Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

– Я уже видел, к чему приведёт «другой путь», Сефирот, – ответил Эмия, – пусть всех не спасти, но… я буду спасать тех, кого могу, сколь бы лицемерно и эгоистично это ни звучало.

– Не знаю, где ты увидел тут лицемерие, по мне так обычный юношеский максимализм, что пройдёт со временем, ну да ладно. Раз ты подтвердил согласие, то можно начинать. Хм… пожалуй, для чистоты реакций, тебе сначала стоит отложить свой артефакт. По идее, он мешать не должен, но в этом безумном мире я уже ни в чём не уверен.

– Артефакт? Какой артефакт? – не понял Широ, а вот Арчер сделал какой-то ну очень подозрительно непричастный вид.

– Так, вы же не хотите сказать… – начал было я, но поднятая в жесте осторожности рука, как-то сама собой устало переместилась на моё лицо. – А, ну да, ОЯШ, не подозревающий о могучем источнике Силы и Пафоса, что в нём хранится, разумеется! Как мы могли обойти этот штамп стороной?… – мне стало грустно. Опять. – Так, товарищи маги, герои и просто околобожественные сущности, кто-нибудь умеет извлекать из носителя артефакт «внутреннего размещения», так сказать?

– Разумеется, Мастер, это не так уж сложно, – первой отозвалась Кастер.

– Пациент переживёт операцию, или мне надо будет его снова воскрешать? – уточняю на всякий случай, ибо лучше перебдеть.

– Снова? – эхом, в один голос, переспросили Илия, Сакура и Лувия.

– Я уже латал его в начале Войны, когда его убил Лансер, – отмахиваюсь от лишних разговоров. – Так что, мне надо готовиться чинить ему большую дыру в груди?

– Нет, это излишне. Совершенно излишне! – поспешно замотала головой эльфийка, забавно подняв руки к груди.

– Отлично, приступай.

– Да, конечно, – кивнула Кастер и, встав на колени, принялась чертить многолучевую звезду. Процесс шёл быстро – не минуло и двух минут, как девушка поднялась и повернулась к ОЯШу. – Эмия-сан, встань, пожалуйста, вот сюда, – Медея указала на рисунок. Широ повиновался, после чего чародейка сотворила довольно вычурные чары и запустила руку куда-то в центр груди парня, – кажется, нашла.

– Надеюсь, это упоминаемый тобой артефакт, а не его сердце, – прокомментировала Рин, наблюдая, как Кастер что-то вытягивает из парня её сестры. Но вот процесс завершился и нашему взору предстали роскошные ножны, отделанные золотом и синей эмалью. Посреди ножен было выгравировано «Сие есть врата в страну нашу».

– Хм…

– Авалон?! – удивлённо воскликнули обе зеленоглазые блондинки.

– Эм, причём тут остров фей? – не поняла Лувия.

– Нет, – мотнула головой Артурия, – Авалон – это ножны Экскалибура. Я… утратила их перед моей… – короткий взгляд на Мордред, – последней битвой.

– Чёртовы происки моей мамаши, – ругнулась Мо-тян, складывая руки на груди.

Медея, тем временем, передала артефакт мне. Так, что тут у нас? Через Широ я тогда видел только тот факт, что это светлый артефакт, да ещё и толком не вышедший на рабочую мощность, а сейчас? Сейчас я отчётливо мог разобрать, что данная вещь не светлая… вернее, не так. Ножны были… реально порталом. Извращённым, выполненным по какой-то нечеловеческой логике и, на мой взгляд, через задницу, но… оно работало и связывало носителя с неким Светлым Измерением, вроде мира Звёздных Духов, причём, судя по эманациям, сам фон того измерения действует на подобии заклинания лечения, минимум, среднего уровня. И это ведь далеко не максимум! Думаю, на полной мощности подобный артефакт будет исцелять даже смертельные раны, быть может, кроме отрубания головы. Старость владельцу тоже не грозит… хм, а эта пространственная петля… возможность владельцу «сместиться» к тому плану и пропустить через себя атаку? Или всё же перебрасывается сама атака? Не скажу, что вижу что-то новое, сам люблю «сдвиг по фазе», но вот на артефактной основе и в таком комплексе – очень хорошая вещь, надо будет похожий комплекс добавить девочкам в кольца. Но ладно, что-то я увлёкся.

– Полагаю, что стоит вернуть ножны настоящей владелице, ты же не против, Широ-кун?

– Конечно! – поспешно закивал парень. Я кивнул и протянул часть экипировки Сэйбер.

– Благодарю, – кивнула девушка. Стоило её руке коснуться ножен, как они буквально запылали золотом, а уровень «мощности» подскочил едва ли не на два порядка! Теперь это был уже полноценный канал на план, откуда в девушку вливалась светлая мана. Хм, ещё и личная привязка к владельцу. Ну, логично.

– Кста-а-ати, я тут вспомнил, что по легендам, Мерлин отчалил на этот самый Авалон, а здесь ещё и гравировка стоит, что ножны есть некие Врата… Да и то, что эта бородатая сволочь не призвалась, могло косвенно свидетельствовать о том, что старичок жив… – чувствуя небывалое воодушевление, загорелся я идеей.

– Сефирот, – строго посмотрела на меня эта Прелесть, – не нужно планировать карательный поход в Страну Фей с целью найти и уничтожить моего воспитателя. Пожалуйста.

– Эх, – я вздохнул, – ну Сэйбер, я же большой и страшный дракон, которого уже давно терзает интерес, есть ли у феи хвост и совесть у Мерлина, а ты мне запрещаешь отправиться искать ответы на сии важнейшие философские вопросы, ну разве так можно?

– Кстати, Мастер, а откуда ты знаешь, что выгравировано на ножнах? – поинтересовалась Мордред.

– В смысле? Там же прямым текстом написано.

– Угу, на языке Фей! – язвительно ответила Мо-тян, – и никто толком не знал, что именно там накарябано, может кроме моей матери и этого инфантильного маразматика.

– Ай, – морщусь, взмахнув рукой, – я же бывший Бог и Архидемон, в конце концов, а эти ребята могут понимать любые языки. В любом случае, это не столь важные мелочи, чтобы обращать на них внимание на фоне всего, что у нас творится.

– Вопрос наличия хвоста у фей тебя волнует куда больше? – Лувия смотрела на меня… ну, в принципе, она так частенько на всю нашу компашку смотрит, так что ладно.

– Угу, это можно сказать, концептуальная дилемма. Но мы отвлеклись. Поскольку вопрос с артефактом решился, то, – поворачиваюсь к Широ, – пей давай и мы посмотрим, что получилось, – я вручил Эмии флакон и кивком указал ложиться на стол.

Парень выпил почти без промедления и успел присесть на столешницу, а потом его скрутило. Тут уж подключился и я, проводя инъекцию дополнительного материала. А дальше его организм стремительно менялся, на свою трансформацию и поддержание функциональности затрачивая ману жизни, влитую в эликсир. Вот мутировали его магические цепи, вот начали стремительно прорастать и укрепляться новые нормальные энергоканалы, а вот начала проявляться и плёнка внешней энергооболочки, как у уроженцев Эдоласа. С душой тоже творилось интересное. Свет лёг на неё, как родной, дополняя и усиливая, но при этом, оставляя прежней, вплоть до того, что ранее имевшаяся предрасположенность, называемая тут Исток, не изменилась, лишь приобрела пару дополнительных свойств.

– Ох… – простонал ОЯШ версии 3.0, приходя в себе через двадцать минут, – это было неприятно…

– Что, думаешь стоит добавить ароматизатор с клубничным вкусом?

– Не помешает, – по доброму усмехнулся школьник, потирая правой рукой голову и медленно поднимая себя в сидячее положение.

– Б-братик Широ… – заикаясь и покраснев промямлила белокурая лоля, по совместительству – первая военнопленная.

– Илия? – повернулся к ней рыжий.

– Ви-и-и!… – девочка натурально взвизгнула и спряталась за Рин.

– Хм… я тут вспомнил, не только драконов тянуло к принцессам, но ведь и принцесс к драконам. Не значит ли это, что в сём мире, полном дичи и концепций, драконовость даёт плюсик к харизме? – оторопело наблюдая эту картину, медленно произнёс я.

– Он сразу стал таким… таким… – Лувия начала размахивать руками, показывая что-то большое и брутальное, пока Сакура рядом с Рин просто и незатейливо забыла, что людям надо дышать.

– Надо было проверять, как «драконья аура» действует на обычных людей, а то Слугам-то пофиг, – констатировал я, судорожно пытаясь припомнить, открывал ли я свою драконью ауру, если это можно так назвать, хоть кому-нибудь в этом мире? Выходило, что, скорее нет, чем да, потому, как я вообще стараюсь не фонить своим присутствием, а в те разы, когда немного терял голову от эмоций, выпускал далеко не только драконовость… – У нас проблемы.

– От него очень разит праной, – с академической озабоченностью, отметила Рин, взявшись пальчиками за подбородок, – но в чём проблема?

– Резко увеличившееся количество и качество магических цепей при неумении их контролировать, похоже, привело к тому, что он неосознанно выпускает свою энергию наружу, а та несёт его эмоциональный и личностный отпечаток, – попыталась объяснить Медея, с толикой растерянности оглядывая живых… ну, в смысле, ещё не умиравших людей и гомункулов. – А так как её много, это может сильно влиять на тех, у кого мало своей праны или маны, или тех, кто уже как-то эмоционально с ним связан.

– Или, если совсем грубо, Широ начал выпускать магические феромоны, – внёс свою лепту и я.

– Семпай! – около стола в одно движение оказалась Сакура. Поправка, очень… очень решительная и очень взволнованная Сакура. – Это плохо! Ты должен научиться перестать так делать! Контролируй себя, Семпай!

– А?… Я… Как? – не на шутку взволновался парень.

– Тебе нельзя идти в школу в таком состоянии, Семпай! – ещё решительнее подалась к нему сестра Рин. – Тебя… Тебя… Тебя могут изнасиловать! – с голосом, выражающим мировую трагедию и лицом застывшего на краю бездны человека, выдала девушка. – Ты должен… должен быть осторожен!

– Э-э-э-э…

– Она права, – соглашаюсь с бывшей Мато. – Если волшебницы ещё могут похвастаться самоконтролем, то обычным женщинам ты мозги мгновенно отключишь, особенно, если будешь вести себя, как обычно, то есть быть добрым и благородным рыцарем с кубиками на животе.

– И что мне делать?! Я не могу всю жизнь просидеть взаперти! – всполошился Эмия.

– Всю жизнь не надо, ложись на спину и расслабься – установлю тебе рефлексы по первичному самоконтролю, и всё будет в порядке, – обхожу стол, чтобы встать у изголовья и дожидаюсь пока парень выполнит команду.

– «Везёт же некоторым», – про себя, но довольно громко подумала Рин, в её тоне читалась лёгкая зависть и… ревность? О, Тьма, я не знаю, какими путями ходит женская логика, но ревновать меня к Широ – это перебор!

– «А если я скажу, что у меня есть эликсирчик, идеально подходящий для тёмной чародейки?»

– «… Можешь сказать это ещё раз?» – после паузы попросила меня очень примерная и хорошая пай-девочка, умудрившись мысленно состроить ангельски чистые глазки. А ведь ещё недавно спрашивала, как показывать язык… вот что правильный подход к учёбе делает! Ещё немного и она сама ментальную магию освоит, а то и телепатию.

– «У меня есть эликсирчик, идеально подходящий для тёмной чародейки.», – повторяю, передавая по связи улыбку.

– «Ты лучший!» – накрыла меня волной счастья Тосака, отчаянно пытаясь сдержать лицо, чтобы никто этого не заметил.

– Мы закончим ужин для Илии-сама, – прервал наше мысленное общение голос Селлы и старшая горничная потащила из подвала свою сестру, которая не очень-то охотно тащилась, так и норовя посмотреть назад – в сторону Эмии.

– Вот и славненько, – уже положив руки на виски Широ, сосредотачиваюсь на нужных данных, что хочу ему передать, – но, лучше, тогда все идите на кухню, это займёт ещё минут двадцать-тридцать, за время которых вам будет совсем не на что смотреть.

– Вы идите, я останусь, – качнула головой Рин, таким образом подталкивая гостей к выходу.

– А-а-а… Я тоже хочу, – робко выглянув у неё из-за спины, глядя при этом только на лежащего "братика" и держась за юбку-препятсвие, сообщила Айнцберн.

– Кто бы сомневался? – фыркнула Тосака, складывая руки на груди, но не предпринимая попыток отцепить руки ребёнка от своей одежды.

Дальше мне стало уже не до разговоров и я полностью погрузился в работу. Как я и говорил ранее, внедрять принципиально новые для этого мира знания в разум Широ оказалось куда проще, чем в случае Рин или Медеи. Парень, с одной стороны, знал много, но это "много" было знаниями по верхам, практически на уровне, что вот такие-то разделы искусства существуют и работают где-то так. А вот академического образования, практики и устоявшихся догматов у него не имелось и это очень облегчало задачу выстраивания ассоциативных цепочек, не требуя от меня подгонять знания под местные реалии, чтобы в разуме пользователя не случилось конфликтов двух "совершенно точных фактов". Тем не менее, попотеть всё равно пришлось, потому как прописываю я рефлексы не на какой-то один навык, а на комплексную работу с совершенно новой энергетикой, причём, не абы какой, а искусственно смоделированной и в естественных условиях не встречающейся.

Но вот двадцать с лишним минут истекли и я, с чувством хорошо проделанной работы, прервал телепатический контакт.

– Всё, – отстраняюсь от парня, – ближайшие пару недель побольше спи и ешь, и поменьше напрягайся в эмоциональном и магическом плане. А сейчас… Соберись! Ману втяни, живот расслабь, дышать не прекращай!

– Это так… необычно, – зажмурив глаза и нахмурив лоб, произнёс школьник. – Совсем ничего общего с тем, как я использовал магию укрепления…

– Так и должно быть, помимо изменения и развития обычных магических цепей, твоя энергетика теперь имеет и духовный уровень, а усиление физического тела идёт теперь не только за счет твоих цепей, но и от измененной клеточной структуры и ДНК, даже, в первую очередь от них. О, вижу, начало получаться! – радуюсь успехам ученика, наблюдая за его энергетикой драконьим зрением. – Эй, Илия-тян, тебя всё ещё тянет пищать от вида младшего братика?

– Я не пищала! – поспешили переписать историю гордые немцы.

– Пищала.

– Нет! – вздёрнутый носик, важная моська, сжатые кулачки и общая воинственность образа взяли где-то одну пятую кавайности Сэйбер во время того, как она кушает.

– Да, – но так просто меня не возьмёшь!

– Тебе показалось!

– Отвечай на вопрос.

– Не буду я отвечать на такое, – надулась маленькая белокурая девочка, отгораживаясь от меня Тосакой.

– Ну… раз ты больше на него не пытаешься тайком пялиться, будем считать, что ответ "нет", – сжалился я над волшебницей. – Всё, Широ слезай со стола, Илия залезай на стол! – отдаю новую команду.

– Что? Как?… Уже? – мигом забыв про напускную обиду, замотала головой Айнцберн.

– Да, – кивнул я, помогая слегка плывущему ОЯШу подняться и твёрдо встать на пол.

– А может не надо? – робко спросила девочка, всё ещё прячась за Рин.

– Надо, Илия, надо. И не волнуйся, всё будет хорошо, – с этими словами я шагнул ближе и, мягко коснувшись её волос, усыпил ребёнка. После чего подхватил начавшее оседать тело на руки.

– Сефирот? – одним словом передала всё своё беспокойство и волнение Тосака.

– У меня всё готово и дальше тянуть смысла нет. Я закончу быстро, так что иди пока ужинать.

– Хорошо, – чуть замявшись, согласилась моя девочка-волшебница, – удачи.

– Она мне не понадобится, – я размял пальцы и телекинезом притянул к себе банку с сердцем, – двадцать минут. Как там говорил добрый доктор? «Я пришью тебе новые ножки и ты вновь побежишь по дорожке»…

Зловещие опыты в экранированном жутком подвале продолжались.

Немного позже.

Поигрывая вырванным из груди невинной девочки детским сердцем, я размышлял, как вообще в него впихнули вот это вот всё?! Тут ведь не просто якорь, это я ещё могу понять, даже приходилось сталкиваться во время препарирования всяких культистов в те семь лет «свободного плавания», так что и вариации одержимости и «демон-хосты» у самых хитрожопых меня уже не удивляют, куда интереснее было тот факт, что данный якорь был связан с Граалем и, соответственно, сидящей в ней тварью именно в рамках Ритуала Войны, но при этом был изготовлен много раньше и, что самое интересное, помещён в живой, изменяющийся сосуд. Другими словами, это всё равно, что вырастить чью-то печень, но вместо пересадки человеку, под кого оно и растилось, приживить её кому-то другому, причём, этот «кто-то другой» может оказаться алкоголиком со стажем и за год пересаженное ушатает до полной невозможности использовать дальше. Аналогия, конечно, грубая, да и Илия не оставалась без присмотра, но и досконально контролировать все процессы в теле девочки, дабы чего не вышло, местные не могли при всём желании. Очень странно.

Провозившись со структурным анализом «якоря», уже без «фоновых шумов от самой Илии, ещё с полчаса (как же не хватает нормальных магических манипуляций), я всё-таки уловил, как местные решили проблему. Ответ лежал на поверхности – если все процессы в реальном времени контролировать невозможно, то их просто стоит замедлить. Собственно, очень похоже, что патология замедлившая развитие в ней была спровоцированна специально и именно поэтому. В очередной раз помечаю себе провести зачистку Айнцбернов. Зато с замененным сердцем, исправленными магическими цепями и накачанная по самые брови маной жизни и просто праной, Илия будет развиваться вполне себе нормально… хм, вполне возможно, что по-первому времени, рост будет даже излишне бурным, когда напитанное Силой тело начнёт подстраиваться под душу… Так, с учётом исходных данных, получается, что процесс придёт в норму, когда ей внешне станет лет семнадцать. Бедный Широ, вероятность быть изнасилованным старше-младшей сестрёнкой для него серьёзно вырастет, но ничего, он – Паладин, им положено Превозмогать.

Закончив лечение и исследование, я пробудил девочку.

– М-мы уже начинаем? – нервно спросил милый ребёнок.

– Вообще-то, мы уже закончили, – информирую её. – Вот, полюбуйся, – поднимаю телекинезом прозрачную ёмкость, в которой лежало детское сердечко по всей поверхности которого уже проступили злокачественного вида кристаллические образования фиолетового цвета, от которых так и несло демонической сущностью. Сердце не было подключено ни к какому оборудованию, но продолжало время от времени сокращаться, чем только добавляло инферальности своему и без того отталкиваюещему виду.

– Это было во мне? – опасливо повернула голову девочка, рефлекторно накрывая ладошками грудь в районе сердца.

– Да и кристаллы, это что-то вроде начальной стадии воплощения Грааля и вместе с тем плоть архидемона, который в нём сидит. Я не знаю, чем был якорь на момент внедрения в твоё сердце, но сейчас это сложная духовно-материальная структура для полного развёртывания которой не хватает только строительного материала в виде магической силы и души Слуг. И честно признаться, я не очень понимаю, как это должно работать, потому что, в лучшем случае, твоё тело выдержало бы четыре, ну пять убитых Слуг, а потом бы тебя просто разорвало и весь ритуал воплощения Грааля оказался бы сорван.

– А эм… – Айнцберн ощутимо передёрнуло, после чего девочка втянула голову в плечи отворачиваясь от неприятного зрелища. – А почему я ничего не чувствую? – задала она новый вопрос, начав озабоченно ощупывать организм на предмет целостности.

– А что, прошу прощения, ты ожидала почувствовать? – удивлённо смотрю на волшебницу. – Я могу воссоздать разумного с нуля, имея хотя бы обгрызенный кусочек души, а уж просто поправить повреждения и осуществить пересадку органов я способен и с закрытыми глазами. Или ты ожидала тошноту, головокружение, боль во всём теле и жуткий шрам на груди? – ребёнок потупился. – …Серьёзно?!

– Эй, я видела, что делают с гомункулами! – надулась Илиясфиль. – Пусть ты и ушастый супермен, но нельзя запросто перестать подспудно ждать чего-то знакомого!

– М-да, – я потёр переносицу. – Ладно, пошли уже на кухню, пока один Святой не решил штурмовать логово злого дракона-вивисектора с целью спасения невинной девы. Одежда у стола, простынку можешь забрать себе на память.

– Братик Широ, кончено, иногда глупенький и наивный, но рассудительный, – с важным видом возразила девочка, защищая «своё – собственное». И, дождавшись, пока я отвернусь, слезла со стола, начав облачаться в привычные вещи. – К тому же там есть Тосака… Две Тосаки… Ни одна из которых его бы не пустила… по той или иной причине и используя различные методы, но результат был бы неизменен.

– Мне кажется, или я слышу ревнивые нотки в твоём голосе? – я ухмыльнулся.

– С чего бы это мне ревновать моего братика ко всяким там кохаям и блондинкам-иностранкам с третьим размером? – полным ревности и подозрений голосом осведомилась Илия, пытаясь, однако, придать тому очень, ну просто очень важную и независимую интонацию.

– Действительно… – оценил я усилия.

– Гррр!

– Ладно-ладно, не рычи, пошли лучше кушать. К тому же, потом мне с тобой и Рин нужно будет поговорить.

– А Тосака-то тут причём? Она не на Широ косится, вобще-то! – сдала свою… ну… наверное, всё же, уже подругу (хотя у них очень странные отношения, но общий язык находят, последнее время, очень легко и часто) маленькая добрая девочка.

– Это не касается моего бедного ученика, но об этом уже после обеда. А сейчас пошли кушать – ты теперь – активно растущий организм, тебе надо хорошо питаться.

– Растущий? – недоверчиво свела бровки Илия.

– Да, я полностью тебя исцелил, теперь ты будешь расти, как положено, возможно даже немного быстрее, пока физически не достигнешь своего реального возраста. Ну или того возраста, на который хочешь выглядеть, всё же ты – довольно сильная чародейка, а магия всегда подстраивает внешность под вкусы и самоощущение мага. Но об этом мы ещё успеем поговорить – мне тебя ещё учить правильно управлять гибридной энергосистемой.

– Ла-адно, – слегка гнусавя в попытке изобразить мрачную подозрительность, протянула девочка. – Тогда, дай хотя бы уши подёргать! – совершила внезапный кульбит женская, да ещё и детская логика.

– Эм… С чего это?

– Ты со мной делал всякие срамные вещи, пока я была без сознания! – гордо сложила ручки на груди эта мелкая паразитка. – У меня стресс и я хочу компенсации!

– А чтобы тебя по попе отшлёпали не хочешь? Я, знаешь ли, ещё с твоей манеры ходить по гостям имею что приложить в этом вопросе!

– В смысле, «сказать»?

– Нет! В смысле «приложить», веско и во всю ширь ладони!

– Хм! – независимо фыркнула эта белокурая язва, вздёрнув носик. – Так бы и сказал, что тебе Рин запретила. И я знаю, что ты на меня не злишься и не станешь меня бить, вот! – торжествующе закончила она.

– Ты плохо меня знаешь… – с нехорошей усмешкой, посулил я девочке.

– Предлагаю сделку! – подняла указательный пальчик мгновенно притворившаяся сущим ангелочком Илия. – Я помогу переодеть Мордред во что-нибудь ещё более милое, чем Сэбер, а ты даёшь подёргать себя за уши!

– Хм… – идея была… Я представил процесс уговоров Мо-тян переодеться во что-то «милое» и… Кхм… – А ты за свою жизнь не боишься? – очень мягко уточняю у этой оторвы.

– Я знаю, как найти к ней подход! – и глазом не моргнула фон Айнцберн.

– И как же?

– Я попрошу помощи у Сэйбер!

– А ты коварна…

– А то!

– А как насчёт записи трека под мотив «Братик-хентай»? – закидываю пробный шар.

– Ни за что! – без малейшей паузы, решительно мотнула головой мелкая.

– Тогда, я подумаю о твоём предложении как-нибудь потом, – не давая девочке времени, подхватываю её на руки и направляюсь к выходу из подвала, – а сейчас – кушать!

Наше возвращение было встречено ободряющим кивком Идеальной Кудэрэ, оценивающим взглядом Рин, и облегчённым вздохом Широ, что постарался его скрыть. Остальные особой реакции не проявили – то ли реально было всё равно, то ли уже привыкли к «творящейся в этом доме дичи», Эмия-старший, который версии 2.0, предпочёл сохранять нематериальность, потому его реакции я увидеть не мог, но что-то мне подсказывало, что внутри у «опытного паладина» был настоящий шторм. Но тут мои мысли прервал требовательный квак из живота девочки.

– Как там с ужином? – опуская опытную девочку-волшебницу на пол, поинтересовался я.

– Только вас и ждали, – чуть сварливо ответила Тосака.

– Прошу к столу! – включился Эмия 3.0, водружая на означенный стол какой-то гибрид между кастрюлей и миской. Из означенной ёмкости исходили очень недурственные запахи.

– Выглядит многообещающе, Шеро, – улыбнулась парню Лувия, причём так, что сидящая рядом Сакура тоже… улыбнулась, а вот у меня в голове прямо табличка возникла, словно у нас тут какой-нибудь блокбастер, «Яндэрэ 2: Рецидив», например. Н-да, надеюсь, он хорошо запомнил мой курс выживания в гаремнике.

– Ну-с, приступим, – я вооружился вилкой и принялся накладывать себе, хм, лапшу с морепродуктами.

– Ом-ном-ном, – согласилась Илия. Сэйбер и Мо-тян кушали молча, но так сосредоточенно, словно уничтожить сию пищу было для них делом чести и едва ли не всей жизни. Остальные испытывали энтузиазм пусть и меньший, но челюстями работали не хуже, но вот, сыто отдуваясь, отвалилась от стола Рин, аристократично промокнула губы салфеточкой Лувия, сложила столовые принадлежности Сакура, даже Мордред слегка осоловело отдувалась, но… Сэйбер продолжала Кушать, как всегда до невозможности сосредоточенно, чем выдавала столько Милоты в окружающее пространство, что я вынужден был прилагать чудовищные усилия, дабы не расплыться счастливой лужицей, рядом почти в таком же состоянии пребывала до этого особо не привлекающая к себе внимания Медея: Мастер и Слуга были на диво синхронны.

– Добавки, пожалуйста, – протянула тарелку Широ Артурия.

– И мне, братик! – повторила её жест Илиясфиль.

– М-м-м, – глядя на уплетающую за обе щёки милую маленькую девочку, сейчас, наверное, как никогда похожую именно на ребёнка, дико проголодавшегося во время дневных игр, колхидская принцесса поглубже зарылась в свой балахон. Я сочувственно погладил её по голове и чуть приобнял.

Илия, тем временем, сосредоточенно запихивала в себя еду, едва ли не порыкивая и получая одобрительные взгляды от Мордред и столь же негодующие от боевых горничных, которых за общий стол посадить не получилось. Сэйбер, как всегда, была Совершенна и Восхитительна. Но еда вокруг неё исчезала едва ли не быстрее.

– Сефирот, а это нормально? – забеспокоилась Рин, – Сэйбер ладно, одна дух, но куда столько влезает в Илию?!

– Её организм сейчас полностью очищен от искусственных ограничителей развития и будет стремительно нагонять отставание, с энергией проблем нет, но для роста требуется «строительный материал», так что сейчас Илия изображает котёнка.

– Какого котёнка? – не поняла Лувия, что, пусть и не подавая виду, крайне внимательно слушала все беседы.

– Желудок которого меньше напёрстка, но сожрать тот может, едва ли не больше собственного веса. Вот и у неё сейчас так.

– А ей не будет плохо? – склонила голову набок Тосака-старшая.

– Нет, это вполне нормальный процесс… – к тому же, мои клетки, на всякий случай добавленные в организм Илии, вели постоянное наблюдение, всё же операция была сложной и приглядеть за девочкой было необходимо.

Тем не менее, опыт, духовная природа и большие габариты победили напор юности – «переесть» Артурию так никто и не смог. Зато госпожа Айнцберн, отваливаясь от стола, больше напоминала «шарик на ножках» и очень забавно пыхтела, пытаясь перевалиться как-то поудобнее. Ей было плохо, но та-а-ак хорошо. Впрочем, подобное состояние быстро пройдёт – ускоренный метаболизм топливо переработает за каких-нибудь полчасика. Ну и дежурный набор клеток точно будет гарантировать отсутствие проблем.

Дав немного отдохнуть девочкам (и ещё немного позалипав на кушающую Сэйбер), я всё-таки собрал волю в кулак и попросил Рин и Илию пройти со мной, на этот раз на чердак.

– Случилось что-то плохое? – поинтересовалась Тосака уже на втором этаже, искоса оборачиваясь к лестнице, то ли проверяя идёт ли за нами кто-то, то ли прислушиваясь к тому, что происходит на первом этаже её дома, где остались Сакура и улучшенный ОЯШ.

– К сожалению, да, – нерадостно отвечаю в свою очередь покосившись на Илию, которой лишний стресс хоть и не мог, в теории, никак навредить после операции, но, чисто по человечески, я бы предпочёл, чтобы она его избежала в любом случае. Жаль, что понятие «правильно» не всегда согласуется с понятием «человечно». – Только не сейчас, а десять лет назад.

– Это как-то связано с лжесвященником, да? – Рин обхватила себя руками за предплечья, мрачно отвернув лицо в сторону, как будто и в самом деле уже всё поняла. – Вы о нём ни словом не обмолвились, когда вернулись. Ситуация, конечно, не располагала, но…

– Ты права, – сзади остался ещё один лестничный пролёт и мрачно-настороженное настроение уже передалось даже сытой и благодушной Айнцберн, которая, впрочем, пока предпочитала помалкивать и только переводить свои красные глазки с меня на Тосаку и обратно. – Этот человек… он ваш общий кровник. Он несёт прямую ответственность за смерть твоих родителей, Рин, и твою мать, Илия, тоже убил он. Я бы не хотел пересказывать подробности – вам лучше их не знать…

– Нет, – жестко ответила Тосака, – я должна знать.

– Понимаю… – делаю глубокий вздох, погружаться в полученные воспоминания Кирея немногим лучше, чем нырять в выгребную яму, – пожалуй, на твоём месте, я тоже хотел бы… что же, тогда начну с Котомине. Он душевнобольной.

– В смысле, псих? – переспросила Илия, которую известия об убийце матери… ну, скажем так, я бы не сказал, что сильно взволновали, девочка знала, что её родительница так и так обречена, впрочем, желания перерезать глотку кровнику это не умаляло, хотя бы просто потому, что «так надо» и «так принято» в среде магов.

– В некотором роде, – качаю головой, – сама структура его души дефектна, он кто-то вроде прирожденного садиста, пусть это слово и не охватывает весь спектр отклонений.

– Хорошо, – изобразила пай-девочку Айнцберн, – но в чём заключается этот дефект души?

– Сейчас однозначно сказать я не могу, но создаётся впечатление, что ему перемкнуло эмоциональную оболочку и вместо получения радости от вещей, одобряемых нормальными людьми, вроде искусства, дружбы, любви или даже власти, он мог испытывать её только наблюдая за страданиями других, точнее… нет, не скажу.

– Почему? – теперь пришла очередь Рин задать этот вопрос.

– Потому что помимо всего перечисленного, он стал натуральным культистом демона, сидящего в Граале. Это не красивые слова или какая-то метафора. У него «метка» демона прямо в сердце. Подобный пакт не может не изменить смертного. Пусть и «получил» он его уже в самом конце Четвёртой Войны, «круги на воде», если изъясняться привычным вам образом, искажают восприятие и даже события прошлого, показанные сквозь такое искажённое восприятие, могут не соответствовать действительности.

– Но, при этом, ты уверен, что именно Кирей убил наших родителей, – это было скорее утверждение, чем вопрос. Да и голос Рин был предельно отстранённым и сосредоточенным.