Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

Глава 29

Мэтью

Два месяца спустя

– Ори, всё будет просто замечательно, – я смотрел на побледневшее личико своей сбывшейся мечты и лихорадочно пытался придумать способ её успокоить, – тем более что ты под нашей с Марчелло защитой, и Мелисса приняла тебя просто замечательно. Сегодняшний приём – это просто формальность и относиться к нему нужно именно так. Ты самая красивая и даже не пытайся со мной спорить, поняла? А то я на тебя Луизе пожалуюсь…

– Только не это! – засмеялась Ори. – Ты не будешь настолько безжалостен, Мэтью! Я понимаю, что она заботится обо мне совершенно искренне, но всё равно Луизы иногда слишком много. Её даже Акела побаивается, веришь?

– Это да, – фыркнул я, чувствуя, как меня медленно и неотвратимо наполняет ощущение какого-то запредельного счастья, – ей не удалось повоспитывать матушку, свои уже выросли и выпорхнули из гнезда, вот она и отыгрывается на тебе.

Тут нужно пояснить: когда матушка окончательно освоилась в поместье, и работа таверны более или менее наладилась, туда переехала Луиза. Она не могла допустить, чтобы её любимая госпожа баронесса заботилась о себе сама. Поэтому в один прекрасный день из портала появилось два здоровенных сундука, а с ними и сама Луиза в сопровождении виновато пожавшей плечами матушки.

Горничная тут же развила бурную деятельность, и вскоре всем в таверне заправляли три человека: Марта, Луиза и Бенедикт. Нет, так-то решения принимали, естественно, мы, но всё, что касалось реальной жизни: порядка в доме, который теперь сверкал от подвала до самого отдалённого уголка чердака; питания, причём как для двуногих, так и для прочих обитателей таверны; цветов и непонятно откуда взявшихся на заднем дворе аккуратных клумб с ароматными травами – всем этим заправляла неразлучная троица.

Мы же ничего не имели против, так как теперь могли спокойно заниматься другими важными и интересными вопросами.

Я неожиданно для самого себя вдруг увлёкся историей своего рода, мог часами просиживать над какими-нибудь рассыпающимися в пыль хрониками, отыскивая там упоминания о Даттонах или Хоккинзах. Матушка смотрела на это с умилением, а Карл, с которым мы окончательно сдружились, с уважением.

Как оказалось, наши предки были весьма предусмотрительными людьми, и вместе с теми же Хоккинзами устроили вокруг поместья немало захоронок со всякими интереснейшими вещами. О них я пока не говорил ни Лифалингу, ни даже Марчелло: мне хотелось сначала самому взглянуть хотя бы на парочку.

Кстати, надо будет переговорить с Карлом насчёт Роберта Бонатти: как-то мне очень не нравятся вопросы, которые он стал задавать в последнее время. Уж не собирается ли наш господин антиквар начать собственную игру? Не то чтобы я опасался: в таверну пройти стало ещё сложнее, чем раньше, так как звери, оценив все преимущества, стали уже по собственной инициативе патрулировать даже очень дальние подступы. А тумунги, распробовав бурбитов и румш, организовали практически непреодолимый заслон на пути к устью Ривны.

А сегодня у Ори был первый серьёзный выход в свет: мэр Гратенстора, граф Ротенбоул, устраивал ежегодный осенний приём. Традиционно на нём собирались представители аристократии, чтобы обменяться новостями после летнего сезона, посплетничать и наметить план зимних мероприятий. И этот год, пожалуй, по количеству новостей и сплетен грозил стать самым «урожайным» за последние лет двадцать.

Матушка с Марчелло, который с помощью пары наименее ценных безделушек и нескольких флаконов эликсира из лилового мха быстро уладил свои былые разногласия с торговым союзом Энгалии, уже были в зале и старательно отбивались от желающих пообщаться.

Бывшая баронесса Даттон теперь уже официально стала кайрой Саватти, вызвав шквал пересудов и сплетен. Свадьба, прошедшая в Коридии, была достаточно скромной и исключительно для своих, свидетелями стали Франко – со стороны жениха и Ори – со стороны невесты. Зато потом Марчелло увёз любимую супругу в трёхнедельное путешествие на «Пёстром орле», из которого они вернулись совсем недавно.

– Барон Мэтью Даттон и баронесса Виктория Хоккинз, – торжественно объявил распорядитель, и мы с Ори вошли в залитый светом и украшенный живыми цветами зал. Обычно на вновь прибывших не слишком обращают внимание, так как в высшем свете Гратенстора все всех давным-давно знают, но сейчас практически не осталось тех, кто не повернулся бы в нашу сторону.

Мы прошли между расступившимися гостями и направились к хозяевам дома, мэру Ротенбоулу и его супруге.

– Барон, рад видеть вас и вашу очаровательную спутницу, о которой мы уже столько слышали! – воскликнул мэр, улыбаясь нам с Ори почти искренне, а его супруга в это время внимательно изучала платье и особенно украшения моей спутницы.

– Благодарим за приём, – я слегка склонил голову, а Ори присела в положенном неглубоком реверансе, – мы тоже очень рады оказаться в столь изысканном обществе. Позвольте же мне уже лично представить вам баронессу Викторию Хоккинз, наследницу древней и незаслуженно позабытой династии путешественников, и мою невесту.

– О! Вот это новость! – воскликнул мэр. – Неужели вы, барон, наконец-то готовы покинуть стан холостяков и примкнуть к нам, солидным женатым счастливцам?

– Именно так, господин граф, именно так, – я театрально вздохнул, – красота и добрый нрав баронессы Виктории раз и навсегда покорили моё сердце.

– Баронесса, надеюсь, я могу рассчитывать как минимум на один танец?

Мэр галантно склонился над рукой Ори, которая, помня матушкины уроки, ответила что-то правильное, нейтральное и полностью соответствующее ситуации.

Не знаю, сколько бы нас пытал мэр, но ситуацию спасла Мелисса Карингтон, подошедшая к нам и обнявшая Ори как старую добрую подругу. Я вспомнил, что Карингтоны приходились какими дальними родственниками Ротенбоулам, так что Мелисса вполне могла себе позволить подобную вольность.

– Виктория! Дорогая! – воскликнула она, доброжелательно кивнув мне. – Как же я рада, что ты пришла!

– Я тоже рада тебя видеть, Мелисса, – Ори искренне улыбнулась девушке, в которой, к счастью, было так мало от её хитрой матери, которая сейчас старательно строила глазки какому-то неизвестному мне не по возрасту благообразному юноше. – Как продвигается твоя работа над новой повестью?

– О, я как раз хотела обсудить с тобой несколько моментов, – защебетала Мелисса, – господа, вы ведь простите меня, если я ненадолго украду у вас баронессу?

– Только не забудь вернуть мне невесту, – я подмигнул девушке, которая тут же уставилась на кольцо, украшавшее руку Ори.

– Поздравляю! – Мелисса радостно захлопала в ладоши. – Вот это новость! Как замечательно, что ты не стал откладывать помолвку надолго, Мэтью. Виктория, мы обязательно должны обсудить с тобой будущее торжество, потому что, – тут она таинственно понизила голос, – не исключено, что и мы с Аполло скоро объявим о том же самом! Я уговорила папеньку, и он дал своё предварительное согласие.

Ори улыбнулась нам и, извинившись, упорхнула вместе с Мелиссой, присоединившись к воздушно-кружевной стайке девушек. Через пару минут с той стороны послышались удивлённые и радостные восклицания, потом многие начали обнимать Ори, видимо, узнав новости.

Позже, во время традиционной речи, мэр Ротенбоул публично поздравит нас с Ори с помолвкой, придав ей тем самым официальный статус.

Приём шёл своим чередом, я наслаждался отменным вином и издали наблюдал за Ори, которая весело общалась с молодыми аристократками, которые, благодаря во многом Мелиссе Карингтон, приняли мою красавицу более чем благожелательно.

– Мэтью, друг мой, ещё раз прими мои поздравления, – в соседнее кресло опустились Карл Лифалинг и смутно знакомый мне господин с остатками волос вокруг сверкающей в свете ламп загорелой лысины, – хочу наконец-то познакомить тебя с моим добрым приятелем, господином Стивеном Бенсоном. Именно он является, как ты знаешь, монополистом на покупку у нас лилового мха.

– Очень рад, господин Бенсон, наконец-то познакомиться лично.

Мы обменялись рукопожатиями, и меня приятно удивило то, что рука у коммерсанта оказалась сухой и сильной, а пожатие – решительным и крепким.

– Карл – мой старый друг, – тут же перешёл к делу Бенсон, – поэтому я бесконечно признателен ему за то, что он дал мне возможность закупать ваше сырьё. И я хотел бы обсудить перспективы дальнейшего сотрудничества. Хотел попросить вас, барон, поговорить с вашим поставщиком о том, какие ещё травы он мог бы поставлять вам, а вы, соответственно, продавать мне.

– Я не против того, чтобы расширить ассортимент, – я пожал плечами, – полагаю, остальные участники тоже не будут возражать. Что именно вас интересует?

– Благодарю, – слегка привстал коммерсант и поклонился, – я тут позволил себе набросать список…

– Конечно, давайте, мы уточним у нашего поставщика, какие из перечисленных вами позиций он может достать, – я взял протянутый лист бумаги и положил в карман, – кстати, господин Бенсон, Карл говорил, что вы собираетесь покупать фабрику по производству тканей, это так?

– Да, совершенно верно, – кивнул мой собеседник и бросил на меня короткий внимательный взгляд, – моя дочь выходит замуж за сына моего давнего партнёра, и мы планируем расширяться. Но вы ведь не просто так спрашиваете, верно, господин барон?

– Разумеется, – я кивнул, а Лифалинг довольно улыбнулся: именно он уже второй месяц убеждал меня в том, что у нас пропадает очень много ценного сырья в виде шерсти. – Скажите, пожалуйста, как вам кажется, пользовались бы спросом ткани, сделанные с добавлением шерсти рибуса или гирбата?

– Несомненно, – в глазах господина Бенсона вспыхнули искры живейшего интереса. – А у вас есть возможность её достать?

– Есть, иначе я не стал бы спрашивать, – улыбнулся я, – и вы готовы были бы дать достойную цену?

– Договорились бы, – прищурился коммерсант, пряча улыбку, – ваш поставщик может и это?

– Здесь нам даже поставщик не нужен, – вступил в беседу Карл, – ты ведь знаешь, что таверна, которой владеют кайр Саватти и барон Даттон, находится в сердце Ривенгольского леса, в котором полно как рибусов, так и гирбатов. Последних, конечно, чуть меньше, они всё же предпочитают более северные края.

– Я много слышал о таверне, но, насколько я знаю, это очень закрытое предприятие, туда попасть можно только по приглашению владельцев. Не так ли?

– Я вас приглашаю, – обменявшись с Карлом взглядами, проговорил я, – уверяю, таких острых ощущений вы не испытывали давно. Сначала вас ждёт путешествие на тумунге, потом путь через дикий лес верхом на кубуте, ну а потом уже – отдых и познавательные походы в таверне и вокруг неё.

– Звучит чрезвычайно привлекательно, – засмеялся господин Бенсон.

– Поверьте, мы приглашаем далеко не всех, но за то время, что мы с вами сотрудничаем, у нас была возможность убедиться в том, что с вами можно иметь дело. К тому же рекомендация Карла дорогого стоит. Вы можете отправиться через неделю вместе с кайром Саватти, я его предупрежу.

– Благодарю, – совершенно искренне сказал коммерсант и встал, – пойду заниматься делами и предвкушать путешествие.

Проводив взглядом господина Бенсона, я подумал о том, что моя жизнь в последнее время стала невероятно насыщенной, и что мне это бесконечно нравится. Почему-то вдруг привиделся высокий мужчина в старинной одежде, с характерными для Даттонов чертами лица, который отсалютовал мне и одобрительно подмигнул. Да, думаю, предок, когда-то давным-давно поставивший дом в чаще Ривенгольского леса, был бы мной доволен. Ну а я уж постараюсь не посрамить честь рода!

Глава 30

Виктория

Год спустя…

– Ори, дорогая, взгляни, пожалуйста, что там за шум в холле, – баронесса Шарлотта оторвалась от чтения газеты и прислушалась, – может быть, вернулся Марчелло?

– Вряд ли, – улыбнулась я, – он прислал сообщение с Родриго, что будет через четыре дня. Так что, как бы наш капитан ни спешил к тебе, даже ему не под силу настолько ускорить ход брига.

– Тогда тем более любопытно, – свекровь поднялась с дивана и, осторожно придерживая уже заметно округлившийся животик, тронула колокольчик, вызывающий верную Луизу. Горничная теперь путешествовала вместе с нами, оберегая Шарлотту от всего, что только можно себе представить.

Мы уже давно, ещё до нашей с Мэтью свадьбы, перешли с ней на «ты», хотя я достаточно долго путалась в обращении, но Шарлотта убедила меня, что если я ко всем, включая министра Лифалинга, обращаюсь по-свойски, то почему это она должна оставаться в меньшинстве. Возразить мне было нечего, да, в общем-то, не очень и хотелось. Шарлотта стала мне не просто родственницей, а самой настоящей подругой и доверенным лицом. Именно ей первой я сегодня сообщила новость о своей беременности, о чём пока не знал даже Мэтью, хотя мне казалось, что он о чём-то таком начал догадываться. Иначе с чего бы любимый супруг так настойчиво стал пичкать меня фруктами, укрепляющими отварами и прочими полезными, но не всегда вкусными вещами. И категорически запретил куда-либо ездить на Кеше.

– Малыш непременно унаследует дар Даттонов, – заявила свекровь, покончив с восторгами, – и нам будет кому передать таверну. Кстати, Карл говорил с тобой об открытии северного филиала?

– Говорил, – скептически рассматривая румяное яблоко, кивнула я, – но мне кажется, это преждевременная инициатива. Нужно подождать хотя бы пару лет.

– Я тоже так считаю, – довольно улыбнулась Шарлотта, – всех денег не заработаешь, а спешка иногда может причинить серьёзный вред.

Тут в комнату вошла Луиза, сообщившая, что майор Орланд просит его принять.

– Проси, – велела Шарлотта, обменявшись со мной удивлёнными взглядами, – и прикажи подать чаю с чем-нибудь. Наш гость наверняка не откажется перекусить.

– Слушаюсь, госпожа баронесса, – присела в реверансе горничная и вышла из гостиной.

Наступила тишина, а потом послышались уверенные шаги, и в гостиную вошёл майор Майкл Орланд, одетый, как и всегда, в безупречный костюм унылого серого цвета. Для меня с самой первой встречи с представителем службы государственной безопасности Энгалии было загадкой, почему при прекрасном качестве ткани и великолепном пошиве майор выбирает этот совершенно жуткий, насквозь казённый цвет.

– Майкл, добрый день, – Шарлотта протянула майору руку для поцелуя, и безопасник согнулся в безупречном поклоне, – что привело вас к нам?

– Рад видеть вас, кайра Саватти, – улыбнулся майор, – и вас, баронесса Даттон. Прошу прощения, но могу ли я попросить уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени?

– Разумеется, Майкл, мы с Викторией всегда рады вам помочь по мере наших скромных сил. Что-нибудь случилось?

Надо сказать, что с майором Орландом я познакомилась практически сразу после того, как мы с Мэтью объявили о помолвке и я временно переехала в Гратенстор, оставив таверну на Франко, Карло и Марту с Бенедиктом.

Тогда майор появился в доме Шарлотты и попросил устроить ему приватную встречу с Марчелло Саватти. О чём уж они беседовали за закрытыми дверями в течение нескольких часов, нам так и не рассказали, но вышли мужчины довольные друг другом, и майор объявил, что у службы безопасности Гратенстора нет к кайру капитану ни малейших претензий, а все прошлые можно считать досадным недоразумением.

– Нет, что вы, кайра, – майор Орланд поднял руки в успокаивающем жесте, – просто хочу задать несколько вопросов в надежде, что вы сможете пролить свет на пару странных происшествий.

– Вы нас заинтриговали, Майкл, – улыбнулась ему Шарлотта, – спрашивайте же, мы сгораем от нетерпения, правда, Виктория?

– Именно так, – поддержала я свекровь, – не томите, майор, спрашивайте.

– Скажите, пожалуйста, знаком ли вам господин Роберт Бонатти?

Мы, не сговариваясь, кивнули, так как из знакомства с любителем старинных вещей тайны не делали.

– Конечно, – ответила за нас обеих Шарлотта, – мы с ним ведём некоторые дела, и часто обращаемся к господину Бонатти за консультацией. Вы ведь знаете, что во всём Гратенсторе нет более сведущего специалиста по оценке редкостей. А почему вы спрашиваете? Неужели господин Бонатти как-то провинился перед вашей службой?

– Нет-нет, дорогая кайра, ни в коем случае, – как-то слишком бодро, на мой взгляд, отозвался майор, – просто дело в том, что господин Бонатти исчез.

– Как исчез? – одновременно воскликнули мы.

– А вот так, – майор Орланд тяжело вздохнул, – в последний раз его видели неделю назад в порту Гратенстора, где он арендовал скоростную одноместную яхту. Но в порт яхта не вернулась, а один из рыбаков, оказавшийся неподалёку, сказал, будто бы видел похожую яхту, плывущую в сторону устья Ривны. Я хотел спросить, не появлялся ли господин Бонатти в вашей знаменитой таверне?

– Совершенно точно не появлялся, – вступила в беседу я, – вы ведь знаете, майор, как, впрочем, и все остальные жители Гратенстора, что в таверну «Лапы и хвост» нельзя попасть незамеченным. Посещения осуществляются строго по предварительной записи, и непременно в сопровождении кого-нибудь из владельцев или персонала. Последний гость был у нас неделю назад, его привёз граф Лифалинг. Это был учёный-зоолог из университета, если вам нужно, я уточню его имя. Он прожил в таверне три дня и отбыл опять же в сопровождении министра Лифалинга. Следующий посетитель ожидается, если мне не изменяет память, через четыре дня, и это представитель торгового союза Коридии, кайр Джакомо Лимотта, вы наверняка его знаете. Он отправится в таверну вместе с кайром Саватти, хотя это и не первый его визит. Но вот господина Бонатти нет в наших списках ни среди тех, кто посещал «Лапы и хвост» недавно, ни среди тех, кто оставлял заявку на визит.

– А мог он попытаться проникнуть на территорию таверны самостоятельно? – вкрадчиво поинтересовался майор.

– Только если он выбрал такой странный способ свести счёты с жизнью, – подключилась к разговору Шарлотта, – ничем иным объяснить это невозможно. Даже если ему удалось на яхте миновать патрулирующих акваторию устья тумунг и высадиться на берег, то продвинуться дальше он вряд ли смог бы. Поверьте, майор, мы ничуть не преувеличиваем, говоря о том, что Ривенгольский лес – это смертельно опасная территория.

– Но вы же как-то там передвигаетесь, – возразил ей майор, – и ваши гости тоже. Я слышал, что портал там настроен только на членов семьи Даттон, это действительно так?

– Совершенно верно, – кивнула свекровь, – воспользоваться тамошним порталом можем только мы трое. Викторию он пропускает, видимо, чувствуя кровь Хоккинзов. Ведь именно её далёкий предок, барон Рудольф Хоккинз был рядом, когда первый барон Даттон строил это поместье. Даже мой муж, кайр Саватти, не может пройти там без кого-нибудь из нас. Так что этот вариант вы можете не рассматривать. А передвигаются наши гости на кубутах, и, можете мне поверить, Майкл, это совершенно незабываемо!

– Неужели и вы тоже?! – искренне изумился майор Орланд.

– Конечно, – улыбнулась Шарлотта, – я не могла не попробовать.

Я слушала их разговор и вдруг вспомнила, как около месяца назад случайно услышала разговор Карла Лифалинга с господином Бонатти. Антиквар тогда более чем настойчиво просил, практически настаивал на том, чтобы ему позволили посещать таверну самостоятельно, обещал какие-то баснословные деньги, но Карл был непреклонен. Ещё бы: министр получал от таверны огромный доход, потерять который из-за нарушенного слова было бы верхом идиотизма.

Лиловый мох, магические артефакты, земляные орехи, старинные монеты, шерсть рибусов и гирбатов, шкуры бурбитов, редкие морские раковины – это далеко не полный список того, что хранилось в норе Шлосса. Сам змей, выполняя роль казначея, регулярно проводил ревизию сокровищ и говорил, что медленно, но верно превращается в настоящего дракона.

Как-то в самом начале, когда мы только начали продавать редкости, нашлись отчаянные люди из числа тех, что не слишком уважают закон, и они попробовали добраться до источника таких удивительных вещей. Если лиловый мох, дары моря, земляные орехи и раритеты эпохи магов мы могли списать на таинственных поставщиков Джанкарло, то шерсть, меха и шкуры – уже нет. Да и неуклонно растущее благосостояние родов Даттон и Лифалинг лишь укрепляло народ в мнении, что мы отыскали в лесу как минимум десяток кладов.

В устье Ривны тогда высадился отряд, насчитывавший около двух десятков человек, хорошо вооружённых и уверенных в собственных силах. До таверны не дошёл ни один… Кто-то стал добычей коргутов, кто-то забрёл в болото да так там и остался, несколько человек решили отдохнуть на берегу у воды, но не учли того, что обитатели омутов никогда не отказываются от еды, которая сама приходит… Ну а последние двое, видимо, наиболее хорошо подготовленные, почти дошли до таверны. Но и им не повезло: они набрели на нору Шлосса, который как раз был не в настроении. Всё это нам рассказали спанки, которые, перепрыгивая с ветки на ветку, следовали за отрядом не то смельчаков, не то безумцев и с интересом наблюдали за тем, как постепенно сокращалось количество любителей чужого добра.

Больше желающих добраться до таверны не было, но мы не исключали, что они появятся, поэтому и купол защитный обновлять не забывали, и с обитателями леса нужные беседы проводили.

– То есть, если господин Бонатти попытался самостоятельно добраться до таверны, то его можно… не искать? Я правильно понимаю?

– Думаю, что да, – мы с Шарлоттой переглянулись и вздохнули, – господин Бонатти вряд ли когда-нибудь выйдет из Ривенгольского леса.

– Какое счастье, – неожиданно сказал майор и расхохотался, глядя на наши вытянувшиеся лица. – Я столько лет пытался поймать этого мерзавца, но у меня никак не получалось. Ну а про жандармерию я даже не говорю: это была птица не их полёта. Кстати, не могли бы вы записать меня в очередь? Я считаю, что с моей стороны является недопустимым упущением то, что я до сих пор не побывал в вашей удивительной таверне.

– Будем рады, Майкл, – улыбнулась майору Шарлотта, – думаю, путешествие на кубуте вам понравится. Как раз в вашем духе.

– Даже не сомневаюсь, – хмыкнул майор Орланд и поднялся на ноги, – благодарю за познавательную беседу, кайра… баронесса…

Проводив безопасника, мы с Шарлоттой перебрались на террасу, выходящую в сад, и уселись в плетёных креслах.

Я вдыхала свежий, наполненный ароматом цветущих деревьев воздух и благодарила всех святых, которые есть в этом мире и всех остальных мирах за то, что они подарили мне такое счастье, о каком я и не мечтала. Впереди меня ждала наполненная интересными делами жизнь, полная удивительных открытий. Рядом со мной были дорогие мне люди: моя семья и друзья. В таверне меня ждали верные помощники и единомышленники. Я счастлива и полна планов и надежд…

– О чём ты думаешь, Ори? – негромко спросила Шарлотта, глядя на меня с мягкой улыбкой.

– О том, что если по-настоящему верить в чудо, оно непременно сбудется!..