Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"
Автор книги: Павел Чагин
Соавторы: Сергей Малышонок,Александра Шервинская
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 37 (всего у книги 341 страниц)
Глава 10 (окончание)
За этими размышлениями я не заметил, как за окном тьма постепенно уступила место дымчато-серым утренним сумеркам, которые, в свою очередь, сменились каким-то неуверенным солнечным светом. Яркие лучи с явным трудом пробивались через облака и не успевали согреть землю. Распахнув окно, я полной грудью вдохнул холодный воздух, надеясь, что это поможет как-то привести в порядок до сих пор суматошно мечущиеся мысли.
Негромкий стук в дверь заставил меня слегка вздрогнуть, но на пороге обнаружилась всего лишь вчерашняя монахиня, которая сообщила, что настоятельница матушка Неллина приглашает меня на завтрак. Судя по удивлению, лёгкой тенью мелькнувшему в голосе девушки, подобные приглашения не были в порядке вещей. Я поблагодарил и направился вслед за монахиней по знакомым с прошлых визитов коридорам. Теперь я уже не удивлялся тому, что многие вещи просто лучились магией: судя по всему, среди обитательниц монастыря слабых магов просто не было. Может быть, это было одним из критериев, исходя из которых кому-то позволяли остаться, а кого-то устраивали за стенами обители? Впрочем, какое мне дело до того, как матушка Неллина решает сугубо внутренние вопросы монастырской жизни?
На пороге кабинета настоятельницы моя провожатая быстро поклонилась и поспешила куда-то по своим делам. Я уже занёс руку, чтобы постучать в дверь, но услышал:
– Заходи, Каспер, я тебя жду.
В кабинете настоятельницы всё было по-прежнему, разве что бумаг на столе стало больше, да стопка старых манускриптов возле подставки для чтения увеличилась чуть ли не вдвое. На небольшом круглом столике, возле которого приютились два удобных кресла, стояли чайник, чашки и несколько накрытых льняными салфетками блюд.
– Доброе утро, матушка Неллина, – поприветствовал я хозяйку кабинета и, повинуясь короткому властному жесту, сел в одно из кресел.
– Будем считать, что оно именно такое, – проговорила настоятельница, – хотя с каждым днём это приветствие всё больше начинает напоминать издёвку.
– Всё так плохо? – я кивком поблагодарил монахиню, которая собственноручно налила в мою чашку пахнущий мятой и цветами чай.
– Гораздо хуже, чем ты можешь подумать, – она наполнила свою чашку и показала на блюда, – угощайся, всё исключительно свежее, утреннее.
– Спасибо, с удовольствием, – я снял салфетку с ближайшего блюда и вгрызся в румяный бок потрясающе вкусной булочки с джемом, – вчера так устал, что даже ужина дождаться сил не хватило, только пыль смыл – и тут же сон свалил. Не предполагал, что дорога сюда окажется настолько непростой.
– Хорошо выспаться – это тоже немало, – настоятельница отпила чая и аккуратно поставила чашку на блюдце, – здоровый сон – залог здоровья.
– Не стану спорить, матушка Неллина, – я тоже поставил чашку, – особенно если сон снится такой, что и от яви не отличишь. Хотя в таком месте, как ваша обитель, наверное, только такие и могут привидеться. Не так ли?
– Место здесь действительно непростое, – внимательно глядя на меня, ответила немолодая женщина, – я бы даже сказала, что это особое место, озарённое благословением Безмолвной, чьи тайны и заповеди мы храним уже не одно столетие.
– Да, это важно, так как иногда тайны имеют свойство угрожать жизни не только отдельного человека, но и целой группы людей, а порой даже некоторых государств, – я не отвёл взгляда, так как вести подобные разговоры, полные недомолвок, намёков, скрытых угроз и неясных обещаний, научился очень давно. Иначе рядом с Максимилианом уцелеть было невозможно.
– Ты видел, – она не спрашивала, а просто озвучивала очевидный нам обоим факт, и я вдруг заметил, что годы не пощадили даже эту почти всемогущую женщину: резче стали видны многочисленные морщинки, уголки губ опустились, и кое-где на коже проступили возрастные коричневатые пятнышки. А ведь настоятельница очень немолода! Если посчитать, что с момента исчезновения императрицы Элизабет прошло три столетия, а к тому моменту Неллина уже была сильным магом, то страшно даже предположить, сколько же ей на самом деле лет. Маги, конечно, живут долго, но они не бессмертны, и несколько столетий – это более чем серьёзный возраст даже для сильнейших из нас. Нет, есть те, кто дотягивает до семи, а то и восьми сотен, но таких мало, да и не афиширует никто свой истинный возраст, это считается дурным тоном. Максимилиану, например, сейчас четыреста с небольшим, что для мага, да ещё и с примесью демонической крови – расцвет физической и умственной формы. Лиз, соответственно, чуть больше, и впереди у неё примерно столько же, хотя и выглядит она на неполные тридцать. Хотя, если убрать те триста лет, что она провела на иных ветвях Мирового Дерева… то лучше не забивать голову подобной ерундой.
– Видел, – я не видел смысла отрицать очевидное, – и теперь хотел бы получить ответы на некоторые вопросы.
Настоятельница молчала, а я не торопил её: понятно же, что ей нужно взвесить, что именно она может мне сказать, а что и дальше останется исключительно между нею и легендарной императрицей.
– Спрашивай, – наконец-то решилась матушка Неллина, – но сначала я объясню, почему именно ты.
– Мне тоже это очень интересно, – кивнул я и, не удержавшись, добавил, – боюсь, дело не в моей мужской харизме и исключительной неотразимости.
– Ты, конечно, мужчина хоть куда, – усмехнулась настоятельница, – но если бы не некоторые моменты, ты никогда не узнал бы одну из самых страшных тайн империи. Просто получилось так, что ты показался нам с Бетти наиболее подходящим кандидатом. В тебе есть та же кровь, что и в двух других представителях правящей семьи, при этом ты не являешься прямым наследником трона Империи. Это первое. Ты единственный, кого нынешний император терпит рядом с собой и на кого спокойно реагирует его демоническая половина. Этому, как ты теперь знаешь, есть вполне логичное объяснение: вторая половина Максимилиана чует в тебе своего, несмотря ни на какие экранирующие амулеты. Это второе. Ты был допущен в жилище Древнего бога и там познакомился с Лиз, вернуть которую было невероятно трудно, но мы справились. Она знает тебя и относится вполне по-приятельски, что уже немаловажно. Это третье. И ты являешься отцом Эллы-Марии, которая носит в себе энергетическую сущность императрицы. Это четвёртое и главное. Теперь можешь спрашивать.
Я помолчал и слегка наклонился вперёд, глядя на матушку Неллину.
– Какое место отводится мне в ваших планах? Я хочу понимать свою роль, и мне кажется, что это вполне нормальное желание.
– Соглашусь, – кивнула она, – ты имеешь право знать. Я сразу сказала Бетти, что с тобой нужно играть в открытую, чтобы не перехитрить самих себя. Мы рассчитываем, что ты свергнешь нынешнего императора, – тут я невольно огляделся, потому как не привык, чтобы о таких крамольных вещах говорили вслух. О подобном рекомендовалось даже не думать, если хочешь сохранить голову на плечах. – Максимилиан не оправдал надежд, которые на него возлагали. Он оказался недальновидным и авторитарным политиком, не заботящимся о процветании Империи. Элизабет не готова встать во главе государства, так как она слишком долго скиталась по иным мирам. У Бетти нет других вариантов кроме как встать во главе государства самой, хотя бы до тех пор, пока она не воспитает достойного преемника. Поэтому править Империей официально будешь ты, так как именно тебе Лиз уступит это право. Но рядом с тобой всегда будет твоя дочь, и это никого не удивит, верно? Мы очень надеемся, что ты проявишь благоразумие и станешь прислушиваться к советам и подсказкам той, что гораздо лучше тебя разбирается в вопросах управления государством.
– Вопрос, – я постарался успокоить бешено колотящееся сердце, – с какого перепугу Лиз отдаст мне право на трон?
– Этого тебе не нужно знать, – решительно заявила настоятельница, – но, поверь, так и будет.
– Какое отношение ко всему этому имеет то, что происходит сейчас на севере, за Ирманской пустошью?
– Это то, что мы никак не могли учесть в своих планах, – досадливо поморщилась матушка Неллина, – я была уверена, что он сгинул где-то в своих странствиях по мирам. Но Тревор вернулся, и он сделает всё, чтобы захватить наш мир.
– Кто он такой? – я не был уверен, что получу ответ, однако настоятельница, подумав, ответила.
– Он – та сила, которую опрометчиво вызвал из другого мира дурак Максимилиан, – она произнесла имя нынешнего правителя с неприкрытым отвращением, – он рассчитывал с его помощью устранить мать и сестру, стоящих на его пути к трону Империи. Он получил желаемое: Бетти вынуждена была уйти в другой мир, а Лиз Тревор сам зашвырнул на одну из наиболее отдалённых веток Мирового Дерева. Но даже такие, как он, могут просчитаться: он не учёл двух факторов.
– Того, что Лиз сможет вернуться? – попробовал угадать я, чувствуя, как голова идёт кругом.
– Это один момент, – кивнула главная интриганка Империи, – но главное – он не просчитал твоё появление, Каспер, и это станет для него роковой ошибкой.
Глава 11 (начало)
Реджинальд
Тень брата Элизабет растворилась в тёмной паутине ветвей, а я продолжал смотреть на свою госпожу и невольно любовался ею. Как она сумела поставить на место этого зарвавшегося полудемона! Несомненно, эта женщина достойна того, чтобы ей служить, её защищать. В отличие от Максимилиана – я, тот, который Реджинальд фон Рествуд, смутно помнил императора, равнодушно выносившего мне приговор, – она была честна и открыта. А вот от него вполне можно было ожидать любой подлости, поэтому я тенью скользнул по веткам вслед за ушедшим к портальной колонне гостем. Хантер довёл императора до нужного места и, не прощаясь, скользнул в траву, а Максимилиан замер перед сияющей серебристым светом колонной. Неужели он рискнёт и останется в лесу, чтобы проследить за Лиз? Это нужно быть совсем безумным, хотя не исключено, что он таким сумасшедшим и является.
Однако брат Лиз не стал сворачивать в чащу, хотя и в портал шагнул не сразу. Он огляделся, вытащил из кармана куртки небольшой клубок, сплетённый из тёмно-зелёных нитей, и кинул его в кусты, окружающие портальную площадку. И мне чрезвычайно не понравилась ухмылка, скользнувшая по его губам. Затем император шагнул в переливающееся окно портала и исчез.
Мысль о том, что Максимилиан оставил во Франгае что-то хорошее, даже не пришла мне в голову, просто потому что это было совершенно невозможно. Значит, необходимо как минимум узнать, что это был за клубок и каких неприятностей от него можно ожидать. До темноты ещё оставалось немного времени, и я, призвав подаренные мне Новыми богами и Оком Тьмы силы, спрыгнул с дерева и нырнул в кусты.
Клубок я нашёл достаточно быстро, так как император был настолько уверен, что за ним никто не наблюдает, что не потрудился убрать остаточный магический след. Для кого-нибудь менее чуткого эта тонкая серая ниточка почти наверняка осталась бы незамеченной, а через некоторое время просто растворилась бы в окружающем пространстве. Но я видел её чётко, словно она была начерчена огненной кистью какого-нибудь мага уровня Каспера Даргеро.
Как ни странно, Максимилиан оставил всего лишь следящий артефакт, которому надлежало устроиться в кроне любого близлежащего дерева и транслировать своему владельцу картины жизни обитателей дома. Я внимательнейшим образом – разумеется, не прикасаясь к самому клубку – изучил прощальный подарочек императора, но ничего более серьёзного не увидел. Конечно, нужно будет, чтобы помимо меня на него взглянул кто-то ещё, так как оставлять поблизости от Лиз даже призрачную угрозу я не собирался. Поэтому, как следует запомнив дерево, в густую крону которого нырнул клубочек, и кинув на него туманную пелену, я отправился в сторону дома, так как уже почти совсем стемнело и можно было рассчитывать на то, что Лиз сможет пригласить Шегрила.
К удивительному дому, спрятавшемуся в самом сердце Франгая, я подошёл как раз тогда, когда Лиз разговаривала возле крыльца с каким-то закутанным в непроницаемо чёрный плащ человеком. Впрочем, почему «каким-то»: это был именно тот, встреча с кем мне была необходима. Но я подошёл не сразу, задержавшись на некоторое время в тени деревьев и не приближаясь к периметру. Мне захотелось просто посмотреть на Лиз, увидеть, как она улыбается сидящему на словно сотканном из мрака троне – назвать это просто креслом язык не поворачивался – Шегрилу, услышать её смех, серебристым колокольчиком разлетающийся по территории дома.
Мне кажется, я мог бы так стоять всю ночь, но я вовремя вспомнил, что Шегрила Лиз позвала именно по моей просьбе. Поэтому я сделал несколько шагов и остановился перед периметром. Разумеется, я мог бы пересечь болото и самостоятельно, используя подаренные Оком Тьмы способности, но это было бы невежливо. Во всяком случае, я так подумал.
Лиз увидела меня и, обернувшись к дому, что-то сказала, после чего на крыльцо вышел Хантер. Увидев меня, он приглашающе махнул рукой, предлагая пройти внутрь периметра.
– Я открыл для тебя проход, – видя мою нерешительность, он подошёл поближе, – думаю, дальше ты справишься сам. Вряд ли тебе нужен мост в моём лице, Келен.
Кивнув, я осторожно проверил, хватит ли у меня сил пройти сквозь ослабленную, но не убранную до конца защиту, и, создав воздушный трос, перелетел через болото на территорию дома. Как только мои ноги коснулись земли, я не услышал, но отчётливо почувствовал, как за моей спиной закрылся проход. Периметр снова был надёжно запечатан.
Лиз что-то сказала Шегрилу, и тот, поднявшись из своего внушительного кресла, повернулся ко мне. Я, не скрывая любопытства, рассматривал того, в чьё существование в свою бытность обычным человеком вообще не верил, как и во многое другое. О Повелителях мёртвых я слышал исключительно от бродячих менестрелей, порой забредавших в родительский замок. Лилиана очень любила их слушать, и я порой составлял ей компанию.
– Приветствую тебя, Шегрил, Повелитель мёртвых Франгая, – я постарался, чтобы мой голос прозвучал уважительно, но без подобострастия, потому как на самом деле я не испытывал по отношению к легендарному существу, стоящему передо мной, ни страха, ни чего-либо подобного. – Прости, что побеспокоил тебя просьбой о разговоре.
– Назови своё имя, – прогрохотал Шегрил, и у меня на загривке чешуя встала дыбом от этого жуткого голоса. А Лиз даже не вздрогнула, словно и не был рык Повелителя похож на рокот горной реки или шум обвала.
– Я взял себе имя Келен, – не отводя взгляда от клубящейся под капюшоном тьмы, ответил я.
– Однако, ты шутник, – Шегрил покачал головой, – я не стану требовать, чтобы ты назвал своё настоящее имя, так как каждый пришедший с миром в этот дом, имеет право на тайны. За тебя поручилась Хозяйка, поэтому я готов выслушать тебя. О чём ты хочешь говорить, назвавшийся Келеном и отмеченный Оком Тьмы?
– Мне нужен совет, Повелитель, – спокойно ответил я, – думаю, ты именно тот, кто сможет ответить на вопросы, которые не дают мне покоя.
– Не могу тебе этого обещать, но ты смог заинтересовать меня, – Шегрил опустился обратно на свой чёрный трон, а Лиз жестом пригласила меня занять откуда-то появившееся возле крыльца плетёное кресло, такое же, как то, в котором устроилась она сама. – Рассказывай, и, может быть, я действительно захочу тебе помочь.
– С тех пор, как после различных событий я стал тем, кем являюсь теперь, Келеном, избранником Ока Тьмы, мне перестали сниться сны, – начал я, стараясь одновременно и важного не упустить, и на пустяках не заострять внимание, – но однажды я всё же увидел очень странный сон. Я находился в большом зале в самом сердце Франгая, я видел его словно с большой высоты, как будто из окна высокой башни, которая взметнулась к самому небу. Но главное не это…
Я бросил быстрый взгляд на слушателей, и с некоторым удивлением заметил, что никто не усмехается, не морщится, не прячет насмешливых улыбок. Все, включая Шегрила и незаметно вышедшего на крыльцо Домиана, внимательно слушали, не перебивая и не останавливая.
– Я любовался Франгаем, при этом понимая, что это – мой лес, да простит мне Хозяйка этого дома подобную дерзость.
Лиз в ответ на эти слова лишь махнула рукой, показывая, что и не собиралась обижаться или ещё как-то выражать своё неудовольствие.
– И тут в помещение вошёл явно мой слуга, потому что он назвал меня Повелителем, – тут я снова взглянул на слушателей и не заметил даже тени насмешки или возмущения, лишь Шегрил заинтересованно фыркнул. – Но дело в том, что он, этот мой слуга, не отражался в зеркалах. И меня это почему-то совершенно не удивило и не смутило.
– Теперь понятно, почему ты пришёл за советом именно ко мне, – качнул капюшоном Повелитель мёртвых, – но продолжай, назвавшийся Келеном, твой рассказ становится интересным.
– Он сказал, что Тень продвинулась ещё на десять шагов, а гольцам и прочим тварям нет числа. К тому же мой странный слуга сообщил, что север накрыт Тенью, Ирма пала, и лишь монастырь уцелел, так как магия сестёр этой самой Тени пока не по зубам. Но обитель в кольце, и вскоре мрак накроет всё и доберётся до Франгая. Эти слова были последними, потом я проснулся…
Над поляной возле дома повисла тишина, но не спокойная и тёплая, а какая-то тревожная. Я неожиданно испытал острое чувство вины из-за того, что именно я стал причиной этого беспокойства.
– И я подумал, что кто если не ты, Повелитель мёртвых, сможешь сказать мне, как могло получиться так, что у меня появился слуга из нежити? Ведь только они не отбрасывают тени и не отражаются в зеркалах?
Шегрил молчал, задумчиво постукивая кончиками затянутых в чёрные перчатки пальцев по сгустившейся в подобие подлокотника тьме. Никто не отваживался нарушить тишину, воцарившуюся возле дома. Лиз смотрела на Повелителя мёртвых с тревогой и сочувствием.
– Опиши мне того, кто прислуживал тебе, – сказал Шегрил, повернувшись ко мне, и в глубине капюшона сверкнули две багровые искры. – Тогда я смогу дать тебе более точную информацию.
Я сосредоточился, старательно вспоминая тот кажущийся уже достаточно давним сон. Как ни странно, память сумела сохранить мельчайшие детали этого странного видения.
– Он был высок, намного выше обычного человека, но ниже меня, – начал я, – сероватая кожа, слишком длинные для человека руки, но при этом фигура точно человеческая, никаких рогов или хвоста я не заметил.
– Клыки? Багровые глаза?
– Нет, не помню ни того, ни другого, – я отрицательно качнул головой, – наверное, если бы у меня возникла мысль о вампирах, я бы это помнил. Нет, мой слуга был почти человек.
– Значит, это был marbh, – уверенно проговорил Шегрил, – я не знаю, какое слово правильно было бы подобрать в вашем языке… Это оживший мертвец, который может двигаться, иногда разговаривать, выполнять мелкие поручения. Иногда именно из них получаются очень хорошие слуги.
– Зомби, – поёжившись, сказал Лиз, – там, где я жила последнее время, таких существ называли именно так. Только они разговаривать не умели, наверное, потому как им нечем…
– Значит, это был плохо подготовленный marbh, – хохотнул Шегрил, но я уже был готов и не дрогнул при звуках, напоминающих камнепад. – Я могу сделать тебе несколько таких, хочешь? Будут выполнять тяжёлую физическую работу.
– Вот уж спасибо! – замахала руками Лиз. – Только зомби мне для полного счастья и не хватало! Мало мне братца… Хотя иногда мне кажется, что любой зомби лучше, чем Максимилиан.
– Твой брат оставил следящий артефакт, – сказал я, мысленно выругав себя за то, что чуть не забыл об этом важном моменте, – я проследил за ним, потому что император Максимилиан подобен ядовитой змее, которая только и ждёт, затаившись в траве.
– И что же это за артефакт? – тут же заинтересовались Шегрил и Хантер.
– Энергетический клубок, – я подумал и добавил, – если хотите, могу показать, где он притаился. Я не стал его уничтожать, чтобы брат Лиз не насторожился.
– То есть он видел, как мы здесь разговариваем? Разве ему можно это знать? – в нежном голосе Лиз была тревога.
– Нет, не видел, – поспешил я успокоить её, – я кинул на него пелену, но она скоро развеется.
– Предлагаю сходить и посмотреть, – Шегрил решительно поднялся с места, – Келен, составишь мне компанию? Заодно обсудим твой сон…
– С вами пойти? – Хантер совершенно спокойно отнёсся к тому, что Повелитель не позвал его с собой.
– Нет, останься с Лиз, – качнул капюшоном Шегрил, – а потом я вернусь и расскажу о том, как прошёл наш путь по тайным тропам.
