Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Окружающие врачи и студенты дружно закивали головами.

– Вы помните, как Вас зовут, молодой человек? – обратился к нему врач.

– Конечно, помню. Меня зовут Воронов Виктор Иванович, – ответил пациент.

– Превосходно, когда Вы родились и сколько Вам лет? – продолжил расспросы доктор.

– Мне шестнадцать лет, скоро будет семнадцать, и я родился первого августа две тысячи первого года, – уверено произнес Виктор.

– Отлично, а какой год сейчас? – не отставал лекарь.

– Сейчас пятое июня две тысячи восемнадцатого года, – ответил юноша.

– А вот тут Вы ошиблись молодой человек, – улыбнулся его лечащий врач, – сегодня седьмое июня, Вы пролежали два дня без сознания. Скажите, у Вас голова не кружится?

– Нет, я вообще чувствую себя хорошо и, – он покраснел, – я очень хочу в туалет. Можно?

Глава 2. Знакомство.

– Попробуйте сначала встать, – предложил врач. Несколько студентов в белых халатах подошли к лежащему Виктору и помогли ему сесть на кровати, свесив ноги.

– Все нормально? – уточнил доктор.

– Да! – кивнул юноша.

– Помогите ему встать, – попросил снова лечащий врач, и когда один из студентов наклонился и надел на ступни пациента тапочки, остальные студенты помогли ему встать на ноги.

– Голова не кружится? – спросил снова доктор.

– Спасибо, все хорошо! Можно мне в туалет? – попросился снова Виктор.

– Идите! – милостиво разрешил врач. И юноша быстро зашаркал тапочками в санузел, который был в палате. Там закрыв дверь и включив воду, чтобы не было слышно как он справляет свои естественные потребности, он испытал настоящее облегчение. Когда помыв руки и умывшись он вышел в палате был только его врач.

– Ложитесь, отдыхайте, ходите, но осторожно. Думаю, что через пару дней я Вас выпишу, – сообщил он юноше.

– Доктор, я где?

– Вы находитесь в Шатурской центральная районной больнице, в отделении травматологии. Меня зовут Антипов Василий Константинович, я Ваш лечащий врач, если будут вопросы обращайтесь.

– А где мой телефон? – спросил пациент.

– В шкафу вашей прикроватной тумбочки. Но я советую не перегружать сейчас Ваш мозг избыточной информацией. Когда он еще сможет от нее отдохнуть! – и доктор покинул комнату. Виктор осмотрел комнату. Это была двухместная палата, но вторая койка была пустая. Он занимал больничное помещение один. Виктор снова лег на кровать и подумал:

– Вот док приколист, почему он отрицал, что мне втирал про Чистилище!

– Потому что это был не он! – раздался знакомый мужской голос.

– Кто тут? – чуть не вскочил с кровати юноша, лихорадочно осматривая палату, – и где Вы?

– Не нужно так реагировать и кричать в голос, – недовольно заметил голос, – в самой палате никого физически нет.

– А где Вы? И почему нельзя говорить вслух? – подумал про себя Виктор.

– Судя по всему, сейчас я у тебя в голове! А кричать об этом не надо, если не хочешь, чтобы нас отвезли в желтый дом! – вздохнул мужчина.

– В какой моей голове? Что Вы там делаете, и как Вы туда попали? Какой желтый дом! – у юноши началась истерика.

– Успокойтесь молодой человек! – строго произнес голос, – что Вы себя орете как студентка, узнавшая что она забеременела, но не знает от кого! Начнем по порядку! Жёлтый дом – это известное разговорное выражение, означающее психиатрическую больницу. В конце восемнадцатого века в Санкт-Петербурге открылась первая специализированная больница для душевнобольных, которая была построена и покрашена в жёлтый цвет. Казённые дома, в том числе лечебницы, в Российской империи часто красили в жёлтый цвет из соображений экономии или из-за того, что этот оттенок считался успокаивающим. Со временем фраза стала нарицательной

– А почему меня должны отправить в психушку? – спросил Виктор.

– Не тебя, а нас! – поправил его незнакомец, – потому, что если этот эскулап узнает, что у тебя в голове появился чужой голос, то он решит, что у тебя развилась посттравматическая шизофрения. А вот это диагноз на всю жизнь!

– А у меня не эта шизофрения? – с подозрением спросил пациент.

– Нет! Если бы у тебя появилась такая шизофрения, это была бы часть твоей личности, весьма молодая скудоумная и глупая, как я уже успел понять, пока ты тут лежал в отключке! А я себя помню очень хорошо. Я умный и очень начитанный! А также сообразительный и интеллектуальный! Значит я – это не голос твой шизофрении, а новая личность, точнее старая по возрасту, и гораздо более умная чем ты!

– Вот мою личность я попрошу Вас не трогать! Я Вас не звал, более того я очень убедительно прошу Вас немедленно покинуть мою голову! – твердо произнес Виктор.

– Думаешь я сильно рад, что оказался в твоей голове? Я, профессор, доктор наук, человек с университетским образованием и сам преподающий в университете, оказался в голове недоросля, которого кроме всякой глупости, ничего не интересует! – угрюмо ответил мужчина.

– Ого! А сколько Вам лет? – удивился юноша.

– Разрешите представиться, – ответил голос, – Крашенинников Артем Николаевич, профессор, доктор исторических наук, преподаватель истории в университете! Мне семьдесят пять лет! А кто ты я и так знаю.

– Сколько? – ужаснулся Виктор, – столько не живут! Только пенса мне и не хватало для полного счастья!

– Какого пенса? – не понял Артем Николаевич.

– Пенс, это пенсионер! – пояснил юноша.

– А ты зумер, – не остался в долгу профессор, – только я очень умный пенс, а ты еще очень глупый зумер! И неизвестно еще станешь ли умным пенсом, или пенсия придет одна!

– Убирайтесь из моей головы немедленно! – чуть не завизжал Виктор.

– Скажи как, и я уйду! – усмехнулся старик, – я вижу только один вариант, как это можно сделать.

– Так делайте! – нетерпеливо произнес юноша.

– Не вопрос, мне терять нечего, я уже один раз умер. Идем на крышу этой богадельни! – предложил Артем Николаевич.

– Это зачем? – с подозрением спросил Виктор.

– Будем прыгать вниз головой на асфальт! – бодро произнес старик, – снова убьемся! И я покину твою голову!

– Меня такой способ не устраивает! – заявил подумав зумер, – я так же убьюсь, но уже по настоящему!

– В таком случае выбирай, либо ты смиришься с моим присутствием, либо избавишься от меня, но вместе с собой! – ехидно произнес старик.

– Вот это попадос! – вздохнул юноша, потом вспомнив что-то вскочив сел на кровать и торжественно сказал, – я знаю кто Вы такой!

– Я и сам знаю! – усмехнулся профессор.

– Вы – попаданец! – уверенно заявил Виктор.

– Кто? – не понял Артем Николаевич.

– Попаданец – это персонаж фантастического произведения, который внезапно и не по своей воле перемещается из своего привычного мира в другую реальность: прошлое, будущее, параллельный мир или магическую вселенную, – оживленно затараторил юноша, который обожал этот жанр фантастической литературы.

– Какая чепуха! – уверенно заявил профессор, – и как это работает?

– Обычный человек, часто наш современник, оказывается в чужом времени или фэнтези-мире. Его знания, опыт и технологии меняют уклад новой среды. Жанр невероятно популярен, особенно в Эксмо и Литрес Самиздат, и на молодой литературной площадке АТ. Классический пример из литературы – роман Марка Твена (тысяча восемьсот восемьдесят девятого года), где американец девятнадцатого века попадает в эпоху короля Артура. Основными разновидностями это жанра являются попадание в магические миры (Исекай), где герой переносится в вымышленный мир меча и магии (популярный тренд в азиатских ранобэ и аниме). Или попадание в прошлое, где герой может изменить ход событий или предотвратить катастрофы. Или в прошлое нашей страны – СССР. Один из самых продаваемых сегментов на русскоязычном книжном рынке, где современные авторы обыгрывают ностальгию или геополитические сценарии. Часто авторы наделяют попаданцев уникальными способностями, чтобы те смогли выжить и быстро адаптироваться к незнакомым условиям, – вздохнул Виктор, – вот почему я не попал в Древний Рим? Вот я бы им там всем показал!

– Дурачок ты, – беззлобно усмехнулся старик, – и авторы эти дураки! Это не ты, это они бы тебе в Древнем Риме показали. Только не развлечения в лупанариях и на оргиях, а как рабы добывают серебро в подземных шахтах. Ты что? Знаешь латинский язык? Имеешь какие-то знания или умения, чтобы там что-то менять или развивать? Ты даже историю Древнего Рима не знаешь, чтобы встать вовремя на нужную сторону истории! Вписался бы за Марка Антония, например, а Октавиан Август тебе бы башку твою глупую и оттяпал! Ты же без Википедии шага ступить не можешь! Невежа!

– Хватит меня обзывать! – разозлился неуч.

– А кто тебя обзывает? – удивился старик, – я просто описываю тебя с научной точки зрения! Так сказать, классифицирую!

– Это обидная классификация, и прошу ее ко мне не применять! – не отступал Виктор, – а еще профессор называется!

– Так кто тебе, убогому умом, правду еще скажет? Как не я? – рассмеялся профессор, – вообще радуйся, тебе страшно повезло, не знаю, только вот за что!

– Чем же мне так повезло? – ехидно спросил Виктор, – мама мне дома вечно мозги компостирует, в школе мозги пудрят, а теперь и в голове появился персональный старпер, который тоже меня учить взялся! Теперь совсем житья от всех таких учителей не будет!

– По моему, дурака учить – таки только портить! – парировал Артем Николаевич, – а повезло тебе, Виктор в том, что это я, как ты выразился старый пердун, попал в твою голову. Гораздо хуже было, если бы ты такой молодой да ранний попал в мою голову, глубокого старика! Вот тогда тебе твоей Лены не видать было, как собственных ушей. И вместо радости жизни, мы с тобой ходили бы по врачам, пили таблетки, ели бы такую постную пищу, на которую даже мухи не садятся! А также страдали кариесом, запором, артритом, геморроем и простатитом! И нас бы молодые, да и не молодые девушки, не любили бы! И пахло бы от нас как от старого козла! Росли бы уши, и волосы из ушей! Более того, и в ванной комнате мы бы только с печалью смотрели на наше увядшее мужское достоинство! Теперь понял? Я тебя узнал, ты со мной ехал в автобусе на сиденье через проход.

– Так это Вы? – поразился Виктор, – я Вас тоже узнал. Вы были такой солидный и представительный!

– Да! – самодовольно ответил профессор, – я всегда пользовался большим успехом у студенток! И некоторым, особенно красивым, не отказывал во внимании! Исключительно в педагогических целях, чтобы не навредить отказом их самооценке!

– Правда! – оживился юноша, – а может быть Вы поможет мне с Леной? Я буду Вам очень благодарен, и не буду против того, чтобы Вы у меня жили в голове. Если не будете меня все время обзывать и оскорблять!

– Как будто ты можешь этому хоть как-то помешать, – усмехнулся старик, – в любом ином случае на эту просьбу, сравнимую по вероятности исполнения и реализации только со вторым пришествием Христа, или открытием разумной жизни во Вселенной, другой бы ответил предложением сразу сигануть с крыши головой в асфальт, чтобы не мучаться! Но не я! Я готов тебе помочь! Но у меня два условия!

– Я на все готов! – обрадовался, даже призрачной возможности окучить неприступную красавицу, юноша.

– Смотри, обратно дороги не будет! Я же от тебя не отстану, пока человеком не сделаю. Только твоя смерть сможет остановить эту педагогическую поэму! Скажу сразу, просто не будет! – строго сказал профессор.

– Неужели так все плохо? Я так и знал! – упавшим голосом спросил Виктор.

– Знал? – саркастический произнес Артем Николаевич, – если бы ты знал, то давно бросил даже мысль об этом! Ты на себя то посмотри, дрыщ несчастный! Кто ты сейчас? И где она! И красавица, и умница и спортсменка! Была у меня она студентка, бывшая балерина! Господи, что она вытворяла в постели! Один раз чуть не ушатала меня до смерти! – впал в сладкие воспоминания злостный нарушитель всех высоких этических стандартов и педагогических норм поведения преподавателя отечественной высшей школы, одним словом позор педагогического корпуса, – да! Кроме того, она отличница и знает три языка! А сколько знаешь ты?

– Да, все очень плохо для меня, – грустно повторил юноша.

– Плохо? Если было бы просто плохо, то это было бы уже хорошо! Твой нынешний уровень это даже не ноль! А глубокий минус! Чувствую, я еще больше поседею и облысею, и не только на голове, и еще потеряю половину нервных клеток на этом многотрудном пути! Но что не сделаешь, для товарища по одной голове! Кстати, а какому виду попаданца относится наш случай? – поинтересовался профессор.

– Не знаю, – растерялся юноша.

– А что ты вообще знаешь? – вздохнул старик, – ладно, есть у меня идея, как проверить достоверность этого попаданства. Не иллюзия ли эта эта какая-то.

– И как? – заинтересовался Виктор.

– Скоро узнаешь, мне нужно подумать, – ответил профессор.

– Здравствуйте! Воронов Виктор Иванович? – в палату без стука уверенной походкой вошел полноватый человек среднего возраста в мешковатом костюме с папкой в руках, – следователь, Иванов Юлиан Аполлонович! Я занимаюсь аварией в которую Вы попали.

– Да, родители этого следака были большие оригиналы, – усмехнулся профессор, – хотя до Васисуалия Лоханкина ему далеко! И не вздумай ему про нас рассказать, и вообще иди в полный отказ, ничего не видел, ничего не помню. Ехал, задремал, очнулся – гипс! А то потом по допросам и суда затаскают! Будешь в эту дыру как на работу из Москвы ездить.

– Какой Васисуалий? Какой гипс? – не понял зумер.

– Про гипс не нужно, – недовольно ответил старик, – классику не знаешь. Очнулся на больничной койке. И смотри – не перепутай, лжебольной!

– Здравствуйте! – ответил юноша.

– Я присяду, – и следователь сел на стул, – мне нужно взять у Вас показания по этой аварии.

– Пожалуйста, но только я ничего не помню! – ответил Виктор, – я сел в автобус, потом задремал, удар, очнулся уже в палате!

– Понимаю, это просто формальность! – мужчина заполнил протокол, юноша подписал его, и он ушел, пожелав ему скорейшего выздоровления.

– Нужно маме позвонить, сообщить ей, – подумал Виктор.

– Не думаю, что это нужно делать! Она будет волноваться, сорвется с места, приедет, увезет нас. А мы еще тут не завершили все дела! – возразил пенсионер.

– Это какие дела? – не понял юноша.

– Не знаю как ты, – ответил профессор, – а я не могу поверить во всю эту антинаучную ересь с попаданством! Мне нужно проверить это и убедиться самому!

– Так проверяйте! Но предупреждаю, я с крыши головой с асфальт, или под поезд, или под асфальтовый каток бросаться для этого не буду! – предупредил его владелец их общего тела.

– Без тебя мне не обойтись! – вздохнул старик, – чувствую себя как парализованный! Ты помнишь, что я обещал тебе помочь, но у меня два условия.

– Да, но Вы не сказали, какие это условия, – согласился Виктор.

– Первое, нужно проследить, чтобы меня достойно похоронили, – сообщил профессор, – а во вторых, нужно забрать то, без чего нельзя реализовать ни один план, тем более такой грандиозный, на грани невыполнения, как наш! Покорение сердца Лены!

– И что для этого нужно? – с нетерпением спросил юноша.

– Всего три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги! – ответил Артем Николаевич.

– А где же мы их возьмем? – растеряно спросил незадачливый влюбленный, – у нас с мамой ничего нет.

– Я в этом даже не сомневаюсь, – вздохнул старик, – но зато они есть у меня. И как только мы отсюда выйдем отправимся сначала за ними, а потом к моему адвокату. Поговорим насчет похорон. Он, наверное, еще даже не знает, что я умер. А эти зароют меня в общей могиле для неизвестных и невостребованных тел. А я заслуживаю того, чтобы лежать рядом с моей женой. Ну что, согласен? А потом займемся тобой. Будем из чмо, которым ты сейчас являешься, делать мачо! Готов?

– Да! – с радостью согласился юноша.

Через два дня Виктора выписали и он снова отравился на автобусную остановку, снова сел в автобус номер тридцать два и снова отправился туда, куда он не доехал прошлый раз.. Ранее он позвонил маме, которая места себе не находила, так как люди к которым он ехал, сообщили ей, что он не приехал. Он успокоил ее сказав, что нашел подработку на стройке в Шатуре, неплохо заработал, и скоро приедет домой с деньгами. А ей не звонил, потому что знал, что она будет недовольна Мама успокоилась и попросила его быть осторожным и скорее возвращаться.

На этот раз поездка прошла без происшествий. Автобус возле места аварии, где валялись разбитые стекла и был рассыпан песок, а также лежали цветы притормозил и дал сигнал, а потом снова набрал скорость. Они проехали Керву, обогнули Святое Озеро и приехали наконец в Северную Гриву.

Там сойдя с автобуса компаньоны, по просьбе Профессора, первым делом купили жаренные пирожки с повидлом и творогом, которые он очень любил раньше и очень давно, по состоянию здоровья не ел. Оказалось, что он способен вместе с Виктором ощущать сигналы от вкусовых рецепторов, и после поедания вредной, приготовленной на кипящем растительном масле пище, она была запита холодным квасом. Старик урчал от удовольствия, как тигр заваливший и съевший кабана в тайге.

Глава 3.Начало.

– Больше никогда не ешь такую дрянь! – предупредил Пенс Зумера, – оглянутся не успеешь, как отрастишь пузо, посадишь печень, получишь язву и угробишь здоровье!

– Зачем же Вы их съели? – улыбнулся Виктор, – я их и так не ем.

– Это ностальгия! По молодости! Когда я гвозди мог есть! – с тоской ответил профессор, – ладно, идем к моей даче. Зайдем на нее со стороны леса, чтобы нас не заметили.

Они сошли с центральной улицы и пошли лесной тропинкой огибая тянущиеся дачные участки. Наконец Профессор дал команду остановиться.

– Хочу спросить тебя, как домушник домушника, ты через заборы лазать умеешь? – обратился он к Виктору.

– Нет, а зачем? – удивился юноша.

– Что значит – зачем? – возмутился старик, – а залезть в чужой сад или город? И объесть там клубнику с грядки, или спелую черешню прямо с дерева?

– Так на базаре или в магазине их ведь купить можно – возразил зумер.

– Много ты понимаешь! Какое удовольствие есть купленную на базаре, – искренне удивился Артем Николаевич, – только гастрономическое! Для пуза! А вот залезть в чужой сад, под покровом ночной темноты, когда в любой момент можно огрести хозяйским поленом по спине, это, – он задумался, – это сродни охоте на мамонта или кражи невесты! И клубника и черешня добытая таким способом, она в сто раз вкуснее! Она приправлена острым вкусом опасности!

– Вообще-то, это называется воровством! – изумился юноша, – вот я не ожидал, что такой пожилой уважаемый профессор, как выясняется, в детстве промышлял воровством из чужих садов! Так Вы и меня плохому научите!

– Я не родился профессором! И почему только в детстве? – возразил старик, приоткрывая занавес над своей, как выяснялось очень интересной, жизнью, – да что с тобой говорить! Вы же кроме своих телефонов ничего и не знаете! Вы на мир смотрите только через экран смартфонов! Представляешь себе, – мечтательно сказал он, – приглашаешь Лену на свидание! И вместо пафосного ресторана или концерта поющих ртом скоромохов, ведешь ее вечером в чужой сад! Вы перелазите через забор, залазите на черешню и объедаетесь спелой черной или красной свежей ягодой прямо с ветки! И кормите, лучшими и самыми крупными из них, друг друга! Это так романтично! Да любая девушка после такого приключения, отдастся тебе прямо там, на дереве!

– Думаете? – засомневался Виктор, – представляю себе Лену в открытом вечернем платье перелезающую через забор! А если они там застрянет и провиснет на этом заборе? Или платье порвет? А если в самый ответственный момент хозяин сада прибежит? И хорошо если с оглоблей, а не с ружьем в котором патроны с солью! Вот мне Лена спасибо скажет, когда в ее попу заряд соли попадет! Или по ее спинке оглобля проедется! А уж ее родители как мне благодарны будут! Мало того, что склонил их дочку у мелко уголовному преступлению, так еще и покалечил! Нет уж спасибо! Лучше без такого экстрима!

– Скучный ты, зумер! – презрительно произнёс пенс, – ни ума, ни фантазии! Максимум на что тебя хватит, как я погляжу, это стащить пару черешен на базаре у торговца или в магазине с ящика!

– Вы, Артем Николаевич, меня на «слабо» не берите! Не буду я воровать ни клубнику, ни черешню! С Вами я вижу, только начни. А закончим чем? После петрушки и укропа из соседнего огорода? Начнем воровать свиней и коров, станем скотокрадами? А потом конокрадством займемся? Вот будет радость Лене, когда я ей, визжащую и гадящую свинью под окно ее спальни притащу! Или мычащую корову, или лошадь с телегой! Рано утром! А как соседи их элитного дома удивиться!

– А ты думаешь, если ты притащишь ей мешок украденных денег, это будет что-то принципиально другое? – усмехнулся профессор, – по форме да, а по сути нет!

– Не собираюсь красть никаких денег! – гордо ответил Виктор, – я их заработаю!

– Ты смотрел фильм «Золотой теленок» с Сергеем Юрским в роли Бендера? – поинтересовался, склонный, как оказалось, к антисоциальному и антиобщественному поведению, старик.

– Может быть, я не помню. Это же какое-то старье! – пожал плечами юноша.

– Сам ты старье, молодое, – обиделся за классику пенсионер, – там есть такой диалог. Диалог звучит так:

– Шура, запомните: большие деньги можно только украсть! – говорил Бендер.

– А заработать?! – спрашивает Балаганов.

– Заработать, Шура, можно только геморрой! – отвечает Великий Комбинатор. Конечно, в оригинальном романе Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Золотой теленок» этой реплики не было – она стала крылатой благодаря блестящей экранизации тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года. В фильме ее произнес актер Сергей Юрский. По сюжету, так Бендер иронично комментирует попытки своего спутника Балаганова разбогатеть честным трудом! Хотя я не помню, чтобы Балаганов вообще хотел заниматься общественно полезным трудом! Он был идейным тунеядцем и членом шайки сыновей лейтенанта Шмидта! – закончил киноэкскурс в прошлое профессор.

– Артем Николаевич! Вы точно профессор? Из Вас какие-то криминальные наклонности так и прут! – настороженно произнес Виктор, – не удивлюсь, если скоро Вы мне предложите ограбить банк!

– Ну это не так уж и трудно! – оживился пенсионер, – главный вопрос, на самом деле, это не деньги достать, а легализовать их! Вот стащим мы миллион долларов, и что ты на них купить сможешь? Ты даже в банк их положить не сможешь, без доказательства их легального происхождения и уплаты положенных налогов. Да, ели по мелочам тратить, как мы сейчас будем это делать, никто тебя спрашивать не будет, откуда ты взял деньги. А вот если квартиру купить захочешь, или что-то еще, типа этого, то там нужна легализация! Ладно, мы пришли!

Они остановились у покосившегося забора с калиткой. Профессор показал, как ее открыть и они вошли на территорию дачи. По указанию мужчины, Виктор подошел к одному из деревьев и стал руками разгребать землю. На глубине десять сантиметров была обнаружена жестяная коробка из-под печенья. Вытащив и открыв ее они увидели завернутую в полиэтиленовую пленку пачку сто долларовых купюр.

– Сколько тут? – потрясенно спросил юноша, который столько денег не только никогда не держал в руках, но и не видел вживую.

– Немного. Десять тысяч американских долларов, или примерно шестьсот двадцать тысяч рублей. Для начала нам хватит, – ответил старик.

– На что хватит? – шепотом спросил Виктор.

– Ну как на что? – бодро ответил его подельник, – на подготовку к ограблению банковского хранилища! Уж там мы возьмем настоящий жирный куш! Не то что эти гроши! Купим костюм с отливом, машину с магнитофоном, и повезем Лену в Ялту, – ввернул он очередную кинофразу, но зря. Зумер ее не знал, или не помнил.

– Я не буду грабить банк! – твердо ответил зумер, и хотел положить деньги обратно в коробку, – а у меня и прав нет.

– Шучу я, – вздохнул профессор, – куда тебе! Это нам нужно, чтобы привести тебя в порядок, и придать твоему убогому и тщедушному телу более-менее товарный вид. Ну и приодеться! Покорение Лены, это будет дорогостоящее предприятие! Спрячь деньги, зарой яму и идем, пока нас никто не увидел. У нас много дел еще!

Скрыв следы раскопок, компаньоны покинули дачу профессора и направились на автобусную остановку. До райцентра они добрались без приключений, а там отправились в больницу, где лежали. Обменяв в отделении банка несколько сто долларовых купюр, друзья купили бутылку шампанского и коробку конфет. В лечебном учреждении они нашли своего врача Василия Константиновича и передали ему презент, который был с радостью принят. Осторожно выяснив, что тела всех погибших находятся в судебно-медицинском отделении, которое расположено тут же, на территории больничного городка, они покинули больницу.

Так как в Шатуре делать было больше нечего, Виктор снова направился на автостанцию и купил билет до Москвы. Его сельские каникулы закончились, так и не начавшись. Автобус номер триста семьдесят шесть от Шатуры до Москвы, станции метро Котельники, обычно шел в среднем от двух до двух с половиной часов. Точное время в пути зависело от дорожной ситуации, так как на маршруте постоянно были пробки.

Прибыв в Столицу юноша направился домой. Его мама, очень миловидная и симпатичная женщина лет тридцати пяти, увидев сына запричитала и обняв заплакала.

– Витенька, – всхлипнула она, – вот ты совсем обо мне не заботишься! Я так переживала. Там еще авария с автобусом какая-то была, все пассажиры и водитель погибли! Я чуть не поседела! Нельзя так себя вести!

– Мамуля, – обнял ее сын, – прости. Просто по дороге я познакомился с ребятами, они меня пригласили на пару дней помочь им с работой на стройке. Я помог! И вот мой заработок. И он протянул женщине две сто долларовые купюры. Это составляло почти двенадцать тысяч рублей. Мама, работавшая в школе преподавателем истории, получала сорок тысяч рублей в месяц.

– Мой добытчик! – улыбнулась вытирая слезы мама, – совсем стал взрослым! Иди умывайся и садись ужинать! Ты еще больше похудел.

– Ну как Вам моя мама? – спросил профессора Виктор, направляясь в ванную комнату. Но тот ничего не ответил, – Артем Николаевич, ау! Вы тут? Или покинули мою голову.

– Тут я, – проскрипел старик, – так это твоя мама? А как ее зовут?

– Да, это моя мама! Виктория Ивановна Воронова! – с гордостью произнес юноша, – правда она очень красивая?

– Тут не поспоришь, редкая красавица, – согласился поселенец, – а сколько ей лет?

– Онам у меня очень молодая! Ей всего тридцать шесть лет! – ответил зумер.

– А тебе семнадцать? Значит она тебя родила в девятнадцать лет? – продолжал расспросы пенс.

– Да, на втором курсе института, она взяла академический отпуск, а потом вернулась на учебу, но в другой университет, – произнес Виктор.

– То есть, начала она учиться в одном, а заканчивала учебу в другом высшем учебном заведении? – уточнил старик.

– Да! Она сама поступила на исторический факультет Московского Государственного Университета, проучилась год, потом родила меня, и перевелась в Педагогический институт, – рассказывал историю мамы юноша, – кстати! Она Ваша коллега, то же историк! А Вы где преподавали?

– В разных местах, но в педагогическом институте я точно не преподавал, – пробурчал пенсионер, – а твой отец где?

– Мама не была никогда замужем, про моего отца никогда не говорила, – вздохнул полусирота.

– А отчество у тебя тогда чье? – не отставал профессор.

– Это имя дедушки, отца мамы, – с печалью произнес Виктор, – и он, и бабушка уже умерли. Мы с мамой совсем одни на этом свете. Вот скажите, Артем Николаевич, как мог мой отец бросить такую красивую и умную девушку, как моя мама? Она такая хорошая, добрая заботливая! Лучше ее нет никакого на свете! Я ее так люблю!

– В жизни всякое бывает, – хмуро произнес старик, – может быть он погиб, или они расстались по другим причинам. А может он был женат, и не мог развестись. А может быть, он вообще не знал, что ты родился. Может быть твоя мама ему не сказала, что она беременна тобой. И он не знал о твоем существовании вообще! Женщины часто так делают!

– Вот пусть и не знает! – зло произнес юноша, – столько лет мы без него обходись, обойдемся и дальше! Не нужен он нам!

– Хорошо, – помолчав ответил Артем Николаевич, – давай посмотрим с чем придется иметь дело. Раздевайся, прими душ и просмотрим на вверенную нам материальную часть.

– Какую часть? – не понял Виктор.

– На тело твое! – пояснил старик. Когда юноша остался совсем голым бросив старое белье и одежду в корзину профессор скептически заметил, – что сказать, не Аполлон, и даже не Бельведерский. Жалкое душераздирающее зрелище, как говорил по этому поводу один мой знакомый ослик!

– Я знаю этого ослика! Его зовут И-а, и он из мультфильма про Вини-Пуха! – обрадовался юноша.

– Именно, так! Но там он сказал это по поводу потерянного им хвоста! В твоем случае я это говорю по поводу не развитых мышц! – пояснил профессор. Из зеркала на них смотрел среднего роста юноша, симпатичный, но очень худой. На ребрах можно было играть на ложках, руки и ноги тоже не отличались красивым рельефом, хотя сложен он был неплохо.

– Хорошо, но так совершенно не пойдет! Скажи, Виктор, ты не планируешь сниматься в ближайшее время в кино? – просил пенсионер.

– В каком кино? – не понял его компаньон.

– Ну например, «Узник Бухенвальда», или «Жертва анорексии», или «Как я провел лето в каменоломне», или в рекламе» Почему я решил избавиться от глистов»! – рассмеялся Артем Николаевич.

– Нет, от продюсеров мне таких предложений не поступало, – поддержал шутку юноша.

– Вот и хорошо! – с удовлетворением произнес старик, – значит от истощенности этого тела можно будет безболезненно избавиться. Завтра и начнем. А пока лезь в душ.

После ужина они сидели за ноутбуком. Профессор попросил показать ему предмет амурных страданий младшего члена команды. Тот с готовностью открыл специальную папку, которая имела названием одну букву «Л». В ней оказалось множество фото и видеофайлов. Когда мужчина увидел девушку, он только присвистнул от восхищения.

– Виктор, – с сомнением произнес он, – вот скажи мне, старому человеку, ты точно хочешь ее? Скажу тебе откровенно, мой юный друг, даже я в молодости, конечно, сто раз подумал бы, а стоит ли связываться с такой красоткой! Всю жизнь будешь жить как на кипящем вулкане и охочих до чужих жен мужиков от нее отгонять! Вот оно тебе надо?

– Так сердцу не прикажешь, – вздохнул юноша.

– Это точно, – подумал о чем-то своем старый ловелас, – но хороша! Даже слишком. И сразу видно, что цену она себе хорошо знает! А знаешь, что это означает для нас?

– Нет! – признался Виктор.

– Такая признает только того своим мужчиной, который будет превосходить ее во всем, кроме пожалуй одного, – усмехнулся старик.