Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 21

Мэтью

Вдохновлённый удачным началом дня, я решил, что нужно пользоваться моментом, и отправился в порт.

После того, как моя «Серпентея» превратилась в груду обломков, из водного транспорта у меня осталась только маленькая старая одноместная яхта, которой я давным-давно не пользовался просто потому что и морально, и материально перерос её. Но вот сейчас она вполне могла бы мне пригодиться: я планировал добраться до устья Ривны, не привлекая к себе ненужного внимания. И для этой цели моя старенькая яхточка подходила как нельзя лучше. Никто из тех, кому пришло бы в голову развлечься в акватории Гратенстора, даже не посмотрел бы в её сторону. И уж точно никому даже в голову не пришло бы, что на ней могу быть я, неоднократный победитель регаты. Это примерно как если бы мэр Гратенстора, граф Ротенбоул, пересел из удобного кресла на старую деревянную садовую скамейку.

Видимо, боги – уж кто конкретно, не знаю, не иначе как святая Бенедикта в благодарность за выполненное обещание – были на моей стороне, так как ветер был попутный и при этом не слишком сильный. И хотя ничто не предвещало никаких неприятностей, я то и дело оглядывался, опасаясь снова увидеть надвигающуюся бурю. Нет, на этот раз я уже знал бы, как себя вести, но… не хотелось бы. В отличие от предыдущего этапа жизни, сейчас у меня и без того настолько насыщенное существование, что ещё и буря в него явно не вписывается.

К счастью, на этот раз обошлось без происшествий, и я, благодаря попутному ветру, уже через несколько часов увидел впереди устье Ривны.

Неужели всё, что со мной приключилось, произошло совсем недавно? Теперь мне кажется, что с того момента, как меня выбросило на каменистый берег, прошло как минимум несколько месяцев: настолько сильно изменилась за это время моя жизнь. И я этому бесконечно рад.

Небольшой заливчик, приютивший меня в прошлый раз, вызывал сегодня чувство, близкое к умилению. Я с непонятной нежностью рассматривал острые камни, пещеру, в которой тогда переночевал, обломки каких-то палок и нити тех самых синих водорослей, близкое знакомство с которыми чуть не стоило мне ног.

На этот раз я достаточно спокойно причалил к берегу и стал рассматривать его уже совершенно по-другому, применительно к нашим планам. Узкая прибрежная полоса не позволяла поставить здесь полноценную пристань, но в ней и не было необходимости. Массовых посещений мы не планировали, а для тех немногих, кто будет допущен в таверну, места хватит. Можно будет сделать укрытие от дождя на всякий случай… хотя, если уж обеспечивать гостям яркие впечатления, то по полной программе. Если вдруг попадут в ненастье – дождь или грозу всегда можно переждать в пещере. Постелить там сухих водорослей, оставить запас воды и долго хранящихся продуктов. Не хотелось бы, чтобы это место – при всей его недоступности – привлекало к себе излишнее внимание.

Я посмотрел по сторонам: и вправо, и влево, насколько позволяла видеть густая растительность, тянулась каменистая полоса, усеянная обломками ракушек и кусками полусгнивших досок. За небольшой площадкой, на которой могли разместиться человек пять-шесть, не больше, поднималась отвесная скала, кое-где заросшая вьющимися растениями. Ни ступеней, ни каких-либо площадок или уступов, по которым можно было бы забраться наверх, я не рассмотрел. Ну и замечательно: чем неприступнее это место, тем лучше для нас. Значит, никто и не попытается пробраться отсюда в поместье самостоятельно. Ну а в устье мы организуем официальную пристань, тоже спрятав её от случайных взглядов.

Но сейчас я приплыл сюда не только и не столько для того, чтобы ещё раз взглянуть на берег и на заливчик. У меня было очень важное дело, которое мне хотелось провернуть без свидетелей.

Перебравшись с берега обратно на свой транспорт, я неспешно поплыл в ту сторону, где из моря торчала непонятно откуда взявшаяся здесь одинокая скала. При этом я очень внимательно всматривался в морскую гладь, надеясь увидеть треугольный плавник. И, в отличие от любого нормального человека, я был бы очень рад, если бы он появился. Даже если это окажется не моя знакомая тумунга, я почему-то был уверен, что информация о человеке, который умеет разговаривать с такими, как они, уже стала достоянием всей морской, если можно так выразиться, общественности.

Однако чем ближе я подплывал к скале, тем сильнее меня одолевали сомнения: я крайне смутно представлял себе, как буду звать тумунгу. Я наверху, а она в воде. Можно кричать и звать её до посинения, она просто не услышит. Опустить голову в воду? Вряд ли мой дар разговаривать с животными позволит мне делать это ещё и под водой. Да я захлебнусь и всё, на этом эксперимент завершится.

Но, с другой стороны, она же сама сказала: приплыви и позови. Значит, есть какой-то способ, верно? Вряд ли это она так пошутила, хотя тут ни в чём нельзя быть уверенным. Что я знаю о чувстве юмора тумунг?

Вблизи скала, поднимающаяся из морских глубин, оказалась не такой уж и маленькой, какой выглядела с берега. При желании, на её вершине вполне можно было расположиться паре человек. Сейчас, правда, это место облюбовали какие-то крупные морские птицы, названия которых я не знал просто потому что никогда этим не интересовался.

При моём приближении они лениво поднялись в воздух, но улетать не торопились, словно решая: надо меня опасаться или я ничем им не угрожаю.

– Мне надо только с тумунгой поговорить, – сообщил я, задрав голову, – к вам у меня никаких вопросов нет.

Самая крупная птица прокричала явно что-то сердитое, типа «ходят тут всякие», и затем все пернатые опустились обратно на вершину. А я стал думать, как мне позвать тумунгу и при этом не выглядеть совсем уж по-идиотски.

– Эй, тумунга, – крикнул я, радуясь, что меня в этот момент не видит никто из знакомых. Да и незнакомых, в общем-то, тоже…

Сверху свесилась птица и странно на меня посмотрела, мол, ты чего орёшь, болезный? Я нервно улыбнулся и пояснил:

– Мне тумунга нужна.

– Это я понял, – неожиданно миролюбиво ответил обитатель скалы и уточнил. – Это про тебя говорили, что ты умеешь с нами разговаривать?

– Наверное, – слегка растерялся я, – а кто говорил-то?

– Морские ленивцы между собой болтали, когда мы мимо их лёжки пролетали, – разговорчивый птиц слетел со скалы и устроился на корме моей старой посудины.

– О как, – я только головой покачал и решил на всякий случай уточнить, – слушай, мне в прошлый раз тумунга сказала, что я могу сюда прийти и её позвать. А как это сделать-то?

– А тебе зачем? Обычно люди стараются держаться от тумунг подальше, а ты сам зовёшь. Значит, ты или очень смелый, или очень глупый. Или и то, и другое одновременно.

– Да я и сам не знаю, – признался я, вздохнув, – о, гляди, вроде плывёт!

Птиц поднялся в воздух, сделал небольшой круг и, вернувшись, подтвердил:

– Плывёт, так что я, пожалуй, вернусь к себе, туда она не допрыгнет в любом случае. На всякий случай, было приятно познакомиться, жаль, что ненадолго.

На этой не слишком оптимистичной ноте птиц взмахнул крыльями и взмыл в воздух, оставив меня в состоянии, близком к панике.

Между тем треугольный плавник был уже совсем рядом, так что менять что-либо было однозначно поздно.

Дождавшись, когда из воды покажется уже знакомая хищная морда, я постарался улыбнуться как можно жизнерадостнее и вежливо поздоровался:

– Привет, я пришёл, как и обещал. Помнишь меня? Ты не так давно помогла мне добраться до берега и рассказала, что тебе иногда просто не с кем поболтать. Из рыб, я так тебя понял, собеседники не очень, а кракен спит постоянно…

Тумунга промолчала и снова погрузилась в воду, чтобы вынырнуть с другой стороны, заставив моё утлое судёнышко покачнуться.

– Я помню тебя, – наконец-то соизволила она ответить и оскалилась, демонстрируя зубы, которые и в прошлый раз произвели на меня просто неизгладимое впечатление. Я, правда, предпочёл для себя решить, что это она так мне улыбнулась.

– Ты сдержал слово, и это странно. Ты что-то хочешь? Тебя снова надо довезти до берега?

Разговаривая, тумунга то и дело погружалась в воду, чтобы тут же всплыть уже в другом месте. Если честно, нервировало это ужасно…

– Нет, спасибо, я сегодня как-нибудь постараюсь сам справиться, – я благодарно прижал руку к груди, очень надеясь, что она не слишком заметно дрожала. – Я пришёл с предложением, которое, надеюсь, тебе понравится.

– Мне ещё никогда ничего не предлагала… – тут тумунга запнулась, решив, видимо, что слово «еда» будет звучать несколько некорректно, – не предлагал человек. Я готова тебя выслушать.

– Видишь ли, – поняв, что есть меня никто не собирается, во всяком случае, прямо сейчас, я немного успокоился и продолжил, внимательно отслеживая реакцию тумунги, – мы открываем в лесу, вон там, – я махнул рукой в сторону устья Ривны, – место отдыха для людей и животных. Вкусная еда, территория без вражды, образованные люди в гостях… Понимаешь?

– Пока нет, – в похожих на пуговицы глазах тумунги появилось нечто похожее на интерес, – но вы, люди, всё время что-то придумываете.

– Так вот, – дождавшись, пока зверюга в очередной раз вынырнет с другой стороны, продолжил я, – я хочу предложить тебе, как своей давней знакомой, которая тогда так мне помогла, возможность получить от нашей затеи прямую выгоду.

– Ты будешь отдавать мне тех, кто тебе не понравится или задумает что-то против тебя? – с энтузиазмом предположила тумунга, радостно продемонстрировав острейшие зубы. – Это хорошая идея, мне очень нравится.

– Не совсем так, – поспешил сказать я и добавил, пока разочарованная зверюга не решила, что я ей уже не интересен, – скажи, мясо какого животного тебе нравится? Как, например, ты относишься к бурбитам? Или тебе больше по вкусу румша?

– Кто это? – тумунга озадаченно плеснула хвостом, окатив меня брызгами с головы до ног.

– Это такие большие животные, – пояснил я, стряхивая с волос воду, – гораздо больше и наверняка намного вкуснее человека. В одном бурбите мяса больше, чем в нескольких людях. И я мог бы сделать так, чтобы тебе регулярно доставляли тушу какого-нибудь животного.

– И что ты хочешь за это? – тумунга снова хлопнула по воде хвостом, но уже менее активно.

– Помнишь, как ты помогла мне добраться до берега? Вот если бы ты или кто-то из твоих родичей смог бы иногда делать то же самое, то есть тащить лодку с парочкой пассажиров отсюда и до устья реки, то за каждую такую доставку я бы расплачивался тушей большого зверя. Тебе даже плыть никуда не придётся: привезут и сбросят в воду там, где скажешь. Как тебе мой план?

Тумунга какое-то время молчала, нарезая круги вокруг яхточки, но потом притормозила и уставилась на меня круглыми глазами.

– Ты странный, – сообщила зверюга, – но предлагаешь забавные вещи. Как часто тебе понадобятся мои услуги?

– Ты можешь пригласить кого-то из своих, – предложил я, – если вдруг будешь занята, когда понадобится.

– Ещё чего, – тумунга в очередной раз нырнула, – хоть ты и говоришь, что этот бурбит большой, но вдруг мне самой будет мало? А как я узнаю, что тебе нужно отвезти кого-то к реке?

– Могу поспособствовать, – неожиданно прозвучало сверху, и мы с тумунгой одновременно посмотрели на скалу, с края которой свешивался уже знакомый мне птиц, – за небольшую услугу.

– Какую? – не сговариваясь, в один голос спросили мы с зверюгой.

– Я всем буду рассказывать, что веду дела с тумунгой и с людьми, – довольно сказал птиц, – это хорошо скажется на моём авторитете. А то у нас скоро выборы вожака стаи, мне дополнительные плюсы не помешали бы. А вы, если вас вдруг спросят, это подтвердите. Ну как? Смотрите, как мне представляется наше сотрудничество: я вижу, что на берегу появились люди, лечу, нахожу тебя, – тут он посмотрел на тумунгу, оценивающе глядящую на него, и на всякий случай добавил, – уважаемая, сообщаю о прибывших. Всё. Все довольны.

Мы с тумунгой переглянулись, и я пожал плечами, мол, решай, меня вроде всё устраивает.

– Слушай, – морская хищница обогнула скалу и вынырнула перед моей яхтой, – а ты всегда такой разговорчивый?

– А что? – птиц быстренько отодвинулся от края скалы, и теперь нам видна была только его голова.

– Да так, – тумунга зевнула, после чего птиц исчез из поля зрения полностью, – тут я на днях с кракеном разговаривала, он как раз проснулся недавно. Так вот, он опять жаловался, что ему совершенно не с кем поговорить. А тут ты, весь из себя такой болтливый. Может, слетаешь, пообщаешься? Тут недалеко…

– С кракеном?! – птиц опасливо выглянул из-за камня. – Ты серьёзно?! Ух! Ну это… я… а он ничего? Не съест меня?

– Не думаю, – тумунге явно нравилась собственная идея, – он так соскучился по достойным собеседникам, что наверняка не станет их жрать.

– Приплывай, обсудим, – подумав, решился птиц и зажмурился, – ух, если я ещё и с кракеном налажу контакт, то всё, должность вожака точно моя, без вариантов!

– Ну так что, договорились? – спросил я тумунгу. – Первый гость будет примерно через пару недель. Следовательно, бурбит тоже. Тебе его целиком или частями?

– Целиком, – зверюга в очередной раз продемонстрировала набор зубов, – договорились, человек. Тебе помочь добраться до берега?

– Да нет, спасибо, – я благодарно поклонился, – сегодня я как-нибудь сам, мне всё равно обратно в Гратенстор надо.

– Как хочешь, – тумунга моргнула на прощание и ушла под воду, напоследок так плеснув хвостом, что я чуть не очутился в воде.

Попрощавшись в погружённым в мечты о грядущем величии птицем, я направился в сторону дома.

Глава 22

Виктория

– Марчелло, мне кажется, ты должен дождаться Мэтью и уже потом отправляться на север, – я в очередной раз пыталась переубедить капитана, который после объяснения с Шарлоттой готов был свернуть горы и обратить вспять реки, – мы ведь не знаем, чего он добился и о чём успел договориться. Вдруг нужно будет принимать срочное решение, а тебя не будет? Даже с учётом того, что вы отправитесь на кубутах, вам понадобится не меньше трёх дней. Условно говоря: день туда, день там и день обратно.

– Да мы быстро, Ори, ты и оглянуться не успеешь, – размахивал руками капитан, – ты всё равно занята целыми днями с Шарлоттой.

При упоминании баронессы Марчелло нежно улыбнулся, а я в очередной раз порадовалась, что не побоялась тогда вечером вмешаться и заставила капитана добиться объяснения с любимой женщиной. Уверена, Мэтью будет очень рад и за матушку, и за капитана, который успел стать ему другом.

С тех пор прошло уже два дня, но и Марчелло, и Шарлотта продолжали словно светиться тихим внутренним светом. Наверное, именно так и должны выглядеть по-настоящему счастливые люди.

– Не спорьте, – остановила нас баронесса, которая, оказывается, успела выйти на крыльцо и слушала нас с лёгкой улыбкой, словно неразумных, но всё равно любимых детей. – Мы сделаем гораздо проще. Я ненадолго вернусь в Гратенстор, кое с кем переговорю по поводу Ори, чтобы подготовить общество к её появлению, возьму Мэтью и вернусь. К этому времени Марчелло и Франко как раз вернутся с севера, заодно и мха привезут. И ты, моя дорогая, немного отдохнёшь. Я же вижу, как тебе тяжело и хозяйством заниматься, и мои уроки выслушивать. Так что предлагаю объявить небольшой перерыв, так как, если я правильно понимаю ситуацию, дальше отдыхать будет некогда.

За время, проведённое в поместье, баронесса Шарлотта прониклась нашей идеей и постепенно стала принимать в обсуждениях самое активное участие.

– Хорошо, – не стала спорить я, так как баронесса была абсолютно права: я и сама чувствовала, что мне жизненно необходима пауза, иначе я просто сорвусь. – Тогда я хотела бы тоже отправиться на север.

– Зачем? – изумился Марчелло, и в глазах Шарлотты и Франко я читала тот же вопрос.

– Интересно, – я пожала плечами, – вряд ли у меня в будущем выпадет возможность побывать в той части Ривенгольского леса. Так почему бы не воспользоваться случаем и не посмотреть те места сейчас? Тем более что в компании двух сильных мужчин и трёх кубут мне совершенно ничего не грозит. Вы поедете на Абу и Коко, так почему бы и нам с Кешей не составить вам компанию?

Поддержка пришла оттуда, откуда я совершено её не ждала: Карло, который потихоньку стал больше вставать и активнее передвигаться по территории, редко вступал в разговоры и, в отличие от своего закадычного дружка Франко, был парнем спокойным и молчаливым.

– Да возьмите вы девчонку, – негромко проговорил он, и все дружно повернулись в его сторону, – пусть развеется, посмотрит новые места, а то сидит тут, как привязанная. Прокатится с вами, мха этого вашего наберёт, на гирбатов посмотрит.

– А таверна как же? – удивился Марчелло и тут же виновато посмотрел на меня. – Прости, Ори, но я действительно так привык, что ты тут за всем присматриваешь…

– Стояла она без вас незнамо сколько лет, так ещё три дня точно простоит, – хмыкнул Карло и незаметно мне подмигнул, – да и мы с мышами за домом присмотрим. А если Родриго нам оставишь, кэп, то вообще хорошо будет. С тобой Ори пойдёт, она и переведёт, ежели что. А твой орёл у нас переводчиком поработает, тем более, – тут Карло на всякий случай оглянулся, чтобы убедиться в отсутствии Родриго, – тем более что он от кубут всё равно отстанет и, соответственно, расстроится. А расстроенный орёл – это вы сами знаете, удовольствие то ещё…

С Карло невозможно было не согласиться: Родриго, когда был чем-то недоволен или огорчён, становился совершенно невыносимым.

– Может быть, ты и прав, – подумав, согласился Марчелло, – мы самым бессовестным образом свалили всё на Ори, совсем забыв, что ей тоже нужно отдыхать. Я, правда, не уверен, что наш визит на север можно назвать отдыхом, но смена обстановки – это тоже хорошо. Значит, Шарлотта, ты отправляешься в Гратенстор и через два-три дня возвращаешься вместе с Мэтью. Мы решаем наши вопросы на севере и возвращаемся примерно в это же время. Пока нас нет, Карло и Родриго остаются за старших, им в помощь номты.

Возражений не последовало, и я с удивившим меня саму предвкушением стала ожидать завтрашнего дня и путешествия на север. Мне очень хотелось хотя бы немного посмотреть мир, в который я попала, ведь кроме той самой первой поляны и последующего пути через лес, который больше напоминал бегство, я ничего толком и не видела. Была ещё изумительная панорама с видом на далёкую реку, но и она уже как-то сгладилась из памяти из-за свалившихся потом событий.

Утром мы проводили Шарлотту, отправлявшуюся в Гратенстор, выслушали миллион и одно напутствие и пообещали быть очень осторожными. Ну и про мох не забыть…

Я уже почти привычно забралась на спину Кеши, который был жутко доволен тем, что отправляется на север вместе с Коко. Марчелло и Франко загрузили на своих кубут несколько мешков с инструментами, и мы, бросив последний взгляд на машущего нам Карло и сидящего на заборе встрёпанного Родриго, отправились в путь.

Так как путешествовать нам предстояло достаточно далеко, для каждого из нас Карло сделал нечто вроде рюкзака, который кубуты надели на плечи. Так стало гораздо удобнее: нужно было только придерживаться рукой за густую шерсть и следить, чтобы по лицу не хлестнула случайная ветка.

Абу, бывший на этот раз предводителем кубут, негромко рыкнул, и гигантские обезьяны полетели вперёд, цепляясь за ветки и отталкиваясь лапами от толстых стволов. Сначала мне было страшновато, но потом, когда я окончательно поняла, что на спине Кеши мне ничего не угрожает, я смогла расслабиться и попробовала смотреть по сторонам. Чаще всего вокруг были сплошные листья, которые сливались в изумрудный туман, но порой сквозь просветы можно было рассмотреть великолепные виды. Как-то раз мне даже показалось, что где-то вдалеке я увидела море, но, возможно, это было просто большое озеро или разлившаяся река. Рассмотреть толком я не успела: роскошный пейзаж снова сменился сплошной зелёной стеной.

Окончательно привыкнув к необычному способу передвижения, я немного подремала, убаюканная плавными движениями Кеши, и даже не очень удивилась, когда буйная растительность вокруг нас стала меняться.

Пышные шапки лиственных деревьев неохотно уступали место хвойным, очень похожим на привычные мне сосны и ели. Наш «транспорт» это нисколько не обескуражило: наоборот, летать от одного мощного ствола к другому им ужасно нравилось. И Марчелло, и Франко явно получали от путешествия верхом на здоровенных зверюгах истинное наслаждение, подбадривая своих «скакунов» свистом и улюлюканьем.

Наконец мы притормозили на большой поляне, окружённой ровными высокими соснами, которые, насколько подсказывала мне память, в моём прошлом мире назывались корабельными. В центре стоял очень высокий угольно-чёрный камень, который, видимо, и служил неким ориентиром.

– Быстро вы, – раздался откуда-то сбоку знакомый голос ворона, – я бы не додумался путешествовать на кубутах. Вообще-то они считаются грозными и опасными. Или конкретно эти не в курсе?

– Привет, – поздоровалась я, выбираясь из рюкзака и сползая по Кеше на землю. – Они наши друзья, поэтому для нас не опасны, наоборот, мы всегда можем на них положиться в плане защиты.

– А, ну тогда конечно, – с непередаваемым сарказмом отозвался ворон, – никуда не уходите, сейчас позову главного из гирбатов.

Пока ворон летал за лохматой зверюгой, я коротко передала спутникам его слова, а Марчелло извлёк из мешка немудрящие, но сытные продукты, которыми мы, естественно, поделились с кубутами. Впрочем, они взяли только по большому куску пирога и сказали, что тут столько нового съедобного вокруг, что голод им совершенно точно не грозит.

Гирбат появился из зарослей каких-то невысоких кустов буквально через полчаса, не больше, и внимательно посмотрел на нас.

– Вы быстро пришли, я это ценю, – прорычал он, – вы перевезёте мою стаю на другой берег?

– Конечно, для этого мы здесь, – выслушав меня, доброжелательно отозвался Марчелло, – мы привезли инструменты. Покажи нам место, где удобно подойти к воде и где есть деревья, которые не жалко.

– Вы будете делать плот? – понятливо кивнул пристроившийся на соседнем деревце ворон. – Разумно, но имейте в виду, что река у нас непростая, с коварным течением.

– Ну так и они – не простые крестьяне, – пожала я плечами, глядя на мужчин, забрасывающих себе на спины явно тяжёлые мешки. – И Марчелло, и Франко – опытные мореплаватели. Не думаю, что течение их испугает.

– Посмотрим, – не стал спорить ворон, – ты тут останешься или с ними пойдёшь?

– С ними, конечно, – тут же ответила я, – мне же интересно. Я никогда не видела, как делают плоты и переправляют на нём зверей.

– Тогда зови ваших ручных кубут да и отправимся, чего время терять, – с этими словами ворон сорвался с ветки и, тяжело взмахивая крыльями, полетел куда-то в ту сторону, где деревья росли не так тесно.

Кеша с родственниками отыскался неподалёку, на солнечной прогалине, сплошь покрытой яркими пятнышками каких-то тёмно-красных ягод, похожих на клюкву, но намного крупнее. Кубуты сгребали ягоды прямо с земли целыми горстями и жевали, жмурясь от удовольствия. Моё предложение отправиться к реке они выслушали без особого энтузиазма, но положение спас гирбат, который сказал, что не надо тащить с собой кубут, потому что они сами нас доставят к месту назначения.

Из кустов вышли ещё два крупных зверя, покрытых такой же клочковатой свалявшейся шерстью, и мой жизненный опыт обогатился ещё и поездкой на гирбатах. Хочу сказать, что в качестве транспорта этих крупных хищников можно использовать с чистой совестью. Ну это при условии, что после незапланированной встречи с ними останешься жив, конечно.

Марчелло и Франко восприняли новый вид передвижения с восторгом, и мне показалось, что когда наши своеобразные «кони» вынесли нас на берег широкой реки, они искренне огорчились. Мужчины, естественно, не гирбаты. Им-то как раз возить на себе людей не слишком понравилось, но ослушаться вожака они не посмели.

Но все эти рассуждения выветрились из моей головы, как только я огляделась: такой невероятной красоты я не видела, наверное, в реальной жизни никогда. Хотя я и не путешествовала почти… откуда мне было набраться впечатлений…

Казалось, вокруг осталось всего два цвета: зелёный и синий, пусть и во всём многообразии оттенков. Тёмно-зелёный, изумрудный, насыщенный малахитовый, нежный салатный и элегантный мятный соседствовали с пронзительно синим, серебристо-голубым и глубоким сапфировым… Лес, трава, мох, река, небольшие лужицы и над всем этим огромный купол неба.

Мои спутники тоже озирали окрестности, но, в отличие от меня, не с эстетической, а исключительно с практической точки зрения. Они оценивали ширину реки, удобство подхода и толщину растущих на берегу деревьев. Судя по довольным лицам и отсутствию непечатных выражений, их всё устраивало.

Они о чём-то переговорили с гирбатами, и через десять минут работа закипела: капитан и Франко ловко валили не слишком толстые, но крепкие деревья и сноровисто обрубали с них ветки. А те самые гирбаты, которые доставили нас на берег, оттаскивали брёвнышки к воде. Для этого им приходилось впрягаться в некое подобие сбруи и, удерживая верёвку клыками, тащить деревья на берег. К счастью, расстояния были небольшими, и зверюгам приходилось не слишком тяжело.

Чтобы не терять времени даром, я прогулялась по окрестностям, пообещав Марчелло не уходить с открытого пространства. Мне было интересно посмотреть, какие растения тут есть, и, может быть, нарвать с собой, если я сумею их опознать. К сожалению, в основном тут росли травы и цветы, совершенно мне не знакомые, так что я смогла набрать только тех самых крупных красных ягод, которые с таким аппетитом лопали оставленные на поляне кубуты. Пробовать их я не рискнула, решив сначала уточнить у Марчелло или Франко, можно ли людям их есть, а то помру, так и не успев выйти замуж. Не так чтобы я туда очень уж стремилась, но обидно же…

Вернувшись на берег, я увидела, что мужчины уже заканчивают сборку одного плота, а на берегу лежат брёвна для другого. Три гирбата столбиками уселись неподалёку, очень напоминая самых обычных собак, только крупнее и с неопрятной шерстью. Интересно, а если гирбата взять, аккуратно вымыть с хорошим шампунем и расчесать, он станет выглядеть симпатичнее?

Я подошла к зверюгам, которые покосились на меня с определённым подозрением, но прогонять не стали.

– А у вас в стае есть маленькие щенки? Те, которые вам почему-то не нужны? – спросила я, вдруг загоревшись идеей завести у нас в таверне ручного гирбата. Ну а что? Пусть бы жил, охранял территорию, а то мало ли кто, мало ли как…

Звери удивлённо переглянулись а потом тот, с которым мы уже общались, прорычал:

– Есть, а зачем тебе?

– Я бы забрала его с собой, заботилась бы о нём, кормила бы, а он бы помогал нам охранять дом… У нас, конечно, стоит защитный купол, но там ведь таверна будет, вдруг под видом путника пройдёт какой-нибудь злодей?

Гирбаты озадаченно замахали хвостами и быстро обменялись какими-то короткими рыками, больше похожими на тявканье.

– Мы подумаем, – в итоге сообщил мне вожак, – это неожиданная и странная просьба.

– Спасибо, – я улыбнулась хищникам и пошла смотреть, как Марчелло и Франко спускают на воду первый плот.