Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Аргус
Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-5

Глава 1. Тайна старой гробницы.

Как и предполагал Петр, Император подумав ответил:

– Я тоже не могу выбрать, что лучше! Поэтому получай и погоны и орден! Молодец, заслужил!

– Служу Империи и Вашему Императорскому Величеству! – щелкнул каблуками новоиспеченный капитан принимая коробку с орденом и новые погоны. По центру золотого поля погона проходила одна продольная полоса (просвет) красного цвета. В отличие от современного капитана (4 звезды), на погонах капитана царской армии звезд не было совсем.

Императорский орден Святого Благоверного Князя Александра Невского, учрежденный в тысяча семьсот двадцать пятом году, состоял из трех основных элементов: знака (креста), звезды и орденской ленты.

Знак (крест). Представлял собой золотой четырехконечный крест с расширяющимися концами, покрытый с обеих сторон темно-красной (рубиновой) эмалью. Между концами креста располагались золотые двуглавые орлы под императорской короной с расправленными крыльями. В центре креста в круглом медальоне находилось изображение святого Александра Невского на коне.

Звезда. Восьмиконечная серебряная звезда, в центре которой на белом фоне был изображен вензель SA (Sanctus Alexander) под княжеской короной. По окружности на красном фоне шел девиз ордена золотыми буквами: «ЗА ТРУДЫ И ОТЕЧЕСТВО».

Лента. Шелковая муаровая лента красного цвета.

Царский орден Святого Александра Невского носился в виде креста на красной ленте через левое плечо и восьмилучевой звезды на левой стороне груди одновременно. Звезда носилась постоянно, а крест – в торжественных случаях. В особо торжественных случаях крест носился у левого бедра на широкой красной муаровой ленте, надетой через левое плечо. При обычном мундире или гражданском сюртуке крест носили на более узкой шейной ленте. Орденская восьмиконечная звезда всегда крепилась на левой стороне груди, независимо от того, как носился сам крест.

– Знаю! Как и твой отец! – пожал ему руку самодержец, – а теперь, что за скандал ты снова устроил на общественном диспуте сегодня? Мама в полном возмущении!

– Сожалею, что расстроил Ея Императорское Высочество! Но трудные времена требуют трудных решений! – ответил юноша, – возможно, Вашу маму не правильно информировали?

– Ну уж нет, молодой человек! – усмехнулась женщина, – я там лично была и все слышала своими ушами! Я то думала, что вольнодумство и смутьянство сеются в нашем Отечестве из-за границы, в вижу что у нас самих его полно!

– Как? Матушка! – поразился ее сын, – Вы посетили публичное мероприятие? Как это возможно, генерал? – монарх строго посмотрел на Лобова.

– Виноват, Ваше Величество! – вытянулся тот в струнку.

– Ничего он не виноват, Вася, – обратилась женщина к сыну, – это я приказал Феде, отвести меня туда, но так чтобы никто не знал. Я сидела в вуали, рядом был Федор, и как я поняла еще пять его мордоворотов охранников.

– Как Вы догадались? – поразился Лобов.

– Среди молодых студентов эти громилы у которых руки как крючья, а морды ящиком, выглядели очень ненатурально! – рассмеялась мама венценосца, – хорошо, что все были заняты диспутом на сцене и никто на них внимания не обращал.

– Матушка! Но зачем? – не понял Император.

– Что за вопрос? – удивилась его мама, – речь идет о моей внучке и твоей племяннице! Между прочим, она тоже была с нами!

– Как? Ея Высочество уже приехали? – спросил Петр, – извините, Ваше Высочество.

– Приехала утром. И вместо того, чтобы отдыхать после поездки, потащила меня в Вашу Академию! Но должна признаться, я не жалею Это было очень интересно! – ответила бабушка Даши.

– А откуда она узнала об этом? – снова спросил капитан.

– Ей Коленька сказал, а ему Ваша сестра! Кстати, что за скандал Вашем семействе? Вы покинули отчий дом? – спросила женщина.

– Это не мой отчий дом. Мой отчий дом в нашем поместье, которое до сих пор мне не возвращено, – вздохнул Петр, – это дом невесты моего дядя, Петра Христофоровича Ланского. Да, я его покинул.

– Подожди немного, нужно соблюсти все юридические формальности. Вот как? – неприятно удивился Император, – и граф Вас отпустил? Он же Ваш опекун! Федор, – он обратился к Лобову, – что вообще происходит? И почему я ничего не знаю об этом? И где, Петр, Вы сейчас живете?

– Живет он у своей невесты, – ехидно сказала мать Императора, – вдовы княгини Голынской Юлии Сергеевны! И на одной жене, как он сам сказал, останавливаться не намерен!

– Что значит невесте? – еще больше удивился дядя балерины, – а как же Даша?

– Боюсь, Ваше Величество, Ея Высочество сделало все что могла, чтобы мы не были вместе! – с грустью ответил юноша.

– Ничего я такого не делала! – в кабинет с возмущением ворвалась Даша, – это ты все сам испортил!

– Здравствуйте Ваше Высочество! – поклонился ей ошарашенный Петр.

– Вот ты какой? Можно подумать! Не мог меня подождать после выступления? – набросилась на него девушка, – надулся, обиделся и дрыхнуть пошел!

– А Вы не могли мне пропуск оставить? – парировал капитан, – и не говорите, что Вы просто забыли.

– А я и не говорю! – запальчиво выкрикнула балерина, – я хотела тебя просто проверить!

– Проверили? – улыбнулся юноша.

– Проверила! – буркнула Даша.

– Так! Все успокоились! – твердо сказала ее бабушка, – потом разберетесь. Меня больше всего сейчас интересует эта идея многоженства! Вы, князь, же понимаете, что это ниспровержение всех существующих устоев?

– Это всего лишь ниспровержение фальшивой и фарисейской морали! Это открывает дорогу к честности, и к другим, гораздо более важным вещам! – заявил капитан.

– Какая же это честность? – возмутилась Даша.

– Самая честная! Большинство мужчин и женщин, хорошо, пусть не большинство, но очень многие, имеют любовниц и любовников! – пояснил Петр, – и это осуждается чисто формально. Я не слышал, что бы кого-то за это посадили в тюрьму, или отлучили от церкви. И почему? Потому, что все понимают, что было, есть и будет! Так не лучше ли придать этому законную форму? По сути дела, узаконить, то что и так существует?

– А может быть разрешить и женщинам иметь несколько мужей? – ехидно подколола его племянница Императора, – если мужчинам это можно, то пусть и женщинам разрешат!

– Дарья! Что за фантазии? – строго сказала ее бабушка, – и ты туда же? Мало нам одного князя?

– Я не против, – пожал плечами возмутитель спокойствия, – но это не имеет никакого смысла, кроме удовлетворения женской похоти!

– Вот значит как! – ядовито произнесла Даша, – а многоженство значит не удовлетворение мужской похоти? Ты еще и мужской шовинист! Правильно сказали феминистки!

– Нет! – спокойно парировал капитан, – многожёнство нужно для решения той демографической катастрофы, которая образовалась по итогам войны. Обретение счастья одинокими женщинами. И восполнения убыли населения. А что даст многомужество? Состояние, при котором у женщины есть несколько мужей одновременно, называется полиандрия (от греч. polys – «многочисленный» и anēr – «муж») или многомужество. Это редкая форма брака, являющаяся видом полигамии, которая иногда встречается в традиционных культурах (Тибет, Индия). У мужчины и нескольких жен могут родиться много детей. А одна женщина сколько родит? И как узнать, кто отец ребенка? В наших реальных текущих условиях это будет даже вредно. Так как сократит количество и так дефицитных брачующихся мужчин!

– Даша! – вмешалась ее бабушка, – не спорь с ним! У него так ловко подвешен язык, что если он захочет, то убедит тебя, что ты не девушка, а мужчина! Ему в Думе нужно выступать. Или в суде адвокатом. Плевако рыдает на том свете от зависти! Мне этого попа на диспуте даже жалко стало!

– Я и сама это знаю, – буркнула ее внучка, – он вообще, большой выпендрежник!

– Петр, – спросил Император, – а что еще за более важные причины, о которых ты говорил?

– Ваше Величество! Речь идет об отделении Церкви от государства. Церковники не допустят многоженства! Это ясно. И будут этом всячески мешать! И это даст нам повод, руководствуясь высшими государственными интересами, сделать так, что бы вопросы регистрации и регулирования брачных отношений вывести из сферы их влияния. А заодно упразднить значение религиозного фактора и вероисповедования, на ряду с сословной принадлежностью, для карьерного роста! Включая атеистов! Это привлечет множество талантливых людей на службу стране!

– Как же мы будем без Церкви? И веры в Бога? – с опаской спросил монарх.

– Веры в Бога? А Вы уверены, что большинство священников верит в него? – усмехнулся юноша, – помните? Папе Лев Десятый (тысяча пятьсот тринадцатый – тысяча пятьсот двадцать первый год понтификата) приписывают следующую скандальную фразу: «Все века знают, как полезна была нам и нашей компании эта басня о Христе» (в других вариантах: «Она хорошо послужила нам, эта легенда о Христе»). Согласно легенде, понтифик якобы произнес эти слова своему секретарю, кардиналу Пьетро Бембо, в ответ на цитату из Евангелия.

– Нет никаких исторических свидетельств или записей в ватиканских архивах, подтверждающих, что Лев X когда-либо говорил нечто подобное, – вдруг заявила мать бабушка Даши, – я изучала историю в университете! Исследователи полагают, что фраза впервые появилась в сатирическом произведении «Парад пап» (The Pageant of the Popes), написанном в середине шестнадцатого века английским протестантским полемистом Джоном Бейлом. Бейл был ярым критиком католичества и использовал этот вымысел для дискредитации папства. Хотя, нужно признать, что Лев Десятый действительно вел роскошный образ жизни, был меценатом и активно продавал индульгенции (что стало одной из причин Реформации), но он никогда публично не ставил под сомнение догматы христианства!

– Вы думаете? – усмехнулся юноша, – а что Вы знаете о заговоре кардиналов?

– Знаю, – гордо ответила мама Императора, – В тысяча пятьсот семнадцатом году папа Лев Десятый раскрыл заговор кардиналов, возглавляемый Альфонсо Петруччи из Сиены, которые планировали отравить его из-за политических разногласий и ущемления их интересов. Лев X жестоко подавил заговор, казнив Петруччи, а затем укрепил свою власть, назначив 31 нового кардинала. Этот эпизод подчеркнул напряженность в Риме эпохи Возрождения. Кардиналы, особенно влиятельный Альфонсо Петруччи, были недовольны политикой папы Медичи, который ограничивал их власть и стремился усилить влияние своей семьи. Заговор был раскрыт, Петруччи был казнен, другие участники подверглись строгим наказаниям, включая штрафы. Чтобы обезопасить себя, первого июля тысяча пятьсот семнадцатого года Лев Десятый провел масштабную консисторию, возведя в сан сразу тридцать одного нового кардинала, лояльных лично ему. Событие произошло в тот же год, когда Мартин Лютер начал Реформацию, что стало началом глубокого кризиса папства, который Лев Десятый, по мнению историков, недооценил, будучи занятым внутренними делами и искусствами. Заговор стал одним из самых громких скандалов понтификата Льва Десятый, который правил в роскоши и часто тратил казну без осмотрительности. Но к чему этот вопрос.

– Ты просто идиот! Причем клинический! – обозначил свое присутствие Голос, – ну и что ты будешь сейчас делать? Ты хотел рассказать об якобы открытой в две тысячи двадцатом году в Соборе Святого Петра тайной гробнице с мраморным саркофагом без надписи, но с гербом Папы? И о рукописи, завещании и папской Булле Льва Десятого?

– Ну да! – признался Сергей.

– Так это когда еще будет? – ехидно спросил его внутренний собеседник, – больше чем через сто лет! А что ты соврешь сейчас? Балабол! Твой язык работает быстрее, чем твои мысли! Тем более, что эта история мутная противоречивая и официально не подтверждённая! Достаточно сказать, что упоминаемый в ней Лоренцо Пуччи, хоть и историческое лицо, но умер не в декабре тысяча пятьсот двадцать первого года, а в тысяча пятьсот тридцать первом году, то есть через десять лет после смерти папы! А авторы истории говорят, что он отравился через несколько дней после кончины Льва Десятого. И еще! Кто хоронит самоубийцу в церкви. Я вообще думаю, что эту байку сочинил искусственный интеллект! Хотя нужно сказать, что если не вдаваться в подробности, выглядит очень убедительно!

– Я уже придумал! – усмехнулся попаданец, – никто все равно проверить не сможет!

– Мой отец, – начал Петр, – был знаком с одним итальянцем, – Он был их рабочих, которые на протяжении столетий занимаются обслуживанием, реставрацией и содержанием собора Святого Петра в Ватикане, называют санпьетрини (итал. sanpietrini). Эта уникальная группа мастеров существует уже более пятисот лет, и секреты их ремесла часто передаются по наследству – от отца к сыну. Их название происходит непосредственно от имени святого Петра (San Pietro). Организация была официально создана в восемнадцатом веке для постоянного ухода за базиликой, хотя мастера работали при соборе с самого начала его строительства. В штате числится около восьмидесяти человек. Это каменщики, плотники, электрики, кровельщики и реставраторы. Они знают каждый потайной уголок собора и умеют работать с материалами, которые использовались еще в эпоху Возрождения. Долгое время в корпус санпьетрини принимали только сыновей действующих сотрудников, что и сформировало целые рабочие династии. Хотя сегодня правила стали чуть менее строгими, преемственность поколений всё еще остается сердцем этой организации.

– И что? – с интересом спросила Даша, как и любая девушка, падкая до всяких тайн и секретов.

– Он рассорился со своей семьей и прокинул Италию, – продолжал врать попаданец, – и очень был обижен на свою семью. Не знаю как, но ему очень понравился мой отец.

– Я его понимаю, – вздохнул Император, – никогда не прощу себе, что не уберег его.

– Спасибо, Ваше Величество, мне его тоже не хватает, – вздохнул сирота, – так вот, он рассказал отцу семейную тайну, которая передается у них в семье веками!

– Как интересно! – оживилась балерина, – обожаю такие истории! Может быть, я тебя даже прощу! Не сразу, конечно!

– Вы очень великодушны. Ваше Высочество! – поклонился ей Петр.

– Опять начинаешь? – насупилась племянница, потом улыбнулась и добавила, – ладно, рассказывай быстрее!

– Хорошо, так вот, он рассказал, что первого декабря тысяча пятьсот двадцать первого года умер папа Лев Десятый. К предку этого рабочего, который был бригадиром на строительстве нового Собора Святого Петра, который начал папа Юлий Второй, пришел его доверенный человек, его писец, который был с папой тридцать лет. Имя он его не помнил. Так вот, он сказал, что умерший Папа перед смертью просил сделать в подземелье Собора тайный склеп. И выделил на это две тысячи дукатов. Огромную сумму по тем временам. Приказ был такой. В крипте строящего собора необходимо было сделать тайный, никому не известный склеп-гробницу. В нем установили большой мраморный саркофаг. Без надписей. На крышке был только папский герб – тиара и два скрещённых ключа.

– А кто был в этом саркофаге? – не утерпела Даша.

– В него положили два тела, – таинственно продолжил капитан, – писец папы отвел рабочих ночью на кладбище. Там, разрыв безымянную могилу, они нашли останки человека.

– Кого? – поднял брови Император.

– Это были останки итальянского кардинал Альфонсо Петруччи (Alfonso Petrucci) который был казнен шестнадцатого июля тысяча пятьсот семнадцатого года в Риме по обвинению в заговоре с целью убийства Папы Льва Десятого. Это событие стало первым случаем в истории, когда действующий Папа вынес смертный приговор члену Коллегии кардиналов. Альфонсо Петруччи, сын правителя Сиены Пандольфо Петруччи, изначально поддерживал избрание Льва Десятого (Джованни де Медичи). Однако вскоре отношения испортились. Лев Десятый способствовал изгнанию брата Альфонсо, Боргезе Петруччи, из Сиены, чтобы поставить во главе города лояльного Медичи человека.

Глава 2. Серьезное обвинение.

– Как считалось, ослепленный жаждой мести, Альфонсо задумал отравить Папу, – продолжал Петр, – План заключался в том, чтобы подкупить папского хирурга Джованни Баттиста да Верчелли, который должен был ввести яд в рану Папы во время операции по лечению анального свища. Заговор был раскрыт после того, как перехваченная переписка попала в руки понтифика. Лев Десятый заманил Петруччи в Рим, пообещав ему личную безопасность и неприкосновенность, и даже выдав ему охранную грамоту. Как только кардинал прибыл девятнадцатого мая тысяча пятьсот семнадцатого года в Ватикан, он был немедленно арестован и заключен в тюрьму замка Святого Ангела вместе с другим кардиналом, Бандинелло Саули. Несмотря на свой статус, Петруччи подвергался допросам и пыткам в течение нескольких недель.

Смертный приговор был приведен в исполнение в камере замка Святого Ангела. Петруччи был задушен шелковым шнуром. Согласно историческим свидетельствам, палачом выступил мавр (мусульманин), чтобы избежать «непристойности» убийства христианского священнослужителя руками другого христианина. Папский хирург и личный секретарь Петруччи были публично повешены, а перед этим подверглись жестоким пыткам. Казнь Петруччи позволила Льву Десятому полностью перестроить Коллегию кардиналов. Ссылаясь на заговор, Папа в один день (третьего июля тысяча пятьсот семнадцатого года) назначил тридцать одного нового кардинала, когда за год не назначали более пяти, заполнив Коллегию своими сторонниками и родственниками, а также пополнив пустую папскую казну за счет продажи этих титулов. При этом он получил еще деньги в виде штрафов от других участников этого. якобы заговора.

– Ну и что? – пожала плечами Даша, – обычная история в те времена. Неудавшийся заговор!

– Дело в том, – улыбнулся ей юноша, – что по словам этого мужчины, не было никакого заговора. Кардинал Петруччи не планировал никакого убийства. Он видел как тяга к роскоши и продажи индульгенций разрушают авторитет Церкви и призывал для ее спасения провести реформы. И не допустить раскола и отделения протестантов. Но Льву Десятому важнее было собрать деньги на строительство Собора и свою роскошную жизнь. По сути, он проводил политику Калигулы и других цезарей, который убивал богатых римлян, чтобы завладеть их наследством. Императора который заставлял богатых римлян включать себя в завещание. Фраза «Ты не торопишься умереть» (или её вариации вроде «Почему он до сих пор жив?») связана с практикой Калигулы ускорять получение наследства с помощью яда или принуждения к самоубийству, если «наследодатель» затягивал с кончиной. В исторических хрониках Светония и Диона Кассия упоминается, что Калигула, растратив государственную казну, начал охоту за состояниями богатых граждан. Он объявлял недействительными завещания тех, кто не оставил ему хотя бы часть имущества. Многих богатых людей он заставлял официально назначать его сонаследником. Если после оформления документов человек выздоравливал или просто жил слишком долго, Калигула гневался, считая, что его обманывают. Он посылал таким «затянувшим» отравленные лакомства или приказы покончить с собой, иронично замечая, что они «издеваются над ним, заставляя ждать». Вот так и поступил Лев Десятый с кардиналами, которых обвинил в заговоре против себя.

Несколько высокопоставленных кардиналов были вынуждены заплатить огромные штрафы, чтобы сохранить жизнь или свободу. Среди них были: Рафаэль Риарио – самый влиятельный и богатый из обвиняемых. Он заплатил огромный штраф в размере сто пятьдесят тысяч дукатов и лишился своего роскошного дворца в Риме (ныне Палаццо делла Канчеллерия). Это колоссальная сумма, эквивалентная примерно пятьсот двадцати пяти -пятьсот тридцати килограммов чистого золота. В современном эквиваленте это может составлять десятки миллионов долларов, учитывая покупательную способность, которая была многократно выше, чем сейчас. Бендинелло Саули – кардинал из влиятельной генуэзской банковской семьи. Он был вынужден заплатить за свое освобождение пятьдесят тысяч дукатов. Франческо Содерини и Адриан Кастеллези – оба кардинала были оштрафованы на двадцать пять тысяч дукатов каждый. Не имея возможности выплатить такие суммы сразу и опасаясь за свою жизнь, они бежали из Рима. А вот сам «инициатор заговора», кардинал Альфонсо Петруччи, свою вину не признал и не захотел откупиться деньгами, несмотря на обещание безопасности, он был арестован и казнен в замке Святого Ангела.

И тут же продали тридцать одну кардинальскую шапку. Папа Лев Десятый (Джованни Медичи) в ходе массового назначения назначил кучу новых кардиналов, что принесло папской казне примерно пятьсот тысяч дукатов, или почти две тонны золота! Эта акция преследовала две основные цели. Лев Десятый столкнулся с серьезным финансовым кризисом из-за войны за Урбино, строительства собора Святого Петра и своих расточительных привычек. Продажа должностей стала одним из способов избежать банкротства.

– Я всегда знала, что католики еретики, а их папы служат не Христу, а Сатане! – брезгливо произнесла мама Императора, – их цезарепапизм – порождение гордыни Врага Рода человеческого. А объявление Папы непогрешимым, это чистое богохульство! Но к чему эти исторические экскурсы?

– К тому, что я не уверен, что Церковь так уж лояльна к нашему государству, – прояснил юноша, – вспомните мятеж семнадцатого года. Когда церковь выступила с осуждением мятежников и их деяний? Только тогда когда верные Его Величеству войска вошли в столицу и стало ясно, что заговорщики проиграли!

– Жаль нельзя рассказать, как святоши продали династию Романовых в нашей реальности! – с сожалением произнес Голос, – надо сказать, что вопрос о роли Церкви в падении монархии в тысяча девятьсот семнадцатом году году – одна из самых дискуссионных и болезненных тем в российской истории. Если говорить прямо, высшее духовенство (Святейший Синод) не «продало» Романовых в буквальном смысле за деньги, но оно чрезвычайно быстро и решительно отказалось от поддержки Николая Второго, когда начались революционные события. Когда в феврале тысяа девятьсот семнадцатого года в Петрограде начались беспорядки, обер-прокурор Синода Раев предлагал выпустить воззвание к народу, которое бы осуждало бунтовщиков и грозило церковным наказанием. Иерархи отказались это делать, заявив, что беспорядки имеют политический характер, и Церковь не должна в это вмешиваться. В самый сложный момент монархия осталась без идеологической опоры со стороны духовенства. А уже шестого марта тысяча девятьсот семнадцатого года, (всего через несколько дней после отречения) Синод распорядился во всех храмах вместо поминовения императорской семьи молиться за «Благоверное Временное правительство». Из залов заседаний Синода было вынесено царское кресло. Духовенство на местах активно участвовало в «праздниках свободы», называя революцию «волей Божьей».

– Зачем же «святоши» так поступили? – удивился Сергей.

– Это не было простым предательством ради выгоды, – задумчиво произнес его внутренний собеседник, – у иерархов были свои веские причины недолюбливать систему, созданную Романовыми. Со времен Петра Первого патриаршество было упразднено. Церковь превратилась в «ведомство православного исповедания», фактически став министерством во главе со светским чиновником (обер-прокурором). Высшее духовенство мечтало о независимости от государства и восстановлении патриаршества. Революция виделась им как шанс избавиться от государственного контроля. Фигура Григория Распутина и его влияние на назначение епископов глубоко оскорбляли и дискредитировали Церковь в глазах самих священников. Многие современные исследователи (например, Михаил Бабкин) считают, что позиция духовенства стала одним из решающих факторов падения монархии. Если бы Церковь объявила революционеров анафеме, ход истории мог быть иным. Однако иерархи предпочли «освобождение Церкви от государства», не осознавая, что через полгода к власти придут большевики, которые начнут уничтожать их самих. Рядовое сельское духовенство часто оставалось верным монархии, но официальный голос Церкви (епископат) выбрал путь сотрудничества с новой властью.

– Так сейчас тут, в этой реальности, то же самое! Нужно срочно отделять их от государства! Эти святоши продадут Императора так же, как их копии в нашей реальности, – произнес попаданец, – и не забудем как вела себя церковь на оккупированных фашистами территориях вовремя Великой Отечественной Войны.

– Да! – согласился Голос, – На оккупированных территориях СССР церковная жизнь находилась в сложном и противоречивом положении, балансируя между восстановлением религии, давлением нацистской пропаганды и поддержкой сопротивления. Нацисты использовали религию как инструмент пропаганды для борьбы с большевизмом. После десятилетий советских репрессий оккупанты разрешали открывать церкви, чтобы привлечь симпатии местного населения. Псковская православная миссия. Была создана в тысяча девятьсот сорок первом году при поддержке немецких властей для «миссионерской» деятельности на северо-западе РСФСР. Она восстановила церковную жизнь в сотнях приходов, но действовала под жестким контролем оккупационной администрации. Гитлер не планировал возрождения сильной единой церкви; его стратегия заключалась в раздроблении конфессий по национальному и территориальному признаку, чтобы избежать консолидации народа. Реакция церкви не была однородной и разделялась на несколько направлений.

Часть осталась патриотической. Несмотря на нахождение в тылу врага, многие священники тайно помогали партизанам, укрывали евреев и военнопленных, собирали средства для Красной Армии и вели антифашистскую пропаганду.

Значительная часть духовенства видела в приходе немцев шанс на спасение веры от атеистического режима и формально сотрудничала с администрацией для поддержания работы храмов.

А часть клира открыто поддерживала «новый порядок», участвуя в про немецкой агитации. После освобождения территорий советскими войсками такие деятели часто подвергались арестам и обвинениям в измене.

Но был и положительный результат. К тысяча девятьсот сорок третьему году, видя массовое открытие храмов на оккупированных землях, Сталин изменил политику в отношении РПЦ в СССР, разрешив избрание патриарха и открыв часть церквей, чтобы перехватить инициативу у нацистской пропаганды.

– Я уверен, – продолжал Петр, – что в нужный момент церковь предаст вас Государь. Поэтому, предлагаю отделить ее от государства. Это позволит сразу решить и еще одну важную проблему.

– Куда еще более важную? – вздохнул Император.

– Вместе с отделением Церкви от государства, мы ликвидируем и Орден Имперских Ментальных Магов. Точнее, лишим их всех властных полномочий. А без них, они сами исчезнут! – сказал Петр, – Кроме этого, отделение лишит их влияния на вопросы брака и разводов. С какой стати человек может вступать в брак только три раза? Это что указание Бога? Вовсе нет! Ограничение на заключение церковного брака (венчания) до трех раз в православии основано на древних канонических правилах (в частности, на нормах святителя Василия Великого) и утверждено Архиерейским собором! Некий человек Святитель Василий Великий живший вообще в четвертом веке, вдруг решил, что можно жениться только три раза? На каком основании? А почему не пять или десять? Потом собрались такие же люди и закрепили это решение! А что это значит?

– Ну и что это значит? – усмехнулась мать Императора.

– А это значит то, что принято одними людьми, может быть отменено другими людьми! Тем более, если это было принято много столетий назад и давно устарело! – твердо произнес юноша.

– Вот балабол! – восхитилась бабушка Даши, а потом вкрадчиво произнесла, – а может быть, по Вашему князь, и сам институт монархии устарел? Может быть императорскую власть тоже нужно устранить, как пережиток? Смотри, Васенька, – она обратилась к сыну, – это краснобай еще тебя убедит, что ты анахронизм прошлого! Сначала он разделается с Церковью, а потом со всеми нами!

– Нет, Ваше Высочество! – тут же ответил капитан, понявший в какой капкан хочет заманить его вредная старуха, – на данном этапе монархия стране необходима!

– Можешь, Петя, объяснить почему? – улыбнулся Император, – а то я и сам уже начал волноваться!

– И постарайтесь быть поубедительнее! – тут же вмешалась его мама, – иначе мое, и так невысокое, доверие к Вам, князь, будет основательно подорвано! Уж не засланный Вы к нам казачок!

– Разумеется! – с готовностью ответил князь, – Монархия – одна из древнейших форм правления, и у неё есть ряд уникальных особенностей, которые сторонники этой системы считают важными преимуществами. Если отбросить стереотипы о «сказочных королях», современные политические философы выделяют несколько прагматичных плюсов монархического устройства.

Первое. Преемственность и долгосрочное планирование. В отличие от политиков в республиках, которые ограничены сроком полномочий (четыре – шесть лет) и часто думают лишь о следующих выборах, монарх готовит страну для своих наследников. Большой горизонт планирования, Монарх заинтересован в благополучии страны через двадцать, тридцать и более лет. А политики, часто принимают решения, отвечать за последствия которых, будут уже другие политики. И это порождает безответственность! Очень важным является и стабильность курса. Отсутствие резких смен политического вектора каждые несколько лет позволяет реализовывать масштабные национальные проекты.

Второе. Монарх выступает как живой символ истории и традиций, который стоит над политической борьбой. Монарх может играть роль нейтрального посредника между спорящими партиями или ветвями власти. Для многих граждан фигура монарха олицетворяет стабильность («правительства приходят и уходят, а корона остается»).

Третье. Экономия на выборах и легитимность. Хотя содержание императорского двора стоит денег, избирательные кампании в крупных республиках часто обходятся бюджету и бизнесу значительно дороже. Переход власти по наследству исключает периоды политической нестабильности и «вакуума власти», характерные для предвыборных периодов. Будущего правителя с рождения обучают истории, дипломатии, праву и управлению, что делает его профессионалом в своей сфере.

Четвертое. Психологическая независимость государя. Поскольку монарх не обязан своим положением спонсорам, лоббистам или конкретной группе избирателей, он теоретически может принимать непопулярные, но необходимые для страны решения.

Конечно, у монархии есть и существенные риски (например, случайность рождения – не всегда наследник талантлив), но именно вышеуказанные плюсы позволяют этой форме правления сохраняться в двадцатом веке. Яркий пример – Британская монархия. А ведь у них даже Конституции нет!