Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 7. Обучение

Проще жопой съесть арбуз, чем закончить этот ВУЗ!

Студенческая поговорка.

Воистину, всё познается в сравнении, если до того я считал, что Коннорс взялся за меня всерьёз, то теперь я понял, что просто его плохо знал (очень, очень плохо знал)! В нём действительно живёт монстр, но это совсем не Ящер…

Темп исследований моей тушки здорово упал – Симбионт не спешил делиться своими секретами, а идеи по его изучению пока не приходили в наши с Доком гениальные головы (да-да, я очень скромный). В итоге всё высвободившееся время учёный посвящал мне (а точнее моему образованию, будь оно…). Теперь манера наших занятий изменилась – на ночь он задавал мне изучить тот или иной материал (вот зачем я ляпнул, что не нуждаюсь во сне, зачем?), а когда утром приходил на работу – отвечал на возникшие у меня вопросы, проводил пару тестов на уже освоенные темы, после чего мы приступали к лабораторным практикам. Было тяжело, хотя это слово не способно полностью передать всего… было (ярость вкл.) ЧЕРТОВСКИ ТЯЖЕЛО (ярость выкл.)… да, так лучше. Я думал, что не справлюсь – усталость накапливалась, как снежный ком. Нет, физически я был бодр и свеж, да я даже не представляю, какие нагрузки могли бы утомить симбионта, но вот умственно и морально… В общем, как всякий нормальный студент, я искал способы облегчить себе жизнь… и-таки нашёл один, а дело было так…

Я сидел и читал очередной учебник по органической химии. Данный предмет давался мне хуже всего и вызывал стойкую неприязнь, разумеется, по законам Мерфи, химия была чуть ли не базисом всей молекулярной биологии и знать её нужно было на очень приличном уровне. Так что добрый доктор Менгеле, как я ласково стал называть Курта, (он сильно возмущался таким сравнением и недоумевал – за что это его так, когда же узнал, что за бесчеловечное обращение с бедным жив… э-э-э… биологическим оружием, ну оч-чень недобро усмехнулся и поведал, что это ещё не бесчеловечное обращение, но раз я так настаиваю… и стал задавать на изучение ровно в два раза больше, причём мои мольбы о пощаде остались совершенно безответными…), завалил меня целой кучей дополнительной литературы, которую я должен был освоить всего за (быстрый взгляд на часы) четыре с половиной часа, что осталось до прихода моего муч… учителя.

Я читал этот долбанный учебник, пытаясь вникнуть во все эти хитросплетения бензольных колец, катализаторов и прочей жути, когда меня накрыло. При чтении я впал в состояние, чем-то похожее на транс. Хотя на мой взгляд ему бы больше подошло название полубоевого режима – с одной стороны сознание начало становиться кристально чистым, мысли выстраивались ровными шеренгами, но с другой – эмоции-то тоже никуда не девались. Я смотрел на учебник и ловил себя на том, что знаю, что написано в следующей главе, хотя ещё даже не открывал её, более того, я не просто знал, но и понимал, как и зачем проходят описанные в книге реакции. Моему удивлению не было предела (именно так я и понял, что эмоции остались). Столь яркое чувство нарушило концентрацию, в результате чего, меня выбило из транса.

– Ох, что это было? – я тряхнул головой, подмечая, что начинаю всё чаще задавать себе этот вопрос.

Такое чувство, будто я уже когда-то читал этот учебник, но как? И тут до меня дошло – Паркер! Он был ассистентом Дока, и скорее всего, изучал ту же программу. И ведь раньше ничего подобного я за собой не замечал… Угу, но даже самый мощный комп не может обработать большой массив данных мгновенно, а тут речь идет о почти 25 годах жизни, включая в себя не только "картинку и звук", но и запахи, тактильные ощущения… да кучу всего!

И что, теперь я смогу свободно ориентироваться в генетике, используя опыт Питера, весьма неглупого парня, между прочим? (Опустим, что в бытовом плане-он частенько бывает полным пнём и даже валенком.) Ага, как же, держи карман шире! Я действительно мог выкопать из своих воспоминаний кучу прочитанных Пауком учебников… вот только к пониманию того, что же именно там написано я не приблизился ни на шаг – их всё также приходилось читать, хотя и "с памяти". Но как тогда я умудрился постигнуть суть первой книги?

Вменяемой версии у меня не было, поэтому я решил сегодня добить заданный материал, а утром, когда придёт Коннорс, осчастливить его новым фортелем моего организма…

Результат… Курт был в восторге и битый час вытряхивал из меня подробности событий, вплоть до того, о чём я думал, где сидел, на каком месте главы меня накрыло (хорошо ещё от вопроса, откуда в Симбе есть память о весьма специфической литературе удалось отвертеться, прикинувшись шлангом). Примерно неделю мы убили на выдвижение, опробование и разочарование в различнейших теориях, от подключения к ноосфере Земли, до открытия третьего глаза и пробуждения пророческого дара (мол знания – от меня будущего, который эти книженции уже прочитал). И только через неделю показались первые результаты. Вся соль оказалась в ассоциативных цепочках – поскольку Веном имеет абсолютную память, он не мог держать все знания в "оперативке", поэтому большая часть знаний хранилась в «долгой памяти», правда полностью уничтоженной моим вселением, впрочем, это сейчас не важно. Так вот, вся память, добытая "захавыванием" автоматически отправлялась именно в «дальний ящик», в то время как в жизни пользоваться можно было только "оперативкой". Но благодаря ассоциативным связям, нам удалось прикрепить некоторые воспоминания из «долгой памяти» к "оперативке". Нет, халявы не получилось, но процесс обучения ускорился на порядок.

Проходил он следующим образом: я читал очередной учебник в состоянии транса (три дня учился не выпадать из него от каждого чиха, под конец мне казалось, что я смог победить свой организм-головную боль я всё-таки заработал), параллельно находя его в «долгой памяти», а потом пытался наложить воспоминание на текущий момент. Дело было сложным, муторным, к тому же некоторые вещи, очевидные для Паркера вызывали у меня вопросы и приходилось частенько лазить в справочники, но возможность "проглотить" учебник толщиной с большую советскую энциклопедию за пару часов того стоила.

В таком темпе я дожил до середины августа, когда понял – дальше так продолжаться не может, мне нужен выходной, иначе я точно кого-нибудь прибью (есть подозрение, что этот "кто-нибудь" имеет привычку отзываться на фамилию Коннорс). Поэтому ночь я провёл в интернете, узнавая новости за месяц моего отсутствия в жизни города. Было на удивление тихо – Паучок всё также ловил всяких мелких уголовников (хотя в мегаполисе с населением в восемь миллионов человек и десяток таких Пауков особой роли не сыграют, но Паркер такой Паркер). Главным событием месяца был свершившийся запуск на орбиту шатла с зондами для исследования лунной поверхности.

Я вздохнул с облегчением – где-то в глубине я опасался, что его величество Канон всё-таки попытается вернуть сюжет в привычное русло и мне придётся слетать подышать вакуумом. В том смысле, что пусть я и не путешествовал во времени в прошлое, но отчасти к моей ситуации вполне подходила теория «Исторической колеи», что противоположно теории «Бабочки Брэдбери», и говорит о том, что какие бы изменения ни пытались внести в уже сложившуюся временную линию, она всегда будет стремиться нивелировать внешнее воздействие и вернуть течение событий в изначальную колею. Для меня бы это могло обернуться тем, что по какой-то причине Спайдермен мог бы влезть в лабораторию Коннорса, застать меня в некой неоднозначной ситуации, вроде перестраивания одежды из чёрной слизи, включить режим полицейской мигалки и, ничего не слушая, начать конфликт, итогом которого, стала бы цепь совпадений, что всё равно привела бы меня к печальному итогу на космодроме. Или что-то подобное могло случиться в ходе одного из моих походов в город. Или ещё как-нибудь. Это реально была довольно страшная перспектива, которая заставляла очень тщательно следить за обстановкой и стараться вести себя тише воды ниже травы. Я и преподавательскую тиранию Коннорса терпел во многом по этой же причине, а не только потому, что сам хотел разобраться с тем, что я такое и получить хорошие документы для жизни в этом мире, включая элитарную корочку о учёбе в Колумбийском университете. Но всё обошлось, и это было замечательно.

На радостях от таких новостей, когда утром вернулся профессор, я поставил его перед ультиматумом – или я получаю сутки отдыха, или он получает вконец озверевшее биологическое оружие высокоразвитой цивилизации с больным, но очень богатым воображением. Док посмотрел на мою бледную и мрачную физиономию и проникся. Причём настолько проникся, что даже хотел выделить мне небольшую сумму денег для "проветривания", как он сказал, от чего я отказался – и так обязан ему по гроб, а брать деньги у инвалида, который ещё и семью содержит… от одной мысли об этом меня передёргивало. Ещё раз пообещав себе помочь Доку с рукой при первой же возможности (появилась у меня одна мысль, как обойтись без слияния), я вышел в город.

И вот я стою на улице и наслаждаюсь звуками большого города (запахами наслаждаться не получалось – духами там и не пахло). Впереди целые сутки отдыха и ничегонеделания, а в кармане ожидали своего часа почти восемь тысяч зеленёньких, хе-хе.

Чем бы заняться? Кажется знаю!

Молодой черноволосый парень, одетый в тяжёлое кожаное плащ-пальто, направился по улице, что-то тихонько напевая себе под нос…

Глава 8. Мечты сбываются

Иногда движение вперёд является следствием сильного пинка под зад.

Неизвестный философ.

Выходной! Как же я тебя ждал! Настроение поднялось на заоблачную высоту, хотелось петь, танцевать и обнять весь этот мир (хотя лучше не мир, а пару красивых девушек… и не только обнять, но это к делу не относится). Первое, на что я потратил деньги – купил здоровенный хот-дог со всеми возможными приправами к нему… м-м-м, пусть гадость и фастфуд (да и сосиска соевой оказалась), но это всяко лучше, чем те бомжпакеты, на которых я жил последний месяц. Нет, понятно, что Курт приносил ещё и бутерброды и ещё всякого по мелочи, но в основном заварные пюрешки да лапшу, просто потому что, а что ещё ему приносить, если из бытовой техники в лаборатории присутствовал только электрический чайник? Плюс, у мужика вообще-то всего одна рука, и с таким раскладом много сумок не поносишь. Само собой, во время своих отлучек в город, я тоже порожняком не возвращался и где перекусить по-человечески находил, но если ты один раз в неделю умудряешься съесть горячий «обед» в круглосуточной закусочной и прикупить колбасы с молоком, это не значит, что ты не устал от заварной лапши, которой питаешься всё остальное время.

В общем, горячий хот-дог был, без шуток, приятным разнообразием в моей жизни, да и вообще идея устроить себе праздник живота виделась мне крайне привлекательной. Но ресторан подождёт, прежде всего стоило сделать то, о чём я мечтал все те долгие, одинокие дни, проведённые мной в лаборатории Коннорса, и что было крайне сложно сделать глубокой ночью, когда все нормальные люди спят и далеко не все магазины работают.

Поэтому доев сосиску в булке, я направился в магазин электроники и бытовой техники, который приметил уже давно. За пять лет учебы в универе, я как-то привык, что дорогу до альмаматер мне постоянно скрашивала музыка, и теперь без плеера я чувствовал себя очень неуютно. Пусть первое время меня сильно отвлекала новизна обстановки, да и компьютер в лаборатории позволял не только новостные сайты открыть, но и музыку послушать, вечно жить без возможности запустить что-то тематичное под настроение и в любой момент времени я не собирался.

И вот я вхожу в магазин, ищу нужный отдел, начинаю осмотр прейскуранта, и-и-и… Понимаю, что отдел с плеерами меня откровенно разочаровал – выбор был, конечно, большой, но вся продукция, представленная мне постоянно улыбающимся продавцом, что ещё и кучу советов давал где надо и где нет (сервис у них неплохой, но уж больно навязчивый), была откровенно хлипкой, я же печёнкой чувствовал – спокойной жизни мне не видать. Последней каплей стала попытка этого типа впарить мне РОЗОВЫЙ плеер со стразами, как самый модный в этом сезоне (кажется у меня задёргался левый глаз, хотя, казалось бы, я – чёртова чёрная слизь, откуда бы такие эффекты? Но вот оно как-то само… Видимо, что из условных рефлексов, которые просто прописались в моторику управления телом).

Собрав всю волю в кулак (нельзя убивать идиотов в центре магазина с кучей свидетелей и видеокамер), я героически сбежал в другой отдел. Там торговали телефонами. Милая девушка, дежурно улыбаясь, поинтересовалась, чем она может мне помочь. Я поинтересовался наличием у них трудноубиваемого телефона с большой памятью и стоимостью в пределах пары тысяч. Радости моей не было границ, когда мне принесли требуемое. Девушка стала рекламировать предлагаемый товар, что-то там было про титановый корпус, гашение вибраций и сотню гигов памяти. Мне оставалось только кивать и мысленно провозглашать: «Прел-л-лес-с-с-с-сть, наша прел-л-лес-с-с-сть, голум, голум». Таким образом, выложив за девайс полторы тысячи, я стал счастливым обладателем этого монстра инженерной мысли и наушников к нему. Музыкой заправиться в магазине мне не светило – не было у них такой услуги, да и законы о нарушении авторских прав у америкосов весьма суровы, что, к слову, подарило мне не мало проблемных минут ещё на этапе поисков где бы скачать треки на компьютер в лаборатории. То есть тут тоже ещё надо было повозиться, но главное – устройство у меня появилось.

Собственно, следующим местом в плане посещений стало интернет-кафе. Заплатив за пару часов сидения в глобальной паутине, я заправил свою игрушку музыкой почти под завязку (да, с пиратством у них совсем туго, но спасибо нашим доблестным флибустьерам – на Российских серверах всё было в порядке… да, миры и времена могут меняться, но тяга к халяве у наших людей будет всегда и это хорошо!).

Потихоньку вечерело. Желудок напоминал, что неплохо бы было что-нибудь в него закинуть, желательно мясное, горячее и побольше. И, словно мир решил наградить меня за всё хорошее поведение и небывалую самоотверженность в учёбе, по выходу из интернет-кафе я увидел человека, от вида которого всё внутри аж прострелило, и, что называется, организм встал в стойку.

В лёгком летнем платье и со вселенской тоской на лице, мимо меня прошла Фелиция Харди.

Чуть выше среднего роста – около 170 см, голубые глаза, хорошенькое личико и просто изумительная волна золотистых волос до талии. М-м-м… да, на месте Паркера я бы тоже попытался за ней поухлёстывать. Из воспоминаний Питера, я знал – сия особа, помимо очаровательной внешности, имеет незаурядный ум, хотя, опять же по памяти Паучка, иногда "включает" классическую блондинку, и прямо-таки талант по привлечению неприятностей на свои вторые 90 – память любезно сообщила, что только за последние полгода её три раза чуть не убили и даже разок похитили. Любовь это или нет, но я просто не мог пройти мимо такого знакового персонажа. Как истинный фанат вселенной Марвел, да и в целом не особо даже великовозрастный, но при этом сто процентов балбес (себя стоит оценивать трезво), я был готов даже выглядеть полным идиотом в её глазах при попытке знакомства, просто потому что… ну… Эй! Иногда лучше сделать и проиграть, зная, что ты пытался, чем не делать, а потом всю жизнь себя изводить вопросами: «а вдруг бы получилось, если бы хватило духу рискнуть?». Короче, не став откладывать дела в долгий ящик, я нагнал девушку и решил познакомиться:

– Прошу прощения за то, что отвлекаю, но не могли бы вы помочь мне в одном вопросе? – слегка улыбаясь и отвешивая лёгкий поклон, спрашиваю я.

Фелиция Харди.

День у Фелиции выдался не из приятных. Мать собиралась устроить очередной званный вечер, где она опять будет обсуждать с партнёрами тенденции рынка, выгодные варианты инвестиции средств и прочие финансовые дела, а её дочь опять будут осаждать различные "поклонники" – кто для того, чтобы заполучить потенциальный рычаг воздействия на её родительницу, кто просто заполучить в свою "коллекцию" наследницу капиталов (и весьма внушительных, надо признать), её семьи. Обычно, ради избавления от такого назойливого внимания, девушка приходила на такие приёмы не одна, а с каким-нибудь кавалером. К сожалению, несмотря на все её приготовления, последний такой приём оказался худшим из всех до него. Мало того, что из Паркера получился не очень хороший сопровождающий, так её ещё и похитил съехавший с катушек учёный-изобретатель с двумя парами механических "рук"…

Всплывшие воспоминания о Паркере заставили и без того не радужное настроение испортиться окончательно.

Он был странным. С одной стороны, не побоялся заявиться в логово к Октавиусу, доставить выкуп за заложников, но с другой, каждый раз, когда появлялась хоть малейшая опасность, он так быстро прятался или вообще исчезал в неизвестном направлении, что со временем это начало выглядеть просто мерзко. Будто он трусливо бросает её одну думая только о собственном спасении, а ведь даже Гарри Озборн в такие моменты проявляет подобие мужества. Ну а про постоянные опоздания не стоило даже упоминать.

И, казалось бы, кому нужен такой ненадёжный парень? Вот только… альтернативы были не лучше. Взять хотя бы Флэша Томпсона – капитана футбольной команды университета, что тоже пытается за ней ухаживать… в меру своего разумения. Честный, прямой, сильный… но поддержать беседу на тему, не относящуюся к его любимому футболу просто не способен, не говоря уже о том, что он считал её просто красивой куклой и всё время пытается залезть под юбку. Единственное, что в отношениях с ним было по-настоящему хорошего, это готовность, желание и умение отогнать от неё "охотников", но кому нужно такое умение в связке со всем прочим списком?

Шагающая по улице мисс Харди неосознанно скривилась.

Последняя выходка этих двоих вообще ни в какие ворота… Паркер то ли выпил для храбрости, то ли с Томпсоном мозгами поменялся, но в итоге они сначала чуть было не устроили перед ней натуральный мордобой, а потом эта сладкая парочка и вовсе решила её чуть ли не разыграть, как какой-то приз в соревновании… уроды. Иногда (вот именно в такие моменты, как тот!) девушке непереносимо хотелось поднять голову к небу и громко вопросить, что-нибудь на тему, неужели в этом огромном городе нет хотя бы одного нормального парня? И этот вопрос, на самом деле, волновал Фелицию уже не первый год, а предстоящий званый вечер только обострял его актуальность. И ведь у обычных девчонок с парнями всё в порядке и только ей всю жизнь везёт на каких-то альтернативно одарённых! И ведь она не делала-то ничего плохого, чтобы заслужить такую кару свыше. Всю жизнь младшая Харди старалась быть хорошим человеком, который не зазнаётся от своего положения и возможностей. Она даже носит обычную одежду, которую сама покупает в обычном магазине; не пользуется ни услугами личного водителя, ни охраны; не сорит деньгами; не задирает нос из-за социального статуса семьи; равно держит себя со всеми одноклассниками; даже учится со всем старанием, не пропуская занятий даже по тем предметам, которые ей в жизни никогда не пригодятся, но всё равно к ней липнут только какие-то болваны!

А ведь в Колумбийский Университет поступить не просто – там нужно быть далеко не дураком, но почему же так получается, что ей уже приходится чуть ли не самой делать первый шаг?! И ладно бы это было связано с парнем, который ей действительно нравится, в которого она искренне втюрилась, ведь бывает же так в жизни? Фелиция с удовольствием испытала бы это чувство – какая девчонка не мечтает встретить парня, что был бы её мечтой? Но весь ужас и трагизм ситуации состоял в том, что ей приходилось подходить первой и приглашать не красавчика, вид которого заставлял бы её сердце биться чаще, а тех самых «просто сопровождающих болванов», всё назначение которых – позволить ей продохнуть на светском рауте. Как до этого дошло? Почему? Чем она это заслужила? Ведь даже забывая о деньгах, она ведь не уродина в конце-то концов! И не полная дура, рядом с которой приличному парню находиться стыдно. Так почему же за все годы её жизни она не встретила ни одного просто хорошего парня, на которого можно положиться? И почему у всех есть друзья детства, адекватные ухажёры – надёжное мужское плечо, и только она одна вынуждена сама гоняться, даже не за любовью, а за хоть каким-то приемлемым вариантом? Кто её проклял?!

Столь невесёлые рассуждения крутились в голове Фелиции весь день, с переменным успехом вытесняясь оттуда насущными делами, однако, стоило девушке остаться наедине с собственным разумом, как даже временные просветления настроения сходили на нет и мрачная меланхолия возвращалась, прихватывая с собой ещё несколько новых аргументов в особенно чёрных цветах. Вот и сейчас отдающее явным мазохизмом самоуничижение мисс Харди лишь в очередной раз раскручивало спираль грустных воспоминаний. Никаких надежд на внезапное зарождение каких-то свежих идей, которые позволят всё исправить, девушка уже не питала, рассчитывая разве что на то, что повторённая десяток раз мысль утратит свою остроту и депрессия её наконец-то отпустит.

И от того, окликнувший её приятный мужской баритон стал довольно неожиданным:

– Прошу прощения за то, что отвлекаю, но не могли бы вы помочь мне в одном вопросе?

Фелиция развернулась, чтобы спустя миг увидеть, что перед ней, в вежливом полупоклоне, стоит высокий парень в дорогом кожаном пальто и слегка улыбается. Парень был ей не знаком, хотя сам на неё смотрел так, будто узнавал, а не подошёл к первой встречной. Питер смотрел на неё точно так же, когда неожиданно где-то встречал – с этой открытой прямотой и даже какой-то внутренней радостью, которая всегда подкупала, даже несмотря на все его предыдущие выходки и демонстрации своей ненадёжности. Это было немного странно и даже заставило на миг опешить, в судорожных попытках вспомнить где они раньше встречались. Судя по возрасту, он мог учиться с ней на одном курсе, но Фелиция всё равно не могла вспомнить никого похожего, а потому просто вопросительно приподняла бровь, мол, и что дальше? Возможно это было не очень вежливо, но так она точно не сядет в лужу.

– Я понимаю, что это может прозвучать глупо, но я недавно в городе и хотел бы поужинать в каком-нибудь хорошем ресторане. Вам случайно неизвестно подходящее место? Желательно не слишком шумное или помпезное, а что-нибудь уютное.

– Уютный ресторанчик? – мисс Харди вынуждено признала, что незнакомец сумел удивить. А его ответный кивок ещё и озадачить.

Фелиция знала одно подходящее под описание место на набережной неподалёку, но цены там кусались… Хотя ещё раз глянув на пальто, что сидело на молодом человеке, как влитое (явно делали на заказ), всё-таки решила назвать адрес:

– Если пройдёте прямо по улице, через три дома надо повернуть налево, а там ещё через двести метров увидите зелёную вывеску, но должна предупредить, что цены там немного кусаются.

– О, это не проблема! – улыбнулся незнакомец. – И примите мою искреннюю благодарность за помощь. И хоть я понимаю, что это очень нагло, но быть может вы сможете помочь мне ещё в одном вопросе? – всё так же вежливо и с лёгкой улыбкой на лице одарил её чем-то вроде умоляющего взгляда голодного щеночка парень. Невольно Фелиция улыбнулась в ответ.

– Смотря какой.

– Скорее всего моя просьба заставит вас посчитать меня идиотом, но я просто не знаю, что ещё можно сделать в подобной ситуации, – с заметной неловкостью вильнул он взглядом, заставив Фелицию испытать укол веселья и любопытства. – Понимаете, когда я вас увидел, на моё сердце словно грузовик упал и до сих пор там лежит. Я знаю, что это звучит очень глупо и банально, но я действительно не знаю, что ещё и как можно сказать – у меня такое впервые, в общем… может быть вы согласитесь спасти меня и составите компанию в этом ресторане?… И назвать своё имя? – взгляд парня стал ещё больше напоминать проникновенный взгляд голодного щеночка и девушка с трудом удержалась от того, чтобы хихикнуть.

– Вообще-то кавалеру при знакомстве с дамой положено представлять первым, – давая улыбку, попеняла незадачливому, но забавному ухажёру Харди.

– Ох, прошу прощения! – с не наигранным конфузом спохватился неизвестный. – Вальтер. Вальтер Майер.

– Фелиция Харди, – благосклонно представилась девушка и отметила для себя, что новый знакомый никак не отреагировал на фамилию «Харди».

– Очень рад нашему знакомству! – с чувством заверил Вальтер. – Так… прекрасная леди спасёт сражённого ею неотёсанного варвара от грусти и отчаяния?

– Хм-м… – Фелиция вновь пробежалась по фигуре парня оценивающим взглядом.

Это всё действительно было немного глупо и как-то даже неловко, но… за неполную минуту разговора, её похоронное настроение сменилось желанием улыбаться. Кроме того, вспоминая свои недавние мысли, девушка должна была признать, что на фоне Флэша и Питера, а также прочих известных ей парней, ни одному из которых не хватило бы духу представиться девушке именно так, как это сделал Вальтер, а главное – прямо признать такие вещи (все парни почему-то безумно бояться первыми говорить девушке, что она им нравится, всё время ища какие-нибудь отмазки для объяснения своего к ней интереса), Майер выглядит не так уж плохо… А ещё он подошёл к ней первым и явно не из-за положения её семьи и жадности до денег. Такого с ней давненько не случалось, а потому… в принципе, она была не против принять предложение.

Вальтер Майер

Мисс Харди, после некоторого колебания согласилась и мы отправились в рекомендованное ей заведение непринуждённо болтая о всякой ерунде… Вернее, это она непринуждённо болтала о ерунде, а я натурально кипел мозгом, чтобы не сесть в лужу и сделать девушке приятно, а не печально от мысли, какой ей встретился косноязычный дебил. Задача, надо сказать, была далека от простой. И не только потому, что производить впечатление на девушку – это априори задача не из лёгких, и хорошо выполнять её в любое время дня и ночи умеют лишь очень специфические граждане, вроде Казановы, Ловеласа и дона Жуана, чьи имена стали словами нарицательными. Проблемка была ещё и в том, что за последние недели я вообще имел не очень-то много практики межличностного общения, да и та, что имелась… ну нельзя сравнивать умудрённого жизнью университетского преподавателя и молодую девушку, нельзя!

Но, тем не менее, в грязь лицом я, вроде бы (в значении: очень хочется верить), не ударил. Удалось вывести разговор на учёбу, что Фелиции, как студентке всё того же Колумбийского Университета, где и преподавал Коннорс, была близка, да и мои воспоминания о студенческих годах ещё далеко не выветрились из памяти, что позволяло относительно легко находить общие темы. Раскрыл я и свою легенду, мол, перебрался в Нью-Йорк всего месяц назад, а так долгое время жил и учился в России, хоть и являюсь чистокровным немцем, а сейчас практикуюсь у доктора Коннорса. Последний стал особенно богатой темой для диалога уже в ресторане, ведь был знаком Фелиции, а что может быть эффективнее для втягивания женщины в беседу, чем обсуждение общих знакомых? Особенно хорошо зашли мои стенания о том, что этот миролюбивый профессор на самом деле является жутким тираном и грузит знаниями без всякой пощады и сострадания к грузимому. Описанные в лицах подробности бесчеловечного обращения с одним несчастным мной не раз и не два вызвали заливистый смех прекрасной леди. Ну и сама мисс Харди, естественно, рассказала несколько забавных историй из уже её студенческой жизни, и, кажется, сделала это с удовольствием.

Расстались мы уже ближе к позднему вечеру более чем довольные друг другом. Я проводил её до дома (хороший такой пентхауз почти в центре города). На прощание обменялись телефонами (вот и пригодилась моя сегодняшняя покупка) и договорились встретиться в универе. На прощание я поцеловал девушке руку, ещё раз поблагодарив за замечательный вечер (попутно собрав образцы ДНК и оставив на своей новой знакомой пару сотен своих клеток – история с постоянными похищениями, надеюсь моей будущей девушки, мне категорически не нравилась). Когда я удалялся от дома девушки, ощущал спиной её задумчивый взгляд. Кажется, жизнь-то налаживается.

Фелиция Харди

Девушка стояла у окна и провожала взглядом спину Майера, невольно задаваясь вопросом, может ли быть так, что её воззвание к небесам было услышано и она встретила нормального парня? Пока они сидели в ресторане, Фелиция ни разу не заметила, чтобы Вальтер смотрел на неё с похотью или расчётливостью, а такие взгляды она хорошо умела различать. Да, Майер откровенно любовался ей весь вечер, но в этом взгляде ни разу не мелькнуло желания напоить её и затащить в постель сразу после ужина, он вообще не заказывал алкоголя, если уж на то пошло. Её новый знакомый был довольно обаятельным, неплохо поддерживал разговор, но главное – ему действительно было интересно общаться с ней, а не просто делать заинтересованное лицо – это Фелиция тоже хорошо умела подмечать. Так же он сразу и на автомате расплатился за них обоих – вроде бы и естественный жест, но в её жизни бывало всякое, да и всегда ведь видно, когда человек делает что-то из необходимости и ради приличий, а когда это естественное поведение о котором он и не задумывается. В общем, на этом моменте парню накинули ещё один балл. Как и когда он проводил её до дома (тот же Томпсон ни разу не додумывался до такого). Конечно и тут можно было бы ожидать какого-то расчёта на продолжение вечера, но к тому моменту Фелиция уже успела упомянуть, что дома её ждёт мама, так что даже полный дурак не стал бы на что-то рассчитывать. В итоге, девушка готова была признаться себе, что была бы не против встретиться с немцем ещё раз.

На лицо младшей Харди выползла новая улыбка – день, начавшийся так отвратительно, закончился очень даже неплохо.

Вальтер Майер

Я уже было собирался отправиться гулять по злачным местам Нью-Йорка, с целью поразмяться, а заодно пополнить кошелёк, которому сегодня устроил очень неплохое кровопускание, когда краем глаза заметил красно-голубую фигуру, несущуюся между домами при помощи выстреливаемых из рук верёвок…

Боль, обида и разочарование прошлого Симбионта вновь накатили жаркой волной, как в тот самый момент, когда я только осознал себя в теле инопланетного организма, если так можно говорить о желеобразном массиве клеток. Даже нет… Сейчас я был здоров и полон сил, а потому чувства были кратно ярче и сильнее!