Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 5

Реджинальд

Странный бесформенный клочок тумана завис рядом с моим лицом и постепенно превратился в небольшое, но чрезвычайно противное на вид существо, похожее одновременно на ежа и на крысу. На очень откормленную колючую крысу.

Я никак не отреагировал, потому что за те несколько часов, которые провёл в этом непонятном месте в самом сердце древнего Франгая, практически разучился удивляться. Может быть, это было такое испытание – я не знаю, но всевозможные иллюзии, миражи, видения сменяли друг друга, не давая мне ни минуты покоя.

Когда я увидел, что двери, через которую я вошёл в этот забытый всеми богами дом больше не существует, я просто растерялся и, чего уж там, испугался. Но все мои попытки проломиться сквозь стены или добраться до окошка, расположенного на огромной высоте, никакого результата, естественно, не дали. Из одной тюрьмы я, видимо, попал в другую, просто сменив камень и тьму на корни и древесные стволы, суть от этого не менялась. Хотя нет, в той тюрьме хотя бы кормили, пусть мало и невкусно, но регулярно. А чем питаться здесь – да кто ж его знает…

Когда на стене внезапно возникла дверь, и в неё вошёл неизвестный мужчина в простой, но добротной одежде лесника и сгрузил у порога охапку дров, я чуть не со слезами на глазах кинулся к нему, но пролетел насквозь, как через туман. Резко повернувшись, я увидел, что он внимательно смотрит на меня и насмешливо улыбается. Заметив, что я не предпринимаю новых попыток прикоснуться к нему, он кивнул и молча открыл дверцы стенного шкафа: там стояли банки с какими-то сушёными травами, ягодами и корешками. Там же лежала стопка старых листов, на которых что-то было нацарапано. Незнакомец, всё так же не произнося ни слова, указал на банки, затем на листы и жестами объяснил, что записи – это какие-то сведения о содержимом этих склянок.

– Ты имеешь в виду, что мне нужно изучить эти записи, и тогда я смогу употребить в пищу то, что здесь хранится?

Мужчина кивнул и усмехнулся, видимо, одобряя мою сообразительность. Но я не собирался ни пить, ни есть странные ягоды и корешки: видел я таких, которые синь-траву заваривали и пили, а потом улетали в такие дали, что иногда и вернуться не могли. Нет уж, я такими вещами и сам не увлекаюсь, и другим не советую.

– А еду где брать? – спросил я, не особо рассчитывая на ответ, но призрак лесника – или кто он там был – кивнул и поманил меня за собой. За лабораторией обнаружилась ещё одна небольшая комнатка, больше всего похожая на кладовку: по стенам были закреплены полки, на которых лежали мешки и стояли коробки и ящики. Я развязал один из мешков и увидел неизвестную мне крупу, хотелось бы верить, что съедобную. В ящиках обнаружились куски вяленого мяса и какая-то высушенная до состояния деревяшки рыба. В углу стояло два бочонка с водой, по виду совершенно обычной. Странный незнакомец, убедившись, что я вполне освоился с запасами, кивнул мне уже чуть более приветливо и просто растаял в воздухе.

После него видения и призрачные фигуры стали возникать почти без пауз: магистр Даргеро, который молча грозил мне пальцем и сурово хмурился, сестричка Лилиана, которая держала за руку малышку Эллу и укоризненно смотрела на меня, император Максимилиан, которого я видел только на портретах, но сразу узнал, и незнакомая мне женщина со светлыми волосами и глазами цвета ясного летнего неба. Она, прищурившись, смотрела на меня и словно пыталась узнать, но я абсолютно точно знал, что никогда прежде её не видел. Вот так люди и сходят с ума: прав был проклятый магистр, не следовало сворачивать с тропы.

И вот теперь это нечто с иголками и крысиной мордой: видимо, моё безумие начинало прогрессировать, так как ничем другим объяснить себе появление этого туманного существа я не мог. Тварь тем временем слегка уплотнилась и уже почти не просвечивала, впрочем, симпатичнее она от этого не стала. В голове шумело, никак не получалось сосредоточиться на какой-нибудь одной мысли, дурнота накатывала волнами, я даже не удивился, когда крысообразная зверюга заговорила вполне нормальным языком:

– Какой-то ты дохлый, парень, даже не знаю, почему он тебя выбрал. Помрёшь ты, мне кажется, не сегодня, так завтра.

– Даже если так, то тебе-то какое до этого дело? – разговаривать со странной тварью тоже показалось почему-то совершенно естественным и обычным делом. – Ты кто сам-то?

– Хм, разговариваешь, а вроде как не должен, – крыс проигнорировал мой вопрос, задумчиво почесал лапой с коготками за ухом и дёрнул длинным лысым хвостом, – и как ты меня видишь? Как я выгляжу?

– Отвратительно, – честно признался я, всё больше убеждаясь, что у меня бред, а в бреду соблюдать правила вежливости не обязательно, всё равно же не на самом деле, – а почему ты разговариваешь? Все предыдущие видения молчали.

– Может быть, потому что я не видение? Такая мысль в твою пока пустую голову не пришла? – крыс явно обиделся, хотя я всего лишь честно ответил на заданный вопрос. – Я имел в виду, как ты меня видишь? Как настоящего или как иллюзию?

– А чем иллюзия отличается от видения? – уточнил я, так как по мне – разницы никакой, – тогда я смогу ответить.

– Древний и все силы его! – крысюк сложил лапки и поднял красные глазки к окошку в потолке. – Дайте мне терпения и…и ещё раз терпения. Потом расскажу, если будет кому. Короче: просвечиваю или нет?

– Уже нет, – ответил я, внимательно присмотревшись и с удивлением обнаружив, что странный грызун действительно выглядит совершенно как живой, даже шерсть кажется гладкой и пушистой, а ведь ещё недавно был похож на клочок серого тумана…

– Ага, значит, к магии образа он восприимчив, это уже неплохо, – крыс разговаривал сам с собой, словно меня рядом не было, – осталось проверить…

– Где я? – не слишком вежливо прервал я его размышления. – И могу ли я уйти?

– Уйти? – зверь сверкнул алыми глазками. – Да пожалуйста. Только вопрос – как далеко ты уйдёшь? И куда?

– Мне нужно найти охотничий домик, – почему-то сказал я правду, хотя ещё минуту назад не собирался сообщать грызуну ничего, – и подружиться с его хозяйкой.

Стоило мне произнести эти слова, как крысюк злобно зашипел, оскалил немаленькие желтоватые зубы, и от него повеяло такой яростью, что я тут же пожалел о сказанном.

– Ненавижу… – проскрежетал он и несколько раз с силой хлестнул хвостом по столу, на котором пристроился, – отвратительно место… Древняя магия, держится за этот мир, никак не хочет уйти…

– А почему она вообще должна уходить? – спросил я, плохо понимая, о чём, собственно, идёт речь. – Кому она мешает?

– Мне мешает, всем мешает, ненавижу, ненавижу, ненавижжжу, – на последнем слове голос крысюка сорвался на скрежещущий, продирающий морозом по коже визг, – уже почти всё было готово, сделано, но… Она! Посмела!! Вернуться!!! Мерзавка! Жалкая интриганка! А ведь её предупреждали…

– Ты сейчас про кого говоришь-то? – осторожно уточнил я, опасаясь, что крыс окончательно скатится в состояние истерики.

– Про Элизабет, Хозяйку… – крыс нервно бил хвостом, и его глаза горели в полумраке, как два уголька. Очень и очень злых уголька…

– Она такая страшная? – уточнил я, так как несмотря на изменившиеся обстоятельства не забыл о приказе магистра: найти охотничий домик и подружиться с его хозяйкой.

– Она не очень, – постепенно успокаиваясь, снизошёл до объяснений крыс, – но сам дом… при ней он становится сильнее, его сложнее уничтожить, сломать.

– Зачем его ломать? – пользуясь тем, что мой странный собеседник слегка успокоился, спросил я: нужно же понимать, во что я вляпался. – И кто будет это делать?

– Он должен уйти, уступить место новым силам, дать им дорогу, – крыс шипел, но хотя бы уже не срывался на визг, – и я знаю, кто поможет нам, кто уничтожит Хозяйку, и сам станет править в лесу. А потом откроет ворота Новым богам…

– И кто же это? – я с трудом поборол дурные предчувствия, но мужественно не показал виду. – Кто этот самоубийца?

– Догадайся, – алые глазки впились в меня, и в них мелькнул разум…совсем не звериный, а человеческий, но такой же злой и хищный, – ты же умный…

– А если нет? – я попытался свести всё к шутке. – Если я дурак дураком и намёков не понимаю?

– А тогда зачем ты мне нужен? – хвост щёлкнул по столу. – Иди, раз так… Ты мне подходишь, но хотеть сотрудничества должны оба, не так ли, Реджинальд?

– Ты меня знаешь? – слышать своё имя из уст крысюка было…странно, дико и переворачивало, разрушало привычную картину мира. – Откуда?

– Ты что, действительно думал, что я приведу сюда кого-то незнакомого? Ты понравился Древнему, ты сделал правильный выбор, ты станешь тем, кем должен стать… ну, или умрёшь. Что ты выбираешь, Реджинальд: смерть или могущество?

– Интересно, есть кто-то, кто на моём месте выберет смерть? – справившись с мрачными предчувствиями, задал я риторический вопрос. – Естественно, я выберу могущество. Но что от меня потребуется? Я не верю в бесплатный сыр…

– Кто велел тебе подружиться с Элизабет? – глазки-бусинки смотрели жёстко и не вызывали ни малейшего желания обмануть или утаить информацию, но и открывать все карты было бы глупо, поэтому я ответил:

– Магистр Каспер Даргеро, – если что, вот кого мне ничуть не было жаль, так это его, – он вытащил меня из тюрьмы и поставил условие: найти охотничий домик и подружиться с его хозяйкой. В идеале – задержаться в нём на некоторое время. Но это – как получится…

– Лжец… – крыс сверкнул глазами, и я вдруг почувствовал, что не могу дышать, горло словно перехватило невидимой петлёй, которая с каждой секундой затягивалась всё туже, – не может быть, чтобы тебе поручили такой пустяк, как просто втереться в доверие к Элизабет. Магистр – верный пёс Максимилиана, этого демонского выкормыша… Что на самом деле приказал тебе магистр? Реджинальд, если готов сказать правду, просто подними руку.

Я мгновенно поднял руку, но тут же её уронил, так как в глазах потемнело, а лёгкие горели огнём. Петля исчезла, и я с хрипом вдохнул воздух, закашлявшись и вытирая выступившие слёзы. Крыс равнодушно смотрел на меня, судя по всему, готовый в любой момент повторить наказание.

– Ну что, отдышался? Значит, говорить можешь, – крыс вильнул хвостом, – повторяю вопрос. Что на самом деле ты должен сделать для Максимилиана?

– Найти Око Тьмы, – прохрипел я, чувствуя, что горло словно драли когтями, – это правда.

– Скорее всего, да, – задумчиво проговорил крыс и прикрыл горящие глаза, судя по всему, мысленно разговаривая с кем-то, – и ты знаешь, где его искать?

– Нет, – я покачал головой и поспешно добавил, преодолевая боль в горле, – я действительно не знаю, да и никто не знает, насколько я понял магистра.

Крыс предупреждающе поднял лапу, приказывая мне молчать, и я тут же повиновался, так как снова испытать все прелести удушья не хотелось абсолютно. Грызун сидел, прикрыв глаза и лишь иногда подрагивал хвостом или качал головой. Наконец он открыл глаза и в упор взглянул на меня.

– Планы меняются. Ты выполнишь первую половину приказа магистра: найдёшь дом и познакомишься с хозяйкой. И уничтожишь её. А потом найдёшь Око.

– Я не убийца, – хмуро ответил я, так как, хотя на моих руках и немало крови, но вся она пролита в поединках или в военных стычках. Я никогда не марал рук убийством людей и очень не хотел бы начинать это делать. Но как сказать об этом крысу и не получить очередную порцию «воспитательного» удушения или чего-нибудь подобного?

– Ты не убийца, – неожиданно согласился крысюк и добавил, – ты вообще пока никто, так – пустое место, ноль. И станешь ли ты хоть кем-то, зависит только от тебя, твоего послушания, ума и желания остаться в живых. Очень хороший мотиватор, кстати.

Я уже не удивлялся ничему, даже богатому словарному запасу призрачного (или не очень?) грызуна.

– Я не стану никого убивать, – мрачно повторил я, – неужели нет иного пути решения вопроса?

– Станешь, – как-то пугающе спокойно проговорил крыс, – скажу тебе больше: ты поймёшь, какое наслаждение – держать в руках чужую жизнь и чувствовать, как она по капле покидает тело. Ты пока примитивен и глуп, но Древний выбрал тебя, и тебе придётся соответствовать этой величайшей чести, хочешь ты того или нет.

– Кто такое Древний? – обречённо спросил я, чувствуя, как по спине пробежала капля ледяного пота.

– Это тот, кто был здесь раньше всех: тогда, когда этот мир только рождался, – на удивление миролюбиво ответил крысюк, – рядом с ним Франгай – недавно посаженный юный лесок. Именно Древний решает, когда Новые боги должны сменить Старых. Тогда он выбирает для себя инструменты: тех, кто будет воплощать в жизнь его волю. И это – великая честь!

Глава 6

Лиз

Я стояла, смотрела на тёмно-зелёную еловую стену, в которой бесследно растворилась жуткая фигура, и до меня постепенно начинало доходить, что сейчас, вот только что, я была практически на волосок от смерти. Или от чего-то гораздо хуже смерти: теперь я точно знала, что такое бывает. Не появись вовремя настоящий Хантер и не прогони он эту тварь – никто не знает, что со мной было бы, я ведь действительно готова была пойти с этим существом. Понятно одно: ничего хорошего наверняка не произошло бы.

И тихой ледяной тенью в сердце вползла мысль: а что было бы с Домом, если бы я умерла? Не пропала бы, не сбежала, как в прошлый раз, а погибла бы однозначно и бесповоротно? И внезапно я отчётливо поняла, даже не поняла, а прочувствовала всем сердцем, всей душой и что там ещё может чувствовать, что Дом просто умер бы вслед за мной, потому что его существование стало бы бессмысленным и безысходным. Он, принявший меня после трёхсот лет отсутствия, любящий и простивший мне всю причинённую боль, готовый защищать до последнего, – он просто перестал бы существовать. Он убийца? Да, наверное, это действительно так: недаром же тут полный подвал призраков. Но не я ли сама толкнула его на это, сбежав и бросив в одиночестве? Не знаю, но обязательно разберусь… Ведь сбежала я, наверное, тоже не просто так, а по какой-то причине. Ох, сколько вопросов – и ни одного ответа. Хотя, судя по всему, времени у меня более чем достаточно, жизненного опыта тоже – так что разберусь, никуда не денусь.

А пока я посмотрела на сердитого Хантера, на выскочивших из дома Майкла и Освальда, на застывшего Домиана… и сняла неприметное колечко с синим камешком, позволив им ощутить мои эмоции: безграничную благодарность, чувство вины, что чуть не поддалась чарам незваного гостя, уверенность в том, что они всегда меня защитят и уберегут, тепло и дружескую признательность. Пока не любовь, но уже и не равнодушие и тем более не страх.

Увидев, как расслабились плечи Домиана, как усмехнулся Хантер и довольно переглянулись Освальд с Майклом, я надела колечко обратно и пошла в сторону дома, справедливо решив, что прогулок на сегодня с меня точно хватит.

– Кто это был? – спросила у Хантера, который взглянул на меня своими жёлтыми (какое счастье!) глазами с привычным уже вертикальным зрачком, и непроизвольно вздрогнула от страха. – Я ведь готова была пойти за ним куда угодно. Это гипноз? Колдовство?

– Кайрос умеет затуманивать сознание своих жертв, и они сами идут за ним туда, куда он скажет, – хмуро ответил змей, глубоко задумавшись о чём-то своём, – тебе повезло, что я оказался рядом. Пока я однозначно сильнее, кайросу не выстоять против меня, и он это знает. Но он недоволен, что я вмешался и будет мстить.

– Но я не понимаю, как он смог пробраться за периметр? – я смотрела на Домиана, и тот досадливо, совершенно по-человечески поморщился. – Я думала, что на территории двора я в безопасности.

– Мы не думали, что весть о тебе разнесётся так быстро, – признал свою ошибку Домиан, – теперь тебя будут проверять и пытаться напугать. Периметр надёжен, но за эти столетия местами, как оказалось, защита немного просела и требует восстановления. Но теперь мы предупреждены и будем действовать иначе. Мы не можем всегда находиться здесь, – тут он запнулся и переглянулся с Хантером, – иногда нам нужно ненадолго уходить. И вот на этот случай я дам тебе охрану, Лиз.

– Может быть, проще укрепить защиту? – я непонимающе пожала плечами.

– Для этого нужна кровь, – Домиан пристально посмотрел мне в глаза, – много крови, Лиз. Мы пока не знаем, где её взять, но мы придумаем, я тебе обещаю. А пока…Ты каких домашних животных любишь?

– Котов, – с улыбкой ответила я, вспомнив своего любимца Леопольда, здоровенного тёмно-серого «британца», – не котиков, а именно котов: больших, наглых и урчащих.

Домиан усмехнулся, прикрыл глаза, и через несколько секунд из-за угла дома вышел кот. Нет, не так: вышел Кот! Вальяжно, крепко, но мягко ступая мощными лапами, он подошёл к обомлевшей мне и сел на тропинку, подняв морду. Он поймал мой взгляд своими невероятно синими глазами, и мы замерли, присматриваясь и чуть ли не принюхиваясь друг к другу.

– Лиз, – нарушил звенящую тишину Домиан, – это твой защитник и твой друг, если захочешь. Имя ему ты придумаешь сама. Тебе нравится?

Мы с котом одновременно изумлённо посмотрели на Домиана, а Хантер совершенно не по-змеиному фыркнул. Что значит – «нравится»? Как может нравиться или не нравиться часть тебя самого? А я ощущала именно это: мне казалось, что этот кот всегда был со мной, что он какая-то давно потерянная часть меня, без которой во мне всегда оставалась не заполненная чем-то очень важным пустота.

– Ромео…Ты не будешь возражать, если я буду звать тебя так? Согласен? – я смотрела, как кошак подумал, затем неспешно, почти величественно наклонил лобастую голову и муркнул что-то одобрительное. – Домиан, спасибо тебе огромное…он великолепен!

«Да, я такой», – вдруг прозвучало у меня в голове, и от неожиданности я подпрыгнула, а Хантер и Домиан понимающе переглянулись.

– Он разговаривает с тобой, Лиз? – с мягкой улыбкой поинтересовался Хантер. – Значит, он признал тебя и принял.

– Домиан, скажи, Ромео – тоже часть дома, как вы?

– Нет, он сам по себе, – ответил вместо Домиана Хантер, – помимо нас здесь есть и свободные сущности, которые просто давно обитают рядом. Этот приблудился лет двести назад да так и остался. А когда ты вернулась, стал к тебе присматриваться. И сейчас, когда у него спросили, не хочет ли он стать твоим защитником, сразу согласился. Хотя такие сущности обычно очень капризны и своенравны, не любят ни с кем сосуществовать. Может, ему просто стало скучно. Но, возможно, если вы подружитесь, то найдёте способ закрепить ваши отношения магически.

– Как фамильяр у ведьмы? – вспомнила я несколько прочитанных фэнтезийных романов.

– Лучше, Лиз, гораздо лучше, – засмеялся Хантер, – скоро ты сама это поймёшь.

– А скажи… – я хотела уточнить, как обращаться с такими существами, но тишину прорезал человеческий крик:

– Помогите, пожалуйста!

Мы одновременно обернулись на крик, и я увидела, как по кромке леса вдоль периметра, сильно прихрамывая на правую ногу, бежит человек. Даже отсюда я видела, что он серьёзно ранен, что помимо ноги у него явно повреждена рука – это как минимум. Но откуда он взялся здесь? Впрочем, это уже второй вопрос, сейчас нужно принять решение: помогать ли незнакомцу. Для меня вопрос не стоял, я была абсолютно убеждена, что, если можешь помочь кому-то, кто попал в беду, – помоги. А потом уже будем разбираться. Но, судя по спокойным лицам моих домочадцев, такая мягкосердечная я здесь одна.

– Вы что, не поможете ему? – я возмущённо смотрела на Домиана. – Он же погибнет!

– Несомненно, – невозмутимо ответил Хантер, внимательно глядя на колышущиеся ветки, – скорее всего, его гонят гархи, они любят, чтобы добыча побегала.

Словно в ответ на его слова в ближайших зарослях раздался торжествующий вой, похожий на волчий. Мужчина попытался двигаться быстрее, но видно было, что он слабеет с каждой секундой. Увидев, что никто не спешит ему на помощь, он остановился и, тяжело дыша, развернулся к пока невидимым преследователям. В руке блеснуло какое-то оружие, похожее на нож или кинжал, и стало видно, что рукав рубашки промок от крови.

«Прикажи гархам уйти, – раздался в моей голове голос Ромео, – они послушаются Хозяйку, ну, давай…»

Я сделала несколько шагов в сторону периметра, и Хантер ощутимо напрягся, следя за каждым моим движением.

– Если вы не хотите ему помочь, это попробую сделать я, – я боялась жутко, но не могла допустить, чтобы мужчину загрызли у меня на глазах.

– Лиз, мы не знаем, кто это, – начал Домиан, – и с добрыми ли намерениями он появился здесь, мы не можем рисковать, пойми… Это может быть перевёртыш, да кто угодно…

– Поэтому пусть его сожрут, да? – я чуть не плакала, разрываясь между страхом перед неизвестными гархами и жалостью к погибающему на моих глазах человеку. В итоге страх удалось затолкать куда-то глубоко, и, вздохнув, я подошла к периметру. Я не оборачивалась, но чувствовала, что Домиан и Хантер последовали за мной.

Незнакомец, увидев, что я иду в сторону периметра, отступил ещё немного, и тут из зарослей выпрыгнули три здоровенных зверя, похожих на очень крупных волков со светло-серой шерстью. Они увидели жертву, почуяли запах крови и радостно взвыли, двинувшись вперёд и припадая на передние лапы.

Я подошла к самому краю периметра, практически к кромке болота и застыла, так как плохо понимала, как приказать зверям, захваченным азартом погони и охоты? Покричать «эй, вы»? Ромео ткнулся лобастой головой мне в ноги, словно подталкивая.

– Уходите! – крикнула я гархам и сама смутилась, до того жалобно и жалко это прозвучало.

Зверь, шедший первым, медленно перевёл взгляд на меня, и мне показалось, что в его жёлтых глазах мелькнуло превосходство, мол, ты кто вообще такая? Помолчала бы, а то гархов много, а еды – мало. Он снова сосредоточился на загнанном человеке, разве что не облизнулся демонстративно.

«Прикажи, а не проси, – снова вмешался Ромео, – ты должна показать, что главная здесь ты, а не он. Хищник будет уважать только хищника, понимаешь?»

« Я не хочу быть хищником, – так же мысленно ответила я и с восторгом поняла, что Ромео меня услышал, – я человек…»

«Ты Хозяйка, а он – гарх, ты главнее, – Ромео помолчал и добавил, – по закону ты имеешь право отобрать у него добычу».

«Зачем?» – не поняла я.

«Чтобы съесть, – спокойно пояснил Ромео и добавил, – во всяком случае, гарх обязан уступить, это закон».

Мужчина, видимо, уже ни на что не надеясь, слегка пошатываясь, готовился дорого продать свою жизнь, глядя на неумолимо приближающихся гархов, и я решилась.

– По праву Хозяйки я требую отдать мне человека, – громко сказала я и услышала, как позади довольно хмыкнул кто-то из моих мужчин, – отойди и покорись. По закону Франгая я заявляю свои права на эту добычу.

Самое странное во всей этой ситуации было то, что передний гарх замедлил шаги и очень медленно повернул голову в мою сторону. Пристальный взгляд жёлтых глаз нервировал, но я не сдавалась и не разрывала зрительный контакт.

А дальше всё было очень странно, наверное, если бы мне о таком рассказали, я не поверила бы никогда и ни за что. Я вдруг поняла, что гарх меня услышал и принял к сведению мои слова. Более того, и это было самым странным, он действительно признавал за мной право отобрать у него добычу. За мной, той, кого он может легко и непринуждённо перекусить или прихлопнуть одним движением мощной когтистой лапы. Тем не менее, Гарх не видел в этом ничего странного: я была в своём праве, праве Хозяйки. Но каким-то не шестым, а…не знаю…девятым чувством я поняла, что гарх недоволен, потому что стая ждёт от него добычи. И мне почему-то очень не хотелось ссориться с вожаком стаи, поэтому я обернулась к Домиану, который смотрел на меня с очень странным выражением, и попросила принести пару кусков мяса из тех, что передал любезный братец.

Как ни странно, Домиан не стал спорить, а на дне жёлтых глаз Хантера я рассмотрела нечто похожее на одобрение. Гархи ждали, мужчина за периметром тоже, хотя он, похоже, пока не верил в своё спасение и использовал паузу для того, чтобы отдышаться и набраться хоть каких-то сил.

Вернулся Домиан с увесистым свёртком, который передал мне, и молча отступил назад, предоставляя мне самостоятельно заканчивать переговоры. Я глубоко вздохнула и повернулась к Хантеру:

– Ты можешь поработать мостом, Хантер? – и улыбнулась ему, когда мой домашний змей молча кивнул и скользнул в болото, чтобы через секунду вынырнуть глянцевой чёрной тварью. Мужчина на том берегу дёрнулся и упал на одно колено, выставив перед собой клинок. Гарх презрительно фыркнул и встопорщил шерсть.

Я подошла к болоту и поняла, что банально боюсь вставать на чёрную лоснящуюся спину. Но потом зажмурилась и, повторяя про себя, что это Хантер и он никогда не даст мне упасть в болото, быстро перебежала на другую сторону. Выдохнув, обернулась и увидела, что из трясины высунулась здоровенная треугольная голова со знакомыми жёлтыми глазами, один из которых подмигнул мне.

Нервно хихикнув, я посмотрела на напряжённого вожака гархов, на мужчину, так и стоящего на одном колене с клинком в руке, и подошла к зверю. Положила на землю свёрток, развернула и отступила, наблюдая, как гарх подошёл, принюхался, подцепил зубами здоровенный кусок мяса и молча отступил в чащу вместе с двумя другими хищниками.

Облегчённо перевела дыхание и вдруг услышала крик Домиана:

– Лиз, быстро назад! Бегом!

Я опрометью бросилась назад, еле успев схватить за руку поднявшегося с колен мужчину. Не обращая внимание на болезненный вскрик и не думая даже о болоте, пронеслась по спине Хантера, который тут же нырнул в трясину. Уткнувшись с разбегу в грудь Домиана, услышала за спиной разочарованное шипение и уже знакомое пощёлкивание.

Не успела я отдышаться, как проявился спасённый мной мужчина:

– Благодарю вас, вы спасли мне жизнь.

– Не стану спорить, – отозвалась я, – но кто вы и что делаете здесь?

– Позвольте представиться, Ференц, охотник за сокровищами…

– Это у вас такая профессия, или просто – так сказать, по велению души? – я внимательно рассматривала спасённого мужчину.

– Скорее, по велению кошелька, – засмеялся он и сверкнул идеальными белоснежными зубами, а я подумала, что в моём прошлом мире производители зубной пасты душу продали бы за то, чтобы заполучить его для рекламы своей продукции.

– И всё же, что конкретно привело вас к моему дому? – я говорила спокойно, хотя, когда незнакомцу перестала угрожать опасность, подозрительность очнулась и заставила подумать: а как он, собственно говоря, оказался так глубоко в чаще? Я прекрасно помнила, что я-то добралась сюда достаточно спокойно только потому, что лес узнал меня и привёл. А как умудрился не попасть ни к кому на зуб этот искатель приключений и артефактов?

– Я заблудился, – обезоруживающе улыбнулся мужчина и пожал плечами, тут же невольно поморщившись от боли, – совсем было распрощался с жизнью, но тут увидел ваш дом и закричал в надежде, что меня услышат. И мне невероятно повезло – вы оказались рядом и не побоялись помочь мне. Но я до сих пор не понимаю, как такая милая девушка справилась с этими хищниками? И почему вы живёте здесь, в центре этого страшного леса?

«Не отвечай, – вдруг сказал Ромео у меня в голове, – он говорит неправду, точнее, не лжёт напрямую, но многое утаивает. Не спеши доверять ему!»

«Ты умеешь чувствовать ложь?» – так же мысленно спросила я, мимоходом удивившись тому, как легко у меня это получилось, ведь по идее этому надо учиться – а тут такие плюшки от судьбы. Не придётся ли расплачиваться? Не верю я в бесплатный сыр…

«Не совсем, но могу понять, когда человек лжёт или недоговаривает, и не спрашивай – как у меня это получается, сам не знаю», – проворчал кот.

– Вы счастливчик, Ференц, – нейтрально улыбнулась я, – добраться от границы Франгая до самого центра и при этом не стать добычей его обитателей… Мало кто может этим похвастаться, пожалуй, даже никто…

– Но я же не первый раз здесь, – ответил Ференц, и я, если бы не прислушивалась так внимательно, никогда не заметила бы, что его голос едва заметно дрогнул, – вот и прошёл тайными, только мне известными тропами…

– А что же от гархов не ушли? – я по-прежнему не отводила пристального взгляда от нежданного гостя, и его это, кажется, начинало слегка нервировать.

– Наткнулся на лёжку, не успел свернуть, вот и попался, – с еле слышной досадой ответил Ференц, – но, надеюсь, я могу просить вас не выгонять меня прямо сейчас? Был бы бесконечно признателен, если бы вы согласились приютить меня на несколько дней – пока я не приведу себя в порядок и не залечу раны.

– Я подумаю, – сказала я, потому что действительно не готова была прямо сейчас дать ответ: мне нужно подумать, обязательно посоветоваться с Домианом и Хантером, с Ромео…

– Благодарю, – поклон Ференца, несмотря на то, что раны ему явно мешали и доставляли немалое неудобство, был полон изящества и говорил о том, что забеги по лесу – это не то, к чему привык наш внезапный гость.

– Вы знаете Каспера Даргеро? – вдруг спросил Домиан, до этого молчавший, как рыба в пирожке, и уточнил зачем-то, – магистра Даргеро?

– Нет, а кто это? – удивлённо приподнял брови Ференц. – Хотя, кажется, я где-то это имя слышал. Но сейчас не припомню – где именно…

«Врёт, – припечатал Ромео и сердито зашипел на гостя, – нагло и откровенно врёт…»

– Ну, ничего страшного, – улыбнулась я и, оглядев мужчину ещё раз, сказала, – пойдёмте, я помогу вам обработать раны и перевяжу, сами вы не справитесь.

– Благодарю вас, прекрасная незнакомка, – снова поклонился Ференц, – поверьте, я найду способ отблагодарить вас.

Так и хотелось ответить, что, может, лучше не надо, но я промолчала и только улыбнулась. По идее, гость не знает ни кто я, ни почему живу в лесу, но ведёт себя со мной, как с аристократкой – откуда-то я точно это знала. Хотя, вполне может быть, что я придираюсь: может, он по жизни такой вежливый.

Я повернулась к Домиану, который вёл себя на удивление скромно и молчаливо, и попросила найти и пригласить к нам Освальда. Синеглазый кивнул и, переглянувшись с Хантером, ушёл в сторону дома, чтобы буквально через пару минут появиться в сопровождении нашего домоправителя.

– Освальд, это Ференц, – гость вежливо поклонился, стараясь не задеть раненую руку, и получил в ответ столь же безукоризненный, но совершенно равнодушный поклон, – так получилось, что его преследовали гархи и случайно выгнали прямо к нашему периметру, – тут Освальд хмыкнул и иронично выгнул бровь, мол, да неужели, – ну, и мы его спасли. Пожалуйста, найди для нашего гостя комнату, в которой он сможет прожить несколько дней, пока хотя бы немного не залечит раны.

– Как скажешь, Лиз, – ответил Освальд и повернулся к Ференцу, – я выделю вам комнату в гостевом крыле на первом этаже, чтобы вам не напрягать ногу, поднимаясь по лестнице.