Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

– Я осторожно и аккуратно поцеловал ее в щечку. Она рассмеялась. Этот день был самым счастливым в моей жалкой жизни за последние годы. Через неделю мы расписались и началась наша совместная семейная жизнь. Мы поехали на гастроли в США, а потом по всему миру, – закончил свой рассказ Князев, – как давно это было. Вся жизнь уже прошла.

– Скажите, Юрий Владимирович, а Вы были счастливы? – осторожно спросила Настя.

– И да, и нет, – ответил старик, – я ее любил всю жизнь. Она позволяла мне себя любить. Мы были близки, и мне иногда казалось, что и она ко мне неравнодушна. Мне хочется в это верить. Но давайте к делу!

– Какому делу? – осторожно спросила Лиза.

– Елизавета Александровна, – улыбнулся Князев, – я тоже собрал информацию о вашей семье, Ивановых-Бессоновых, и поэтому был с Вами таким откровенным.

– Что Вы имеете в виду? – уже с опасением спросила тетя Насти.

– О вашей семье в Москве ходят очень интересные и нелепые слухи!

– Это какие? – вмешалась Настя.

– Ну например, такие. Что у некоторых членов вашего клана есть способность проникать в прошлое и узнавать о тех событиях которые там были, – пристально и внимательно вглядываясь в лица своих собеседниц произнес старик. Но девушки уже давно прошли семейный тренинг по ответам на такие каверзные вопросы. Они обе улыбнулись, а Лиза еще и рассмеялась сухо ответив:

– Неужели Вы, такой умудренный жизненным опытом человек, верите в эти сказки?

– Нет, – усмехнулся старик, – в сказки я не верю! Но!

– Что, «но»? – решила уточнить Лиза.

– Наша семья много лет дружила с семьей предпринимателя Ашота Саркисяна, который умер два года назад. Внезапно и скоропостижно. Обширный инфаркт. Так быстро, что не успел рассказать своей жене и детям где, в каких странах, в каких банках и на каких счетах лежат его деньги. Горе вдовы было безмерным. Но! Через полгода, вдруг, у нее в руках оказывается вся нужная информация, включая пароли доступа к системе интернет-банкинга, и все нажитое непосильным трудом возвращается обратно в руки семьи.

– Ну и что?

– А то. В беседе со мной, она сказала, что ей помогли экстрасенсы из семьи Ивановых-Бессоновых. И стоило это ей один миллион евро. Вы ничего об этом не знаете?

– Семейный бизнес ведут наши родители. Мы посвятили себя искусству и ничего об этом не знаем, – выдала заранее приготовленную заготовку Настя.

– Я все понимаю. Поэтому, давайте договоримся так, – предложил Князев, – и у меня, и у вас появился общий интерес.

– Это какой? – полюбопытствовала девушка.

– Ваш интерес, Настя, победить на выпускном экзамене и попасть в труппу Большого Театра, верно?

– Ну положим, верно, – согласилась юная балерина.

– Победить Вы сможете лишь если покажете такое выступление, которое поразит не только всех членов экзаменационной комиссии, но и гостей из Большого Театра, верно?

– Верно, – согласилась Настя.

– Я предлагаю Вам поставить номер Юлии Петровой – «Мистерию»! С ним у Ваших соперниц не будет никаких шансов, – улыбнулся старый хореограф.

– Отличное предложение, – саркастически произнесла Лиза, – как же она станцует «Мистерию»?

– Я поставлю этот танец вместе с ней, но для этого нужно будет выяснить одну вещь! – сказал Князев.

– Какую?

– Тайну ее пуантов!

– Очень хорошо! И как мы это узнаем? – спросила насмешливо Лиза.

– Так же, как мы узнаем, что было между Юлией и ее покровителем. То есть то, что мучает меня все эти годы, – улыбнулся хитрый старик, – мне Саркисян сказала, что для того, чтобы узнать, что было в прошлом с человеком, нужен тот, кто знал этого человека. Лучшей кандидатуры чем я, вам не найти!

– Мы не понимаем о чем Вы говорите! – твердо ответила Лиза. – Но постараемся поговорить с родителями. Может быть они что-то знают.

– Вот и хорошо. Но сразу их предупредите, что у меня нет миллиона евро. Я расплачусь поступлением Насти в труппу Большого Театра.

– Большое спасибо Вам, Юрий Владимирович, за желание мне помочь! – с благодарностью сказала Настя.

– Это не помощь, это взаимный обмен. И остерегайтесь, Настя, людей, которые вдруг решили делать Вам бесплатные благодеяния.

– Это почему?

– Потому что это означает лишь одно. За эти благодеяния они хотят такую цену, которую: либо стыдно озвучить, либо опасно называть!

– Почему стыдно – это понятно, – покраснела девушка, – а почему опасно?

– Потому что Вы, узнав, что за это хотят, просто откажетесь. Не дайте себя заманить в ловушку неоплаченной благодарности, – усмехнулся Князев.

– Спасибо большое за прекрасный рассказ, но нам уже пора! – решительно сказала Лиза вставая с кресла.

– До свидания, прекрасные девушки, и я жду известий от вас. Поторопитесь! – тоже встал хозяин квартиры. – У нас очень мало времени!

Глава 8. Операция «Малыш и покупка собаки»

– Почему у нас мало времени? – спросила Настя.

– По нескольким причинам, – ответил ей Князев. – Во-первых, мне уже почти восемьдесят лет. Каждый вечер я могу заснуть, и, как Матвеева, уже утром, неожиданно для всех, не проснуться. Правда, она курила как паровоз! Владимир Этуш, который с ее мамой, одной из немногих с кем он был на «ты», отмечал, что она не выпускала сигарету изо рта. Не успевала докурить одну, как тут же прикуривала другую. Не мудрено, что сердце и не выдержало!

– А почему она все время курила? – спросила Настя. – Зачем?

– Не знаю. Говорила, что сначала баловалась, а потом пристрастилась. Вот ее муж – Вавилов – тоже курил, но потом бросил. А она, я думаю, курила по одной простой и банальной причине.

– Это по какой? – свой интерес проявила Лиза.

– По обыкновенной. Вес! Она все время была в одном весе – сорок пять килограммов при росте сто пятьдесят пять сантиметров. Такой вес очень трудно удерживать. Вот она и курила, чтобы, с одной стороны, заглушить чувство голода, а с другой – за счет никотиновой интоксикации не набрать лишний все. Но за это она заплатила слишком высокую цену! Вот моя Юля и я, мы никогда не курили!

– Думаете из-за курения у нее случился инфаркт? – спросила Настя.

– Не только это. Тут сложилось воедино множество различных факторов, и, в их числе, невозможность родить детей, – пожал плечами Князев, – но я продолжу. Второе, у нас не так много времени, чтобы Вы Настя отлично освоили «Мистерию»! Поверьте, это не так просто, и если я увижу, что Вы не справляетесь, я не позволю: ни Вам, ни кому-либо другому испортить память о моей Юле! Поэтому нам нужно тщательно и много работать.

– Я понимаю, – кивнула юная балерина, – я буду очень прилежной ученицей и постараюсь Вас не подвести.

– Хорошо. И наконец, мы пока не знаем, как были устроены насадки на ступни Юлии, если удастся узнать, то нам нужно будет еще их сделать. А сколько времени это займет, нам неизвестно. Поэтому времени у нас в обрез.

– Хорошо, мы все поняли и поговорим с родителями. А теперь нам пора. Мы и так загостились, – и девушки, попрощавшись со старым танцором, покинули его жилище. Устроившись в машине, они прямиком направились к дому Насти.

– Лиза, – девушка посмотрела на тетю.

– Да, Настеныш.

– Ты мне поможешь?

– Конечно!

– Ты даже не спросишь в чем? – рассмеялась племянница.

– Ну во-первых, я всегда во всем готова тебе помочь, – улыбнулась ее тетя. – Во-вторых, я наверняка знаю, что ты никогда не попросишь о чем-то плохом. И в-третьих, мне прекрасно известно о чем ты хочешь попросить.

– И о чем же?

– Помочь тебе уговорить наших родителей отправить в прошлое Князева – бесплатно!

– Точно, – вздохнула Настя, – как ты думаешь они согласятся? Они и так не очень довольны, что я решила посвятить себя балету. А тут еще такая просьба. Это же огромные деньги.

– Настёныш. У тебя есть твоя тетя с отличным багажом знаний об истории мирового искусства! – рассмеялась Лиза.

– И как мне это поможет?

– Мы используем типовой сценарий под кодовым называнием «Малыш и покупка собаки», из книги «Малыш и Карлсон, который живёт на крыше» шведской писательницы Астрид Линдгрен, – голос Елизаветы был полон таинственности.

– Это как? – оживилась племянница.

– Слушай меня внимательно, Настеныш, и запоминай! – торжествующе воскликнула Лиза.

Когда они приехали домой, мама Насти сразу позвала их обедать. За столом юная балерина сделала скорбное лицо и тихо сказала:

– Мама. Папа. Скажите, вы меня любите?

В столовой – на секунду – повисла мертвая тишина. Первым опомнился отец Насти – Сергей Александрович – очень хорошо знавший характер своей любимицы. Он улыбнулся и произнес:

– Сейчас Настя будет что-то просить.

– Настенька, – опомнилась и мама Света, – это что за вопрос? Ты и твой братик – самое ценное и дорогое, что у нас есть на этом свете.

– То есть я вам дороже всего? – уточнила, не прогоняя выражение вселенской скорби со своего лица, дочка.

– Значит просить будет много, очень много, – тут же уточнил, посмеиваясь, отец.

– Сережа, перестать ерничать! Тебе бы только позубоскалить! – строго сказала его жена. – Видишь, на ребенке лица нет! Настенька, что случилось, детка? Но папа прав в том, что лучше не тяни кота за хвост, говори прямо что произошло и какая помощь нужна от нас? Лиза, а ты в курсе, что за проблема у нашей дочки и твоей племянницы?

– В курсе, – кивнула милая тетушка, которая все это и подстроила, – но я уверена, что она сейчас сама все расскажет. Говори, Настеныш, – нежная ладонь миловидной женщины опустилась на плечо племянницы в дружеской поддержке.

– Хорошо. Мне очень стыдно. Я прекрасно знаю, что не оправдала ваших надежд не захотев стать великой ученой и врачом. Но балет – это моя жизнь! – начала Анастасия.

– Мы это знаем, давно это приняли и согласились с твоим выбором, – кивнула мама Света. – Продолжай. Пока не пойму суть проблемы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Так вот, – продолжила дочка трагическим голосом, – сейчас стоит вопрос о том, возьмут меня в труппу Большого Театра или нет.

– Доча, – сказала ее мама, – ну подумаешь Большой Театр. Мы можем тебе твой собственный балетный театр купить! Будешь там Примой! Хочешь?

– Ну ты, Светик, скажешь, – хмыкнул ее муж, – дело ведь не в деньгах. Дело в престиже! Сначала Большой Театр, слава и признание там, а потом можно и о своем театре подумать.

– Папа совершенно прав, – кивнула Настя, – без школы Большого Театра, мой театр будет выглядеть сельской самодеятельностью.

– Мудрые слова, Настеныш. Не юной девы, но зрелой женщины, – одобрила Лиза.

– Настя, – перешел к делу отец, – нужно купить место в труппе Большого Театра? Так не вопрос, только скажи. Я поговорю с их директором, мы окажем им солидную спонсорскую помощь. Думаю, вопрос решится положительно.

– Даже не вздумайте этого делать! – возмутилась юная балерина. – Чтобы обо мне пустили слух по всей столице, что я купила место в труппе?! Да меня все засмеют и со света сживут! От такого позора всю жизнь не отмоешься!

– Ну хорошо, – не стал спорить отец, – тогда что от нас требуется? Говори, Настенька, мы тебя внимательно слушаем.

Настя подробно и оживленно рассказала о ситуации в их классе, о визите к Князеву, и о его предложении, и просьбе. Потом добавила:

– Мы все помним и ничего ему не сказали о нашей семейной тайне. Просто согласились передать его просьбу вам.

– М-да! Ну и слухи, – усмехнулся отец Насти, – маги, экстрасенсы! Хорошо еще, что не говорят, что мы анунаки или ящероидные пришельцы.

– Сережа! – его жена строго посмотрела на мужа. – Нужно помочь нашей девочке!

– Я не против, – согласился тот, – но тут не достаточно лишь нашего желания, необходимо согласие моего отца и мамы.

– Уверена, что любимой внучке они не откажут, – оптимистично ответила мама Насти. – Завершаем обед и едем к ним! Давай, Настя, поешь, а то ты и так вся просвечиваешься.

Созвонившись и договорившись о встрече, вся компания отправилась в загородный дом, где уже давно жили Александр Сергеевич и его жена, Екатерина Викторовна – папа и мама отца Насти. Они души не чаяли во внучке, и все были уверены, что ее просьба будет удовлетворена.

Как им и велели, они приехали к ужину. У ворот их встретил отец Светы, Степан Петрович Рябинин, который тоже жил с родителями своего зятя в одном поместье, но в отдельном доме, где был полным хозяином. Он помогал своей внучке – маме Насти – в работе ее Фонда помощи детям-сиротам, потерявшим обоих родителей и оставшихся на попечении своих бабушек и дедушек. А также помогал бессменному руководителю службы безопасности семейного холдинга Ивановых-Бессоновых, генерал-лейтенанту КГБ-ФСБ в отставке – Георгию Лукину – в его работе.

– Деда! – и Света, и Настя бросились обнимать своего дедушку и прадедушку, которого очень любили. – Ты совсем нас забыл в своем поместье, – шутливо попеняли они ему, – редко навещаешь. А мы скучаем.

– Так что в этом городе делать? Лучше вы к нам приезжайте. У нас лес, река, грибы, рыбалка! Воздух тут какой чистый, вы вдохните, вдохните поглубже, – рассмеялся Степан Петрович. – Ну что же мы тут на улице. Идемте скорее в дом, нас давно ждут.

Когда все расселись за огромным семейным столом, Настя снова повторила свой рассказ и просьбу, на сей раз уже для бабушки и дедушки. Когда она закончила, Екатерина Викторовна задала только один вопрос:

– Настенька, для тебя это очень важно?

– Бабулик! Это сейчас для меня самое важное! Я понимаю, что это огромные деньги, но вы можете мне больше не дарить подарки на дни рождения и другие праздники! – затараторила внучка оживленно. За столом, услышав такое «щедрое» предложение Насти, раздался громкий смех. Когда все успокоились, дедушка, с любовью глядя на внучку, сказал:

– Подарки оставим в покое. Мы согласны. Настя, трансперсональный перенос в таком возрасте как у Князева, сопряжен с опасностями. Ты же знаешь, что трансперсонавта нужно ввести в состояние комы, близкой к клинической смерти. Он может просто не пережить эту процедуру. Поэтому, его сначала нужно будет обследовать, и, скорее всего, ему нужно будет выделить одну дозу «Цветка жизни».

– Значит мы не будем этого делать? – расстроилась до слез Настя.

– Разве я так сказал? – улыбнулся ее дедушка. – Нет, мы все сделаем как нужно. Просто подумай, что ты от него можешь потребовать еще за дополнительные пять лет здоровой жизни.

– А я знаю! – сказала Лиза.

– И что? – успокоилась обрадованная Настя.

– Пусть он пять лет тебя обучает! У него такой огромный опыт и знания. Просто старость и немощность заставили его отойти от преподавания. А после приема нашего препарата, пусть поработает! – уверенно предложила ее тетя.

– Точно! – воодушевилась юная балерина. – И у меня есть еще одно условие! Но его я скажу ему сама.

– Тогда звони ему, внучка, и договаривайся о встрече, – улыбнулся ей дедушка.

На следующий день, в десять часов утра, из подъезда своего дома вышел Князев. К нему подошел крепкий мужчина в деловом костюме.

– Господин, Юрия Владимирович Князев? – поинтересовался он строго.

– Да.

– Мы от Александра Сергеевича Иванова-Бессонова. Вас должны были предупредить.

– Да, мне звонили, – кивнул старик боязливо оглядываясь по сторонам.

– Прошу Вас сесть в машину, – пригласил его охранник вежливым жестом.

Когда Князев сел на заднее сиденье внедорожника, его с обеих сторон зажали два сопровождающих. Судя по всему их старший, протянул ему темные очки.

– Уважаемый Юрий Владимирович. Прошу Вас надеть эти очки. И отдать мне Ваш мобильный телефон.

– Они же непрозрачные! – возразил Князев, примерив не вполне уместный аксессуар. – А мой телефон вот он. Там ничего ценного.

– Разумеется, – подтвердил один из важных мужчин. – А телефон мы Вам после вернем, – сказал старший и положил аппарат в какую-то металлическую коробочку. На недоуменный взгляд владельца телефона, он бросил:

– Это экранирующая коробка. Теперь нельзя будет его отследить.

– А зачем эти очки? – спросил конвоируемый еще не до конца осознавая с какими серьезными людьми он имеет дело.

– Мы едем в совершенно секретное место. Вам не нужно знать, где оно находится, для Вашей же безопасности в первую очередь.

– Вы боитесь, что я кому-то расскажу? – рассмеялся старик.

– Мы боимся, что Вас могут попросить рассказать где это находится, – серьезно ответил старший, – причем так попросить, что Вы не сможете отказать, как не хотели бы этого не делать. Некоторые люди могут быть очень убедительными, когда начнут Вас допрашивать. А так, Вы ничего не знаете.

– Даже так? – удивился и испугался Князев одновременно.

– У нас очень серьезная организация, – туманно ответил старший, – если Вы не наденете очки, боюсь Вам придется остаться дома.

– Хорошо, я согласен, – и с этими словами старый хореограф выполнил просьбу. Сидящий рядом охранник внимательно осмотрел и ощупал надетые очки и кивнул старшему. Машина сорвалась с места, и, через какое-то время, остановилась. Князева аккуратно и вежливо вывели из машины и куда-то повели поддерживая под руки. Он и его сопровождающие поднялись по ступенькам. Потом его передали в какие-то другие руки. Они вошли в лифт и тот тронулся вниз. Когда лифт, наконец, остановился, его вывели, чтобы провести еще через несколько коридоров и дверей. Наконец, его усадили на стул. После чего, так же аккуратно, сняли очки.

Щурясь от яркого света, Князев оглядел помещение и сидящих в нем людей. Небольшая комната напоминала рубку управления космическим кораблем или атомной электростанцией. В глаза бросился огромный пульт управления, на котором располагалось: множество лампочек, цифровых индикаторов, кнопок и рубильников. В кресле за пультом сидела очень красивая женщина лет пятидесяти, в белом халате. На стульях возле стены сидели: Настя; Лиза; еще одна женщина возраста Лизы, похожая на Настю; два взрослых мужчины, один из которых был в военной форме и с погонами генерал-полковника; а также мужчина помоложе.

– Здравствуйте, Юрий Владимирович, – поздоровался с ним мужчина постарше, – разрешите представиться самому и познакомить Вас со всеми присутствующими тут лицами. Я – Александр Сергеевич Иванов-Бессонов – отец Лизы и дедушка нашей замечательной Насти. Красавица за пультом управления – это моя жена Екатерина Викторовна. Мужчина в форме, руководитель нашей службы безопасности, генерал-лейтенант КГБ-ФСБ в отставке, Георгий Петрович Лукин. Рядом с ним сидит наш сын – Сергей Александрович, и его жена Светлана – родители Насти. Ну а с Лизой – нашей дочкой – и Настей, нашей внучкой Вы уже знакомы.

– Очень приятно познакомиться, – кивнул Князев.

– Приносим извинения за причиненные неудобства, но сами понимаете, Вы находитесь на объекте повышенной секретности, – продолжил дедушка Насти.

– Я все понимаю, – не стал возражать старик.

– Хорошо, тогда перейдем к делу, – не стал тянуть резину глава клана Ивановых-Бессоновых, – Настя и Лиза передали нам Вашу просьбу. Вы хотите узнать, какие отношения связывали Вашу жену – известную балерину Юлию Петрову – и ее покровителя – Ивана Павловича, до того, как она вышла за Вас замуж? Я правильно все излагаю?

– Именно так, – подтвердил вдовец.

– Взамен, Вы поможете нам узнать тайну конструкции пуантов Петровой, поможете Насте поставить – для ее выпускного экзамена – балет «Мистерию». Верно?

– И это правильно, – кивнул Князев, – но у меня есть еще одна просьба.

– О дополнительных условиях разговора не было, – нахмурился глава клана, – скажу прямо, я не люблю, когда условия сделок меняют по ходу дела.

– Очень Вас прошу, – умоляюще сказал Князев, – для меня это очень важно.

– Хорошо, говорите, – дал добро отец Лизы.

– Я открою вам всем тайну, но надеюсь, что она останется только между нами. И прошу Вас, Настя, не упоминать о ней с своей работе. Обещаете мне?

– Обещаю! – заинтриговано ответила девушка.

– Так вот, – вздохнул Князев, – дело в том, что моя жена, великая балерина Юлия Петрова, умерла не своей смертью.

– Как? Ее убили? – воскликнула Настя.

– Нет, она сама себя убила, – горько произнес старик, – напилась снотворных таблеток. И еще… она написала мне прощальное письмо.

– Какой ужас! А что там было, в этом письме? Почему она так поступила? – наперебой заговорили Настя и Лиза. – Об этом никто никогда не говорил!

– Не говорил, потому что я много заплатил всем заинтересованным лицам за молчание, – вздохнул Князев, – а что там было написано я и сам не знаю. Но очень хочу это узнать.

– Я не понял, – вмешался Лукин, – а почему Вы этого не знаете? И где это письмо?

– Письмо она сожгла. В тарелке на столе осталась лишь кучка пепла, – произнес Князев с сожалением.

– А почему Вы тогда решили, что это ее прощальное письмо? – продолжал задавать вопросы генерал-лейтенант.

– Лист не догорел до конца. На уцелевшей части ее почерком было написано: «Дорогой Юр…» Она никогда меня так не называла, в основном говорила всегда «Князев», – вздохнул он, – всю жизнь после ее смерти я мучаюсь вопросами, почему она это сделала и что она мне написала. Пожалуйста, помогите мне это узнать!

– Деда! – обратилась к главе клана Настя. – Давай поможем Юрию Владимировичу! И мне тоже это безумно интересно узнать.

– Папуля, – поддержала ее Лиза, – я тоже тебя прошу.

– Дорогой, – строго сказала Екатерина Викторовна, – ты же не откажешь трем твоим самым любимым женщинам?

– Попробовал бы я это сделать, – рассмеялся муж, отец и дедушка, – боюсь мне бы сильно после этого не поздоровалось. Хорошо! Но и у меня к Вам, Юрий Владимирович, тоже будет встречное предложение.

– Спасибо Вам! Я готов на все! – обрадовался старый хореограф.