Текст книги ""Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"
Автор книги: Павел Чагин
Соавторы: Сергей Малышонок,Александра Шервинская
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 34 (всего у книги 341 страниц)
Глава 7 (начало)
Реджинальд
Я сидел на удобной и уже ставшей чуть ли не родной ветке раскидистого дерева, наблюдал за жизнью обитателей дома в чаще Франгая и размышлял. То, что в Каспере Даргеро течёт та же кровь, что и в нынешнем императоре людей и в Элизабет, стало для меня настоящим потрясением. Я никак не мог разобраться с тем, что мне делать дальше и как вести себя по отношению к этому человеку. То, что он виновен в гибели моей сестры – точнее, сестры Реджинальда фон Рествуда – я прекрасно помнил и прощать магистру этого не собирался. Но, с другой стороны, он теперь брат Лиз, защита которой стала смыслом моего существования, моей главной задачей. Если он дорог ей, то как мне и отомстить за Лилиан, и не причинить боли той, что стала для меня центром мироздания?
Помимо этого меня чрезвычайно интересовала девочка, которая иногда выходила из дома и в которой я чувствовал нечто неуловимо родное и знакомое. Но это чувство близости никак не было связано с тем, что она была дочерью Лилиан, оно имело совершенно иную природу, и я мучительно пытался понять, какую именно. Я чувствовал в ней силу, которая совершенно не подходила ребёнку её лет, да и откуда бы ей взяться. Даргеро, несомненно, сильный маг огня, но Лилиан фон Рествуд практически не обладала магией, ей удавались лишь очень простые фокусы типа оживления слегка увядшего букета. Не думаю, что в обители в ней проснулись какие-то невероятные способности, она просто не успела бы ими овладеть – сестра провела в обители всего около полугода, что можно успеть за такой короткий срок?
Эти ставшие привычными размышления были прерваны ворвавшимся в сознание голосом Крыса. Надо же, я успел уже забыть о нём, а ведь с того момента, как я покинул убежище, прошло совсем немного времени. Просто после того, как я прошёл через Око Тьмы, моя жизнь стала другой, и я просто не вспоминал ни о Хоршоге, ни о тех, кому он служил и кто так ненавидел Древнего и Лиз.
Зов Крыса, быстро перешедший в отвратительный резкий визг, ввинчивался в мозг и не позволял себя проигнорировать. Пришлось отозваться и потом минут десять выслушивать его вопли по поводу того, какая я безответственная и неблагодарная тварь.
«Не кричи, я занимался самообразованием, – спокойно прервал я Крыса, когда тот начал обвинять меня по второму кругу, – не ты ли говорил мне, что длительное погружение в себя является неотъемлемой частью развития способностей. Вот я и удалился в чащу, чтобы ни на что не отвлекаться».
Крыс запнулся на середине очередной гневной тирады и на удивление спокойно, словно не он только что орал, как безумный, упрекнул меня в том, что я не предупредил о своём длительном отсутствии.
«Ты нужен тем, кто избрал тебя, – с пафосом продолжил он, – срок твоего обучения подходит к концу, и пора отблагодарить даровавших тебе знания и силу».
«Я не возражаю, – по возможности спокойно и доброжелательно ответил я, – и постараюсь с максимальным прилежанием исполнить их поручение»,
Судя по всему, ни Крыс, ни стоящие за ним Новые Боги не узнали о произошедших со мной переменах. Скорее всего, Око Тьмы нашло способ скрыть от всех новые способности того, кто сумел опуститься на дно и уцелеть. Я тоже не собирался информировать никого о своих возможностях и о том, что ко мне вернулась память. Зачем? Кто знает, что придумают Новые Боги, если узнают, что я перестал быть послушным исполнителем, который за призрачную возможность получить неограниченную власть готов абсолютно на всё. Пусть пока считают меня марионеткой, послушно реагирующей на движения пальцев кукловода. Я видел таких на ярмарке, пусть это и было давно, в прошлой жизни, которая ушла безвозвратно.
«Тебе нужно подчинить себе Франгай, стать его полноправным Повелителем», – торжественно заявил Крыс, а я с трудом подавил желание расхохотаться в голос.
«На основании чего я должен совершить такой шаг? – подавив неуместное веселье, спокойно спросил я. – С чего обитатели Франгая станут мне подчиняться?»
«Нашим хозяевам это безразлично, – прошипел Крыс, – просто сделай это, и обещанная награда твоя!»
«Как быстро я должен это сделать? – уточнил я, понимая, что мне предстоит срочно менять планы и приоритеты. – Это вопрос не одного дня, надеюсь, они это понимают?»
«Разумеется, – проскрипел Крыс, – Древний по-прежнему силён, поэтому наши хозяева вынуждены на время отступить и ненадолго покинуть этот мир. Но они оставляют здесь тебя, того, кто подготовит всё к их возвращению. Ты понимаешь, какая это ответственность и какая честь?!»
«Ещё бы, – не стал спорить я, – но вдруг у меня не получится?»
«Тогда смерть покажется тебе недостижимой мечтой, – в голосе Крыса было столько злого предвкушения и жажды крови, что я моментально ему поверил, – на то, чтобы уничтожить тебя и всех, кто хоть когда-то был тебе дорог, их сил хватит, не сомневайся. Даже если для этого понадобится сровнять с землёй весь этот мир, сохранив лишь Франгай».
«А разве нашим… хозяевам, – слово далось мне с определённым трудом, но я справился, – нужен только лес? Как он будет существовать посреди мёртвого мира?»
«Не нам с тобой судить о правильности их поступков и о первопричинах действий, – Крыс завершил разговор, – я буду иногда навещать тебя, да и ты можешь связаться со мной через амулет, который я оставлю для тебя в убежище. Но имей в виду, что он забирает очень много энергии, так что используй его только в самом крайнем случае!»
«Надеюсь, что в этом не будет необходимости, – ответил я, радуясь, что вместе с моими как бы хозяевами отбывает и Крыс, – я постараюсь оправдать оказанное мне доверие, тем более что награда действительно высока!»
«Рад, что ты это понимаешь, – торжественно провозгласил Крыс, – тогда я прощаюсь с тобой. Когда ты выполнишь задание, просто сломай оставленный амулет, и мы будем знать, что ты выполнил свою миссию!»
Договорив, он с каким-то негромким щелчком исчез из моего сознания, и я почувствовал – сам не знаю, как – что его больше нет в этом мире. Как ни странно, с его уходом я ощутил некую необъяснимую грусть, хотя не испытывал к Хоршогу не то что добрых, а даже нейтральных чувств. Может быть, с ним оборвалась та тоненькая, уже едва заметная ниточка, которая ещё связывала меня с прошлым. Ведь именно Крыс сделал бестолкового авантюриста Реджинальда фон Рествуда тем, кто прошёл через боль и испытания и стал достоин доверия Ока Тьмы, мощнейшего артефакта Древних, принесённого ими из неведомых далей и миров.
С некоторым усилием я вынырнул из философских размышлений и ностальгического тумана, чтобы сосредоточиться на проблемах сегодняшних. Ни секунды не сомневаюсь, что у Новых Богов действительно хватит сил для того, чтобы в случае невыполнения их приказа уничтожить всех, кто мне дорог. Значит, нужно сделать так, чтобы и их поручение выполнить, и Лиз уберечь, и награду получить. Следовательно, нужно заручиться поддержкой тех, кому я смогу хоть как-то доверять.
Я вспомнил свой сон, в котором на моей голове красовалась корона и в котором некто, не отбрасывающий тени и не отражающийся в зеркалах, называл меня Повелителем. Не нужно быть особо одарённым, чтобы понять, что не отражаются те, кого принято называть нежитью. А кто у нас отвечает за всех мертвецов Франгая? Шегрил, Повелитель мёртвых… Я никогда даже не предполагал, что мне придётся столкнуться с этим невероятным существом.
Но вряд ли Шегрил захочет разговаривать со мной, он, скорее, сначала попытается меня убить – просто на всякий случай – а потом станет выяснять, кто я, собственно, такой. Значит, нужно заручиться поддержкой того, кто сможет замолвить за меня словечко, и я даже знаю, кто это мог бы быть: Элизабет. Я видел, как Шегрил обращается с ней, и не сомневаюсь, что если она попросит за меня, он прислушается к её просьбе. Дело за малым: познакомиться с самой Элизабет. И здесь мне, скорее всего, не обойтись без помощи Древнего.
Ну а там видно будет, что и как… У меня есть в этой жизни цель, есть задача, есть долг, который кроме меня никому не по плечу, как бы высокопарно и самоуверенно такое заявление ни прозвучало. А уж как уцелеть между жерновами – об этом я буду думать чуть позже, когда начну свою игру.
С этими мыслями я соскользнул с дерева и, потянувшись всем телом, подошёл к болоту, служащему охранным периметром для обитателей дома в сердце Франгая. Я ни секунды не сомневался, что Древний почувствует меня и появится, чтобы выяснить, что мне нужно. То, что этой невероятно древней силе свойственно такое чисто человеческое чувство, как любопытство, я уже понял, и сейчас это было мне на руку.
Действительно, не прошло и пяти минут, как из болота выскользнула огромная антрацитово-чёрная змея, которая почти сразу превратилась в уже знакомого мне человека в камуфляже. Его необычную природу выдавали только глаза, жёлтые, с вертикальным зрачком, равнодушные и мудрые, как у всех змей.
– Ты хотел меня видеть, Келен? – спросил он, подходя ко мне и опускаясь на поваленное дерево. – Что-то случилось?
– И да, и нет, – я размышлял, как правильнее сформулировать свою просьбу, – мне нужно познакомиться с Лиз. Это возможно?
– Я не стану спрашивать, зачем тебе это, – помолчав, ответил Хантер, – раз ты просишь, значит, в этом есть необходимость, но буду признателен, если ты всё же пояснишь свою просьбу.
– Мне нужно поговорить с Шегрилом, – я не видел смысла скрывать то, что Древний всё равно узнает либо от Лиз, либо от того же Повелителя мёртвых, – а без рекомендации сделать это затруднительно. Боюсь, он просто не станет со мной разговаривать…
Глава 7 (окончание)
Хантер молчал достаточно долго, но я видел, что он не придумывает повод отказать мне в просьбе, он действительно взвешивает все «за» и «против». Я не торопил его, так как понимал, насколько серьёзным является для Древнего решение познакомить Лиз с тем, кого ещё недавно он считал врагом.
– Я поговорю с ней, – решил он в итоге, – и если Лиз согласится, то мы с ней выйдем сюда, за периметр. Но ты должен будешь дать клятву, что не причинишь ей вреда ни сейчас, ни потом.
– Конечно, – я склонил голову, – поверь, Элизабет – последний человек не только в этом мире, но и вообще, которого я смог бы как-то обидеть. Мой долг – защищать её…
– Даже от самого себя? – взгляд змеиных глаз был внимательным и проникающим в самую глубину моего существа. Но так как мне действительно не было нужды скрывать дурные намерения, я не стал сопротивляться и позволил Древнему скользнуть в ту часть сознания, которая не была скрыта за самыми надёжными ментальными барьерами.
– Да, если возникнет такая необходимость, – уверенно ответил я, – я скорее умру, чем позволю себе причинить вред Элизабет. Клянусь Оком Тьмы.
– Я верю тебе, – в жёлтых глазах мелькнуло понимание и какое-то ещё чувство, определить которое я не взялся бы, но больше всего оно было похоже на сочувствие, – жди здесь, я поговорю с Элизабет. Но я думаю, она согласится: у неё есть странное свойство помогать всем, кто просит о помощи. Она всегда была такой, моя Лиз!
С этими словами Хантер снова обернулся змеёй и грациозно скользнул в чёрную непроницаемую болотную глубину. А я вдруг подумал о том, что, наверное, было бы интересно посмотреть, насколько глубоко это болото и какие чудеса прячутся под маслянисто блестящей поверхностью. Если всё завершится благополучно и мы все уцелеем, я обязательно попрошу у Древнего позволения опуститься на самое дно созданного им болота.
Пока я размышлял о тайнах и загадках древней трясины, Хантер вошёл в дом и уже через несколько минут снова появился на крыльце в сопровождении светловолосой женщины. Значит, Элизабет согласилась со мной поговорить, и скоро я получу возможность лично познакомиться с той, которой суждено стать спасением или – если она не пройдёт предназначенный ей путь до конца – погибелью этого мира.
Подойдя к болоту, Хантер снова стал огромной змеёй и именно по нему Элизабет перебралась на другой берег. Сделала она это так быстро и уверенно, что сразу стало понятно: такой способ преодоления трясины для неё привычен. Дождавшись Хантера, она доверчиво взяла его за руку, и они направились в ту сторону, где под низко нависающими еловыми лапами стоял я.
– Келен, я привёл Элизабет, – негромко окликнул меня Древний, – она готова познакомиться с тобой и выслушать твою просьбу.
Я сделал шаг вперёд и замер, глядя на остановившуюся передо мной женщину. Ей пришлось слегка запрокинуть голову, так как роста она было невысокого даже для человека, а рядом с Хантером и особенно со мной казалась вообще маленькой. Прежде всего меня удивило то, что в её взгляде я не заметил даже тени страха или опасения: Элизабет смотрела на меня спокойно и с вполне объяснимым, но доброжелательным – неужели мой вид её не пугает?! – любопытством. Глаза у неё были невероятного, удивительного цвета: в них словно смешалась синева весеннего неба и зелень листвы. Я понял, что сделал правильно, обратившись к ней за помощью, так как была в ней какая-то скрытая уверенность в своих силах.
А ещё я с кристальной ясностью осознал, что теперь буду защищать и беречь Лиз не только потому что в этом состоит поручение тех, кому я присягнул на верность. Просто случилось странное… Я, в бытность свою Реджинальдом фон Рествудом, никогда не страдал от недостатка женского внимания, но моё сердце всегда оставалось свободным. Ни одной из красавиц, с которыми меня связывала более чем тесная дружба, не удавалось пробудить в нём ответные чувства. Я увлекался, во мне вспыхивала страсть, я даже влюблялся несколько раз, но до сегодняшнего дня я даже не представлял, как это бывает, когда ты готов ради какого-то человека на всё. Особенно учитывая то, что сам я теперь человеком не являлся…
Элизабет не знала, даже не догадывалась, что получила в моём лице самого верного цепного пса, который с наслаждением растерзает любого, кто посмеет вызвать её недовольство. И пусть об этом буду знать только я сам, это ничего не изменит. И если мне придётся умереть ради неё, я с восторгом приму эту участь. Никогда не думал, что стану рассуждать словно юнец, придумавший себе объект обожания, но разница была в том, что если юный романтик лишь говорил о готовности умереть ради возлюбленной, то я на самом деле готов был это сделать.
– Здравствуй, Келен, – мелодичный голос Элизабет показался мне настоящей музыкой, но я взял себя в руки, решив, что потом, после разговора с ней, вечером, сидя на любимой ветке, мысленно переберу каждую секунду этой встречи. – Я рада, что ты захотел познакомиться со мной, ведь я даже не могла поблагодарить тебя за то, что ты спас мне жизнь. И я очень рада, что наконец-то могу это сделать!
– Мне в радость защищать тебя, Элизабет, – я усилием воли загнал неуместные сейчас мысли в глубину сознания и заставил себя сосредоточиться на актуальных задачах.
– Хантер сказал, что у тебя ко мне просьба, – она мягко улыбнулась, но я не смог ответить тем же, так как моё нынешнее лицо – если жуткую чешуйчатую морду можно так назвать – не было предназначено для выражения эмоций.
– Да, это действительно так, – ответил я, – мне нужно поговорить с Повелителем мёртвых Франгая, Шегрилом. Но так как я здесь чужой, к тому же не секрет, кому я обязан своим появлением, то вряд ли он захочет со мной разговаривать. Я знаю, что он ушёл с магистром Даргеро и ещё одной женщиной, но, может быть, ты поговоришь с ним, когда он вернётся? Поверь, это не сиюминутный каприз, это действительно очень важно, причём не только для меня.
Элизабет кивнула, показывая, что услышала и поняла мою просьбу, а потом забавно нахмурилась, явно просчитывая какие-то свои шаги.
– Насколько срочно тебе нужно поговорить с Шегрилом? – она посмотрела мне в глаза, и я, наверное, впервые за последнее время пожалел о том, что навсегда лишился человеческой формы. Будь я в своём прежнем теле, я не упустил бы даже призрачного шанса очаровать эту женщину. Сейчас же максимум на что я могу рассчитывать – это дружеское участие. Впрочем, не стану гневить никаких богов – ни Древних, ни Новых, ни Истинных – это тоже очень много.
– Чем быстрее, тем лучше, – я не видел смысла скрывать свою заинтересованность, – но я всё понимаю: нужно дождаться его возвращения.
– Шегрил уже вернулся, – спокойно возразила мне Лиз, – но он предпочитает передвигаться в тёмное время суток, насколько я успела понять. Поэтому как только стемнеет, я отправлю ему зов. Ты ведь будешь где-то неподалёку,верно?
– Да, благодарю тебя, – я склонил голову, – если хочешь, то можешь присутствовать при нашем разговоре, у меня нет тайн от тебя, Элизабет. И ты, Древний, тоже приходи…
Глава 8 (начало)
Каспер
Ель, росшая на границе равнины и леса, кривая, искорёженная свирепыми северными ветрами, показалась мне самым красивым и чудесным из всех возможных деревьев. Она могла дать мне то, в чём я сейчас нуждался больше всего: защиту от гольцов и того, кто стоял за ними. Поэтому я с облегчением нырнул под купол тёмно-зелёных лап и тут же пулей вылетел обратно, так как из темноты на меня в упор взглянули тускло-багровые огоньки. Поскольку ничем иным кроме как глазами какой-то местной твари они быть не могли, я прислонился к стволу соседнего дерева и лихорадочно стал соображать, где мне спрятаться. Мелькнула было мысль забраться на ель и переждать там, а как только гольцы окончательно закопаются в землю, слезть и попытаться добраться до обители. Если повезёт, то по пути отыскать какие-нибудь следы Минни, так как попасть в Ирманский монастырь без неё будет намного сложнее, чем с нею. Да и вообще: вместе сюда пришли, вместе и дальше двигаться нужно, так будет намного разумнее. Но от идеи забраться вверх меня заставило отказаться крайне недружелюбное рычание, раздавшееся откуда-то из плотного переплетения колючих ветвей. Я взглянул на равнину и чуть не застонал от бессилия и отчаяния: около двух десятков гольцов решительно направлялись в мою сторону. Что-то подсказывало мне, что желание поскорее закопаться в листву не помешает им разделаться со мной. Причём, учитывая скудость местных магических резервов, сделают они это легко и непринуждённо, так как отбиваться я смогу только с помощью кинжала и тех крох магии, которые смогу вытянуть из окружающего пространства.
– Я не причиню тебе зла, – неожиданно раздался хриплый голос из-за нависших ветвей, – ты можешь укрыться здесь, человеческий маг.
Сказать, что я удивился – это ничего не сказать, я буквально онемел, услышав подобное предложение. Но особо раздумывать было некогда, гольцы были уже совсем рядом. Да и какая, в принципе, разница, от чего погибнуть: от когтей своры скелетов или от зубов прячущейся твари. И если в первом случае шансы на победу равны нулю, то во втором у меня ещё будет шанс немного побороться за свою жизнь. Эти мысли стремительно пронеслись в моей голове, и через секунду я втиснулся в небольшое укрытие за еловыми ветками.
Рассмотреть своего спасителя – надеюсь, дело обстоит именно так, а не наоборот – у меня не получалось, так как в укрытии было темно. Лишь по-прежнему горели два тусклых огонька там, где у существа предположительно находились глаза.
– Набрось на себя и старайся не даже дышать, – тихо велел он, швыряя мне какую-то резко пахнущую травами тряпку.
Проверять, что будет, если я ослушаюсь, у меня не было ни малейшего желания, поэтому я скорчился на полу и постарался прикинуться безобидной кучкой листьев. Кто их знает, здешних гольцов, вдруг они умеют чувствовать живую кровь даже на расстоянии?
А через несколько минут мне стало не до размышлений: я весь превратился в слух, стараясь следовать совету существа и дышать как можно реже и тише.
– Идите куда шли, – послышался голос обитателя укрытия, – здесь место только для одного, и оно уже занято. Там дальше есть достаточно глубокий овраг, в нём можно укрыться от лучей солнца.
В ответ послышалось недовольное рычание, какие-то хрипы, звуки шаркающих шагов и негромкое постукивание костей. Это удалялись в сторону неизвестного мне оврага так и не добравшиеся до меня гольцы.
– Можешь выходить, – голос говорившего был по-прежнему спокоен, почти равнодушен, – они ушли и теперь до заката не выберутся наружу.
– Благодарю тебя, кто бы ты ни был, – ответил я, причём – в виде исключения – совершенно искренне.
Рядом послышалось шуршание, одна из еловых лап слегка сдвинулась в сторону, и укрытие озарилось неярким светом, пятнами рассыпавшимся по веткам и стволу. А я застыл, словно скованный льдом, так как узнал того, кто только что спас меня. Именно этого человека я несколько раз замечал во снах, которые с завидной регулярностью видел, пока находился в странном доме в сердце Франгая. И он же стоял неподалёку от моего трона в последнем видении, которое передала мне Элла. Я тогда был сосредоточен на дочери, но память на лица у меня всегда была великолепной. Значит, этот человек пройдёт со мной до конца, но вот только в качестве кого? Помощника? Слуги? Наставника? Друга?
Последняя версия вызвала мысленную усмешку, так как у тех, кто ввязывается в политические игры такого уровня, друзей нет и быть не может. Да и вообще что дружба, что любовь – это настолько эфемерные и странные понятия, что о них ни один трезвомыслящий человек даже говорить не станет. Это сказки для наивных дураков, которых, впрочем, всегда можно использовать в своих интересах. И тут эти странные понятия могут пригодиться, не спорю.
– Пустое, – отмахнулся человек, – здесь такое место, где если можешь помочь – сделай это, потому что однажды и тебе протянут руку. А в одиночку тут просто-напросто не выжить, маг.
– Почему они ушли? – задал я чрезвычайно интересующий меня вопрос. – Их же было больше, они могли бы задавить нас просто массой.
– У гольцов очень хорошо развит инстинкт подчинения старшему, если мы допускаем в принципе наличие у скелетов умственной деятельности, – с хрипловатым смешком ответил незнакомец, – я дал понять, что я выше по положению и сильнее, у них сработала привычка подчиняться. Не знаю точно, как именно, но это работает. Неоднократно проверено на практике. Тем более, что я дал им чёткое указание, куда нужно двигаться, чтобы спрятаться от солнца.
– Я магистр Каспер Даргеро, – я решил назвать себя первым, так как именно я в данной ситуации был более зависимым, – я имперский маг.
– Моё настоящее имя ничего тебе не скажет, к тому же я давно привык к другому, – помолчав, ответил мой спаситель, и у меня сложилось впечатление, что он знал, кто я такой, ещё до того момента, как я представился. Вообще-то в этом нет ничего удивительного: в Империи меня многие знали. – Много лет я отзываюсь на имя Сеол, что в переводе с какого-то древнего языка означает «птица».
– Ещё раз благодарю тебя, Сеол, – я выпрямился и склонил голову, – надеюсь, у меня будет возможность вернуть тебе долг жизни.
– Что привело тебя в эти края, магистр Даргеро? – Сеол словно не обратил внимания на мои слова, но я почему-то был уверен, что в нужный момент он спросит с меня озвученные долг. Да и сам я, признаться, не слишком люблю в должниках ходить.
– Я направлялся в Ирманскую обитель со своей спутницей, но мы задержались на равнине до сумерек, и я случайно провалился в портал. Он привёл меня в мир, где формируются отряды гольцов, а какой-то человек – во всяком случае, выглядел он как человек – командовал ими и отправлял сюда через портал. Мне повезло, и я смог вернуться сюда, спрятавшись в тумане и присоединившись к одному из отрядов, но свою спутницу я потерял.
– Женщине не место здесь, – в голосе Сеола явственно послышалось удивление, – это слишком опасные места.
– Она – монахиня Ирманского монастыря, – пояснил я, – мы шли в обитель, но даже не предполагали, что здесь всё обстоит настолько серьёзно. А что делаешь здесь ты, если я могу задать такой вопрос…
– Я тоже иду в обитель, – ответил Сеол, но у меня сложилось впечатление, что он в последнюю минуту передумал и сказал не то, что собирался. Но, даже если и так, то это исключительно его дело, что и кому говорить. – Значит, нам по пути?
– Получается, что так, – я не стал отказываться от такого опытного и знающего спутника, – но я всё же хотел бы отыскать сестру Доминику.
– Это твоя спутница, которую ты потерял, провалившись в портал? – уточнил Сеол, хотя я сказал об этом достаточно чётко. Впрочем, я придираюсь, наверное, потому что терпеть не могу быть кому-то обязанным, а здесь именно такой случай.
– Именно так, – подавив раздражение, спокойно ответил я, – не исключаю возможности, что она тоже ищет меня.
– Или уже смогла добраться до обители, – выдвинул свой вариант развития событий Сеол, – я не стану спрашивать, зачем ты идёшь в Ирманский монастырь. Каждый имеет право на свои тайны, магистр. Сейчас это не важно…
– А что важно?
– Только то, что на какое-то время нам по пути, – он пожал плечами, – повторю то, что уже сказал раньше: в одиночку выжить в Ирманской пустоши теперь практически невозможно.
– Но ты шёл один, разве не так? – меня начинал слегка раздражать неожиданный спутник, но я изо всех сил старался сдерживать рвущееся наружу недовольство. В ссоре с тем, кто может быть полезен, нет выгоды, так зачем же создавать самому себе дополнительные проблемы?
– Я часто хожу этим маршрутом, но даже для меня в последнее время это становится настоящим испытанием, – в полумраке мне показалось, что мой собеседник слегка вздрогнул, но вполне вероятно, что это была просто игра света и тени.
– Как думаешь, мы уже можем выбираться отсюда, или стоит ещё подождать? – мне ужасно хотелось глотнуть свежего воздуха, так как в укрытии он хоть и не пах ничем плохим, но был спёртым и каким-то тяжёлым.
Сеол прислушался, чуть ли не принюхался, а затем аккуратно раздвинул ветки и выглянул наружу. Я замер, стараясь не мешать.
– Можем идти, – через пару минут довольно сказал он, – гольцов уже нет, а до появления остальных ещё есть время.
С этими словами он первым выбрался наружу и тут же отступил в сторону, чтобы освободить место для меня. После убежища холодный лесной воздух показался мне невероятно вкусным и свежим. Не удержавшись, я несколько раз глубоко вдохнул, вызвав понимающую усмешку у Сеола.
– Если нам никто не помешает, мы до темноты успеем добраться до входа в обитель, – он, прищурившись, всмотрелся в отчётливо видный при дневном свете Ирманский монастырь.
– Мне нужно найти мою спутницу, – я вдруг понял, что не могу пустить этот вопрос на самотёк, – без неё мне в обители делать нечего. Меня не поймут и не простят.
