. – Кастер, – когда с восстановлением силы блондинки было покончено, поворачиваюсь к Медее, – наложи на нас, пожалуйста все возможные защиты и усиления. Ману не жалей.

– Несколько минут, Мастер, – ответила девушка и буквально «утонула» в целом сонме различных магических кругов… – Ох, ну у вас двоих и Сопротивляемость, – донеслось из недр конструкции. Но, примерно десять минут спустя оттуда же донеслось довольное «готово» и я попросил «рейдовую группу» встать рядом со мной. Расположение поместья было взято из памяти Сакуры, а потому вытягиваю руку и создаю чёрную арку портала.

– Пойдём, – и первым же захожу внутрь.

Задерживаться никто не стал и спустя считанные секунды рядом со мной стояли Рин, Медея и Сэйбер, после чего портал закрылся. Вопросов никто не задавал и ничем не удивлялся, древней колдунье так и вовсе всё было не до этого, так как она сразу приступила к запиранию пространства различными барьерами, дабы наш «друг» не смог смыться, ну и чтобы лишних свидетелей не плодить. Ну а я решил поздороваться с Зокеном.

Огромный силовой купол накрыл поместье Мато и под ним сразу раскрылся не менее огромный портал, буквально начав вырывать дом с корнем, засасывая его в…

– Куда ты его? – пусть Рин и была в ледяном бешенстве, но всё же поинтересовалась.

– Примерно в район Меркурия, точнее, ещё ближе к Солнцу, дальше гравитация доделает дело. Мог бы открыть ещё ближе, но тогда или вещество звезды попало бы на Землю, или саму планету затянуло в звезду. Это пятый и шестой способы уничтожить ваш мир.

– Ясно, – коротко кивнула Тосака. – Зокен?

– Жив… – я повернулся туда, где почуял перемещение на редкость гнилой и мерзостной ауры, поправка, двух аур. Вторая, впрочем, была просто «с гнильцой», а не прогнившей до основания. Но… на смертный приговор Мато Синдзи тоже заработал.

– Кхе-кхе, как невежливо с вашей стороны, молодые люди. Ломаете чужие вещи, разрушаете дома… в очередной раз, – лысый старик опирался на трость и с укоризной глядел на нас. Добрый, мать его, дедушка.

– Прими ты моё предложение и став моей девушкой, всё могло бы кончиться иначе, – глумливо поддержал старика подросток с бледно-фиолетовой шевелюрой, обращаясь к Рин. Оба они не испытывали и тени страха или сомнений.

– Как глава семьи Тосака, я объявлю тебе, Мато Зокен, смертный приговор. Сегодня ты и твой род будут уничтожены за то, что предали доверие Тосака, – не обратив на Синдзи и капли внимания, посмотрела только на старика девушка.

Я же всё время разговора следил за обстановкой, пытаясь понять, что меня так настораживает. Райдер в духовной форме, что была рядом с Мато-младшим я заметил быстро, но что-то было ещё. Обязано было быть, иначе этот дедушка не лучился бы таким превосходством при виде аж трёх Слуг, пришедших по его гнилую и червивую душу. Кстати, от этой души ещё и разило уже знакомым мне демоном.

– Такие громкие слова для такой мелюзги, – расплылся в улыбке старик. – Ассасин, убей их!

– Асса… – начала было Рин, до договорить ей не удалось – я резко рванул её на себя и девушка прикусила язык. На том месте, где мгновение назад был её затылок, материализовался короткий меч, сжимаемый в руке двухметровой фигуры, окутанной в рваный чёрный балахон и дополнительно окружённой вуалью тьмы.

А ещё, я совершенно его не чувствовал. Ни в одном из спектров – эмоциях, ауре или даже душе. Полный скрыт. Драконьи глаза и сейчас, когда он вышел из духовной формы, видели только его тело, словно стали обычными человеческими. Единственной хоть как-то выделяющейся деталью Ассасина была маска-череп и несколько шипов-украшений, попутно прикрывающих заднюю часть шеи и затылок убийцы.

Однако это было не важно – свет из моих глаз уже рвался к его телу, яростно продираясь сквозь ставший вязким и неподатливым на полном ускорении воздух, а в руках материализовались извлечённые из подпространственного кармана клинки.

Доля мгновения в реальном времени, луч почти достиг тела противника, но тот успел выгнуться дугой, пропуская смерть мимо.

Быстр, – отметило сознание. – Быстрее Кухулина, – продолжило оно, когда враг избежал удара клинка и сам атаковал, вынуждая уклоняться уже меня. А дальше строчки анализа чужого стиля пустились вскачь.

– Райдер! Атакуй! – для меня с огромной задержкой, но фактически, одновременно с командой деда и удивлением Рин, взревел Синдзи, но ничего не произошло. – С-сучка, я приказываю тебе атаковать их! – будущий труп ткнул в нашу сторону пальцем, а книжка, сжимаемая им в руке, полыхнула выбросом маны.

А ну да, эта ошибка природы не может в магию, а потому вынужден пользоваться посредником-гримуаром и командные заклинания в нём. Кстати, да, пока я осторожно «пробовал на зуб» защиту Слуги, уделил часть внимания мелкому ублюдку, с приятным хрустом телекинетический пресс упаковал биомусор в компактную коробочку, из которой текла кровь и лезли уже знакомые мне черви. Последних я тоже «утрамбовал».